[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 4 из 5«12345»
Модератор форума: demonessa666 
Форум » Ваши произведения » Фанфикшен » Мел - The Pirate Adventure
Мел - The Pirate Adventure
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:22 | Сообщение # 46
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Больше он не планировал нападать на Артура, а бар с восторгом встречал "героя дня" и бармен назначил пирату бутылку рома за счет заведения.
Только единственный юнга не был рад этой вырванной из последних сил победе.
— Вам не надо было ввязываться в это, капитан, — сказал он это по пути к кораблю. Впрочем Артур его не особо старался слушать — он шел за мальчишкой, слегка приплясывая, и размахивая пустой бутылкой – той самой подаренной, что за счёт заведения. И когда это он успел её осушить?!
-Все вышло более, чем замечательно, Том. Злодей побеждён, а герой вознагражден!
— Сейчас мы это исправим...
Голос принадлежал как раз тому самому «злодею», что поджидал их двоих за углом бара «На крючке». А за его могучей спиной стояла еще парочка накаченных пареньков.

Сколько Том не кричал, не пытался вмешаться в перепалку, его отталкивали, как ненужное насекомое. Странно, что не убили, а то ведь дело могло дойти и до такого. Маленький юнга был просто не в силах смотреть на то, как безжалостно избивают его капитана. В тесном переулке, под окнами какой-то дешевой гостиницы, где в немытых окнах горел свет, собралось пятеро, или шестеро амбалов. Причем, все они были как-то подозрительно друг на друга похожи — все наполовину голые, с серьгами в ухе, а на лбу так и написано – хоть и идиот, зато сильнейший. И да, с такими огромными руками эти громилы вполне могли были срубить вручную деревья.
И каждый их удар порождал такую вспышку ядреной боли, словно избивали не кулаками, а пятикилограммовой гирей. Они гоняли Артура по кругу, как забитого до полусмерти животного стая голодный волков. По началу он даже отбивался, навешал двоим со всей дури, кого-то даже сбил с ног, хоть и уступал этой «стае» по весовой категории. Он был мелок, худощав, и просто в дребезги пьян. Он проиграл изначально, даже не начав битву. К счастью, что алкоголь притуплял боль, поэтому Артур переживал это легко...почти легко. После десятого удара по почкам сила святого рома истощилась.
— Это тебе за нашего капитана! — сказали на последок они, хорошенько пнув англичанина по ребрам, когда тот лежал ничком на земле, раскинув руки, и выблевывая обратно подарочный ром.
Когда амбалы ушли, юнга осмелился подойти к своему капитану и помочь тому подняться на ноги. Когда он увидел лицо Артура, его глаза испуганно расширились и он постарался себя чем-нибудь отвлечь - посмотрел в сторонку, лишь бы не видеть этого помятого, красного лица.
— Все хреново? — спросил Артур, медленно качая головой, словно у той не было никакой опоры. По его распухшим щекам стекали струйки свежей крови. Кровь была везде — и на земле, и на одежде, и даже волосы были в ней перепачканы. — Я чувствую во рту метал. Что-то совсем не здорово погуляли...
— Да уж, — пробормотал Том, накидывая на свои хрупкие плечи тело взрослого, побитого мужчины.— А теперь, молчите, а то запачкаете меня кровью.

Но когда Посланник стал Посланником, мир закрутился под новую музыку. Более сумасшедшую для человечества и более опасную для самого пирата. Артур похоронил свое реальное имя вместе со своими воспоминаниями где-то в глубинах своего бесконечного разума, и осознанно стал чудовищем. Теперь, его вспыльчивость слилась с его возможностями, образовался просто дичайший коктейль, столкнувшись с которым, человеку не суждено было выжить. Это было ужасно, это было отвратительно, но Посланнику нравилось это... Его очередное перерождение. Ему было плевать на мнение окружающих, он прислушивался только к себе. Он надеялся на свой холодный, расчетливый ум, не считая только вспыльчивости. Эдакие вспышки ненавистных воспоминаний, пробуждающие в нем дремлющего демона – мстителя.

Он был бессмертен, он бы до чертиков силен, он не видел для себя никаких преград. И первое, что он решил сделать, заполучив эту безудержную силу — совершить небольшую месть за ноющие почки.
***
Того громилу оказалось не так сложно найти — он часто ошивался на острове, лез в различные драки, люди просто с ума сходили из-за него, но поделать ничего не могли. Ведь остров был на том и основан, чтобы сюда приплывали различные сумасшедшие моряки со своими тараканами в голове. Бритоголовый с татуировкой змеи на лысой башке, пьяный в стельку, как раз игрался в карты и выигрывал большую сумму в денег, поставив все на кон. Его рот было раскрытая в победоносном кличе, когда дверь в таверну широко отворилась, и внутрь вошел человек, с которым уже больше года никто не хотел иметь дела — тот самый Посланник Сатаны. Людей сразу, как ветром сдуло, а тот самый громила удивленно захлопал мелкими глазками, не понимая, что происходит.
— Эй, ребята, вы куда? Струсили? Я же вас сейчас... — заметив на пороге тень, мужчина сначала нахмурился, а затем испуганно сглотнул. Понял, кто решил его навестить.
— Ну, привет, здоровяк, — хищно улыбаясь, сказал ему Посланник, грациозно снимая с головы шляпу и показывая давнему врагу свое лицо.
***
— Ну, как? — заметив, что Артур спускается вниз по крыльцу, Том отошел от стенки и поспешно составил своему капитану компанию.
— Если бы ты был чуть старше, то я бы отметил с тобой свой успех, — ответил ему Артур почти веселым голосом и специально надвинул шляпу на глаза, дабы не привлекать на улице лишнего внимания. Так две фигуры и исчезли при кровавом закате солнца, уйдя куда-то в сторону пристани.
***
— Нужно кое-что сделать, — сообщил задумчиво Артур. Он сидел в своем кабинете, вальяжно раздвинув ноги и быстро расправляясь со своими припасами алкоголя. Теперь, когда в руках его была непреодолимая власть, он мог подчинить себе все...все, что только могло придти в голову. Он мог развязать войну сразу со всей Европой и справиться с нею... Один. Хотя, что тут скрывать, он и без того составлял для всех большую опасность.
Только ему не нужна была эта глупая слава, придуманная глупыми людьми. Что бы он ни сделал, как бы ни пытался изменить этот мир, он не изменится... Никогда.
"Македонский тоже был великим, и добился бы большего, если бы не умер молодым… "— Артур часто приводил этот пример с собой. Ему казалось, что со своей силой он мог быть наравне с Македонским.
Хотя нет.
Он пойдет еще дальше.

— Итак, ребятки, — Артур посмотрел на собравшихся в его кабинете пиратов. Взгляд его никогда не задерживался на ком-то хоть на пару секунд. Он не чувствовал к этим людям какой-либо жалости, не проникался ими. Честно говоря, он не знал никого из этих типов, хотя бои они переживали плечом к плечу. Он не знал о них ничего, кроме имени и их умений. — Я принял одно очень важное, как мне так кажется, решение. Я даю вам отпускные.
— Чего? — пираты удивленно воззрились на своего предводителя. Они не считали себя какой-то рабочей силой, которой могли бездушно пользоваться, а могли и бросить без всяких слов.
— Отпускные, — повторил Артур, пряча руки за спину. Так он больше смахивал на профессора, объясняющего что-то перед целой аудиторией студентов. — Вы можете заняться всем тем, что душа ваша поживает.
— Всем-всем? — с недоверием спросили пираты.
— Да, — кивнул капитан, и в его голосе проскользнули нотки раздражения. Не смотря на то, что эти люди во много помогали ему, их силы, знания и умения являлись чуть ли. Самым ценным качеством на корабле так называемого Посланника, как прозвали Артура в Европе. Посланник Дьявола. Так вот, не смотря на силу этих братков, Артура бесила их бесконечная тупость.
— Вы можете веселиться, напиваться, короче, прожигать свою жизнь, как угодно вашей душонке. Ровно месяц, после чего я всех вас жду на Силльских островах до захода солнца. И еще кое-что...
Пираты, собравшиеся уже плясать от счастья, так как до этого предыдущие их капитаны не особо то были щедры с отпусками, но услышав это проклятое "кое-что", радость начала затухать на их безобразных лицах.
— Корабль оставляю на вас.
— Что?! А как же вы?!
Но Артур предпочел не отвечать на этот вопрос.
— Мне плевать, кто будет отвечать за мой корабль, но если при возвращении я увижу хоть одну царапинку на нем, уж поверьте, дорогие мои джентльмены, у меня хватит фантазии, чтобы наказать вас по полной программе.
Этого хватило вполне, чтобы пираты поняли, какая на самом деле перед ними стояла задача. Отгулять месяц, но при этом не проглядеть их корабль. Вроде бы это казалось простецкий миссией, однако, зная нравы нынешнего общества, а точнее большей половины людей, обитающих на таких островах, как Тортуга или же Три черепа, и еще сотни подобных мелких островков населенных людьми низшего сорта... Так вот, зная о излюбленности этих ублюдков присваивать себе чужое добро, перед командой Артура встала практически нереальная задача.
— Том, подожди.
Мальчик остановился в дверях и испуганно посмотрел на своего капитана. Он как раз подумывал над тем, чем же занять себя весь этот свободный месяц.
— Ты останешься со мной, — Посланник уселся на стул и с облегчением снял с себя маску хладнокровного чудовища. Теперь перед Томом сидел самый, что ни на есть, живой человек, глаза которого мерцали усталым блеском. Стоит ли говорить о том, что маленький юнга был единственным человеком, которому Артур относился ни как к животному или неодушевленному предмету. Если с остальными он был жесток и холоден, то с Томом у них сложились весьма...теплые отношения. По крайней мере, он почти не повышал на мальчика голос. — Ты мне поможешь в одном деле.

— Капитан, вы же...вы серьезно? — Том с неохотой перекинули мешки с провизией в шлюпку, в которой могли вполне вместиться человека, а от силу, может и три. Но учитывая то, что жизнь до этого их протекала в большом, двухпалубном корабле с отдельными каютами, большим камбузом и залом для развлечений, Тому было не привычно сидеть в узкой лодке на жесткой скамье. Пират между тем ставил некое подобие мачты, устанавливал белый кусок материи — аля парус. На это занятие у него ушло не больше двадцати минут.
— А что такое? — поинтересовался Артур. Таким тоном, типа "а что я? Я не при делах!"
— Нас же могут поймать на этой шлюпке...
И тревога Тома была вполне оправдана — какой еще идиот додумается выходить в открытый океан на двухместной шлюпке с каким-то ободранным парусником, учитывая еще то, что этот идиот является чуть ли не самым опасным человеком во всем мире. Черт подери, террористом! И за место того, чтобы вести себя максимально осторожным, он просто берет и в открытую выходит на публику, под угрозой полного разоблачения!
— Думаешь, кому-то интересно останавливать крохотную лодку с двумя путешественниками? Скажи мне, кому это нужно. Разве может такой злобный гений, как я, перевести со своего могучего пиратского корабля на хрупкую шлюпку?! К тому же, помнишь, какой я обладаю силой? Даже если нас кто-то и подберет, я смогу постоять за себя, уж не волнуйся.
— Ну да, — Том нервно передернул плечами. — Вы один можете целый флот военный разгромить.
— Точно, — Артур довольно причмокнул губами. Покончив с парусником, он плюхнулся на скамью напротив Тома и ухватился за весла. — Отвяжи-ка веревку.
Том послушно достал кинжал, и срезал толстый канат, соединявший их шлюпку с причалом. Когда лодку больше ничто не удерживало, она закачалась на волнах. Артур сильнее сжал рукоятки весел и активно задвигал руками. Со звонким шлепком весла ударяли по лазурной воде, и лодка с неохотой сорвалась с места и начала неторопливо отдаляться от причала. На пустом горизонте догорало жаркое солнце, воздух становился более влажным и прохладным, и Том, дабы окончательно не закоченеть, надел на себя сверху старый жилет, который по размерам ему совсем не подходил, но зато под ним мальчик чувствовал себя лучше. Посланник же словно не ощущал перемены воздуха, его руки продолжали упрямо перебирать веслами вспенивающие за бортом волны. Пока солнце окончательно не скрылось в морской воде, юнга мог наблюдать за тем, как раздувались мышцы на руках Посланника, когда тот напрягался. Артур не был качком, и похоже не стремился к такому безупречному телосложению, тело его было худым и имело болезненный землистый оттенок. Несмотря на отсутствие горы мышц, Артур был очень гибким, низкорослым мужчиной, имеющим при всем этом крепкие, хоть и хрупкие на вид руки с длинными, как у профессионального пианиста пальцами.
И все равно, не смотря на такое строение, в нем ощущалась какая-то давящая сила...нет, не физическая, скорее больше духовная.
Воротник его пышный опустился, оголяя затекшую шею, и Том остановил свой настороженный взгляд на звезде. Эта отметка— то ли татуировка, то ли ожог, то ли шрам — ему сразу не понравилась.
***
— Можешь пока расслабиться, — кинул мальчику Посланник, входя в скромную гостиную, где автоматически с его приходом в камине зажегся огонь. Ещё одна гениальная хитрость, придуманная хозяином этого уютного гнездышка. Следом за пиратом в комнату ступил юнга, глаза которого от удивления расширились с размером чайных блюдец.
— Ух-ты! Мы под землей! Мы под землей!— ликовал он так, словно видел в этом что-то волшебное. Но для Артура это являлось самым обыкновенным пристанищем для такого скверного типа, как Посланник. Он давненько задумывался над тем, чтобы создать себе тайное убежище, о котором никто бы не знал и никто бы не догадывался. Но мечта его исполнилась лишь спустя годы, проходя через ярость, негодование и потери самого себя, Артуру удалось воплотить свои планы. Он не думал, что когда-нибудь ему предстоит поделиться своей тайной с кем-то их этого ненавистного мира.
Но что-то в нем менялось, Артур чувствовал эти перемены и, честно говоря, они вызывали в нем страх и раздражение. Его мозг развивался, получая все больше и больше информации, шло новое перерождение, бывший хладнокровный мужчина, живший рядом со стопками пыльных и старых книг, ушел, растворился, оставив на своем месте потомство-новое, более опасное и скверное существо по прозвищу "Посланник". Запах старых пергаментов и чернил развеялся, оставив о себе небольшие воспоминания. И на его месте предстояло новые запахи — запах раскаленного железа, соленого и жгучего моря, мужского пота, и крови.
Посланник попросил Тома присесть на кресло, что стояло возле камина, а сам вышел через соседнюю дверь и начал спускаться по мрачной лестнице, в которой веяло сыростью.
Внизу располагалась сокровищница. Его сокровищница. Подсобка, в которой находились горки чистого золота и драгоценных камней. Посланник готов был биться об заклад, что ни один пират не видел своими глазами столько сокровищ, сколько их было здесь. Любой человек, окажись он здесь, потерял бы рассудок. Но только не Посланник. Такое обилие манящих блестяшек его совсем не привлекала. Мало того, он испытывал к ним злость, как и ко всем людям, которые прежде были хозяевами этого добра. Но теперь они все были мертвы, насекомые поедают остатки их плоти где-то в земле, а кого-то и на дне океана. Посланник отомстил многим, кто осмеливался поднять на него руку и делал он это исключительно из-за удовольствия. Это можно было назвать злым хобби.
Да, большинство его врагов и жертв являлись другие никудышные пираты, головорезы, иногда королевские флоты, но последнее было огромной редкостью. Да, много зла пало от рук безжалостного Посланника, и некоторые этому были счастливы. Но только Артур никогда -НИКОГДА — не считал себя героем, эдаким сказочным Робином Гудом, который спасал бедных и калечил злых богатых. Он никого не спасал, наоборот — пока его тело отчаянно извивалось в цепких руках правосудия, словно лис, спасающийся от капканов, в голове же этого "лиса" разрабатывался тщательный и огромный по своей жестокости план. Все это время, пока Артур стоял в списках "самых обычных и самых смертных пиратов" или же "обычных заноз в жирной заднице Европы", Артур пока не думал о том, что его план может продвигаться вверх по лестнице.
Посланник еще раз оглядел золотистые горки перед собой и затем достал из кожаной сумки книгу. Подарок его двоюродного брата Скотта, о котором Артур так и не смог ничего разузнать. Куда делся этот рыжий засранец, жив ли он вообще...Артур часто задавал себе этот вопрос, но ответа на него, как бы он ни пытался, но отыскать не мог. Ему не помогли даже библиотечные архивы Лондона, где он, кажется, смог разузнать всю историю своей любимой, но часто разочаровывающей его Англии...Он прочесал все ближайшие острова Британии, даже умудрился побывать в глубинах гнилой Европы, но о Скотте Керкленде не было ни слуху, ни духу.
Единственное воспоминание, застрявшей соринкой в его памяти, являлась эта потрепанная книга.
— Ну и где же ты, чертов идиот? — спросил Артур у стен пещеры, словно они могли ему ответить. — Я перевел эту книгу от корки до корки! И я почти добрался до оружия, о котором здесь идет речь. Кусок этого оружия ЗДЕСЬ — в моей плоти! Гляди! — он ткнул пальцем себе в шею, где судорожно пульсировала отметина в форме звезды. Голос его переходило на истеричный крик. — Теперь я сверхчеловек! А ты...ты обещал, что вернешься, когда я добьюсь своего! И где же ты, старый обманщик?!
Но стены молчали, собственно, как и золотые горы. Лишь где-то вдали, из-за его громких воплей, вздрогнула пара камней.
О да, Артур совершил то, во что верил с трудом! Для перевода ему пришлось пожертвовать частью своей тяжкой жизни, пришлось перерыть несколько библиотек, пересечь полмира и перевернуть вверх тормашками многие города.
И вуа-ля, книга переведена, и, как оказалось таила в себе куда большие тайны, чем Артур мог только предположить себе. Артур был искренне удивлен такому необычайному совпадению. Вот, он тут — злой и ненавистный всеми мизантроп, ненавидящий все одушевленное и неодушевленное в этом мире, мечтающий хоть как-то повлиять на эту непокорную, грязную, гнилую жизнь, а лучше уничтожить её к чертям. И тут внезапно ему в руки попадает книга, в которой чуть ли не во всех красках описывалось то, что помогло бы Артуру совершить апокалипсис! Черт подери, да кому еще так везло прежде? Да никому!
— Я бы хотел сказать тебе спасибо, Скотт, — Артур постарался успокоить дыхание и говорить спокойнее. — За то, что ты подал мне эту книгу. Хоть ты и был придурком, но ты был и моим двоюродным братом. И...думаю, если бы эти проклятые французские свиньи ни уничтожили во мне человечность, то я бы даже сумел тебя полюбить. Но за место этого я испытывают к тебе только уважение. Спасибо.
И Артур швырнул книгу в глубины пещеры, за золотые горы, где она и приземлилась звонким шлепком. Кисло улыбнувшись, пират развернулся и отправился обратно наверх — в гостиную, где его помощник все еще сидел на своем месте, болтая весело ногами и с любопытством разглядывая пыльные, пустые полки.
— Хочешь перекусить? — совершенно бесцветно спросил Артур, вытирая рукавом тарелки. — Я вот голоден.
О последнем он солгал, ибо благодаря своей новой силе, помимо боли не чувствовал порою даже голода. Если бы он задержал дыхание, то наверное задохнулся бы, даже не поняв этого. Точнее в его случае, он бы не умер, а потерял бы просто сознание. Но он бы не почувствовал обычного удушения или того, как учащенно бы забилось его сердце в груди.
— Странно тут, — Том любопытно закатил глаза.
— Что странно?
— У вас тут нет...кое-чего...
— Чего именно? — спросил суховато Артур, которого данная игра «угадай, что я имею в виду» не понравилась изначально.
— Ну...портретов... Или шкатулок...
— Нет у меня всего этого. Зачем мне это?
— Ну, в память о своей семье. У вас же есть папа и мама, да? — мальчик с надеждой посмотрел на своего капитана, который между тем старался обращать все свое внимание только на найденные в коробках мутные бутылки с ромом и элем.
— Гм...С чего ты это взял?
— Ну, они ведь есть у всех, — пожал плечами мальчик. Он имел в виду то, что даже такой бесчувственный ублюдок, как Посланник, должен был иметь свою семью.
— У меня нет семьи, — устало объяснил Посланник. Его лицо не выражало никакой эмоции. Ни сочувствия, ни злости. Словно Том спросил у него о чем-то, не имеющем особой важности. — Нет. И никогда не было.
— Тогда как же вы на свет появились?! — Том переселился с кресла на табурет и положил руки на стол. По сравнению с белизной скатерти, его крохотные ручонки казались черными, как у чертенка из-за сильного загара. — Вас же рожала женщина!
— А я вижу, ты очень познавателен в таких вещах,— Артур позволил себе улыбнуться и тем самым вогнав мальчика в краску. — А если я скажу тебе, что меня принес аист?
— В это верят только дураки! — буркнул Том, судорожно стискивая в кулачках вилку. Артур незаметно усмехнулся. Не понятно почему, но этот мальчик был ему интересен. Даже очень интересен, практически также, как и та книженция с мертвым языком. Этот рыжий мальчик был таким беззащитным, таким наивным, таким необычайно веселым. Он обладал всем тем, что когда-то потерял Посланник. Этот мальчик мог рассмеяться без особой причины, просто потому, что ему это захотелось, он мог делать то, что было свойственно детям данного возраста. Его душа, его разум-все это было еще совсем девственным, чистым, как родниковая вода. Он все еще способен был видеть мир в ярких красках, приукрашивать какие-то вещи, и что самое главное — видеть в людях то, чего в них на самом деле не было. По крайней мере Артур в них ничего не видел. Ничего хорошего для себя.

***
Месяц пролетел почти незаметно. Особенно для команды Посланника, которой все же — так худо-бедно, но удалось сохранить корабль Посланника. Как и договорились, они встретились на английских островах и первым же делом Посланник собрал их в своей каюте. И, зайдя туда, он искренне был польщен тем, что все вещи лежали на своих местах и не были даже сдвинуты.
— Итак, вы нагулялись, надеюсь, по полной программе, ибо впереди нас ждет очень, ОЧЕНЬ интересное приключение, — Артур специально выделил второй раз слово "очень", ибо хотел тем самым обескуражить своих людей, увидеть на их лицах растерянность, а может даже и страх.
— Я не думаю, что после этого вы все останетесь в живых... Возможно, мы все вместе умрем, — продолжал толкать свою речь Посланник, скрыто удовлетворяясь испугом на лицах команды. — А может и не умрем. Тут, как говорится, как получится. Насколько успешно вы будете выполнять мои приказы.
— И что же это за приключение? — спросили его пираты. — Мы должны кого-то убить?
— Не-а, — Артур мотнул головой. — Я не стану сразу раскрывать свои карты, иначе все это покажется вам полнейшей чепухой, и я не хочу раньше времени лишаться своих подопечных, ведь ради этого я вас и нанимал. Единственное, что я вам посоветую сделать — мысленно проститься с тем, что вас окружало в прошлой жизни, кого вы любили, ненавидели, презирали, уважали...мы переходим на новую жизнь. Более трепещущую, чем океан во время шторма. Я вам обещаю, ребятки, после того, что вы увидите, вы будете молить дьявола забрать к себе в ад, ибо он вам покажется раем! А теперь, прошу спустить паруса и разойтись по своим местам. Скоро я вам скажу направление.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:23 | Сообщение # 47
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
После такой жаркой речи никто из команды не остался равнодушным. На самом деле они ни черта не поняли из сказанного, но испугались не на шутку. Если Посланник что-то и обещал, то это на сто процентов должно было произойти. Возможно, им и вправду придется повстречать самого Сатану.
Как всегда в каюте остался один Том, не считая капитана. Мальчик взволнованно перебирал крохотные пальчики, и громко сглатывал застывшая в горле комок. Так ужасно он чувствовал себя только после страшилок, рассказанных ребятами в деревне в полночь.
— Я тороплю события, — неожиданно откликнулся Артур, резко вскакивая на ноги. Его глаза задумчиво сверлили карту мира, висевшую на стене напротив. Резкий перепад из спокойствия в возбуждение встревожила юнгу. — Проклятье...если я этого не сделаю, то...это тяжелее, чем я думал...
— Я...я вас не понимаю, капитан...
— Нам нужно плыть во Францию.
Такое решение заставило Тома помолчать целую минуту, придти в себя и наконец задать ожидаемый вопрос.
— Зачем?
— Там...там...— Артур опустил голову, потряс своей неопрятной шевелюрой, тихо чертыхнулся, и затем взглянул на юнгу каким-то... Жалким, разбитым взглядом. Но это длилось всего секунду, может полсекунды, ибо потом а его глазах загорелся лихорадочных, холодный блеск, а брови сильно сошлись на переносице. Словно в душе пирата происходила неумолимая борьба двух сторон. И в этот момент какая-то сторона с большим преимуществом победила другую. – Я должен кое в чём разобраться… Раз и навсегда!
***

На деле же Артур сам не понимал, что вынудило его принять такое решение. Франция никаким боком вообще не входила в его планы по уничтожению — или как Посланник утверждал –перерождению мира. Но тело его не слушалось. Словно оно отдалилось от его разума и делало то, что считало нужным...для себя. А разум плыл где-то рядом — абсолютно немощный, слабый, ничтожный — и громко возмущался, мол, какого дьявола?! Зачем ты все это делаешь, мистер Керкленд?!
Франция...ФРАНЦИЯ!
От одного только названия в нем откликался тот самый мстительный звереныш, он начинал яростно грызть прутья клетки, метаться и рычать в бессильной злобе. Да будь у Артура огромная пушка, то он разнес бы эту страну, сравнял бы ее с землей и был бы таков!
Однако тут же шло противоречие...до жути упрямое "но", разрушающее до этого все его железно построенные принципы. Тупая боль — подаренная французскими солдатами, что все еще выплывали в его памяти в виде кучки кровожадных чудовищ, поджигающих его кров — разгонялась со скоростью света и тут же ударялась об прочную стенку другого чувства, выстроенного относительно недавно и довольно-таки свежего, по сравнению с той болью. Это чувство казалось Артуру неопознанным. Точнее он просто не мог нормально определить, что же это такое. Такое томительное, приятное, даже немного возбуждающее, имеющее приятный, сладковатый привкус. И словно чья-то мягкая рука ложилась на его тело и начинало свои равномерные поглаживания; и от её ласкового прикосновения органы в животе точно в узел завязывались. Это было непривычно, это было странно и совсем не похоже на бессердечного, кровавого пирата. Ласковое ощущение, пугающее его все сильнее с каждой минутой своего возникновения; именно оно и упрашивало Артура направить свой курс на Францию.
Артур догадывался, ради чего все это было задумано. И от этих мыслей руки его начинали дрожать и потеть, как в тот проклятый вечер. Он плыл во Францию, чтобы увидеть ее...

Естественно, исколесив всю Европу, Артур искал информацию не только о своем пропавшем брате, но и о Френсис Бонфуа. Это получалось как-то неосознанно. Вроде бы он пришел, чтобы узнать что-то по делу, и из его уст тут же вылетал вопрос, который до этого смиренно дремал где-то в мозгу.
"Вы не слыхали про Френсис Бонфуа?"
Черт подери, Артур готов был казнить себя за такие мысли! Его бесило это, доводило чуть ли не до нервных срывов, но поделать с собой он ничего не мог.
И все же, ему удалось узнать ее местоположение и статус в стране. Он знал о ней всего немного, да и кто сказал вообще, что он желал ее знать? Эту дрянную француженку?!
Он проклинал себя вплоть до того, пока корабль не присвоил на пристань того самого французского городка, в котором и жила эта ведьма. Артур потребовал от своей команды максимум тишины. Не дай бог, если их кто-то здесь заметит. Время наступают к прохладному осеннему вечеру, море шумело как никогда громко, заглушая уши моряков. Народу на пристани в такое время года собиралось поменьше, и всё равно, Посланник не хотел так нелепо терять свою команду и корабль.
Натянув на себя длинный, черный плащ, он спрыгнул с корабля на деревянный мостик и засеменил прочь от пристани. Если бы кто-то был способен залезть в тело Артура, то он бы удивился, в каком беспорядке представляли перед ним мысли пирата. Словно его мозг являлся письменным столом с пачкой важных документов, но когда Артур оказался на территории Франции, кто-то словно вихрем влетел в его мозг и разнес там всё к чертовой матери.
"Что я делаю? Что я делаю? Что я делаю?"— монотонно спрашивал себя Артур и с ужасом понимал, что не знает ответа на этот вопрос. Узел связанный его органами в животе затянулся до предела и отдавался во всем теле неприятной, острой болью. Даже во рту вкус заметно изменился, стал более горьким. Зубы вообще к черту свело, хотя на улице, и особенно, под плотным плащам, было не так холодно. Складывалось такое ощущение, словно Посланник шел на бой со страшным чудищем. С самым страшным во всем мире, безобразным, омерзительным чудищем. Таким же, как и сам Артур, только в сто раз хуже.
"Что же я ей скажу, если увижу? Она ведь...она наверняка помнит меня...конечно, идиот, как такое не забыть? Зачем я все это учинил? Ради чего?"
Но голос внутри него упрямо утверждал, что так все и надо. Он должен ее увидеть. Обязательно.
— Ну, нет! — остановившись рядом с какой -то повозкой, забитой до краев сеном, Артур резко повернул обратно, да так, что плащ на нем вздулся, как парусник. Прохожие с недоумением взглянули на незнакомца и зашептались. — Я тупорылый увалень! Зачем мне видеть эту бабу?
И он побрал назад, уверенными, расчетливыми шагами. Здравый ум оседлал его тело. Француженка не входила в его гениальные планы! Зачем ему ее видеть? Разве в этом был какой-то прок?
Но тут, сердце его начало болезненно сжиматься и по телу прошлись странные волны. Артур даже испугался такой перемены, хотя за последние три года в обличии Посланника он ни разу не испытал страха. А тут, аж ноги подкосились и перед глазами поплыл вязкий туман. Здравый ум свалился с брыкающего, как непослушная лошадь, тела, и им занялся тот самый слащавый голосок. Твердивший одно и тоже: "Ты должен пойти...увидеть её...ты хочешь этого...ты хочешь...не отрицай..."
— Ох, ну, нет, ну, пожалуйста, не надо...— попросил он самого себя, чувствуя усталость от всей этой каши. Это испытание было слишком тяжелым –борьба с самим собой — а может даже и совсем невыполнимым. Но так или иначе, Артур снова сменил курс и уже твердо зашагал в сторону поселков. Где-то там, в небольшом особнячке жила эта ведьма.

В том доме устраивался какой-то шумный бал. Под крышей, обвешанной осенними цветами, стояли толпы людей, одетых в пестрые наряды. Все они о чем-то шумно проговаривались, хихикали, пели... В общем, вели себя расслаблено и безмятежно. И Посланника бесило их наивное поведение. Какая-то девица, выпив слишком много вина, вышла в сад и уселась на ближайшую деревянную скамью — точнее, свалилась с грохотом, и закинула босые ноги на её спинку. Подоспевший мужчина — видно ее спутник — пытался привести даму в чувства. Артур незаметно прошмыгнул через раскрытые нараспашку ворота и спрятался за ближайшим деревом, от которого так странно пахло кислыми яблоками. А, да это была яблоня. Артур рассеянно посмотрел на огромные, зелёные плоды, что свисали с тоненький, хрупких ветвей, но потом потерял к ним интерес. Вечеринка его занимала больше, хотя он их терпеть не мог. Так же, как и всех эти собравшихся в одном месте уродов. Будь он еще хоть капельку сумасшедшим, то достал бы свой тесак и с удовольствием перерубил бы здесь каждого гостя на мелкие дольки. И гнев в нем вспыхивал, как раскаленные угли, в которых прибавили немного масла. Он гневно царапнул ногтем по корке сухого дерева.
И снова вопрос — какого черта? Чего он ждет? Ее? Да, зачем?
"Она умрет со всем этим быдлом!"— уверенно сетовал знакомый, ледяной голос, такой родной и любимый. Голос справедливого Артура.
"Но ты должен на нее взглянуть. Ты же весь дрожишь от предвкушения!"-говорил иной, до омерзения нежный голосок. Артур готов был зарычать от бессилия.
Но вот, на мраморный ступенях появилась она — такая блистательная, такая красивая, невинная, словно ангел, сошедший с небес. На ней было надето белое, пышное дизабе* с полупрозрачными лентами, на руках и на талии. Тонкой, хрупкой талии. Золотистые волосы были аккуратно затянуты в один пучок, обвитый похожей, что и на костюме, лентой. Безупречную, мягкой грудь ее зажимал белоснежный корсет. Когда Артур ее увидел, во рту у него пересохло от волнения и какой-то детской, неоправданной радости. Девушка с улыбкой окинула своим очаровательным взором собравшуюся внизу публику, к счастью не заметив самого опасного гостя. За руку ее придерживал высокий, статный мужчина — всем красавцам красавец, одетый в военную форму, что также ему безупречно шла, делала его важнее и мужественнее. Артур долгое время, пока эта парочка спускалась вниз, сверлил пылающим взглядом того самого "спутника", невольно сжимая и разжимая кулаки.
Все также лучезарно улыбаясь гостям, девушка приняла у кого-то бокал с вином и немного его хлебнула. Видимо, для разогрева. По крайней мере, после этого ее бледные щечки тронул приятный, розовый румянец. А парень не отходил от нее ни на шаг, держал под руку, как свою жену, и смотрел только на нее.
"В масло бы его кипящее..."— прозвучала справедливая мысль в голове Посланника. И вдруг парочка неожиданно сорвалась с места и отправилась подальше от шума в сад. Артур не думая кинулся за ними, но при этом стараясь держаться на расстоянии. Если он свихнулся, то уж не до такой степени, чтобы показываться перед толпой французов.
Парочка остановилась возле искусственного ручья, где на бережку росли розовые кусты и юноша нежно спрятал руку спутницы в своих широких, загорелых ладонях. Место, выбранное этими двумя оказалось через чур открытым для посторонних глаз, с одной стороны текла река, а далее шёл высокий забор, с другой стороны за рядом фруктовых деревьев выглядывала крыша особняка. В пяти шагах от самого центра поляны стоял одинокий, мраморный памятник греческой богини, что сидела на широкой, квадратной панели, наклонив устало голову на оголённое плечо. Артур за ней и спрятался, его взгляд продолжал испепелять ровную спинку девушки. Он не верил в то, что когда-то она смотрела ему в глаза, рыдала и жалобно, как беспомощный птенец, умоляя отпустить. Но желание убивать тогда горело в нем через чур ярко...он пропускал ее слова мимо ушей. А сейчас он ловил каждое сказанное ей слово, словно это было для него глотком кислорода. Как же все изменилось...
— Я не хотел пока делать это перед всеми, — говорил тот зализанный идиот в форме. Голос у него звучал еще противнее, чем вся его внешность. — Не хотел пока зря будоражить их чувства.
— Не понимаю, о чем ты, Хью? — Френсис смущенно захихикала. Ах, какой же божественный смех! Артур закусил губы до крови. Странное ощущение тоски безжалостно грызло его тело. Благодаря подаренной силе, ранка на губах прошла быстро и незаметно.
Тот самый Хью немного замешкался, посмотрел по сторонам, дабы убедиться в том, что за ними никто не следит, и затем к удивлению Артура и Френсис, встал на колени. Девушка снова захихикала, но на этот раз более наиграно. А Посланник чуть было не задохнулся, глядя на эту картину со стороны. Ему показалось, что что-то невидимое намеренно сдавило ему горло.
— Дорогая Френсис...Нет, любимая, — поправил себя юноша, и зажмурился глаза, мысленно собираясь с силами под очередную порцию смеха француженки. Артур приложил ладонь к лицу, с сокрушением подумав, какой же идиот стоит сейчас на коленях перед НЕЙ.
— Итак, любимая моя Френсис, я долго думал м наконец решил...сделать это...ты...милая, ты выйдешь за меня?
Невинно произнесенное предложение стрелой вонзилось в грудь Посланнику, и пират чуть было не потерял равновесие.
— Ой, Хью...— Френсис мигом перестала смеяться и посерьезнела. — Я...Я...
— Прошу, не торопись! Знай, милая, ты все, что у меня есть! Я готов ради тебя на все! — тут же принялся давить на нее своими аргументами юноша. Артур впился пальцами в гладкий мрамор памятника, не заметив того, как от волнения в спинке прекрасной богине появились десять маленьких углублений. Пират чувствовал, как адреналин судорожно застучал в его крови, словно он сейчас сделал ставки, от которых зависела вся его жизнь.
"Нет...Нет! НЕТ — скажи! " – мысленно шипел он.
— Я...это так внезапно...— Френсис взволнованно посмотрела по сторонам. Она не знала, что делать. — Я...я подумаю, хорошо? Прости меня...
— Но золотая моя...— Хью схватил девушку за ручки и нежно сжал их. В его глазах читалась такая мольба, словно он сейчас разревется. — Ты…ты только хорошо подумай.
— Обязательно, — улыбаясь, промолвила Френсис и нежно поцеловала своего спутника в губы. В этот момент Артур уже пулей несся подальше от этого дурдома, развивая на ходу свой плащ. Как бы он ни старался это скрыть, но желание овладеть этой дамой росло с чудовищной силой.
Такое нездоровое, неправильное хотение, которое испытывал отнюдь не Артур. О нет, это был не он, это был другой человек. Наивный придурок, который в какую-то секунду представил себя на месте того самого Хью. Нафантазировал себе, как маленькие, белые пальчики этого ангела поглаживают его по руке, как небесно-голубые глаза, как два блестящих рубина с нежностью смотрят на него, улыбаются. Это было прекрасное, неземное чувство, сравнимое только с тем, словно ты спрыгиваешь с башни и летишь вниз, бездонную пропасть, и ветер нещадно бьет холодными потоками тебе в лицо, сердце стучит неимоверно, а в легких не хватает воздуха, и стынет кровь в жилах, ожидая долгожданного конца.
Если бы все было по иному, между ними мог бы вспыхнуть роман? Были ли Артура хоть какие-то ничтожные шансы?
"Проклятье, НЕТ! О чем ты только думаешь, идиот? Во-первых, она ФРАНЦУЖЕНКА, во-вторых, ты...ты просто конченый критин, у которого внезапно начало что-то пробуждаться от вида этой куклы!"
Но эти отчаянные разумные слова звучали в нем все тише и ничтожнее. Артуру показалось, что он превратился в музыкальный инструмент, на которого натянули струны до такой степени, что те грозились вот-вот оборваться. Это была странная, но несильная, ухающая боль.
Наверное, это была зависть. Самая мерзкая, что ни на есть! Безусловно, осознание того, что девушка никогда не будет принадлежать ему, НИКОГДА по ряду вполне обоснованных причин. И Артур снова ощутил этот панический страх — такой же, как при смерти родителей, аналогичный тому, что он испытал годами раньше, когда пытался совершить свое первое убийство и по закону подлости роковой выбор пал на НЕЁ. Ему почудился тот скверный звон колоколов — осуждающий хор невидимых людей. Тех самых, которых он боялся, из-за которых пристыжено убирался прочь, словно запуганный до смерти щенок.
Разыскав в городке бар, который работал круглые сутки, Артур завалился в него без лишних размышлений и чуть ли не с порога потребовал стакан рома. Ему нужно было срочно расслабиться, придти в себя, расставив все мысли по полочкам, как это было до встречи с Френсис. Он не должен был изменять своему мозгу. Мозг — его главный орган, жесткий и справедливый. Сердцу тут нет места с его страданиями и интригами, а те ощущения, вспыхнувшие при виде этой ведьмы, должны были навсегда заглохнуть. НАВСЕГДА!
Артур залпом выпил жгучее лекарство «от всех проблем» и потребовал еще. Больше рома! БОЛЬШЕ! Бармен изумленно посмотрел на странного гостя, но сказать ничего не сказал — пошел молча наливать добавку.
"Она француженка, Артур, ей нет места в твоем новом мире! Скажу тебе откровенно — такого урода, как ты, она никогда не полюбит. Она будет ненавидеть тебя также, как ты ненавидишь ее народ!"
Нет, этого было мало. Ее прекрасный образ продолжал неумолимо возникать перед глазами, не взирая на противоречивые мысли. Давать какие-то надежды ...
ЕЩЕ РОМА!
Ее улыбка прелестна, губы такие розовые, мягкие и желанные... Она как луч света в черном, затхлом царстве. Живой человек среди кучки мертвых.
Артур поспешно проглотил очередную порцию алкоголя, после которого голова его пошла кругом. Похоже, шесть стаканов рома — это перебор...
— Что, мсье, неудачный денек? — спросил на сильном акценте сосед по барной стойке — молоденький солдатик с длинными усиками. Артур в ответ стрельнул в него разгневанным взглядом и отвернулся. Нет уж, он еще не настолько пьян, чтобы начать общаться с французами! Чертовы свиньи!
— Неужто девушка бросила? — продолжал допытываться этот уродец. — Эх, обычно так все и заканчивается. Сначала вроде вершина блаженства, а потом безжалостная реальность в виде безостановочного пьянства...Эх, крепитесь, мсье, — незнакомец хотел было похлопать Посланника по плечу в знак утешения, но тут ему путь перегородило острое, блестящее лезвие мачете. Артур угрожающе ткнул им в грудь того юнца, сам красный от опьянения, как помидор.
— Не подходи...с...слизняк, — выдавил из себя пират и, покачнувшись, спрыгнул с табурета. — Вы...вы во всем виноваты...ур...уроды! Твари позорные! Как же...как же я вас ненавижу всех! С...сначала убиваете во мне человека, а те...а теперь возрождаете его с ...с помощью этой...ж-женщины! Да я вас всех перебью! Благо, у...у меня ес...сть оружие! Ужасное, до ч...чертиков! Ты умрешь...п-первым, засранец! — и Артур накинулся на несчастного солдата.
***
Наконец, за долгое время плавания, настала долгожданная тишина, такая приятная, успокаивающая нервы. Вдали слышен лишь шум моря, звенящие удары пены об прочное, корабельное дерево, писк чаек и тихий скрип мачт. Многие бы отдали всё, что у них было, лишь бы почувствовать это умиротворение.
Но только не Посланник. Даже в такую ясную, почти безветренную погоду, он продолжал метаться по своей каюте, словно тигр в клетке, по которой стучали палками дети. Зрачки в его глазах расширились, как у сумасшедшего, губы превратились в тонкую, плотную, напряженную линию, брови низко опустились на глаза, показывая свой гнев. Негодование. Бешенство. Мужчина пронесся вдоль своей каюты, резко затормозил, что аж пыль под его ногами поднялась клубами, посмотрел в иллюминатор, увидел там кусок нежно-голубого неба — абсолютно чистого, без единого облака...такого чудесного, даже волшебного...наверное, как и ее глаза...
— Проклятье! — зашипел он, в ярости стукнув по раме кулаком. Он не услышал, как за его спиной открылась дверь и в каюту вошел Том — бледный, как полотно, отчего его рыжие волосы превратились в яркое, горящее пятно.
— Она...она перестала стучать по двери, — сказал он застенчиво, так как боялся, что Посланник, охваченный удушающим гневом, размажет его по стене. — Я слышал, что она ругалась. Но сейчас все тихо.
— Какой же я идиот! Я тупица! — продолжал выкрикивать оскорбления в свой адрес Артур. Волосы — и до того не особо опрятные — стояли теперь дыбом, словно он то и дело хватал их руками и оттягивал. — Зачем я это сделал? Зачем?
— А я так и не понял, кто эта тетенька? — попытался как можно спокойнее спросить юнга. А сам постоянно косился в сторону двери. Если что, то путь наружу был открыт. — Она вас знает? Просто она на вас так смотрела...
— Том, Том, Том, — затараторил Артур, оборачиваясь к юнге лицом, чтобы тот наконец увидел, как сильно повлияло на него безумие. — Том! Ты ничего не понимаешь! Зачем? Скажи мне, зачем...зачем я согласился на ее глупую сделку? Мне же это ни черта не выгодно! Точнее нет, с одной стороны выгодно...но теперь ОНА здесь, у меня на корабле. Черт, черт, черт! Это какой-то злой рок! Она не должна быть здесь!
Мужчина подошел к круглому столику и одним взмахом руки поднял его над своей головой. Вниз посыпались пустые стаканы и положенный на время мушкет. Мальчик вздрагивал от раздавшегося от них грохота. Артур некоторое время простоял в таком положении: расставив широко ноги и держа на одной руке стол, а затем с яростной руганью швырнул его на карту. Само собой, столик не выдержал удара и развалился.
И тут за место того, чтобы испугаться и расплакаться, Том почему-то заулыбался, да не просто заулыбался, а именно также плутовато, как это обычно делал Посланник, когда в его голове горел блистательный план. Или гениальная догадка.
— Я все понял, — сообщил он, все также улыбаясь, когда Артур преступил к вышвыриванию через окно сундуков. — Вы влюбились, да?
Это быстро подействовало на пирата. Посланник несколькими широкими шагами сократил между ним и юнгой расстояние, и присев перед мальчиком на одно колено, крепко ухватил его за локти. Том недовольно поморщился, ибо капитан очень часто забывал о своей нечеловеческой силе. Наверное, после этого на коже останутся синяки. Впрочем, Том не стал на счет этого жаловаться, а лишь прибавил своему взгляду побольше храбрости и ответно взглянул в глаза Посланнику — в эти две блестящие точки, словно две чёрные и глубокие бездны. Это были не глаза его капитана, а глаза какого-то сумасшедшего!
— Что ты сказал? Влюблен ли я? — процедил Артур, притягивая к себе мальчика, так, чтобы он чувствовал на своей нежной кожице его горячее, пропитанное утренним алкоголем дыхание. — Я влюблен, говоришь? Я не до конца свихнулся, чтобы ради нее сворачивать с пути свой корабль! Эта женщина — всего лишь кусок мяса с весьма привлекательной внешностью. Она не достойна того, чтобы я задерживал на ней свой взгляд! Да, хорошо, пускай она плывет вместе с нами, я покажу ей все круги ада, она обязательно пожалеет о своем решении. Через несколько дней начнет тосковать по своему женишку! Она не остановит меня, слышишь, Том?! Не остановит!
Мальчик стоял, как вкопанный, и терпеливо дожидался конца этого сумасшедшего монолога. А когда Артур закончил и принялся отдуваться, он осторожно вынырнул из его крепких, длинных пальцев и отошёл на значительное расстояние. Мало ли…
— Так...что же прикажите с ней делать, капитан? — спросил затравлено он.
— Ничего. Я хочу, чтобы она оставалась в трюме! Она не должна вести беседы с моей командой! И не говори ей ничего обо мне. Она не должна знать о наших с тобой разговорах! Делай вид, что ничего не знаешь и не понимаешь! Ясно?!
— Ясно, капитан...
***
— Капитан, вы позволите ее покормить? А то она скоро от голода умрет... — Том застал пирата за очередным пьянством. Артур сидел за починенным столиком и с горла допивал остатки рома. В каюте витал сильный запах спирта. Сам капитан выглядел — по меркам пиратов — крайне хреново. Волосы все также его стояли дыбом, словно ему довелось пережить сильный стресс, тусклые глаза без всякого интереса смотрели куда-то в сторону, не на Тома (хотя мальчик был этому как раз и рад, уж неохото ему было ощущать на себе этот пьяный, жалкий взгляд).
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:23 | Сообщение # 48
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
— Боже...— вырвалось у Тома, так как подобного состояния он не видел никогда. А когда увидел, то пожалел об этом. Пожалел, что вообще сюда вошёл. — Что же вы делаете?
— Ты что, не видишь, глупый мальчик, у меня депрессия! — рявкнул Артур и чуть было не свалился со стула, когда потянулся за новой бутылкой. — Эта женщина до сих пор в трюме, да?
— Да, мы ее не кормили. Можно, я...ее...
— Делай, что хочешь! — ответил Посланник, рассеянно теряя откупоренную пробку от рома. — Только если она начнет тебя о чем-то спрашивать, молчи! Пудри ей мозги чем хочешь, но не рассказывай о том, что ты видел сейчас! Иначе я тебя...ик...зарежу!
***
— Я начал понемногу выпускать ее из трюма. Там ужасно воняет приправами, не понимаю, как она все это терпит! — мальчик посмотрел на развалившегося в гамаке капитана. Мужчина почти не реагировал на его слова. Слишком долгий для человека, не умеющего пить, запой сделал свое дело. До комы ему оставалось ещё парочка бутылок. — Она помогает нам в готовке. Знаете, а я и не знал, что французы так вкусно готовят! Это просто невероятно! Она из ничего сварганила такие райские блюда...
— У меня шея болит...— слабо пожаловался Посланник. — Звезда рвет меня на части...Не понимаю, что происходит...
— Вам надо придти в себя, капитан! — заверил его мальчик и положил свою маленькую ручку на плечо пирата. — У вас же был какой-то план, помните? Хотите, я принесу вам воды?
— Точно! — пират попытался резко встать с гамака, но голова его закружилась, и он камнем свалился обратно. — Нужно...нужно думать о деле! Эта женщина специально меня терзает изнутри, пытается остановить меня! Но я не дамся...не дамся...
***
— Ну, вот, теперь вы намного лучше выглядите, — Том провел мокрой тряпкой по бледному лицу Посланника и бросил ее в ведро. Пират устало вздохнул и зажмурился.
— Блин, голова ужасно болит...— пробормотал он.
— Ну, а чего вы хотели? — Том заулыбался. Хоть он был еще ребенком, но самостоятельности ему было не занимать. — Вам надо появляться перед командой, а то она еще — не дай бог — бунт затеет! Страшно же!
— Я им затею бунт! Они знают, во что я их превращу, пойди они против моих слов!
Артур натянул на голову свою любимую шляпу и сунул пистолет под ремень. С ним он чувствовал себя вдвое увереннее.
***
Артур влетел в свою каюту и на ходу сбросил на гамак шляпу. К бутылке он, по просьбе Тома, притрагиваться не стал, хотя желание в нем ныло похуже раненного животного. Посланник посмотрел на карту, где вычерчены мелом всевозможные пути к оружию. Да уж, звезда была его "компасом", но ему совсем не нравилось то, что во время таких моментов, так сказать, медитаций, ему порою вышибало память. Он уходил в себя, черный туман окутывал ему глаза, он становился необычайно податливым, совершенно не противился пробудившейся в нем силе. А потом он просыпался словно после долгого, крепкого сна, и со страхом понимал, что ни черта ничего не помнит. И между тем на карте продолжали проявляться рисунки.
Нет, такие вещи были через чур рискованными — а вдруг кто-то увидит его в таком состоянии? Или он кого-нибудь убьет, сам того не осознавая?
— Придется что-то делать с замком, — сказал он вслух, поглядывая на приоткрывшуюся сквозняком дверь. — Займусь этим завтра.
***
— Она такая хорошая... Она мне постоянно рассказывает какие-то истории, а еще постоянно мне улыбается. Мне кажется, что ей совсем не страшно находиться здесь, среди пиратов. Это так странно...— Том положил рука на стол. Хоть он и, как и весь экипаж, побаивался своего капитана, особенно его гнева, но на данный момент ему похоже было глубоко наплевать на то, что ему скажет в ответ Посланник.
К счастью, пират терпел его, ничего не говорил, молча стоял в стороне, и косился на иллюминатор с какой-то…опаской. Он уже больше двух суток не пил, и желание сорваться с пути к выздоровлению росла с необычайным ростом. Руки его начали дрожать, тянуться неосознанно к бутылке. Артуру было трудно признаться в этом, но он боялся...черт подери, боялся! Боялся эту женщину, ее влияние было настолько велико, что даже сила великого Посланника тут оказалась бессильна. Единственным выходом был алкоголь. Он хоть немного, но притуплял эти странные мысли, эти странные желания... Всю эту человеческую глупость.
— Нужно от нее избавиться, — твердо решил Посланник.
Юнга вздрогнул от услышанного.
— Вы...вы хотите...убить ее?
— Я не думаю, что у меня получится. Хех, как странно это звучит моими же устами — не получится. С моими-то возможностями я могу подчинить себе весь мир. Мой ум — мое главное сокровище. Но эта француженка...она покушается на него. Она хочет захватить его, хочет подчинить его себе! Я изо всех сил пытаюсь не поддаваться этим дьявольским чарам, стараюсь делать вид, что не знаю ее, пудрю ей отчаянно мозги, а в душе трясусь, как запуганный заяц в предвкушении расправы.
— Не волнуйтесь, капитан, это всего лишь... — мальчик не успел закончить мысль, так как Посланник уже стоял рядом с ним и грубо держал его за шиворот.
— Любовь, да? — спросил он, щуря глаза. — Возможно для тебя, это вполне естественно, малыш, но не для меня! Любовь эта твоя не делает меня счастливым, она портит мою жизнь! Мои планы...все, чего я когда-то добивался и добиваюсь до сих пор – все это рушится, как песочный замок! Совсем скоро ничего не останется! Ты не представляешь себе, как это ужасно!
— Любовь — прекрасна, — виновато улыбаясь, промолвил Том, о чем тут же пожалел.
— Ах, для тебя — очень может быть! Но для меня это лишь очередное испытание! И я во что бы то ни стало, просто обязан его пережить! — Посланник с неохотой отпустил мальчика и затем перешел на более спокойную речь. — Итак, мы скоро сделаем остановку. Остров Трех черепов. Для моего задания понадобится больше провизии, оружия и народу. Одной моей команде здесь не справится. К тому же, у меня есть шанс там-то и избавиться от этой француженки. Я отпущу ее, дам шанс убежать. Надеюсь, что она не такая дура и сразу поймет намек...
***
— Проклятье, неужели сработало?! Она ушла, Том, ушла-а! — Посланник схватил мальчика за подмышки и поднял высоко над землей. Для него такое действие не составляло особо большого труда — все равно, что поднять куриное перышко. Но Том, честно говоря, не особо был счастлив такому неожиданному восторгу со стороны своего хозяина. Да и вообще, что-то он не припоминал, чтобы Посланник когда-нибудь так радовался. Это было ненормально.
— Я...я понимаю...отпустите, пожалуйста. Мне больно, — прошептал он, барахтаясь отчаянно ногами.

— Ну, и чего лицо такое унылое? — Посланник был словно на вершине блаженства. Шел по окрестностям пиратского городишка и, черт подери, улыбался, как идиот!
— Вы ужасно поступили, вот что, — честно ответил Том и постарался отвернуться от капитана, чтобы тот не разглядел в его глазах слезы. Прохожие поспешно обходили эту парочку стороной. Особенно Посланника. Да, его знали все — каждый продавец этого города, каждый головорез... Посланник был для них, как и для Европы, врагом номер один.
— Ужасно поступил? А ну-ка разъяснил мне это, юнга, а то я не совсем понимаю значения этих слов.
— Это значит, что вы поступили СКВЕРНО, бросив девушку в этом...городе. Она совершенно одна, без оружия, ее же... Могут поймать злые люди... – в такт своим словам, мальчик стиснул кулачки. Они миновали красочно украшенный переулок и попали на рыночную улицу.
Правда здесь продавали не совсем вещи...здесь продавались люди. Дамы легкого поведения, чернокожие рабы, или просто старые моряки в поисках любой работы. Посланник остановился на этой улице возле какого-то давно небритого мужика в пожранном молью халате.
— Француженка и была ЗЛЫМ ЧЕЛОВЕКОМ, ты разве не понимаешь? Извините, сколько с вами еще народу? — это он уже обратился к тому мужику в халате.
— Десяток крепких парней. Нам любое дело по плечу, мистер, — тот явно не распознал в незнакомце с пестрой шляпой кровожадного Посланника. И поэтому продолжал доверчиво улыбаться.
— Хорошо, плачу каждому по мешку золота, если отправитесь со мной в плавание, — продолжал Артур. Лицо его и вправду казалось посвежевшим по сравнению с предыдущими днями. Даже слегка помолодело.
— О, это нас вполне устроит...
— Френсис не ЗЛОЙ ЧЕЛОВЕК, — между тем отчаянно щебетал маленький юнга, сбивая нарочно капитана с мыслей. — Она хорошая девушка! Она нравится мне! Да она всей команде нравилась!
— Не слушайте его, — хмуро попросил Посланник у мужика в халате.
— Итак, с кем я имею честь беседовать?
— Капитан Армады, — Артур протянул свою руку для пожатия, но мужик внезапно побледнел и испуганно выпучил глаза.
— Ар...Армады?! — переспросил он. — Вы Пос...Пос...
— Вы слышите меня, капитан? — продолжал истерично орать мальчик и от злости его канапушки превратились в россыпь ярких, медных точек. — Френсис...
— Заткнись! — рявкнул на него Артур. — Ни слова больше о ней! Все! Так, о чем это мы... — он поднял голову и к своему удивлению заметил, что мужика на месте нет, как впрочем и вывески, на которой было написано "Рабочие руки по дешевке". — Блеск. Мы лишились новых людей.
***
— Поздравляю тебя, малыш, но мы все же нашли тех идиотов для пополнения в мои скромные ряды самоубийц! — Артур стукнул рюмкой по столу, якобы чокнувшись. Том сидел на соседнем стульчике и хмуро поглядывал на своего капитана. Наверное, будь у него больше силы в руках, он бы не поленился дать ему хорошей оплеухи.
— Капитан... Вы обещали больше не капли в рот, — простонал он и глаза его вновь остекленели. — Вы же обещали.
— Сегодня у меня праздник, Том! Я избавился от этой ведьмы, а в команде у нас пополнение! Хочется аж песню спеть! Давай, напой мне что-нибудь!
— Капитан, вы свихнулись...
Артур открыл было рот, чтобы ответить на это обвинение, но внезапно ему на плечо упала чья-то рука. Посланник застыл на месте, глаза его медленно обратились к тому незнакомцу, что посмел прервать их чествование.
— Прошу прощения, не уж -то сам Посланник заявился сюда, к смертным? Я просто не верю своим глазам!
За спиной пирата стоял молодой человек с очень загорелой кожей и до омерзения приятными чертами лица. Кучерявую копну каштановый волос ему затягивала красная лента. Юноша весело смотрел на Посланника, словно не знал, к кому обратился. Может, он был просто пьян?
— Я тебя знаю? — хмуро поинтересовался англичанин, а у самого уж все запылало в груди от желания накостылять этому паршивцу, который посмел к нему обратиться.
— О, забыл представиться! Хотя я был уверен, что мы уже виделись. Тоже на этом острове. По крайней мере я вас вижу не в первый раз! Антонио Карьедо! Тоже пират. Конечно, не такой кровожадный ублюдок, как вы, Посланник, но активно к этому стремлюсь!
— Пират, значит...
***
— Скажи мне, Том, какого черта?!
Снова родная каюта, родной гамак и родная бутылка рома. Прямо таки де жа вю.
— Какого черта она опять здесь? Она что, глупая? Не понимает, в какое лезет дерьмо? Проклятье...— Артур содрал с себя рубашку, выставив наружу свой торс. Где-то в области груди недавно зияла глубокая, подаренная испанцем, ранка. Теперь не осталось ни шрама. Надо сказать спасибо звезде.
Том сидел рядом на стульчике, положив руки на колени, и старался вести себя как можно тише, понимая, что сейчас для капитана любой звук был раздражителен. Хотя у самого так и рвалась наружу предательская улыбка. Посланник это сразу заметил и почувствовал, как опять его тело вскипает от ярости.
— Ты — то чего радуешься? — заорал в обессиленной злобе он, и упал головой на мягкую подушку. По его раскрасившемуся от алкоголя лицу скатывались капли пота. — Эта ведьма снова с нами...Снова! Это ты все подстроил?
— Я же все это время был рядом с вами, капитан, — невинно изрек Том, тайно упиваясь таким положением. — Вы сами видели. Она пришла на шум и попыталась вас остановить. И у нее это почти вышло.
— Она присосалась ко мне, как пиявка! Ненавижу!
***
— Том! Том! То-ом! — пират вошел в каюту мальчика и не смотря на то, что тот сладко дремал у себя на матрасе, продолжил звать его по имени. Странно, он не был пьян. Но по его блестящему от пота лицу было видно, что он напуган.
Мальчик лениво потянулся и лишь затем открыл глаза. Увидев рядом с собой капитана, сон мимолетно исчез в глазах юнги и он поднялся с постели.
— Что случилось, капитан? Сколько времени? Еще темно!
— То-ом...— продолжал жалостливо звать его мужчина и почему-то свалился перед мальчиком на колени. Теперь капитан был на уровне его головы. Том испуганно отстранился, словно Посланник представлял для него страшную угрозу. — Том, я чудовище...
— Что случилось? Вы опять...— мальчик схватил пирата за воротник и принюхался. Как странно, алкоголем не несет, зато подозрительно попахивает чаем. Мужчина же смотрел на мальчишку с такой тоской, словно произошло что-то действительно непоправимое. Губы его дрожали.
— Она...она видела меня в том...том состоянии...— прошептал Посланник. Со стороны он был похож на лунатика — стоял на коленях и раскачивался, как дерево при сильном порыве ветра. Мальчик поспешно оторвался от пирата и ринулся закрывать дверь. Не дай бог, если кто-то увидит капитана в таком состоянии...Что же тогда произойдет? Впрочем, юнга не хотел пока об этом задумываться. Его больше волновал капитан с его очередными депрессиями.
— Мне просто не к кому идти, Том, — попытался оправдаться мужчина. — Я ведь больше никому и половины не рассказываю того, что говорю обычно тебе. Ты...можно сказать...единственный мой друг. Ты ведь мой друг, да?
— Вы с ума сошли, капитан, — вырвалось невольно у мальчика. Но затем он осекся и поправил себя. — Ну, да, конечно, я ваш друг. Так, Френсис вам видела?
— Да-а... В тот момент, когда я медитировал... Она видела это. Я забыл закрыть дверь и она — дура ненормальная — вошла. Я очень сильно напугал ее, Том, — мужчина судорожно схватил мальчика за руку, словно она могла его защитить. — Я не знаю, что именно я наговорил в тот момент, но когда пришел в себя, то увидел ее взгляд. Том, ты бы видел, как она смотрела на меня! Как на какого-то монстра! Я напугал ее, Том...
— Возьмите себя в руки, капитан, и отпустите мою руку! — попытался как можно тверже сказать юнга.
— Том...
— Что такое?
— Я люблю ее, Том... Я понял это только сейчас. Я...я не допущу того, чтобы с ней что-то произошло... Я должен защитить ее от всех ужасов, что заготовила нам наперед судьба!
— Ну, хоть вы признаёте это и мне уже не так страшно за вас...
— Том, черт подери, я ЛЮБЛЮ ЕЕ!
— Да не орите же вы так! — Том проворно отпихнулся от рук капитана. — Какие же вы странные, взрослые... А еще детей глупыми называете! Так скажите ей это, раз любите!
Артур поперхнулся.
— Что!? Нет, ни в коем случае! Она не должна знать об этом!
— Тогда я не понимаю...
— Том, надо что-то придумать, надо как-то уберечь ее!
— Давайте об этом поговорим потом... Я спать хочу...— махнув рукой на капитана, мальчик отправился обратно на матрас и закутался в старом одеяле. Но что самое противное, капитан не собирался его оставлять одного. Присев рядом на пол, мужчина обхватил руками коленки и глубоко вздохнул.
— У нас на корабле находится один человек...которого я ненавижу. С которым когда-то даже подрался. Черт, это было словно в каком-то другом мире, я почти об этом забыл. Я не хочу, чтобы Френсис затевала с этим человеком дружбу...
— Капитан!
— Все, молчу.

***
— Мои страхи подтвердились, — Артур заметно дрожал. Это было странно — благодаря этой француженки, юнга теперь был капитану чуть ли не младшим братцем. И Артуру это нравилось. Нравилось до чертиков — чувствовать, что хоть кто-то интересуется твоим паршивым состоянием. Как раз этот "младший братик" сидел напротив него и грыз буханку белого хлеба. Глаза у него горели, как две блестящие пуговки, а на пухлых щечках играл здоровый румянец. Поразительно, что Посланник не находил ни с кем общего языка, зато прекрасно общался с ребенком.
— Какие страхи? – с неохотой отвлекаясь от булки, спросил Том. Черт, какое же наивное дитя.
— Они подружились,— мрачно пояснил Посланник и сжал силой побелевшие пальцы. — Он все ей расскажет. Нет, это не самое страшное... Самое страшное то, что я его враг, и он обязательно воспользуется этим. Расскажет ей какую-нибудь мерзкую нереальную историю. А она поверит...
— И что нам делать?
— Я покончу с ним этой ночью.
Странно, что на этот раз Том практически этому не удивился. А наоборот — продолжал с большим аппетитом терзать хлебную булку.
— Кстати, Френсис хотела меня убить... — а вот это уже было интереснее. Том перестал жевать навострил уши. — Она стащила откуда-то саблю и замахнулась на меня. Благо, что я среагировал, иначе бы... Нет, она бы не убила меня... Но мне бы было ужасно паршиво. Мне и сейчас противно осознавать ее поступок...
— Но тут все понятно, вы же напугали ее! — воскликнул Том. — Вот у нее и проявилась... эта... самозащита.
— Она меня ненавидит...
— Ну, это ясно.
— Она меня боится...
— Я бы тоже испугался.
— У меня есть для тебя задание, — Посланник внимательно посмотрел на юнгу. Голос его зазвучал спокойнее. — Пускай она переселяется к тебе, так как в трюме жить уже невозможно. Там все водой залито. Когда она уснет, обыщи ее. У нее должны быть какие-нибудь записи...документы… я хочу знать, как продвигается ее расследование!
— А если у нее таких вещей нет?
— Поверь, Том, она девушка. А девушки не умеют все держать у себя в голове!
***
Том застенчиво постучался в дверь и вошел под зычный приказ "открыто". Густо краснея, он засеменил к столу, за которым сидел его капитан, одетый в одну рубашку, положил перед ним стопку каких-то пергаментов. Артур между тем с внимательным интересом разглядывал мушкет, который определено ему не принадлежал. Том знал это, так как видел оружие капитана. Этот же пистолет был куда крупнее, и его ручку покрывала совсем иная гравировка.
— Это ее? — спросил Посланник, не отрывая своего любопытного взгляда от мушкета.
— Да.
— Отлично, замечательно, — мужчина бережно положил пистолет рядышком с принесенными листами и, сцепив деловито пальцы, взглянул на смущенного юнгу. — Тебе стыдно за то, что ты наделал?
— Д...да.
— Не волнуйся, все это мы делаем во благо Френсис. Предателя я убил, можешь не сомневаться. Кстати, это его мушкет, если что. Стащил перед убийством. Нам это понадобится для плана.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:24 | Сообщение # 49
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
— Какого плана? — Том недоверчиво нахмурился, тем самым походив больше на рассерженного бурундука. Посланник едва не улыбнулся этому. — Вы мне не рассказывали...
— Я собираюсь изгнать Френсис, — кратко ответил Посланник. Не дав Тому возмутиться, он мягко продолжил. Через чур мягко для своих постоянных депрессий. — Мы будем как раз проплывать мимо моего островка. Туда я ее и отправлю. Том, пойми, туда, куда мы направляемся, будет опасно. Слишком опасно. Она не выдержит этого. Кстати, я и тебя хотел...
— Я остаюсь, — буркнул мальчик.
— Ты уверен? — Посланник поднял удивленно брови, но затем тряхнул головой, и продолжил. — Хорошо. Когда я учиню беспорядки, я должен быть уверен в том, что она в безопасности. Я ее загипнотизирую, велю отыскать мое тайное место, пускай она найдет мою книгу и по ней все поймет. Я хочу, чтобы она знала обо всем, но я не готов сказать ей это в лицо. Ты же знаешь верующих, какие они нервные и...сердобольные. Она должна понять...
— Мне кажется, это глупо...лучше самому все рассказать, — ответил хмуро мальчик, которому изначально сей план был не по душе.
— А чтобы она не сбилась с пути, я дам ей подсказку, — продолжал гениально мыслить Артур. Гениально в кавычках. Похоже, Том начал понимать, о каком безумии говорил ему Посланник, когда не хотел признавать свою любовь к Френсис. — Это послужит ей гипнотическим толчком.
— Вы там ей и признаетесь?— в надежде спросил Том.
— Да...нет, не совсем...
***
Было раннее утро, корабль неспешно плыл под небесным персиковым куполом, в воздухе витал влажный аромат морской соли. Где-то неподалеку визжали блуждающие по просторам океана чайки.
Первые лучики солнца проскользнули в круглый иллюминатор капитанской каюте, игриво затанцевали на согнутой, широкой спине Посланника. Артур не спал, он сидел за столом и аккуратно выводил какой-то текст на маленьком кусочке бежевого пергамента. Когда он закончил это занятие, в каюту вошел Том и молча присел на свой почетный соседский стульчик. Он старался выглядеть бодро, как и его капитан, однако розовые следы на щеках выдавали то, что Том только что оторвал свою голову от подушки.
— С добрым утром, — пропищал он, поежившись от утреннего холода.
— Том, ты читать умеешь? — спросил его Артур, быстро пробегая глазами по своему письму. Том поднял голову и на его лице появилась гримаса недоверия.
— Ну...учили меня ребята...а что?
— Прочти, — пират протянул юнге листок. Том с неохотой принял его из рук англичанина и опустил глаза. Он заметил, что Посланник заволновался.
— М-м...— мальчик сосредоточатся на прочтении. Конечно, он не обманывал капитана на счет своих умений, однако читал очень и очень медленно, порой путая буквы или целые слова. На весь процесс у него ушло больше пяти минут. За это время Артур готов был запрыгать на собственной голове.
— Эм...эм...вы же не умерли! — возмутился мальчик.
— А это маленькая хитрость, — хищно улыбаясь, сообщил Посланник.
— Эм... — глаза Тома снова медленно заскользили по строчкам. — Вы что, писали это от имени того предателя? А в чем же смысл? Она тогда решит, что это он в нее влюблен, а не вы!
— Так я не хочу, чтобы она знала этого. Я не хочу, чтобы она решила, что я ей помогаю или пытаюсь на что-то натолкнуть!
— Это глупо...— мальчик бережно положил письмецо на край стола. — Лучше подпишитесь собой.
— Ты чего, одурел? — заорал на него не своим голосом пират. Казалось, что это действительно вывело его из себя. — Я так жестоко с ней обращался все это время. Всеми силами игнорировал, а тут выясняется, что я ее...кхм.
— Ну, она же девушка, — Том попытался подобраться к упрямому пирату с другой стороны. Его крайне расстраивало эта беспринципный вспыльчивость. — Девушки... Они ведь все понимают. Она тоже поймет. Возможно, что даже...
— И тогда она кинется снова на мои поиски, и в чем тогда смысл?! А знаешь, меня даже не это волнует! Пойми, если она узнает, что я её…кхм…люблю, то она непременно этим воспользуется и попытается меня остановить! И остановит, черт подери! А я ведь так долго и так кропотливо вынашивал свой план…у меня все козыри в руках.
Том хотел еще что-то сказать, наверное сообщить Артуру плохую новость, что его капитан идиот, но затем решил просто с этим смириться. Влюбленные люди...и вправду казались глупцами, которые вроде бы хотят сделать все идеально, но выходит это порой ненормально и нелогично.
— А так, она что, по вашему, прочтет ваши мысли и останется спокойно сидеть на острове и дожидаться вашего возвращения?!
— Пока она будет разгадывать мои загадки, я успею все это совершить, — Артур был доволен своими выводами. Взяв листик в руки он спокойно скомкал его и сунул в крупную, серебряную пулю. — А потом...я вернусь за ней... Когда со всем покончу.
— А если она вас еще сильнее возненавидит...?
Артур на это ничего не ответил.
***
— Мы сделали это...
Артур стоял на палубе и внимательно вглядывался на небольшое светлое пятнышко, что когда-то было островом. Ветер приятно ласкал ему лицо.
— Я все равно думаю, что это глупо, — продолжал твердить Том. Он стоял чуть дальше от своего капитана, но Артур слышно его прекрасно. Мальчик быстро стирал с глаз засохшие слезинки.
— Зато у меня появилось время все тщательно обдумать, — Артур переглянулся. – Теперь она мне не должна помешать…
***
Где ещё в этом мире было также холодно? Чтобы сухой ветер, подобно россыпью иголок, царапал легкие? Даже небольшие разведения кострищ не помогали пиратам согреть свои окоченевшие конечности.
Том открыл коленом дверь и протиснул в каюту деревянный поднос с остывшей едой. Так как Артур имел странную привычку есть от всех отдельно, пришлось поработать официантом. Впрочем, Тома это мало волновало. По крайней мере, он так думал до тех пор, пока не вошел в комнату, ибо едва он закрыл за собой дверь (той же ногой), как на другом конце каюты раздался выстрел. У Тома от страха аж сердце подскочило к горлу и пальцы его случайно отпустили поднос.
— КАПИТАН! Боже, капитан! — отряхивав портки от супа и пюре, мальчик понесся вглубь комнаты. Артур валялся в углу комнаты, одна рука его лежала на правом колене, другая сжимала в руках мушкет. На растрепанных волосах юнга обнаружил пятна крови и еще чего желеобразного. Тем же самым была замызгана и стена за спиной пирата. Над разбитой головой капитана разрастался белый пар.
— Капитан! — всхлипывая, взвыл Том. — Капитан!
— Ну, чего ты разорался? — неожиданно спросил его мертвец. Том не видел большей половины его лица за лохматой челкой, но он отчетливо разглядел в тени блестящие белки глаз пирата. Пират с рассеянным видом перезарядил посиневшими пальцами мушкет, всунул в него очередную круглую пульку. Тома словно громом поразило. Он не мог оторвать от Посланника испуганного взгляда.
— Что вы...
— Мозги вправляю, — ответил недовольно пират и приложил дуло пистолета к виску. Еще мгновение и звук выстрела прозвучал чуть ли не на весь корабль, и Том снова зажался, как перепуганный зверек. — Из...извини, что мне приходится делать это перед тобой...
— Но зачем? — мальчик долго силился, но в итоге разрыдался. — Заче-ем вы это делаете?
— Я же сказал тебе, — мужчина стер с плеча ошметки своих мозгов и принялся перезаряжать мушкет, который от бесконечных выстрелов казался горячее раскаленной кочерги. — Кто -то говорил, что осознание приходит только при смерти. Я убил себя уже сто двадцать четвертый раз, — прозвучал выстрел. — Сто двадцать пятый. И все равно, я не могу понять.
Каждый раз, когда пират выстреливал себе в голову, мальчик закрывал глаза ладонями и начинал громко рыдать, и горячие слезки, не успевая доползти до подбородка, стыли и превращались в мелкие сосульки. То, что делал Артур, было ужасно!
— Прекратите...умоляю...— Том закашлял. Из его губ потекла вязкая слюнка. — Господи!
— Я хочу понять, почему она с каждым выстрелом лишь яснее является ко мне? Почему до этого я не знал этих ощущений, я чувствовал себя бездушной вещью, способной только мыслить. Но сейчас...словно мозг мой начал отказывать, чахнуть...во мне опять идут перемены. Я понимаю, что хочу быть рядом с ней, что мне не нужен этот гребаный мир с его законами, что все мои принципы были одной большой ошибкой...
— Наверное, так и должно быть, — попытался предположить мальчик. — Только не стреляйте больше, умоляю. Мне страшно.
— А что тут такого? Я же все равно не могу умереть, — Артур усмехнулся. — Мда-а. Всю жизнь свою потратил на открытие нового измерения, и теперь могу все это и потерять из-за какой-то женщины...Я и вправду обезумел, Том. И Френсис – она мой ключ к безумию. Хорошо, что ее сейчас нет здесь и ее влияние действует на меня не так сильно, как это было в ее первые появления.
Том резко поднял голову и посмотрел на потолок.
— Вы слышали это? — прошептал он.
Артур посмотрел через иллюминатор и лицо его налегла более мрачная тень.
— Испанский корабль...

Воспоминания начали сужаться, как скомканный руками листок, сверху на них накатил неожиданный клуб густого, черного дыма , имеющего пару горящих прорезей. Дым зарычал, как самое настоящее чудовище.
Артур летел вниз со скалы, раскинув безмятежно руки и жмуря глаза. Образ Френсис, такой до того этого ясный и ощутимый, растворился в небытии. Теперь он был во власти существа. Он задыхался, хотя не паниковал...он же не умрет. Он не сможет умереть. Он бессмертен, он силен, как целое, снабженное оружием, войско. Он всех защитит. Он защитит ее. Иначе зачем он это делает?
— Все, хватит! — Френсис услышала за своей спиной его тихий, но вполне ясный голос и почувствовала, как кто-то крепко хватает ее за ладонь. Девушка переглянулась, и увидела за собой чью-то неясную фигуру. В принципе, она понимала, кто стоял перед ней. — Френсис...ФРЕНСИС! ФРЕЕЕНСИС!!! ОЧНИСЬ, БОНФУА!
Посланник рывком вырвал девушку из воспоминаний. Френсис попыталась сначала вырваться из этого потока, похожего на бурлящее течение реки, только за место воды, девушку несли мысли, множество мыслей, которые что-то говорили, порою кричали, иногда даже хихикали, как сумасшедшие, а иногда даже и ревели. Внешне это напоминало как раз ту чёрную, густую воду, по которой когда-то плыла былая Армада. Только этот поток был более живым, более эмоциональным, более пылким. Френсис показалось, что она сходит с ума, что теперь эти голоса звучат не внешне, а уже в ней самой. Как будто всё это неосознанно говорили, выкрикивали её губы.
Френсис забарахталась в этой вязкой жидкости, ощущая, как она назойливо прилипает к её рукам, старается не упустить такую аппетитную жертву. Френсис закрыла плотно рот, дабы не впустить в себя эти проклятые воды, и закрыла глаза. На какое-то мгновение, черные, живые волны накрыли её с головой, попытались унести её на дно, чтобы там и растерзать на куски.
— Я даю тебе выбор. Дальше будет куда опаснее. Ты ведь никогда не слышала о третьем измерении?…. Ты можешь пойти туда со мной. Или же можешь убить меня, и тогда все здесь и закончится. Бери мой корабль, если так хочешь, и плыви отсюда как можно быстрее!...
Френсис мигом среагировала на голос, но понять, откуда он доносился, была не в силах. Река не пускала её к нему. Френсис уходила всё ниже и ниже на дно.

*платье эдак 17 века, для того времени, через чур откровенное!

Глава 21. Между двумя мирами
- Она жива вообще?
- Ну, да, сегодня даже рукой двинула. Кажется, я слышала, как она ночью разговаривала. Что-то бубнила под нос себе. Ты посмотри, вроде у нее щеки порозовели. Это хорошо, значит, она выздоравливает.
Голоса раздавались так глубоко, словно где-то в бочке. Френсис попыталась пошевельнуться, дабы показать этим незнакомцам, что так расслаблено беседовали над ее телом, что она жива, что все с ней хорошо. Но хорошо ли? Если она наполовину вырвалась в реальность из того состояния-то ли комы, то ли обыкновенного сна - в котором прежде находилась, то это вовсе не значило, что с ней все было в порядке.
Когда она поняла, что не в силах даже поморщить нос, что тут говорить об остальном, сердце ее взволнованно застучало в груди. Что с ней? Где она? Может, она уже мертва? А те люди, чьи голоса она слышала минуту назад - вовсе и не люди, а...ангелы?
"Помогите!"- хотела крикнуть она, но этот жалкий вопль прозвучал в мозгу. Пронесся словно по длинному, бесконечному коридорчику и вскоре затих. И она снова осталась одна.
- Френсис, ну как ты? - этот совершенно иной, не похожий на предыдущих, голос возник из ниоткуда, в темноте. Такой детский и бодрый.- Мне тут сказали, что ты ночью руками шевелила. Наверное, ты поправляешься. Я очень-очень за тебя волнуюсь, Френсис. Наверное, я в этом виноват. Я не должен был тебя там оставлять одну, и этого бы не произошло...Френсис...Френ...
Девушка собралась с силами и вынудила разлепить веки. Это оказалось очень тяжелым, даже болезненным занятием, так как неожиданная вспышка света словно полоснула ножом по глазам, пробуждая щиплющую боль. И видимо это являлось каким-то душевным толчком, который помог Френсис окончательно вырваться из этого мира грез и ощутить жуткую слабость в конечностях. Мышцы на руках и ногах сводило так, словно ей пришлось пробежать несколько километров без передышки. А в груди ухала такая тяжкая боль, доводящая до удушья. Френсис сразу захотелось обратно в свой сумрачный мир, где ей было спокойно за себя, и она не чувствовал этой ноющей боли.
- Том, - прошептала она, проводя языком по пересохшим губам. Она никогда еще не испытывала такой мучительной жажды. - Том, где ты? Со мной все хорошо...
На самом деле ни черта с ней было не хорошо. Но Френсис не хотела, чтобы за нее волновались. Особенно этот мальчуган...с которой, кстати говоря, ей нужно было о многом переговорить.
Вторая попытка открыть глаза оказалась куда успешнее предыдущей. Френсис сумела раскрыть их всего лишь на пару секунд, убедиться в том, что лежит она на чьей-то подстеленной одежде, под открытым небом. Рядом нее никого не было. От нее рядами шли чьи-то постеленные на полу тряпки, иногда худо-бедно сконструированные, закрытые палатки, но ни Тома, ни - тем более -Посланника рядом она не увидала. Опустив поспешно веки, пока яркий свет не прожог ей глаза, девушка на какое-то время расслабилась.
Для такого незначительного движения, как поднятие головы на десять сантиметров, принудило заработать все мышцы шеи, ну, или хотя бы, их большинство. Теперь же они ныли так, словно Френсис не голову подняла, а как будто ее схватили за голову и подняли высоко над землей, точнее не подняли, а дернули, пытаясь оторвать.
Тома рядом не было. То, что слышала Френсис в своей голове, было лишь воспоминанием -скомканным, возникшем в памяти в момент ее пробуждения. То, что говорил Том когда-то, было возможно вчера, а может и пару часов назад. Главное, что не сейчас.
Через какое-то время всем было известно, что Френсис пришла в сознание. Такое большое количество внимания со стороны пиратов смущало француженку, как будто ее кома (а так многие и считали) являлось для всех жутким, просто невыносимым, всемирным потрясением. Как будто Френсис и вправду была всем дорога. Даже Чарли, который никогда ни во что ее не ставил. Однако он первым обнаружил ее, стонущую и просящую воды, среди кучки старого тряпья, заменяющего спальные мешки. И он даже приподнял ее голову, чтобы девушка могла нормально осмотреться, а кок принес своего остывшего бульона, который на вкус был, как кислятина. Френсис не могла двигаться… не то, чтобы не могла, а просто при каждой попытке двинуть рукой или ногой пробуждало в ней панический страх, что ее кости не выдержать и раскрошатся до мельчайших частиц. Хотя это было и глупо, но рисковать как-то не возникало желание.
- Ну вот, кожа теплеет, - улыбаясь, пояснила Сара. И Френсис искренне удивилась тому, как же она рада видеть это загорелое, ухоженное лицо, растянутое в довольной улыбке. Словно этот человек был ее спасителем. Самым родным существом на планете. Впрочем, подобное чувство возникло к каждому, кто хоть раз подходил к Френсис и спрашивал ее о самочувствии.
- Ты напугала нас, - как всегда неожиданно в разговор Антонио. Он сидел на одной, из трех оставленных на палубе скамей и вместе с еще двумя пиратами, усердно греб веслом. - Мы уж решили, что тебя не спасти. Ты была такая белая, как мертвец... Думаю, если бы не этот густобровик, то мы бы тебе поминки устроили.
- А что он? - Френсис захотела приподняться еще на несколько сантиметров, но мягко приложенная к животу рука итальянки не позволила ей шевельнуться. Френсис не видела среди пиратов Посланника, и это ее взволновало. Он так ни разу ее и не навестил. - Где он? Как он?
- Сколько вопросов, сколько вопросов, - испанец на мгновение отпустил рукоятку весла и то, словно ожив, ударило его по груди. - Ой! Вот дерьмо!
- Прекрати ругаться! Сам виноват! - справедливо воскликнула Сара, а Френсис улыбнулась. - С ним все хорошо. Чего ты так волнуешься-то?
- Я? - Френсис попыталась отвезти взгляд в сторону и казаться более невозмутимой. - Я..я не волнуюсь, просто перед тем, как я...он...
- Ты как-то подозрительно часто дышишь, - пробормотала Сара, прикладывав ладонь к губам девушки. - Френсис, ты чего так волнуешься? С ним все хорошо, засел он там в той...кхм...каюте, как сыч, и не выходит. Вышел пару раз только, осмотрелся, сказал, чтобы мы градусов на тридцать повернули корабль, а затем ушел. Нелюдимый он совсем.
- Да, скверная личность! - поддавшую Антонио, которому все же удалось овладеть непослушным веслом. - Помню, как он выбежал на ступени, а ты у него в руках трупом болтаешься, ни на что не реагируешь. А он, значит, всех нас позвал, у самого глаза бешено горят, волосы дыбом. Ожил, черт подери. До этого, как полумертвый, шлялся, и вдруг выбегает. Я вообще решил, что он убил тебя в приступе ярости. Уж больно злобно он выглядел.
- Ага, и ты с ним подрался из-за этого, - кивнула спокойно Сара.
- Как подрался?! - Френсис снова захотела привстать на локтях, но, как и в первый раз - попытка очередная оказалась проваленной. Ее настораживало то, с каким спокойствием эти люди обсуждали то, чего Френсис не видела из-за своего состояния...кстати, а что с ней было-то? Это был сон? Обморок? Кома? Что это было?!
- Ну, мне и вправду стало страшно за тебя! Откуда мне было знать, что он там с тобой сделал?
- И ты с воплями набросился на него, и дал ему в челюсть.
- ЧТО?!- Френсис не знала, как на это реагировать. Сначала ее это поразило, затем она испугалась, представив себе окровавленное, искаженное злобой лицо англичанина. А потом на нее накатила злость. Какого черта этот испанец посмел прикасаться к Артуру? Да мало ли, что он там с ней делал, это же не его дело...не его...
- Я правда очень разволновался... А он еще такой стоит, свирепый, как медведь...
- Он ударил Посланника по лицу кулаком, а тот чуть тебя не выронил...- продолжала свой рассказ итальянка. Говорила она все так же подозрительно спокойно.
- Мне кажется, он лишь крепче в нее вцепился, - хмурясь, пояснил Антонио. - А потом так посмотрел на меня, словно попытался испепелить взглядом...
- И ты упал, - вставила с иронией Сара. - На задницу.
- Это все этот урод виноват! Он меня с ног сбил!
- А со мной-то что произошло? - попыталась вмешаться в этот эмоциональный диалог Френсис, у которой и без того душа в пятки ушла от услышанного. - Почему я была в таком состоянии?
- Сильное истощение, - ответила Сара. - Словно из тебя выжили все соки! Посланник сказал, что это пройдет. И он оказался прав - тебе становится уже лучше. Это хорошо, нет, это замечательно!
Но тут Френсис в голову пришла кое-какая мысль, как ей казалась, весьма эгоистичная.
- А Посланник ещё что-нибудь про меня…говорил? Или хотя бы…навещал?
Как и следовало ожидать, этот вопрос вызвал на лице Сары большую подозрительность. Девушка даже не сразу начала отвечать на этот странный вопрос.
- Эм...нет, честно сказать, он ни разу больше о тебе не говорил. Тебя словно не было все это время. Он как выходил из своей общинки, говорил что-то по делу, на счет курса, по которому плывет корабль, но о тебе - ни слова. А должен был?
- Я...не знаю, - ответила разочарованно Френсис, но затем поправилась. - Нет, конечно, нет. Его это не должно интересовать.
И, как бы горько не становилось в горле от этих мыслей, но Френсис понимала, что она совершила самую ужасную ошибку в своей жизни. Возможно, даже непоправимую. Единственное, что хоть как-то разбавляло в ней этот комок горечи - то, что Посланник был цел и невредим. Что он сейчас в каюте, размышляет об их дальнейших действиях, его сердце бьется равномерно, он продолжает дышать, двигаться…чувствовать. Он не предстанет больше перед ней бледным и холодным, как мертвец. Нет уж, его кожа сейчас теплая, мягкая...живая.
Когда начало вечереть, небо - и без того лишенное ярких и радостных цветов, заслонили черные, тяжелые на вид тучи и корабль накрыла огромная тень. Это значило, что день постепенно затухает, настает тихая, зловещая ночь. Пираты постепенно сменяли друг друга на постах, корабль в такие моменты стоял на черной воде, не двигаясь. Весла лежали рядом с палатками, собранные в один рядок. Немного порывшись в найденных в каюте вещах, пираты обнаружили несколько старых, но вполне годных свечей. Одну поставили на деревянный гребень морского, корабельного змея, вторую - в центре палубы, чтобы дремлющие люди чувствовали себя комфортнее. Хотя, какой тут комфорт, когда за сотню миль тебя окружает сплошная вода - и то, также жаждущая твоего тела... С таким-то товарищем не сомкнешь глаза.
Третья свеча горела в окне капитанской - так прозвали ее люди Посланника - каюты.
Френсис, как многие, не могла спокойно уснуть. Во-первых, сказывался ее до этого долгий то ли сон, то ли клиническая смерть... Во-вторых, ей было жутковато спать в таком месте, где не звучало даже самого обычного шума воды, или ветра. А черный купол так и давил на нее сверху своей тяжестью. В-третьих, глаза ее продолжали внимательно разглядывать деревянную дверь, ведущую в каюту Посланника. "Интересно, что ты там делаешь? - думала она. - О чем думаешь?"
И она снова вспомнила про то, что ей довелось увидеть. Посланник на какие-то пары секунд, а может чуть больше, раскрылся перед ней, как книга. И за это короткое время Френсис умудрилась прочесть ее и осознать для себя главное - Артур был другим. Нет, он был не плохим, и не был хорошим человеком. Большая половина его воспоминаний состояли из ненависти к другим народам, из мести, смытой кровью. Но ведь этому всему стояла причина. Тот самый толчок, который велел Артуру жить дальше и не сомневаться в себе и своих возможностях. Тот, что впоследствии гонял его почти всю свои жизнь. Смерть семьи и потеря самого себя.
А затем появилась она и по его мнению, испортила ему всю его малину. Пришла - такая гордая и злая Френсис - и с бессердечием растоптала его песочный замок, который так долго и усердно строился целыми годами. И он влюбился.
Так что же такое любовь - тяжкое бремя или же сладостная свобода? Приятный промежуток времени, когда сердце замирает при виде возлюбленного, сжимается, как губка...
Френсис могла бы рассуждать об этом дальше, насколько бы еще хватила ее бессонница, но тут ее взгляд привлекла маленькая фигурка, что не спеша приближалась, аккуратно перешагивая через спящих. Это был Том.
- Привет, - смущенно поздоровался он. - А...ты тоже не спишь?
Френсис молча кивнула.
- Ох, как круто! А то мне так страшно одному. Кажется, что на меня уставилась сотня пар глаз! Чувствуя себя, как на ладони.
Мальчик плюхнулся на пол прямо перед девушкой и невинно заулыбался.
- Я та-ак рад, что ты выздоравливаешь. Я очень волновался, честно. Думал даже о худшем, а потом тут же начинал себя ненавидеть за это!
- Том, - Френсис сурово посмотрела на мальчика. - Ты должен мне кое в чем признаться...
Юнга испуганно сглотнул, словно Френсис должна была вскочить с постели и зарезать его. Хотя, знал, что подобного она не совершит, даже просто потому, что на данный момент через чур паршиво управляет своим телом. И все равно, такой серьезный взгляд мог кого угодно напугать или хотя бы напрячь.
- Артур меня любит?
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:25 | Сообщение # 50
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Том с затаенным дыханием посмотрел на девушку. Его бледность просто поражала. Казалось, что он полностью лишился крови.
- Откуда...откуда ты знаешь? - прошептал он, при этом оглядываясь по сторонам. Убеждаясь, что их никто не слышит.
- Передо мной предстала заманчивая возможность увидеть этот мир глазами твоего капитана. И я им воспользовалась.
- Ты видела все? - Том подполз к Френсис чуть ближе. Он определенно не хотел, чтобы их кто-то услышал. - Ты видела наши с ним разговоры?
Получив в ответ краткий кивок, юнга с тоской закрыл ладонью лицо. Через секунду Френсис услышала, как он плачет.
- Прости меня...Блин, ты не должна была об этом узнать! А капитан...он в курсе, что ты знаешь...? Ну, ты поняла...
Френсис пожала плечами:
- Скорее всего.
И Том еще громче всхлипнул.
- Бедный капитан... Он не хотел, чтобы кто-то узнал о его мыслях! Блин, он так сам себя запутал, что даже я уже не понимаю, что делать! Почему...почему вы, взрослые, так всегда все усложняете?
- Значит, все, что я видела, было правдой, - заключила Френсис. - Значит, он вправду меня любит... Ну, или любил...
- С чего ты решила, что любиЛ? - мальчик перестал плакать.
- Потому что я совершила очень подлый поступок, Том. Я не думаю, что простой человек простит мне мою назойливость.
- Но ведь капитан не простой же человек, - юнга грустно улыбнулся. - Он наверное простит...прости, Френсис, что я лезу не в свое дело, но... мой капитан тебе нравится? - и это прозвучало так жалобно, так мило, так...по-детски, что Френсис мигом истощила всю свою обиду в адрес мальчика.
- Если я скажу тебе, что он мне более, чем просто нравится, тебя этот ответ удовлетворит? - спросила она, а сама аж затряслась от удовольствия. Ей нравилось обескураживать людей.
- Вау, ты его любишь? - глаза юнги азартно загорелись. Нет, ну ребенок же!
- Ну, допустим, - Френсис говорила осторожно, а сама чуть ли не взрывалась от растущего в груди хохота.
- Ух-ты, - мальчик захлопал в ладоши. Щечки его тронул румянец. - Это же здорово! Тогда вы можете сойтись вместе и это будет замечательно! Может, капитан перестанет вести себя так...глупо.
- На счет этого я ничего не могу сказать... Я ведь только "за", мне бы с ним поговорить, и возможно мы бы пришли к общему решению... Но мне кажется, что это будет тяжелее борьбы с морскими чудищами...

Но следующий день для Френсис прошел через чур мучительно. За место того, чтобы решать проблемы с Посланником, девушка пыталась как можно быстрее пойти на поправку. К счастью, она уже могла подняться на ноги простоять в вертикальном положении более одной минуты, после чего - уставшая, падала обратно в постель. Если это можно было назвать постелью...
Но и про Посланника она не забывала. Да и возможно ли это? Она думала об Артуре больше, чем о себе, о своем самочувствии, о том, что их ждет дальше, ведь рано или поздно такое блуждание должно было привести их к чему-то.
Проблема заключалась в том, что она просто даже дойти до него не имела возможности, а он сам очевидно не стремился делать первый шаг. Френсис не знала, с чем это было связано - может с излишней занятостью, а может Артур и вправду обиделся на нее. Последняя версия казалось хоть и глупой, но учитывая то, о ком шла речь, вполне и правдоподобной. Такие люди, как Артур - сердитые, легко вспыльчивые - не терпели того, чтобы кто-то без их ведома совался в их душу. Даже если бы от этого зависела их жизнь. Да и обычные люди с большей терпимостью на вряд ли бы отнеслись к этому спокойно.
И все же, Френсис решила проверить свою версию, и подозвала к себе Тома. Она попросила мальчика, чтобы он пришел к Посланнику и легко намекнул на то, что Френсис поправляется. Френсис не надеялась на то, что Артур после этого послания понесется к ней и на радостях начнет ее целовать и миловать. Ей была важна реакция пирата на это в целом. Чтобы выяснить, насколько ситуация критична.
Лучше бы она не знала того, чем всем впоследствии обернулось.
А именно – ничем.
Юнга вернулся очень скоро, молча сел рядом с девушкой и со вздохом заговорил:
- Я сделал все, что ты просила, Френсис.
- И что же? - Френсис готова была запрыгать на месте от нетерпения, если бы только ее тело пришло в норму. - Что он сказал? Говори, Том, умоляю!
- В общем, - мальчик нахмурился, вспоминая все до мельчайших подробностей. - Я постучался, и он впустил меня к себе. Он был явно не в духе - так рассержено и при этом устало смотрел на меня. Одни глаза умоляли меня, чтобы я у него долго не задерживался. Не люблю я, когда он так на меня смотрит. Чувствую себя в чем-то виноватым! Так вот, он в тот момент, когда я пришел, своим ножом чертил на полу какие-то символы. Это было чем-то похоже на карту, хотя я почти не обращал на это внимание, у меня же была своя миссия. Сначала он что-то рассказывал мне про оружие, что оно близко, что плыть нам осталось совсем ничего, я в этот момент заулыбался, надеясь, что капитан не раскусит мои реальные причины, почему я пришел к нему. А затем, когда он замолчал и молча уставился на собственные рисунки на полу, я сказал, как бы случайно: "А Френсис почти поправилась".
- А он что? - не выдержала девушка. Уж больно все это было волнительно. В какой-то момент Френсис почувствовала к юнге раздражение, якобы вот он тут сидит, не спеша выкладывает ей информацию, совершенно не волнуясь за то, что в этот момент у его слушателя все вскипало от одного только упоминания о капитане.
- Он ничего на это не ответил, - пожал плечами Том. - Словно пропустил мои слова мимо ушей. Я попытался второй раз намекнуть ему о тебе, но он...он никак на это не реагировал! Вообще никак! Это так странно...я помню, как он кричал, что ты ему небезразлична...а тут словно мои слова были для него пустым звуком.
- Я так и знала, - вздохнула с тоской Френсис.

Вскоре настал вечер – настолько серый и однообразный, без единого огонька в небе, что даже становилось как-то тоскливо. Когда в третий раз на палубе сменился дозорный, а кок, идя спать, сообщил окружающим прискорбную новость о том, что припасов (если это вообще можно было назвать припасами) осталось дня на три, и то, если сокращать питание. Так вот, этой же ночью, Френсис не могла уснуть, что было вполне очевидно. Бессонница ее мучила еще с того волшебного пробуждения после не менее волшебной смерти. К тому же, во рту сохранился вкус этой кислятины, которой она питалась днем. Проклятье, до чего мерзко!
Антонио поднялся с постели и отправился на дежурство. Его лица не было видно в ночи, но Френсис не сомневалась в том, что испанец отдал бы все, что угодно на свете, лишь бы поспать еще немного. Френсис видела его спину, которая, сонно покачиваясь, миновала спальные районы и остановилась поблизости от морского змея. По его пожелтевшей рубашке задорно перебегали тени от огня свечи. Антонио постоял на месте, вглядываясь в сумрачный горизонт, затем, видно устав, уселся на пол и поджал забинтованные ноги. Интересно, а какого черта он вообще здесь делает? Френсис была так взволнована проходящими событиями, что даже не удостоилась поинтересоваться у него, откуда же у него взялось столько денег ради найма команды, фрегатов, оружия?
Точно, он ведь что-то на счет этого говорил.
Что его наняли...
Но кто бы это мог быть?
Внезапно, Френсис услышала чьи-то шаги по другую сторону. Быстро перешагивая спальные мешки и весла, к Антонио уверенно двигался...Посланник. Френсис узнала его сразу по походке. Быстрые, расчетливым шаги, ни единого покачивания в сторону, словно их корабль был не на воде. Посланник шел очень уверенно.
- Артур...- прошептала она, чувствуя, как пылают ее щеки при виде любимого мужчины. Она аж передернулась, желая встать на ноги и побежать к нему, схватить за руку и ни за что не отпускать. И пока он будет свирепеть, выворачивая ее руки, она попытается все ему объяснить...Хотя, что именно объяснять-то... Без разницы, главное сейчас не проморгать такой прекрасный шанс.
Антонио тоже увидел Посланника и поспешно вскочил на ноги, словно матрос, которого застали на дреме во время важной работы.
- Это...Посланник...я...на счет той стычки...
- Забудь, - махнул ему рукой Артур, подходя уже довольно близко. Френсис продолжала слышать каждое его слово. - Мы скоро приплывем до нужного пункта.
- И что же это значит? - спросил рассеянно Антонио, зачем-то стиснув кулаки.
- Это значит, что там у вас будет шанс вернуться в ваш мир, - Артур кратко обвел взглядом спящих. - Всех вас. До единого.
- А... Ну...- Антонио в тот момент напугано протягивал вперед руку, надеясь, что хоть на этот раз Посланник ее пожмет, но видя, что капитан былой Армады не в духе, поспешно ее убрал. - А...как же...
- Не думай, что я делаю тебе одолжение, - Артур немного отстранился от испанца, словно тот мог на него в любую секунду напасть. Хотя Антонио и не думал ничего подобного совершать. - Я просто пришел тебя предупредить.
"Нет, он же уйдет сейчас!- догадалась Френсис, осторожно вынимая руки из-под одеяла. - Надо встать...ну же, вставай!"
И - о чудо - тело ее послушалось. Конечно, сначала с неохотой, но постепенно словно кровь начала разгоняться по жилам быстрее, и Френсис поднялась на колени. Еще одно усилие, и она уже стояла на ногах, раскачиваясь, словно старый моряк, проживший полжизни на море. Посланник стоял к ней спиной, и поэтому даже думать не смел о том, что к нему неспешно кралась француженка, а вот Антонио заметил ее сразу и изумленно разинул рот.
- Артур...- прошептала Френсис, и Посланник резко оглянулся назад. Заметив позади себя француженку, он быстро попятился назад, тем самым поразив испанца еще больше. - Артур, надо поговорить. Я уже сколько пытаюсь это сделать...
- Продолжай дежурство, - Артур спокойно попустил ее слова мимо ушей и посмотрел на Антонио. Френсис подумала, что сейчас и наступит их решающий разговор, даже попыталась собраться с мыслями, судорожно сжав кулаки, однако к ее искреннему изумлению, пират быстрым шагом направился обратно к своей каюте. Да так стремительно, словно он не шел, а летел над спящими моряками.
- Ну, уж нет, я своего добьюсь, - подумала про себя Френсис, хмуря тонкие, маленькие бровки и, подхватив подол платья, засеменила следом. Бежать она, конечно, также не могла, не было сил. С каждым шагом ее ноги словно деревенели, она переставала их ощущать. И ей казалось, что она идет на двух гнущихся проволоках. Но это ее не остановило. Решительности ее, конечно, можно было только завидовать. И Посланник это оценил, оборачиваясь и видя, что девушка идет за ним следом. Но скорость сбавлять он не собирался. Злость только сильнее сдавливала ему горло.
- Артур! Господи, не заставляй меня кричать, иначе я всех только перебужу! Или ты к этому и стремишься, да?
Но Посланник со спокойствием пропускал ее слова мимо ушей. Быстро взобравшись по ступеням, он плавно проскочил в приоткрытую дверь и захлопнул ее за своей спиной, едва Френсис удалось справиться с лестницей. Уткнувшись в деревянную поверхность носом, Френсис почувствовала, как ее душат слезы. Это было невыносимое чувство. Словно ее предали.
- Артур...ты же сам это прекрасно знаешь. Нам...нам надо поговорить.
В ответ тишина. Настолько мертвая, суровая, что от этого лишь усиливался страх. Страх, что там, за этой дверью, на самом деле нет никого. И обида за такое холодное отношение. Но что за глупости, Артур был там! Хотя она и слабо ощущала его присутствие. Но ведь ощущала. Он был там. Наверное, стоял на той стороне, упершись лопатками в дверь.
- Артур, умоляю... Я понимаю, как тебе сейчас паршиво на душе. Мне и самой противно осознавать свой поступок...
Краем уха она услышала в каюте странный шорох. Словно кто-то скатывался вниз, по стене - медленно, медленно и еле слышно.
- Артур, - девушка перешла на шепот. - Артур. Открой дверь. Не будь таким вредным. Прекрати меня всячески игнорировать, ведь это...это же глупо! - какое странное ощущение, словно Френсис где-то уже прежде это слышала. Ах, да, это была коронная фраза Тома.

Но этой ночью Артур так ни разу с ней и не заговорил. Молчал как рыба. А Френсис просто вскоре почувствовала себя сумасшедшей - говорить в дверь, а в ответ не получая ничего.
- Что-то ты неважно выглядишь, - сообщил ей наутро Том. Он обнаружил Френсис, сидевшую у борта и с тоской следящую за тем, как сквозь толстые, мрачные тучи просачивается свет. Что же там было такое, за облаками? Неужели солнце? Френсис только этим днем поняла, как сильно тосковала ее душа по солнечному свету.
Опуская вниз глаза, она замечала, как из черной воды вылезали и отчаянно царапались о борт прочного корабля черные, длинные руки. Они хотели заполучить ее. В тот раз, когда Френсис пыталась спасти от них Посланника, они чуть было не убили ее. Артур спас ее. Спас как всегда...
Френсис спокойно пересказала юнге все, что произошло этой ночью, ни слова не утаив. Хотя, рассказывать было-то и нечего. Что больше всего и расстраивало.
- А ты говорила, что любишь его? - мальчик с любопытством посмотрел на черные руки, что продолжали с жалостливым стоном царапаться об борт, но на его лице не возникало даже испуга от данного зрелища.
- Ох, я же говорила, что ты еще мал для этого. Ты не понимаешь, - Френсис покачала головой. - Такие слова не так-то просто говорить. Для этого нужна полная готовность, уверенность в себе и в своих чувствах.
- Но ты же уверена...
- Я не могу говорить об этом, когда человек запирается от меня и не желает даже просто пообщаться. Обсудить все, что между нами произошло. Том, он просто не хочет, избегает меня, упрямится. Не дымом же мне его из каюты выкуривать, - резко раздавшийся внизу вой вывел Френсис из мыслей в реальность, и она вопросительно посмотрела на хлюпающую под ними воду. - А знаешь...

Уже вечером Френсис уверенно постучалась в дверь капитанской каюты. На лице ее читалась полнейшая решимость, она не собиралась отступать, и в глазах ее яро горел превосходный план.
Посланник откликнулся не сразу. Видно, просто не ожидал, что кому-то он понадобится. Открывая дверь, он посмотрел на своего гостя сначала устало и рассержено, но когда узнал за дверью француженку, глаза его презрительно сверкнули и мужчина поспешно хлопнул дверью, не дав Френсис и рта раскрыть. Френсис ничего другого и не ожидала от этого упрямого осла.
- Артур, ты просто не оставляешь мне выбора! В последний раз прошу, пусти меня! - она хотела еще добавить "три тысячи чертей", ибо вся эта ситуация просто выводила ее из себя. Удивительно, что она все еще была способная мыслить, а не вгоняться в жуткую депрессию. Хотя данную позицию уже забронировал себе Посланник.
- Либо ты открываешь дверь и мы говорим с тобой по душами, или я кончаю жизнь самоубийством! - такой открытый шантаж шокировал всю команду, ибо Френсис кричала, не стыдясь. Но вот Посланника эти слова не впечатлили вообще.- Я говорю серьезно! Я что, дурочка какая-то, бегать тут должна за тобой на побегушках и ждать с упоением твоих решений? Да, Артур, я раскаиваюсь, я поступила ужасно! ОТВРАТИТЕЛЬНО! Но ты явно глух ко мне, так, я спрашиваю, смысл мне жить дальше? Вот ты уничтожишь наш мир, а мне-то что? Разве я буду жить от этого лучше? А буду ли я вообще жить? Какой смысл мне существовать на развалинах своего города? Ты меня держишь здесь, как идиотку последнюю, а когда я пытаюсь с тобой поговорить, шарахаешься, как от приведения! Семья моя тоже умерла слишком рано, я ее почти не помню, а оставшихся в том мире родных мне людей, которых я уважала и любила...ты ведь все равно их всех испепелишь... Так зачем мне жить, а?
И Френсис, подойдя к краю крыльца, перекинула одну ногу через перила под возмущенный вопль пиратов.
- Френсис, проклятье, что ты делаешь? - завопил Антонио, ковыляя к девушке навстречу. За ним плелась перепуганная не на шутку Сара. - Ты...ты серьезно?
- Френсис, не делай этого! - закричала Сара. - Не сходи с ума!
- Так, я не понял, что здесь творится? - выскочил из своей палатки Джеспер. - Что за шум средь ночи?!
- Френсис! - закричал жалобно Том и прижал ручки к груди. - Френсис, не надо!
- Не подходите! – грозно рявкнула на них Френсис. – Я сказала, не подходите! Это не ваша война!
Девушка в последний раз переглянулась, убеждаясь в том, что дверь в каюту все еще заперта, и затем посмотрела вниз, там, где где-то во мраке ночи удовлетворенно хлюпала эта отвратительная вода. Френсис представила себе, как эта вещь обхватывает ее тело, присасываемся к нему, как липучка и утаскивает на дно, где благополучно и сожрет. Да, великая смерть, ничего не скажешь.
"Но у меня нет выбора! Ждать, пока этот глупец созреет также нет времени!"- убежденно подумала она, отпуская перила и решительно делая шаг вперед. Стараясь при этом выглядеть совершенно расслаблено, словно она не прыгать должна была, а наоборот, вспорхнуть невидимыми крыльями и улететь к чертям отсюда подальше. К тому самому свету, что изредка прорезался сквозь тучи.
В принципе она знала, что не умрет. Да, Посланник хоть и был упрямым ослом, замкнувшимся в себе и не желающим никого слушать...но все же он страшно пожалел бы о том, если бы с Френсис что-то случилось. Даже не смотря на свою невыносимую обиду.
Френсис почувствовала, как его сильные руки обхватили ее за талию, и постепенно подняли обратно на крыльцо, под радостный вопль команды. Но Френсис это мало волновало, она с улыбкой смотрела в сердитые, зеленые глаза своего упрямца. Артур посадил ее на перила, при этом продолжая молчать. Конечно, что же он мог в этот момент сообщить ей? К тому же, после ее шокирующего поступка у него на душе накопилось столько всего, что он просто боялся разжать зубы и выплеснуть все свои мысли наружу. Френсис как-то странно засмеялась, как-то наиграно, совершенно не искренне, не так легко, как обычно. Посланник даже на секунду позабыл, на что же он все это время обижался, удивленно посматривая на то, как часто подрагивали плечи девушки от ее истеричного, неправдоподобного смеха.
Он даже решился открыть рот спросить, в порядке ли она, ведь как ни как, она была дорога ему. Черт подери... И ради этого приходилось переступать через свою упертую гордость.
Но тут, раздавшийся звонкий шлепок пощечины выбил в нем вообще какое-либо желание говорить. Этот удар был нанесен с явным старанием, в нем была вложена сила, вызванная обидой и раздражением. Френсис больше не смеялась, улыбка ее пропала мгновенно, забрав с собой тот самый теплый, нежный блеск в больших глазах, а на его месте появился свирепый, как у разозленной не на шутку женщины, взгляд. Вместе с этой пощечиной замолкли даже завывающие руки в океане, пираты стояли, как громом пораженные, раскрыв изумленно рты. Ведь на их глазах их капитану - их непобедимому, гордому главарю-дали пощечину! Да и кто - какая-то мелкая француженка!
Антонио как-то глупо ухмыльнулся, и даже хлопнул пару раз в ладоши, однако услышав, насколько далеко ушел звук его хлопков, быстро прекратил. Но улыбаться, как идиот, продолжал, и с полным удовольствием.
Но самым пораженным оставался Посланник. От такого поступка глаза его широко раскрылись. Мужчина недоверчиво провел рукой по раскрасневшейся щеке, окончательно убеждаясь в том, что ему это не мерещится. Что эта девка его ударила. И после этого продолжает смотреть на него со снисхождением, словно говоря, что он на самом деле заслужил более тяжкого наказания, чем это.
- Да как ты...как ты...- он хотел выговориться, ибо желание мстить жадно впивалось ему в горло. - Как ты смеешь?
- Это за твой ослиный характер, - спокойно пояснила Френсис, поправляя банты на своем потрепанном платье. - За то, что принуждаешь меня так вести себя! Идти на такие меры!
- Да ты дрянь! - рявкнул на нее Посланник, лицо которого стало сильно пылать, и след от пощечины благополучно слился с общей краснотой. - Да ты... да как ты вообще посмела...
Хоть Френсис и чувствовала при себе некую силу, которая непосредственно влияла на возможности Посланника, все же, при виде его бешенства, ноги ее предательски затряслись. Она начала подумывать над тем, что вероятно погорячилась... с этим самоубийством... да и с пощечиной тоже... Может, следовало поискать какой-то более гуманный способ…
- Артур... - уже спокойнее шепнула она, протягивая к мужчине руки. - Я ведь хотела...
- Замолчи! - Посланник резко отмахнул от девушки. - Черт подери, Замолчи же ты наконец! Замолчи, иначе я за себя не отвечаю!
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:25 | Сообщение # 51
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
- Но ведь я должна была как-то до тебя достучаться...
- Ты УЖЕ достучалась! Ты воспользовалась мной, ты узнала обо мне все, что только можно было, выжила из меня все соки, и лихо растоптала все, что от меня осталось! И после этого ты надеешься на "спокойную беседу"?! И кто же тут из нас чудовище?!
- Артур, ты все не так понял...
- Что я не так понял? Что ты меня считаешь монстром? Что тебе противны англичане? Ты у нас такая хорошая, миролюбивая, правильная во всех СМЫСЛАХ! А я вот такой ублюдок - злое, лишенное всяких принципов существо, решившие покончить с этим миром просто из скуки! Ведь у меня не было на то причин, я ведь просто монстр, не так ли? Огромная раковая опухоль в ваших ничтожных жизнях! Я не такой как вы, и вас всех это пугает! Вы привыкли жить по старым стереотипам; а те люди, что умудрялись выделится из вашего стада - тут же становились жертвами себе подобным. Ты хотела, чтобы я умер! Ты мечтала о том, чтобы я исчез, чтобы меня стерли с лица земли, удалили из вашей социальной грядки, как сорняк. А сейчас ты напрашиваешься на разговор, словно внезапно для себя что-то осознала... Паршивая, привыкшая к роскошной жизни, дрянь!
С каждым сказанным словом глаза Френсис становились все шире и шире, а в конце в них читался ужас. Она не верила в то, что Артур все это говорит вслух, не стесняясь публики, которая между прочим, также ловила каждое сказанное им слово.
- Значит, я дрянь? - переспросила она, кладя руки на бедра и с вызовом глядя в глаза пирату. - Повтори это еще раз. Требую на бис!
- Ты закормленная баба, - пояснил Посланник, но уже не так уверенно, словно что-то все же в нем начало давать сбой. По крайней мере предыдущее его ораторство оставляло более сильные впечатления. В них чувствовался всплеск всех самых негативных эмоций. Но сейчас он говорил уже тише. Видимо, осознал, что также перегнул палку.
- Я ЗАКОРМЛЕННАЯ?! - Френсис опешила от таких заявлений. - Это я закормленная? У меня также, как и у тебя не было родителей! Я росла без матери и отца всю жизнь, и, между прочим, ИХ ТОЖЕ УБИЛИ! Их убили подобные нам с тобой люди, - Френсис принялась не спеша наступать на своего собеседника. - Меня многие не признавали, как человека, способного на какие-либо дела! И все как раз по законам той самой твоей «социальной грядки»!
- Не сравнивай себя со мной, - ответил Артур, при этом пятясь назад, как рак. - Не смей НИКОГДА СРАВНИВАТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ С МОЕЙ! Мы с тобой из разных миров! К тому же, тебя продолжали даже после смерти семьи воспитывать их знакомые! Ты не была полностью лишена семейных уз! Я же прожил почти все свое детство в заброшенном доме своего брата, еле-еле добывая себе на еду, а в мороз сжигал стулья в доме, ибо не мог из-за своей слабости даже топор поднять и нарубить себе дров! И ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА КАЧАТЬ СВОИ ПРАВА, ПОТОМУ ЧТО ТЕБЕ НЕ ПОНЯТЬ МЕНЯ!
- Вот! - девушка подняла высоко указательный палец. - Верно, ты сказал - другие миры! Мы с тобой совершенно из разных миров, и поэтому нам никогда друг друга не понять! Хотя, ты даже и не пытаешься этого сделать! Стоишь на своем, как баран, упершись рогами, и думаешь, что ты тут пуп земли!
- По крайней мере я не совался в твою жизнь, как какая-то крыса!
- Вообще-то СОВАЛСЯ! И именно из-за этого Я оказалась здесь! - Френсис орала, и от усердия ее щеки стали малиновыми. - Из-за того, что ты сунул свой длинный нос в мою жизнь спустя несколько лет после того, как пытался меня УБИТЬ!
- Но я не лез же в твою душу! - Артур тоже не собирался так легко сдаваться и орал еще громче девушки. - В твои мысли, и не ворошил твои воспоминания, как коробку с письмами! Ты поступила еще хуже, ты поступила, как истинная француженка! Большего я от тебя и не ожидал!
Но к его удивлению, Френсис ничего на это не ответила. Когда дикий вопль Посланника растворился в ночи, а пираты продолжали приходить в себя от услышанного, девушка внезапно всхлипнула. Глаза ее сузились, и по щекам полились горячие слезинки. Она даже не стремилась их убрать - стояла себе дальше, стиснув судорожно кулаки.
- Лучше бы...лучше бы ты тогда все же нажал на курок, - выдавила она из себя и, зажмурившись, понеслась вниз по ступенькам и миновала застывших столбами пиратов.
- Френсис...- прошептал Том и, незаметно выбравшись из толпы, побежал следом за девушкой. Все остальные продолжали стоять, как лунатики, медленно переваривая произошедшие события. Посланник даже не посмотрел девушке вслед, развернулся на каблуках и скрылся в своей каюте, с грохотом закрыв дверь.
Команда еще минуту простояла молча.
- В-в-вау, - протянул ошарашено Антонио. - Вот это их захлестнуло эмоциями... Я не знаю, конечно, что там у них произошло в прошлом, но это…это было захватывающе!

- Френсис...
- Оставь меня, малыш, - девушка закрыла лицо руками и свободно разрыдалась. Лицо ее за пальцами стало пунцовым, и заблестело от слез. - Господи, за что мне все это?
- Это...это вы просто с горяча так наговорила друг другу, - попытался успокоить ее юнга, хотя у самого глаза были от потрясения на пол лица. - На самом деле это все не так... Я в это уверен!
- Нет, все так, - заверила его Френсис. - Он прав в том, что мы с ним слишком разные. Мы из разных семей, мы из разных миров. Наши страны воюют между собой чуть ли не с самого своего основания! И мы родились по разные стороны баррикад... И мы ненавидели друг друга… только вот ненависть у нас была с ним разная. Он ненавидел французов люто, и терпеть не мог их у себя на родине, а все из-за того, что когда-то они испортили ему жизнь. А я ненавидела англичан чисто символично, как это делали окружающие меня люди. То есть, я шла за стадом - все ненавидят англичан, и я их тоже ненавижу. А потом начала ненавидеть уже конкретно, из-за того, что при поездке в Лондон на меня напал террорист и пытался застрелить. Капитан твой был этим террористом. Он сбил мою карету с дороги, а меня увел подальше от улиц, чтобы меня не сразу нашли. В тот момент, когда он наводил на меня свой мушкет, я думала, что нет народа паршивее, чем англичане. И эта ненависть во мне сохранилась вплоть до того, пока он снова не появился в моей жизни, но уже под другим именем, да и обликом тоже...ворвался в нее вихрем и поставил все верх ногами. Сумасшедший человек... Мне кажется, что Бог просто издевается надо мной. Отправляет меня по горячим точкам, и с упоением следит, как я в них "выживаю"...
Девушка замолчала и зарылась лицом в ткань своей юбки. Она не хотела, чтобы мальчик видел ее в таком состоянии.
- Так у меня тоже, собственно, семьи нет, - сказал юнга, сев рядышком с Френсис. - Только мама в Англии, одна, кое -как ведет хозяйство. И то, я даже не знаю, все ли с ней хорошо? А вдруг с ней что-то произошло за все это время моих путешествий? Я ведь даже письмо ей не могу написать, так как писать толком не умею. Ну и что же, выходит, я тоже почти сирота, не знающий, что же это такое – се-ме-йны-е узы! Но только в отличие от вас, я в этом НИКОГО не виню!
Френсис прекратила плакать и с улыбкой посмотрела на своего юного соседа. Хоть Том и был ребенком, для которого многие вещи в этом мире казались непонятными, однако успокаивать словами он умел неплохо. Френсис стало легче. Она обняла мальчика за плечи и нежно прижала к себе. Ей нравилось, что его жесткие кучеряшки щекотали ей подбородок - это поднимало ей настроение. И пока она физически получала удовольствие от компании маленького мальчишки, в душе же она твердо говорила себе, что это еще не конец. Она попытается еще раз.

- Куда ты собралась? - Антонио рукой перегородил Френсис путь. - Слушай, то, что вы учинили тогда на крыльце...это было весьма феерично!
- Благодарю, а теперь пусти, - процедила требовательно Френсис и попыталась отодвинуть назойливые руки испанца в сторону. - Мой разговор еще с ним не окончен.
- Послушай, нам уже хватило тех воплей! Следующая ваша беседа обязательно кончится чьей-нибудь смертью! А я как-то не особо хочу терять тебя или этого негодяя, без которого нам здесь все равно не выжить!
Френсис едва этому не усмехнулась. Смертью, значит? Ну, да, бой намечался у них жаркий, и вполне смертельный. Только вот проигрывать в этом бою девушка никак не планировала. Для этого специально прихватила свою саблю. Так…на всякий случай.
Поэтому она еще сильнее оттолкнула от себя Антонио. И на этот раз Карьедо даже пошатнулся.
- Ого, не пихайся так! - воскликнул он, поправляя рубашку на груди. - Я же делаю это во благо! Ты же знаешь Френсис, как я хорошо к тебе отношусь! Между прочим, ты только с больничного и тебе не следует столько двигаться! Кхм…да что ты все пихаешься? Послушай, можешь не рассказывать мне свою тяжкую историю о том, как вы там друг друга предали…
- А я и не собиралась этого делать. Пусти!
К великому счастью, в спор вмешалась Сара и Френсис готова была боготворить итальянку за столь скорое и нужное появление.
- Отпусти ее, Антонио, пускай идет, - сказала она. А глаза у самой лукаво засияли, как два медовых, блестящих камня. Она была похожа на кошку, вышедшую на охоту. - Что ты все стоишь истуканом? Иди, лучше, подежурь!
- Сара, ты что, туда же? - Антонио аж вспотел от возбуждения. - Ты же видела, что они учинили оба! Да они, как два несовместимых элемента - пододвинь их друг к другу и БАЦ! Всемирный взрыв. Их предыдущая стычка была только предупредительным гонгом...
Антонио наверное еще долго бы рассказывал всякую чепуху про апокалипсические взрывы, тем самым оттягивая дальнейший разговор Посланника с Френсис, но как всегда - и на этот раз француженка готова была расцеловать свою спасительницу - за дело взялась Сара.
- Ох, ну, замолчи ты уже, - простонала она, закатывая глаза и затем хватая парня за плечи и притягивая к себе. Антонио сначала изумленно замычал, но потом смирился и опустил руки. Френсис проскользнули мимо этой парочки и шепнув итальянке искреннее "спасибо", побежала дальше. Сара в ответ махнула ей свободной рукой, и затем обвила шею своей жертвы.

На самом деле вся это канитель безумно смущала девушку. Френсис даже представить себе не могла, как же среагирует на ее появление Посланник. Среагирует ли? "Конечно, сейчас он откроет мне дверь и встретит меня с распростертыми объятиями!"- подумала с иронией она. На что она надеялась? Что после их эмоционального разговора он внезапно станет мягким и доброжелательным? Ха-Ха, покладистый Посланник, это было чертовски смешно. Но идти назад было уже глупо, она все уже давно для себя решила, да и Сара активно ей помогла в осуществлении этой невыполнимой миссии. Что же выходит, эта итальянка зря отвлекает Антонио?
"Хотя, мне кажется, она к этому только и стремилась...Чтобы хорошенько его ОТВЛЕЧЬ!"
Такие мысли немного расслабляли.
Френсис встала перед закрытой дверью, в нерешительности сделать еще один шаг. Ей казалось, что в один миг воздух начал сжиматься, а напряжение только нарастало. Все сильнее и сильнее. "Ну же, трусиха! Давай! Сама заварила эту кашу, так расхлебывай!" - Френсис пару раз сжала и разжала кулаки, чувствуя, как больно ногти впились в кожу.
Френсис стукнула костяшкам пальцев по двери и та неожиданно отворилась. Френсис аж ощетинилась, словно ожидая в этом какой-то подвох, но, сколько она ни стояла истуканом - из проема к ней навстречу так никто и не выскочил. Ни рассерженный Посланник, ни какое-нибудь кровожадное чудовище...
- Хм, - Френсис испуганно толкнула рукой дверь, и нерешительно вошла в комнату. Посланника нигде не было видно. Комната пустовала, и это крайне напрягло девушку. Она даже заглянула за дверь, опасаясь, что пират нападет на нее сзади, но и там, к ее удивлению, никого не было.
- Артур, - позвала она негромко, но ей никто не ответил. Так, это уже было не смешно.
Девушка снова внимательно посмотрела по углам, даже посмотрела на низкий, грязный потолок, на котором висели связки с черепами животных, но даже там не было пирата. Из-за отсутствия мебели эта комната показалась ей непривычно широкой и просторной. Не считая только черепов и каких-то странных рисунков на полу, о которых ей недавно рассказывал Том. Такое чувство, словно здесь раньше проходили сатанинские обряды.
Френсис начала не на шутку волноваться, строить в голове различные версии того, куда бы мог из закрытого помещения подеваться Посланник. "Кошмар, это же все из-за меня! Он очень сильно обиделся!"- подумала девушка, высовываясь в одно единственное на всю комнату окно, посмотрела снаружи по сторонам, словно пират прятался где-то за бортом. Однако их корабль окружала такая густая тьма, что хоть глаз выкалывай, смысла все равно разглядеть что-то здесь было невозможно. Но затем Френсис спохватилась - да разве мог их капитан просто взять, и выпрыгнуть из окна в эту черную, вечно голодную пучину, ни о чем даже не предупредив остальных? Просто бросив их посреди океана в самый ответственный для всех момент? Когда он был им так нужен; без которого любой неосознанный поступок мог оказаться для них роковым.
"Посланник не может ходить по воде...это глупо!"- Френсис попыталась собраться с мыслями. Так, куда бы мог деться Посланник? Не на крышу же заб...
Френсис посмотрела наверх, затем схватилась руками за деревянный уголок и подтянулась руками. Конечно, в платье это вытворять было неудобно, так как мягкая ткань цеплялась за края подоконника. Да еще и непослушные пальцы соскальзывали. То ли от холода, то ли от тяжести тела, а может из-за волнения. Френсис представила себе, как глупо она будет выглядеть там, на самом гребне крыши, и что подумают остальные, увидев ее там.
Но было уже поздно думать об этом, когда висишь в пяти метрах от этой черной, жуткой стихии, которая лишь активнее начала тянуться к ее барахтающимся ногам, словно толпы изголодавших существ.
Сама же крыша викингов выглядела сверху двухскатной- обе ее стороны были направления в противоположные стороны, тем самым образуя острый треугольник. Кое-как ловя равновесие, Френсис добралась до самого гребня крыши и оттуда внимательно осмотрелась. Впрочем, тот, кого она так тщательно разыскивала, сидел на краю соседнего ската*, и как раз обернулся на подозрительный, посторонний шум. Хоть и стояла над ними плотная темень, Френсис заметила, как задвигалась в пространстве белое пятно (рубашка Артура). Ей даже показалось, что лицо его исказила знакомая отвратная гримаса, которую он обычно выставлял вперед, когда его что-то начинало приводить в бешенство.
- Пошла вон отсюда, - прозвучало, как приказ. Почему-то Френсис это сразу не понравилось, хотя она прекрасно знала, что Артур встретит ее без особой радости. Но все равно, ей показалось даже, что с ней говорил не Артур, а какой-то другой человек.
- И не вздумаю, - возразила она. - Понимаю, ты не хочешь меня видеть. Я опозорила тебя перед командой, выставила на посмешище...Но я ведь все это не просто так делаю!
- Глупая девчонка, чего тебе еще от меня надо?
-Я хочу просто поговорить...
Поднявшийся откуда не возьмись поток теплого ветра ударил девушке по лицу. Френсис почувствовала, как скатывается вниз по скату. В хаосе ветер? Нет, конечно, Френсис прекрасно знала, что этот ветер призвала не природа, а Артур. И ее это не напугало, а даже наоборот - начало веселить. Его эдакие мягкие намеки на то, что он не желает с ней общаться. Или же желает, но не хочет идти наперекор своей ослиной гордости.
- Уходи, - кратко заявил он, спускаясь обратно на край крыши, где Френсис его и застала. Интересно, это от нее он здесь спрятался? Девушку это развеселило еще сильнее. – Мы достаточно с тобой поговорили внизу.
- Ты мне даже шанса не даешь! - воскликнула девушка. - Ты ни во что меня не ставишь! Ты продолжаешь отворачиваться от меня, хотя разговор наш не окончен!
- Он и не начинался…
- Ах, ну раз так? Не хочешь слушать? Тогда, - Френсис потянула руку к своей сабле, - я вызываю тебя на бой!
Артур резко остановился и переглянулся. Похоже, даже ухмыльнулся. Или же этот смешок издали те твари за бортом?
- Это что, шутка? - спросил он. - Ты...?Меня...?
- Да!
- Мы же уже через это проходили однажды, - но не смотря на это, англичанин повернулся к ней лицом. Это значило то, что так или иначе, Френсис его заинтересовала. Черт, ну наконец-то!- И однажды ты проиграла. Я тебя пощадил, хотя вполне мог отсечь тебе голову без всяких колебаний. Ты думаешь, что этот бой пройдет лучше?
Нет, он просто не верил в то, что его - такого бессмертного, непобедимого, сравнимого с самими богами, Посланника - вызвала на бой девушка. Нет, не парень, не неопытный юноша, решивший, что ему все по плечу... а ДЕВУШКА! Особь женского пола!
- Я отказываюсь... - Артур потянулся было к ручке своего тесака, но затем рука его застыла в воздухе, так и не добравшись до оружия. - Боя не будет. Не валяй дурака, девочка.
- Что, струсил? - Френсис решила для себя - раз обычными словами этого человека не задеть, то она будет использовать другие способы общения. Сыграет с ним в «дразнилки». - Боишься мне проиграть? Потому что я ведь не просто какая-то там девушка, подобранная с улицы, не так ли? А девушка, которая тебе небезразлична!
- Ты что, решила меня уничтожить своим нахальством? - Артур снова усмехнулся. - Сначала попыталась прыгнуть за борт (все еще отхожу от этого твоего поступка), теперь еще и это? Ты же знаешь, что я бессмертен, и твои нападения будут более, чем бессмысленными...
- Ты? Да, ты бессмертен, - Френсис смело вынула из-под ленты саблю и поводила ею перед Посланником, якобы намекая на то, что она все это затеяла серьезно. - Тогда чего тебе бояться? Коли обычной беседой мне тебя не разговорить, придется переходить на другой язык. Йо-хо-хо, Посланник?
Она думала, что Артур и это заявление пропустить мимо ушей, однако ошиблась - Посланник только еще выше взобрался по гребню, а мачете уже сверкал у него в руках.
- Я поставлю поле, которое скроет нас от свидетелей, - сказал он. Френсис видела его лицо едва ли. То он возникал при отдаленном свете, что приносили им свечи, то его снова накрывала тень. - Ты пожалеешь о своем предложении, француженка...
- Рано об этом говорить... Ну, преступим?

*наклонная плоскость.

Прим. автора:
Я бы подставила Артура и Френсис под музон "Wish I had an angel".

Глава 22. Второй шанс
Когда Френсис впервые рассказали о смерти родителей, она не особо этому расстроилась. Но в этом не было ничего страшного - нет, она чувствовала жалость, ведь умершие люди-само по себе не хорошо, а тут еще и члены твоей семьи. Но, как бы это прискорбно не звучало, они прожили слишком мало и просто не успели сохраниться в памяти маленькой девушки.
Когда Френсис сказали об их гибели во второй раз, но уже с подробностями, девочка поняла для себя одну важную вещь – что жизнь ее отнюдь не безопасна. Каждый день смерть стояла где-то рядом - может пряталась в соседнем доме, может затаилась за деревцем, или сидела на дне воды. В то время люди редко умирали своей естественной смертью. Их убивали себе подобные. И эти убийства продолжались вечно: каждый день, каждый час кто-то умирал от рук кого-то. Таким вот образом умерли и ее родители. И рано или поздно, смерть укажет пальцем и на нее. Не важно когда – завтра или сегодня. Главное, что укажет.
И Френсис начала задумываться о самозащите. Нет, она не имела в виду найма стражи из двадцати человек, что будет водить вокруг нее плотный хоровод и защищать от любого внешнего воздействия...
Френсис думала о том, чтобы научиться постоять за себя без чей-либо помощи. Ведь кто еще защитит тебя лучше, чем ты сам?
Никто.

И поэтому Посланник в который раз поразился стойкости этой девушки - как спокойно, словно даже не напрягаясь, она блокировала его удары, не смотря на кромешную темноту. Она дралась также профессионально, как это было в момент заключения их сделки. Только тогда он принял ее вызов скорее лишь ради того, чтобы развлечься и показать девушке ее место в этом мире, а что же сейчас? С ним дралась отнюдь не так зазнайка, что вечно вздергивала вверх свой маленький носик, перед ним стояла отважная дама, которая, как и он, не боялась смерти, и лишь потому, что терять ей больше было нечего. Но Артур все равно продолжал играть в поддавки. И все не потому, что перед ним была девушка. А потому, что это была Френсис…
Вскоре, Френсис этот бой начал наскучивать.
- Что за детский сад? - спросила она, замахиваясь саблей в паре сантиметрах от горла Посланника. - Давай! Дерись, как мужчина! Покажи себя!
Артур пошатнулся, стоя прямо на гребне, но все же умудрился остаться в вертикальном положении. Когда девушке удалось задеть его - поцарапать лезвием щеку - Посланник зашипел, но при этом постарался держать себя в руках. Да, она задела его, да – она его дразнит, но он не должен поддаваться этим уловкам. Он сильнее этого…сильнее того безумного зверя, что бился в нем, рычал и требовал свободы действий.
Как эта женщина вообще держалась, да еще стоя на склоне, да еще в такой темени...? Артур был способен на многое, но, честно говоря, сцена для их боя была ему совсем не комфортабельна. Мало того, он боролся с девушкой... С хрупким, но до жути вредным созданием. Таким же невыносимым, как он сам...
Удар со стороны противника выбил Артура из потока мыслей, и он ощутил, как по его груди потекло что-то теплое. А эта ведьма весьма наблюдательна; знает, когда надо наносить удары. Да и к тому же дралась она явно не на полную силу. Игралась, негодяйка. Благо, что рана заросла спустя секунду, оставив на зажитой коже кровавые пятна. Нет, ему было не больно, никакой физической боли, но вот гордость была дерзко подорвана, и пират гневно заскрипел зубами. С чего бы такая слабость? Он ведь не хочет ей проиграть! Кем же он тогда будет после этого? И почему в прошлый раз все было легче? Тогда их драка казалась скорее не реальной, а больше наигранной. Похожей на такой… правдоподобный спектакль. И Артур был в себе уверен, он знал, что проучит ее. Это был такой метод самоубеждения – когда человек твердо уверен в себе, он сделает все идеально. Но если в его голове закроется хоть капля сомнения…
- Прекрати уже поддаваться! - крикнула ему француженка, словно и не догадываясь о том, что Артур на самом деле просто НЕ НАСТРОЕН на драку с ней. Что каждый удар с ее стороны злит его все больше и больше, однако эта злость не выплескивается ответно наружу, а продолжает вариться внутри в собственном соку.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:26 | Сообщение # 52
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
- Ты же...ты же тоже видел мои воспоминания, не так ли? - продолжала говорить эта девка, сбивать его с толку, параллельно взмахивая саблей и уворачиваясь от неуклюжих, деревянных ударов Посланника.
- Как ты догадалась, умная ты моя? - не вытерпел Артур, отступая назад, к самому краю крыши. Решил немного передохнуть, собраться с силами. Разработать план действий. - Да, я видел! И сначала даже не понял, что произошло, почему мне приходится наблюдать за тем, как ты, сидя за столом в каком-то неизвестном мне месте, строишь глазки какому-то молоденькому недоноску? Сначала решил, что это сон, но впоследствии, картины начали меняться! Я за долю секунды увидел почти всю твою жизнь от начала до конца! И я понял, что это все твоих рук дело! Что ты вопреки моим запретам все же сунулась в мою голову! Мерзкая девчонка, решившая, что тебе все дозволено! Ненавижу!
Френсис злобно засопела. С одной стороны, она понимала, что заслуживает этих оскорблений, однако ее женская гордость, не смеющая допускать в свой адрес подобных грубых отношений, буквально прожигала её изнутри, требовала от девушки больше твердости, больше безжалостных ударов. Желание победить усиливалось с каждым ударом.
При соприкосновении двух лезвий вспыхивали мелкие искорки, которые лишь на мгновение освещали хмурые, сосредоточенные лица двух людей, в душах которых происходили быстрые перемены. Странная, аморальная любовь, перемешанная с неудержимым гневом, и все это грубо нанесено поверх горькой обиды. Пальчики оближешь…
- Я видел всех твоих смазливых хахалей и то, что ты с ними вытворяла! - продолжал не сдерживаться на словах Посланник. - Вся эта слащавость, глупые признания... Как же меня это бесит! Бесит! Бесит!!! - Артур начал наступать на девушку. Френсис еле успевала защищаться от такого внезапного противостояния. - Твое детство было замечательным! Толпа служанок, имеющих при себе какие-то свои функции: одни тебя переодевали, другие расчесывали, подтирали сопли... И, знаешь, я даже начал завидовало твоей прекрасной жизни, лишенной всяких проблем. Тому, что у тебя никогда не было сложностей, ты красива и богата, и большего и не нужно в наше время! Я смотрел на то, как ты ласкалась со своим очередных ухажером, а в душе ужасался тому, что же в тот момент видела ты... - через пару минут они снова стояли на гребне – немного уставшие от боя, но не менее злые друг на друга. - Жуткий контраст, не так ли? Ты умная, беспечная, а я - урод, лишенный нравственности и жизни в целом.
- Но я же сделала это не потому, что хотела соваться тебе в душу! Я хотела тебя спасти!
- Ты глупая? - лезвия вновь соприкоснулись, создавая очередной сноп искр, и Френсис подумала, что еще один такой толчок в ее сторону, и она потеряет равновесие. - Ты же знаешь, что я бессмертен! Я бы выкарабкался самостоятельно! Это не сложно!
- Ты был весь синий...
- Да, в какой-то момент яд той твари брал надо мной вверх, но это вовсе не значило, что я проигрывал! А твоя идиотская помощь создала лишь еще больше проблем!
Артур замахнулся тесаком, и Френсис не выдержав такого сильного толчка, провалилась в темноту.
Посланник не сразу осознал свой поступок. Поначалу, он подскочил от радости, думая, что он победил, но затем до него дошел сам факт, что Френсис упала... Черт подери, она упала!
- Ф... Френсис! - он ведь сделал это не случайно. Он хотел лишь поставить ее на место, показать ей, что она не права. Что она проиграла! - Дьявол!
Когда он уже собрался спуститься следом в темноту, произошло кое-что из ума вон выходящее. Артур почувствовал, как что-то крупное сбило его с ног, вцепившись крепко за края его ворота. Последнее, что он увидел, когда был еще на ногах - золотистую, мягкую шевелюру. Упав на спину и проделав под собой неглубокую вмятину, Посланник покатился вниз по скату, все еще чувствуя на своей груди острые ногти рассвирепевшей француженки, напоминавшей своим состоянием разъяренную тигрицу.
И так, крепко вцепившись друг в друга, они кубарем летели по крыше, вниз, все разгоняясь и разгоняясь. В образовавшей кучамале был благополучно потерян мачете, без которого Артур был, как без рук, а пальцы девушки лишь крепче стискивали его рубаху, не желая так просто отпускать. Лишь на самом краю крыши, Посланник успел вытянуть вперед свой кулак и воткнуть его в слив, тем самым остановить их сумасшедший спуск. Только в связи с этим, Френсис лежала сверху, на его груди и глубоко выдыхала воздух. В глазах ее читался испуг и вместе с этим нарастающее возбуждение. Артур и сам чувствовал, как стучал в его крови адреналин, но в отличие от девушки, он старался внешне этого не показывать. Только сердце бешено колотилось, выдавая его волнение. И так как девушка лежала на нем слишком плотно, то, наверное, почувствовала это и возможно поэтому ее губы так скривились в лукавой усмешке.
- Дура, - прошипел он, вынимая руку из сливов и отряхивая ее от щепок.
А Френсис, внезапно осознав, что пират лежит под ней - можно сказать, беззащитный - стиснула ногами его узкие бедра и положила руки ему на плечи. Артур посмотрел на нее с удивлением на лице.
- Я...победила, - прошептала девушка, наблюдая за тем, как быстро меняется выражение на лице ее пленника и в душе радуясь такому повороту событий. Тому, что теперь он был под ней, что он безусловно сердится этому и при этом продолжает недоумевать - мол, как так? Вроде несколько секунд назад он стоял там, на вершине - такой всемогущий, самовлюбленный и непобедимый. И теперь он здесь - почти на самом краю крыши, а эта девушка пытается пригвоздить его к месту.
Френсис покосилась на его приоткрытые, тонкие губы, из которых доносилось частое, хриплое, усталое дыхание.
- Ты…проиграл, - уточнила она на всякий случай и нежно поцеловала свою жертву в губы.
Сначала Артур казался и вовсе не живым - лежал под ней с восковым лицом. Не мог поверить... Да и просто не хотел... Но затем, настаивание девушки взяло над ним вверх, и мужчина даже позволил ей углубить поцелуй. Да и можно ли было от такого отказываться? Можно ли было вообще предположить, что их серьезный бой окончится жарким поцелуем на краю крыши, когда внизу между тем жадно скребутся чудовища, явно ощущая в воздухе новые ароматы, вызванные прикосновениями двух людей.
И чем дольше Френсис изучала губы своего пленника, тем больше сомнений закрадывалось в голову Артура. Происходила жесткая дилемма – с одной стороны хотелось отрубить мозг к чертям, забыть о нем, как о ненужной вещи, и продолжить познавать то, что было так безвозвратно упущено все эти годы блуждания в поисках себя; а с другой стороны…что-то во всем этом заставляло Посланника напрячься. Что-то здесь было не так…
- Стой! - он прервал поцелуй. Хотя, внутри начал об этом жалеть. Ее губы были такими мягкими, такими нежными, такими нескончаемо желанными...
- Ну, что такое?
- Что ты делаешь? - возмутился он, поспешно отстраняясь от ее лица. - Что это значит? Зачем ты так? Это что, якобы, жалость такая?
- О чем это ты? – Френсис недовольно прищурилась.
- Ты же знаешь, что я без ума от тебя, - взгляд мужчины быстро забегал по ее лицу, ища на нем хоть какое-то не так сильно возбуждающее место, где бы он мог остановиться. - Черт подери, конечно, ты это знаешь! Ты хочешь этим воспользоваться, не так ли?
Френсис не выдержала и звонко рассмеялась.
- И еще ты меня дурой называешь? Да ты сам тот еще дуралей! - она уткнулась носом в его колючую щеку и попыталась успокоить в себе смех, который так и рвался из груди наружу. Артур продолжал смотреть на нее выпученными глазами. - Вот именно поэтому я хотела поговорить с тобой, а ты так отчаянно этому отпирался! Да, Артур, возможно изначально я тебя терпеть не могла. Меня раздражало в тебе все - начиная с внешности и заканчивая твоим ужасным, просто отвратным характером. Время шло, а ты раздражал меня все больше и больше: выводил из себя своими нелогичными поступками, и я честно мечтала только об одном - чтобы тебя поймали и наказали по всей строгости наших законов.
- И что же тогда значит твой поцелуй? Издевательство? - Артур продолжал думать в одном направлении, только почему-то от этого не ощущалось никакой злости или даже обиды. Это было смешно.
- Нет - нет! Причем здесь издевательство-то? Просто…я люблю тебя.
- А, ну ясно... Что?!- не смотря на то, что Посланник отчаянно пытался изобразить невозмутимый вид, чувства, рвущиеся наружу, лишь исказили его сердитую гримасу, сделав ее более глупой. Ко всему прочему, его бледные щеки покрылась красными пятнами. - И как это признание связано с тем, что ты мне до этого сообщила?
- Я...я не знаю... Просто в какой-то момент во мне что-то щелкнуло, и я поняла, что не могу без тебя. Думала, что если я не увижу твоего этого безумного взгляда, твоей ухмылки, твоих... этих… саркастичных изречений, то просто сойду с ума! Но я не думала, что когда-нибудь скажу тебе об этом, - девушка усмехнулась своим же словам. - Да, как странно. Любить и молчать об этом, боясь самой себя и реакции окружающих людей. Ведь где же такое видано, чтобы такая честная во всем девушка, как я, влюблялась в мирового злодея? А потом эти воспоминания, которые мне довелось увидеть...и мир перевернулся для меня вверх дном. Оказалось, что мой любимый кровожадный негодяй, такой на вид неприступный, суровый на самом деле не такой, каким пытается себя выставить.
- Это плохо?
- Я еще не решила, - Френсис склонилась над своим пленником, игриво прикусила его за верхнюю губу и слегка ее оттянула. - Для начала, мне нужно к этому привыкнуть. А потом и поглядим - плохо ли это, или хорошо...
Она провела языком по его распухшим от укусов губам, а руками принялась поглаживать Посланника по часто вздымающей груди.
- Я люблю тебя...- повторила она. - Люблю...
Артур не стал противиться тому, что она сняла с него рубашку, да он сам ей в этом помог с большой охотой. Дыхание его стало совсем тяжелым, словно невидимый обруч сдавливал ему легкие. Или же, это просто погода изменилась, воздух стал горячим, обжигающим, как языки живого пламени. Артур готов был из кожи вон лезть, насколько ему было мучительно жарко. Каждый ее влажный поцелуй в шею и оттуда неспешной тропинкой до груди, каждое легкое прикосновение было подобно взрыву - такому мучительно-приятному, немного даже болезненному. Пират даже подумал о том, что, если она остановился, то он умрет. Сила звезды не залечит этого безумного возбуждения, что он сойдет с ума, потеряет смысл во всех своих целях, ради которых он существовал. В принципе, он уже терял к ним смысл; он чувствовал себя совершенно голым и беззащитными в нежных, крохотных ручках этой француженки.
Он страстно мечтал об этой сладкой ночи, и чуть ли не с ума сходил, понимая, что, скорее всего, этому никогда не быть, что все это останется лишь в его омерзительных фантазиях. Да, именно омерзительных! Неправильных! Грязных, бесстыдных желаний. И что же теперь? Френсис здесь и она постепенно исполняет его потайные желания. Это волшебство? Шутка бога? Что это, черт подери?!
- Френсис...- шепнул он, смущенно отводя взгляд в сторону. - Френсис... Нельзя...
Да что он такое говорит? Это все проклятый разум, которого он теперь ненавидел всей своею исполинской ненавистью! Удивительно, что он когда-то был на его стороне... да никогда! Разве можно от такого отказываться? Да можно ли вообще думать о чем-то подобном, когда ее губы нежно покрывают поцелуями его тело, медленно доходя до пупка, и резко возвращаясь назад к ключице. Дразнит, негодяйка…
- Тебе разве не нравится? – он почувствовал ее частое дыхание у себя на щеке.
- Френсис, мы не можем... По крайней мере, здесь, - Артур обвел взглядом скат крыши, на котором они лежали. Френсис сделала то же самое. – Хочешь, чтобы мы свалились вниз?
Посланник поднялся на ноги и потянул за собой девушку. Пока они собирали по крыше свое оружие и рубашку, которая улетела на другой конец крыши, Френсис наблюдала за тем, как посвежело лицо пирата. Он конечно не улыбался, но, по крайней мере в глазах его больше не было той прежней угрюмости. Кажется, они даже сияли, хотя на счет этого девушка опасалась говорить точно. Артур редко смотрел в ее сторону, все пытался отвезти взгляд, занять себя, якобы он о чем-то усердно думает. Хотя, когда рядом было это создание, что скромно терлось об его плечо, думать было крайне тяжело.
Собрав за собой все вещи, они быстро спустились обратно через окно в каюту. Первым на пол приземлился Посланник и поспешно обернулся лицом обратно к окну, протягивая руки и принимая Френсис на себя. Сначала у Френсис все получалось почти идеально, она даже возгордилась своей ловкостью. Аля пантера. Но только это было сначала, ибо затем, зацепившись за какую-то щепку платьем, Френсис чуть было не навернулась. К счастью, внизу ее ждал пират, который благодаря своей силе, поймал без лишних усилий.
Посланник заключил ее в объятия, уткнувшись носом в ее спутанные, золотые волосы. На ощупь они оставались такими же мягкими и ароматными. Артур поражался тому, как эта девушка продолжала в этом мире, в этом тяжком положении, выглядеть так соблазнительно красиво. Да даже если бы она надела на себя рваную одежду и измазала себя в грязи, она бы все равно оставалась такой же прекрасной, неповторимой... маленькой Френсис. Его Френсис. Каждый раз, вспоминая о том, как прикасались к ее коже руки других мужчин, Артура начинало трясти от бешенства. Никто не смел к ней прикасаться, все те недоумки были недостойны этого сказочного существа!
Он мог стоять так с ней вечно, и ни за что бы все равно не устал.
- Я не верю...- прошептал он ей на ухо, сцепляв свои пальцы на ее талии. - Ты... ведь…ты не можешь… себе этого допустить. Наверное, это какое-то сильное скопление эмоций, благодаря которых образовалась правдоподобная иллюзия… Это очередной этап сумасшествия.
- Артур, я реальна, - возразила ему твердо девушка.
- Это нелогично, невозможно, абсурд... - Артур продолжал монотонно нашептывало это, тем самым все сильнее и сильнее вгоняя Френсис в раздражение. - Френсис, помнишь, что я сказал тебе там, на крыше? Что якобы ты своим поступком создала мне больше проблем. Так вот, знаешь, на самом деле я просто боялся... Когда эта тварь схватила тебя, между вами возник контакт. То есть, ты добровольно отдавала ей свои силы и эмоции, истощала себя изнутри. То же самое она делала и со мной, но только я-то бессмертен. Я не умру от этого. А вот ты могла умереть. Френсис, ты вообще представляешь себе, как ты меня напугала? Когда я очнулся и увидел, что ты лежишь рядом и еле дышишь, мне...я...я испугался, думал, что потерял тебя.
- Артур...
- А помнишь, когда меня заточали в темницу, а ты приехала поглядеть на меня... В тот момент, когда я увидел твои глаза за решеткой, то почувствовал себя необычайно счастливым. Да, это ужасно, отвратительно, но я просто обезумел от счастья. Наверное, поэтому я дался этим дохлякам-охранникам, лишь бы увидеть тебя снова. Не со стороны, а чтобы ты посмотрела на меня! Я уже даже смерился со своим сумасшествием. Я...
- Артур! - Френсис подняла голову и внимательно посмотрела в глаза мужчине. - Я прекрасно поняла тебя, говорун. И если тебя это обрадует, то я испытывала такое же сумасшедшее волнение, когда ты бросил нас во время крушения Армады. Я думала, что не увижу тебя никогда. И это чуть ли не до истерики меня доводило. Как глупо, только осознаешь, что не можешь жить без человека, а он берет, и уходит в самый ответственный момент. И что с ним происходит, как же он там, мой любимый пират, жив ли? В порядке ли...? – затем ей взгляд посерьезнел – брови сошлись на переносице, а в глазах читалась решимость. – Артур, поклянись мне, что больше ты так не поступишь!
Посланник в ответ ухмыльнулся. Но не так злобно, как было ему свойственно прежде.
- Не брошу, даже подумать об этом не посмею.

Что может быть безумнее этого момента? Френсис лежала на полу, некрытым сверху пиратским плащом, ее обнаженная, жемчужная фигура соблазнительно извивалась на фоне бардовой материи, весело перебирая пальчиками её складки.
Артур стоял перед ней на коленях, заворожено наблюдая за этим сказочным существом, которое ждало его, мысленно просто умоляло овладеть им, приручить и сделать своей на веки вечные. Жизнь показалась ему необычно коротким временем. Коротким, но до безумия блаженным. Глядя на то, как пряди ее волос легко скатываются по худеньким плечам, ложась на ровную, красивую грудь, и глядя на все это Артур понял, что воздух вновь начал накаляться с необычайной быстротой.
- Иди сюда, - сказало существо, томно улыбаясь. Артур послушно подполз к ней, наклонился к ее животу, прикоснулся осторожно к нему губами, ощущая его живое тепло, сладкий, ненавязчивый, легкий запах ее тела. Он готов был целовать ее вечно, пока не заболят губы, и все равно, он бы не остановился ни за что. Он продолжал вести цепочку жадных поцелуев, все ближе приползая к ее груди.
Когда он положил голову на эти два мягких бугорка, на языке его вертелось лишь одно слово: БО-ЖЕС-ТВЕ-ННО! Он чувствовал умиротворение, лежа на ее груди, волшебный покой, наставший спустя все эти мучительные года. Точнее, всю его жизнь. Он терял себя, вновь обретал, боролся, существовал, терпел, и снова терял... И все ради того, чтобы обрести здесь покой. Словно уставший солдат, свалившийся на колени перед своей матерью...
Мать... Она была у него. И он безусловно очень сильно ее любил, хотя не особо показывал это внешне. Когда все нормальные дети лезли к мамам на ручки и осыпали их поцелуями, Артур лишь продолжал невозмутимо держать ее за руку и чувствовать спокойствие на душе. Осознавать, что все хорошо, все замечательно, нет повода для беспокойства.
- Все хорошо, - ласково изрекла Френсис, поглаживая пирата по волосам.
- Я люблю тебя, - ответил Артур. – О, небо, как я устал. Я больше не готов претендовать на звание гения. Гении - это люди, чистые разумом... Они не должны знать такого чувства, как любовь, а понимать и тем более. Моя же голова давно забита только тобой... Я люблю тебя, и я... не жалею об этом.
- Я тоже...
- Значит, я избегу ареста?
- Нет, я накажу тебя, Посланник, по своим правилам.
- Я весь в предвкушении.

Можно ли было назвать то, что они вытворяли, черным дельцем? Безусловно, даже нужно. Френсис и не отрицала того, что их поведение было безнравственным, грязным и неправильным. Да если бы только видели ее родители, что их послушная, большая девочка вытворяет тут, лежа на плаще своего врага, пока сам враг не спеша изучает каждый сантиметр ее тела. О, они бы долго приходили от страшного потрясения. Возможно, даже, лишили бы ее наследства и официально объявили о том, что отныне у них нет дочери. Что та миловидная девочка Френсис умерла в их сердцах, а то существо, что захватили их любимую малютку - порождение Сатаны.
Но Френсис было все равно - что бы о ней ни подумали окружающие, и она готова была согласиться в том, что она изменилась, что для окружающих ее перемены будут казаться аморальными, выходящими за рамки законов.
Плевать! Плевать на все!
Френсис могла повторять эти слова до бесконечности, если бы не этот пират, который решил посвятить эту нескончаемую ночь только одному делу. Ненасытный негодяй. Если раньше он без устали твердил ей какую-то успокаивающую белиберду, явно вызванную сильным моральным возбуждением, то теперь Посланник плавно входил в нее, и в этот миг весь его словарный запас уходил на нет, оставляя лишь извержение несдержанных стонов, которые изредка переходили на рычание. Френсис поймала себя на мысли, что все это время внимательно следит за Посланником – за его неуклюжестью, благодаря явной неопытности, из-за чего движения его казались резкими и спонтанными, как у человека, не знающего, с чего начинать и за что хвататься изначально. Френсис это ни капельки не пугало, это было даже забавно – смотреть, с каким смешанным чувством рвущейся наружу страсти и полнейшей озадаченности движется он в ней. Смотрит то вниз, приоткрывая незаметно рот и судорожно втягивая горячий воздух, а затем косится на Френсис, мысленно спрашивая – а правильно ли я все делаю? Или – тебе хорошо? Может позу сменить? Да, это было странно, немного смешно, но не смотря на все это, Френсис не думала жалеть об этой ночи.
К тому же, Артур очень быстро учился на своих ошибках.
Каждый новый раз казался волшебным, не похожим на предыдущие. Чувство, возникающие в момент близости - трепет в душе, переходящей аж до дрожи в коленках, и сильный всплеск эмоций, перетекающих в нескрываемые крики, резкое выгибание тела навстречу партнеру и скомканный, мокрый плащ под острыми локтями . И, что самое главное, такие моменты им ни разу не наскучивали. Даже наоборот, после каждого совместного сладостного экстаза, они лишь острее начинали ощущать свою ненасытность друг к другу.
За одну ночь Френсис изучила своего партнера вдоль и поперек. Знала каждую черточку его лица, каждую родинку на теле, выучила его движения: как и когда он себя поведет в такой-то ситуации... Но в конце с недоумением осознавала, что что-то упустила. Каждый раз, черт подери, этот человек заново ею познавался, снова входил в нее, при этом стискивая пальцами ее нежную грудь, а она, как маленькая девочка, с расширенными от изумления глазами, принимала его в себя, словно это было в первый раз.
В момент его ускоренных движений, ей казалось, что земля отныне крутится только вокруг них, и яркие пятна, как в калейдоскопе, начинали быстро и синхронно вращаться над головой, унося ее все дальше и дальше от реальности. Других людей нет, их никогда не существовало, как и весь этот мир в целом был лишь миражем. Френсис обвивала шею Посланника, притягивая ближе к себе, расцеловывала его лицо, стараясь ничего не упускать. А он небрежно отвечал на ее ласки, при этом усиленно двигаясь бедрами... Видно, нашел свою волну. Больше никаких смущенных взглядов с немыми вопросами, теперь только страсть и стремление утолить волчий голод.
Как это было странно: он - сумасшедший, дикий, голодный почти насилует ее, вдавливает все сильнее и стремительнее в пол, а она продолжает ласкать его, гладить по спутанным волосам, проводить пальцами по небритой, колючей щеке и с нежностью смотреть в его почерневшие глаза. О да, они были не зелеными, а именно черными, как две пуговицы у куклы. Поначалу Френсис этому испугалась, но Артур осторожно сжал ее пальцы, тем самым немного ее успокоив.
- Не волнуйся...это просто...реакция…моей…силы... Но ты не пугайся этому - со мной все хорошо. Я в порядке. Я прекрасно тебя вижу и ощущаю. Все под контролем…
И он повторял это каждый раз, когда глаза его становились иного цвета. Но вскоре Френсис, как и требовал от нее Посланник, успокоилась.
Стараясь не смотреть ему в глаза, Френсис ласково покрывала своего мужчину поцелуями. Но в какой-то момент губы ее коснулись звезды пирата - той самой, ненавистной ею лично - и тут девушка вскрикнула и отстранилась от Посланника.
- Что случилось? - спросил он ее, все еще находясь внутри девушки, но прекратив движение.
- Твоя отметина, как раскаленное железо, - прошептала Френсис, чувствуя, щиплющую боль на лице. - Что происходит, Артур? Она так раньше не горела!
- Я же говорю тебе - это реакция моей силы на тебя, - Артур попытался улыбнуться, чтобы у девушки исчезли какие-либо еще подозрения на этот счет. - Я к этому давно привык. Сначала неприятно жгло, но потом я смерился с этим. Иногда, конечно, это жжение переходит на более болезненную стадию...как сейчас, но это не важно...
- То есть, тебе сейчас больно?
- Я же сказал, что привык, - мужчина успокаивающе погладил девушку по щеке. - Эта боль терпима. К тому же, ты и наши с тобой занятия не дают мне времени даже подумать об этой боли. Не волнуйся.
В тот момент не только в них двоих возникали эти всплески чувств, эмоций, но и внешний мир прекрасно все это ощущал. Особенно вода. Учуяв, как из иллюминатора потянуло каким-то сладким, возбуждающим запахом, волны начали бешено раскачиваться из стороны в сторону, словно находясь в припадке. Конечно, ведь ничего подобного они прежде никогда не чувствовали. И желание завладеть этим неизвестным в них возникло молниеносно, едва появился этот дурманящий запах.
- О, Господи, погляди! - вскрикнула Сара, невольно отрываясь от губ своего мужчины и указывая пальцем на воду. Антонио тихо и жалостливо простонал, но все же его взгляд проследовал за пальцем итальянки. И увидев, как сильно поднялся уровень воды, челюсть его отвисла. Тут даже свечу брать для освещения не надо было - стихию было видно хорошо, а уж слышать ее жалостливое мычание - еще лучше. Склизкие, тонкие руки жадно тянулись к перилам крыльца, царапаясь по дереву, словно кошка, просящаяся вовнутрь. Сара на всякий случай досталась свою саблю, а Антонио - мушкет. Им совсем не нравилось поведение этой черной, голодной твари.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:26 | Сообщение # 53
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Чем сильнее и страстнее проходило у двух людей занятие любовью, тем ближе подбирались к ним существа, для которых данное занятие казалось каким-то неопознанным, но любопытным явлением. Они никогда не чувствовали, любовь и страсть были им чужды, как, впрочем, и гнев, радость, и отчаяние. Это была у них одна из самых значительных черт, отличающих их от живых людей, они хотели это заполучить, чтобы понять, или же даже попытаться этому научиться.
Френсис прижалась щекой к груди любимого и прикрыла блаженно глаза. Как бы хотелось остановить время и пролежать так вечно. Как приятно чувствовать на талии его теплые, сильные, крепкие руки.
- Я говорил, что это омерзительно...- прошептал Артур, устало поглядывая на потолок. - И я не ошибался... это чертовски омерзительно. Но я бы хотел ощутить это еще раз...
- Это же омерзительно, - Френсис ухмыльнулась.
- Но это так притягательно...так возбуждающе... Я и не думал, что когда-нибудь это коснется меня. Что я предамся какому-то озабоченному животному. Но я бы отдал все на свете, чтобы им стать еще на мгновение... Еще чуть-чуть... Это так для меня не ясно. Я могу объяснить любую теорию в физике... Но мне не объяснить этого. Остается только думать о том, что это животное живет в каждом из нас, рождается с нами и растет, развивается... Становится более сильным. Я не смог этого избежать. Я не гений.
- Повтори это еще раз и окончательно вгони меня в тоску, - Френсис осторожно провела пальцами по плечам англичанина, чувствуя, как от ее прикосновения его мышцы напрягаются. - Я чувствую себя какой-то смертельной болезнью...
- О, да, ты болезнь - самая желанная во всем мире, и самая загадочная. По сравнению с тобой, познание других миров - сущая мелочь. Когда я уничтожу наш...
- Стоп, - девушка тут же пришла в себя и пронзила Артура недовольным, подозрительным взглядом. - Стоп-стоп. Ты что, все еще хочешь это сделать?
Артур смело ответил ей не менее остро и сердито, и губы его крепко сжались в тонкую линию, ноздри недовольно раздулись. Ему определенно не нравилось направление их диалога. Френсис со своим характером уступать ему не станет, да и он сам особо не хотел спорить с девушкой, которая, между прочим, лежала сейчас перед ним без одежды.
Но высказаться он обязан был.
- Я знал это,- простонал он, прикладывая ладонь к лицу. - Черт подери, знал с самого начала, что, если подпущу тебя к себе, то ты попытаешься этим воспользоваться! Ты ведь ради этого все и задумала, не правда ли?
- Да что у тебя за паранойя? Воспользоваться не воспользоваться...- Френсис закатила глаза. - Я не хочу тобой управлять, Артур, может, когда-то у меня и крылась такая идея, то сейчас я полностью к тебе откровенна!
- Тогда зачем был затеян этот разговор? - Артур поднялся на локтях, чтобы так лучше беседовать с Френсис, а девушке пришлось от него отстраниться. Впрочем, что-то ей уже было с ним не так романтично, как до их разговора. Она опять почувствовала, как между ними идет какая-то нестыковка. Словно между ними протянулся невидимый барьер. И из-за этого "что-то" их отношения, так долго и упорно строящиеся, могли разрушаться.
- Просто я не понимаю в твоей мести больше никакого здравого смысла! Зачем тебе это, если ты...я...мы любим друг друга? Ты разве не чувствуешь себя счастливым?
- Чувствую...
Френсис подползла к пирату и мягко положила руки ему на плечи. Артур заметил, что в данный момент глаза ее сияли ярко, как никогда прежде. Может, это был гипноз? Ее, особенный женский гипноз?
- Тогда чего же тебе еще надо? Давай вернемся обратно домой, к нормальным людям, уплывем на Новые Земли, и там заживем спокойной жизнью...
- Мне кажется, что в хаосе, лишенного всех этих смазливых рож я чувствую себя куда комфортнее... Френсис, я не создан для людского мира...
- Так у нас будет свой мир! В котором будем существовать только ты и я. Больше никого...
- Я так и представлял себе наш с тобой разговор на эту тему, - Артур попытался как можно аккуратнее убрать ее хрупкие маленькие ручки от себя, при этом параллельно поражаясь тому, какие же они все-таки малюсенькие и худенькие по сравнение с его широкими, мозолистыми ладонями. - Но я думал об этом всю жизнь. Это моя главная цель, и я хочу добиться своего! Во что бы то ни стало!
- Пойми же ты, что в мире много людей, которые поступают скверно и незаконно!
- Вот поэтому я и хочу...
- А значит, в твоем мире все будут добрыми и приветливыми? - Френсис насупилась. - Ты думаешь, они не создадут свои государства на земле и не будут между собой воевать?
- Выжившие начнут ценить свою жизнь, - пояснил Посланник. - Общая катастрофа объединит их. Ты думаешь, что я уничтожу все живое? Нет, я нанесу урон по самым густонаселенным местам, покажу им всю свою мощь!
- А как же мы? Как мы будем в нем жить-то, а? А как Антонио с Сарой? Том, Чарли...
- Я всех их отправлю обратно... Когда выполню свою миссию...
- И что же они там будут делать, на руинах?
- Жить, что же еще?
Френсис продолжала смотреть на мужчину с нескрываемым раздражением. Ей даже казалось, что вот, скажи он еще хоть слово об уничтожении мира, и она повторит свою героическую пощечину. И на этот раз она не будет жалеть о содеянном. Ей даже будет приятно видеть на его физиономии отпечаток своей ладони, как символ его глупой упертости! Но разве насилием можно было что-то решить? Френсис сомневалась в этом.
- Я прошу...просто прошу тебя подумать над этим, Артур, - сухо сказала она, поднимаясь с пола и отправляясь на поиски своего платья, тем самым не ставя точку в их разговоре, а скорее запятую. Артур не останавливал ее, остался сидеть на собственном плаще, продолжая при этом вскипать от злости. Он не мог выплеснуть весь свой гнев наружу просто потому, что не хотел обострять их и без того тяжкие отношения. Сердце его рвалось на части, не находило внутри покоя, мозг почему-то вообще отказывался мыслить. Наверное, обиделся из-за предательства своего хозяина.
А Френсис взяла в руки сапог и, перевернув его, стукнула ладонью по каблуку. На пол упал небольшой, чуть меньше грецкого ореха, сверток. Девушка нагнулась, взяла его спокойно в руки и развернула. Это была та самая лже - записка с признанием в любви. Френсис свято хранила ее в сапоге, так как более прочного места хранения у нее при себе не было. Когда-то она с восхищением перечитывала эти строки, и иногда начинала задыхаться от слез. Но это было давно, как будто в прошлой, почти забытой жизни. Теперь все было по-иному. Френсис не чувствовала при прочтении больше таких сильных, горьких удушений от послания мистера-«инкогнито», который в данный момент сидел в паре метрах от нее, и с интересом наблюдая за ее движениями. Возможно, что-то в ней изучал лично для себя.
- Что ты смотришь-то на меня? – Френсис почувствовала раздражение, хотя не припоминала в своей «прошлой жизни» подобных всплесков эмоций. Нет, безусловно, все люди имели право злиться, радоваться по пустоте, и тем более, раздражаться всяким мелочам.
- Лучше уж смотреть на тебя, чем на паутину в углу, - ответил Артур. – А на самом деле, пытаюсь понять – это все?
- Что значит «все»? – Френсис опустила сапог на пол и просунула в него ногу.
- Понимаешь, - мужчина заметно разволновался. Видимо, ему редко доводилось в жизни у кого-то что-то просить. А тут еще и у особи женского пола, да с таким характером. – Некоторые мои потребности не до конца удовлетворены.
Френсис прищурила глаза.
- Ах вот как ты теперь это называешь, - улыбнувшись, девушка села ему на колени и игриво поводила пальцем по его груди. – Потребность! Скажу тебе в трех словах – ты не заслужил!
Само собой, данный ответ более, чем обескуражил Артура. Мужчина сначала вздрогнул, затем уголки его губ обидчиво поползли вниз. Может, делал он это неосознанно, но выглядело очень весело. Френсис никогда еще не получала такого огромного удовольствия от издевок.
- Френсис, обещаю, я подумаю, - это в нем говорила уже отнюдь не мужская гордость. Гордость еще не была позорно растоптана каблуками, но совершенно явно к этому стремилась. Или же в эту ночь Артур решил просто перейти на пассивную сторону и выдерживать любые капризы девушки, лишь бы в итоге получить свое. Интересно, раз уж он такой неугомонный сейчас, то как же он терпел свои гормоны в молодости?
Ладно, что бы там не происходило в его сумасшедшей балде, Френсис решила об этом больше не думать, не портить себе всю малину. Не этой ночью.

Глава 23. Сюрприз
Френсис мечтательно смотрела на небо, где сквозь мрачные тучи просачивались лучи света. Что же это был за свет такой? Френсис конечно не так хорошо знала, как был обустроен этот мир, точнее говоря, вообще не имела о нем понятия. Могло ли быть так, что солнце здесь было, но благодаря вечным тучам, окутывающим небо, свету просто не хватало шанса выйти наружу и показать себя? Френсис скучала по своему миру. По запахам, которыми он был насыщен, по вечно сменной погоде, от которой иногда болела голова и появлялась слабость в теле. Она скучала по обычной жизни, по своим слугам, по своему опекуну, который не особо был к ней мягок... Она была бы счастлива услышать здесь, в этой мертвецкой пустоши, какую-нибудь мелодию. Пусть то будет чириканье птиц или шелест листьев... Или звон колоколов в церкви, что обычно пробуждало ее по утрам. Если бы только была возможность пройтись по знакомым городским улочкам, приветливо улыбаясь каждому прохожему, совершить экскурсию по собору Нотр-Дам, послушать пение маленьких детишек и затем сходить на какое-нибудь цыганское развлечение и повеселиться от души. Хоть раз сделать что-то свое, что-то вне общего плана. И чтобы при всем этом ее продолжал крепко сжимать за руку Артур. Чтобы он шел рядом с ней, словно ее личный охранник - такой гордый и непобедимый. Чтобы он, как и все нормальные люди, смущенно щурился от яркого, непривычного солнечного света, прикрывая свободной рукой глаза; чтобы с невозмутимым видом подпевал тем детишкам в соборе; чтобы станцевал с ней на городском празднике под улюлюканье пьяной толпы. И чтобы он нежно обнял ее за плечи, когда над их головами прогремит праздничный салют. Это было бы вполне нормально. Но почему-то верилось в это с большим трудом.
Почему этого никогда не произойдет?
Почему, при этом искренне любя ее, он продолжает играть роль такого упрямого барана? Почему? Почему?
Френсис спрятала лицо в ладони и помассировала пальцами распухшие веки. Ночью ей не довелось выспаться. Впрочем, Френсис и не думала жаловаться, та ночь была великолепной.
- Как дела? - спросил ее юнга, и Френсис удивилась тому, почему этот мальчуган вечно появляется в самые напряженные моменты.
- Замечательно, - девушка попыталась улыбнуться, но за место этого широко зевнула.
- Ты поговорила с капитаном?
Френсис призадумалась.
- Да, поговорила.
- И как? Контакт найден?
- Ага, найден, - уклончиво ответила девушка, а сама раскраснелась. - Но это вовсе не значит, что отныне все будет хорошо...
Она хотела рассказать Тому обо всем, что знала сама, но затем решила, что нет надобности пугать ребенка. Как же еще человек среагирует на новость, что твой капитан, которого ты чуть было не боготворил, решил уничтожить человеческий мир? К тому же, Френсис хотелось верит в то, что их с Артуром разговор не прошел напрасно, что за место того, чтобы дуться без повода, он сидит там у себя и думает над ее словами. И он выберет правильное решение. И многое для себя осознает.
- Итак, дорогие мои друзья, - рядом с Френсис примостился Антонио - такой бодрый, просто полная противоположность француженке, которая в данный момент мечтала уйти в мир грез и наконец отдохнуть от всей этой жуткой кутерьмы. - Сообщу вам прискорбную новость - еды почти не осталось.
- Это не еда, а отрава, - возразил юнга и слегка позеленел от отвращения при мысли о кислящем бульоне.
- У нас нет выбора, малыш, - Антонио попытался потрепать мальчика по волосам, но Том- неожиданно для всех - резко увернулся от загорелой руки юноши и спрятался за спиной Френсис. Похоже, ему не нравилось общество Антонио, и он даже не боялся этого скрывать.
- Слушай, Сара, - Антонио подманил к себе итальянку, и та, подоспев на зов, змеей обвила руками шею испанца и жадно облизнула пухлые, красные губы. Похоже, не у одних Артура с Френсис тот вечер прошел более, чем волшебно. - Слушай, милая моя, я тут понял... Я хочу от тебя детей.
Такое заявление заметно обескуражило итальянку, девушка убрала руки от Антонио и посмотрела на него уже знакомым, рассерженным - женским - взглядом.
- Двоих, троих, - продолжал невинно перечислять Антонио. - А лучше сразу штук десять!
"Боже, они уже думаю о детях, и даже не представляют себе, в каких условиях им предстоит расти малышей!"- ужасалась про себя Френсис. Конечно, детей она любила, но думать сейчас об этом казалось совсем неуместно. И, судя по тому, как свирепо посмотрела на своего избранника Сара, она была полностью солидарна со своей подругой.
- Мы поговорим об этом, когда окажемся дома, - пояснила она как можно спокойнее, хотя ее холодные медовые глаза продолжали недобро стрелять в адрес Антонио. Получив в ответ неуверенный кивок, девушка гордо развернулась и поспешно ушла, надеясь тем самым закончить их разговор.
- Я с ума от нее схожу...-прошептал заворожено Антонио и посмотрел на француженку. - Френсис, прости меня.
- А чего ты у меня-то прощения просишь? - не поняла его француженка.
- Ты мне очень-очень нравишься, но... у нас с тобой все равно бы ничего не вышло.

Тем же вечером Френсис решила навестить Посланника. На то у нее был ряд веских причин. Она надеялась на то, что мужчина уже подумал о том, что наговорила ему в ту ночь Френсис…очень хорошо подумал. И сделал какие-то выводы.
Пират стоял в самом центре своего выцарапанного рисунка и водил по нему концом своего тесака. Он даже не сразу обратил на нее внимание, был очень задумчив в тот момент.
Френсис осторожно прикрыла за собой дверь и молча залюбовалась Артуром-тем, в какой позе он стоял, как задумчиво нахмурил брови, зачем-то почесал пальцем кончик носа... Как же все-таки интересно наблюдать за такими мелочами, замечать то, на что до этого никогда не обращал внимания, ибо не видел в этом надобности.
- Ты долго там будешь стоять? - спросил субъект ее любопытного наблюдения и даже не обернулся. - Пришла же не просто так, чтобы стоять и глазеть на меня...если конечно у тебя нет фанатизма ко мне.
- Я пришла узнать на счет твоего решения, - Френсис не заметила, как ее умиление сменилось раздражительностью. - Ты подумал над нашим разговором? Сделал выводы?
Артур тяжко вздохнул и резким движением всунул мачете себе под ремень. Такое движение показалось Френсис очень неприятным. Словно таким образом он попытался выразить то, как его бесит вся эта ситуации. В том числе и Френсис со своими выборами. Ведь он же все давно для себя решил, чего она еще хочет? Почему не может спокойно принять его сторону?
- Ты хочешь испортить то, чего очень долго добивалась?
Френсис не понравился этот холодный тон. Словно в какой-то момент ему стерли память и он забыл о том, что происходило прошлой ночью. И словно услышав ее мысли, пират беззвучно подкрался к девушке, и мягко провел пальцами по щеке. Какое странное ощущение. Приятное покалывание. Френсис судорожно вздохнула, пытаясь притупить свои вспыхнувшие внезапно желания, но черт подери - как же это было приятно. И он знал, он видел, что ей это страшно нравилось.
- Френсис...- сказал он. - Все будет хорошо. Тебе понравится новый мир. Ты не пожалеешь об этом, клянусь.
Посланник прикоснулся к ее лобику губами, дабы окончательно сделать Френсис беззащитной и лишить всяких мыслей. Френсис зажмурилась, ощущая, как щекотно становится от прикосновений его подбородка. Но это не значило, что ей это было противно. Наоборот, она лишь сильнее от этого возбуждалась.
- Пытаешься взять меня своими ласками? - спросила она. – Хитрый же ты лис.
- Ну, что ты такое говоришь, девочка моя? Я к тебе с чистыми намерениями, - Артур медленно провел ладонью по ее животу, направляясь к груди. Френсис хрипло задышала. - Сообщу тебе одну маленькую тайну - я уже давно ждал, когда же ты меня навестишь, старого моряка. Я внезапно осознал, что больше не в силах сдерживаться. Мне кажется, что я хочу тебя еще больше, чем когда-либо.
Френсис прижалась спиной к двери, точнее говоря, ее попросту придавили. Посланник уничтожал все возможные здравые мысли, возникающие в ее голове. Ей казалось, что еще чуть-чуть и она забудет, что значит мыслить вообще.
- Позволь мне еще одну такую сумасшедшую ночь... И я ради тебя поставлю на колени всю Европу. Да что там Европа, весь мир склонится перед тобой, моей маленькой королевой! Просто скажи «да».
- Но я не хочу, - Френсис аккуратно отстранилась от пирата, хотя такой поступок дался ей с большим трудом. В отличие от Посланника, себя-то она сдерживать пока еще могла…наверное…или же это были последние, предсмертные отголоски здравого разума? Тогда они явились вовремя!
- Да что же это такое? - Артур гневно стукнул кулаком по двери. Но не достаточно сильно, чтобы пробить ее насквозь. - Ты понятия не имеешь, что это за сила! То, что сейчас пульсирует во мне - лишь крохотная ее частица!
- Вот это одна из причин, почему я против твоей затеи! Если ты говоришь, что сила так велика...то сможешь ли ты с ней справиться?
Артуру явно не понравилось то, на что клонила девушка.
- Ты что… сомневаешься во мне? – опасливо поинтересовался он.
Френсис внимательно посмотрела ему в глаза, словно выискивала там что-то.
- Нисколько, Артур… нисколько, - она почувствовала, как к ее горлу подобрался горьковатый комок. Не смотря на то, что плыли они медленно и через чур равномерно, Френсис почему-то начало укачивать. Дыхание ее участилось, и девушка приложила руки к своей груди, как бы успокаивая саму себя. Но Артур не посчитал ее состояние таким уж важным, он продолжал отстраненно стоять и смотреть на нее исподлобья, не понятно чего выжидая. Может, ждал, когда Френсис кинется к его ногам и скажет, что она не права?
- Тогда вопрос исчерпан - сухо изрек он, жестом указывая девушке на дверь. Френсис еще не долго простояла на месте, ибо ее девичья гордость железно давала о себе знать, но затем, увидев, как ненавистно запылали глаза пирата, поспешно засеменила к выходу.

Она не понимала, что же это за отношение такое? Почему он не хочет прислушиваться к ней? Почему он такой осел упрямый? Он же любит ее...так почему же его не интересует мнение своей любимой? Ведь это же важно...очень важно... Ради сохранения таких…непонятный, очень хрупких отношений, придерживаться некоторым уступкам! Хоть изредка, но слушать мнение любимого человека!
"Не глупи, Френсис, - сказала себе девушка. - Или ты забыла с кем имеешь дело? Если он когда-нибудь и скажет тебе о том, что он не прав, то уж тогда-то и произойдет конец света!"
Но тем же вечером в ее голову пробралась весьма странная, предательская мысль. Конечно, так долго переваривая все произошедшее до этого, можно было вполне ожидать подобных идей. Но Френсис все равно это напугало. Она подумала о том, что уничтожение мира... не такая уж и плохая идея. Что Посланник прав.
"Боже, Френсис, о чем ты только думаешь? Смерти миллиардов людей - это не есть хорошо! Это аморально!" - кричал в ней отчаянный вопль. Тот самый, который в последнее время звучала ней все реже и реже, наверное, из-за обострения кое-каких чувств. Френсис схватилась за собственные волосы и хорошенько себя оттянула - что же она делает, черт возьми? Неужели ситуация настолько критическая, что даже она начинает сомневаться в собственных убеждениях?
Вскоре Френсис все же заставила себя уснуть, хотя ее душевная борьба продолжалась, не смотря на поздний вечер. В тот момент часовые сменяли друг друга, а огонь в свечке стал тухнуть. Воск должен был скоро закончиться. И когда это произойдет, они окажутся во власти тьмы.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:27 | Сообщение # 54
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Но самым страшным днем оказался тот самый, когда на корабле все же заметили землю. Но произошло это не за две суток, как сетовал им всезнающий Посланник, а более четырех дней. За то время еды в котле кока оставалось на самом донышке, и матросы уже не знали, как растянуть эту лужу еще хоть на сутки. Хотя сама эта похлебка, если честно, выглядела также отвратно, какой и была на вкус. Для Френсис это плаванье казалось вечным. Каждый день похожие на следующий. Каждое утро с появление каких-то загадочных, ярких лучей в небе, которые продолжали свое свечение где-то около часа, около часа Френсис стояла на палубе и мысленно радовалась свету…после этого, свет исчезал и вместе с ним в душу девушке закрадывалось чувство страха. Девушка чувствовала себя ненужной даже Посланнику, который хоть и говорил каждую их совместную ночь про то, как он любит ее… Френсис понимала, что мужчина говорил ей это искренне, уж она –то знала, что такое «фальшь», но то, как дальше оборачивался их разговор, даже вспоминать противно становилось. Едва их разговор заходил на уже замусоленную тему о «спасении человечества», как Артур тут же менялся, становился злым, раздражительным и не терпящим возражений по поводу его идей. Френсис казалось поначалу, что если она будет часто и аккуратно донимать его по этому поводу, то в конечном счете Артур сдастся и примет ее сторону. Но… это же был Посланник…
После таких бессонных ночей Френсис ощущала странности в своем организме. Порою, ее начинало сильно укачивать, она теряла координацию, перед глазами начинало все плыть. Но только это длилось лишь какое-то мгновение, ибо потом девушка приходила в себя, зрение возвращалось в норму, как, впрочем, и все остальное. Оставалось лишь гадать, чем и по какой причине вызывалась эта неустойчивость. Хотя…нет, она была уверена в том, что виновником этих перемен являлся Посланник! Но только Френсис не могла оценить реальную угрозу. Головокружения и потеря координации не являлись такой уж страшной проблемой, особенно, если их хватало на мгновение.
А между тем, остров продолжал медленно приближаться к кораблю. Вскоре пираты могли легко изучить каждую трещинку на мощной скале, насколько близко теперь располагался к ним этот остров.
Оставалось совсем чуть-чуть…
Какое странное ощущение в груди, словно там, внутри прорастает пузырь, дышать становится невыносимо. Френсис перевалилась на живот и попыталась найти выход воздуху. Сон, как рукой сняло, кровь, застывшая при сне в жилах, с неохотой снова начала свое движение.
Что же это такое? Почему так тяжело дышать? Почему так жарко? Почему нет воздуха? Френсис захрипела, словно рыбешка, оказавшаяся на суше, и с отчаянием посмотрела по сторонам, в поисках помощи. Но почему-то никто ее не слышал, все спали, видели, наверное, сны, даже не догадываясь о том, что происходит в реальности.
Кое как поднявшись на ноги, Френсис добралась до борта корабля, облокотилась на него грудью и широко раскрыла рот.
На самом деле Френсис помнила лишь несколько таких моментов, когда ее так рвало... Один такой момент был в самом детстве, когда она сильно отравилась фруктовым салатом. Она так явно помнила ту ночь, когда ее буквально разрывало на части, из глаз брызнули слезы, живот скручивало так, словно желудок затянуло шершавой веревкой. Отвратное ощущение.
- С тобой все в порядке? - послышался за спиной взволнованный голос Сары. Значит, не всем на этом корабле было на нее плевать. Девушка осторожно положила руки на плечи Френсис и девушка почувствовала себя чуть лучше. Спазмы отпустили.
- Все...нормально, - девушка стерла с глаз выступившую влагу. - Да...мне лучше.
- Мда, этот кислый бульон через чур отвратный, я уже двое суток не ем, - спокойно пояснила Сара. А сама заулыбалась. - Мне кажется, что он уже давно протух. Знаю, что есть-то уже нечего, но лучше...лучше я поголодаю. А ты-то недавно ела?
Френсис нахмурилась. Честно говоря, вся эта канитель с Посланником и его идей на счет уничтожения мира так сильно забралась к ней в голову, что у нее просто не было времени подумать о еде. К тому же, есть-то она особо не хотела. А когда она вообще в последний раз ела?
- Не помню, - призналась она вслух, отодвигаясь от края борта. - Ладно, пойду спать.
Оставив Сару, Френсис отправилась обратно к себе в постель. Тошнить больше не хотелось, но живот почему-то странно бурчал. Порою, когда твой организм сильно возбужден, ты не думаешь о таких вещах, как еда, или сходить в туалет. Даже сейчас она не особо хотела того или другого, хотя знала, что еда предаст ей больше энергии, которая сейчас им была необходима. Девушка не задумывалась над этим, но наверное за время приключения она потеряла несколько килограммов. Ручки стали худыми и посеревшими, как будто давно потеряли жизнь, да и ноги поражали остротой своих коленок.
Можно было бы предположить, что тошнота была вызвана отравлением… хотя это звучало глупо, и к тому же, она не ела уже больше суток, а может и больше. Тошнило ее больше собственным желудочным соком.
- Наверное, я что-то подцепила, - сказала она себе вслух, окутываясь в пропахшее сыростью одеяло. – Только что же это такое…
Когда сон постепенно начал захватывать ее, мысли о тошноте отошли в сторону, и Френсис почему-то вспомнила об Антонио.
"Я хочу от тебя детей..."- вроде так он сказал Саре. Такой наивный, веселый, беспечный - полная противоположность Артуру. Он не знал, что наготовил им капитан Армады. Если бы он только имел возможность залезать людям в головы и читать их мысли. Хотя, у Френсис это получилось, почему бы и ему не попробовать? Но это глупо. Так же глупо, как и думать о детях в такой мрачный период их приключения.
Вскоре, на смену этим странным мыслям пришел сон. Хотя, когда она в последний раз видела сны? Да, она прекрасно помнила тот вечер в каюте любимой, бывалой, крепкой, как тогда казалось, бессмертной Армады. Тогда-то ее в последний раз навестил тот маленький Посланник. И, Френсис думала о том, что именно он и был виноват в том, что события их развивались в эту сторону. Именно он давал ей намеки, разъяснял понятие «любви»…именно он натолкнул Френсис на эту рискованную тропу, с которой теперь на вряд ли можно было сойти.
И, когда Френсис снова очутилась в глубинах своего сна – а точнее, черного, замкнутого мирка, заполоненного синим дымом. Почему-то это наводило на мысль о прошлых годах, когда Френсис, копируя привычке вдовы-соседки, курила трубку, затягивалась этим горьковатым дымом, с каких-то пор считая, что женщина с трубкой олицетворяет для всех символ мудрой, свободной от людской суеты дамы. По крайней мере, та вдова выглядела исключительно так. Но это было давно…казалось, слишком давно для того, чтобы это все еще держать в своей памяти.
Так вот, сквозь эту дымчатую пелену к ней неспешно брела знакомая фигурка. Френсис сразу узнала в ней Посланника – своего давнего, забытого товарища со светлой, лохматой шевелюрой и чумазым, как у трубочиста личиком. Мальчик еле волок ноги, словно испытывал терпение девушки, которой так и хотелось заорать: «Чего ты медлишь? Давай уже, говори, зачем явился! Открой мне снова глаза! Дай наводку! Расскажи мне, что я еще не знаю!»
Мальчик держал в руках какой-то сверток. Причем держал его бережно, старался не опрокинуть. При виде него, девушка почему-то почувствовала страх. Будто сейчас должно было произойти что-то невиданное. И от этого руки ее запотели.
Мальчик остановился от нее в трех шагах, и глаза его замерцали в темноте, как два зеленых огонька.
- Смотри, что я принес тебе, малютка Френсис! - сообщил он, протягивая ей тот самый сверток. Но как-то странно, явно без желания. Как будто с одной стороны и хотел ей его отдать, а с другой жадничал.
- Что это? – спросила недоверчиво Френсис, подходя к мальчику ближе.
- О-о, это маленький сюрприз! – пропищал Посланник, улыбаясь широко и коварно, что было совсем не свойственно мальчику этого возраста. – Он тебе понравится! Понравится…
Вдруг сверток зашевелился и Френсис услышала детский плач. Она почувствовала, как по спине пробежались мурашки.
- Тс-с, не хнычь, не хнычь, - мальчик прижал сверток к себе и принялся его убаюкивать. При этом продолжая хищно поглядывать на француженку. – Мама рядом. Сейчас мама покормит тебя.
- Это ребенок…
- Тихо, тихо, - Посланник погладил сверток рукой. – Все хорошо.
- Это ведь ребенок! – Френсис указала на Посланника дрожащим пальцем. – Чей он? У кого ты его забрал?
- Ни у кого, - пожал плечами мальчик. Говорил он спокойно, но вот в глазах его резвились бесята. – Он наш, Френсис. Наш маленький монстрик.
Френсис глубоко задышала. Она понимала, что хочет поскорее проснуться. Лишь бы не видеть больше этого ребенка! Никогда! Она увидела, как из хлопчатой ткани высунулась маленькая, младенческая ручка, покрытая красной чешуйкой, и с наточенными, черными коготками на каждом малюсеньком пальчике. Визг младенца болезненно бил по ушным перепонкам.
- Это…это не мой ребенок, - заявила Френсис, отстраняясь от Посланника все дальше и дальше и слыша помимо плача его злобное хихиканье. – НЕТ! НЕ МОЙ! *
Вдруг какой-то сильный толчок в мозгу вывел Френсис из тумана сновидений и девушка с ужасом поняла реальную причину своего расхлябанного состояния.

От одного заявления "я беременна" становилось не по себе. Хоть Френсис постаралась успокоиться и даже немного повеселить себя мыслей о том, что один ребенок хорошо, а двойня - еще лучше, но все равно чувствовала себя, как на иголках. Во-первых, мысль о беременности была лишь предположением, вполне обоснованным предположением, между прочим...Во-вторых, страшно было представить себе реакцию Посланнику, когда она ему выставит вот такой веселый "аргумент". В-третьих, из головы не выходил этот кошмарный сон. «Не думай об этом, Френсис, не думай о том монстрике…Это был всего лишь…всего лишь сон…думай лучше о том, что ты…господи, да не может этого быть!» - отчаянно билась мысль в голове. Билась, билась и затухала.
- Итак, Артур, веселись, ты скоро станешь папой! - прокричит она ему с порога и броситься к нему в объятия. А он что? Обрадуется? Ну, да, конечно, расплачется от восторга и начнет строить планы на их будущую семейную жизнь.
Да и вообще все это выглядело как-то странно, некомфортно - грозный и кровожадный Посланник станет сюсюкаться с малышом, поднимать его за бочка над головой и устраивая птичьи полеты. Нет, конечно, он этого делать не станет.
"А вдруг он вообще разозлиться?"- со страхом подумала Френсис. Ведь он и так был на нее зол, а тут она еще с таким сюрпризом к нему придет.
Самым неприятные во всей этой ситуации заключалось то, что у нее даже не было времени обдумать случившееся, придумать себе нормальную речь, с которой она явится к Посланнику. Ведь через час, если не меньше, они будут уже на острове, а там у них не будет времени на отношения. Кто знает, что их там ждало впереди.
"Надо действовать сейчас..."-заявила она самой себе и, сжав кулаки, направилась к Посланнику в каюту. Каждый шаг ей давался так, словно она босиком передвигалась по острому лезвию ножа. В голове билось желание развернуться, забыть на время о беременности. Заняться лучше чем-нибудь полезным. Например, помочь грести корабль.
"Стоп, если я беременна, то мне нельзя напрягаться!"- подумала француженка и жалобно застонала. Ну, почему, теперь вся ее жизнь непосредственно была связана с этим проклятым словом? Почему ее возможности отныне ограничены и все в связи этой...этой...крохотной проблемки?
Нужно было срочно рассказать все Посланнику, и плевать на его реакцию, на то, что он скажет ей в ответ! Он должен знать! И девушка зашагала бодрее. Уже находясь на ступеньках, она обратила внимание на свой живот. Нет, конечно, она не какое-то там мелкое животное, у которого живот набухает за пару дней, но все равно... мысль о том, что скоро так оно и произойдет, конечно не через неделю, не через месяц...но произойдет же! Ей придется сильно напрягаться, чтобы держать спину прямо, она будет ходить, широко, по-мужски раздвигая ноги, ибо так ходить удобнее...
"Господи, Френсис, зачем ты сейчас думаешь об этом? Лучше думай о том, как ты это преподнесешь Артуру!"- рявкнула справедливая мысль и Френсис поспешно убрала руки с живота. Все равно было страшно. Даже когда ей пришлось идти с белым флагом на пиратское судно - добровольно в пасть чудовища - она не чувствовала в себе такой боязни. Если тогда у нее в животе словно взволнованно порхали бабочки, то на данный момент они наверное устроили своими метаниями бурю. Смерч.
Когда вся команда неслась к носу корабля, дабы своими глазами увидеть, насколько сильно к ним приблизилась суша, Френсис направлялась в противоположную сторону. Остров был не интересен ей совсем. Особенно, если сейчас решалась ее судьба...и возможно, судьба будущего ребенка.
Дверь в каюту оказалась открыта. Ну, это было очевидно. Если прежде у Артура на то были явные основание запираться от внешнего мира - а точнее, от одного единственного субъекта, к которому он испытывал неровные чувства, то сейчас, когда все скелеты повылазили из шкафа, скрывать было нечего, значит, и дверь запирать не имело смысла.
К тому же, Артур был сильно занят своими рисунками, которые с каждым приходом Френсис заметно росли. Кругов становилось больше, символы повторялись, словно имея при себе какие-то магические значения. И Артур стоял в центре этих кругов, как всегда сгорбленный, и как всегда бледный, как полотно. Порою Френсис посещало страстное желание наконец воспринять его глазами как он видит собственные творения на полу. Безусловно, этот человек видел его иными красками. А может...даже и не видел. Может, его взгляд улавливал лишь какие-то определенные фрагменты, то, что ему было нужно. Светящиеся адским огнем во мраке символы. Френсис же не видела ничего подобного - какие-то закорючки, косые рисунки, не имеющие никакого носящего смысла.
- Мы почти приплыли, - сообщил ей монотонным голосом Посланник. Так, словно это необходимо было ей знать. - Совсем немного осталось. Дальше я должен идти пешком.
Френсис попыталась понять, что именно он говорил, но затем поспешно вспомнила о другой, важной проблеме, кстати, благодаря которой она здесь и объявилась.
- Артур, я должна кое-что тебе сообщить, - начала она с отдаленного. Скорее для того, чтобы подготовить не его, а саму себя к такой шокирующей новости. - Это очень важно...
- Ш-ш, - Артур приложил палец к губам. - Не шуми. Не пугай удачу. Я мечтал об этом с самой юности. Я чувствую, как горит моя звезда. Все сильнее и ощутимее с каждой минутой. Пульсация отдается во всем теле, как будто я - огромное, живое сердце. Честно говоря, я немного волнуюсь. Даже дышать сложнее стало. Вот ты, Френсис, как ты себя чувствуешь, когда понимаешь, что почти добилась своего?
Френсис молчала. Слушала она его едва ли. Одним ухом. Потому что в другом уже вовсю звучала ее будущая волнительная речь. "Артур, я беременна! У нас с тобой будет ребенок! Скажи, ты счастлив?" - кричал ее собственный голос. Такой наиграно веселый, немного визгливый из-за потаенного страха перед Посланником. Она даже попыталась представить себе их будущего ребенка: его внешность, привычки, характер... Интересно, у него будут черные, густые брови, как у папочки? А может он будет таким же упрямым засранцем? Боже, как все это было волнительно... Или же…как в том злосчастном сне…от которого у Френсис все тело покрывалось холодным потом.
- Знаешь, чего я жалею? - Артур продолжал не спеша свою занудную симфонию. - Что тут нет бутылки с ромом. Эх, я бы выпил. А то, когда смотришь на все трезвым взглядом, то от увиденного дрожь по телу пробегает.
- Артур...- девушка снова совершила попытку донести до пирата важную новость. - Артур, выслушай...
Но резко вздернутый кверху палец заставил ее замолчать. Артур быстро зашагал в ее сторону, и едва Френсис издала звук против воли пирата, тот мягко заслонил ей рот ладонью. Так, аккуратно, словно боялся, что губы ее отвалятся от этого прикосновения. Девушка жалобно посмотрела в сияющие глаза мужчины, мечтая о том, что сейчас он прочтет ее мысли. Узнает все. И ужаснется.
- Френсис, - прошептал он, и уголки его тонких, бесцветных губ лукаво приподнялись. Это было не к добру. - Смотри на меня, девочка.
Это была не просьба, это был приказ. Френсис послушно распахнула веки, и холодный взгляд впился в ее глаза, ударил по ним мощным, энергетическим потоком. Девушка попыталась сдвинуться с места, заставить себя хотя бы рукой шелохнуть, но тело ее не слушалось. По жилам вместе с кровью потекло что-то теплое и приятное. В голове заговорил новый, бархатистый голосок. Он лелеял Френсис, говорил, что все будет хорошо; просил ее расслабиться, успокоиться. Что Френсис и сделала. Отдавшись воле того приятного голоса, девушка повисла в объятиях пирата, словно кукла. А Артур был этому только рад. Улыбка его стала настолько широкой, что его вполне можно было счесть за умалишенного. Обхватив девушку крепче за руки, Артур отволок ее вглубь комнаты, а Френсис послушно засеменила ватными ногами. Голова ее лениво покачивалась то в одну сторону, то в другую. В прикрытых пышными, светлыми ресницами, глазах плыл серый туман, искусственно созданный Артуром.
- Все будет хорошо, Френсис, - повторял он, усаживая девушку на пол и поправляя складки на ее платье, чтобы со стороны она выглядела более прилично. А затем, покончив с этим, отошел в сторонку и критически осмотрел свое творение. Френсис напоминала фарфоровую куколку - такой же, лишенный всякого интереса, взгляд, покрытая белизной кожа, брови как-то невинно поползли наверх, словно у ребенка, испытавшего сильное удивление.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:27 | Сообщение # 55
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Артур снова подошел к француженке и приложил руку к ее побелевшей щеке. Девушка никак не среагировала на его прикосновение. Возможно, где-то в глубинах своего мозга она все это прекрасно видела и осознавала, но тело ей не подчинялось. Словно в какой-то момент потеряла контакт к своей плоти.
- Тебе понравится, - шепнул он ей в приоткрытые, пухлые губы и, соблазнившись ими, страстно поцеловал девушку. Конечно, Френсис и на это не подала никакой реакции, не считая только того, что веки ее легонько задрожали, и то, незаметно для Артура. Ротик ее послушно приоткрылся, впуская в себя пирата, а голубые, стеклянные глаза продолжали с равнодушием смотреть в стенку. Артуру было приятно проводить пальцами по этой мягкой, светлой головке, чувствовать, как волнистые волосы, подобно воде, плавно стекали по его рукам и падали обратно на грудь.
Хотелось бы провести с ней дольше времени и попытаться снова изучить каждый сантиметр ее тела. Но единственное, что позволил себе сделать Посланник, это спуститься вниз по ее шее, покрывая ее похолодевшую кожу дорожкой спешных поцелуев.
- Я скоро вернусь... - шептал он, невольно возбуждаясь от запаха ее тела. - Ты только дождись меня. Я изменю мир, и он обязательно понравится тебе в новом обличье. Я знаю, сейчас, находясь в плену своего тела, ты меня презираешь за мое упрямство, но... просто представь, как я долго этого ждал. Тебе кажется эта мысль ужасной, но поверь мне на слово, что это только к лучшему. К тому же, я хочу увидеть это оружие. Звезда кричит во мне, я не в силах ее игнорировать. Прости меня, маленькая.
Отпустив ее голову, Артур поднялся на ноги и, сжав рукоятку от мачете, направился к двери. Голова Френсис беспечно упала на грудь, а глаза - широко раскрытые, заслоненные туманом, глаза - продолжали с холодным равнодушием сверлить стенку каюты. Даже когда дверь захлопнулась, и погас луч света, она не шелохнулась.

Захлопнув за собой дверь, Посланник мысленно задвинул засов с внутренней стороны каюты и гордой походкой направился к своей команде. Он не лгал на счет звезды, ибо с каждой миной, с приближением, Посланник чувствовал ее жар. Если раньше он выдерживал это, то сейчас ему хотелось закричать. Корабль не спеша продвигался к узкому бережку каменистого острова на которой располагалась треугольной формы скала – другими словами, пирамида. К затянутому облаками небу тянулось острие скалы в виде кривой, тонкой сосульки. На острове стояла подозрительная тишина, хотя это вовсе не значило, что опасность путникам не грозила.
- Придется огибать, - произнес Артур.
- А зачем? - не понял приказа Антонио. Он сидел на скамье и осторожно передвигал тяжелыми веслами. - Можно и здесь остановиться. Здесь не много рифов.
Но почувствовав на себя желчный взгляд капитана, испанец замолк и послушно принялся грести интенсивнее, чтобы развернуть корабль и не удариться об острые края берега.
Все мысленно задавались вопросом, чего же Посланник искал в этом богом забытом месте? Скала, что возвышалась над кораблем подобно огромному наконечнику стрелы, казалось, двигалось вместе с ними. Проплыв несколько метров вдоль острова, люди с ужасом понимали, что остров так и не сменил своего положения.
Далее напрягло еще и появление квадратных обелисков с изображениями каких-то нелюдей с выражением немого потрясения. Глядя своими видящими, пустыми глазницами, они словно умоляли странников развернуться и уплыть куда угодно, но лишь бы оказаться как можно дальше отсюда. Никто не сомневался в том, что место это было проклятым. От него веяло проклятием.
- Стоп! Стоп! - Артур резко поднял руки, веля пиратам прекратить греблю. - Вот здесь! Сюда!
Он указал на арку, возвышающуюся над их кораблем на самом краю берега. Далее после нее располагался вход в пещеру. Крики Посланника эхом унеслись вглубь пещеры, постепенно превратившись в тихое, ровное завывание. Кончив грести, пираты встали на краю борта и перескочили на небольшой холмик и попытались привязать швартовые за каменистый выступ, дабы их корабль не унесло обратно в океан. Все шло идеально - команда действовала сплоченно, стараясь не задавать лишних вопросов на тему этого страшного места, хотя иногда, не заметно для Посланника, они с враждебностью косились то на арку, исписанную теми же немыслимыми знаки и символы, или же в сторону пещеры, которая была похожа на черную, бездонную пасть огромного кита. Кто знал, что таилось внутри нее. Затем, покончив со швартовами, пираты обратили внимание на воду.
- Капитан! - позвали они Посланника и Артур с явной неохотой обернулся к ним лицом. - Здесь вода прозрачная! Не такая черная, как в самом океане!
Артур ничего на это не ответил, молча заглянул через головы моряков, чтобы убедится в том, что они говорили правду. И действительно, об скалы билась прозрачная, морская вода. Она не тянулась к людям, не пищала, не визжала, не всхлипывала, и не рыдала, как голодный младенец. Казалось, что она жила своей равномерной, беззаботной жизнью, билось об камни, вспенивая белоснежную пену, и отступая назад для нового разгона. Это было так непривычно, так странно для людей, привыкших видеть в хаосе лишь сплошные опасности.
- Так, ребятки, я оставлю вас здесь на какое-то время, - Посланник взобрался на холм, чтобы все смогли увидеть его статную фигуру. - Мне нужно кое-что сделать. Я скоро вернусь, а вы оставайтесь на месте и ничего не выдумывайте!
"Ибо скоро вы увидите то, что я сотворю с нашим миром..."- прошептал он уже спиной к ним. Когда он направился к пещере, за его спиной послышался крик. К Посланнику со всех ног несся Том.
- Капитан! Я с вами! Я хочу... - но пират не дал ему договорить. Он уперся рукой в грудь мальчика и попытался отстранить его от себя.
- Куда это ты намылился, мелкий? - капитан попытался ему улыбнуться, но из-за волнения улыбка его показалась кривой и немного нервной.
- Я с вами! - повторил мальчик, и раскраснелся от собственной храбрости, которая так и рвалась наружу из этого крохотного тельца.
- Нет уж, ты никуда не пойдешь, - снова криво улыбнувшись, пояснил ему пират. - Ты видишь эту пещеру? Я ее вижу впервые и я честно не знаю, что там нас может ждать.
- Но вы ведь...
- Не спорь.
Последнее было произнесено тихо, но настолько твердо и уверенно, что у мальчика пропало какое-либо желание перечить своему капитану.
Вернув юнгу обратно к кораблю, Артур махнул всем весело рукой, и отправился к пещере, правда не успел он совершить и пары шагов, как на плечо ему упала чья-то рука.
- Тогда Я пойду с тобой.
Артур смерил Антонио холодным, недоверчивым взглядом и дал краткий, холодный ответ:
- Нет уж.
- А что тут такого? - заметив, что пират пытается вывернуться, Антонио крепче впился в его плечо. Артур тихо зарычал. - Мне надоело сидеть в сторонке и ничего не делать! Ведь это то самое место, да? Через него мы вернемся домой?
Услышав это, Посланник с большим проворством выкрутился из цепких рук испанца и поспешно поправил на себе одежду.
- Я не могу говорить точно, но я уверен в том, что...да, через это место вы сможете вернуться в свой мир,- сказал он без тона радости. Даже наоборот, в этом звучало что-то зловещее. Словно Артур в чем-то лукавил. Только Антонио не был чутким в таких вещах, и если он что-то и заметил неладное в словах пирата, особого значения он этому не придал.
- Блеск! - крикнул он, широко улыбаясь. - Тогда я хочу это увидеть! Идем! - он потуже затянул ремень на своих портках и ринулся в пещеру. Артур едва ли за ним поспевал.
- А ну, стоять! - орал он, чувствуя, как из-за накатывающего гнева в нем начала пробуждаться внутренняя сила. Впрочем, она и до этого пыталась вырваться на свободу, но теперь это обычное и вполне подавляемое желание перерастало в нечто большее и неуправляемое. - Стоять! Карьедо, чертов ты придурок! Остановись ты!
- А ну, давай-ка сыграем в догонялки! - продолжал весело кричать испанец, все ближе и ближе подбираясь к пасти пещеры. - Давай, Посланник, быстрее!
Разошелся не на шутку. Оттолкнувшись ногами от земли, он тремя прыжками настиг Антонио и, схватив его за ремень, отшвырнул обратно на тропинку, в сторону корабля. Испанец долго ворочался на земле, не понимая, что произошло. Но едва он пришел в себя, как Артур уже стоял над ним - его горящие, ярко-зеленые глаза гневно прожигали его кучерявую макушку.
- Ты никуда не пойдешь! Этому месту нужен только я, а не всякие тупицы вроде тебя!
- Ну, спасибо, - Антонио стер с лица пыль и с обидой посмотрел на англичанина. - Знаешь, я думал всегда, что вы, англичане, обладаете этими...джентльменскими штучками. Ты мог бы быть ко мне более лояльным, что ли.
- Во-первых, я ПИРАТ, во-вторых, если я когда-нибудь и стану к тебе лояльным, то это произойдет еще совсем не скоро! Точнее, никогда!
Он хотел окончить их разговор на такой негативной, высокой ноте, но очевидно его желания не собирались совпадать с желаниями испанца.
- Я тоже пират, и что с того? Мы же с тобой, можно сказать, коллеги! Я требую лимита!
- Сиди тут и охраняй моих ребят...коллега.
- Ребят твоих будет охранять моя верная помощница, а я пойду с тобой. Решено.
Артур стиснул кулаки, намереваясь напасть на юношу и наконец разбить его самодовольную рожу, но потом злость его поутихла, и он расслабился, расправил плечи.
- Валяй, придурок, - буркнул он, обходя стороной лежачего испанца. - Только не пожалей об этом.

*Вышла такая отсылка к «Ребенку Розмари». Кто читал, тому добра в дом! ^^

Глава 24. Око за око
Том какое-то время не мог простить себе свой юный возраст. Конечно, ему было страшно, он боялся даже думать, предполагать о том, что ждало его капитана там, внутри пещеры. Но вместе со страхом вырабатывалось какое-то иное чувство, похожее на возбуждение. Руки начинали потеть, а в животе словно начал разрастаться колючий ком. Мальчик чувствовал в себе силы, да, ему было страшно, но похоже этот страх порождал в нем еще больше энергии, и хотелось сделать что-то...что-то полезное, героическое черт подери. И даже не для того, чтобы удовлетворить нытье своего тела, а, наконец, услышать из уст своего капитана удовлетворительные нотки. Что-то типа: "Умница, Том. Из тебя выйдет прекрасный помощник. Я горжусь тобой. "
Когда нибудь Посланник говорил ему такое? Никогда. Да, из самих поступков капитана можно было бы предположить, что он полностью доверял мальчику. Его откровения вызывали прилив гордости в себе, осознание своей нужности в этом мире и, главное, этому человеку. Но хотелось бы услышать это вслух, чтобы окончательно убедиться в своих домыслах.
Это напоминало собирание пазла. Он постепенно собирался, образуя какую-то картинку, но для ее восприятия не хватало одного единственного кусочка, который то ли потерялся где-то, то ли Том его плохо видел. А может этого кусочка никогда и не было в реальности. Его просто забыли сделать.
Дабы разрядить возбуждение, юнга соскочил с лавочки и, сцепив ручки за спиной, отправился путешествовать по кораблю. Без Посланника этот корабль выглядел совсем пустым и холодным. Пираты разошлись по мелким группам и тихо между собой переговаривались - в основном обсуждали их нынешнее положение. Тому это было не интересно. Он не думал, что узнает из этих разговоров что-то новое и воистину интересное для себя.
- Капитан сказал нам быть на месте, - на всякий случай предупредил его Чарли и Том в ответ показал ему язык. Если Чарли и был старше него, то это не значило, что тот мог спокойно взять на свои плечи работу Посланника и командовать ими. К тому же, за главную оставляли не его, а ту итальянку. Сару. Да, милая девушка, весьма воинственна для своего пола. Тому она нравилась.
- А где же Френсис? - подумал неожиданно мальчик, испуганно обводя палубу взглядом. Антонио и Посланник ушли в пещеру, вся команда была, как на ладони, но Френсис почему-то среди них не было. И вообще, что-то он не припоминал, чтобы девушка присутствовала во время их остановки. Где же она была?
Первым делом Том решил сбегать в капитанскую каюту. Это место было единственное изолированное от посторонних глаз на корабле.
Подергав за ручку двери, юнга к своей неожиданности понял, что дверь ему не поддается. Мало того, она была заперта изнутри.
- Френсис! - крикнул Том в небольшую щелку, но в ответ ничего не услышал. - Френсис! Открой! Это я!
Но ему снова никто не ответил. За дверью не доносилось не единого шороха, скрипа, который бы мог выдать там присутствие человека. Но ведь, если дверь заперта, да еще и изнутри, то, значит, за ней кто-то был. И тут мальчик подумал о том, что возможно Френсис сейчас нуждается в его помощи. Вдруг с ней что-то произошло? Вдруг Посланник что-то с ней сделал? Так или иначе, Том твердо поставил для себя задачу пробраться вовнутрь. Конечно, капитанскими силами он не обладал, да и вообще по своему строению был очень худ и ростом своим похвастаться не мог. Однако это не помешало ему взобраться на перила и оттуда примерно смерить расстояние от крыльца до ближайшего окна каюты. Окон, как ни странно, в этом домишке было мало, всего по одному по бокам. На секунду, задумавшись о том, что его могло ждать внутри каюты, Том чуть было не соскочил с перил, но вовремя ухватился обеими руками и смог удержаться на месте. Но в тот момент у него сердце чуть было не вырвалось из горла, насколько же это было волнительно. Ещё бы секунда, и он бы свалился за борт на скалы. Какая невеселая смерть…
Он понятия не имел - правильно ли поступает? А может, Посланник специально запер Френсис в силу каких-то веских обстоятельств? Только каких, Тому почему-то ничего в голову не приходило. Наверное, из-за страха увидеть худшее. Например, бездыханное тело посреди каюты в луже бардовой крови. От таких мыслей по его коже пробежались мурашки. Это было неприятно.
Спрыгнув с крыльца, мальчик еле-еле ухватился одними пальцами за пыльный подоконник и попытался подтянуть себя. Пот лил по вискам ручьями, а сердце снова чуть ли не вырывалось изо рта от страха. Почему-то именно в такой напряженный момент в голову принялись лезть различные мысли, типа "а зачем я это делаю?"
Но только вот останавливаться посреди дороги, так и не выяснив истины, юнга не намеревался. Да, может после этого капитан отругает его, посмотрит на него с ненавистью, а может даже позволит дать пощечину... Хотя, как бы это странно ни звучало, но Том не представлял себе такого. Да, порою Посланник был груб к нему, особенно в моменты своих более остро ощутимых депрессий, когда просто не знал, куда вылить всю свою исполинскую ярость. Но и это было крайне редко.
К тому же, у Тома просто не было выхода назад – либо в окно, либо лепешкой о скалы. Выбор был не велик.
Неуклюже завалившись в окно, мальчик грохнулся на пол и для начала осмотрелся. Каюта выглядела пустой, мрачной, лишенной какой-либо мебели - здесь ничего и не изменилось. За исключением какой-то фигурки, что спокойно сидела на полу, свесив голову, как кукла, и не совершала вообще никаких действий.
- Френсис! - мальчик вскочил на ноги. - Френсис! Что же ты...
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:28 | Сообщение # 56
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Он хотел было спросить "что же ты сидишь тут, пока капитан обследует остров", однако задать его так и не смог. Он обратил внимание на то, что Френсис никак не реагировала на его крики. Ее тело даже не вздрогнуло от постороннего звука.
- Ф...Френсис! Что с тобой? - мальчик подбежал к девушке и взял руками ее за лицо. Голова послушно приподнялась навстречу мальчику, волосы скатились с лица, словно занавес, приоткрывая перед юнгой абсолютно лишенный жизни взгляд. Девушка вроде бы и смотрела на него, но толкло как бы сквозь. От этого Тому стало совсем не по себе. Он даже захотел расплакаться от страха и непонимания.
- Френсис! - крикнул он, поджимая губы и щуря глаза, дабы не выпустить наружу слезы. - Что же это... Френсис! Ответь!
Он затряс ее за плечи, но девушка ему не отвечала. Продолжала смотреть в никуда широко распахнутыми глазами. Нет, она была жива, она дышала, хотя ее дыхание было совсем тихое и еле ощутимое. Она дышала очень медленно и равномерно, словно ее ничего и не беспокоило. Словно она засела где-то в глубинах своего мирка и не стремилась оттуда выходить.
- Это капитан с тобой что-то сделал! - догадался мальчик. - Но что же...как же... - на всякий случай он повел ладонью перед девушкой, чтобы убедиться окончательно в том, что глаза ее хоть и раскрыты, но она ничего не видит. Но вот порозовевшие веки ее вздрогнули, желая моргнуть, и мальчик взволнованно завопил:
- Френсис! Френсис! Ты слышишь меня? Я здесь! Это я! Ох, что мне делать? - он зачем-то схватился за ее охладевшую ладонь и сильно стиснул ее. К его удивлению и радости девушка среагировала на боль, брови ее поползли наверх, по лбу, а затем быстро и невозмутимо спустились на место.
- О! Ты реагируешь! - мальчик от радости подскочил на месте. Затем, для пущей уверенности, схватил ее пальцами за кончик носа и осторожно сжал. Девушка в ответ нахмурилась и часто задышала через рот. Но когда юнга отпустил ее нос из плена, лицо Френсис снова стало кукольным и невозмутимым.
Значит, на боль и неприятные прикосновения она реагировала, как живая. Значит, боль выводила ее на какое -то время из транса, в котором она была так крепко заключена. Том был очень сообразительным мальчиком. Он понял, что чтобы Френсис окончательно пришла в себя, ее нужно довести до шокового состояния. Да, это звучало ужасно, и мальчик не думал о том, что его рука когда-нибудь поднимется на это хрупкое, прекрасное создание. Но иного выхода он не находил.
Нарыв в каюте несколько деревянных щепок и остатки от свечи, мальчик положил их перед собой и, сев рядом на колени, принялся натирать между собой найденные щепки.
Огонь вспыхнул не сразу, да и честно говоря, вспыхнул с большой неохотой. Видимо, если бы не упрямство мальчика, то щепки бы никогда не сумели загореться.
Взяв смело горящую свечку в руки, мальчик подошел к француженке.
- П...прости, Френсис, - прошептал он, капнув несколько капель воска девушке на тыльную сторону руки. Горячий воск плавно стек по ее белой коже и вскоре затвердел. А Том продолжал пытливо смотреть в глаза девушке, в которых в тот же миг что-то заискрилось. Мальчик заметил, что зрачки ее, без того через чур широкие, как два огромных чернильных пятна, начали быстро сужаться. Френсис какое-то время силилась, было видно по ее нахмуренному лицу, что внутри нее происходила борьба... И чем больше мутных капель падало ей на руку, тем хуже становилась гримаса на ее лице.
- Ну же, - пропищал нетерпеливо мальчик, уже специально стряхивая на Френсис как можно больше горячего воска. - Ну же!!!
Не стерпев, он схватил тоненькую ручонку девушки и приложил ее ладонь к огню. Конечно, ему было больно смотреть на все это и тем более делать, но иного выхода он не находил…
Девушка часто заморгала, словно ей что-то попало в глаз, и уже затем произошло то, чего так страстно ждал от нее мальчик - заорала со всей силы, которая в ней была. Кричала она долго и истошно, после чего, когда воздух закончился в легких, она подняла обезумевшие глаза и осмотрелась.
- Где этот негодяй?!? Если я его найду, то он у меня пожалеет о том, что когда-то меня повстречал! Где этот баран, я спрашиваю?!?
Том от неожиданности поспешно отпрянул от Френсис, стиснув в руках потухшую свечку.
- Френсис...- он не верил в то, что у него получилось. У него получилось...получилось... - Френсис!
Мальчик кинулся в объятия девушки, а Френсис, наконец, осознав, что рядом нет Посланника, немного успокоилась. Даже обняла мальчика в ответ, прижала к себе крепче, словно защищая от чего-то. Рука все ещё неприятно болела из-за ожога, но боль была терпимая…Более терпимая, нежели той, что пылала глубоко в ней, вызванная предательством.
Вскоре мысли о Посланнике вернулись и девушка снова ощутила в себе прилив гнева.
Как он вообще посмел воспользоваться гипнозом в своих интересах? Как он до такого докатился?
- Где он, малыш? - спросила она мальчика, когда тот перестал всхлипывать у нее на плечах.

Пещера казалась бесконечной, широкой, и лишенной потолка. Да. Потолка здесь не было видно, что сильно пугало двух путников. Сквозь толстые, серые, пропитанные какой-то подземной влагой, стены иногда просачивались лучи света. Оставалось лишь гадать, что там крылось, за стенками. Выход? А может, что-то еще? Проблема заключалась в том, что иногда, не всегда, но лишь изредка, глаза умудрялись уловить за стеной какое-то движение. Как будто там – за стеной – ходило что-то неизвестное. Проникающий в пещеру свет на мгновение закрывался чьей-то тенью, но затем тут же возрождался, как ни в чем не бывало.
- Нам еще долго идти?
Артур обернулся к плетущемуся за спиной Антонио и тихо, про себя, зарычал. Он сам не знал, сколько еще эта пещера будет продолжаться, и вообще, раз уж пошли вопросы на эту тему, то нужно отметить, что Артур не настаивал на том, чтобы с ним кто-то шел. Особенно, если этим "кем-то" был этот занудный испанец, который, мало того, что ныл через каждые две минуты их ходьбы, но еще и часто останавливался на перерывы. Ленивый засранец.
Артур был уверен в том, что, если бы Антонио не поперся за ним следом, то тот давно бы добрался до нужного места. А если на этом месте стоят защитные, древние чары? Артур-то был уверен в своих возможностях, он готов был к самому худшему, но вот на счет Антонио все казалось совсем туманным... Был ли этот парень вообще способен на самозащиту? Или же придется спасать его задницу своими силами?
Неровная тропа уводила двух путников все дальше и дальше от выхода, туда, где любой шорох разносился за сколько милями в виде громкого эха. Если здесь были чудища, то они уже давно в курсе о чужестранцах. И возможно поджидают их за углом, голодные, скаля длинные, острые, желтые зубы...
- Не думаю, что ты так несешься галопом ради того, чтобы вернуть нас домой, - сказал Антонио, неуклюже спрыгивая с какого-то камня и нагоняя Посланника. Но как бы он не пытался подстроиться под ритм ходьбы своего оппонента, Посланник все равно оказывался впереди. - Что ты задумал-то? Там что-то есть? Несметные сокровища?
- Хех, - издевательски произнес в ответ пират. - Конечно, сокровища. О таких сокровищах тебе только и мечтать, дурачье.
- Слушай, если уж мы идем вместе, и нам, как бы это прискорбно не звучало, придется подстраховывать друг друга, то давай обойдемся без хамства!
Артур ничего ему не ответил, не смотря на то, что слышал прекрасно. В этой пещере с такой акустикой этого невозможно было избежать.
Но Антонио этого было мало. Раз уж разговор их худо-бедно, но начался, то нужно было его во чтобы то ни стало продолжить, чтобы Посланник окончательно не ушел в свои унылые раздумья и не оставил испанца в полном одиночестве.
- Кстати, с чего ты решил, что я не представляю себе этих сокровищ? Я помню, что что-то читал в твоей книженции. Про какое-то оружие. Конечно, я не особо вник в суть, и мне хотелось бы узнать об этом получше. Мы же с тобой "коллеги" же! Давай, признавайся, что ты там надумал!
- Увидишь!
- А на словах?
Окончательно вспыхнув от этой наглости, пират резко развернулся лицом к испанцу и Антонио почувствовал, что в его грудь упирается что-то острое. Юноша опустил вниз глаза и увидел лезвие мачете. Оружие Посланника довольно легко прошла сквозь ткань и царапало живот.
- Не стоит выводить меня, - предупредительным тоном заявил Артур, убирая тесак обратно под ремень. - Иначе твоей подружке станет очень-очень одиноко. Ты понял намек.
Антонио на какое-то время замолчал. И то, потому что усердно переваривал сказанное. Ко всему прочему Посланник стал чаще замирать на месте, прислушиваясь к окружению. Кажется, там, в глубине пещеры что-то было, но он еще не до конца был в этом уверен. А может, там ничего и вовсе не было, а у Артура лишь сильнее развилась паранойя. Как же ей тут не развиться, если рядом вышагивает это глупое чучело, создающее от своего присутствия столько шума, сколько вся команда Армады не способна была сделать.
А вот испанец к тому времени решил перейти на другую, но не менее важную для него тему.
- А что же с Френсис? Ей-то ты небось все поведал о своих…сокровищах, - юноша лукаво ухмыльнулся, довольный своими намеками.
Артур терпеливо молчал, хотя по его частому и шумному сопению было ясно, что до момента "Х" оставалось не долго. Совсем не долго.
- Она...очень красивая девушка, - продолжал с ухмылкой лепетать Антонио. - Какая это редкостная, но интересная получилась штука, не правда ли? Такая очаровательная дама, да еще и умная, и храбростью отличительная. Такие девушки на вес золото!
Посланник незаметно для испанца переглянулся, поражаясь своему титаническому терпению. Однако кулаки его с хрустом сжались.
- Френсис достойна большего, - голос Антонио начал затихать, юноша прекратил ходьбу и с сомнением посмотрел на спину пирата. - Ей нужен честный, красивый, доблестный рыцарь, за которым она была бы, как за каменной стеной. Который не гонял бы ее по разным мирам и подвергал бы ее опасности.
- Что ты хочешь этим сказать? - Посланник тоже остановился и потянулся за своим мачете. Это было предупредительным знаком для Карьедо, означающим, чтобы тот замолк. Иначе…
- Я имею в виду то, что какие бы у тебя ни были на нее планы, друг мой, ты не достоин такой девушки. И не то, чтобы не достоин. Ты не имеешь права на нее.
Посланник бесшумно подобрался к юноше, ухватив его за шиворот, и поднял над землей. Не смотря на то, что Антонио было тяжко дышать, он ответил на неожиданное нападение наглой ухмылкой.
- Ты недоумок! Ничего не понимаешь! Да тебе и не понять, недоумку, у тебя мозги не заточены под это!
- Ошибаешься, еще как заточены, - возразил ему Антонио. - И возможно я понимаю больше, чем ты, гений наш.
- Нет, не понимаешь! - рявкнул Посланник, поднимая Антонио еще на несколько сантиметров. Испанец задвигал судорожно губами, как рыба, и из его горла вылетел странный свист. - Ты ничего не понимаешь!
- Я вижу, тебя это сильно задевает. Злись сколько хочешь, Посланник, но я точно знаю то, что идя за тобой, Френсис обрекает себя на мучительную гибель. Как и вся твоя команда. Ты же не отпустишь нас домой, не так ли?
Артур некоторое время буравил испанца своим привычным, желчным взглядом, после чего, тяжело выдохнув воздух, отшвырнул парня в сторону. Ударившись о камни, Антонио громко и протяжно застонал от боли.
- Решил пооткровенничать со мной? - Артур заходил вокруг Карьедо, словно разъяренный тигр перед жертвой. Он очень долго сдерживался, пытался не вникать в завязанный насильно разговор, но, они уже оба понимали это прекрасно – что Антонио переступил черту. Причем сделал это намеренно. - Ну, хорошо, давай начнем игру: вопрос - ответ! Я начинаю. Расскажи мне, «коллега», какого черты ТЫ тут делаешь? Тебя ведь кто-то нанял? Кто? - он ухватил парня за волосы и поднял того на колени. - Тебя все равно ничто уже не спасет! Так что можешь не обманывать меня!
- Я...я честно не знаю, - признался юноша. От боли слезы предательски брызнули из глаз. Он ухватился за рубашку Посланника, принялся судорожно ее мять пальцами, но сделать что-то против этой выплеснувшей наружу мощи он не мог. - Это был какой-то странный парень! В плаще! Обещал вознаграждение!
- Парень? - Артур расслабил хватку и испанец рухнул обратно на землю вытирать слезы. - Тебя нанял какой-то парень в плаще? И ты даже не удосужился узнать, кто это был?
- Ну, почему сразу "какой-то парень"? У него было достаточно средств, чтобы организовать все это...
- Зачем? - пират повторно схватил юношу за волосы и потянул на себя.
- Ай-Ай-Ай! - завопил Антонио и замахал руками.- Для слежки! Сказал, чтобы я следил за тобой! А потом при возможности и убил!
- И вы крайне разочаровали меня, мистер Карьедо...- раздался холодный, и спокойный голос в пещере, Посланник замер, посмотрел по сторонам, Антонио воспользовался заминкой, поспешно вывернулся из рук пирата и забился в углу. - Крайне разочаровали...
Артур переглянулся, не понимая, откуда же доносится этот голос, к тому же такой знакомый. Тропинка была осыпана острыми камнями различных размеров - от мелких, размером с орех, до высоких, почти с человеческий рост. Складывалось такое чувство, что эти камни росли здесь, как грибы.
На одном из таких высоких, темно-синих булыжников восседал молодой человек. Растрепанные, каштанового цвета волосы его аккуратно были затянуты в тонкий, конский хвост, на бледном вытянутом лице зияла длинная рана. Она разрезала его тонкие, розовые губы, проходила вдоль распухшего носа и рассекала одну бровь. Парень с маниакальной улыбкой смотрел на двух странников, одним зеленым, а другим молочным, мутным глазом.
- Здра-авствуйте, мистер Керкленд! – он развел руками.- Ну, наконец-то вы явились, а то я уже вас заждался!

Френсис соскочила с корабля на берег и, поправив складки платья, бросилась с бесстрашием к пещере. Том несся за ней следом, изредка спотыкаясь из-за сильной спешки. Они миновали группу пиратов, что плескалась в чистой воде, как счастливые воробьи.
- Постой! Френсис! Не так быстро! - кричал Том, захлебываясь воздухом.
- Том, останься! Я сама! - девушка поймала мальчика за руку и отвела его обратно к пиратам.
- Я хочу с тобой! - возразил, насупившись, он и попытался вырваться. Однако хватка Френсис оказалась очень крепкой…чем-то даже смахивающей на хватку Посланника.
- Нет, малыш, нет, - Френсис села перед ним на одно колено, и поправила его сбившиеся рыжие кудряшки. - Это слишком рискованно. Оставайся здесь за главного. Следи за тем, чтобы все было хорошо. Я могу на тебя положиться?
- М...да, - ответил Том, скорчив недовольную рожицу. - Ладно...
Френсис благодарственно чмокнула мальчика в веснушчатую щечку и, поднявшись на ноги, продолжила свой путь. Том посмотрел ей вслед и потер кулачком раскрасневшуюся от поцелуя щечку.
- Бе, гадость! - проворчал он.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:28 | Сообщение # 57
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Антонио попытался спрятаться за спиной Посланника. Ну да, обиду он на этого пирата таил, причем не малую, чего стоила только эта боль в затылке, но на данный момент это уже ничего не значило. Может, когда-то потом и будет значить, если они переживут эту встречу, но не сейчас.
- Э...этот парень, - он указал на Грэга дрожащим пальцем. - Да-да, это был он! А он...что он тут делает? Разве...
- Сдох он, вот что, - ответил ему с равнодушием Артур, словно объяснял Антонио очевидные до абсурда вещи. Впрочем, если бы испанец был способен заглянуть к Посланнику в душу, то он бы увидел там тонны аналогичного негодования.
Грэг спустился с камня и спокойно стряхнул с ладоней пыль. Странно, но он не особо смахивал на мертвого, что бы Артур ни говорил. Он и не был похож на призрака, так как за его спиной шла тень. Но Артур прекрасно понимал, что все это не может быть правдой, и поэтому старался выглядеть спокойным и раскрепощенным. Он убил этого парня, он его УБИЛ! Он видел, как Грэг тогда тонул в морской пучине, захлёбываясь солёной пеной. Как он пытался закричать, при этом зная, что даже если у него это и выйдет, горькая вода заполнит ему легкие,и его ничто не спасет. Но он продолжал биться, продолжал… Пока океан не взялся за него всеми силами. После чего парень утонул. Он УТОНУЛ! И Посланник мог повторять это вечно, благо, уставал он медленнее других людей.
- Пошли, - буркнул он, хватая Антонио за локоть и ведя его за собой. Антонио нехотя засеменил следом, глаза его с ужасом сверлили силуэт "мертвеца", который, как ни странно, продолжал стоять на месте, улыбаться, и даже не пытался их остановить. - Не обращай на него внимания.
Они быстро обошли стороной Грэга и отправились дальше вдоль пещеры. Артур смотрел только вперед, и на его лице не читалось ни страха, ни волнения, лишь железная решимость. А вот Антонио продолжал оглядываться назад. Как ни как, не привык он ко всяким этим аномалиям.
Артур надеялся на то, что тем самым они смогут избавиться от этой неприятной иллюзии, но не тут-то было.
- Он идет за нами, - в полголоса произнес Карьедо и зашагал интенсивнее. На его лице появилось беспокойство – глаза широко раскрылись, что аж белки заблестели, как будто напрягся каждый мускул. - Посланник, слышишь? Он идет за нами!
- Слышит он тебя, - послышался за их спинами мертвецки-холодный голос. - Просто пытается игнорировать. Не правда ли?
- Ты мертв, - процедил в ответ Посланник, и рука его болезненно стиснула локоть плетущегося сзади Антонио. - Я тебя убил. И я не куплюсь на эти шуточки... - Артур резко остановился, и Антонио, не ожидавший этого, врезался ему в спину. Посланник не обратил на это никакого внимания, ибо глаза его с ненавистью и скрытым негодованием сверлили стоявшую впереди фигуру, которая возникла просто из ниоткуда и оградила их от тропы.
- Шуточки? - спросил Грэг, невинно опуская голову набок и с интересом изучая пирата с ног до головы и наоборот. Когда его брови поползли от наигранного удивления наверх, рана, рассекающая его бледное лицо, раскрылась, и по коже его потекла черная, густая жидкость. Она медленно скатывалось вниз по щекам, касаясь его губ, и стекая вниз по подбородку. Артур поймал себя на том, что эта жидкость гипнотизирует его, и поспешно отвел взгляд.
- Ты иллюзия, и я не хочу сейчас тратить на тебя свое драгоценное время, - сказал англичанин. Он, конечно, этого не видел, но Антонио, затаившийся у него за спиной, часто закивал его словам. - Мне плевать на то, что ты пытался остановить меня, и усадил мне на хвост этого испанского засранца. Сейчас это уже не важно.
Когда Посланник пошел дальше, во второй раз минуя настырную иллюзию, Грэг переглянулся, посмотрел ему вслед, и его серые глаза с коварством засияли.
- А Вы ничуть не изменились, мистер Керкленд, - заметил он. – Да, вы правы. Я умер. Вы не хотите узнать, куда я попал после смерти?
- Нет, - был дан жесткий ответ.
- Я не собираюсь останавливать Вас, мистер Керкленд! - крикнул парень в спину пирату. - Можно сказать, что я пришел сюда лишь ради того, чтобы показать Вам правильный путь! Помочь Вам в вашем деле!
- Что-то мне верится в это с трудом, - Артур на пару секунд остановился, заметив перед собой на тропе небольшую, но глубокую трещину. Не хватало еще того, чтобы, отвлекаясь на всяких призраков, он свалится в эту ямку. Ловко перепрыгнув трещину, Посланник дождался, когда то же самое совершит Антонио. На данный момент Артур не видел в испанце своего врага, и не потому, что за считанные минуты успел им проникнутся. Просто сейчас над ними нависла общая угроза. Насколько она была большой и смертельной для них двоих, Артур пока не мог посчитать. Даже не смотря на то, что ему-то эта угроза мешала меньше всего, и убить его она на вряд ли бы смогла. Но все равно, недооценивать это место не следовало.
- Но Вам придется поверить, - Грэг двигался плавно, словно даже и не касался ногами почвы. И голос его с каждым сказанным словом становился более жалостливым и отчаянным. Словно он в чем-то раскаивался. - Я ведь...я не совсем призрак! Вы же за оружием пришли, да? Вы пришли за нами? Вы пришли освободить нас?
Эти слова вынудили Посланника остановиться и впервые прислушаться к призраку. Даже к такому мерзкому, как этот, с которым у него связывались не самые приятные воспоминания. А точнее говоря, одни из тех самых болезненных, которых он мечтал бы похоронить вместе со своим прошлым. Воспоминание об очень неудачной дружбе.
- Да, Посланник, мы ждем тебя! Ждем уже очень давно! - продолжал говорить Грэг, осторожно, даже немного опасливо, приближаясь к пирату. - Мы хотим стать тобой, хотим ощутить свободу, как и ты! Мы поможем тебе, сделаем все, что ты захочешь!
- О чем это он говорит?- спросил Антонио, давно потерявший нить всего этого разговора. А честно говоря, он чувствовал здесь себя лишним. - Эй, Посланник!
- Издеваешься надо мной, да? - англичанин ненавистно посмотрел на Грэга и полностью проигнорировал испанца. - Ты издеваешься...
- Нет, что Вы! - возразил мертвый парень. - Я ведь все равно призрак, и мне незачем мстить Вам! Я уже видел это оружие, изучил его вдоль и поперек, но – увы – я утерял возможности им воспользоваться, потому что я лишен жизни! Благодаря Вам, конечно, но... Меня это уже мало волнует. Мне было велено придти сюда и проверить Вашу готовность к принятию этой исполинской мощи!
- Готовность? - переспросил недоверчиво Артур. - Хочешь устроить мне испытание?
- Ну, да, что-то вроде того, - Грэг задумчиво почесал подбородок и затем его мутный, поврежденный глаз воззрился на рукоятку мачете, над которой располагалась рука Посланника. - Нет, на счет Вашей физической выносливости знает уже весь мир, и в сотый раз проверять то, с каким Вы удовольствием кромсаете монстров - не интересно и просто бессмысленно! Я хочу… проверить Вас на духовную стойкость.
- Что это значит? - недоуменно повторился Антонио и Артуру пришлось стукнуть его по затылку, чтобы он замолк наконец.
- Чего ты хочешь? - спросил Посланник, едва испанец перестал скулить от боли и Грэг восторженно засветился, как самое настоящее приведение.
- Я хочу, чтобы Вы приняли на себя силу без лишних сомнений в голове, вот и все!
- И что? Все?
- Ну, да, - Грэг как-то извиняющие заулыбался. Но даже при всем этом Артур чувствовал в его словах подвох. Он уже проходил через этот невинный голосок и через эту слащавую улыбку. Все это было ложно, все это было абсурдно, и Посланник готов был не верить ни единому его слову.
- У меня нет сомнений, - все же произнес он своим привычным сухим тоном.
- Правда? - Грэг рассмеялся. - Ох-хох, почему же тогда вокруг Вас витает дух сомнения? Я прям - таки чувствую его терпкий запах! – парень подлетел к Артуру чуть ближе, и пират почувствовал, как повеяло холодком. - Ты не честен с собой, Посланник!
- Я честен с собой, - упрямо возразил англичанин и на всякий случай ухватился за рукоятку тесака - так, чтобы почувствовать безопасность. - А вот по отношению к тебе я не испытывают ни малейшего доверия. И поверь, у меня есть на то основания. А теперь, я не хочу больше слышать тебя. Пошли, Карьедо.
Антонио был рад услышать эти слова и, послушно побежал за Посланником. Лицо его блестело от выступившего пота.
- Заметь, когда я сказал про "сомнение в твоей душе", его запах лишь усилился! - продолжал не отставать от них мертвец. И теперь голос звучал его не так мягко и невинно. Теперь Грэг говорил в спешке, стараясь успеть высказаться до того, пока Посланник вновь не заткнул его. - Послушай, Посланник, я ведь только рад твоим идеям. Уничтожение мира во благо самому миру! Ведь об этом мог подумать либо чокнутый, либо... либо гений!
Артур зашипел в ответ.
- Да-да, кажется, я попал в яблочко, - Грэг говорил быстро и радостно, стараясь не запнуться. - Ведь ты же сам хочешь этого, хочешь быть призванным гением. Скажу тебе по секрету, что ты и есть гений, Артур! Только настоящий гений видит этот мир реальным, без всяких наивных приукрашиваний, и он прекрасно знает психологию самого человечества! А также, он осознает, что единственным способом подавления толпы является лишь один – самый гуманный и эффектный… уничтожение! Людей защищать нужно только от самих себя, они - причина всех этих бессмысленных войн! Они создали несправедливость! Они создали голод и бедность! И… именно они убили твою мать!
Антонио вздрогнул, чувствуя, какие быстрые перемены пошли по телу Посланника. Как медленно, но верно утекала вся его уверенность. Как он задрожал всем телом, но не от страха, не от горя, а от гнева. Злость накрыла его с головой, бурлила в нем, стремясь вырваться наружу. Мужчина часто и тяжело задышал. А Грэг был только рад такой живой реакции. Антонио не успел сообразить, как призрак уже приблизился к сгорбленной фигуре Посланника, как его руки легли на острые, опущенные плечи пирата и слегка их сжали. Артур понимал, что подпустил Грэга слишком близко к себе, но поделать с этим ничего не мог. Как-то получалось не правильно, не по плану. Посланник рассчитывал на свою стойкость…
- "О-о, Артур, уходи! Спасайся!"- пропищал женским голосом мертвец. - Они же убили ее, Артур. Эти французы...
- З-замолчи, - Артур закрыл глаза, попытался сосредоточиться, успокоить пробудившиеся чувства. Воспоминания - настолько яркие и реалистичные... Почему он не может обойти их стороной?
- Французы, - повторил Грэг, мягко хватая Посланника за щеку и слегка ее потрепав. - Целая армия французов сожгло твою деревню. Они убили твою семью, Артур. И не почувствовали при этом ни малейшего укора совести. Им нравилось убивать людей, им нравилось приносить страдания. Заметь, что даже животные на их фоне выглядят благороднее.
Антонио начало это раздражать. Он хотел подойти к Посланнику и отшвырнуть прилипшего пиявкой к нему Грэга, но стоило ему сделать шаг, как что-то откинуло его едва ли не на пары метров. Антонио схватился за поясницу и болезненно застонал. Сколько его еще будут так бесцеремонно швырять?
- Ты же видел это своими глазами, Артур, - Грэг продолжал змеей обвивать тело Посланника, и кожа его испускала волшебное свечение. Он не давал ни единого шанса своему пленнику остановить все это. - Они ведь насиловали ее, не так ли? Прямо у тебя на глазах...вчетвером... А потом убили. Опять же у тебя на виду.
Губы Посланника предательски задрожали.
- Тогда зачем ты подпускаешь к себе эту девчонку? Рожденную этими зверьми и выращенную в их условиях. Она же ненавидит тебя...
- Френсис... - простонал Артур.
- Да-да, она ненавидит тебя, Артур, - Грэг ласково погладил мужчину по спутанным волосам. - Она презирает тебя.
- Нет...
- О, да, - возразил призрак сладким голоском. - Она прошла все эти круги ада не ради того, чтобы остаться с тобой, наивный. Она хочет остановить тебя, она хочет уничтожить тебя, она уже тебя медленно уничтожает. Ты уязвим по отношению к этой чертовке.
- Она любит меня...
- Это она тебе сказала, но в ее-то воспоминаниях ты не видел этому подтверждения! Ты лишь видел, как быстро у нее сменялись любовники, как она с ними кокетничала, как целовала их, как они ласкали ее...
- Прекрати...
- Ох, а с каким же огоньком в глазах она рвалась тебя уничтожить! - Грэг не замолкал ни на секунду. - Как она бегала за мной, искала во мне сообщника. Если бы не ты, то, может быть, у нас что-то и получилось.
- Не слушай его, Посланник! - решил все же влезть Антонио. Спина его больше не болела, и он чувствовал себя немного увереннее. - Он тебя путает!
- Странно это слышать от человека, который сам же говорил, что Артур не достоин этой француженки,- Грэг испепеляющие посмотрел на Антонио, и затем вернулся к своей основной жертве. - Итак, я делаю это ради того, чтобы ты наконец осознал всю чудовищность своего положения. Что ты неосознанно становишься подкаблучником, Артур! - лицо его начало меняться. Мертвая белизна сменилась болотистым цветом, на щеках Грэга выросли огромные пузыри и черные язвы, губы потрескались, наружу полезли длинные, черные зубы. Мертвец едко захихикал, обвивая длинными, облезлыми руками шею пирата. - Ты знаешь, что делать, Артур. Ты знаешь, как избавиться от этой связи.
- Да, отвали же ты от меня! - внезапно Артур начал выкручиваться, Грэг почувствовал огромную вспышку энергии и не успел осознать того, что Посланник был уже на свободе. Да, их тесный контакт был грубо прерван и пират с ненавистью сверлил мертвеца почерневшим взглядом. Антонио радостно зааплодировал.
- Да-да! Отлично! - закричал он, все еще сидя на заднице и стараясь не вмешиваться в разборку. Все же, ему больше нравилось быть зрителем, нежели участником. - Давай, Посланник! Из двух зол я выбираю тебя, так что не подведи меня и мой выбор!
Не смотря на то, что эти крики страшно раздражали слух, Артур мысленно радовался даже такой поддержке. Он вытащил мушкет и, зарядив его, смело направил на Грэга. Нельзя не сказать, что мертвеца это удивило: на его омерзительном, зеленом лице появилась гримаса искреннего изумления.
- И что же это такое? - спросил он, кривя длинные, жабьи губы.- А я скажу тебе, что это - это твоя очередная глупость! Я призрак, ты не застрелишь меня железной пулькой.
- Ты вполне реален,- возразил ему Посланник. - Ты вполне реален для призрака!
- И что же? - Грэг как-то не особо ударялся в панику, что было бы в тот момент вполне уместно. - Ты убьешь меня? Сторонника адекватности? Я же хочу сделать все, как лучше! Я же за тебя, дружище...
- Прощай, дружище, - и Посланник надавил пальцем на курок.
Перед тем, как испариться, Грэг истерично хохотнул. Артур видел пулю, как при замедленном времени, она пролетела несколько метров, прорезая своим тельцем воздух, прошла сквозь тело мертвеца и после чего Грэг исчез. Словно его и не было никогда, и все это было лишь плодом фантазий двух обезумевших в пещере пиратов. Единственное, что напоминало о приходе призрака, так это холодный, издевательский смех, который то усиливался, то затихал.
- Око за око, - услышал Посланник его гадкий шепоток, пропитанный затхлостью. Но не смотря на это, Артур чувствовал облегчение, уверяя себя в том, что Грэг больше не вернется. Потому что он проиграл.
- О, Господи Боже! - закричал хрипло Антонио, тыча куда-то пальцем. Посланник с неохотой последовал туда же, куда указывал Антонио и увидел Френсис...
Девушка стояла именно на том самом месте, где когда-то хихикал Грэг, она как-то подозрительно покачивалась, прижимая ладони к своей груди. Посланник удивленно посмотрел на девушку, рот его открылся в немом вопросе.
Как она здесь оказалась? Может, это была еще одна такая шутка? Продолжение испытания? Но что-то ему явно говорило об обратном.
- Ар...Артур, - Френсис испуганно смотрела на него влажными глазами. – Зачем ты…зачем…
Не сумев договорить, она убрала руки и Артур со страхом увидел, как на груди по небесно-голубой ткани платья растекается темное пятно. Вот оно дорастает до живота, и ползет дальше, все ниже и ниже.
Девушка попыталась сделать шаг навстречу пирату, но неожиданно потеряла равновесие и, не удержавшись на ватных ногах, упала.
Артуру показалось, что пещера начала вращаться вокруг него с быстрой скоростью, а в ушах раздавался шум, смахивающий на прибой воды. Мужчина пошатнулся на месте, словно его толкнуло что-то невидимое.
- Что ты наделал?! - слышал он где-то неподалеку истошные крики испанца. - Господи! Что ты натворил?! Что же ты... Как же…
Но Артур не прислушивался к нему. Он не понимал этих криков, он в какой-то момент вообще перестал что-либо понимать. Мушкет выпал у него из рук и беззвучно ударился об землю.
Испытание было окончено.

Глава 25. Конец эры гения
Он опустился на колени, чтобы найти на земле мушкет и взять его наконец в руки. Какое странное ощущение. Липкое, неприятное, холодное. Артур надеялся избежать его, он даже попытался отвезти взгляд и... Что же он сделает дальше?
Френсис не исчезала, она продолжала лежать на земле, а бордовая лужа крови медленно росла под ее платьем, она разделялась на кучку крохотных ручейков и забивалась в трещинки скал. И все это происходило без единого звука. Словно его и никогда не было в природе. Природа просто забыла о том, что в мире должны существовать звуковые волны... Есть только эта немая сцена, нескончаемая, невыносимая для взгляда. Артур краем глаза видел как широко раскрывался в истошном крике рот испанца, как его трясло от увиденного, как он хватал себя костлявыми пальцами за шею, душил сам себя. Какая странная реакция... Почему Посланника так не трясло в диком припадке, а Антонио трясло... Почему они такие разные?
Но вот, наконец, звук соизволил вернуться. Артур почувствовал, как что-то щелкнуло в его ушных перепонках, и он отчетливо услышал истерики Карьедо.
- Ублюдок! Ты ублюдок! Разве ты не видел ее? Она же стояла там! За ним!
Артуру показалось, что сейчас у него уши лопнут от этого бешеного крика и пират пожелал вновь оглохнуть.
Он понимал, что Антонио должен уйти. Что ему здесь не место. Возможно, Антонио это тоже осознавал…
- Беги обратно на корабль, - проговорил Артур.
- Ты не смеешь мне тут указывать! - Антонио резко подскочил на ноги, ощутив видимо в себе появление свежих сил. - Ты, сволочь! Я...да я...
Взгляд Артура плавно перешел на испанца и Антонио невольно ощутил в себе острое желание испариться. Как-то непонятно выходило... С одной стороны и руки чесались дать в морду этому негодяю, а с другой - уйти отсюда, и желательно забыть о случившемся. Хотя, Антонио знал, что последнее являлось невозможным. Ведь он только об этом и думал. Но сила этих ненавистных малахитовых глаз, в которых явно происходило какое-то аномальное движение, была велика, Антонио не мог ей противостоять даже в таком отчаянном состоянии. И поэтому, послушно положив руки по швам, испанец деревянной походкой направился обратно к кораблю. Вскоре стуки его каблуков затихли.
Артур снова посмотрел на Френсис, хотя не хотел этого делать. Была бы у него такая возможность, то он бы пожелал, чтобы Френсис здесь не оказалось вообще. Пусть бы он вообще ее не знал, пусть жила бы она в каком-нибудь отдаленном кусочке света, подальше от него, подальше от этого мира.
Он подполз к ее телу, склонился над ним.
Она не исчезала. Она не была иллюзией. Кровь продолжала стекать по щелям, но уже с явным, глубоким звуком. Кап-кап-кап.
- Френсис...- единственное, что он мог проговорить вслух, ибо язык по каким-то иным законам стал тяжелым и двигался еле-еле. В горле стало горько, каждый вздох звучал хрипло и с каким-то странным бульканьем.
Ему хватило еще трех секунд, чтобы информация полностью вошла ему в сознание и он сумел ее переварить...и осознать наконец, что он наделал. Он убил ее. Он убил ЕЕ.
Это был не просто человек, ни головорез...ни пьянчуга, которого зарезать было для него милым делом. Посланник убивал прежде, не задумываясь крайней мыслью о том, что эти люди тоже ради чего-то жили, у них были свои цели, и их кто-то тоже любил...
Но ему было на это плевать.
А то, что лежало перед ним, утопая в луже собственной крови, то было не просто человеком... Язык не поворачивался назвать это сказочное существо таким омерзительным, грязным словом, как "человек".
Артур приложил к виску свой мушкет, думая о том, что жизни больше нет. Он думал, что ее не было у него и до встречи с Френсис. Он осознал существование жизни лишь недавно, и не смотря на все пережитое, он не жалел...о, господи, никогда не жалел об этой связи.
Он пытался защитить ее. Он делал все это уже не ради себя...ради нее. Он хотел показать ей эту чертову оборотную сторону медали, чтобы она сумела увидеть идеи Посланника именно его глазами. Понять, что они не такие уж и ужасные. Но Френсис...Ох, Френсис...
Очень капризная, очень волевая… такая же, как он...
Он потерял ее.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:29 | Сообщение # 58
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Мужчина нажал на курок, произвольно зажмурив глаза, но желанного выстрела так и не услышал. Услыхал он лишь звонкий "щелк", который эхом пробежался вдоль пустой пещеры и был проглочен пустотой.
Да даже если бы выстрел и произошел...Артур не смог бы умереть. Впервые в жизни он пожалел об этом. Впервые в жизни захотел избавиться, по-настоящему, без всяких лишних сомнений, избавиться от этой проклятой бесполезной силы! Зачем она ему? Зачем ему новый мир?
Отшвырнув мушкет, Артур дрожащими руками перевернул девушку лицом к себе, хотя в этот момент испытывал самый настоящий животный страх. Он не чувствовал себя таким подавленным даже в момент боя с драконом, когда жизнь его висела на волоске. Здесь же он чувствовал себя маленьким мальчиком, учинившим что-то очень страшное, запретное, за что ужасно раскаивался, и за что ему было стыдно. Он боялся увидеть на той стороне ее взгляд. Он боялся увидеть там лицо, искаженное гримасой предсмертной боли. Он не сможет...он не выдержит...
Глаза Френсис были плотно прикрыты веками, на пухлых, сиреневых губах застыли капли крови. Она была похожа на ту бездушную куклу, которой он сделал ее перед тем, как уйти в эту пещеру. Но тогда он точно знал, что она жива, что в любой момент он щелкнет пальцем и она вернется к нему - все та же вспыльчивая, до изжоги справедливая Френсис.
В голову даже полезли такие детские, наивные мысли... возникло вдруг желание щелкнуть пальцем. А вдруг Френсис оживет? Сейчас откроет глаза и с улыбкой скажет:"Артур, я пошутила!"
Но тогда это будет самая неудачная и горькая шутка, которую он когда-либо слышал в своей несчастной жизни.
Но самым ужасным фактом являлся тот, что это была не шутка. Артур почувствовал, как по его телу начинает двигаться сила. Он никогда раньше не чувствовал такой яви. Прежде в момент наступления исполинского безумия он никогда не оставался в сознании, ярость брала над ним вверх. Но сейчас его разум не был подавлен, он видел все на удивление ясно, но при этом понимал, что сила наступает. Вот, она уже неприятно щиплет кончики его вспотевших пальцев, кровь застывает, а за место нее по жилам течет что-то иное, что-то горячее и густое.
Вокруг него начал разрастаться пузырь электричества, он становился все больше и ощутимее с каждой секундой, и от его мощи затряслись стены вокруг. Затем, подскочили камни над землей, как на ниточках, и начали разгоняться, вращаться вокруг Посланника, все быстрее и быстрее, поднимая в воздух пыль и заслоняя мужчину от внешнего мира. Сила была безгранична, ее было настолько много в обеих руках, что Артуру даже тяжело было пошевельнуть пальцами. Он не мог управлять такой мощью,.
А звезда...черт подери, и врагу не пожелаешь этого адского жжения в шее, словно в кожу воткнули кусок острого горячего металла.
Раннее, в момент прихода этой нечеловеческой силы, глаза Артура заслоняла черная пелена, по щекам обычно стекали черные, густые слезинки...но на этот раз все было по иному. Радужки его глаз оставались такими же зелеными, травянистыми, от природы, но вот белки...они покрылись черными слоем.
Это было что-то новое. Что-то сильное в разы. Что-то, чего Артур не испытывал прежде и не испытает больше никогда.

Антонио половину пути прошел пешком, а после перешел на бег. Если бы он только мог в тот момент отвлекаться, то удивился бы тому, как согласованно с ним работали больные ноги. Словно все его тело желало покинуть это проклятое место.
Он даже боялся остановиться, чтобы передохнуть, потому что, едва он это делал, как мысли тут же начинали атаковать его голову, возвращать его обратно в центр событий. Принуждать снова и снова видеть окровавленное тело Френсис.
- Ублюдок...вот ублюдок...-повторялись слова с каждым рваным вздохом. До корабля оставалось чуть-чуть, он верил в это, он надеялся на то, что пещера не проглотит его, что он успеет увернуться, добежать до Сары и все...и все рассказать ей. Передать на ее плечи все это возбуждение, что неумолимо полыхало внутри него. И увидеть то, как заполнятся слезами ужаса ее большие, медовые глаза.
Вдруг, он услышал за спиной какой-то шум. Странный рокот, скрипы, хруст. Словно пещера начала за его спиной рушиться. Причем при этом стараясь нагнать несчастного испанца.
Не смотря на это, Антонио обернулся и тут же пожалел об этом, ибо за его спиной происходило что-то просто необъяснимое. Камни, мимо которых он так ловко пробегал, один за другим срывались с земли и начинали двигаться по воздуху. И вот, один такой булыжник полетел на Антонио, явно намереваясь сбить того с ног, но юноша в последний момент увернулся. Нет уж, его не остановит какой-то там камень. Следом за первым полетел и второй такой булыжник, но пролетел мимо уха испанца с унылым свистом. Антонио начал подумывать над тем, чтобы спрятаться от этого налета, но едва ему стоило отвлечься, как третий булыжник заехал ему прямо по затылку. Испанец рухнул на землю и потерял сознание, так и не успев добежать до команды. Так и не успев предупредить Сару...

Артур нагнулся к девушке и дрожащими пальцами провел по ее губам. Не смотря на мертвенность, они оставались таким же божественно мягкими, как и в ту ночь, когда он впервые позволил своим пальцам прикоснуться к ней.
- Я чудовище, - прохрипел он не своим голосом, и даже не голосом...а хором голосов. - Я чудовище...
Он не обратил внимания на то, как сквозь поле из метающих камней проскользнула светлая дымка, которая затем преобразилась в Грэга. Мужчина с улыбкой посмотрел сначала на Френсис, а затем обратил свой ледяной, лишенный каких либо чувств, взор на Посланника.
- Ты не должен винить себя за правильный выбор,- сообщил он преспокойным голосом. - Ты все сделал правильно, Посланник. Теперь ты достоин оружия.
Но Артур не разделял радости призрака. Его черные глаза желчно посмотрели на Грэга, от чего улыбка плавно померкла на бледном лице призрака.
- Я достану тебя даже из глубин преисподней, - прошипел пират, и в какой-то момент Грэгу почудилось, что он за место обычного человеческого лица увидел что-то иное, что-то более ужасное, с рядом острых, белых зубов и щелками вместо носа. - И я уничтожу тебя... И сколько бы ты не возвращался в наши миры, я буду уничтожать тебя снова и снова, пока от тебя мокрого места не останется...
- Послушай, ты говоришь с призраком, а формально меня нельзя...- Грэг попытался усмирить пирата, но так и не успел он закончить свой монолог.
- Заткнись, урод! - заорал Посланник, и от гнева жилки на его шее заметно вздулись. - ЗАКРОЙ ТЫ СВОЮ МЕРЗКУЮ ПАСТЬ! - и призрак почувствовал, как что-то ухватилось за него, что-то тяжелое и вязкое. Он попытался испариться, но его словно заточили в невидимую клетку. Оставалось только брыкаться и кричать. - Эта сила принудила тебя вернуться из своего затхлого мирка, куда я отправил тебя и о чем не жалею…значит, у меня есть все шансы второй раз уничтожить такого урода, как ты!
- Я на твоей стороне! - заорал Грэг и в его взгляде больше не блестела уверенность. Мало того, он бился в панике, как птенец, угодивший в клетку. - Я на твоей стороне, идиот! Я же только хочу...
И тут произошло чудо. Френсис, чья головка аккуратно лежала на ладони Посланника, громко закашляла, аж сотрясаясь всем своим маленьким, хрупким тельцем. От этого кашля у Посланника сердце начало сжиматься. Но скорее не от страха, а от радости. Даже Грэг - и тот невольно замолчал, широко распахнув серые глазища.
Френсис кашляла долго, хрипя и выплевывая из себя сгустки застывшей в горле крови. И после чего еле-еле разлепила глаза, и то лишь на секунду, чтобы увидеть перед собой Посланника.
- Артур...- выдавила она из себя, и, судя по тому, как судорожно вздымалась ее грудь, говорить ей было крайне тяжко. Но Посланник слушал ее, как завороженный.
- Ма-атерь Божья! - простонал Грэг. - Она жива! Ну и баба у тебя, Посланник!
- Френсис, - Артур взял девушку за руку и осторожно сжал ее. Она ожила...но как же...?
Посланник разорвал ткань на груди, выставляя на показ белоснежное декольте француженки, где ближе к правой стороне, ниже ключицы выглядывала воспаленная дырка, из которой с каждым тяжким девичьим вздохом вытекали струйки крови. Артур подумал о том, что пуля ушла не так уж и глубоко, и взглядом попытался ее вытащить. И, похоже, у него это получалось, ибо девушка начала внезапно кричать, пока все не дошло до хрипоты.
Призрак наблюдал за ними с высоты и, кажется, эти истошные, крики вызванные мучениями, придавали ему больше сил. Пуля вылетела из груди девушки со свистом и замерла перед ледяным взглядом пирата. Артур внимательно посмотрел на эту железную, покрытую кровью, сферу - какая же она была крошечная и сколько ненависти умудрялась вызывать в пирате. Девушка задышала уже глубже, намного глубже, и кровь полилась из раны обильнее, уже не ощущая перед собой препятствий. Посланник содрал с подола девичьего платья кусок ткани и замотал ею девичью грудь. Большего он сделать пока не мог, только попробовать остановить кровь.
- Тяжко...Кх-Х-Ха-а, - внезапно девушка выгнулась назад, раскрыв широко рот. Из ее груди раздался жуткий, сухой хрип, от звучания которого можно было просто сойти с ума.
- Хм, - Грэг задумчиво почесал подбородок. - Она потеряла много крови, а ты только страдания ей облегчил. Но ведь ты же медик, Посланник! Так скажи же это! Она задыхается, верно? Кажется, ты ей легкие продырявил, вот она кровью и захлебывается, - мужчина с видом знатока часто закивал головой. - Мда, скажу тебе, как человек, съевший в этом деле собаку, смерть эта очень неприятная. Скажу даже, ничтожная. Лучше умереть во сне или от пули в голове, но ни в коем случае не от этого! Я же сам захлебнулся в воде, не помнишь?
Френсис продолжала извиваться в руках Посланника, хрипя и пуская изо рта кровавые пузыри. Посланник смотрел на нее с беспомощностью, похоже, впервые понимая, какой же он на самом деле слабый и бесполезная человек.
- О, поглядите-ка, что я чувствую, - призрак задумчиво поводил носом. - Вот это уже занятно... Сопротивление под сердцем. Смотри-ка, плод еще даже толком не развит, а брыкается в стиле своего папочки… Нет, это еще даже не плод. Маленькое светлое пятнышко.
- А? - Посланник вопросительно посмотрел на призрака.
- Хах, - Грэг восторженно заулыбался. - Она беременна, Посланник. Беременна. Но скоро вместе с ее смертью придет и смерть того крохотного существа, так что... ох, какая грусть!
- Чт... - мужчина испуганно посмотрел в глаза девушки, которые вновь раскрылись, завращали по сторонам и снова захлопнулись. Камни, водящие вокруг них хоровод, резко прекратили свое движение и рухнули обратно по местам, и вместе с этим в пещере настала долгожданная тишина. Не считая только тех предсмертных булькающих звуков, что издавала француженка.
- Эх, жалко, очень жалко, папаша, - гадко улыбаясь, продолжал злорадствовать Грэг. - Ты всемогущ, Посланник. Ты можешь свернуть при возможности горы голыми руками, ты можешь добиться подчинения всего мира…но ты не можешь остановить смерть. Увы. Тебе не убить сразу двух зайцев, ты должен со спокойствием отпустить эти две жизни. Смирись, коллега.
И призрак растворился в пыли, оставив Посланника наедине с умирающей девушкой. Пират молча смотрел на Френсис, на то, как жизнь ее медленно, но верно угасала. Он как будто видел ее полупрозрачную пелену, что медленно вытекала из той бордовой ранки, словно сгусток чего-то нематериального. Посланником хотел ухватиться за него руками, попытаться вернуть на место, но, как сказал Грэг, возвращать людей к жизни он не был способен. Он вспоминал ту злополучную крысу, которая вставала из мертвых и жила своей прежней, крысячей жизнью длиной всего в одну...минуту. После чего ее душа покидала их мир. И если у Артура не получалось приводить в себя крыс, то что же тут говорить о человеке – о более сложном и неопознанном существе. Все это было абсурдом... Френсис могла бы выжить, обладай она силой, которую в тот момент ощущал в себе Артур.
И тут губы Посланника тронула едва заметная ухмылка.
- Я могу, - прошептал он, беря Френсис в охапку, тяжело разгибая колени и затем быстро уносясь в глубины пещеры. У него был план. О да, у него был гениальнейший план. Самый безумный план, который не пришел бы больше ни к кому! Только к нему… Потому что он безумец…

- Вы слышали это? - Чарли вышел из воды, в которой минутой до развития событий, весело плескался, как воробей. Он с опаской посмотрел в сторону пещеры. Вопрос, конечно, задал он глупый, ибо только дурак или глухой не смог бы услышать такого грохота. От падения камней даже земля пошла ходуном, и вода в океане начала волноваться. Сара, стоявшая на палубе, ощутила, как подозрительно сильно пол качнулся под ее ногами из-за чего она чуть было не потеряла равновесие.
- Там что-то происходит! - прокричал Том, который как будто только и ждал подобного момента, чтобы начать свой маленький бунт против взрослых. - Их завалило камнями! Нам надо идти за ними...
- Нет, - твердо отрезала Сара, заслоняя мальчика рукой. - Посланник велел нам ждать.
Но вот только лицо ее изображало аналогичную тревогу, что испытывали и остальные. Конечно, если бы Посланник ушел туда один, то она бы не волновалась за него, зная, какой обладает силой этот пират-головорез. Но вся загвоздка заключалась в том, что вместе с Посланником там были Антонио и Френсис. И в отличие от этого супер-человека, они были крайне уязвимы для этого жестокого и непредсказуемого мира.

Артур не думал останавливаться, он продолжал бежать вперед, не оглядываясь, не задумываясь ни о чем лишнем, не отвлекаясь на внешние, сопровождающие его, звуки. В голове билась лишь одна мысль - луч надежды, веревка, ведущая ко спасению, за которую он отчаянно держался. Френсис кашляла все реже и реже, и это было не добрым знаком. Артур крепче прижал ее к себе, стараясь все устроить так, чтобы девушке было комфортно у него на руках, хотя...на кой черт сейчас думать о комфорте?
Тропинка начинала ходить странными волнами, делать резкие повороты, а порой и вовсе исчезать из глаз. Посланник ненавидел такие моменты, когда за место бега ему приходилось еще и молниеносно размышлять, что же делать дальше. На размышление времени игра ему не давала. Да, именно игра. Самая жестокая и реалистичная, в которую он когда-либо играл. Где на кон он положил не деньги, даже не свою жизнь, а жизнь более важного человека. Жизнь сказочного существа, чья смерть будет для него просто невыносима. И тогда умрет и он.
- Ты не успеешь ее спасти, Посланник, - опять внезапно появилась эта смазливая мина. - Она потеряла мно-ого крови.
Артур игнорировал его всеми силами, отдавал весь свой потенциал на ноги, молился на них, хотя прежде никогда не воспринимал молитву всерьез. Даже тогда, когда мать водила его в церковь и заставляли склонять голову перед крестом. Артур не видел в этом никакой надобности, мало того, ему данное занятие вообще казалось глупым и бессмысленным. Разве может какой-то крест помочь человеку в его бедах?!
Туннель начал сужаться, лучи света в это место проскальзывали очень редко, тропа снова начала утопать во мраке. Но Посланника это не останавливало. У него был свой личный компас. Его звезда, которая как будто начала расти на его шее, и жечь уже не только это место, но еще и лицо, и похоже это жжение дошло аж до мозга. Адская боль.
Он должен успеть. Он обязан успеть. Время играет против него, но он выиграет время, ибо он терпеть не может проигрывать.
Если он только сможет, если у него появится шанс... Френсис выживет... У них будет ребенок. Маленькое, плаксивое существо с большой головой и надутыми, румяными щечками. Малютка будет плакать, издавать жуткие визги, режущие собой слух, но этот крик будет для него символом жизни. Артур понимал, что хочет услышать его лично. И осознать для себя, что это существо его, ничье больше. И кричать это существо будет в его руках, оно будет таким теплым, мягким и маленьким, и его головка будет умещаться в одной ладони...
Артур закричал, тем самым усиливая скорость в ногах. Он почувствовал, как голова Френсис упала к нему на грудь и больше не двигалась.
- Посланник, не испытывай мое терпение!- предупредительным тоном крикнул ему Грэг. Что? Этот ублюдок был все еще здесь? Как ему удавалось нагонять Посланника? Ах, да, он же призрак. Почему-то в такие моменты меньше всего задумываешься о таких мелочах. - Посланник! Я не позволю!
Удар по ногам и пират, потеряв равновесие, падает на землю, но при этом старается держать Френсис в руках, не позволяет ей выпасть. Если бы Посланник обернулся и посмотрел на свои ноги, то он увидел бы, как изуродовал призрак ему икры и область сухожилий. Этот засранец пытался сделать все, лишь бы не подпустить пирата и девушку в сокровищницу.
Но Артур не стал медлить, наоборот, упрямо засопев носом, он поднялся на ноги, и побежал снова, не давая ранам как следует затянуться.
Грэг совершил повторную попытку, и Посланник, издав громкий вскрик, снова повалился на колени. Нет, нельзя останавливаться! Вставай-вставай-вставай! И вот Посланник снова бежит, брызгаясь в разные стороны собственной кровью.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:29 | Сообщение # 59
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Тогда призрак решил действовать по-другому: он попытался убить Френсис. Но только сколько бы он не пулял острыми, как лезвие, лучами, они попадали не по девушке, как предполагалось, а в спину Посланника. Светящиеся бумеранги летели следом за пиратом, пытаясь спикировать именно на девушку, но всякий раз, когда они подлетали слишком близко, Артур неожиданно вырывался вперед и заслонял девушку своей широкой спиной, позволяя лезвиям кромсать его. Вскоре рубашка была вся его искромсана, лишь в области плеч оставались окровавленные, рваные куски ткани.
- Оставь ее, глупый! - кричал рассерженно Грэг. - Она не достойна таких жертв!
Сквозь искромсанную кожу уже вылезали ребра, и не успевали мышцы зарасти кожей, как им снова приходилось терпеть на себе новые удары.
Артур резко затормозил, отчего сапоги его начали дымиться, но он ровным счетом не замечал этого. Даже в таком жалком состоянии он не чувствовал боли. Ни капли. Лишь жжение от звезды, и то умудрялся ее подавлять.
- Я же сказал, что ты не успеешь! Это место осыпано тоннелями и блуждать тебе по ним не меньше суток! - злорадствовал за его спиной Грэг. - Она умрет! Ха-Ха, умрет! И ты не поможешь ей, даже если попытаешься!
- Точно, - без особой грусти согласился Посланник, окидывая задумчивым взглядом низкий, осыпанные сосульками потолок и неровные, осыпанные трещинами стены. - Но все же я попытаюсь!
И он направился к одной из стен, поспешно разгоняясь, и поднимая под собой клубы пыли. Призрак еле успевал осознать, зачем пират это делает, зачем бежит в стенку.
- Что ты...
Посланник ударил головой по стене и на камне образовались новые трещины. Вскоре стенка рухнула и Посланник прорвался вовнутрь, заслоняя от камней Френсис. Все его тело было покрыто пылью, а за место глаз зияли две черные, как пуговицы дыры. Губы его растянулась в хищной усмешке.
- Ты что творишь? - следом за ним в отверстие протиснулся призрак. Лицо его стало гнилым, позеленевшим и осыпанным черными язвами. - Ты...как ты?
- Держись, маленькая, - попросил Посланник девушку и, прижав ее обмякшее тело к груди, побежал дальше крушить стены.
Чем ближе он добирался до сокровищницы, тем тяжелее Грэг устраивал ему испытания. Вскоре Посланник услышал за своей спиной спешные шаги, и когда оборачивался, он видел, как его догоняли толпы каких-то невообразимых существ. Долговязые и худощавые, они неслись за беглецом, скача на четырех лапах и рассекая своими когтистыми лапами камни. Они почти нагоняли его, их длинные клыки почти касались ног Посланника, жадно щелкая ими воздух, но пирату удавшись уворачиваться от них.
Мысли о ребенке придавали ему сил. Он сможет, он победит. И Френсис подарит ему малыша. Ребенок будет расти, развиваться, познавать новые для себя вещи, задавать миллионы странных и наивных вопросов. Он будет нуждаться в помощи Посланника...он будет называть его "папой"...каждую ночь он будет подходить к папе и, нежно обнимая его за шею, нашептывать искреннее "я люблю тебя".
И как волшебно растворялось это внешнее, зловещее рычание. Артур слышал лишь свое частое дыхание, собственные тяжелые шаги и бешеный стук сердца. Френсис лежала у него на руках, и все... В этом мире не сталось больше никого. Кроме них двоих.
Посланник добрался до сокровищницы. Она оказалась куда ближе, чем Артур мог себе предположить. Это был широкий зал, обставленный различным и невообразимым добром: целые горы и пригорки несметных сокровищ, каменные полки, обставленные стеклянными сосудами, оружие, одежды: кольчуга, шлемы, мечи с какой-то древней гравировкой. Ровные, обрисованные орнаментом стены, уходящие в бесконечный, черный потолок, освещались вставленными в ряд голубыми камнями. Потолок безусловно был, ибо зачем в зале возвышалась ряды колонн, которых придерживали статуи мужчин с лицами диких животных, на чьих мордах ощущалась тоска и желание поскорее покончить с это неблагородной работой. В центре зала на мраморном полу выглядывал большой, небесного цвета купол, именно он давал большую часть света этому месту. Артур сразу обратил на него внимание и побежал к нему. Он не знал, что это был за купол, для чего он здесь располагался, но в душе знал, что он пирату необходим.
Купол напоминал собой огромный пузырь с водой, и, что самое любопытное, он издавал странное, монотоннее жужжание. И чем ближе подходил к нему Посланник, тем громче жужжал купол, словно разговаривал с путником, пытался что-то ему донести. Артур увидел на его голубоватом покрытии свое размазанное отражение. Узнал свои растрепанные, грязные волосы, которые успели за все их приключение удлиниться и потерять форму.
Положив Френсис на пол, мужчина принялся на поиски. Честно говоря, он не знал, что именно искать в этой груде разнообразного мусора, звезда почему-то перестала отвечать, что было на нее совсем не похоже.
"Думай, думай, думай", - твердил он судорожно и испуганно смотрел по сторонам, пока взгляд его снова не останавливался на жужжащем куполе.
Монстров нигде больше не было. Они исчезли. Впрочем, это даже и к лучшему. Меньше проблем и больше времени для размышлений.
- Ты ничего не сможешь сделать, - вновь появилась ухмыляющаяся мина Грэга - все та же зеленая и гнилая. - Ты ничего не сможешь... Не мучай девочку, Посланник, Оставь ее в покое. Дай ей умереть.
Артур стрельнул в призрака гневным взглядом. После чего он схватил в руки найденный на полу золотой ножик с рисунком извивающейся кобры, и, под возмущенные вопли призрака, воткнул ее себе в шею.
- Что ты...Что ты делаешь?! Ты что задумал?! - судя по тому, как истошно вопил Грэг, Артур шел по правильному направлению. Он делал то, чего призрак боялся, из-за чего даже на таком, бледном, лишенном жизни лице, появились отблески страха и паники. - Нет...нет...нет! Не смей!
Странно, но даже когда нож вошел наполовину в шею, прямо в центр вспыхнувшей отметины, Артур не испытывал боли. Он слышал, с каким звуком предмет проходил сквозь кожу, словно он разрезал ножом фрукт. И как любопытно, что из раны не шла кровь. Вообще ничто не шло. Что за черт?
- Прекрати! Умоляю, прекрати! - ого, как заговорили, Артуру начинало это даже нравиться.
Посланник принялся медленно резать символ на своей шее, вводя лезвие все глубже и глубже в себя, пока снаружи не оставалась одна золотая рукоятка. Призрак метался по потолку, словно сумасшедший, рвя волосы на голове и издавая жутчайшие, нечеловеческие крики, от которых по коже проносились мурашки. Артур начинал чувствовать что-то неприятное, небольшую, но ощутимую- туповатую боль, которая сначала билась где-то в области шеи и груди, и затем постепенно растекалась по всему телу.
Затем боль обострилась. Туман выветрился из головы, неожиданно Посланник посмотрел на вещи более свежим, осознанным взглядом. Как будто до этого обладая ужаснейшим зрением, ему с милосердием протянули очки. А вместе и со зрением и боль стала явной. Артур сначала скрипел терпеливо зубами, жмуря глаза, и продолжая двигать ножом вдоль мокрой, распухшей кожи, но затем, когда сил сдерживаться не было, начал выпускать сдавленные стоны. Захотелось бросить все это, прекратить сейчас же, оставить все в покое...но, при виде Френсис, эти мысли моментально исчезали, словно никогда и не появлялись. Девушка больше не кашляла, лежала преспокойно на полу, на лице играло умиротворение, в уголках рта застыди следы крови... Ох, главное, не опоздать! И Посланник сильнее начал кромсать свою шею.
Вскоре, после бесконечно тянущейся секунды мучительной боли и душераздирающих воплей призрака, что –то небольшое, плоское и деревянное упало к ногам Посланника. Артур часто задышал, пытаясь придти в себя после болевого шока. Такое порой бывает - испытывая страшное мучение начинаешь невольно терять рассудок и теряться в пространстве.
Он опустил нож, и свободной, дрожащей рукой провел по своей истерзанной шеи. И чудеса - на коже не ощущалось ни царапинки. Словно Посланнику все это померещилось - все его старания, с которыми он кромсал шею…Но когда он посмотрел вниз и увидел предмет своих страданий, он понял, что ему ничто не снилось. Все было реальным.
Вспомнив о Френсис, Артур подскочил к ней, смело перешагивая предмет на полу, и взяв девушку за плечи, аккуратно перевернул ее на живот. Он не зря это сделал - едва девушка уткнулась носом в холодный, каменный пол, у нее изо рта потекла густая кровь. Девушка еле-еле дышала. Но это было лучше, чем совсем ничего...
Грэга не было видно, как вообще в целом, в зале. Призрак испарился, очевидно, утерял свои возможности при моменте разделения звезды от ее носителя.
Артур наклонился к деревянной, непривлекательной звездочке, и едва пальцы его опустились к ней, как звезда быстро и мелко задрожала и потянулась навстречу к руке. Посланник вовремя отдернул ее - если бы он этого не сделал, то снова бы стал... чудовищем.
Почувствовав упущение, звезда перестала вздрагивать и улеглась спокойно на пол, словно ей было плевать - будет ли у нее носитель, не будет. Все это не важно.
Но затем, звезда снова задрожала, на этот раз куда интенсивнее, и поползла - только уже не к Артуру, а к голубому куполу. Посланник внимательно следил за ее движением, но вмешиваться не собирался. Он этого и ждал. Зачем ему искать оружие если оно само рано или поздно проявит себя? Нужно лишь ждать... Но только дождется ли этого Френсис? "Потерпи, прошу тебя, умоляю...только потерпи...."- думал он, чувствуя, как все его тело от волнения покрывается потом. Почему-то стало так тяжко дышать...словно...словно он сам получил пулю в грудь. Как странно...
Звезда резко подскочила с пола и со свистом влетела вовнутрь купола с тихим бульком, словно окунулась в воду. Артур кинулся за ней. Стянув себя остатки рубахи, он быстро и неаккуратно намотал их себе на руку и просунул ее следом в купол. Едва его пальцы ушли вглубь этого странного вещества, Посланник ощутил холод на кончиках пальцев. Синий купол вполне мирно принял незнакомца и даже не совершал попыток остановить Посланника, хотя кто знал, для чего этот купол вообще был здесь сооружен. Артур не знал, откуда могла еще вылезти опасность - может из-за того дальнего угла, или из-за колонны... Впрочем, сейчас это было не важно.
Звезда умудрилась исчезнуть в синюшной дымке, словно кануть в лету. Посланник просунул руку по локоть, ощутил, как холодок продвигается плавно от пальцев вдоль его руки, возбуждая каждой волосок на коже. Щекотно, но терпимо. Посланник задвигал пальцами, и ощутил, как тяжко ему давалась такая возможность. Словно что-то там мешало ему шевельнуться, словно он окунул руку во что-то вязкое.
- Ну же, - прошипел он, теряя терпение. Сколько рукой он не водил, купол казался ему необъятным, и в руки как назло, кроме тяжелого, даже вязкого воздуха, ничего не попадалось. Тогда Артур решился сделать то, от чего изначально отказывался. Руку он как-то не жалел, готов был просунуть ее хоть по самое плечо, но вот...что случиться, если он сунется туда полностью? Вдруг купол оживет и заточили его там навеки? Может, это была ловушка.
Но мысли о Френсис разрушали любые страхи и сомнения. Артур видел перед собой миссию. Ловушка? Плевать. Лучше он попытается, чем отступит и потеряет Френсис навсегда. Потеряет их ребенка. Маленького головастика с парой хрупких ножек и ручек. Артур никогда не думал о детях, он и не рассчитывал на то, что у такого мерзкого типа, как он вообще появится семья. Да и дело-то заключалось даже не в том, что он не хотел семьи. Он не думал, что был создан для этого. Он не искал любви, этой проклятого, так сильно ненавистного им чувства...она сама его нашла. Ворвалась к нему в душу и учинила там адский хаос. Изменила его полностью.
И он понимал, что хочет этого ребенка. И готов ради него пойти на что угодно.
"Ты уже смертен, Артур! - в последний раз крикнул ему предупредительный голос. Его проклятая интуиция. - Если там с тобой что-то и случиться, не факт, что ты выживешь..."
Артур покачал головой и вопреки сделал шаг вперед. И вот, одна нога плавно вошла в сферу и исчезла в ней, Артур не почувствовал ни боли, ни холода...вообще ничего. Это его насторожило, но не до такой степени, чтобы передумать. Он наполовину вошел в освещенный синевой купол, и поджав, губы, просунул внутрь голову. Ему показалось, что не произошло ничего такого из ряда вон выходящего, он просто словно окунулся в воду - в прохладную, спокойную стихию, которая не собиралась душить его, сжигать, испепелять... Она приняла его мирно, и даже что-то забулькала ему радостно, словно делясь с ним своим восторгом и восхищением перед его отвагой.
Здесь не было воздуха, и поэтому пришлось задерживать дыхание. Артур был неплохо натренирован, умел продержаться в воде без воздуха на приличное время. Но проблема вся заключалась в том, что он вынужден был "продержаться"! Тяжело давался тот факт, что ты обычный человек, что отныне твоя жизнь, так же, как и жизнь Френсис, лежит на волоске. И поэтому вскоре он ощутил острую потребность в кислороде, легкие словно обожгло огнем. Какое непривычное, забытое временем ощущение - желание хлебнуть чистого воздуха.
Он был настолько напряжен, в ожидании любого подвоха, что даже вздрогнул при виде собственных волос, которые плавно извивались в воде, подобно водорослям. Ведь это было единственное движение внутри этого безграничного купола.
Как это оружие должно выглядеть? Это пистолет? Ружье? Кинжал? Что это? Черт подери, если бы он только имел о нем хоть малейшее представление... Но кроме того, что у этого оружия должна присутствовать звезда, Посланник большего и не знал. И это усложняло поиски. Он двигался медленно, и вовсе не потому, что хотел этого, просто в этом месте на большее невозможно было и рассчитывать. Все здесь казалось таким медленным, до омерзения умиротворенным, что довольно явно контрастировало с серым, лишенным жизни, хаосом. Можно было подумать, что пират прост попал в новый, третий мир - эдакая середина между человеческим и миром чудовищ, однако это нельзя было назвать золотой серединой.
Впереди что-то показалось – что-то впервые наконец материальное и темное, отличное от этой жуткой синевы. Посланник попытался активнее задвигать ногами, чтобы оказаться как можно быстрее у этого неизвестного предмета, но вскоре устал, и чуть было не потерял равновесие. Следует отметить, что с законами тяготения здесь тоже были небольшие проблемки. Возможно, если бы Посланник оттолкнулся от земли и прыгнул, то он навряд ли бы вернулся обратно на землю - он продолжил бы летать где-то в небытии, полностью утеряв свой вес.
Не в силах больше передвигаться, Посланник просто вытянул вперед перебинтованную руку, растопырив окровавленные пальцы. Все это казалось каким-то кошмаром. Ведь только в кошмарах, спеша куда-то или убегая от кого-то, ты испытываешь либо усталость, либо странное нежелание ног подчиняться тебе.
Пальцы прикоснулись к чему-то шершавому и жесткому. Посланнику пришлось хорошо постараться, чтобы наконец ухватить данный предмет. Он медленно притянул находку к себе и с изумлением уставился на него.
"Ошейник?"- хотел он задать сам себе вопрос, но вовремя вспомнил об отсутствии кислорода. Кстати говоря, надо было срочно возвращаться назад. Стискивая в руках находку, мужчина медленно развернулся и зашагал обратно к выходу. Уже практически дойдя до той стены, что соединяла их миры, Посланник не сдержался и выдохнул остатки воздуха, которые в виде больших пузырьков улетучились куда-то в сторону, а желание дышать было просто невыносимым, хоть из кожи вон лезь. Артур буквально прыжком добрался до портала и – мокрый и вымотанный, выскочил из купола. А еще он был зол. Но злился он не на мир, не на купол, не на тот злорадный ошейник, что он все еще сжимал у себя в забинтованном кулаке, а злился он на свою смертность и на отсутствие тех великолепных возможностей.
Надо было попробовать еще раз...
- Артур...- девушка закашляла. О, слава этому миру, она была еще жива. И смотрела на него, повернув голову на бок, по ее щеке стекала тоненькая кровавая струйка, а в глазах постепенно угасал живой огонек. - Артур...прекрати...не надо... Оставь все это. Они правы... Я помеха. Я не стою этого...
- Нет...нет! - Артур рассержено посмотрел на девушку, поражаясь таким словам. Как ей вообще такое в голову пришло? Чем она думает? - Не посмею! Френсис! Наш ребенок...!
- Зачем он тебе? Ты же сам говорил, что у меня родятся ужасные дети...- девушка попыталась улыбнуться, но сил не хватило даже сделать некое подобие улыбки.
- Не утрируй меня, маленькая,- пробормотал он, возвращаясь обратно к куполу. И тут он вспомнил о находке. То ли у него так возбуждение зашкаливало, то ли мысли о Френсис мешали нормально сосредоточиться, но он, честно говоря, даже забыл об этом убогом ошейнике. А когда он второй раз взглянул на находку, то с ужасом понял, что миссия его была выполнена. В его забинтованной ладони лежал широкий, деревянный ошейник, осыпанные сплошь древними, непонятными символами, среди которых была и аккуратно прорезана звезда. Ошейник казался таким же непривлекательным, как и любимая книжка с викингами. Но... пора было уже помнить, что судить о вещи надо не по обложке. К тому же, Артур чувствовал в этом ошейнике что-то...не ясное. С одной стороны, ошейник привлекал, внутренний голос страстно умолял пирата надеть эту вещь на себя... А с другой...Посланник всем телом ощущал, что эта безделушка - то самое, ради чего он совершил все это путешествие и намеренно угробил всю команду. Ради которой Френсис лежала здесь, вся в крови и медленно, мучительно умирала. Ради этой проклятой, безвкусной вещицы! Но только эта вещица могла спасти ее!
Мужчина поспешно подошел к девушке и свободной рукой перевернул ее лицом к потолку. Француженка закрыла веки и выглядела спящей. Нет, она не умерла! Конечно, она лишь на время заснула…
Он снова посмотрел на ошейник, но уже с каким-то сомнением. Он задался вопросом - что случиться, если он наденет его на девушку? Она ведь станет другой... Безусловно. Артур знал это прекрасно, так как уже прошел через это. Хоть ему приходилось терпеть в себе лишь каплю той силы, но для него она была крайне велика, и для того, чтобы выдерживало ее в себе, а не расплескиваться ею направо и налево, ему приходилось долго и тщательно тренироваться, чтобы контролировать ее. Но Френсис не была им, она девушка - не смотря на весь свой потенциал, она была слаба, она не понимала этой силы и не представляла, что же это за мощь. Артур сомневался в том, что она бы вытерпела одной звезды, а тут - в его руках находилось все оружие. Цитадель просто нереальной мощи, ключ к полной власти... Риск был велик, крайне велик, Артур был уверен в том, что Френсис станет после этого другой, возможно, даже потеряет себя, но...это был единственный шанс спасти ее от смерти.
- Пожалуйста, прости меня, я...я правда не хочу потерять тебя, маленькая, - прошептал он, протягивая ей ошейник. Но тут, что-то налетало на него со спины - что-то безусловно крупное и вполне материальное. Артур почувствовал, как отрывается от земли и летит куда-то в противоположную сторону, невольно разжимая пальцы и выпуская ошейник. Он чувствовал, как от боли завыла каждая косточка в его теле, и застонала от непривычности испытывать нечто подобное, давно позабытое телом. Незнакомец придавил его к колонне, ухватив пирата за шею и поднимая высоко над полом. Артур принялся жадно хватать губами воздух, стискивая пальцами руки этого недоумка, что пытался его остановить. Он был почему-то уверен в том, что тем недоумком был Грэг. Ну, естественно, кто же еще попытается остановить его?
Ошейник упал неподалеку от девушки, но через мгновение неожиданно сам ожил и плавно пополз в сторону тела, заполз к ней на грудь и, оказавшись у нее на шее, автоматически захлопнулся, неожиданно став ей в пору.
Артур громко захрипел, пытаясь глотнуть хоть капельку воздуха, вцепился в волосы неизвестного и попытался хорошенько их оттянуть. Где же его сила? Ну, где она? Почему ему так тяжко шевелиться? Почему?
Раскрыв широко глаза, Посланник увидел не каштановые, длинные волосы, которые так ожидал, а короткие, огненно-рыжие.
- Скотт? - прошептал он, невольно ослабляя хватку и продолжая испуганно глядеть в гневно прищуренные зеленые глаза пришельца.
- Здорово, братец, - прошептал мужчина, криво, не по-братски, ухмыляясь.
Артур не мог поверить в увиденное. Он не ожидал этого. Это получилось слишком внезапно, слишком неожиданно для него, слишком все шло спонтанно.
И все же, где-то в глубине своего подсознания, за тем слоем искреннего изумления, он понимал, что это не его брат. Что он просто не может здесь оказаться - такой же молодой, без единой новой морщинки или шрамика на лице, даже волосы были также неаккуратно подстрижены, напоминая просто рыжею солому, также, как и в том...далеком детстве. В той прошлой жизни. Это было его воспоминание, обычная иллюзия...
Посланник пнул его коленом в живот, и как ни странно, самозванец, среагировал на это, не смотря на то, что Артур считал его иллюзией - согнув спину, шотландец часто задышал, хватка его ослабла и Артур, высвободившись из плена, решительно нанес Скотту еще один удар кулаком в висок. Рыжеволосый упал на пол, левая часть его лица раскраснелась и припухла от удара, но глаза буравили пирата просто уничтожающим взглядом.
Посланник почувствовал в себе прилив сил, конечно не тех, что делали его могущественным перед всем человечеством - ложных, необычайно красочных и сладостных на вкус. Эта сила была натуральная, выработанная адреналином. Его реальная сила.
Шотландец медленно поднялся с пола, продолжая неотрывно смотреть на пирата, на его медном лице появилась хитрая ухмылка.
- Давно не виделись, малыш, - сказал он голосом Скотта - таким же веселым и мягким. Только это был не Скотт. Он не мог быть Скоттом. - Ты сильно вырос, возмужал...
За место того, чтобы нападать, самозванец принялся не спеша отступать - минуя ряд статуй и колонн, он уходил все дальше и дальше от небесного купола. Посланник с сомнением смотрел ему вслед, затем, обернувшись назад, посмотрел на Френсис. Девушка лежала на спине, глаза ее были все еще закрыты, а на шее ее красовался тот самый проклятый ошейник. И вот Артур обратил внимание на то, что по ее жемчужной коже что-то быстро и синхронно двигалось. Это были символы, рисунки...они расползались по ее телу целой россыпью, не оставляя на ее кожи ни единого чистого места. Волшебство начало свое действие.
 
miss_OdairДата: Пятница, 20.07.2012, 04:30 | Сообщение # 60
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
- Ну же, Артур! Ты не хочешь поговорить со своим братцем? - донеся до его ушей звонкий голос Скотта, и Артур последовал за ним, словно проклятый. Френсис он уже ничем не мог помочь, если только не защитить момент ее оживления от внешней чумы, что уже давала о себе знать. Вынув из-под ремня мачете, Посланник был готов к защите.
Скотт дожидался его в самом конце зала, встав под аркой, что держали два огромных каменных крылатых льва. Скрестив руки на груди, он ждал, когда пират подойдет ближе.
- Зачем...зачем все это..?.- спросил его Артур, гневно стискивая мачете. - Я уже сделал то, что было задумано. Так зачем мне новые испытания? А?
Скотт молчал. Его ясные, малахитовые глаза без устали следили за мужчиной, за каждым его движением, буквально готовясь было прожечь взглядом. А Артур задыхался от обиды, от тоски, вызванной появлением этого субъекта.
- Почему...почему ты не пришел, когда я так в тебе нуждался? - морщась, спросил он. - Почему ты явился сейчас? Почему? Где же ты пропадал, черт тебя дери?
Шотландец поджал губы. То ли из-за не знания, что ответить на это, то ли просто из нежелания отвечать. Впрочем, Артур не стремился узнавать истину, им двигало другое, более страшное желание - он захотел убить своего брата. Взмахнув мачете, он прыгнул на шотландца, сбив его с ног, и попытался сразу перерезать ему горло. Но не тут-то было, Скотт оказался проворнее пирата, и сильнее. Оттолкнув от себя Посланника, шотландец набросился на него, не дав тому шанса очухаться, и впился ему в шею своими длинными, костлявыми, перепачканными в земле пальцами. Артур зашипел в ответ, ощущая, как ему преломляют доступ к воздуху.
Скотт швырнул брата на землю, и, придавив его горло коленом, достал откуда-то небольшого острый на вид, кривой кинжал. Посланник забарахтался под ним, пытаясь скинуть с себя шотландца, но колено Скотта казалось просто невыносимо тяжелым, и сил определенно не хватало, чтобы избавиться от него.
- Ты смертен, - улыбаясь, пояснил очевидный факт шотландец и воткнул кинжал в ладонь пирата. Лезвие прошло плавно сквозь кожу, между костяшками, насквозь, и Артура обожгла просто дичайшая боль, которую он не в состоянии был держать в себе. Он попытался заорать, но за место вопля из его горла раздался сухой хрип, и все из-за этого проклятого колена. Из поврежденной ладони начала вытекать темная, густая кровь, ее оказалось слишком много, она уже заполнила собой всю ладонь Посланника и на этом не собиралась останавливаться. Насытившись до отвала страданиями пирата, мужчина вынул кинжал.
- Рана не затягивается, - сообщил он, издевательски улыбаясь. - Как же приятно сделать это сейчас, когда ты беззащитен и не способен на насилие. Маленький слабак. Ты всю жизнь был слабаком, пытался прикрыть это под маской грозной шишки, но я-то, твоя кровинушка родная, знаю тебя лучше остальных.
- Не-ет, - простонал Посланник.
- Да! - прокричал шотландец, воткнув кинжал ему в плечо и услышав в ответ новую порцию хриплых вскриков под коленом. - Ты уже отвык от боли, да, Арти? Забыл, какого это?
Скотт специально надавил на рукоятку, проникая лезвием все глубже и глубже в плоть пирата. Как же от этого уродца веяло табаком... как от реального брата. Хотя это было очень давно, Посланник прекрасно помнил этот горький запах, словно это было вчера.
- Ты ощущал себя богом, малыш. Но время твоего правления прошло. Теперь ты такое же ничтожество, как и весь твой затхлый человеческий мир.
Все еще мечась под тяжким братцем, Посланник нащупал одними пальцами мачете. Ох, как же он умудрился забыть о нем. Его спасение! Стиснув его рукоятку здоровой рукой, Артур дождался того, когда Скотт начал говорить снова, и замахнулся своим оружием на парня. На этот раз удар был успешный. Лезвие прошло через кисть шотландца, и на грудь пирату свалилась окровавленная рука с растопыренными, длинными пальцами. Скотт завопил хуже Посланника, ошарашено поглядывая на свой обрубок, откуда сочилась тонкая струйка алой крови. Наконец, реальная боль вызвала в Скотте перемены - за место знакомого, приветливого личика, на месте появилась противная, чешуйчатая физиономия с парой выпученных, черных, блестящих глаз и рядом острых, как у акулы зубов в жабьей пасти. Чудовище зарычало, ударяясь своей уродливой черепушкой о колонны, но это было не достаточно, чтобы приглушить в себе боль. Посланник отползла от существа на небольшое расстояние, пытаясь успокоить сбившееся сумасшедшего дыхание. Кожа на его шее горела.
- А-а-акх-х-х, - издавало существо, окончательно теряя облик Скотта и становясь похожим на огромную двуногую ящерицу. Артур поспешно вскочил с холодного пола и, сжав с хрустом рукоятку тесака, накинулся на монстра с рядком новых, более ожесточенных ударов, от которых кровища хлестала в разные стороны, окрашивая сокровищницу в багровые тона. Кровь была и на ровном полу, и на колоннах, и на статуях львов. Посланник был весь перепачкан кровью. Такой грязной, пахнущей чем-то тухлым, вызывающим приступы тошноты. Но Артур не останавливался, он продолжал кромсать монстра со всей своей присущей безжалостностью, не обращая внимания на рану в ладони и выпирающий кинжал в плече. Боль пропала, затухла, потеряла свою силу на мгновение, позволяя адреналину выйти вперед и дать мужчине насладиться местью.
Чудовище перестало визжать, и вообще подавать какие-либо признаки жизни, а пират все расчленял его и расчленял, пока все его тело - блестящее от пота, не покрылось тонким слоем этой дурной крови. И тогда он наконец услыхал чье-то шипение за спиной, оглянулся по сторонам, он увидел, что со статуй на него пялятся пары горящих, круглых глазенок. Еще несколько монстров подбирались с другой стороны, со входа. Они постепенно окружали пирата. Но Артур это не пугало. Тяжело выдыхая воздух, он продолжал крутиться на месте, мысленно высчитывая, сколько собрал тварей своими криками, и его лицо - запачканное кровью, растянулось в нездоровой усмешке.
- Ну же...- сказал он, протягивая к ним руки. - Идите сюда! Меня на всех хватит, уроды!!!
Его вопль волнами разошелся по всей сокровищнице, колонны заходили ходуном, а монстры - явно приняв вызов этого мелкого человека, принялись сгущаться вокруг него более интенсивнее, заключая его в плотное кольцо.

Антонио вяло провел рукой по затылку, ощущая на своих пальцах что-то теплое и липкое. Посмотрев на ладонь, испанец нахмурился.
- Вот дря-янь...- прошептал он, подымаясь на колени. Ударило его сильно, голова до сих пор шла кругом, и желание присесть обострялось с каждой секундой, а точнее, с каждым совершаемым им шагом. Он был настолько поражен тем, как его шиндарахнуло камнем, что даже умудрился позабыть о том, ради чего он вообще несся. Вспомнил лишь тогда, когда перебрался через здоровый валун, выпавший просто из неоткуда, или же снесенный во время этого странного землетрясения... Или что это было? Черт подери, да что вообще происходит? Где он? Антонио снова лениво покрутился на месте, внимательно разглядывая камни, осыпанные вокруг него, и тут его осенило. Френсис! Она мертва! Ее убил Посланник! Антонио оставил их! Он бежал к Саре, чтобы предупредить...
- Проклятье...- заплетающимися ногами Антонио бросился дальше по пещере, иногда спотыкаясь на ровном месте и падая больно на колени. Он чувствовал, как кровь продолжала течь ему по затылку, спускаясь к шее и за воротник. Черт, как это было омерзительно...
- Сара...- он почувствовал, что сила уходит из его ног. Постепенно, но невозвратно. Он даже остановился, попытался отдышаться, но даже такие передышки не давали ему ничего. Сила уходит. Нужно успеть до ее окончательного исчезновения.

Его проворности оставалось только завидовать. Монстры нападали и нападали, их было нескончаемый поток, но Артуру казалось все это под силу. К тому же, он прямо-таки чувствовал, что в нем что-то поменялось именно сейчас, именно в этом месте, и именно в этот момент. Словно что-то прорвалось наружу, что-то тяжелое и не способное к подчинению. Скачок в душе, скачок к свету, к той самой спасительной веревке. Артур наносил удар за ударом, разрубая своих врагов на куски, неожиданно для себя открывая возможности своего тела...и что самое поразительное, без помощи той силы. Он даже забыл о том, что не смотря на величину своего упрямства, он хрупок...любой удар может оказаться последним. Что он уже ранен, уже занес одну ногу над пропастью.
Его раны больше не заживут так молниеносно. Он больше не Посланник. Он Артур. Артур Керкленд. Жизнь бессмертного слуги дьявола закончилась, эра гения завершилась, и пора делать итоги. А судя по ним, Артур оставался один - за его спиной не было ни друзей, ни семьи, ни ЕЕ. Стоял только он - полностью открытый перед всеми, и больше не имеющий за собой ни одного скелета в шкафу. Все было на виду.
Вскоре под его ногами скопилось море окровавленных, чешуйчатых тел, сам пират был с головы до ног пропитан этой протухшей кровью. Артур с мучительным видом замахнулся перед последним монстром своим мачете, и вонзил его ему в горло. Какая же приятная оказалась борьба... Чудовище упало на колени, ухватилось когтистыми лапами за мачете, попыталось вырвать его из рук пирата, но в итоге, так этого не добившись, со звучным клокотанием оно рухнуло в горку трупов. Дождавшись, когда чудовище успокоится, перестанет биться в конвульсиях, Артур вынул из него свое оружие и наконец, спустя вечность, решил осмотреться. Как оказалось, сокровищница больше не кишила монстрами. Кругом было тихо, даже подозрительно для этого мрачного местечка. Два льва, держащих над пиратом арку, с необъяснимой злобой сверлили его своими огромными, кошачьими глазами. Словно осуждали за что-то. Но Артуру было на это плевать. Выбравшись из кровавой горки убитых, он вновь ощутил боль в плече и на ладони. Оказалось, кинжал был еще воткнут в его плоть, и кровь- его кровь - продолжала ручьем литься по возбужденно вздымающей груди. Мужчина рухнул на колени, так как не видел больше надобности стоять и тратить на это силы, после чего попытался вырвать из себя кинжал. Это оказалось отнюдь не простым делом. Если раньше подобные ранения Артур переживал так, словно получил какую-то мелкую мозоль, то теперь он желал умереть, но лишь бы не ощущать вспышек этой человеческой боли. Каждый мускул на его руке напрягался, когда он потянул кинжал за рукоятку и оружие с неохотой начало вылезать из его кожи, снабжая несчастного пирата волной новой мучительной боли. Даже при вздохе казалось, что легкие его обжигало реальным огнем. Артур жмурился, скрипел зубами, но лезвие все же вырвал из себя. И после этого он долго шипел, усмиряя скачущее в груди сердце.
Господи, как он смертельно устал. Казалось, что каждая кость в нем завывало с мучениями, что даже дышать становилось тяжко, да и жить в целом тоже. Артур положил голову себе на грудь, и на какое-то мгновение потерял связь с этим миром. В нем снова шли перемены. Эдакая трансформация его душевного состояния. Оставалось это только пережить.
- Артур...- уловил он знакомый мелодичный голосок. - Артур! Милый! Где же ты?
Пират раскрыл широко глаза и посмотрел куда-то вдаль, куда-то сквозь горы всякого божественного хлама, ряды колонн, статуй и прочей чепухи, где в другой части зала находился тот самый купол, за которым лежала ОНА.
- Артур! Артур, я жду тебя!
- Френсис... - мужчина так спохватился, что при попытке подняться, умудрился свалиться на пол ничком и собрать поверх присохшей крови еще и груду пыли. Грязные, тонкие пряди попадали ему на искаженное болью и усталостью лицо. Мачете выпало у него из рук и затерялось среди мертвецов. Посланник поднялся на одну ногу, остановился, попытался выровнять сбившееся дыхание, из-за которого вновь из его плеча начала хлестать кровь. Затем, он подставил вторую ногу и кое-как выпрямил истерзанную когтями спину.
- Френсис, - повторил он уже более спокойно, не так напугано. - Я...я иду...я уже...
Здесь он все сделал, больше его ничто не держало. К тому же, сил больше ни на что и не оставалось, все утекло вместе с этой поганой кровью. Он даже не взглянул на свой тесак, хотя прежде никогда даже подумать не смел бы о том, что оставит здесь свое единственное оружие.
Шатаясь, он направился туда, где ждало его сказочное создание.

Глава 26. Новый мир
Антонио вприпрыжку несся вниз, минуя острые скалы, и едва ли касаясь ногами земли. Он передвигался максимально быстро, даже не смотря на то, что ноги его были слабы и вот-вот боль могла дать о себе знать, его бег все равно казался Антонио через чур медлительным. Он уже увидел, как между рифами проскользнул уголок их корабля. Сквозь шум поднявшегося ветра он слышал голоса людей, кажется, он даже уловил голос Сары, и у него моментально отлегло от сердца. Казалось, что, все что нужно, он сделал. Он добрался до них, добрался...
- Антонио? - девушка увидела его взмыленную фигуру первой. И когда она увидела кровь на его искаженном усталостью лице, волнение охватило ее с большей силой. На языке вертелись уже первые возникшие вопросы - где же Френсис? Где Посланник? Почему он несется к ним один, да еще и весь грязный, мокрый, с кровью... В голову закрадись самые ужасные, непростительные мысли; девушка понеслась к нему навстречу, ловко перескакивая через борт корабля и оказываясь на каменистом бережку.
- Что стряслось? Где остальные? - не успел он оказаться в ее объятиях, а Сара уже осыпала его волнительными вопросами. За ее спиной появились любопытные лица пиратов.
Антонио хотел сказать, ответ вертелся у него на языке волчком, рвался наружу, но от усталости и страха, разрывающего все его существо, он не в силах был и рта раскрыть, или языком шевельнуть. Между тем пот градом стекал по его побледневшему лбу.
- Антонио...- в голосе девушки проскользнуло сомнение. Отстранившись от юноши, она серьезно посмотрела в его широко распахнутые в страхе глаза, ища там ответы на все свои вопросы. Но то, что она в них видела, ей определенно было не по нраву.
Да и сам Антонио готов бы распрощаться со своей памятью, лишь бы только образ умирающей Френсис покинул его окончательно!
Что им сказать? Что все эти перекошенные в немом страхе лица хотят услышать от него? Они не видели того, что довелось увидеть ему, они не понимали и они еще не боялись так, как боялся он...
Между ними протиснулась рыжеволосая шевелюра юнги. Мальчик с паникой смотрел на пришельца, не удосужившись захлопнуть рот, а оставить его изумленно разинутым. И глядя в его большие, заранее переполненные соленой влагой глазки, испанец понял, что они – эти проклятые любопытные пираты - не выпытают у него ни слова. Только не при ребенке.
Однако Том и без этого все понял. Проворно растолкав вставших столбом пиратов, мальчик внезапно кинулся к пещере.

Артур медленно, издавая мучительные стоны, обошел стороной голубой купол. Все его тело буквально завывало от желания упасть и дать ему немного отдохнуть. Артур чувствовал себя сухим, выжатым, как лимон и он не был готов к новым схваткам. Даже когда он услышал за своей спиной чьи-то монотонные бормотания, явно принадлежавшие обитателям этого адского места, пришедшим поглазеть на того чудака, который учинил в этой загробной тишине столько непривычного для здешних ушей звука. Возможно, они даже строили планы, как бы напасть на пирата и наконец убить его, чтобы бедняга не страдал. Но Артуру было плевать. Плевать на все это место, на этих чудовищ, на это оружие. Больше он не нуждался в сотворении своего мира. Зачем ему этот проклятый мир? Зачем ему власть? Кому и что он стремится доказать? Можно было бы вообще упасть прямо здесь - посреди дороги и расслабить свой пылающий в адских агониях разум. Но нет, он не остановился даже перед каменной стеной, появись она у него прямо перед носом. Он бы рассек ее своим упрямым лбом, но дошел бы до своей цели. Чтобы снова увидеть ЕЕ. Услышать ее голос, увидеть ее глаза и окунуться в ее объятиях, снова ощутить себя нужным... черт подери, живым.
- Фре-енсис, - простонал он, спотыкаясь о какой-то неровный выступ на тропинке и чуть не падая на колени. - Френсис...
Она ждала его за куполом - вся такая блистательная, великолепная... его прекрасное божество. Его и только его. Одежда скатилась по ее золотистой коже вниз, на землю, словно что-то не нужное, мешающее этому непревзойденному, идеальному женскому телу выйти наружу и показать свою истинную красоту. Услышав его шаркающие шаги, божество обернулось, ослепляя мужчину своей широкой, искренней улыбкой. Глаза - черные и бездонные - наоборот же, смотрели с каким-то скрытым холодком. Волосы ее шевелились, золотистые пряди извивались, словно живые. Некоторые совершали какой-то незатейливый танец над ее головой, другие вырисовывали узоры на чистой девичий груди. Следа от пули Артур не обнаружил, чему сразу же обрадовался.
- Френсис...- мужчина облегченно расправил плечи. - О, Френсис...
На шее девушки засуетились многочисленные символы. Символы того проклятого ошейника, которого самого на месте не оказалось. Он ушел к ней под кожу. Что и следовало ожидать.
- Наконец-то, - произнесла девушка мягким голосом. - Я думала, что ты никогда не явишься. Что ты забудешь обо мне.
- Что ты...- мужчина пошел к ней навстречу, протягивая вперед замызганные в чужой, да и в собственной крови, руки. - Я никогда...не переставал думать о тебе. Я не могу без тебя. Френсис...Френсис... - он был совсем близко, оставалось еще пара шагов. - Я правда не хотел этого. Я не хотел, чтобы все так получилось....я...
- Тс-с, - девушка прижала пирата к своей груди, заслонив его замученное, истерзанное лицо своими длинными волосами. - Не говори больше ничего. Все позади. Мы вместе. Нас ничто больше не разлучит.
- Да, - Артур положил руки ей на спину, чувствуя каждой клеточкой своей кожи, как по ее телу пробегают теплые волны. В ней циркулировала сила. - Да-да, мы вместе.
Он ощутил, как ее горячее дыхание коснулось его уха, мужчина вздрогнул от удовольствия. Он был счастлив. О, небо, он никогда не был так счастлив, так искренне и так наивно. Не задумываясь при этом ни над чем, не сомневаясь, вообще не позволяя себе мыслить о том, что с ним и с ней может что-то случиться. Френсис была жива, о чем еще мог думать пират? Уже в сотый раз за этот короткий, но для него - до мучения бесконечный - промежуток времени, он подумывал над тем, какими же занимался всю свою жизнь глупостями. Да-да, именно глупостями, ибо иного слова к этим вещам он не находил. Все его занятия, поиски чего-то особенного, чего-то не опознанного людьми... Все это не носило с собой как такового смысла.
Возможно...Артур и не имел права переступать черту дозволенного, вырываясь намеренно из толпы...возможно ему и не надо было совершать открытия...он не должен был попасть в этот мир, он не был особенным, он был обычным человеком, хотя не осознавал этого вплоть до этой минуты. И мир наказал его. С присущей ему холодной безжалостностью, грубо уткнув пирата носом туда, где он и должен был находиться. И Артур не чувствовал злости или ненависти к этому миру, он был даже во многом ему благодарен.
Сквозь мысли, ураганом проходящие в его голове, он услыхал тихий, рычащий смех. Это была Френсис. Она держала его настолько крепко, что мужчина не мог выбраться, стоял на месте, как вкопанный и не двигался. Ее руки напоминали железные прутья, Артур не мог даже при сильном желании из них вырваться. Он начал волноваться, хотя в душе все еще молился о том, что все хорошо, что это не должно оказаться проблемой, что француженка просто так неудачно шутит. Посмотрев в ее чернильные глаза, Артур к своему ужасу понял, что не увидел в них ничего. Обычно, говорил народ, что глаза являются окнами человеческой души, и за ними можно увидеть сущность любого человека. Но глядя в эти две бездонные дырищи, англичанин не видел никаких мыслей, никаких искренних желаний, он не видел там Френсис вообще. На него из-под оболочки прекрасного божества смотрело нечто… монстр, лишенный своего имени и своего личного тела. Злой дух, вызванный когда-то древним народом и заключенный в какой-то безвкусный ошейник. И теперь это нечто злорадствовало, оказавшись в таком аппетитном теле. Оно злобно хихикало и жадно облизывало губы длинным, змеиным язычком.
- Мы свободны, - воскликнуло радостно оно, пристально изучая лицо Артура. - И ты...ты больше нам не нужен. Можешь соединиться со своей Френсис.
За место прекрасной, тоненькой девичьей ручки появился длинный, острый, золотой луч. Артур заворожено смотрел на него, даже не предпринимая никаких попыток убежать. Он до последнего не верил в то, что этот луч причинит ему вред, что он направится ему в грудную клетку, и поток нескончаемой энергии прорвется вовнутрь, проткнет его насквозь.
Девушка подняла руку - копье над собой, и пират повис над ней, словно какой-то жалкий жук на палочке. Как ненужный кусок мяса, подающий еще какие-то отклики жизни и отплевываясь своей же кровью.
Божество в последний раз холодно посмотрело на пирата, после чего равнодушно отбросило его тело в сторонку. Артур перекатился на земле, кашляя и задыхаясь от забившейся в горле крови. Дышать было совсем невыносимо. Рванувшая из прорванных жил кровь загородила ему доступ к кислороду.
Артур открыл переполненные влагой глаза и косо посмотрел на золотую фигуру, которая плавно двигалась по залу, что-то с интересом разглядывая. Видимо, привыкая к новому телу. К ее телу. К телу его прекрасной Френсис. К телу, хранящему его ребенка.
Существо развело руками и от него по залу поплыли мелкие, золотистые волны. Они миновали все сокровища, снесли на своем пути толпу чудовищ, которые неспешно подбирались к эпицентру событий, и затем вонзились в плотные каменные стенки. Тогда божество приподняло руки, создавая над головой огромную, светящуюся воронку, которая пробила над ними потолок, образовывая в нем огромную дыру. По потолку пошел ряд глубоких трещин, после чего весь потолок был полностью разрушен. Артур наблюдал за этими переменами в полудреме. Все его тело давно смерилось со своей кончиной, мышцы постепенно расслабились, перестали реагировать на приказы своего хозяина. Под телом росла огромная лужа крови. Артур чувствовал ее журчание у себя под животом, но не мог поверить в то, что он умрет. Он смертен. Черт его побрал, смертен!
И он умрет здесь, как какое-то забитое и жалкое животное. А Френсис...его прекрасная малютка Френсис подчиниться этому чудовищу, станет сосудом для него, и все это произойдет по вине Артура...
- Нет...- мужчина приказал сам себе подняться и, когда у него это получилось, он почувствовал во всем теле мертвецкую слабость. Ноги едва ли стояли на твердой почве, изредка сгибаясь, не выдерживая на себе грузное тело. Из груди его продолжала обильно течь теплая кровь.
- Френсис! - позвал он одним выдохом и божество невольно переглянулось, хотя не питало к этому жалкому созданию никакой симпатии. - Это...это моя вина. Прости меня. Умоляю... Девочка моя...я совершил страшную, непоправимую ошибку...я ублюдок...да...ты была права...я не достоин...
 
Форум » Ваши произведения » Фанфикшен » Мел - The Pirate Adventure
Страница 4 из 5«12345»
Поиск:


Бесплатный хостинг uCoz
Design by Stuff Studio