[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 5«12345»
Модератор форума: demonessa666 
Форум » Ваши произведения » Фанфикшен » Дневники вампира 7: Холодный почерк души (фф по Дневникам вампира)
Дневники вампира 7: Холодный почерк души
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:11 | Сообщение # 31
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
- Тогда потащили его наверх! – вышла из себя итальянка, поднимая за локоть податливое, точно желе, тело Стефана. – Надоело мне устраивать для него сантименты. Пожалуйста, подьте-нате, пардоны, блин, всякие… Пусть любуется, если не ослепнет.
- Подожди, - остановил ее всегда невозмутимый хашишин. – Ты же понимаешь, что он не по своей воле молчит. Пусть отойдет, а потом поговорим более спокойно. Кажется, лучше отправить его спать, потому что он действительно выглядит неважно. Я могу с ним побыть, пока вы с Дамоном будете решать, как поступить дальше. Разумнее всего было бы уехать отсюда куда-нибудь не очень далеко, и уже оттуда вести поиски, но это сугубо мое мнение, - добавил он, сильной рукой придерживая за плечи еле держащегося на ногах вампира. О причинах такой слабости догадаться было нетрудно. Схватка с братом отняла у него много сил, восстановить которые он не посчитал нужным.
Юноша покорно брел за своим проводником, не отдавая себе отчета в происходящем. Больно, как же ему было сейчас больно! Лиса… Все ее рук дело. Он чувствовал ее властный голос в голове и не мог сопротивляться. Даже сейчас, когда она исчезла в неизвестном направлении, он был вынужден выполнять ее дурацкие приказы. И только одну вещь совершил вполне осознанно – он отказался от Елены.
Сильный удар по лицу пришелся как нельзя кстати. Физическая боль приносила удовлетворение, заставляя на время отвлечься от детального изучения зияющей пустоты внутри себя. И только слух никак не желал отключаться. Каждые несколько секунд он слышал шелестящее дыхание Елены, ее нежный шепот и неистовые поцелуи, которыми она осыпала лицо, шею и руки ненавистного старшего брата. Он не понимал, чем заслужил настолько зверское наказание, и жаждал избавиться от всех сверхспособностей одновременно. И никогда больше не вспоминать сегодняшний вечер.
Корвинус не успел придержать слабеющего на глазах Стефана, и тот с высоты своего роста упал на диван, внушительно приложившись лицом об обивку, наделав при этом достаточное количество шума. Ассасин осторожно присел рядом, внимательно изучая повернутое к нему в полупрофиль напряженное лицо, а потом заставил юношу уснуть.
- Я думаю, он одержим, - пробормотал мужчина так тихо, чтобы его слова сумела расслышать лишь стоящая за спиной итальянка.

Елена с видимой неохотой взялась за ручку двери, испытывая огромное желание попросить вампира воспользоваться окном. Показываться на глаза Стефану у нее не было ни малейшего желания.
- Пойдем, - печально вздохнул Дамон, осторожно подталкивая ее в спину. – В лучшем случае он просто убедится в моей неповторимой чудовищности, в худшем – припишет мне изнасилование. Поверь, ты для него ангел.
- Если бы это было так, - поддержала она его тяжелый вздох. – Иногда мне хочется убить себя только за чрезмерный эгоизм, - как бы пожаловалась она мужчине, из последних сил толкая дверь вперед. – Самое противное во мне то, что я сделала это нарочно.
- Я знаю, - улыбнулся он. – Ты все чаще стала напоминать мне одного человека, знакомством с которым я могу похвастать уже очень долгое время.
- Все так ужасно? – окончательно пала духом девушка, делая несколько коротких шагов к лестнице. – И кого же я тебе напоминаю?
Пулей в голове проскочило одно совершенно отвратительное сравнение, которое она постаралась вычеркнуть из своих мыслей раз и навсегда. Только не Катрина…
- Меня, - просто ответил вампир. – Болью отвечать на боль, царапаться еще до того, как другие начинают угрожать когтями. Первой мыслью, которая проскользнула у меня в голове, едва я увидел на пороге спальни самозабвенного воришку-братца, было сделать нечто подобное и обязательно в замедленном режиме. Но я не смог…
- Почему? – совсем уж растерялась Елена, замирая в полушаге от первой ступеньки. Она никак не могла отделаться от ощущения, что ее мужчине очень сильно не нравится та ситуация, в которую их обоих загнало ее необъяснимое желание досадить всему миру.
- Не хотел, чтобы ты восприняла это так, будто я пользуюсь тобой, - не слишком охотно признался он, в который раз вынужденно останавливаясь рядом с девушкой.
- Дамон, - мгновенно занервничала она. – Честное слово, я не хотела этой демонстрации. Просто все так получилось…мне не нравится то, что он говорит. Ты не чудовище, я люблю тебя, люблю по-настоящему! Ничего не придумываю и не идеализирую! И я просто…просто хотела дать понять, что…
- Тише, - перебил ее вампир на полуслове, нежно прижимая указательный палец к губам. – Тебе не нужно оправдываться. Когда я сказал, что ты стала похожей на меня, то имел в виду кое-что другое.
- Что же? – одними глазами спросила девушка, всей грудью вдыхая терпкий аромат его кожи. Ее очаровала сама мысль о том, что когда-нибудь она сможет похвастать таким же набором душевных качеств, каким обладает ее мужчина.
- Об этом потом, - категорично отказался от дальнейшей беседы Дамон, смутно начавший осознавать происходящее внизу.
Он рассеяно чмокнул девушку в губы, легко пробежавшись ладонями по волосам, а затем стал спускаться вниз, для надежности спрятав ее за свою спину.
В гостиной вовсю суетилась Франческа, носившаяся из угла в угол на третьей космической скорости. Она о чем-то очень оживленно спорила с Алексом, попеременно выдвигая одно странное предложение за другим.
- Не надо ничего с этим делать, - твердила она будто самой себе. – Я понятия не имею, что это за штуковина. А если он умрет? Ты знаешь, что со мной сделает наш герой-любовник? К сожалению, я не Елена, которую он холит и лелеет, с готовностью оправдывая любые ее проявления. Мне суждено будет пасть смертью храбрых.
- Фрэнки, выслушай меня, пожалуйста, - попытался перебить ее бурный диалог с собой ассасин. – Это всего лишь…
- Разумеется, за брата он будет рвать, - схватилась за голову итальянка. – Ужас! Это определенно хреновая шутка с твоей стороны, дорогой Господь. Какая к черту одержимость? Кто из нас всерьез увлекся эзотерикой? Он ведь не отъедет в места довольно жаркие? Алекс, скажи мне, что я еще подышу пару тысячелетий!
Не успела она повернуть полное надежд лицо в сторону склонившегося у дивана мужчины, как наткнулась взглядом на недобро блеснувшие в темноте черные глаза, а в следующую секунду друг уже оттолкнул от неподвижно лежащего тела брата прежнюю «сиделку», задав всем присутствующим один очень четкий вопрос:
- Что произошло?
- Очевидно, это малах, Дамон, - спокойно пояснил ему Корвинус. – И насколько я могу судить, ему по меньшей мере пару месяцев от роду. По идее, он должен был убить его за такой срок, но Стефан жив и даже способен понимать действительность.
- Уведи Елену, - обратился вампир к подруге. – И не возвращайся, пока я не позову. Живо!
Фрэнки тихо ойкнула у него за спиной, в мгновение ока оказываясь рядом с прикованной к месту девушкой. Она быстро схватила ее за руку и поволокла к двери, старательно подбирая правильный поток Силы, чтобы убрать лишние вопросы, но не слишком-то переусердствовать. Выйдя во двор, вампирша нервно огляделась по сторонам, как бы изучая «периметр», а потом устало опустилась прямо на ступеньки, усаживая Елену не на холодное дерево, а на собственные колени.
- Посмотри на меня, - осипшим голосом попросила итальянка, поднимая за подбородок потерянное лицо. – Я все объясню чуть позже, а сейчас давай спокойно подышим воздухом, идет?
Девушка кивнула в ответ, расслабленно уронив голову на плечо подруги Дамона. Франческе стало безумно неудобно за сделанное, но другого выбора у нее просто не осталось. Силой пришлось бы воспользоваться в любом случае, потому что меньше всего ей хотелось, чтобы эта маленькая девочка своими глазами наблюдала за «исцелением» пусть и бывшего парня. Через секунду на пороге появился немного взволнованный Алекс и, не говоря ни слова, кинулся к машине.
Дамон тем временем пытался разобраться с очередной неприятностью, которую устроил ему пакостник-братишка. Не теряя ни секунды, он разодрал рубашку Стефана, и в очередной раз вынужден был признать очевидную любовь братца к доставлению ему неприятностей.
- Сколько раз говорил тебе, что не стоит дружить с лесной братией, - невесело улыбнулся мужчина, с тщательностью оглядывая едва различимую царапину, которая вряд ли могла стать такой уж смертельной. И все-таки была ею. – А ты все твердил: «Отвратительно питаться человеческой кровью, это делает нас монстрами». Вот теперь наслаждайся подарком лисички.
Вслух он мог ничего и не произносить, потому что юноша находился в каком-то бессознательном состоянии и вряд ли имел возможность его слышать. Это был своего рода психологический прием, просто чтобы отвлечь себя от лицезрения скверного цвета лица Стефана и тяжелых хрипов, вызванных затрудненным дыханием.
Вампир не решался сделать что-либо до возвращения Алекса, которого минутой раньше отправил на поиски необходимого количества свежей крови. То, что младшенький не выкарабкается из этого «болота» без надлежащего количества Силы, он понял сразу же, как только коснулся его сознания.
- Несправедливая эта штука – жизнь, - тихо бормотал Дамон, лихорадочно прокручивая в голове все способы «лечения». Почему-то вариант напоить его своей кровью казался очень глупым, хотя пришел на ум первым делом. Он понятия не имел, как избавиться от малаха в домашних условиях (да и в любых других), зато знал, кому вполне по силам сделать эту грязную работенку. – Всего пару часов назад я милостиво разрешил тебе жить дальше, а ты испортил этот благородный порыв.
Елена…Она уже однажды вытащила подобную дрянь из тела старшего Сальваторе, значит, может сделать это еще раз или же хотя бы объяснить, что вообще нужно делать. Но он отчаянно не хотел звать ее. Нет, отнюдь не из ревности, а из желания уберечь свою любовь. Даже ему, видавшему виды бессмертному, становилось не по себе от одного взгляда в расширенные от ужаса зеленые глаза с чудовищно узкими зрачками, никак не реагирующими на свет. Глядя на них со стороны, можно было принять их за стеклянные.
В бездумном разглядывании посеревшего лица брата, на котором медленно стали проступать кристально-чистые капельки пота, прошло несколько томительных минут. Вампир бросил попытки отыскать причину, подкосившую здоровье родственника. Судя по всему, Мисао предусмотрела все с маниакальной точностью. Юноша словно находился в каком-то бестелесном коконе, не пропускающим через себя Силу.
- Почему так долго? – гневно обернулся мужчина на тихий звук шагов Александра, несущего на руках довольно молодую на вид девушку.
- Ночь на дворе, - выдохнул ассасин, опуская прямо на пол бессознательное тело. – Пришлось вытаскивать ее из кровати, а прежде добиться приглашения. Иногда меня серьезно раздражают эти дурацкие условности. Ты как? Жажду в состоянии контролировать?
- Еще бы, - хмыкнул в ответ Дамон. – Думаешь, он сможет пить сам?
- Рискнем, - бодро отозвался Главный, надкусывая запястье «донора». – Если честно, я не подумал о подобном методе. Поэтому должен признать твою правоту. «Нет возможности применить Силу извне, попробуй ввести ее внутрь», - восхитился он самому разумному способу решения этой странной загадки.
- Можешь пользоваться в будущем, - милостиво разрешил вампир, сосредоточенно дожидающийся реакции брата.
Пара капель ароматной девичьей крови соскользнула с запястья и очутилась на посиневших губах юноши, не принеся замершим в ожидании мужчинам и намека на успех. Старший Сальваторе чертыхнулся сквозь зубы, и крепко сжал пальцами челюсть Стефана, заставляя рот приоткрыться.
- Упрямство у нас в крови, - рассмеялся он, замечая мимолетную перемену в зеленых глазах. Сначала в них промелькнул страх, мгновенно сменившийся жесткостью. Он отчаянно попытался мотнуть головой в знак ярого сопротивления, выражая тем самым свою извечную позицию: «Человеческую кровь пить не стану!».
И все-таки ему ничего не оставалось делать, кроме как глотать. В противном случае юноша просто захлебнулся бы.
- А теперь, мой дорогой братец, заткни чем-нибудь рот и просто терпи, - с ласковой улыбкой любителя поиздеваться обратился к нему вампир, поднося к лицу сверкнувшее в тусклом свете луны лезвие ножа. – Кричать нельзя, как и ругаться матом, потому что тебя может услышать Елена. И поверь мне, делаю я это только ради собственного удовольствия.
В течение двух следующих минут он взвешивал все «за» и «против» подобного хирургического вмешательства, одновременно пытаясь уловить хоть что-то из размышлений Корвинуса. Оба сходились во мнении о том, что вытащить эту штуковину необходимо немедленно, но боялись действовать решительно. Причина была только одна: так называемая царапина располагалась прямо под сердцем и малейшая неосторожность дорого обойдется Дамону.
- Два месяца, говоришь? – шепотом уточнил он у ассасина. – И каких размеров эта тварь?
Алекс молча сжал кулак, наглядно демонстрируя свой ответ братьям. К слову, Стефан уже был в сознании, изо всех сил стараясь отодвинуться от безостановочно кровоточащего запястья девушки, на которую мало обращали внимания мужчины. По всей видимости, ее жизнь интересовала только младшего Сальваторе.
- Знаешь, братишка, я всегда чувствовал в себе тягу к врачеванию, - ехидно оскалился вампир, осторожно надрезая кожу в самом безопасном на его взгляд месте. – Мечтал спасать людей, лечить израненные души, приносить радость безутешным семьям, - с горящими от искреннего восторга глазами, перечислил он.
Юноша пытался не вслушиваться в благоглупости брата до тех пор, пока боль не стала совсем уж невыносимой по своей природе. Тогда он изо всех сил сжал челюсти, напоминая себе о необходимости молчать, чтобы не напугать Елену.
- А потом я передумал, - продолжил свою мысль мужчина, резко проникая пальцами внутрь довольно глубокой раны. – Стал вампиром, обзавелся другими ценностями, поменял взгляды на многие вещи. И до сих пор жалею об этом. Вот увидел тебя умирающего, и тут же подумал: «Ну не может он отойти к праотцам в расцвете лет». Хотя нет, вру. У меня для тебя осталась еще парочка сюрпризов, поэтому надо побегать еще в этом мире. Кстати, - очень громко воскликнул Дамон, привлекая все внимание брата к собственному голосу, потому что буквально секунду назад нащупал какое-то склизкое существо внутри, а сейчас безуспешно пытался сжать его, причиняя тем самым действительно адскую боль. – Ты так и не поинтересовался, где находишься. Неужели не любопытно?
- И где? – просипел Стефан, с еще большей силой стискивая челюсти. Ладони сами непроизвольно вжались в кулаки, а аккуратно остриженные ногти прорвали кожу на внутренней стороне кисти. Такой боли за все пять столетий ему еще не приходилось чувствовать никогда. Все тело сотрясала крупная дрожь, а с языка вот-вот готовы были сорваться отнюдь не парламентские речи. В какой-то момент его вдруг страшно развеселил тот факт, что он владеет такими «шикарными» познаниями в ненормативной лексике.
- В пыточной Гринписа, - заразительно расхохотался мужчина своей же шутке, хотя веселья в себе вообще не ощущал. – Я ведь предупреждал тебя, что нельзя питаться невинными зверушками. У них ведь есть семьи, знакомые, защитники…но разве ты слушал мои наставления?
Юноша только успевал удивляться поведению брата. И где-то глубоко внутри жарким костром стала разгораться бесконечная благодарность, придавая ему сил для стойкого терпения дальнейших мучений. Все-таки Дамон был неисправимым садистом.
- Про колечко ничего не хочешь мне рассказать? – решил пойти вампир путем обоюдной беседы, потому что младший Сальваторе медленно и верно стал терять сознание.
Александр тем временем дорывал остатки покрытой бурыми пятнами рубашки, дабы перевязать искусанное запястье их ночной «трапезы», которая уже отдала достаточное количество крови. Затем поднял ее на руки и понес наверх, чтобы уложить в постель. Отвезти девушку домой он пока не решался, потому что в любую секунду мог понадобиться местному «лекарю».
- Оно у нее, - прохрипел Стефан, с ужасом вспоминая обо всем, что натворил за последние дни. – А кольца Катрины у меня нет.
- Неужели потерял? – сделал удивленное лицо мужчина, в победном жесте вскидывая руку вверх. Ему удалось-таки зацепить виновника всех своих бед – малаха.
- Нет, - печально улыбнулся младший брат, со всей силы ударяя кулаком по близстоящему журнальному столику, от чего тот в одно мгновение превратился в груду концентрированной стеклянной крошки. – ШИНИЧИ! – заорал он во всю мощь легких, напрочь забывая о необходимости молчать ради спокойствия Елены. Уж слишком нестерпимой стала боль.
- Ладно-ладно, не кипятись, - неестественно рассмеялся вампир, осторожно вытягивая из груди брата практически полностью погруженную туда ладонь. – Лучше скажи, ты помнишь о сегодняшнем разговоре?
- О Елене? – безнадежно пытался отвлечься от собственных ощущений юноша, прикладывая к этому все усилия. Даже имя любимой девушки не вызывало в нем того нежного трепета, какой бывало охватывал его раньше.
- О ней, братишка, о ней, - ласково протянул Дамон, упираясь рукой в край дивана, чтобы в следующую секунду со всей дури рвануть крепко зажатую в железной хватке пальцев тварь на себя, и покончить с нечеловеческими мучениями Стефана.
- Помню, - искренне признался юноша. – И свое обещание…держаться подальше…Я ТОЖЕ ПОМНЮ! – в последний раз прокричал младший вампир, неосознанно пытаясь подняться на ноги.
- Э-э нет, больной, - с сияющей улыбкой на лице остановил его брат. – На отстрел бурундуков ты еще успеешь, а пока полежи. И заодно постарайся заставить рану затянуться быстрее с помощью Силы. Хоть помнишь, как ей пользоваться?
Тот молча мотнул головой в ответ, с нескрываемым удовлетворением закрывая глаза. И уже через несколько секунд уснул, вызвав тем самым у вампира большие сомнения относительно истинности своей бессмертной сущности.
- В курсе, что с этим делать? – протянул он Алексу на вытянутой ладони окровавленное и бесформенное нечто, больше похожее на неаппетитный кусок какого-то желе.
С размерами ассасин немного ошибся, что ничуть не расстроило их обоих.
- Ведьмы, я так понимаю, здесь нет? – с отвращением оглядывая ладонь Дамона, протянул Корвинус. – Тогда заняться этим стоит мне. И я не советовал бы тебе так спокойно держать его в руках.
- Тогда держи, а я пошел, - бросил он прямо в мужчину малахом, направляясь в ванную. На сегодня с него было достаточно добрых дел, а ведь еще предстояло убрать гостиную, которая представляла собой самое отвратительное зрелище. Через несколько минут окончательно придет в себя Стефан, а следом и Елена, которую драгоценная подруга усыпила всего на несколько десятков минут. И ему вовсе не хотелось, чтобы принцесса когда-нибудь увидела нечто подобное своими восхитительными глазами цвета безоблачного летнего неба.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:12 | Сообщение # 32
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 23

Франческа влетела в пансион на крыльях бескрайнего счастья, радостно чмокнула в щеку друга, бодро отрапортовав о выполненном поручении, а потом со звонким смехом понеслась наверх, чтобы заняться самым любимым занятием – подколки Стефана.
- Доброй ночи, подросток! – весело защебетала она, без стука врываясь в его комнату.
- И тебе привет, - без всякой радости на лице отозвался вампир, резко вытягивая руку вперед, чтобы поймать брошенный в его сторону пакет.
- Купила тебе парочку новых рубашек, - хищно улыбнулась итальянка, с любопытством разглядывая порозовевшие щеки. Он все еще был очень слаб, с трудом разговаривал и двигался, но в целом выглядел намного привлекательнее того бессмертного, что умирал у всех на глазах часом ранее.
- В час ночи? Купила? – недоверчиво хмыкнул юноша, избавляясь от явно дорогой упаковки самой обычной на вид мужской сорочки. Удивительное дело, но с цветом ей удалось угадать почти стопроцентно: нежно бежевый оттенок был одним из его любимых.
- Ага, нарвалась на распродажу, - беззлобно съязвила итальянка, садясь на край постели. – Ты извини меня за сегодняшнее, ей Богу, не знала, что тебе будет так погано.
Стефан невольно улыбнулся теплоте, зазвучавшей в ее голосе, а потом сокрушенно опустил голову вниз, отчетливо вспоминая тот день в ангаре и то, что он сделал этой девушке. По его теперешним ощущениям, прощения просить предстояло явно не ей.
- Ну, Стеф! – неправильно истолковала она тягостное молчание. – Давай без детского сада! Я правда люблю тебя где-то глубоко в душе. Думаю, даже слишком глубоко. И всегда предпочитала обходиться без насилия, но так уж получилось, что за твоего брата я готова рвать глотки. Знаю, тебя это смущает и отталкивает, но я и не предлагаю становиться друзьями. Просто прости меня и не держи злобы. Видит Дьявол, мне очень плохо спится в подобных случаях!
- Я думал, ты не спишь, - удивленно хохотнул юноша, похлопав ее по плечу, точно старого друга, с которым очень давно не виделся. – И все нормально, правда.
- Слушай, а вот сейчас я вполне искренне хочу тебя поцеловать, - громко засмеялась Фрэнки, в который раз демонстрируя вампиру свою истинную сущность. Другую такую бессмертную вряд ли можно встретить в этом недобром мире.
- Валяй, - поддержал ее задорное настроение Стефан, подставляя щеку.
Итальянка как-то странно на него покосилась, а потом быстро забралась с ногами на постель, обвила руками шею прибалдевшего от ее резкости мужчины и легко коснулась его губ своими, давая ему шанс тут же отвернуться или же отодвинуться, которым он не воспользовался.
- Странно, да? – тихо спросила она, выражая тем самым свое собственное удивление. – Мы ведь люто друг друга ненавидим, а сейчас я слышу твое сердце, и прекрасно понимаю, что это значит. Ты любишь Елену, я – Дамона, и вроде бы это глупо…
Девушка на секунду опустила веки, старательно пытаясь сосредоточиться на своей мысли, дабы закончить ее до конца. Мягкое тепло дыхания вампира окутало ее лицо, заставляя придвинуться ближе к нему, а странный блеск зеленых глаз заставлял что-то болезненно сжиматься внутри. Она понимала, что пугает своим поведением не только себя, но ничего не могла с этим поделать. Впервые в жизни Стефан Сальваторе показался ей не жалким младшим братишкой ослепительного Дамона, а красивым мужчиной, заслуживающим пристального женского внимания.
- Просто попробуем, - пробормотала Франческа, уговаривая скорее саму себя, нежели похолодевшего от непривычных ощущений юношу.
Он и представить себе не мог, что всего через несколько минут после болезненного осознания ужасной боли от окончательного расставания с Еленой, сможет с такой охотой прижимать к себе другую девушку. И уж в страшном сне ему никогда не могло привидеться то, что этой особой станет ненавистная каждой клеточке его тела итальянка. Только последней стадией сумасшествия, которое наступило после потери любимой, можно было объяснить все его дальнейшие действия.
Полностью помогло забыться то, что Фрэнки ничем не напоминала его любовь. От нее совершенно иначе пахло, она не была такой хрупкой и притягательно нежной, зато прекрасно знала, чего хочет, и уверенно этого добивалась.
На третьей минуте этого странного по своей природе поцелуя в дверь тихо и очень неуверенно поскреблись. Девушка в одно мгновение оказалась у огромного распахнутого настежь окна и постаралась выровнять дыхание в кратчайшие сроки. Они оба еще не знали, что навестить их пришел не кто иной, как сам Дамон.
Поскольку дверь ему никто не открыл, он решительно распахнул ее, с убийственно серьезным выражением на лице переступая порог комнаты.
- Вы же знаете, что я могила, - спешно успокоил он недавно обжимавшуюся самым откровенным образом парочку.
- То-то и оно, что знаем, - мрачным взглядом смерила его подруга.
- Ладно, я все равно шел сюда не за этим, - отмахнулся от ее красноречивых переглядываний вампир. – Алекс уехал час назад. Случаем, не знаешь, где он? Нам ведь надо ехать. Если кое-кто забыл, то я напомню, что день отнюдь не мое любимое время суток на данном этапе, - он бросил презрительный взор брату, прекрасно понимая, какую волну вины вызовет этим простым действием.
- Не знаю, - буркнула сильно раскрасневшаяся итальянка. – Я же не поехала с ним, потому что ты просил отвезти ту девчонку домой. Елена все еще спит?
- Да, она очень устала, - совершенно другим голосом ответил мужчина, искоса наблюдая за реакцией младшенького при упоминании чудесного имени.
- Ты собираешься ей что-то объяснять? – с готовностью ухватилась за предоставленную возможность свести все мысли о недавно произошедшем случае на нет.
- В общих чертах, - отделался туманным ответом друг, с минуты на минуту ожидая внесения в разговор лепты Стефана, который просто обязан был возмутиться бесчеловечностью брата и указать ему на чудовищно несправедливое отношение к Елене, от которой нельзя скрывать все происходящее! «Она сильная и со всем справиться» - вот, что он ожидал услышать в первую очередь.
- Я хотел бы извиниться перед ней, - неуверенно посмотрел юноша на брата. – Если, конечно, ты позволишь мне это сделать.
Первым желанием Дамона было ответить высокомерное «Нет» и гордо удалиться, чтобы дать возможность брату упасть в ту же яму из боли и тоски, в которой много раз побывал старший Сальваторе. Вспомнить хотя бы тот день, когда он пытался увидеть Елену, только вернувшуюся с «того света». Никто не проявил тогда должного великодушия, а ведь она была нужна ему: физически, точно бесценные крупицы ледяной воды в жаркий полдень в прожженной зноем пустыне.
- Я передам ей твое пожелание, - лукаво ухмыльнулся он, мысленно настраивая себя сразу же отпустить девушку, как только она проснется. – А пока собирайте вещички. Да, Фрэн, нужна будет машина, - решил напомнить он подруге о двухместном Вейроне. – Что-нибудь приличное по возможности. Далеко мы не поедем, но все же… Не бежать же тебе за Бугатти, а Стефан?
В последний раз окинув взглядом спальню брата, вампир вышел за дверь, с искренней улыбкой на лице вспоминая о причине своего хорошего настроения.
- Не вздумай комментировать ничего, - зло пригрозила Франческа, невежливо тыкая указательным пальцем в сторону Стефана. – Он всегда будет моим другом, даже если ты считаешь иначе. А еще знаешь что?
- Что? – обреченно спросил юноша.
- Теперь я понимаю Елену по-настоящему, - полушепотом призналась итальянка, в следующую секунду грациозно перекидывая ноги через подоконник. – Я за машиной. Не желаешь поучаствовать в воровстве?
- Н…да, - неуверенно воскликнул он, чувствуя странный прилив бодрости.
- Тогда прыгай, а дальше я объясню, - подчеркнуто безразлично проинструктировала девушка, наклоняясь всем телом вперед, а потом оттолкнулась ногами от стены и прыгнула, перекрутившись в воздухе несколько раз. И уже через мгновение по-кошачьи встряхнулась, мягко приземляясь на ноги. К ее удивлению, младший Сальваторе уже стоял в нескольких метрах от нее, лениво прислонившись к стволу дерева. Весь его вид буквально кричал о том количестве самодовольства, которое можно встретить только у представителей этой славной итальянской фамилии.

Кэролайн жалобно проскулила, когда услышала звук поворачивающегося в двери ключа, и зажмурила глаза, притворяясь спящей. Спокойной ночи ждать не стоило, потому что вернулся довольно долго отсутствующий Дамон.
- Спишь, красавица? – тихо спросил он, подходя к кровати.
Девушка не знала, чего он ожидал в ответ, поэтому просто перевернулась на другой бок и постаралась дышать ровнее, как и подобает спящему человеку.
- Глупо прикидываться, - издал гнусный смешок вампир, бесцеремонно стягивая с нее одеяло. – Я очень устал, поэтому давай без лишних игр. Кстати, тебе привет от твоего обожаемого кровососа. Он слезно просил меня поцеловать тебя, поэтому поднимайся.
Она содрогнулась всем телом при упоминании любимого мужчины и повернула к своему мучителю донельзя злое лицо.
- Где он? – сердито спросила Кэр.
- Вроде я не разрешал тебе задавать вопросы, - нахмурился юноша.
- Да плевать я хотела на твое разрешение! – неожиданно для самой себя вспылила девушка. – Где Кайлеб? Отвези меня к нему, немедленно! А затем можешь делать со мной, что угодно твоей поганой душе! Отпустишь его и развлекайся в свое удовольствие!
- Какая выразительная самоотверженность, - мрачно восхитился вампир. Похоже, что он действительно пребывал в самом скверном расположении духа, и с удовольствием готов был поддержать боевой настрой своей пленницы, чтобы вдоволь насладиться ее чрезмерной эмоциональностью. – Слушай, зачем тебе этот жалкий хашишин? Мне всегда нравились такие девчонки: дерзкие, капризные, соблазнительные…
- Только через мой труп! – грубо перебила она мужчину.
- Даже так? – яростно прищурил глаза Дамон. – Я ведь очень легко могу это устроить.
- Тогда зачем же тянуть? – не менее агрессивно отозвалась девушка, поднимаясь с кровати. Она обошла ее вокруг, бесстрашно остановилась прямо перед немного растерянным на вид вампиром, а затем резко повернулась к нему спиной. – Можешь сделать это прямо сейчас, но уж извини, буду стоять именно так. Сил смотреть на твою мерзкую рожу у меня не найдется.
Несколько секунд в комнате стояла тишина, звоном отдававшаяся в ушах Кэролайн. Она понимала, что сделала все, чтобы лишить себя последних шансов к спасению, и ее жизнь сейчас не стоит и двух центов. Но все же продолжала спокойно стоять спиной к смерти, каждое мгновение ожидая того самого удара, который положит конец затянувшемуся кошмару.
Она считала, что накопила в себе достаточно злости к этому мерзавцу, чтобы потерять малейший намек на страх перед ним. И все-таки не сумела сдержаться, когда ее плеч коснулись холодные ладони, следом отнюдь не нежно, а скорее повелительно, потянули на себя, и легкий шепот прошелся по телу волной липкого страха:
- Ты думаешь, что хитрее меня, но очень сильно ошибаешься. Я никогда не терял голову от смазливой мордашки. В следующий раз я покажу тебе, каким бывает мой гнев на вкус.
Девушка неосознанно кивнула головой в знак понимания, мгновенно растеряв весь своей боевой пыл. Она уже поняла, что эти угрозы вполне реальные, и в ближайшем будущем ей предстоит прочувствовать их опасность на собственной шкуре, если так и не удастся совладать со своим характером. Он не был Кайлебом, которого заводили подобного рода игры, не ведал человечности, и умел по-настоящему пугать, оставаясь притворно ласковым.
Вот и сейчас, с бешенством признавая свое поражение, Кэр через силу терпела отвратительные прикосновения его рук и тяжелое дыхание, вызывающее лишь стойкое омерзение. Ему нравилась ее реакция, что и заставило идти на крайние меры. Неизвестно как, но ей все же удалось вывернуться в его объятиях, чтобы смело и открыто посмотреть в глаза самому отвратительному существу на этой планете.
- Просил поцеловать, говоришь, - игриво улыбнулась она, чуть приподнимая одну бровь, а потом с тихим стоном впилась ему в губы, мимоходом отмечая всю неприглядность своего поведения. Никакой уверенности в том, что и этот план сработает, у нее не было. Решившись добираться до цели вслепую, она вынуждена была использовать любые методы.
К ее огромному удивлению, вампир отшатнулся в сторону сразу же, как только ей удалось немного расслабить хватку его пальцев и в какой-то незначительной степени добиться отзывчивости.
- Не делай этого больше, - тяжело прохрипел он, прислоняясь спиной к стене. Его всего трясло крупной дрожью, а над верхней губой отчетливо проступили капельки пота.
Девушка попыталась сделать к нему шаг навстречу, но была остановлена вытянутой вперед рукой.
- Я не буду повторять дважды, - зловеще предупредил он, сгибаясь пополам точно от невыносимой боли в животе.
- Тебе плохо? – осторожно спросила Кэролайн, наклоняясь, чтобы внимательнее рассмотреть белое до синевы лицо. Неожиданно ей стало его безмерно жалко. Пусть он монстр, самое отвратительное на вид чудовище, но, возможно, это всего лишь маска, которой суждено прятать истинное лицо этого вампира. Собственный опыт подсказывал, что бессмертные как раз очень большие любители подобного рода «украшений».
- Пошла ты на…, - безэмоционально посоветовал Дамон, с усилием опуская трепещущие, словно крылья бабочки, веки с выразительно густыми черными ресницами удивительной длинны. – Мне очень хорошо.
- Я могу чем-то помочь? – никак не отреагировала на пещерную грубость девушка, зачем-то подхватывая под руки съезжающего по стене мужчину. Удержать ей его явно было не под силу, поэтому они оба упали на пол, уронив при этом стоящую неподалеку прикроватную тумбочку. Хватило одного беглого взгляда на чуть приоткрытый рот, чтобы понять причину подобного самочувствия. Он был голоден.
В последствие ей так и не удалось определить хоть один пункт, согласно которому она поступила разумно, когда протянула ему запястье, натягивая на лицо снисходительную улыбку. В тот момент рядом с ней был не выживший из ума вампир, помешанный на мести, а совершенно беспомощный молодой человек, который в одну секунду лишился Силы. И болезненное покалывание в груди явственно говорило Кэр о том, что бросить его в таком состоянии будет самым настоящим сволочизмом с ее стороны.
Она подобралась ближе к мужчине, осторожно приподняла его голову за подбородок и прижала к губам приятно пульсирующее запястье, свободной рукой зарываясь в абсолютно прямые черные волосы.
- Может, хоть после этого ты отдаленно напомнишь мне человека, - ласково прошептала девушка, явно уговаривая его укусить себя.
- Я сказал, пошла к черту! – попытался оттолкнуть ее вампир, даже не сумевший самостоятельно подняться на ноги. – Проваливай! Что именно тебе неясно?
- Сначала скажи мне, где Кайлеб! – с легкостью поддержала его полный ненависти тон Кэролайн. – Потом можешь подыхать здесь в одиночку хоть до скончания веков!
Не надо быть сведущим в психологии, чтобы понять причины такой ярко выраженной агрессии Дамона. По всей видимости, он привык быть сильным и независимым бессмертным, а тут растерял все свои способности в одну секунду, да еще на глазах у девчонки, которой беззастенчиво демонстрировал свою власть в течение достаточного количества времени. Мало того, его безмерно удивил тот факт, что она не бежит от него со всех ног, а старается помочь. Подобный альтруизм просто не желал укладываться у него в подсознании.
- Сумка, у двери, - неожиданно спокойно произнес он, взглядом указывая на спортивного вида рюкзак, нечто вроде походного, только более скромных размеров. – Принеси.
Более конкретно выразиться он не сумел – язык не желал ворочаться с необходимой быстротой, а во рту пересохло настолько, что и эти слова показались тяжелейшим испытанием.
- Хорошо, - проклиная себя за идиотскую жалость, пробормотала девушка, подтаскивая неподъемную ношу к сильно ослабевшему за последние несколько минут мужчине.
- В коридор, - хрипло попросил он. – Пожалуйста, Кэр.
Она резко развернулась на носочках, а потом резво зашагала на направлению к двери, покорно выполняя просьбу вампира. Оставалось только мысленно наградить себя титулом самой Кретинской Кретинки, а потом стоя поаплодировать своей же придурковатости. Зачем вызвалась помогать этому мерзавцу? Чего добилась своей неуместной добротой? Сейчас эта пиявка восстановит свою чертову Силу и начнет сыпать «благодарностями» направо и налево, а потом с тупой ухмылкой на лице извиняться за доставленные неудобства! Но ведь не могла же она просто так уйти, потакая его очередному капризу? Не зная, где и как искать Кайлеба?! Да и куда идти-то? Без машины, денег и всего необходимого, максимум куда она доберется, так это до ближайшего перекрестка, где ее уже будет поджидать довольно осклабившийся любитель острых ощущений! А итог все равно будет одинаков: он найдет способ сделать ей больно.
Так прошло томительных десять минут, за которые девушка успела перейти из состояния «Паника» в усталую форму «Я больше так не могу», а потом дверь номера открылась, являя ей донельзя счастливое лицо Дамона. При этом, разумеется, чертовски-привлекательное, что она умудрилась отметить в первую очередь.
- Не желаешь прогуляться? – вежливо и очень тепло спросил он. – Последние дни были не самыми приятными в твоей жизни, поэтому я кое-что хотел бы изменить.
- Знаешь, давай оставим все как есть, - не восприняла его предложение с должным воодушевлением Кэролайн. – Мне совершенно без разницы, где ты собираешься мучить меня следующие двадцать четыре часа. Свежий воздух не сделает твое любимое занятие более приятным лично для меня.
- Обещаю, что сегодня все будет иначе, - немного смущенно потупил глаза в пол мужчина, делая два решительных шага вперед. – Правда, ты очень мне нравишься.
- Знаю, - ехидно поддакнула она ему. – Каждое утро смотрюсь в зеркало и вижу следы твоей симпатии по всему телу. И это ничего, что они болят, потому что я ко всему успела привыкнуть. Ты хочешь погулять? Пожалуйста, я не собираюсь с тобой спорить. Отпусти моего мужчину и делай, что пожелаешь. Думаю, в третий раз я повторю то же самое, поэтому не стоит переспрашивать.
Вампир несколько секунд смотрел на нее самым внимательным образом, точно старался запомнить на долгие-долгие годы, потом резко хлопнул дверью и скрылся в комнате, оставив после себя на лице Кэр совершенное потерянное выражение.

Елена с липким ужасом на сердце проснулась от очередного кошмара с участием совершенно другого Дамона, решительно нащупывая рядом с собой бесподобно нежную и мягкую ладонь любимого мужчины, в которую незамедлительно вцепилась железной хваткой оголодавшего хищника.
- Дурной сон? – тихо, но очень ласково спросил вампир, с готовностью обнимая смысл своей вечной и теперь уже неповторимо прекрасной вечной жизни.
- Просто ужасный, - плаксиво пожаловалась девушка, медленно отогреваясь в пылающих светом объятиях. – Я уже начинаю подумывать над тем, чтобы попросить тебя будить меня в подобные моменты. Мне категорически не нравятся эти игры подсознания.
- А что именно снилось? – сокрушенно спросил он, жалея о вынужденном отсутствии.
- Ты, но какой-то другой, - шепотом призналась Елена. – Я никогда не видела тебя таким, даже в самом ужасном настроении. Прости, но я больше не хочу вспоминать этот ужас.
- Хорошо, моя девочка, - как всегда согласился с ней Дамон, уже отыскавший в ее памяти все необходимые элементы довольно странного кошмара. – У меня для тебя есть один маленький, но о-очень интересный секрет! – решил поднять он настроение своему личному ангелочку.
- И какой? – мгновенно проглотила «наживку» девушка, глаза которой тут же загорелись самым искренним любопытством.
- Стефан целовался с Фрэнки, - заговорщически шепнул он ей на ухо, издавая при этом полный заразительного веселья смешок.
- Серьезно? – восхищенно переспросила она, поднимаясь на локтях, чтобы заглянуть в глаза своему мужчине.
- Ревнуешь? – деланно нахмурился вампир, поджимая губы.
- Ну Дамон, - обиженно протянула принцесса. – Ты же прекрасно знаешь, что нет больше никакого злосчастного треугольника, есть только мы с тобой!
- Какая ты все-таки, - раздосадовано протянул юноша, безрадостно вычеркивая из планов пунктик с игрой в истинного Отелло. – Разве трудно хоть иногда побыть прежней Еленой, которая меня терпеть не могла?
- А такая была? – очень и очень сильно удивилась девушка. – Ты хотя бы раз видел ее?
- Ты невыносима! – закатил глаза вампир, самым решительным образом скрещивая руки на груди.
- Хорошо, давай я буду извиняться, - безнадежно согласилась с дальнейшим течением событий Елена, собираясь во всем подыгрывать вновь повеселевшему мужчине, который в очередной раз перешагнул панку вечности, остановившись на отметке «детство».
- Целуй сюда, - ткнул он пальцем в свою щеку. – Затем сюда, - повернул он лучащееся диким восторгом лицо, подставляя губы. – И так пока мне не надоест.
Девушка не позволила себе тяжело вздохнуть, с готовностью «отрабатывая» снятие не слишком-то справедливо надетой на нее таблички: «Виновата». После пяти минут этого детского сада, она вынуждена была признать ряд очень приятных факторов, которые смягчали наказание. С каждым поцелуем юноша становился еще счастливее (казалось бы, куда уже!), широкая улыбка медленно превращалась в ухмылку довольно жизнью чеширского кота, а она получила уникальную возможность лицезреть своего мужчину в состоянии безудержного ликования, что случалось с ним очень редко.
В конце концов, ему все-таки надоела однообразная игра в обиды, поэтому он решил описать в подробностях свою свежую «сплетню», напоследок наградив самого себя томительно долгим и страстным поцелуем принцессы.
- А сейчас они вместе угоняют машину, - бессовестно выдал он все тайны брата, видимо, очень успешно позабыв события недавних дней.
- Как же я могла проспать столько всего интересного? – искренне огорчилась Елена, с трудом вспоминая момент, когда заснула. Странно…Последнее, что она помнила, так это обрывки разговора у лестницы. Кажется, Дамон говорил о том, что она стала напоминать ему самого себя, а потом темнота, будто кто-то вырезал часть воспоминаний, словно неуместный кадр. Или же она настолько устала за последние дни, что стала засыпать стоя? А вот в последний вариант ей верилось с огромным трудом. – Ты пользовался Силой, да? – неожиданно для самой себя выпалила она вопрос, больше похожий на суровый упрек.
Улыбка на лице вампира мгновенно погасла, уступив место задумчивости.
- Нет, - после некоторых колебаний все же ответил он.
- Тогда почему я ничего не помню? – продолжала настаивать на своем девушка, явно не удовлетворившись довольно односложным ответом.
- Потому что Силой пользовался не я, - решился-таки на откровенность Дамон, а затем сжато и сухо пояснил некоторые моменты, лишь в самой незначительной степени затрагивая саму сцену «исцеления».
- Но с ним все в порядке? – забеспокоилась Елена, с трудом раскладывая в голове все по полочкам. Иногда ее жутко злила манера мужчины отделываться «кратким изложением», а яростный взгляд черных глаз, ясно говорящий о том, что задавать вопросы не следует, раздражал еще больше.
- Думаю, если под «в порядке» ты понимаешь полнейшее здравие, то да, с ним все нормально, - язвительно произнес мужчина.
- Мой ревнивый вампир, - ласково улыбнулась девушка, с умилением наблюдая за его медленным падением в бездну недоверия. Она уже не знала, какими способами донести до него одну предельно понятную истину: «Я теперь всегда буду только твоей». Стоило только затронуть тему младшего Сальваторе, как его брат мгновенно терял любые признаки здравомыслящего человека и превращался в полувменяемое существо с ярко выраженным инстинктом собственника.
- Я не ревную, - без зазрения совести солгал юноша, демонстративно отворачиваясь к стене. – Просто не надо так беспокоиться о том, кто этого не заслуживает.
- О-о, - медленно протянула Елена. – Определенно, ты не ревнуешь, - сквозь смех выдавила из себя она, мгновенно принимая самое верное по ее ощущениям решение.
Пробежавшись взглядом по комнате, девушка отыскала небрежно брошенную в кресло кожаную куртку и многозначительно подняла вверх брови, всем своим видом пытаясь показать мужчине, кому именно сейчас не поздоровится. В одном из нагрудных карманов ей удалось отыскать брелок украшенный незамысловатым вензелем «В», который должен был пригодиться ей в ближайшее время. На дальнейшие сборы она потратила не больше двух минут, остановив свой выбор на обычных голубых джинсах и синей водолазке, как нельзя лучше подчеркивающей цвет глаз. Дамон тем временем старательно делал вид чрезмерно гордого бессмертного, которого вовсе не касаются дела простых смертных, хоть и очень внимательно следил за пока неясной причиной повышенной активности своей принцессы.
Небрежно подобрав волосы первой попавшейся под руку заколкой, Елена схватила сумочку, на дне которой поджидал своего часа мобильный телефон, крепче сжала в ладони брелок от Бугатти и, даже не удостоив вечно всем недовольного мужчину взглядом, вылетела за дверь, прекрасно зная, что уже в следующую секунду столкнется с ним в коридоре. К ее видимому удовольствию, так и произошло.
- Позволь поинтересоваться, - зловеще сверкнули в темноте черные глаза. – Куда это ты собралась?
Девушка надменно вздернула подбородок вверх и продолжила свой путь, проигнорировав любопытство вампира. В конце концов, всему должен быть предел, и если она сказала, что для нее больше не существует Стафана, то это на самом деле так. Дурной характер мистер Сальваторе может демонстрировать всем желающим, но с нее достаточно недоверия.
С огромным трудом юноше все же удалось совладать с собственным гневом, и молча следовать за ней до автомобиля, а потом также безропотно занять пассажирское место, к которому его пригвоздила убийственным взглядом Елена. Неожиданно эта странная игра в смену ролей заинтересовала мужчину, поэтому он безропотно опустился на сиденье, злорадно наблюдая за мучениями своей девушки, которая никак не могла разобраться с довольно сложной системой зажигания.
- На брелке сбоку есть кнопка, без которой этот зверь ни за что не сдвинется с места, - шепнул он Елене, прикусившей от волнения верхнюю губу. – Горе-водитель.
Пришлось, скрепя сердце, следовать его совету, нервно отыскивая ногой педаль газа. Дамон все также невозмутимо и внимательно наблюдал за ее манипуляциями, незаметно выставив рычаг коробки передач на первую скорость. С минуты на минуту он готов был взорваться хохотом, но продолжал делать «хорошую мину при плохой погоде».
Наконец, девушке удалось совладать с собой и волнением, а заодно перестать ощущать каждой клеточкой тела пристальную «слежку» вампира, после чего «оживление» Бугатти заняло считанные секунды.
По привычке выжав газ до предела, Елена тут же всей силы вцепилась пальцами в руль, стараясь удержать его от резких движений, но ничуть в этом не преуспела. Автомобиль резко рванул вперед, планомерно двигаясь к ближайшему от них столбу. Короткий всхлип: «Мамочки!», и глаза сами по себе зажмурились, ожидая ежесекундного столкновения с излюбленным препятствием всех автомобилистов.
- Девочка моя, сделай одолжение, посмотри на меня, - донесся до ее умирающего в панике сознания приятный мужской голос.
Она послушно подняла веки, испуганно вжимаясь в спинку сиденья. К ее огромному удивлению, машина спокойно замерла посреди дороги, самым мистическим образом избежав действительно серьезных повреждений. Судя по всему, вампир убрал ее ногу с педали газа, а потом выровнял траекторию автомобиля, отчаянно не желающему слушаться кого-то, кроме своего истинного хозяина.
- Господи, каким образом тебе удается водить ее? – пропищала девушка, старательно успокаивая свое сердце, колотившееся в бешеном ритме. – Она же совершенно неуправляемая! Ведет себя, как корова на льду!
- Ты забываешь, кто я, моя принцесса, - хвастливо произнес Дамон, успокаивающими движениями разглаживая побледневшие щеки. – Моя реакция превосходит твою во много раз, поэтому и сложностей меньше. Хотя должен признать, что считал тебя более опытным водителем.
- Даже если и так, - слабым голосом шепнула Елена. – Это самая ужасная машина, за руль которой мне приходилось садиться. Можно пересесть?
Он снисходительно кивнул головой в знак согласия, а уже через секунду галантно придерживал дверцу, помогая выбраться наружу.
- А теперь, когда ты наигралась в мисс Самоуверенность, поясни мне кое-какие детали, - довольно сурово попросил юноша, медленно обводя вокруг автомобиля окончательно павшую духом блондинку. Ему настолько понравилась недавняя непредсказуемость девушки, что совершенно не хотелось пользоваться Силой для получения ответов, более того, он готов был терпеливо ждать ее объяснений, часами наслаждаясь поистине волнующим зрелищем: бесподобный румянец местами порозовевших щек. – Куда ты собралась? И что значат эти демонстративные выходки?
- Я хочу, чтобы ты раз и навсегда забыл о существовании другой Елены, - невпопад ответила девушка, устало прислоняясь к капоту. Вокруг стояла гудящая тишина, в сотый раз доказывая правильность молниеносно проскользнувшей мысли о том, что они одни в этом мире. – Той, которая любила Стефана и сопротивлялась своим чувствам к его брату, больше не существует. Есть я, потерявшая голову от безграничной любви к тебе, способная в любой момент послать окружающую действительность по известному адресу только ради одной-единственной возможности быть рядом с тобой. Неважно, что именно придется сделать для этого: бросить друзей, уйти из дома, выбросить из головы любые воспоминания, перечеркнуть прошлое и забыть о будущем… Я готова на крайние меры. Потому что моя жизнь без тебя не значит ровным счетом ничего. Я помню, какой была всего неделю назад, и не хочу повторения. Поэтому, вот…, - она на секунду замолчала, ощущая напряженность каждой клеточки его тела, а потом стойко взяла себя в руки и выложила дальнейший план действий. – Мы прямо сейчас бросаем все к чертовой матери: твоего брата, подругу, этого странного мужчину, Кайлеба, которого по-моему и спасать не следует; садимся в эту неуправляемую красотку, пользуемся мобильным телефоном в последний раз, чтобы успокоить Фрэнки, следом выкидываем его в окно и уезжаем. Куда? Я пока еще не придумала, но обязательно выясню это минут через пять, потому что до восхода солнца не так уж много времени, и этот факт не может меня не волновать. А еще мне совершенно неважно, сколько времени придется провести вдали от цивилизации. Я хочу, чтобы ты наконец понял, кто мне нужен и как сильно я люблю Дамона Сальваторе. Если ты не позволишь мне этого сделать, я найду способ связать тебя и все равно увезу отсюда.
Выпалив столь внезапно возникший в голове план умопомрачительного по своей содержательности отдыха вдали от всех проблем, девушка заметно занервничала, бросая полные напряженного ожидания взгляды на лицо мужчины. Ей хотелось бы верить, что получилось все преподнести именно так, как она задумывала: доказать всему миру, насколько горячо и безрассудно она умеет любить, как важно для нее счастье рядом стоящего вампира и на какие жертвы готова пойти мисс Гилберт, чтобы обрести пусть кратковременное, но безгранично светлое счастье в образе ежесекундного лицезрения подле себя любимого мужчины. К слову, ее надежды рушились прямо на глазах, потому что радужная оболочка некогда теплого оттенка сияющего ночного неба без намека на присутствие звезд, медленно стала наливаться угольно-черным мраком, неразрывно связанным по своей природе с очередной порцией гнева и негодования, который она, судя по всему, очень даже заслужила.
- Я говорил тебе, что ты эгоистична? – странно покосился на нее юноша, нашедший в себе силы произнести что-то вслух.
Елена кивнула головой, потупив взгляд очаровательных голубых глаз в пол (точнее в землю). Ее вдруг очень сильно заинтересовали шнурки на теннисках.
- Тогда ты должна знать, что я считаю это одним из лучших качеств, - спокойно продолжил свою мысль вампир, резко обхватывая ладонями прекрасное лицо, обтянутое маской болезненного осознания собственной вины. – У меня есть на примете один симпатичный домик совсем неподалеку.
- То есть, - испуганно пискнула девушка, позволяя своему ликованию беспрепятственно вырваться наружу. – Ты не сердишься на меня?
- Ничуть, моя принцесса, - в очередной раз умилился ее наивности мужчина.
- А что за домик? – мгновенно отлегло у нее от сердца, что заставило вновь пойти на поводу у врожденного любопытства.
- Это будет моим маленьким сюрпризом, - ласково, но очень категорично ушел от прямого ответа Дамон, не в силах отказать себе в маленькой прихоти. Короткий, но очень чувственный поцелуй, заставил их обоих подготовиться к этому явному безрассудству, и окончательно позабыть о существовании реального мира со своими сложностями и коротким словом «надо». – И мне безумно понравилась твоя идея с телефоном, - шепнул он расслабленно повисшей на его плечах Елене, готовой в любую секунду свалиться в обморок от внезапно участившегося сердцебиения.
Со счастливой улыбкой на лице и яркими образами в голове она заняла теперь уже свое законное пассажирское место, позволив мужчине полностью завладеть браздами правления, и с похвальным терпением стала дожидаться конечного пункта спонтанной поездки. Безупречному вкусу вампира она доверяла безоговорочно, а уж о продуманности маленького путешествия и вовсе не беспокоилась. Все-таки приятно, когда за тебя все решают другие, особенно если нет необходимости бояться, будто что-то может получиться не так. У Дамона все всегда выходило идеально.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:12 | Сообщение # 33
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 24

Фрэнки изо всех сил тянула за руку слишком уж неторопливого Стефана, каждый раз награждая его ясно говорящим взглядом: «Поторапливайся!», когда приходилось оборачиваться, делая очередную вынужденную остановку. Он был еще слишком слаб, чтобы без всяких последствий для организма нестись со скоростью света, какой обычно пользовалась итальянка, но отчаянно сопротивлялся ее милому предложению исправить его состояние в кратчайшие сроки. А все потому, что не признавал подобные способы. Только не человеческая кровь! Он уже достаточно натворил бед, находясь под контролем лисы, и сейчас готов был, пусть и путем нечеловеческих мучений, сделать все от него зависящее, дабы хоть в малой степени исправить положение вещей.
- Стефан, - картинно захныкала девушка. – Это уже ни в какие ворота! Ты просто убиваешь меня своей черепашестью!
Вампир никак не отреагировал на ее слезливые стенания, продолжая бежать в неизвестном для себя направлении. К слову, занятие было действительно утомительным, а рана на груди, уже практически зажившая ко времени неожиданного визита подруги брата, вновь стала давать о себе знать путем болезненной пульсации. Буквально через секунду крепкая ладонь девушки, ошибочно казавшейся представительницей слабого пола, легла на его плечо, заставляя остановиться.
- Хорошо, давай я тебе кое-что объясню, - решила она положить конец тягостному молчанию со стороны юноши.
Прошло не более десяти минут с момента феерического прыжка из окна, коим щегольнул младшенький, но за это время он сумел сменить бодрый настрой на тоскливо тягучую пластинку: «Люблю Елену, которая меня совсем не любит». И для него уже было неважно, что произошло в спальне между ними двумя, потому как все мысли надежно были возвращены в свое привычное русло, а настроение вновь подведено к неизменной отметке «ноль». Судя по всему, Стефан Сальваторе был мазохистом до мозга костей, которому безумно нравилось жить в извечной атмосфере боли и переживаний.
- Знаешь, у меня есть отличное предложение, - попыталась настроить его немного на другой лад Фрэнки. – Забудь ты на пару часов о Елене, оглядись по сторонам. Честное слово, это действительно работает. А я постараюсь тебе помочь это сделать, идет?
Девушка тепло улыбнулась, заставляя юношу невольно растянуть губы в ответ. Во второй раз за сегодняшний вечер ему пришлось признать неправильность своего отношения к подруге брата, она и правда умела быть достаточно милой в обычном понимании этого слова. Ее красота и обаяние никогда не приходилось ставить под сомнение, а вот в человечность прежде верилось с трудом. Сейчас же ему было по-настоящему хорошо рядом с ней, как-то очень уютно, точно со старым другом, от которого не имеешь секретов. И ее глаза…добрые, понимающие, светящиеся изнутри. Их взгляд заставлял затягиваться зияющую рану в груди, и, что самое странное, вселял в сердце надежду.
Итальянка терпеливо ждала, до каких еще выводов сумеет добраться Стефан, явно не подозревающей о ее внушительных способностях к чтению мыслей без Силы, старательно определяя свое собственное состояние. Конечно, не хотелось бы потратить остаток ночи на мыслительные процессы, тем более, что Дамон ясно дал понять о своих планах на ближайшие часы до рассвета, однако торопиться все же не следовало. По пока неясным причинам, она поставила перед собой очередную благородную цель и решила добиваться ее всеми способами. «Вернуть младшего чуточку другим вампиром» - на данном этапе этого было вполне достаточно. И первым пунктом указывалось, что для начала неплохо напоить его кем-нибудь вкусненьким, вот только она знала о количестве трудностей, которые обязательно возникнут.
- Идет, - немного запоздало отозвался он, отвечая на вопрос двухминутной давности. – Я постараюсь не думать о ней, но с одним условием, - решил четко обозначить свою позицию мужчина.
- Каким еще условием? – недовольно буркнула девушка, закатывая глаза. Ее всегда злили подобного рода ультиматумы.
- Я попрошу тебя честно ответить на некоторые мои вопросы, - мягко, но в то же время очень настойчиво произнес вампир.
- Ладно уж, - еще больше огорчилась Франческа. – Только давай сначала разберемся с делами. Как-то не хочется погибать в расцвете лет, попав под гневную руку твоего брата.
Стефан с видимым облегчением кивнул ей, мысленно представляя дорогу к ближайшей автостоянке, на которой можно найти все необходимое. С самого начала идея об угоне категорически ему не понравилось, и все же он взялся участвовать в этой дурацкой затее. Зачем? Почему? Хотелось бы знать… Тем более, что его гораздо больше интересовал разительно другой вопрос. Какого черта?! Что он вообще делает в обществе Фрэнки?
- Думаю, тебе просто надоело болтаться одному, - на бегу крикнула девушка, без зазрения совести демонстрируя ему свой повышенный интерес к чужим мыслям. – А я самая лучшая компания для изъеденного тоской бессмертного.
- Как ты это делаешь? – неожиданно спросил юноша. – Я не чувствую твоей Силы…
- А я ей и не пользуюсь, - хвастливо бросила через плечо итальянка. – Мне достаточно чувствовать тебя рядом с собой.
- То есть…, - заметно растерялся он, впервые в жизни сталкиваясь с чем-то непонятным для себя. – Я никогда не слышал о чем-то подобном, - заявил вампир, словно этой фразой четко сформулировал доказательство явной лжи Франчески.
- Значит, плохо слушал, - подвела она итог, а следом резко остановилась, точно налетела на незримое препятствие. – Один охранник, парочка камер с детекторами движения и собака, - быстро подсчитала она, заливаясь звонким хохотом. – Да уж, еще одно подтверждение тухлости этого городка. Даже стоянки приличной нет.
Мужчина встал неподалеку от нее, вновь удивляясь способностям давней знакомой. Каким образом ей удалось за столь короткий промежуток времени определить все необходимое? Не иначе, как женская интуиция…
- Стефан, ты прямо первый день творения! – искренне восхитилась его наивностью Фрэнки. – Интуиция, шестое чувство и прочая дребедень здесь абсолютно ни при чем. Я просто тренированный вампир. Не нужно быть зрячим, чтобы видеть, - туманно пояснила она, стягивая с себя легкую куртку и вручая ее юноше. Следом расстегнула несколько верхних пуговиц на блузке, небрежным движением взбила волосы на голове, позволив им крупными волнами рассыпаться по плечам, немного пощипала себя за щеки, призывая к ним бесподобный румянец, только усиливший ее и без того безупречную красоту, а потом повернулась лицом к младшему Сальваторе. – Ну как?
Он постарался подобрать правильные слова для ответа, которые с точностью бы отразили суть увиденного, но каждый раз ловил себя на мысли о том, что лукавит.
- Ясно, можешь и дальше так на меня смотреть, - милостиво разрешила девушка, щелкая его по подбородку, как бы помогая поднять упавшую челюсть. – Пока поскучай тут, а через пару минут можешь подходить к воротам.
И весело хохотнув, она в мгновение ока перемахнула более чем двухметровую железобетонную изгородь, направляясь к небольшому домику на возвышении, где самым бессовестным образом «душил» подушку молодой паренек, находящийся на должности охранника. Короткий стук в дверь ничуть не помешал крепкому сну здорового организма, поэтому пришлось дважды повторить попытку, прежде чем услышать из-за двери настороженные шаги.
- Откройте, пожалуйста, - несчастным голосом взмолилась Франческа, издавая рвущий душу на части всхлип. – Вы должны мне помочь! Моя мама, она…
Сквозь небольшую щель показалось заспанное розовощекое лицо с огромными бездонным глазами немного блеклого серого оттенка. Сразу становилось ясно, что мальчишке от силы лет двадцать, а то и меньше. Коротко остриженные рыжеватые волосы торчат задорным ежиком на макушке, придавая «стражу порядка» и вовсе комичный вид одетого во взрослую одежду ребенка.
- Что-то случилось? Почему вы плачете? – обеспокоено спросил охранник, быстро промаргивая слипшиеся от крепкого сна глаза. Взбодрился он буквально сразу же, как только сумел разглядеть лицо ночной гостьи. – Да проходите же! – мгновенно потерял он остатки настороженности, разглядев две кристально чистые слезинки на щеках итальянки.
- Помогите, пожалуйста, - истерично заорала Фрэнки, кидаясь парню на шею. К слову, ее план дал заметную трещину, потому как не в ее правилах было кусать детей, но отступать не представлялось возможным.
- Конечно, вы успокойтесь, - еще больше разволновался парнишка, хватаясь за трубку телефонного аппарата. – Сейчас я вызову полицию, а пока вы все подробно мне расскажете. Что произошло с вашей мамой?
Стефан тем временем беспокойно мерил шагами угол улицы, проклиная себя за чрезмерную мягкотелость. Ему вовсе не импонировала вероятность принять участие в угоне автомобиля, а уж об убийстве человека и речи быть не могло. Но ведь почему-то же он до сих пор здесь? При том даже не пытается остановить подругу брата, чтобы в какой-то степени донести до нее зачатки невозможности подобного поведения. И дело было не только в его желании узнать правду, его удерживало здесь что-то еще, какая-то жажда… Нет, не крови, скорее всего эмоций. Ярких, значимых, позволяющих вернуть в свое измученное болью тело способность жить, ведь до прихода итальянки в его голове раненой птицей билась только одна мысль: это конец. Конец всему…
«Ты совсем плох, как я погляжу» - раздался громкий девичий смех, заставив тут же закрыть свое подсознание остатками Силы, которые вряд ли смогли стать серьезной помехой для Франчески. «Иди сюда, будем делать из тебя профессионального угонщика» - все так же весело позвала она, акцентируя все внимание юноши на последнем слове. Ей явно не терпелось увидеть не такого уж и правильного во всех отношениях Святого Стефана.
Она поджидала его у ворот, натянув на лицо улыбку донельзя довольной жизнью бессмертной особы, которой предстояло сделать сразу несколько наиприятнейших пакостей.
- Да не надо так смотреть на меня! – невинно захлопала девушка ресницами. – Я не сделала этому мальчишке ничего плохого. Поверь, до глубокой старости он будет вспоминать меня с самым восторженным выражением на лице, потому что… Ну, да это уже неважно. Давай определимся с выбором.
Фрэнки окинула многозначительным взглядом заставленный плотными рядами автомобилей паркинг, «наметила» предполагаемую жертву, с которой справится в считанные секунды, и терпеливо стала ждать авторитарного мнения вампира.
Мужчина как бы нехотя обошел стоянку вдоль главной дороги, отыскивая самую легкую, по его мнению, «добычу», и милостиво кивнул головой в сторону Хонды Цивик, чувствуя себя, мягко говоря, скверно.
- Эта? – удивленно вздернула брови девушка, скептически осматривая потрепанную во всех смыслах машину. – Ты хотя бы раз воровал вообще?
Ответ ей не потребовался, потому что был начерчен в воздухе светящимися в темноте метровыми буквами: «Нет». Оставалось только удивляться, каким это образом он прожил на свете половину тысячелетия, сохранив при этом весь набор ангельских качеств.
- Я считаю, что всего можно добиться честным путем, - довольно высокомерно заявил он, правильно истолковав полные недоверия взгляды брюнетки.
- Да, я уже догадалась, - шокировано пробормотала она, двигаясь в противоположном от выбора младшего Сальваторе направлении. – В общем, курс молодого бойца. Стефан, чем проще машина, тем сложнее ее угнать. В какой-нибудь супер-кар засунули бессчетное количество электроники, сделав ее удивительно доступной мишенью. А тот ужас, на который указал мне ты, сплошь состоит из замков, запоров, защелок и прочей дребедени, с коими справиться гораздо сложнее, чем обхитрить бортовой компьютер. Поясню: вот в эту красотку, - она ласково похлопала рукой по капоту Ауди А8 серебристого цвета, - Засунули новейшую сигнализацию, систему идентификации водителя, напихали кучу иммобилайзеров*, чем облегчили мне работу до пары простейших движений.
Она подняла указательный палец вверх, без слов намекая на то, что сейчас состоится практическая часть лекции. Резким движением рванув капот на себя, девушка без видимых помех для сигнализации добралась до «сердца» автомобиля, выдернула несколько проводов и развела руки в стороны.
- Вот и все, - по-детски звонко расхохоталась она, глядя на вытянувшееся лицо юноши. – Сигналку я вырубила, осталось совсем немного. Надеюсь, открывать столь примитивные замки тебя учить не надо? – итальянка вынула из заднего кармана брюк какую-то тонкую изогнутую железку, вставила ее в замочную скважину, и через долю секунды жестом фокусника распахнула водительскую дверь. – Жаль, конечно, что нет ключа, но это нестрашно.
Буквально двумя пальцами она выдернула внешние составляющие системы зажигания, ногтями зачистила концы проводов, и с едва слышным вздохом облегчения уселась за руль, кивком головы предлагая Стефану проделать то же самое.
- И теперь еще одна важная штука, - продолжила она вводить в курс дела не верящего своим глазам мужчину. – Это «глушилка», - наглядно продемонстрировала девушка некий предмет, наподобие автомобильной зарядки для мобильного телефона. – Вставляешь в прикуриватель, и вауля! Автомобиль исчезает с мониторов службы слежения, а спутниковая система навигации умирает в страшных муках. Время засек? Думается, в свой рекорд я сегодня не уложилась, но обычно у меня уходит на это около пятнадцати секунд. А вот с твоей Хондой мне пришлось бы провозиться как минимум целую минуту!
Юноша странно на нее покосился, словно решая, стоит ли говорить о своем истинном отношении ко всему происходящему, а потом громко и заразительно рассмеялся.
- Что? – удивилась подобной реакции вампирша.
- Да нет, ничего, - с трудом выдавил он из себя. – Ты просто забавная.
- На себя посмотри! – не оценила она должным образом «комплимент», собираясь в следующую секунду выложить ему все, что думает.
От правдивой тирады итальянки Стефана спасла заунывная трель ее же мобильного. О личности звонившего догадаться было нетрудно, поэтому пришлось подготавливать себя к получению заслуженных «пинков».
- У тебя ужасный брат, - тут же пожаловалась она Дамону, поднося трубку к уху.
- Я знаю, - засмеялся вампир. – Можешь особо не торопиться с машиной, у нас изменились некоторые планы. Мы с Еленой уезжаем на время…
- То есть как? – не дослушала Фрэнки до конца плавную речь друга. – Куда это вы уезжаете? А я? Мне-то что делать?
- Фрэнкс, так надо, - отрезал мужчина, не собираясь ничего толком пояснять. – Ты сама мне советовала поступить подобным образом.
- Да, но тогда…
- И сейчас тоже! – прикрикнул на нее приятель. – Закончили на этом.
- Хорошо, - немного обиженно протянула девушка, сглатывая чудовищно соленый ком в горле. – Когда вернетесь?
- Неделя, максимум две, - все также немногословно ответил вампир. – И я очень тебя прошу постараться обойтись без неприятностей. Братишка рядом?

_______________________

*Автомобильный иммобилайзер – устройство, лишающее автомобиль подвижности. Главная задача иммобилайзера — разорвать одну или несколько жизненно важных для работы машины электрических цепей и таким образом воспрепятствовать угону.
Итальянка искоса посмотрела на младшего Сальваторе, сосредоточенно вслушивавшегося в их разговор, и ощутила внутри себя колющее чувство дежавю. Помнится, последний раз подобного рода беседа закончилась для нее самым неожиданным образом.
- Фрэн, - окликнул Дамон задумавшуюся собеседницу. – Передай ему, что если умудрится хотя бы расстроить тебя, мое терпение улетучится в тот же момент.
- Ты же прекрасно знаешь, что я не собираюсь этого делать, - вяло отбилась она от участия в семейных разборках.
- Разумеется, - надменно отозвался друг. – А еще я знаю, что он отчетливо слышал каждое слово. Дай ему телефон, у меня осталось еще пару ласковых слов.
Девушка пожала плечами и протянула юноше мобильник, одновременно с этим осознавая мрачную пустоту внутри. Значит, вот как все получается. Когда она советовала паковать вещички и драть отсюда когти к чертям собачим, ее поднимали на смех, но стоило Елене произнести заветные словечки, как приятель кинулся исполнять очередной каприз своей принцессы, наплевав на всех. С одной стороны, ее безумно обрадовал тон друга, мечтающего об этой поездке, как о великом счастье для бессмертного, с другой – стало банально обидно. Не самое приятное ощущение – чувствовать себя лишней и ненужной.
Дойдя до сей мысли, Франческа обозлилась на саму себя. Уму непостижимо! Ревновать того, кто тебе вовсе не принадлежит! Решив, что обязательно «поговорит» со своей совестью на досуге, она вся обратилась в слух, жадно вслушиваясь в полное заиканий бормотание Стефана. Сначала ее это сильно удивило, а потом пришло понимание того, с кем именно «воркует» младшенький.
- Я не понимаю, как мог позволить себе сделать тебе больно, - медленно и нудно «посыпал» он голову пеплом. – Знаю, что меньше всего на свете ты…
- Стефан, послушай, пожалуйста, - остановила блондинка затянувшиеся извинения. – Все нормально. Я вовсе не сержусь на тебя. Просто хочу узнать о твоем самочувствии.
- Лучше, гораздо лучше, - безбоязненно покривил душой вампир, радуясь ее невозможности видеть его в эту секунду.
- Рада это слышать, - очень искренне произнесла Елена, судя по интонациям, улыбнувшись. – Прости, пожалуйста, но я больше не могу разговаривать. Садится батарейка. Передай Фрэнки привет, - напоследок попросила она довольно расстроенным голосом. Видимо, приятной беседы, каковой она себе ее представляла, не вышло, потому что обоим неожиданно стало совершенно не о чем разговаривать.
- Хорошо, - слишком бодро воскликнул вампир, выдавая тем самым себя с головой.
Сердце девушки жалобно екнуло, заставив слезы подступить к глазам, которые пришлось быстро прятать от рядом сидящего Дамона.
- Пока, - слабо прошептала она в трубку, небрежно встряхивая головой, чтобы закрыть волосами лицо, а потом не глядя протянула своему мужчине телефон, из последних сил надеясь на его невнимательность.
Он несколько секунд разглядывал мобильник, судорожно сжатый в хватке подрагивающих пальцев, тяжело вздохнул и закрыл раскладушку, прекращая разговор на самой безрадостной ноте.
- Больно? – тихо, но очень нежно спросил он, накрывая ее ладонь своей.
- Нет, - отрицательно помотала головой Елена. – Мне жаль его, действительно жаль. Он такой…как будто сломанный. Даже не знаю, как именно объяснить тебе свои ощущения.
- Ты передумала? – не громче прежнего поинтересовался вампир, по крупице выдавливая из себя каждый звук. Он уже пожалел, что позволил им поговорить. Видимо, стоило и дальше ссылаться на эгоизм и зверскую ревность.
- Что? – мгновенно пришла в себя девушка. – Передумала? Конечно, нет! Куда мы едем? – с огромным воодушевлением спросила она, краем рукава вытирая увлажнившиеся глаза.
- Увидишь, - без улыбки ответил он, по памяти набирая незнакомый номер телефона. На позднее время он обратил немногим больше внимания старательных попыток блондинки взять себя за руку. Хорошему настроению суждено было вернуться только на следующие сутки, а пока приходилось мириться со сложившимся укладом вещей. Братишка все еще кое-что значит для принцессы, раз ее так расстраивает его невыносимо слюнявый голос, полный сожаления и треклятого раскаяния.
- Алло, - поприветствовал его сонный мужской голос. – Что случилось?
Люди – странные существа. Любой поздний звонок они воспринимают совершенно одинаково: сигнал о бедствии. Обязательно что-то должно случиться у друзей-закомых-родственников. Вариант с ошибочным звонком приходит в их головы одним из последних.
- Доброй ночи, - сухо, но довольно вежливо произнес Дамон, прерывая свои размышления. – Я звоню по поводу объявления.
- Господи, вы с ума сошли! – разозлился разбуженный собеседник. – На часы гляньте, глубокая ночь на дворе! Сделайте милость, не смейте больше сюда трезвонить!
Мужчина кричал настолько громко, что вампир был вынужден отодвинуть от себя телефон на расстояние вытянутой руки, дабы не досаждать чувствительному слуху. Елена прикусила губу, боясь рассмеяться во весь голос, потому как могла примерно представить себе, сколь неосмотрительно поступает хозяин скрипящего баритона, решивший выместить злобу на довольно несдержанном бессмертном.
- Кажется, вы очень невнимательно меня слушали, - яростно выделяя каждое слово, повелительным тоном процедил сквозь зубы юноша, крепко сжимая пальцами руль ни в чем не повинной Бугатти. – Я сказал, что звоню по объявлению. Мне нужен ваш дом.
- Идите к черту! – окончательно потерял над собой контроль, по всей видимости, очень гневливый мужчина. – Дом продан! Давно!
- Думаю, меня это совершенно не интересует, - пользуясь жалкими крупицами самообладания, он все же сумел придать голосу некий оттенок деловитости. – Не позднее, чем через час, я жду вас там.
- Не понимаю, что именно в моих словах для вас труднодоступно, молодой человек? – неожиданно хохотнул собеседник, издавая какие-то странные похрюкивания. – Дом продан, и я ничем не могу вам помочь. Доброй… - хотел было распрощаться он, но вампир оказался стремительнее.
- Моя цена будет ровно в десять раз больше любой предложенной вами, - нашел он правильный «крючок», бросая полный обожания взгляд в сторону Елены.
- Если вы решили так неудачно пошутить, - крякнул мужчина, в голове которого быстро защелкали баснословные цифры на воображаемом калькуляторе. – То серьезно об этом пожалеете.
- С чувством юмора у меня все в порядке, - категорично отрезал Дамон, выбрасывая в окно ставший ненужным телефон. А затем повернул немного усталое лицо к своей принцессе. – Я буду выглядеть последним чудовищем, если все же убью этого…? – он нарочно не стал заканчивать вопрос, дабы не показаться неисправимым сквернословом, хотя парочка грубых эпитетов так и вертелись на языке, грозя подпортить его репутацию в глазах любимой девушки.
- Не будешь, - ласково провела она ладонью по бледной щеке. – Но зачем нам портить многообещающий отдых наличием трупа, который ведь придется прятать?
- Меня восхищает твоя практичность, - хохотнул юноша, мгновенно возвращая себя в привычное рядом с Еленой состояние повышенной человечности.
- А что за дом? – решилась на расспросы девушка, поскольку заметила некоторые улучшения в настроении своего вампира.
- Мне очень понравился, - улыбнулся он. – Нашел его пару дней назад в интернете, и хотел тебе показать, но…
- Да, я понимаю, - не стала дослушивать она пояснение, потому что прекрасно знала о причинах этой «забывчивости». Слишком много всего произошло за последние сутки. – Только зачем покупать? Тем более за такую сумму, гораздо проще ведь просто снять, причем не обязательно именно его.
- Нет, моя девочка, - мягко возразил ей мужчина. – Именно его и обязательно покупать. Считай это моей очередной прихотью.
Девушка ненадолго замолчала, пытаясь подобрать правильные слова в ответ, но потом передумала спорить. В конце концов, ей совершенно без разницы, куда ехать и где жить, лишь бы рядом был самый любимый и дорогой каждой частичке ее души человек (ну или вампир, если уж быть точной).

Кэролайн поднялась с покрытого вытертым ковролином пола, крепко сцепив руки в замок, и направилась к выходу. Больше ждать не представлялось возможным. Истеричный вампир, больше часа назад запершийся в комнате, так и не соизволил впустить ее даже после нескольких неудачных попыток поговорить. Что делать дальше? Ответ был слишком очевиден, чтобы всерьез задуматься над его содержанием. Идти. Куда? Как долго? Одной топать по шоссе, со всех сторон окруженным лесом? Ночью? Кажется, смерть от клыков явного психопата Сальваторе, хотя бы внешне выглядит гораздо предпочтительнее. С его агрессивностью, склонностью к насилию и больной фантазией она уже сумела познакомиться, и даже в некотором роде привыкнуть, поэтому из последних сил заставляла себя дожидаться снисхождения. Она понятия не имела, что могло подтолкнуть его на подобные «воспитательные» меры, да, собственно, и не собиралась заниматься составлением его психологического портрета. Сил уже ни на что не осталось, а слезы, подступившие к глазам, заставляли злиться на саму себя еще больше. Она не знала ничего о Кайлебе, понятия не имела об участи Алекса, а о своей судьбе вообще старалась не задумываться.
Девушка вышла в заставленный потрепанной мебелью холл гостиницы, наспех вытерла мокрые щеки ладонями, прокашлялась и задала администратору – полноватому мужчине лет пятидесяти с лоснящимся лицом любителя жирной еды и практически полным отсутствием волос на голове – давно интересующий ее вопрос.
- Простите, что это за город? И далеко ли отсюда до Феллс-Черча? – голос прозвучал немного хрипло от явного недостатка в практике.
- Вы имеете в виду тот, что в штате Вирджиния? – невесть зачем уточнил он.
Короткий кивок.
- Далековато будет, мисс, - добродушно улыбнулся администратор. – Боюсь, вашим прелестным ножкам не добраться туда самостоятельно, - рассмеялся он, видимо, находя свою шутку чрезвычайно удачной.
- Так что это за город? – окончательно пала духом Кэр, вовсе не ожидая услышать в ответ нечто утешительное. Сомнений уже не осталось, эта тварь завезла ее к черту на кулички из соображений спокойствия. Чем дальше от дома – тем меньше шансов у нее вырваться. Не прогадал ведь, дерганый кровосос!
- Фредерик, штат Мэриленд, мисс, - отрапортовал мужчина, вновь заливаясь дурацким гоготом. Судя по всему, именно растерянное лицо девушки заставляло его давиться хохотом с утроенной силой.
- Спасибо, - обреченно ответила она, бросая испуганный взгляд на лестницу. Больше всего на свете ей хотелось вернуться сейчас назад и барабанить в дверь кулаками до тех пор, пока Дамон не соизволит показать ей своей мерзкой рожи, о которую она как следует собралась отбить руку.
Уму непостижимо! Зачем было увозить ее в соседний штат? А потом и вовсе гнать вон? Куда она пойдет? Да за ближайшим углом наступит конечная остановка, стоит ей только высунуть нос на улицу.
- Простите, а не могли бы вы дать мне позвонить? – с надеждой спросила Кэролайн, одаряя «портье» обаятельной улыбкой.
- Не положено, - вмиг растерял он прежнее радушие, сурово сводя вместе кустистые брови. – Почему бы вам не вернуться в номер?
- Прошу вас, мне очень надо, - попыталась она разжалобить смешливого «дедулю».
- Милая, вот ты где! – раздался со стороны лестницы громкий возглас полный беспокойства и нескрываемого самодовольства.
Девушка нехотя обернулась, проклиная тот день и час, когда родилась на свет. Неужели этому мерзавцу еще хватает наглости называть ее «милой»? Несколько секунд она смотрела на растянутые в самой очаровательной ухмылке губы, обнажающей ряд ровных белоснежно-белых зубов, потом схватила с прилавка первую попавшуюся под руку вещь (ею оказалась увесистая тетрадь, куда записывали имена и фамилии постояльцев), и со всей силы швырнула ее прямо в лицо довольному собой и жизнью вампиру. А потом гордо прошествовала к входной двери, спиной ощущая на себе взгляд двух пар внимательных глаз.
Не успела она сделать и нескольких шагов в неизвестном направлении, как ее локоть крепко сжали сильные пальцы, резко потянув назад.
- Злишься? – задал Дамон вопрос, в ответе на который абсолютно не нуждался. Весь ее вид кричал о том количестве гнева, ярости и концентрированной злобы, которые она готова продемонстрировать ему в ближайшем будущем.
- ЧТО? Ну что тебе от меня надо? Зачем ты привез меня сюда? Мэриленд, да? – неразборчиво стала кричать Кэр, сжатым кулаком колотя по жесткой груди вампира. – Чего ты хочешь? Елену? У меня ее нет!!! – продолжала она надрывать горло, не замечая потоков слез, разом хлынувшим по обеим щекам.
- Во-первых, тебе надо успокоиться, - едва ли ощущая ее яростные попытки сделать больно, заметил мужчина. – Во-вторых, перестать задавать слишком много вопросов. Ответов ты все равно не узнаешь. В-третьих, ты мне не нужна. Мы просто проводим вместе время, коротаем долгие и томительные часы ожидания, - он легко поймал ее за руку, прекращая тем самым активные старания девушки. – От тебя много проблем, но есть и небольшая польза. Пока ты со мной, хашишин ласков и послушен до зубного скрежета, потому что боится потерять твою хрупкую жизнь. Надеюсь, это исчерпывающее пояснение. И последнее, - неожиданно очень зло глянул он на девушку, бесцеремонно хватая ее за подбородок. – Еще раз попытаешься позвонить «папочке» - сверну шею.
На этой «оптимистичной» ноте, он развернулся к ней спиной, по-прежнему крепко сжимая в ладони ее руку, а потом потянул следом за собой, двигаясь в противоположном от гостиницы направлении.
Кэролайн с трудом переставляла ноги, попеременно отвлекаясь лишь на то, чтобы вытереть заплаканные глаза и безостановочно текущий нос. На десятом шмыргании нервы вампира сдали окончательно. Он резко остановился, поворачиваясь к ней всем телом, притянул девушку к себе и опустился перед ней на корточки.
- Прекрати, - с отвращением выдавил из себя мужчина, проклиная неуместное чувство жалости, которое вызывала в душе ее истерика. – Я не собираюсь делать тебе больно. Мы просто прогуляемся немного. Слышала?
Она кивнула головой, судорожно зажимая рот трясущейся рукой, чтобы не закричать во весь голос от того количества боли и страха, которое собралось внутри.
- Хорошо! – неожиданно перешел он на крик. – Я отвезу тебя завтра к этому ничтожеству, только сделай одолжение: заткнись.
Девушка онемела от услышанного, поэтому постаралась сначала взять себя в руки, и лишь потом переспросила:
- Отвезешь меня к Кайлу?
- Да, - раздраженно отозвался вампир, выпрямляясь. – Но это дорого тебе обойдется.
Она чуть было не ляпнула: «Ну и плевать!», но все же сумела вовремя прикусить язык. С его больным воображением… Еще неизвестно, что он в состоянии придумать в качестве «цены» за свое чрезмерное великодушие. Хорошо, если дело обойдется банальным набором крови и того, на что он усиленно намекает последние несколько дней.
Дамон тем временем пытался разобраться в своих ощущениях, чтобы найти логическое объяснение столь некстати проснувшейся человечности, а потом просто махнул рукой на это занятие. Он никогда бы не поверил в то, что самая обычная на вид девчонка сможет так умело управлять им. Во всяком случае, до сегодняшнего дня подобное никому не удавалось. А теперь…он сам позволяет собой манипулировать, и все благодаря тому, что у нее получилось понравиться ему по-настоящему.
- Пошли, - тяжело вздохнул он, вновь беря ее за руку. – Пискнешь еще хоть раз, распрощаешься с любой возможностью увидеть свою пиявку.
Кэр хмыкнула в ответ, тут же умело замаскировав свое явное недоверие громким кашлем. Даже самой себе она боялась признаться в том, что ей действительно начинает нравится этот бессмертный с левой резьбой. Не как мужчина, конечно, но все же…
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:15 | Сообщение # 34
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 25

Алекс брел по старому кладбищу Феллс-Черча, дотошно анализируя каждое дуновение ветра, доносящее до его носа довольно привычный набор запахов, среди которых только бессмертный мог различить тонкий аромат духов Давидофф. Едва ощутив нечто подобное, ассасин мгновенно встрепенулся, настраивая все пять чувств на максимально возможный уровень. «Coll Water» - этот парфюм был нежно любим Кэролайн.
Через пару десятков метров среди надгробий мелькнуло что-то лаково черное, привлекая тем самым внимание мужчины. Несколько осторожных шагов по направлению к предмету, и настойчивый запах в горле усилился в десятки раз.
Схватив тускло поблескивающую в свете луны вещицу, Корвинус узнал в ней сумочку дочери, а ее содержимое лишь подтвердило его догадки. Кошелек с небольшим запасом наличных денег, кредитная карта на имя мисс Форбс, недавно подаренная ей Кайлебом, косметичка, расческа и ключи от квартиры сына. Мобильный телефон отсутствовал по пока неясным причинам, добавляя и без того погрязшему в панике вампиру новые поводы для волнения. Он понятия не имел, что могло произойти с девушкой, столь необдуманно отправившейся гулять по погосту. То, что она была здесь одна не вызывало сомнений – за последние несколько дней в этой части кладбища побывало единичное число посетителей.
Александр решил закончить осмотр местности, и лишь потом попытаться найти ответы на бесчисленное множество самых страшных вопросов. Через пару минут он заметил невдалеке заброшенный домик смотрителя, вблизи которого наконец сумел различить кое-что поистине интересное. Запах… мужской, ни разу не встречавшийся ему до этого дня, с настойчивой примесью трав (или специй?). Отдаленно он мог напоминать аромат кожи бессмертного, но что-то настоятельно мешало сделать столь очевидный вывод. Отмахнувшись от назойливого шепота внутреннего голоса, мужчина тщательно исследовал обветшалую хижину и ее окрестности, и лишь потом вернулся к машине, чтобы в тишине подумать обо всем увиденном. Кэролайн, по таинственным причинам отправившаяся на кладбище (что ей было делать в старой его части?), очевидно столкнулась с кем-то (а может быть и чем-то) не слишком человечным. Где все это время был Кайлеб? Каким образом девушке удалось обмануть целиком состоящего из интуиции вампира? То, что она воспользовалась ложью, казалось очевидным фактом. Сын ни за что бы не отпустил ее гулять в одиночестве, пусть даже и по родному городку, где ей известен каждый закоулочек, он был слишком непреклонен в подобных случаях. И куда, в конце концов, подевался сам юноша?
Это был лишь избранный круг вопросов, который удостоился размышлений Корвинуса. На самом деле ему непонятно было все, что происходило в городе. Отсутствие Мисао, которая просто обязана приложить волосатую ладошку ко всему случившемуся, одержимость Стефана, его участие в планах лисицы, явно не дюжая способность младшего Сальваторе к сопротивлению малахам (исходя из всех логических объяснений, он просто должен был умереть за такой срок, однако до сих пор радовал брата своим ровным дыханием), украденное кольцо, сам факт исчезновения оного только еще больше запутывал события. Если лисам так необходимо было участие Дамона в своих планах, тогда зачем лишать его очевидной защиты? Вывести из игры главную фигуру? Бред какой-то…
Несколько минут Главный потратил на то, чтобы составить динамичный план дальнейших действий, опираясь хотя бы на одну понятную деталь, но вынужден был признать собственную несостоятельность. Выхода в этом окутанном мраком тоннеле просто не существовало. Оставалась только одна ниточка, ведущая к свету: родители Кэр. В душе забрезжила прозрачная тень надежды, на которую мужчина решил не слишком-то полагаться. Со времени их последней встречи с сестрой Шиничи, китсунша определенно научилась кое-каким внушительным приемам на основе хитрости, плюс ко всему отыскала в себе скрытые таланты к использованию Силы.
Без труда удалось догадаться только о том, какую роль предстояло сыграть Александру в этом продуманном спектакле. Он должен был всячески мешать старшему Сальваторе отыскать лису, чтобы в дальнейшем привести в исполнение карательный приговор. Именно для этого понадобилась красть Кэролайн и Кайлеба, а потом звонить ему, чтобы назвать имя виновника «торжества». Выходит, Мисао решила столкнуть их лбами, чтобы не допустить явного перевеса силы на одной из чаш весов. Что ж, довольно умно.
Как бы повел себя ассасин, не повстречай Фрэнки? Сумел ли спокойно разобраться с происходящим до того, как проткнул колом грудь предполагаемого врага? Скорее всего, нет. На тот момент он был полностью увлечен жаждой мести за нанесенное оскорбление.
Вампир сам не заметил, как оказался у дома Форбсов, а уже через мгновение стучался в дверь, даже не удосужившись взглянуть на часы, стрелки которых медленно подбирались к цифре четыре. Открывать не спешили, что в очередной раз сыграло злую шутку с его самообладанием. Супруги мирно спали на втором этаже, никак не реагируя на настойчивое желание гостя во что бы то ни стало поговорить. Наконец, матери Кэр удалось продрать глаза, а потом неспешно спуститься вниз, на ходу завязывая пояс у теплого махрового халата.
- Доброй ночи, миссис Форбс, - тут же растянул губы в приветственной улыбке Алекс, едва разглядел заспанное лицо ухоженной женщины лет сорока пяти. – Простите, что так поздно. Мне необходимо поговорить с вами и вашим мужем. Не позволите войти?
Судя по всему, женщина спросонья очень туго соображала, а торопливая речь Корвинуса и вовсе не желала укладываться у нее в сознании, но дверь она все-таки распахнула и повела ладонью вглубь дома. Словесного подтверждения приглашения ему не требовалось, поэтому мужчина быстро перешагнул порог, оказываясь в просторной гостиной, до отказа заставленной антикварной мебелью.
- Простите, вы из полиции? – недоверчиво поинтересовалась мать Кэролайн, слабо отдающая себе отчет в том, что секунду назад впустила в квартиру абсолютно незнакомого человека, даже не выяснив цель его визита.
- Нет, - немного нервно ответил Алекс. – Давайте вы не станете задавать лишних вопрос, а просто кое-что мне поясните. Ваша дочь навещала вас на этой неделе?
- Да.
- Она была одна или с кем-то еще? – продолжил он «допрос» с помощью Силы, не найдя в себе достаточное количество терпения для томительно долгих объяснений. Гораздо проще было пользоваться способностями, а потом заставить женщину забыть об этом разговоре.
- Она приезжала со своим женихом, Кайлебом. К слову, очень приятный молодой человек, - внесла некоторые пояснения миссис Форбс, устало опускаясь на диван. Ей нестерпимо хотелось спать, а посему она решила в кратчайшие сроки отделаться от ночного гостя.
- А что было потом?
- Знаете, мне показалось, что они немного повздорили, - мучительно нахмурила брови женщина, как будто с трудом вспоминая события минувших дней. – Моя дочь не самый лучший образчик для подражания. Она немного высокомерна, капризна, местами может блеснуть довольно дурными манерами, поэтому меня не слишком-то удивила их ссора. Мы с ней отправились по магазинам, а Кайлеб остался с мужем, вроде хотел ему помочь с чем-то. Я уж и не помню, если честно, - призналась она, потирая виски. Скорее всего, сказываются старания младшего вампира. Как и отец, он не очень благосклонно относился к общению с людьми, старательно избегая его всеми способами. Так уж на характере хашишинов отпечатывалась принадлежность к клану.
- И что? – нетерпеливо спросил Александр.
- Больше я их не видела, - как-то слишком равнодушно произнесла она. – Она взяла мою машину, вроде хотела навестить Тайлера. Когда я вернулась домой, того приятного юноши тоже не оказалось. Муж вроде говорил, что они вместе с нашей девочкой собирались поехать отдыхать. Вероятнее всего, так оно и есть.
Ассасин удивленно поднял брови, но не позволил себе высказаться, хоть его и поразил до глубины души явный пофигизм со стороны родителей. Видимо, в этой семье было принято давать детям свободу сразу же после празднования совершеннолетия, и уж точно не ему доказывать этой женщине всю ошибочность такого воспитания.
- Тайлер, - повторил он мелькнувшее в разговоре имя, точно пробуя его на вкус. – Не могли бы вы дать мне его адрес?
- Последний дом по нашей улице, - с минутным раздумьем ответила мать Кэролайн, поднимаясь на ноги. – Простите, но уже поздно. Вам пора.
Она довольно недвусмысленно дала понять, что просит удалиться, чему мужчина был только рад. Однозначно, за несколько минут знакомства миссис Форбс стала ему глубоко несимпатична. Хотя так случалось в большинстве случаев.
С трудом дождавшись того момента, когда дверь за ним захлопнется, он в одну секунду оказался у машины, сидя в которой решил еще раз прокрутить в голове все услышанное.
Визит к Смолвудам он собирался отложить до утра, а прежде необходимо было как следует восстановить Силы.

Фрэнки забрала у оцепеневшего вампира свой мобильный, никак не собираясь комментировать сложившуюся ситуацию. Как-то не хотелось заострять внимание на том факте, что в последнее время у них стало появляться слишком много общего. Буквально секунду назад обоих вежливо, красиво и безусловно бессовестно кинули во всех отношениях, предоставив полную свободу действий. И если она была совсем не против какого-нибудь широкомасштабного безрассудства, то Стефан однозначно думал иначе.
- Поехали, что ли? – мрачно спросила она, легко ударяя его сжатым кулачком в плечо.
Реакции не последовало никакой, хотя где-то в глубине души она уже начинала привыкать к его повышенной аморфности. Подавив тяжелый вздох, девушка завела автомобиль, замкнув для этого необходимые провода, и бойко «вылетела» на дорогу, наслаждаясь хорошей скоростью красотки премиум-класса. Не бог весть что, конечно, но довольно приличная машина, удовлетворяющая чрезмерно высоким требованиям своей капризной в этом отношении хозяйки. Она не стала объяснять, куда и зачем они едут, лишь потому, что никто не удосужился задаться этими скромными вопросами. Юноша вообще считал, будто разговаривать с кем-то, кроме жалобного голоска внутри себя, такого чуткого и понимающего, будет непростительной ошибкой с его стороны.
И все же не сдержал негодования, когда итальянка остановилась у единственного в городе ночного клуба, больше напоминающего старушечьи посиделки под отвратительную музыку. Народа здесь было не так уж много, что вовсе неудивительно. Даже самые стойкие любители горячительных напитков (а посещали это злачное заведение в основном такие кадры), в большинстве своем валились с ног к шести утра.
- Зачем? – лаконично, но очень сердито спросил Стефан, глядя как Франческа грациозно выбирается наружу, стараясь не заполнять легкие отвратительным по своим «вкусовым» качествам воздухом.
- Ты же не думаешь, что я полезу к кому-то в дом только для того, чтобы вытащить из постели твой завтрак? – презрительно отозвалась она, оглядывая улицу в поисках самой трезвой представительницы здешней золотой молодежи. Ей не хотелось поить вампира кровью, в которой преобладает алкоголь. Черт знает, что взбредет в голову малышу Сальваторе, глотни он лишнего.
- Фрэнки, я же говорил, что не собираюсь… - начал было выражать свое ярое несогласие вампир, вслед за ней выбираясь из автомобиля.
- Стефан, ты вообще умный или как? – схамила итальянка, разочарованно констатируя отсутствие в этом месте трезвых девиц. – Знаешь, что бывает с вампиром, который пил преспокойненько человеческую кровушку, а потом стукнул кулаком по столу и сказал ей: «Нет!»? Я могу пояснить, если ты совсем одуванчик в этих делах. Кровь – это наркотик, вызывающий зависимость у организма. Нельзя просто соскочить и все. Хотя это ты итак знаешь, - мило улыбнулась она, глядя прямо в зеленые глаза, смотрящие на нее с поразительным недоверием. Да уж, с ним определенно будет гораздо сложнее, чем могло показаться вначале. – Что ждет тебя ближе к вечеру, догадываешься? Силы в тебе практически нет, боль глушить будет нечем. Как собираешься выживать? Наведаемся в зоопарк? Уж прости, но кошечек, собачек и прочую живность мне банально жаль, а вот этих, - она кивнула ему головой на группу гогочущих на всю улицу парней, среди которых развязным поведением выделялась пара-тройка девиц, еле стоящих на ногах. – Так и чешутся руки научить кое-чему. Я не предлагаю тебе убивать их, Стефан. Даже если ты не уверен, сможешь ли остановиться, всегда есть я: здравомыслящий вампир, отлично контролирующий жажду. Понял, наконец?
Вампир нехотя кивнул, вынужденный признать правоту девушки. Его отнюдь не радовала перспектива вернуться к «старым» привычкам, воспитанным в нем насквозь лживыми лисами, но другого выхода и правда не существовало. Оставалось только надеяться, что лет через сто он все же сумеет найти в себе силы для того, чтобы безбоязненно смотреться в зеркало. Лицо Фрэнки просияло от осознания столь скорой победы. В приступе безудержного ликования она обогнула машину, смачно приложилась губами к щеке юноши, а потом скрылась в дверях ночного клуба, легко преодолев придирчивый «фейс-контроль». К слову, у этой девушки получилось бы и беспрепятственно проникнуть в Белый Дом, потому как не родился еще настолько черствый человек, у которого получилось бы устоять перед ее очарованием и выразительной мольбой огромных глаз цвета топленого молока.
Мужчине не удалось как следует задуматься над своим поведением или же шансами на побег. Итальянка уже возвращалась назад, по-дружески обнимая за хрупкие плечи красивую молодую девушку с кукольными чертами лица.
- Знакомься, Кэтти, это мой брат – Стефан, - вежливо представила она девушке застывшего в недоумении Сальваторе.
Кэтти выразительно похлопала густо накрашенными ресницами, пытаясь сфокусировать взгляд на лице нового знакомого, но потерпела сразу несколько неудач и протянула юноше маленькую ладошку с чудовищно длинными ногтями, покрытыми толстым слоем вульгарного красного лака.
- Кэтти, - на выдохе произнесла она, распространяя вокруг удушающий запах дешевого пойла, коим баловала себя большую часть ночи.
Подгоняемый злобным взглядом вампирши, мужчина нехотя пожал протянутую длань, с каждой минутой испытывая все большее отвращение к самому себе. На вид этой девочке было немногим больше семнадцати лет, и он даже представить себе боялся истинный возраст размалеванной нимфы. Скорее всего, после двухчасового отдыха в горячей ванне, перед ним предстанет ребенок лет четырнадцати, нарочно уродующий себя самой дешевой продукцией косметических фирм.
- Поехали, - нервно буркнула Франческа, бросая настороженный взгляд за спину. - Я по дороге все объясню.
Стефан проследил за глазами итальянки и заметил то, что немного обеспокоило подругу брата. Прямо к их машине бодро шла группа парней, похожих словно близнецы: бритые наголо головы, черные футболки, обтягивающие массивные торсы, непрерывно жующие челюсти. У каждого в руке было по бейсбольной бите.
- Их шесть, я уже пересчитала, - чуть более высоким голосом крикнула она, с видимым усилием запахивая на заднее сиденье предполагаемый ужин младшенького. – Садись давай, потому что я не собираюсь демонстрировать свою Силу при стольких свидетелях! Все утро ведь придется потратить на изменение памяти.
Вампир согласно кивнул, занимая пассажирское сиденье, и уже через мгновение мотор взревел на полную мощность, а автомобиль бойко побежал по дороге, оставляя желающих разобраться с Фрэнки позади.
- Что случилось? – обеспокоенно спросил Стефан, оглядываясь на заднее сиденье, где громко похрапывала моментально заснувшая Кэтти.
- Не делай людям добра и никогда не познаешь зла, - философски изрекла итальянка, тяжело вздыхая. – Меня немного раздражает способность к чтению мыслей без Силы, но иногда она оказывается очень кстати. Эту девчонку проиграли в карты.
- Что? – переспросил юноша, будто недостаточно хорошо расслышал сказанное. – Как это – проиграли в карты?
- О, Стефан! – закатила глаза девушка. – Откуда в тебе такой наив? Честное слово, тебя как будто держали в изоляции до сегодняшнего дня. Проиграли в карты значит, что ею расплатились. Слышал про такую возможность? В этом мире в ходу не только приятно хрустящие бумажки, но и куча всего: алкоголь, наркотики, секс. Последнее слово пояснить или догадаешься? – ехидно спросила она.
Юноша заметно притих, пытаясь переваривать услышанное.
- Ладно, извини, - по-своему истолковала Фрэнки его задумчивое выражение лица. – Язык мой – враг мой. Не хотела говорить тебе гадости, просто вспылила. Видел бы ты, что они собирались там устроить! Неудивительно, что она напилась до потери сознания. Лучше уж ничего не помнить, чем всю жизнь забывать.
- А что она вообще там делала? – никак не мог «врубиться» в ситуацию вампир.
- Да я особо не вдавалась в подробности, - грустно улыбнулась вампирша, поглядывая в зеркало на крепко спящую девицу. – То ли парня своего «спасала», то ли брата. Все беды на этом свете творят мужики, а расхлебывать потом приходится женщинам. Ну да я отвлеклась, - прервала она саму себя, второй раз за вечер останавливая ненужные ее бессмертному организму философские размышления. – Приедем в пансион, разберемся, что будем делать с ней дальше.
Вампир мрачно кивнул головой в знак согласия и постарался отделаться от мысли вернуться назад, чтобы объяснить завсегдатаям тамошнего заведения основы морали.

Дамон, чертыхаясь сквозь зубы, в шестой раз за сегодняшнюю ночь остановился у круглосуточного банкомата, на бегу вытаскивая из кармана куртки кредитную карту. К чему эти дурацкие условности? Почему невозможно сразу снять необходимую сумму со счета? Быстро справившись со всеми манипуляциями, вампир схватил очередные пятьдесят тысяч, и через считанные доли секунды протянул толстую стопку банкнот Елене, раздраженно хлопая дверцей неповинной в его бедах Бугатти.
- Милый, может, стоит подыскать что-нибудь другое? – робко спросила девушка, со вздохом убирая деньги в сумку, на дне которой и без того покоилась астрономическая по ее меркам сумма. – В конце концов, совершенно не обязательно так уж дотошно сдерживать свои обещания. Не думаю, что этот мужчина и правда рассчитывает на подобную цену.
Вампир повернул к ней лицо, в котором преобладающей эмоцией являлось упрямство, и решительно покачал головой из стороны в сторону.
- Хорошо, я молчу, - покорно «захлопнула» рот блондинка, отворачиваясь к окну. В такие моменты ей всегда хотелось оказаться где-нибудь как можно дальше, чтобы перестать получать в ответ на любую реплику полный злости взгляд. С его стороны, как минимум, было свинством, так реагировать на довольно разумные речи.
И по-прежнему не переставали поражать его смены настроения. Всего полчаса назад они, громко смеясь и дурачась, бродили по круглосуточному супермаркету, где Дамон сметал с прилавков все, на что падал опрометчивый взор принцессы. Его безумно забавляла сама идея того, что он в состоянии купить ей любую понравившуюся вещь, и казалось совершенно неважным – нужна она ей или нет. Особенно он «зверствовал» в продуктовом отделе, каждый раз находя для Елены вескую причину, согласно которой им просто необходимо приобрести ту или иную упаковку. В итоге, им пришлось пользоваться любезно предоставленной главным менеджером магазина доставкой товаров на дом, потому как уместить все в двухместный супер-кар просто не представлялось возможным. На кассе с ними прощались, точно с любимыми родственниками, и настоятельно просили приезжать почаще. Помнится, у девушки даже проскользнула мысль, что им обоим гораздо проще в следующий раз купить магазин, чтобы не заниматься томительным ожиданием у кассы. «Хотя оно было не таким уж и томительным» - неожиданно закралась в ее размышления справедливая мысль. Это время они посвятили друг другу, бессовестно пользуясь полным смущения вниманием местной «публики», состоящей в основном из хорошеньких студенток. К слову, вампир даже не старался понравиться кому-то из них, не сводя взгляда с сияющего лица своей девушки. И тем не менее сумел произвести впечатление на всех присутствующих, что было вовсе неудивительно.
А сейчас он опять злится, притом даже не пытаясь скрывать свое дурное настроение за ласковой улыбкой, которая всегда делала его лицо чуточку невыносимо прекраснее.
- Дамон, - не вытерпела Елена, в десятый раз за эту ночь вздрагивая от громкого хлопка дверцы. – Я прошу тебя, перестань. Мне уже никакого дома не надо! Что тебя так бесит?
Мужчина искоса посмотрел на нее, а потом резко отвернулся, признавая всю неприглядность своего поведения. В кратчайшие сроки он постарался взять себя в руки, а потом медленно повернулся к замершей в ожидании ответа девушке.
- Прости меня, принцесса, - виновато опустил он, что называется, «глазки в пол».
- Я и не думала обижаться, - отозвалась блондинка. – Просто не понимаю одного: я-то тебе что сделала?
Вампир не нашел, что ответить, отчего расстроился еще больше. Оправдание вроде: «Искренне ненавижу маленькие города», решительно не подходило, а другого на данный момент у него не имелось.
- Ладно, поехали уже, - сжалилась над ним девушка, неловко придвигаясь ближе (мешали ремни безопасности). – Я потом придумаю для тебя наказание.
- Я тебе помогу, если что, - наконец-то улыбнулся он, приобнимая ее за плечи. Мысленно пересчитав имеющуюся сумму, вампир решил, что на оставшуюся часть вполне может выписать чек, и выбросил из головы столь некстати возникшую проблему. Ему уже не терпелось привезти свою принцессу в поистине райское местечко на берегу озера (пусть и искусственного), а потом с легкостью вычеркнуть из жизни весь мир, чтобы остаться наедине с той, которой готов подарить вечность.

Фрэнки тихо поскреблась в комнату к Стефану, и только после радушного приглашения посмела приоткрыть дверь.
- Прости, не знала, что ты спишь, - смущенно пробормотала она, глядя на вольготно развалившегося посреди кровати вампира.
- Нет, проходи, - неожиданно даже для самого себя остановил он уже собравшуюся уходить девушку. Ему искренне хотелось, чтобы она осталась. Просто чувствовать кого-то рядом, чтобы не сойти с ума в давящей тишине, ежесекундно терзая себя воспоминаниями. О Елене, которая была когда-то частью его жизни, а теперь…
- Я уложила девчонку спать в комнате старой ведьмы, - очень вовремя остановила она поток «колючих» размышлений. – Мне так и не удалось поговорить с ней по-человечески, а Силой я пользоваться побоялась. Может, стоит привезти тебе кого-то другого? Ты фигово выглядишь, если честно.
Девушка не спеша прошла к центру комнаты, внимательно оглядываясь по сторонам. Ее вдруг стали интересовать вещи Стефана, его прежняя жизнь и прочее. Ведь, если быть точной, она практически ничего о нем не знает, кроме самых очевидных деталей.
- Нет, дело не в жажде, - правдиво ответил вампир, провожая внимательным взглядом светящуюся в свете луны фигуру итальянки. У бессмертных была одна явная особенность: они не любили искусственный свет, всегда стараясь по возможности обходиться без него. Всего сороковаттная лампочка являлась для глаз серьезнейшим испытанием. – Ты обещала ответить на кое-какие вопросы, - как бы невзначай упомянул юноша, подбираясь к самой нежелательной для себя теме. Но, тем не менее, он считал ее необходимой, потому что неизвестность страшила, а строить догадки больше не хотелось.
- Я помню, - осторожно отозвалась Фрэнки, поворачиваясь к нему лицом. – И знаю о твоих вопросах. Уверен, что тебя успокоит мой рассказ? Как бы ты мне не нравился, против Дамона я не пойду никогда.
- А я тебе нравлюсь? – зацепился он за проскользнувшее в разговоре слово.
- Нравишься, - улыбнулась девушка, которую вдруг очень сильно заинтересовал пейзаж за окном. – Как-то даже слишком нравишься, чтобы это было реальным. Но сейчас я не об этом, - оборвала она себя на полуслове, возвращая беседу в правильное русло. – Ты хочешь знать, как это случилось? Почему Елена сумела полюбить твоего брата больше жизни за столь короткий промежуток времени? Пользовался ли он Силой, так или иначе заставляя ее делать что-то против воли? И действительно ли она с ним счастлива?
Стефан кивнул для надежности, избегая произносить что-либо вслух. Каждый вопрос из уст итальянки деревянной стрелой пришелся по сердцу, доставляя этому измученному органу новую порцию из боли и страха – боязни услышать правду, которую он прежде не желал признавать. Елена любит Дамона, притом не первый месяц, и даже не год. Это чувство копилось в ней постепенно, медленно поглощая изнутри. Ему приходилось замечать, как она смотрит на его брата, как дрожат пальцы при его появлении, как гулко начинает биться сердце при упоминании его имени. Только глупец, каким юноша и был все эти годы, мог делать вид, будто ничего не происходит.
- Я не была свидетелем всех событий, но это не так уж и важно, - издалека начала вампирша, нарочно избегая смотреть юноше в глаза. По ходу рассказа она собралась ходить из угла в угол, но уже через мгновение передумала, останавливаясь у открытого окна (видимо, младший Сальваторе был сторонником свежего воздуха, предпочитая держать его настежь распахнутым круглые сутки). – Как я уже говорила, не обязательно быть зрячим, чтобы видеть. Дамон не делал с ней ничего из того, в чем ты его подозреваешь. Видишь ли, его совсем не прельщают подобного рода отношения, он всегда искал «отдачу», взаимность, хотел настоящей любви, а не той наигранности, которой вас баловала мисс Катрина. Использование Силы сделало бы его цель более доступной, но тогда пропал бы интерес. Нет, ты сначала послушай, раз уж решил расспросить меня, а не кого-то другого, - остановила она еще не раскрывшего рта Стефана. – Под словом «интерес» я имела в виду не азарт охотника, умело загоняющего добычу в угол, а… Не знаю я, как правильнее выразиться! Просто слушай.
Она постаралась правильно и четко изложить все события, свидетелем коих ей пришлось стать по тем или иным обстоятельствам, тщательно взвешивая каждое слово. Не хотелось бы задеть его неправильной формулировкой, потому что на Стефана смотреть и без того было страшно. При звуке имени Елены он вздрагивал всем телом, раз за разом опуская веки, вроде как для успокоения участившегося сердцебиения. И его можно было понять почти во всем. Блондинке стоило с самого начала как следует «прибрать» собственную голову, чтобы не пудрить мозги братьям, да и себе в том числе. Люблю/не люблю, противен/безразличен – принцесса в состоянии была свести с ума кого угодно подобными размышлениями.
К концу повествования и вампир окончательно пал духом, повторяя про себя бесчисленное множество раз проскользнувшую в рассказе фразу: «Она и в самом деле счастлива до неприличия рядом с твоим братом». Это единственное, что его должно беспокоить. Невозможно и дальше рвать несчастную (постойте-ка, СЧАСТЛИВУЮ) девушку на части, исходя из эгоистичных соображений: «Ты нужна мне!».
- Я бы посоветовала тебе уехать, - робко разрушила гробовое молчание итальянка. Жаль, что у нее не было возможности «закрыться» от мыслей юноши. Повышенный пессимизм ее категорически не устраивал, но она чувствовала, что это вынужденная необходимость. Ему так проще – похоронить себя заживо в океане боли, пасть на самое его дно, чтобы потом резко оттолкнуться ногами о песчаную поверхность из тоски и грусти, и взмыть на поверхность окружающей действительности.
- Нет, - немного грубо отозвался он, задумчиво скрещивая пальцы на вытянутых перед лицом ладонях. – Во всяком случае, не сейчас. Я хочу разобраться с одной очень подлой тварью, которая заставила Елену страдать, причиняя ей боль этими вот руками, - он наглядно продемонстрировал ей собственные ладони. – Мисао это заслужила.
Фрэнки хотела уже ответить нечто вроде: «Это так на вас, Сальваторе, похоже! Без мести вы своей жизни, наверное, и не представляете», но вовремя прикусила язык. Ее речь в защиту друга итак пришлась острым кинжалом по бессмертным органам, зачем же усугублять?
- Я, пожалуй, пойду, - наконец решилась она произнести эту фразу вслух, мечтая сбежать как можно дальше от образа Елены. Она, разумеется, очень любит девочку и все такое, но за последние месяцы в мыслях окружающих ее стало слишком много. Невольно заскучаешь от подобной заезженности. Сейчас ее больше интересовала Кэтти, и представившаяся возможность сделать чью-то жизнь чуточку краше.
- Да, конечно, - как всегда участливо кивнул головой Стефан, провожая нетерпеливым взглядом стройную фигуру итальянки. Ему хотелось побыть в одиночестве, чтобы в тишине переварить все услышанное и постараться привыкнуть к нынешнему положению дел. Это очень непросто: в одно мгновение вычеркнуть из жизни самое дорогое, а потом еще и постараться забыть.
Девушка обернулась на пороге, искренне надеясь на то, что встретит улыбку, и радушно приняла в свое сердце разочарование. Вампиру было глубоко фиолетово, ушла она или решила задержаться ненадолго. Разозлившись на себя за чрезмерный идиотизм, она аккуратно прикрыла за собой дверь и отправилась в спальню хозяйки пансиона, нещадно награждая свою персону отнюдь не лестными эпитетами.

Кэролайн тихо ойкнула, сильно оцарапав ладонь обо что-то острое, а потом разозлилась на вампира. Мог бы пораскинуть на досуге мозгами и догадаться, что ей не слишком-то нравятся прогулки по лесу в полной темноте, да еще с такой скоростью! Разумеется, если есть чем раскидывать.
- Мы участвуем в марафоне? – привычно съязвила девушка, пытаясь высвободить свою руку из железной хватки холодных пальцев. – Судя по всему, лидируем, поэтому я очень тебя прошу, остановись хоть на секунду!
По меньшей мере час прошел с того момента, как он пообещал ей свидание с Кайлом взамен на…непонятно что! А потом потащил ее в неизвестном направлении, совершенно не собираясь считаться с явной усталостью своей спутницы. Вот уже тридцать минут они нарезают круги по чаще, в ледяном мраке которой вовсе неудивительно повстречать снежного человека, настолько она казалась дикой и безлюдной.
Дамон повернул к ней злое лицо, точно именно в эту секунду уверился в желании избавиться от ее раздражающего голоса путем лишения жизни, а потом вновь позволил ей «любоваться» собственным затылком.
- Мне нравится твоя тяга к красноречию, - вновь схамила Кэр, уже с трудом переставлявшая одеревеневшие ноги. – Но не мог бы ты хотя бы для виду произносить что-то вслух?
- Заткнись, - постарался отделаться он «малой кровью», но ничуть не преуспел в этом занятии. Мисс Форбс не привыкла сдаваться без боя, и если уж она решила вывести его из себя, то обязательно добьется своего.
- Блестяще! – криво ухмыльнулась девушка. – Этим словом ты отбил у меня всю охоту разговаривать. Что дальше? Будешь угрожать или сразу преступим к практической части? Давай, не стесняйся!
Мужчина заметно напрягся, больно сжимая зажатую в пальцах ладонь, а потом резко вытянул в разы осмелевшую особу из-за спины, легким движением руки ставя ее прямо перед собой.
- Чего ты хочешь? – гневно спросил он, небрежно встряхивая ее за плечи.
- Чтобы ты перестал вести себя, как последняя мразь! – жалобно вскрикнула Кэролайн, чувствуя, как ноги медленно теряют связь с землей.
Юноша приподнял ее, грубо сжимая за плечи, а потом со вздохом поставил обратно, словно вмиг надоевшую безделицу.
- И что же такого плохого в моем поведении? – неожиданно спокойно спросил он, пальцами разглаживая те места, где непременно должны были остаться синяки.
- Что такого? – недоверчиво переспросила девушка. Ей было непонятно, издевается он или в самом деле считает себя белым и пушистым. – Я тебе не игрушка, которой…
- Действительно? – надменно вздернул вампир одну бровь. – Не игрушка?
- Нет, черт возьми! – решительно заявила Кэр, для наглядности несколько раз приложившись крепко сжатым кулачком к его плечу. – И не подхожу на роль комнатной собачки! Так что заруби себе на носу…
- Пылко, пламенно, зло, но не впечатляет, - со скучающим видом перебил ее Дамон, не желающий больше выслушивать мало что значащий бред. Конечно, забавно смотреть на ее храбрые попытки добиться уважения, впечатляет борьба с собственным страхом, но девушка определенно начала его утомлять своей предсказуемостью. А ее гнев так и вовсе вводил в состояние глубочайшего сна, потому что был безвкусным и пресным. – В следующий раз, когда надумаешь блеснуть храбростью, постарайся преподнести ее более уверенно, - поучительно заявил он, разворачиваясь к девчонке спиной.
Плодотворной прогулки, как и следовало ожидать, не вышло, а все из-за вздернувшей нос высоко вверх гордячки, не желающей признавать в себе наличие очевидных слабостей. Зачем вообще взял ее с собой? Честно? Хотел поговорить. За последние несколько лет он так устал от одиночества, постоянных планов на будущее, в которых с поразительной частотой мелькало ненавистное имя (по какой-то нелепой ошибке судьбы, присвоенное и ему при рождении). Хотя с какой стати? Она ведь так любила Стефана…
- Дамон, - капризно поджала губы девушка, самым бессовестным образом вклиниваясь в размышления вампира. – Можем мы уже вернуться назад?
Тот окинул ее внимательным взглядом, с некоторым сожалением констатируя посиневшие от холода губы и мелко вздрагивающее при каждом вдохе тело, а потом в приступе нежности снял с себя куртку и протянул ей.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:15 | Сообщение # 35
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
- Можем, - ласково улыбнулся он, вновь меняясь самым кардинальным образом. Так уж на него действовали воспоминания о матери.
Кэролайн быстро накинула на себя странно пахнущую вещь (в носу первым делом поселился назойливый запах корицы), плотнее укуталась в нее и задышала ровнее, наслаждаясь равномерно разошедшимся по телу теплом. И даже не удосужилась задуматься над причинами столь резкой смены настроения, потому что слишком устала. Устала ходить по лезвию бритвы, стараясь отыскать любую возможность сбежать от свихнувшегося на почве мести мужчины. Устала бояться каждого его взгляда и прикосновения. Устала думать о судьбе Кайлеба, давно махнув рукой на собственную участь. Устала терпеть боль и унижение. Слишком сильно устала от этой жизни и сейчас мечтала о спокойном сне в мягкой постели, где рядом с ней обязательно будет лежать тот, кто сумеет защитить ее в любую секунду. От всего…
Вампир не успел и глазом моргнуть, как к его ногам (в буквальном смысле) упало бесчувственное тело девушки. Отвратительно начавшийся день закончился столь же печально. Поднимая ее на руки, он задался вопросом о том, когда в последний раз кормил девчонку, но ответа на него найти не сумел. Когда сотни лет живешь среди себе подобных, невольно начинаешь забывать о таких мелочах, как человеческие слабости.
В номере гостиницы у него получилось привести ее в сознание, за что тут же пришлось расплачиваться. Едва ей удалось разлепить глаза, как из них потоком хлынули слезы, а изо рта стали вырываться нечленораздельные всхлипы. Пару минут «полюбовавшись» на этот концерт, вампир принял единственно верное решение и сгреб в охапку вяло сопротивляющуюся девицу, унося ее в ванну. Оказавшись под струей теплой воды, она заметно успокоилась, но это отнюдь не лишило ее желания больнее зацепить мужчину тем или иным язвительным словечком.
- Послушай, детка, - лихо подмигнул он, довольно небрежно стаскивая с нее насквозь промокшую одежду. – Я все равно не отпущу тебя до тех пор, пока не получу все необходимое. И как бы ты не старалась, убивать тебя я тоже не стану. Так что заканчивай с попытками разозлить меня, все равно ничего не выходит.
- Ну что тебе надо? – обессилено спросила девушка, прислоняясь спиной к выложенной плиткой стене. – Чего ты хочешь?
- Елену, - отделался коротким ответом Дамон, чуть склоняя голову набок. Ему вдруг стало очень интересно, снимать все до конца или оставить белье на месте.
Кэролайн без труда догадалась о промелькнувших у него мыслях, поэтому схватила шланг душа и замахнулась для удара, который наносить не спешила.
- Пошел вон! – громко крикнула она, стараясь казаться грозной и решительной.
Вампир от души развеселился, глядя на ее жалкие попытки выглядеть смелой, но все же вышел за дверь, дав девушке возможность закончить банные процедуры в одиночестве.
Через пять минут в комнату впорхнула раскрасневшаяся строптивица, отыскала глазами нагло ухмыляющееся лицо мужчины, разлегшегося посреди кровати, и гневно топнула стройной ножкой, готовая в любой момент разразиться длинной тирадой на тему: «И что мне теперь на себя одеть?».
- Не заморачивайся, - беззаботно отмахнулся от нее юноша. – Приставать я все равно не буду. Если пообещаешь мне несколько вещей, - спокойно добавил он, отводя взгляд от скопившихся на ее груди капелек воды.
- Пообещаю, - нехотя согласилась Кэр так, будто у нее был выбор. Ей уже надоело переминаться с ноги на ногу, стоя у дверей ванной, и очень хотелось поскорее лечь спать.
- Условий у меня немного, - уверил он девушку. – Постарайся больше молчать, и нам станет гораздо проще друг с другом. Ты все равно не уйдешь отсюда до тех пор, пока я этого не захочу. На данный момент это все, - решил ограничиться юноша всего одним пунктом, хотя изначально планировал их гораздо большее количество.
Если она и пробовала строить догадки по поводу четких границ, которые собрался обозначить Дамон, то явно не преуспела в этом занятии.
- Можешь ложиться, - милостиво разрешил он, галантно уступая ей свободную половину кровати. – Я же сказал, - нахмурился мужчина, глядя на ее нерешительность.
Пришлось подчиниться (иначе просто не назовешь), и медленно брести к постели, обеими руками вцепившись в край полотенца. Забравшись под заботливо одернутый краешек одеяла, девушка нарочно легла лицом к вампиру и постаралась смотреть куда-то сквозь него, боясь закрыть глаза. Не то чтобы он ее уж очень пугал или вызывал недоверие, просто сама ситуация казалась неправильной, а со стороны и вовсе смотрелась отвратительно. Ей стоило настоять на отдельном номере, пусть и запертом на ключ, но отчего-то не хотелось…
- Чего тебе не хотелось? – удивленно переспросил юноша, пристально вглядываясь в ее лицо.
- Что? – вынырнула из размышлений Кэролайн.
- Ты сказала «не хотелось», - повторил он недавно произнесенные ею вслух слова.
- А-а, - понимающе протянула она, собираясь в следующую секунду откусить себе язык. Уж слишком болтливым оказался этот орган. – Неважно. Так ты отвезешь меня завтра к Кайлебу?
- Да, - довольно резко ответил он. – И больше не смей задавать мне вопросы.
- Как скажешь, - безразлично пожала плечиком девушка, медленно закрывая глаза.
Все-таки он был странным (не в том смысле, что ненормальным, потому как это и без того являлось предельно ясным фактом). На публике старается казаться злым, агрессивным и совершенно бесчеловечным, а на самом же деле он был немного другим. Во всяком случае, до того момента, пока не начинал это осознавать. Как только вампир замечал в себе человечность, моментально зарывал ее где-то глубоко внутри, а потом всеми силами стараелся избавиться от уже сложившегося о его личности впечатления.
- Расскажи мне что-нибудь о себе, - внезапно попросил Дамон, секунду назад убедившийся в том, что она не спит.
- О себе? – издала девушка неуместный смешок.
- Да, - самым серьезным тоном подтвердил мужчина. – О детстве, о родителях, может, о парнях. Что угодно, в общем. Только не спрашивай зачем, я все равно не отвечу.
- Ну ладно, - окончательно растерялась Кэр, не зная, с чего начать. О парнях поговорить решил? Господи милостивый, что вообще творится в его голове? Почему он все время такой разный и непредсказуемый?
Она помолчала немного, собираясь с мыслями, а потом серыми красками без разделения на полутона описала свою жизнь вплоть до сегодняшнего дня. Заострять внимание на каких-то моментах не было необходимости, поэтому рассказ занял не более пятнадцати минут и по своей эмоциональности способен был усыпить целый стадион. Однако вампир очень внимательно слушал ее, глядя куда-то вдаль.
- И я не совру, если скажу, что отнюдь не жалею о том дне в лесу, когда повстречала Кайлеба, - закончила она свое путанное повествование, откидывая со лба прядки подсохших волос.
- Однако мой отец большой оригинал, – заговорил точно сам с собой юноша, которого уж слишком заинтересовала определенная часть рассказа. – Хотел сжечь тебя на костре? – хищно осклабился он, искоса поглядывая на голое плечико, выглядывающее из-под одеяла. – Забавно. А все ради этой потаскухи Елены. Что он в ней нашел? Моя мать была гораздо красивее, умнее, женственней, и все же он променял ее на эту девчонку!
Дамон настолько плотно сжал кулаки, что захрустели костяшки пальцев.
- Чем она лучше?! – закричал он на ни в чем не повинную девушку, словно она являлась корнем всех зол в мире. – Почему он бросил нас?
- Дамон, - тихо пискнула Кэролайн, пытаясь хоть немного отодвинуться в сторону. – Честное слово, я не знаю! О ком ты вообще говоришь? Кто твоя мать?
- Катрина, - с придыханием ответил он, растягивая губы в подобострастной улыбке. – Настоящая красавица, даже среди вампиров! Она была нашей Королевой Теней! – он неожиданно схватил ее за плечи, резко вытянул из-под одеяла и прижал к груди. – Я так любил ее, старался во всем быть похожим, чтобы только удостоиться обворожительной улыбки! А она видела во мне лишь его отражение. Смотрела на меня и сравнивала: так ли я двигаюсь, говорю, улыбаюсь. И всегда оставалась недовольна. Я не был тем, кого она жаждала во мне разглядеть. Тень, карикатура, отражение в кривом зеркале – мне не было места в ее сердце, уже заполненным любовью до отказа. А потом появилась она! Чертова девка! И я окончательно перестал существовать для нее, из никого превратился в ничто. Пустое место, жалкий мальчишка, требующий внимания. Но я ведь не требовал! Мне достаточно было знать, что она рядом и так будет всегда! Мы вечно будем вместе: бессмертные мать и сын, но как я ошибался, - он обхватил голову руками и застонал, точно от невыносимой боли где-то глубоко внутри.
Девушка не понимала и сотой части того, о чем бормотал мужчина. С каждой секундой ей делалось все страшнее, потому что он явно был не в себе, и однозначно перестал контролировать собственные действия. Она сама не заметила, как ее шеи коснулись холодные губы, но потом все же попыталась отодвинуться, однако успеха не достигла. Чудовищно сильная ладонь настолько плотно прижала ее к себе, что продохнуть казалось невозможным.
- Не бойся меня, - нежно прошептал он ей в самое ушко. – Все будет хорошо. Я не сделаю больно. Только не тебе, любимая.
Кэр похолодела, вслушиваясь в его дурманящий голос с сочными низкими интонациями. Любимая? С какой стати он решил ее так называть? И что вообще происходит?
Вампир и не старался вслушиваться в ее мысли, полностью поддавшись будоражащему кровь желанию. Еще влажная кожа обжигала губы, а жадные и в то же время осторожные прикосновения заставляли пальцы мелко дрожать. Каждый ее вдох отзывался гулким ударом сердца в груди. И было совершенно неважно, кто перед ним.
Сомкнув ладони на тонкой талии, он чуть приподнял девушку над кроватью, а потом посадил к себе на колени, затуманенным взором оглядывая светящуюся в полной темноте фигуру. К его огромному сожалению детальному осмотру помешало ставшее совсем ненужным полотенце, которое тут же оказалось на полу. Богиня!
Робкий возглас: «Не надо», потонул в ворохе восхищенных эпитетов, заполонивших собой подсознание. Ей нечего было бояться рядом с ним, потому что никогда он не любил сильнее, чем сейчас. Безрассудно, да! Но очень искренне.
Медленно пройдясь губами вдоль шеи, он прижался щекой к ее груди и улыбнулся, вслушиваясь в его рваный стук.
- Дамон, пожалуйста, - тихо взмолилась она, чувствуя подкатывающие к горлу слезы. – Отпусти меня. Я не хочу…
Ее слабые мольбы растаяли в воздухе, так и не достигнув слуха вампира, полностью увлеченного новой игрой. Нежности…в удушающих количествах! Ему хотелось ласки, прямо сейчас. И любви! Всей той любви, которой он был лишен. Любви настоящей женщины – маленькой, хрупкой, удивительно теплой, с бархатной кожей и чувственными губами. Одна ночь! Больше ему не надо.
Он зарылся пальцами во влажные волосы, покрывая легкими поцелуями дрожащие плечи, и заполнил легкие до отказа запахом ее кожи. Наверное, самым удивительным для него было то, что не приходится напоминать себе о невозможности укуса (ведь в ее крови все еще было достаточно вербены). Сейчас она была для него не жертвой, а девушкой. Самой обычной девушкой, вызывающей примитивнейшее желание.
- Дамон! – отчаянно заплакала Кэр, без устали колотящая кулаками его спину. – Я прошу тебя, не надо. Ты пугаешь меня…
Кажется, до него наконец дошел смысл ее жалобных стенаний. Он резко замер, по-прежнему прижимая к себе давящуюся рыданиями девицу, тряхнул головой и разжал хватку, словно только что пришел в себя.
Она тут же воспользовалась предоставленной возможностью и отползла к стене, старательно избегая смотреть ему в глаза.
- Я не хотел тебя пугать, - севшим голосом произнес вампир, поднимаясь с кровати. Он обошел ее вокруг, осторожно опустился на корточки возле сжавшейся в клубочек Кэролайн, которая продолжала судорожно всхлипывать, обнимая саму себя за плечи, и погладил ее по голове. – Ложись спать, - устало посоветовал он. – Сегодня я больше не приду, обещаю тебе.
Девушка никак не отреагировала на его слова, поэтому пришлось лично поучаствовать в ее «усыплении». Разом прекратив истерику небольшой волной Силы, он поборол в себе желание заставить юную особу сделать кое-что против воли, и спустя мгновение оказался на свежем воздухе, где думалось гораздо проще. Что это было? Хотелось бы знать…
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:18 | Сообщение # 36
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 26

Вампир прислонился спиной к дереву и постарался привести мысли в порядок. Сердце до сих пор болезненно сжималось в груди от каждого вдоха, заставляющего циркулировать в крови беснующееся множество запахов. Ее кожи, волос, дыхания… И от этого невозможно было сбежать. Он хотел вернуться, прямо сейчас! Распахнуть дверь комнаты, чтобы насладиться недавно утраченной возможностью быть… Кем, черт возьми? Героем-любовником? Мужчиной, жаждущим женщину, точно последнее благо дрянного мира? Да кто она такая, эта девчонка? Всего лишь человек, низшая каста существ, созданных для развлечения.
- Что-то все вокруг стали слишком часто прибегать к человечности, - разрушил предрассветную тишину приторно-сладкий голосок, выбив тем самым у Дамона живительную почву из-под ног.
- Разве я звал тебя? – грубо бросил он через плечо, без труда узнавая в неожиданной гостье Мисао. Ему даже не надо было оборачиваться, чтобы почувствовать ее раздражение. Их всегда злила его манера разговаривать в подобном тоне.
- Я не нуждаюсь в приглашениях, - презрительно сморщила остренький носик китсунша. – Ты простил достать одну безделицу, поэтому я и пришла.
- Я? Просил? – хохотнул он в ответ. – Ты что-то путаешь, рыжая. Мне не нужно преклоняться перед вами, жалкие морды.
- Хорошо, не просил, - спешно согласилась с ним лиса, пытаясь угадать его сегодняшнее настроение. Единственный бессмертный, с которым возникали сплошные трудности, стоял сейчас к ней спиной и казался удивительно спокойным, но это была всего лишь очередная маска. Мисао знавала, каким бывает его гнев. Точнее, сотая его часть, потому что в прошлый раз ей все же удалось вымолить прощение. – Я принесла его.
Она осторожно выглянула из-за широкого ствола дерева, до сих пор скрывавшего от нее выражения лица вампира, и натянула на лицо самую заискивающую улыбку из всех возможных. Настроение мужчины не понравилось ей изначально, а при взгляде на глаза становилось банально страшно.
- Опять в подобном виде? – лишь слегка повернул он голову в ее сторону. – Я предупреждал, что оторву тебе уши, если еще раз увижу этот рыжий наряд!
Китсунша пискнула что-то в ответ и вжала подбородок в грудь, одновременно с этим становясь как будто бы меньше ростом. Две минуты потребовалось на концентрацию, и вот уже перед ним стоит самая обычная на вид девушка, разве что с необычными волосами цвета воронового крыла, кончики которых отливали рубиново-красным. Да и глаза сохранили свою чуть раскосую форму.
- Я принесла то, что ты…, - запнулась на полуслове Мисао, лихорадочно соображая, каким именно словом заменить ненавистный вампиру глагол. – Они оба у меня.
- Оба? – мгновенно изменился в голосе мужчина. – Оба у тебя? И…ее кольцо? ЕЕ?
- Да, - тут же приободрилась невысокого роста девчушка, бесстрашно становясь прямо перед засветившимся от восторга бессмертным. – Хоть и возникло много сложностей…
- Давай сюда, - остановил ее на полуслове юноша, нетерпеливо вытягивая вперед немного подрагивающую от вожделения ладонь. Он столько лет искал его – кольцо матери, и сейчас не терпелось одеть его на руку, почувствовать на пальце холод металла, а вместе с тем его непередаваемое тепло. Катрина любила эту безделицу всем сердцем, гораздо больше собственного ребенка, и очень часто повторяла, что ей его не хватает.
Девушка в мгновение ока попыталась придумать хитрый план, чтобы остаться в хоть каком-то выигрыше (ведь ей пришлось приложить достаточное количество усилий, чтобы заполучить оба перстенечка), но уже ощутила, как нетерпение вампира медленно начинает перерастать в раздражение. Лишь клинический идиот мог пытаться продолжить опасные игры с Дамоном (а к их числу она никогда не принадлежала), поэтому в следующую секунду на ладони юноши оказалось сразу два небольших свертка.
- Какое ЕЕ? – полушепотом поинтересовался вампир, бросая уточняющий взгляд на остроносое личико девчушки.
- Правое, - нехотя буркнула она, поборов в себе желание назвать ему опасный по своим нынешним качествам перстень.
- Хорошо, - расцвел улыбкой мужчина, неуловимым движением руки убирая вожделенные безделицы во внутренний карман куртки. – А теперь поясни мне, будь любезна, каким образом ты сумела проморгать Стефана?
- Как? – выпучила глаза Мисао. – Ты знаешь?
А вот это уже не входило в ее планы, хотя рядом с этим юношей их вообще невозможно было осуществлять. Она представила себе, что он сделает с ней сразу после того, как получит ответы, и попыталась спастись бегством, мгновенно принимая привычный для себя облик. Но тот оказался гораздо стремительнее. Одна короткая волна Силы свалила ее с ног, повалив еще несколько оказавшихся на своем пути деревьев (до этого момента ей никогда не приходилось сталкиваться с подобной концентрацией мощи), следом сомкнулась где-то в области шеи и, точно пружина, вернула ее на место.
- Я знаю, - холодно ответил Дамон, хищно прищуривая глаза. – Мне известно о каждом твоем шаге. Тебе казалось, что это ты меня нашла. На самом же деле я сам тебя отыскал. Неужели не удосужилась поинтересоваться, где и как я жил все эти пять столетий?
Он был настолько спокоен и невозмутим, что китсунша позволила себе занервничать. Его способности…они не просто впечатляли, а поражали! Что за черт, в самом-то деле? Каким образом его Сила обрела телесную составляющую? Как он может притягивать к себе «вещи»? Какой еще к черту телекинез?
- Я знаю, где и с кем ты жил, - пискнула она в ответ, пытаясь разжать хватку невидимой руки, вцепившейся в горло. – Но Древние не обладают подобными знаниями…
- Ха! – грохнул чудовищным смехом вампир. – От Клауса я не узнал ровным счетом ничего. Ты хоть в курсе, что я всего лишь на половину вампир?
- Какую еще к черту половину?! – хрипло крикнула на него Мисао. – Это байки для бессмертных детишек. Может, отпустишь?
Мужчина склонил голову набок, точно прикидывая ее шансы на подобную благосклонность с его стороны, а потом одним четким движением глаз послал лису в полет до станции «Ближайшее дерево». Раздался глухой удар, тоненький писк с примесью емких японских словечек, но уже через секунду все стихло.
- Уважение к старшим! – как бы напомнил о необходимых приличиях вампир, натягивая на лицо извиняющуюся улыбку, которой всегда пользовался только ради того, чтобы как следует позлить собеседника. Настроение его поднималось с каждой секундой, и уже не терпелось поскорее вернуться в номер. Дальнейший план действий относительно молоденькой красотки, крепко спящей в эту самую секунду, четко стал прорисовываться в голове. Однако прежде надо было разобраться с лисой и ее неумением контролировать ситуацию. – Так что с моим недавним вопросом?
Лиса уже поднялась на ноги и принялась брезгливо отряхиваться, искоса поглядывая в сторону донельзя довольного собой и жизнью вампира. Чертов урод! Как смеет он так обращаться с ней? И тут же прикусила язык своему внутреннему голосу, потому что не могла точно сказать: умеет он читать мысли китсунов или нет.
- Я ведь говорила тебе, что Стефан выходит из-под контроля, - вежливо, но сердито напомнила она. – С Дамоном было гораздо проще, в нем больше злобы.
- Да я наслышан, - благодушно отозвался юноша, витавший мыслями где-то вдалеке от леса и разговора. Возможно, даже с кем-то. И он знал причины своей отрешенности: кольцо матери, покоящееся в этот момент в нагрудном кармане. Оно точно грело душу, заставляя заново переживать то, что заставило его придти сюда всего несколько десятков минут назад. – Значит, ты упустила его?
- Моей вины тут нет, - изо всех сил пыталась отбиться лиса от спешно сделанных выводов. – Ты сам заставил Алекса искать Сальваторе, и именно он определил одержимость. Что я по-твоему должна была делать? Спешно рвать когти из Европы, только чтобы успеть к моменту извлечения малаха? Ты просил сделать Дамону сюрприз, и я выполнила эту просьбу, - вновь забылась Мисао, о чем незамедлительно пожалела.
Короткий возглас: «Я никогда ничего не прошу», и ее тело прожгло болью такой силы, что зарябило в глазах.
- Прости, - во всю мощь легких завопила китсунша, сгибаясь пополам от невыносимых мучений. Мысль о том, что он делает это одним лишь взглядом, даже не удосужилась посетить ее мгновенно полыхнувший пожаром мучений разум.
- Ладно, я сегодня добрый, - лениво протянул мужчина, прекращая страдания рыжей бестии, так любившей играть с чужими эмоциями. Ей явно не пришлись по вкусу умения «подопечного», каковым она его считала до недавнего момента. До этой секунды он никогда не старался показать, кто командует парадом, и ее безумно радовала подобная мысль. Прежняя его привычка по-хамски разговаривать, будто китсуны грязь на любимых ботинках, теперь не казалась ей уж такой отвратительной. Даже наоборот, милой и обаятельной. – Рассказывай подробно, что и как произошло.
Лиса аккуратно прислонилась к дереву, продолжая вздрагивать всем телом при малейшем вдохе, и попыталась более-менее связно изложить свои видения, касающиеся семейной сценки: «Стефан, Дамон и малах».
- У них там мелодрама в трех действующих лицах, - ехидно начала она свой рассказ, выравнивая сбитое дыхание. – Не могут поделить девчонку, хотя я старалась помочь Стефану. Помогла ему изменить ее память, но это не слишком-то сработало. У девчонки есть Сила, причем в огромных для человека количествах.
- То есть? – слегка недопонял вампир ее сбивчивое объяснение.
- Ты вообще видел ее когда-нибудь? – устало поинтересовалась Мисао. Ответа она и не собиралась дожидаться, поэтому сразу же продолжила свою мысль. – Как только увидишь, поймешь о чем я говорю. Способностей у нее будет поболее, чем у трехсотлетнего вампира, вот только применять она их не умеет.
- Давай дальше, - отмахнулся юноша от ненужных подробностей. С Еленой он еще успеет разобраться в будущем. Сейчас гораздо важнее было понять происходящее.
- Та ламия, о которой я тебе говорила, - покорно продолжила китсунша. – Она заставила этого нытика отказаться от девчонки. Не знаю, что уж они там себе напридумывали, но вроде избавлялись таким способом от какого-то проклятия. И так получилось, что Стефан стал приходить в себя. Вроде как одумался, что ли… - задумчиво пробормотала она, вновь прокручивая в голове ту ночь.
Ему было больно, по-настоящему больно, что заставило проснуться все человечное и чуждое малаху. В младшем Сальваторе оказалось на порядок больше глупых чувств и переживаний, чем она могла себе представить. С самого начала его не получалось заставить делать все без дурацких вопросов, которыми сыпал юноша, как не удавалось и полностью взять его под свой контроль. Одному дьяволу известно, сколько сил пришлось потратить на «воспитание» в нем лютой злобы и ненависти. К каким ухищрениям приходилось прибегать, чтобы научить доставлять Елене боль. Сколько лжи и неправды необходимо было вбить в эту светлую головку, дабы затуманить сознание и исковеркать реальность. Шиничи блестяще с этим справлялся, а вот ей не удалось добиться нужного эффекта. И во всем опять же виноват был маленький негодник! Зачем было бросать пить человеческую кровь? Стоило на несколько дней упустить его из виду, по причине замаячившего на горизонте второго Дамона (видимо, ошибочно она считала тот день самым счастливым в жизни), как он тут же превратился в жалкий коврик мисс Гилберт, о который та с удовольствием терла стройные ножки. «Елена», «милая», «любовь моя» - ворковал Стефан, усиленно подметая хвостом пол за своей спиной. Удивительное дело, но этой девчонке без труда удавалось превращать любого вампира в жалкое подобие кровососущей твари.
- Так что в итоге произошло? – продолжал допытываться мужчина, порядком подуставший от ее сбивчивых размышлений, буквально пропитанных злобой. После такого вот «приятного» общения, к Кэролайн его и вовсе стало тянуть магнитом. Наткнувшись на эту светлую мысль у себя в голове, вампир решил серьезно задуматься над своим поведением в дальнейшем. Не хватало еще идти на поводу у эмоций.
- Дамон вытащил малаха, - нехотя выдавила из себя Мисао. – Но я не могла помешать!
- Это, как ни странно, я уже понял, - решил он подвести четкую черту под разговором. – Когда я получу Елену?
Лиса вздрогнула от неожиданности, словно больше всего боялась услышать именно этот вопрос. Глазки-бусинки забегали из стороны в сторону, пытаясь отыскать достаточно весомую причину, способную стать удовлетворительным ответом, но таковой не оказалось поблизости.
- Она, видишь ли, немного недоступна сейчас, - шепотом отозвалась она. – Дамон увез ее из Феллс-Черча.
- Так привези ее обратно! – повелительным тоном приказал юноша, лицо которого налилось злостью. – Я устал торчать здесь без дела!
- Я не могу, - обреченно призналась китсунша. – С ним мне ни за что не справится в одиночку, а если поблизости окажется еще и итальянка…
- Кто? – уточнил вампир, впервые услышав о какой-то жительнице Сицилии.
- Франческа, - пояснила Мисао. – Та ламия, что была в ангаре.
Дамон растянул губы в довольной улыбке. Ему уже несколько раз приходилось слышать об этой девице, но лично познакомиться так ни разу и не вышло, а это уже было огромным упущением. С бессмертными гораздо интереснее играть в охотника и жертву (к слову, одна из любимейших его забав), и строптивые милашки вживаются в роль великих мучениц лучше всего. В них столько агрессии, неподчинения и тяги к жизни, что иногда просто невозможно вовремя остановится, дабы избежать жертв.
- В общем, можешь проваливать, - ласково пожелал напоследок мужчина, совершенно открыто поворачиваясь к лисе спиной. Он знал, что она не рискнет применить к нему излюбленные фокусы только по одной причине: его «ответ» станет для нее смертельным. – Ах, да! Чуть не забыл, - обернулся он вполоборота, действительно вспоминая о небольшой услуге, которую должна была оказать ему лисица. Как бы взамен за испорченное настроение. – Мне нужно пару средств из твоих запасов.
- Что именно? – тут же насторожилась она.
- Для заживления ран, - хитро подмигнул ей Дамон. – Через два часа не получу заветный пузырек, начну расстраиваться.
Мисао буркнула нечто вроде: «Будет тебе пузырек», щелкнула пальцем и с громким хлопком растворилась в воздухе, оставив полностью довольного собой и разговором вампира на съедение собственным желаниям. Он уже знал, чем закончиться сегодняшний день для мирно спящей в номере гостиницы девицы. Даже если придется пользоваться Силой.

Вампир остановил машину посреди леса, убедился в том, что Елена спит наикрепчайшим образом, и тихо выбрался наружу, одновременно пытаясь ответить сразу на несколько простых вопросов. Оставлять ли Бугатти здесь? Дальше она все равно не сумеет пробраться (во всяком случае, своим ходом уж точно) из-за слишком низкой посадки, а в ручную тащить ее около пары километров не хотелось. Далее. Будить принцессу, чтобы спросить ее мнение о предполагаемом месте отдыха или устроить утром грандиозный сюрприз? Второе, конечно, предпочтительнее, но ей ведь может и не понравится здесь, что само по себе было исключающим фактором покупки милого особнячка. Решив дать девушке полноценный двухчасовой отдых, он бережно вытащил ее из автомобиля, закинул руки к себе на плечи и крепко прижал к груди. Выглядела она просто восхитительно, да и как могло быть иначе? За все то время, что прошло с момента скорого «отъезда» Стефана на каникулы к китсунам, у нее было слишком мало поводов для веселья и искренней радости. В большинстве своем, именно поэтому Дамон согласился на эту спонтанную поездку. Да и был ли у него иной выбор? Он обещал себе, что сделает ее по-настоящему счастливой, а этот небольшой отдых казался кратчайшей дорожкой к намеченной цели.
- Мы приехали? – не открывая глаз, спросила Елена, крепче прижимаясь щекой к его плечу. – Почему ты меня не разбудил? Так было интересно узнать дорогу к самому райскому местечку на земле…
Она раздосадовано вздохнула, при этом даже не пытаясь скрывать широкую улыбку. Свежий воздух, теплые руки, любимое дыхание, ровный стук сердца самого дорогого ей мужчины, где-то впереди ее ждет симпатичный домик, который она уже полюбила всей душой. Разве у нее есть хоть один повод для грусти?
- Я решил немного подстраховаться, - шепотом ответил вампир, точно боялся громкими интонациями разрушить ее блаженное состояние. – Вдруг ты надумаешь сбежать от меня? А без детального знания здешней географии шансов скрыться от вездесущего бессмертного у тебя минус ноль.
- Я? Надумаю сбежать? – расхохоталась девушка, поднимая веки. – Напомнишь мне серьезно поговорить с Фрэнки, когда вернемся? – неожиданно добавила она, самым внимательным образом осматриваясь по сторонам. Хотя толку от этого было мало. Сегодняшняя ночь выдалась безлунной, а лес был таким густым, что разглядеть что-то в кромешной тьме возможным не представлялось.
- О чем ты собралась с ней разговаривать? – слегка удивился Дамон.
- О том, насколько некрасиво внушать тебе мысль о моей непроходимой глупости, - на полном серьезе заявила блондинка, стараясь высвободиться из объятий мужчины, дабы немного размять ноги полезной ходьбой по ночным дебрям. – Даже не думай, что так легко сможешь когда-нибудь от меня отделаться. Сбегу я от тебя только в одном случае: если ты не перестанешь везде и всюду таскать меня на руках, словно маленького ребенка! Со стороны, конечно, это смотрится восхитительно, но на деле выходит отвратительно. У меня уже развивается комплекс неполноценности, - жалобно пробормотала она, одаряя юношу таким печальным взглядом, что тот невольно ощутил себя последним чудовищем.
- У тебя вздорный характер, - язвительно буркнул вампир, опуская капризницу на землю. И тут же отошел от нее на несколько шагов назад, чтобы на деле доказать ей парочку прописных истин. – Если сейчас ты без труда пройдешь эти три метра, ни разу не оступившись, я обещаю, что впредь буду обходиться без…
- Да запросто! – она не стала дослушивать его до конца, и с гордо поднятой головой зашагала навстречу любимому, явно не задумываясь о наличии «подводных камней». Вряд ли ее мужчина способен был пойти на такие уступки, не удостоверившись в собственной безоговорочной победе. Все всегда и везде должно было идти лишь по его сценарию, и Елене стоило бы помнить об этой черте характере Сальваторе-старшего, но она слишком понадеялась на свою интуицию, и буквально через два шага пожалела об этом. Нога, обутая в неподходящие для лесных прогулок босоножки на невысоком каблуке, зацепилась за что-то твердое, тело тут же потеряло равновесие, которое блондинка постаралась восстановить энергичными взмахами обеих рук, и уже через секунду она вновь оказалась в томительно теплых и нежных объятиях.
- Еще претензии будут? – криво ухмыльнулся Дамон, уж слишком довольный столь неожиданным для девушки поворотом событий.
- Ты специально это сделал! – надула она пухлые губки, изображая на лице самое несчастное выражение. – И получается, что обманул меня. А это уже нечестно!
- Девочка моя, ну я же не виноват в том, что ты не смотрела под ноги, - сделал справедливое замечание вампир, со смехом наблюдая за ее стараниями отыграть роль обиженной особы до конца. Она изо всех сил боролась с искушением обнять его, и даже сумела в порыве якобы злости скрестить руки на груди, вот только никак не могла отвести от его лица по уши влюбленного взгляда, что делало и без того жалкие попытки еще более комичными. – И ты прекрасно знаешь, как я люблю тебя беспомощную, - ласково добавил он, целуя задранный вверх носик.
За всеми разговорами они оба не заметили, как добрались до места назначения. Среди деревьев показался фасад немного обычного на первый взгляд двухэтажного дома, а до острого слуха стал доноситься шепчущий шум воды.
- Я только рядом с тобой такая, - продолжила Елена «обижаться», явно не замечая небольших изменений в лице вампира. – Хотя мне гораздо привычнее…
Она осеклась на полуслове, едва заметила ускользающий от нее интерес мужчины, который боковым зрением старался уловить как можно больше подробностей об их новом жилище. Скрыть свое ликование в полной мере ему не удалось, поэтому в следующую секунду девушка уже оказалась на ногах, столь заботливо повернутая в сторону милого особнячка.
Конечно, детально рассмотреть что-либо в кромешной темноте было невозможно, но кое-что все же привлекло ее внимание. Дом был великолепен уже благодаря тем воспоминаниям, которые ему придется хранить в себе до скончания времен, но даже если опустить этот очевидный факт – ему все равно не было равных.
Отделан он был немного старомодно, что только придавало зданию уютный вид. Просторная веранда, заставленная плетеной мебелью, бросалась в глаза в первую очередь. Именно о таких стульях, столике и даже небольшом диванчике она мечтала, и в здешней обстановке они выглядели более чем уместно. Не доставало только теплого пледа, мягких подушек, чашек с дымящимся кофе и корзинки с исходящими аппетитным запахом булочками.
Елена и сама не заметила, как взлетела вверх по ступенькам, задним числом отмечая следующего за ней по пятам вампира, и тут же опробовала одно из приставленных к стене кресел-качалок.
- Мне уже нравится! – просияла она широкой улыбкой.
- Неужели даже внутри смотреть не будешь? – деланно удивился Дамон, присаживаясь рядом с ней на корточки. Он, конечно, знал о внутреннем убранстве дома и не ожидал каких-то кардинальных сюрпризов. Никакие дворцы не в состоянии были скрасить его жизнь так, как это делала сидящая рядом девушка.
- Так ведь продавец еще не приехал, - блеснула она глубиной логических мышлений, обвивая руками шею мужчины. – Уж не собираешься ли ты забраться в чужой дом?
- Только если ты меня об этом очень ласково попросишь, - просиял в свою очередь мужчина, легко перетягивая ее из кресла к себе на колени.
- С удовольствием! – поддержала она вампира и как бы в подтверждение своим словам накрыла его губы нежным поцелуем, с особым наслаждением опуская веки вниз. И тут же заметила за спиной мужчины какое-то движение.
- Доброй ночи, молодые люди! – раздался совершенно неуместный в столь ранний час в лесу чуть хрипловатый мужской голос, заставивший юношу слишком уж резко обернуться, быстро возвращая Елену обратно в кресло.
Скорее по привычке, нежели из соображений безопасности, он закрыл ее своей спиной и стал внимательно вглядываться в идущего прямо им навстречу коротконогого мужчину с объемным животом любителя пива.
- Простите, немного задержался, - запыхавшись крикнул он, с трудом пробираясь к узенькой тропинке, ведущей к дому. Судя по всему, это и был продавец. – Случайно не ваша машина стоит там посреди леса? Мне из-за этого пришлось идти пешком.
- Моя, - холодно и отстраненно ответил Дамон, расслабляя напряженное тело. Видимо, произносить еще что-то он вовсе даже не собирался, выражая тем самым свое истинное отношение к шумно дышащему мужчине.
- Бугатти Вейрон, если меня не подводит старческое зрение? – скорее утвердительно спросил он, наконец добредя до подъездной аллеи дома. Скорее всего, большую часть дороги он проделал бегом, и автомобиль предполагаемых покупателей послужил толчком к такой торопливости.
Мужчина устало облокотился на перила лестницы, старательно выравнивая сбитое дыхание, и наградил вампира изучающим взглядом. Девушка могла поклясться, что слышит равномерные щелчки воображаемого калькулятора, дотошно оценивающего неброскую на вид одежду юноши. Полностью удовлетворившись примерной стоимостью одних лишь ботинок, он просиял самой искренней на вид улыбкой, и осторожно заглянул за спину до сих пор молчавшего собеседника.
- Здравствуйте, мисс, - радостно поприветствовал он блондинку, пытаясь наладить словесный контакт хотя бы с одним из них.
- Миссис, - спокойно поправила его девушка, чуть более надменным тоном, чем требовалось. Затем поднялась с кресла, неспешно вышла из-под «прикрытия» бессмертного, и протянула мужчине изящную ладонь. – Миссис Сальваторе. И вы абсолютно правы насчет машины.
Дамон закатил глаза, но сумел подавить в себе фырканье. Елена Гилберт в любой ситуации умудрялась оставаться сама собой.
Продавец с огромным удовольствием кинулся жать руку девушки, но был бесцеремонно остановлен чудовищно злым взглядом колючих черных глаз.
- Мы хотели бы посмотреть дом, - ледяным тоном произнес юноша.
- А, ну да, - растеряно пробормотал мужчина, переминаясь с ноги на ногу. – Меня зовут Джон Кьюсак, и перед вами один из самых отличнейших загородных домов в этой части штата, - решил он перейти сразу к делу, на ходу доставая из кармана потертых джинсов ключи от входной двери. – Он построен совсем недавно. Интерьером и декорированием лично занималась моя супруга, и уверяю вас, она женщина с отличным вкусом. Большой холл, гостиная, столовая. Библиотека на втором этаже. Бильярдная, прачечная, бассейн на цокольном. Наверху четыре спальни, каждая из них с отдельной ванной и две гостевых комнаты. Одна на первом, другая на втором этажах. Участок большой, простирается до самого озера. По документам мне принадлежит половина гектара, но фактически землю никто не мерил, и вся она находится в собственности домовладения. На берегу я построил…, - немного нервно говорил он, попеременно открывая дверь той или иной комнаты, с каждым мгновением увеличивая в размерах желание Елены остаться жить здесь навсегда.
Девушка не решалась прямо заявить своему мужчине, что не согласна ни на какие другие предложения и хочет только этот дом, но очень надеялась на его способности к чтению мыслей. Просто ей казалось, что будет правильнее, если окончательное решение примет Дамон.
- Спасибо, нас все устраивает, - совсем уж агрессивно перебил он Джона, с маниакальной тщательностью всматриваясь в каждое движение девушки, чтобы быть полностью уверенным в ее реакции. Не было никакой необходимости пользоваться Силой, дабы ощутить ее щенячий восторг. После небольшой прогулки по цокольному этажу и секундным любованием скромного бассейна с чуть мутноватой водой, блондинка перестала дергать его за руку и удостоила самым умоляющим взглядом, на который были способным эти чудные фиалковые глаза.
- Давайте тогда посмотрим спальни и гостевые комнаты, а потом приступим к подписанию бумаг, - уже с меньшим воодушевлением предложил мистер Кьюсак, растерявший весь свой восторг в считанные секунды. Грубость вампира казалась ему чем-то вопиюще невежественным, но он старался не показывать виду.
Елена уже рванулась наверх, осматривать самую важную для них часть дома, когда была остановлена ласковым, но настойчивым поглаживаем ладони. «Позже, моя принцесса. Без чертовых свидетелей» - раздался в голове наполненный нежностью голос мужчины, который не сумел удержаться и заговорщически ей подмигнул.
- Перейдем сразу к бумагам, - все так же немногословно произнес он, вновь переключая внимание на стену чуть левее головы продавца. – Ваша цена?
- Двести тысяч, - деловито отозвался Джон, носовым платком убирая скопившееся на лбу капельки пота. – В объявлении, разумеется, была указана иная цифра, по которой этот дом уже был продан. В связи с чем у меня возникли некоторые трудности с прежними владельцами, поэтому я слегка поднял планку, чтобы покрыть ею…
- Хорошо, - Дамон лениво отмахнулся от ненужных сведений, доставая из нагрудного кармана небольшую книжицу в дорогом кожаном переплете. Быстро написав на одном из листков пару строк, он вырвал его и протянул мужчине. – Оставшуюся часть я заплачу наличными.
Тот в свою очередь пробежал глазами написанное, а потом громко расхохотался.
- Да вы большой шутник, мистер Сальваторе, - добродушно сказал он, вновь опуская взгляд на бумажку, оказавшейся на поверку банковским чеком с вписанной туда аккуратным почерком суммой, равной пятистам тысячам. – Это ведь розыгрыш?
- Не думаю, что похож на шутника, - брезгливо отвернулся вампир.
Елене захотелось поскорее отделаться от мужчины, столь усиленно портившего настроение ее вампиру. Да и вообще, хотелось получить возможность засунуть любопытный носик за каждую дверцу уже полюбившегося особнячка, до рассвета успеть прогуляться вдоль озера и как следует насладиться улыбкой любимого, а не его угрожающим голосом и колким взглядом оголодавшего хищника.
- Милый, - осторожно начала она, двумя руками хватаясь за руку юноши. – Деньги в машине? Мы с мистером Кьюсаком можем туда сходить, а ты…
- Они у входа, моя принцесса, - ласково перебил он ее. Оказывается, в эту секунду они думали примерно об одном и том же – когда их уже оставят наедине?!
Девушке явно не терпелось поделиться не только впечатлениями, но и большим количеством эмоций, поэтому она тут же выбежала из гостиной, не без опаски оставляя Дамона наедине с шумно вздыхающим мужчиной. Казалось, что дар речи он обретет еще нескоро. Во всяком случае, пока не удостоверится, что все это реальность, а не плод его буйной фантазии. Подсознание по-прежнему терзалось мыслью о том, что значат слова об оставшейся части суммы, которую он получит наличными.
Вампир старался не прислушиваться к размышлениям неприятного каждой клеточке его тела мужчины, подчеркнуто спокойно дожидаясь возвращения блондинки, которая показалась всего через несколько секунд, держа в руках небольшую спортивную сумку.
- Это теперь ваше, сэр, - просияла она, протягивая ошалевшему от всего происходящего продавцу довольно легкую ношу, доверху набитую свежеотпечатанными стодолларовыми купюрами. – А нам хотелось бы получить документы. Вы пересчитывать будите?
Джон странно на нее покосился, о чем буквально сразу же пожалел. Юноша не сумел сдержаться и очень отчетливо, даже для человеческого слуха, зарычал.
- Там ровно полмиллиона, - процедил он сквозь зубы. – А теперь проваливайте!
Мистер Кьюсак хотел было возмутиться, что, мол, пока еще не удостоверился в подлинности денег, да и чек вызывает у него огромные сомнения, как и сами покупатели. Возможно, готов был даже задать вопрос о том, зачем им платить цену, в пять раз превышающую названную, и сможет ли он вообще обналичить выписанный чек на столь крупную сумму без участия владельца счета. Но вампир уже потерял последние остатки терпения и с минуты на минуту готов был окончательно потерять человечность в глазах любимой девушки.
Неожиданно для Елены лицо мужчины разгладилось, из взгляда пропала настороженность и недоверие, а широкая улыбка вновь заняла свое прежнее место. Он что-то тихо пробормотал себе под нос, достал из нагрудного кармана вчетверо сложенные листы бумаг, поставил на нескольких из них свою подпись, а затем протянул их Дамону.
- Искренне поздравляю вас, мистер Сальваторе, со столь выгодным вложением капитала, - добродушно заявил он, вытягивая вперед короткопалую ладонь. – Рад был сотрудничеству! Долгих и счастливых лет семейной жизни вам и вашей очаровательной супруге в этом уютном гнездышке! Помнится, мы с женой были здесь без ума друг от друга! И знаете, все наши дети…
- Когда вы уже наконец уйдете? – в лоб спросил юноша, не собираясь и дальше слушать явно лишние подробности о жизни в этом доме.
- Ох, да! Простите мне мою навязчивость, - спохватился Джон, одаряя Елену извиняющейся улыбкой. – Понимаю, дело молодое…
Вампир поджал губы, точно серьезно о чем-то задумался, потом подхватил девушку на руки и направился к лестнице, чтобы подняться на второй этаж.
- Какой ты у меня невоспитанный, - засмеялась она, с удовольствием укладывая голову на его плече. – Нельзя же вот так просо взять и выгнать человека.
- Поверь мне, моя девочка, - зловеще прошипел Дамон, - Ему еще очень сильно повезло. В следующий раз я буду покупать дом через агентство.
- В какой еще следующий раз? – удивилась блондинка. – Тебе недостаточно этого?
Они уже дошли до двери одной из четырех спален, но входить не спешили – хотелось сначала поделиться впечатлениями насчет уже увиденной части здания.
- Когда-то давно я обещал тебе весь мир, - уклончиво ответил мужчина. – И ты знаешь, что это не просто красивые слова. А теперь о более важном, - легко сменил он тему, заметив в глазах своей принцессы настойчивое желание спорить. – Тебе здесь нравится?
- Очень! – с воодушевлением произнесла она, окидывая многозначительным взглядом стены. – Только есть небольшое «но». Дом ведь деревянный…А ты однажды говорил…
Ей всегда казалось глупым говорить то, что приходит в голову. И еще глупее это выглядело в те моменты, когда приходилось задумываться над сущностью любимого. Вроде она уже достаточно знает о бессмертных, но все равно постоянно попадает в дурацкие ситуации. Внутренняя отделка здания пришлась ей по вкусу, однако ее мужчине все же что-то должно было не понравиться. И дело даже не в очевидной симпатии предыдущих владельцев к естественным материалам (в большинстве своем преобладало именно дерево), а в не слишком благодушном настроении вампира. У нее появилось ощущение, будто ему здесь становится не по себе.
- Девочка моя, это такие мелочи, - рассмеялся Дамон. – Мое настроение мы исправим чуть позже, когда закончим осмотр одной комнаты, ради которой я и привез тебя сюда.
- Тогда, может, сделаем это прямо сейчас? – лукаво подмигнула ему девушка, задним числом отмечая, как предательски покраснели щеки. – Кстати, о бильярдной…
- Тс-с, - аккуратно приложил он указательный палец к пухленьким губкам. – Дай мне просто насладиться твоим восторгом.
Она послушно кивнула, вся сжимаясь от предвкушения дикой радости, и с замиранием сердца закрыла глаза, давая вампиру возможность внести ее в комнату и наконец поставить на ноги.
- Моей принцессе, - тихо шепнул он ей на ухо, как бы подталкивая оглядеться по сторонам, что девушка послушно и сделала.
Наверное, ей никогда не определить, что удивило ее больше всего: наличие воплощения ее мечты о такой вот комнате, с ТАКОЙ вот кроватью, находящейся на пятисантиметровом подиуме; зеркальный потолок парящий на высоте более трех метров; огромный белый ковер с длинным ворсом; или все вместе взятое. Глаза забегали из стороны в сторону, а из горла постоянно вырывалось нечто вроде: «Ой, мамочки».
Огромное двухметровое ложе, заваленное думками и подушками самой причудливой формы, было застелено вызывающе-красным покрывалом. Вообще вся спальня была выполнена в бело-розово-алой гамме, но при этом не казалась вульгарной или неуютной, наоборот, теплой, свежей и манящей.
Елена не могла определиться со своими ощущениями, поэтому поскорее перевела взгляд на противоположную стену, целиком состоящую из окон и, о чудо, двери на балкон (хотя это пятнадцатиметровое пространство язык не поворачивался называть подобным образом). Судя по всему, эта комната была самой большой в доме, о чем свидетельствовало наличие сразу трех окон, с пока еще задернутыми тяжелыми бархатными портьерами оттенка бургундского вина, ниспадающими от потолка до пола.
Девушка шумно вдохнула, представляя себе все великолепие спальни в свете дня, а потом тут же вспомнила, что им обоим еще не скоро удастся насладиться солнечными лучами, и эта идея тут же потеряла свое очарование.
К ее безумной радости, комната не была нагружена мебелью до отказа. Основной акцент пришелся на кровать-монстр, массивные платяные шкафы из красного дерева, на удивление очень гармонично вписывающиеся в интерьер, и изящный туалетный столик с большим зеркалом в красивой резной раме. Остальная же часть представляла собой голое пространство, точно прежние владельцы решили оставить Елене место для безграничного полета фантазии. Хотя ей определенно нравилась комната и в нынешнем положении.
- Я теперь понимаю, почему именно этот дом, - наконец сумела произнести она вслух нечто связное, оглядываясь на растянувшего губы в довольной улыбке Дамона. – Никогда не знала, что настолько люблю красный цвет.
И это было чистейшей правдой. Ей больше по душе приходились более спокойные и холодные тона, а сейчас казалось, что лучше алого оттенка и не существует.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:19 | Сообщение # 37
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
- Это все? – холодно поинтересовался вампир. – Ни «спасибо, любимый», ни поцелуя для самого идеального бессмертного. Знаешь, я начинаю расстраиваться, - деланно надулся он, собираясь принимать заслуженные «благодарности» с невозмутимым видом обиженной добродетели.
Девушка прикусила щеку с внутренней стороны, искренне боясь рассмеяться во весь голос. Словами невозможно передать, до чего ее иногда забавляла манера юноши обижаться. Он становился таким несчастным, что способен был растопить сердце самой циничной особы, а уж о ней и говорить нечего. С коротким визгом: «Прости меня, пожалуйста!», она кинулась ему на шею, хоть и не ожидала от себя подобной стремительности. Вампир схватил ее на руки, а потом как будто бы нечаянно упал на спину, точно не сумел удержаться на ногах. К счастью, на месте «приземления» не оказалось никаких посторонних предметов, а толстый ковер послужил хорошим амортизатором.
- Вроде, первой полагается оценивать кровать, - хохотнула блондинка, не успев как следует испугаться.
- Чуть позже, - отмахнулся от ее предложения мужчина, нежно убирая за спину немного мешающие придирчивому осмотру любимого лица длинные волосы. В кои-то веки у них имеется потрясающая возможность насладиться друг другом, не обращая никакого внимания на время, и это не могло не радовать.
- Я даже спорить не стану, - коварно улыбнулась Елена, обхватывая ладонями бледные щеки. – У тебя безупречный вкус, любимый, потому что мне действительно нравится этот дом, - игривый поцелуй заменил собой недосказанное «спасибо». – Я без ума от этой комнаты, потому что в моих мечтах спальня выглядит примерно также, - еще одно «спасибо» сбило ровное дыхание и сильно спутало мысли. – И именно здесь я хочу получить назад принадлежащую мне по праву вещь, - по-своему решила она воспользоваться положением, нарочно медленно стягивая с себя водолазку. Один из самых безотказных способов добиться от Дамон всего – как следует наиграться с его воображением. – Ты ведь вернешь мне кольцо?
Это был скорее не вопрос, но все же она хотела услышать на него ответ, хоть и не слишком-то надеялась на успех «мероприятия». Стоило ей отбросить в сторону ставшую ненужной кофточку, как на руках сомкнулись сильные пальцы, а сама она уже лежала на спине, каким-то невероятным образом отмечая про себя удивительную мягкость коврового ворса.
- У меня его нет, - едва ли не раздраженно произнес вампир, одновременно с этим убирая ее руки за голову, чтобы лишний раз обезопасить себя от сомнительных соблазнов позволить ей и дальше «вертеть» собой в разные стороны. – А ты, маленькая шантажистка, понятия не имеешь, с кем связалась.
- Я наслышана о вашем отвратительном характере, мистер Сальваторе, - на выдохе пробормотала она, стараясь не потерять способность к речи, потому что именно в эту секунду мужчина раз и навсегда решил расставить все точки над i. От груди до живота прошлась тоненькая дорожка поцелуев, заставив ее закрыть глаза от удовольствия. – Верни мне его, сию секунду! Подарки отбирать нечестно, - как бы пожаловалась она, вслушиваясь в звук расстегивающегося замка на своих джинсах. Девушка понимала, что это значит, и изо всех сил старалась захватить инициативу, пока окончательно не лишилась возможности соображать.
- Знаешь, звучит это чудовищно пошло, - мгновенно оказался он возле ее шеи, покрывая короткими поцелуями правое плечико. – Но я все же скажу: отработай!
Елена не заметила в его интонациях и намека на пошлость, а вот вызов в этом коротком слове определенно имелся. Вроде как он пытался взять ее на слабО, и ничуть в этом не преуспел. Коротко взвизгнув, она прижалась к нему всем телом, обвила ногами за талию и принялась планомерно выстраивать свое будущее, целенаправленно следуя к поставленной цели: «Стать миссис Сальваторе».

Франческа сидела за столом на кухне и пыталась заставить себя пить отвратительный по своим вкусовым качествам чай, больше всего напоминающий дорожную пыль со склонов Индии, нежели благородный напиток чопорных англичан. Она тихо (лишь внешне) умирала от скуки в уже умершем от нее же городишке. Чем занять океан свободного времени она не знала. Кэтти спокойно спала в хозяйской комнате, Стефан убивал досуг воспоминаниями о Елене (словами не передать более чем скептическое отношение девушки к этому занятию), а ей предлагалось веселиться в одиночку, вот только никто не удосужился посетовать, как именно это сделать. Оставалось лишь искренно надеяться, что ее друг в эту самую секунду выглядит гораздо счастливее.
Брезгливо отодвинув от себя чашку с вонючей жидкостью, итальянка поднялась на ноги и стала неторопливо прохаживаться от одной стене к другой. Через две недели можно будет смело поздравлять себя с триста шестьдесят пятым юбилеем, вот только ее совершенно не радовало грядущее событие. Дамон, конечно же, не забудет вручить подарок, обязательно сообщит об этом светлом «празднике» Елене, а значит, отвертеться никак не получится. Только вот сумеет ли она оказаться дома до заветной даты? Хотелось бы верить, иначе из ее жизни пропадет последняя радость, в числе которых стояло и посещение раз в году особнячка Остина. Последнее время, он что-то уж слишком часто стал мелькать у нее в подсознании – плохой признак…
Девушка наткнулась глазами на свое отражение в дверце одного из шкафчиков и невесело улыбнулась. Выглядела она, прямо скажем, отвратительно. Грустная, усталая, в какой-то степени обиженная, слишком задумчивая… А где, простите, сама Фрэн? Жизнерадостная вампирша с острым язычком и любовью ко всем окружающим! Скорее всего, так на нее действует затянувшаяся на все утро депрессия Стефана.
Неожиданно на смену удивлению пришла злость. Сколько можно пилить ее мозг тупыми картинками Елены двухлетней давности? Если оба Сальваторе двинулись на ней, это еще вовсе не показатель того, что все должны поступить так же!
Приняв самое правильное на ее взгляд решение, Фрэнки шумно затопала по лестнице, стремительно приближаясь к комнате того, кому сейчас мало не покажется! Короткий стук в дверь, и она без дальнейших реверансов распахнула ее, буквально с кулаками набросившись на чуть растерявшегося от ее внезапности вампира.
- Когда ты наконец поймешь, что это бесполезно? – злобно прошипела она, почти касаясь кончиком носа его лица. – Что толку сидеть часами в комнате и упиваться своим несчастьем? Жизнь закончилась с уходом блондинки? Вот и правильно, что нет! Выйди на улицу, черт возьми! Напейся крови и выкини из себя эту проклятую жалость! Ведешь себя как последний… - она шумно выдохнула и не стала договаривать до конца, и без того считая свою речь излишне агрессивной.
Кажется, Стефан даже не заметил ее появления, продолжая смотреть куда-то в далекую даль. Слышал ли он ее слова? Собирался ли реагировать? Вероятно, нет, потому что на это требовалось определенное количество сил, коими он не обладал. Ему хотелось уйти в себя как можно глубже, закрыться от действительности, спрятаться в непробиваемый панцирь и забыться – вычеркнуть из себя все живое, что болезненно вздрагивало при каждом вдохе, искоренить способность чувствовать и мыслить, точно что-то бесхозное, а главное, навсегда избавиться от любых эмоциональных проявлений, чтобы не подвергать свое истерзанное сердце беспощадной твари с именем Любовь.
Фрэнки тяжело вздохнула, отодвигаясь на почтительное расстояние. Однако! Пустым местом для мужчины ей еще не приходилось бывать, но младший Сальваторе заботливо доказал девушке и подобную вероятность. Опустившись на краешек кровати, она ощутила усталость во всем теле, которая не позволила ей в этот же момент вылететь из комнаты с назойливым желанием на всех парах нестись в аэропорт, дабы приобрести билет в один конец до солнечной Италии. Две недели под солнцем, где-нибудь в Вене могли бы пойти ей на пользу, но сейчас не хотелось думать даже об этом. Юношу жалко было до слез, но еще больше она печалилась о собственной участи. Ко дню возвращения Дамона ей угрожает серьезная опасность в виде продолжительной депрессии, в которую планомерно загонял ее вид страдающего вампира.
Итальянка сама не заметила, как погрузилась в какое-то задумчиво-полусонное состояние, моментально заставившее ее опустить голову на подушку и закрыть глаза. Какой все-таки ужас! Сальваторе решили извести ее на нет своими экстравагантными выходками. Один постоянно отказывается считаться с ее мнением, второй вообще делает вид, будто ничего не замечает. Чудно, блин! И добавить больше нечего.
- Черт бы вас всех побрал, - злобно буркнула она, поворачиваясь лицом к Стефану. И тут же пожалела об этом, потому что вновь наткнулась на его застекленевший взгляд. – Ты живой вообще? – злорадно спросила она, собираясь в следующую секунду ущипнуть его за щеку.
«Спящий красавец» (а именно его он сейчас напоминал) неожиданно перехватил ее ладонь и прижался губами к запястью, делая чудовищно шумный вдох, точно пытался целиком поглотить весь имеющийся в комнате воздух. Говорить он ничего не собирался, продолжая усиленно вдыхать в себя запах кожи девушки с сочными цветочными нотками.
- Послушай, Стефан, - попробовала вывести его из состояния транса вампирша, терпеливо выждав триста с лишним секунд подобных нюхательных процедур. – Я, конечно, понимаю, что у тебя в голове живет табор тараканов, но всему есть предел. Не мог бы ты перестать слюнявить мне руку?
Мужчина как будто бы нехотя поднял на нее тусклый взор болотного цвета глаз (помнится, еще с утра они были изумрудно-зелеными), а следом крепко прижал ее ладонь к своей щеке, вызвав тем самым на себя очередную порцию негодования итальянки.
- Я тащусь с тебя, подросток, - зло сверкнула она оскаленными зубами. – Обогреватель можно купить в любом магазине бытовой техники, а мне, уж будь добр, позволь уйти. Участвовать в твоем идиотизме я не собираюсь, превращаться в сырую лужицу из жалости и сострадания тоже. Пусти! – яростно попыталась она вырвать руку, но неожиданно натолкнулась на серьезное сопротивление.
Нет, юноша не был грубым, но отпускать ее не спешил по неизвестным для себя причинам. С ней он чувствовал себя в разы лучше, и с каждым мгновением тупая боль в груди становилась чуточку менее болезненной. Но все это происходило лишь в присутствии Франчески, которую стали раздражать эти дурацкие игры в молчанку.
Она предприняла еще несколько попыток избавиться от цепкой хватки мужчины, а потом, к своему огромному удивлению, сдалась. Просто легла рядом, обвила свободной рукой широкую грудь (обычному человеку вряд ли под силу пролежать в такой позе больше двух секунд) и закрыла глаза, что отнюдь не помешало языку чувствовать себя в своей стихии.
- Странный ты, Стефан, - бормотала она себе под нос, вслушиваясь в его неровное дыхание. – Боишься признаться самому себе в очевидных вещах, стараешься спрятаться от действительности и вообще ведешь себя глупо. По мне так если кто-то нравится, гораздо проще прямо об этом сказать, чем издеваться над собой и дальше. Думаешь, оскорбишь блондинку? Лично мне кажется, что ей станет намного легче, когда ты перестанешь пускать по ней слюни-сопли.
Конечно, ей могло и показаться, но вампир издал нечто вроде смешка и сполз чуть ниже, чтобы позволить Фрэнки немного расслабиться, а не держать руку на весу.
- Знаю, что я не лучший вариант собеседника на душевные темы, но все же советую изложить проблему внятно, а там глядишь и помогу чем, - предложила она, искренне надеясь на отказ со стороны младшего Сальваторе. Ей совершенно не импонировала идея выступить в роли психоаналитика, но хотя бы из простой вежливости все же стоило предложить свои услуги. Во всяком случае, другой способ отвлечься она пока испробовать не хотела. Уж слишком правильный представитель сильного пола лежал рядом с ней.
- Ты итак все прекрасно знаешь, - наконец сумел произнести он что-то вслух, не опасаясь выглядеть при этом последним нытиком.
- Но это не мешает тебе мысленно носиться по кругу из «Люблю-должен простить/отпустить-а как дальше жить?», - укорила его вампирша. – Может, пойдем поедим? Видит дьявол, мне станет чуточку легче терпеть тебя на сытый желудок. Возможно, я даже сумею принять участие в твоих высокоморальных сценках о невозможности измены даже в случае расставания.
- Это тут ни при чем, - отмахнулся Стефан от скоропалительных выводов.
- А что при чем? – удивилась девушка. – Уйти ты мне не даешь, кормить не собираешься. Предлагаешь дождаться бабуси с косой? Она конечно милая старушенция и все такое, но я предпочитаю этот мир со всеми его недостатками, нежели тихое местечко у Сатаны под боком, - высказала она свое категоричное «Нет». – Так что либо пошевеливайся, либо прибери потные ручонки до более подходящего момента. Я не привыкла проводить время таким убийственным образом.
Ее едкий тон должен был навести хоть какой-то шорох в сознании младшего вампира, но тот продолжал спокойно лежать (удивительное дело, у него все всегда выходило уж слишком спокойно! Прямо набор условных рефлексов, а не бессмертный), все так же прижимая к заметно потеплевшей щеке ее ладонь, так же наслаждаясь ароматом ее кожи, так же вяло отбиваясь от попыток вывести себя из состояния анабиоза, так же тихо придаваясь воспоминаниям о Елене. Однообразно и тускло – если в двух словах.
- Всевышний Дракула, о бог вампиров! – театрально взмолилась итальянка. – Стефан, хоть иногда издавай гудки, что ли! Мне совершенно непонятно, жив ты вообще или уже нет.
Исходя их всех мироощущений, девушка пришла к выводу о том, что имеет полное право скинуть сейчас Сальваторе с кровати и как следует отпинать, но еще больше ее воодушевила другая перспектива: утереть нос его тошнотворно-правильному внутреннему голосу и показать кое-что из разряда «Новое». На удивление легко высвободив руку, она чуть приподнялась на локтях, чтобы хорошенько всмотреться в лицо затравленного хищника (странное сравнение, но ей оно казалось единственно-верным). За триста лет многому учишься, но в большинстве своем чаще всего теряешь некоторые черты, присущие смертным. К числу последних как раз относится стеснительность, которая итальянке вообще была несвойственна. Она привыкла идти на поводу у желаний, если те, конечно, вписывались в ее понятия о хорошем, и сейчас просто не смогла отказать себе любимой сразу в нескольких вещах: позлить Стефана, удовлетворить странную потребность внутри себя, и, наконец, стереть с красивого лица скорбную печать великомученика.
Нельзя сказать, чтобы юноша не догадался о промелькнувших в ее голове мыслях, и уж подавно понял ее намерения, как только заметил задорный блеск в светло-карих глазах, но отодвинуться или как-то предотвратить поцелуй не смог. Скорее всего, потому что просто не захотел. Легкое касание губ подбородка, за которым последовала довольная улыбка, и через мгновение девушка позволила своей мести взять верх над разумом. Особенно ее порадовала роль Стефана – сначала загнанный зверь, изо всех сил скалящийся при виде ласковой руки, следом голодный тигр, уставший от образа Елены настолько, что позволил себе забыть о ней на долгие полчаса.
Фрэнки быстро пробежалась пальцами по мелким пуговицам на рубашке вампира, резко перетянула его на себя, не отрываясь от чудесных на вкус губ (оставалось лишь наивно верить в то, что подобного рода сравнения в ее голову больше не забредут), сорвала с него рубашку в приступе предосеннего обострения шизофрении, бросила ее за спину и позволила себе расслабиться в океане ощущений. Помнится, она уже говорила, что понимает Елену, и теперь смогла более четко сформулировать ту свою мысль. Она ее не просто понимала, а искренне недоумевала, как среди них двоих можно выбрать кого-то одного. Дамон, конечно, был восхитительным мужчиной и в плане сексуальности оставался признанным лидером на многие века, однако Стефан вряд ли уступал брату по этим нехитрым показателям. Другое дело, что его необходимо было как следует растормошить, дабы добиться столь сногсшибательного эффекта.
Пару минут посвятив обдумыванию своего развязного поведения, девушка оттолкнула от себя вампира, хищно улыбнулась, перебираясь к нему на колени, и тихо прошептала:
- Человеческая страсть – это безусловно здорово, но мне больше по вкусу развлечения бессмертных. Отказы не принимаются, поэтому засунь подальше свои чертовы мысли и топай за мной. Будем веселиться.
В последний раз коснувшись губами его шеи, она с видимым неудовольствием поднялась с кровати, ладонью пригладила волосы и вылетела в коридор, чтобы в тишине и без свидетелей высказать себе множество нелестных эпитетов, а заодно скрыть от Стефана уж слишком явные следы своей симпатии к нему. Что и говорить, с ума сошла она уже давно, а вот голову потеряла буквально секунду назад.
«Уж не влюбилась ли ты, Фрэнни?» - поинтересовалась она у самой себя, искренне надеясь на отрицательный ответ, которого так и не услышала. Сердце ведь не привыкло спрашивать совета у разума.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:19 | Сообщение # 38
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 27

Вампир бесшумно открыл дверь в номер, небрежно бросил у входа какую-то коробку и прокрался до кровати, чтобы в который раз убедиться в какой-то мистической власти девчонки над собой. Все утро его голова была забита лишь мыслями о ней – когда развлекался с администраторшей магазина, которая покинула бренную землю в возрасте двадцати трех лет; когда пытался составить чуть более четкий план относительно оставшихся Сальваторе, блондинки и бессмертной итальянки, но так и не сумел придумать нечто путное; и, разумеется, когда покупал подарок этой милашке. Что-то в ней глубоко цепляло его, заставляя чувствовать себя жалким человеком, наполненным слабостями. И сейчас он хотел определить это таинственное нечто.
Красивые черты лица – привычка (некрасивых девушек он не кусает), ладная фигурка – основное условие (сказывается отточенный до мелочей пятисотлетний вкус), стервозность характера – маленький бонус с приятными перспективами в будущем. Тихони, серые мышки, ласковые ромашки никогда ему не нравились даже в плане крови. Их мысли были пресными, чувства зажатыми, а эмоции отсутствовали напрочь. И что больше всего бесило – они никогда не боролись за свою жизнь, легко поддаваясь внушению. И почитали за благо его участие в качестве наблюдателя при знакомстве со смертью.
Кэролайн же была воплощением его идеалистических преставлений о женщине. Она могла быть действительно женственной, тонко чувствующей и безусловно умной, чаще всего шла на поводу у эмоций, не задумывалась над тем, что и как говорит, а главное, управляла своим страхом перед монстром и хищником, каким он ей представился. Ее ни за что не удастся сломить просто так, и это уже вызывало уважение.
Сколько раз за прошедшую неделю он видел ее слезы? От силы два, а ведь он пытался их добиться, используя привычные методы. К огромному его разочарованию, она просто терпела, крепко сцепив зубы. В такие моменты он не вызывал у нее ничего, кроме отвращения, и именно это заставляло его восхищаться ею.
Девушка повернулась во сне на другой бок, неловко свесив усыпанную синяками руку с кровати. Судя по всему, ей снилось что-то очень приятное, потому что блаженная улыбка никак не желала сходить с лица.
Вампир несколько секунд рассматривал чуть синеватые веки, медленно перетягивая свое внимание на приоткрытый рот. Почему она не вызывает в нем жажду? Дело ведь не в вербене, которая практически на него не действовала. Ему не нравится сама мысль об укусе, как будто она противоречит его жизненным принципам (ну уж если кровь перестала его прельщать, тогда стоит задуматься над происходящим гораздо серьезнее). И больше всего его отталкивало ее горло, покрытое мелкой сеточкой белых шрамов от зубов. Впервые увидев шею Кэр, он поймал себя на мысли о том, что только последний идиот может пользоваться ей подобным образом. Нет, ей нельзя было питаться! Только наслаждаться, при этом отпаивая своей кровью, дабы не оставить шрамов на чудесной коже.
Повинуясь какому-то безумному порыву, он аккуратно повернул ее лицо к себе за подбородок, провел кончиками пальцев по пересохшим губам и вынужден был признать, что все летит к чертовой матери. В планах появился пункт номер один, который он просто обязан был выполнить первым делом. Он хотел ее.
Не просто хотел – жаждал. Всю целиком. Раз и навсегда.
И он не понимал почему. Казалось недостаточным протянуть руку и взять желаемое (этот вариант вообще его не интересовал). Она сама должна была…
Так и не разобравшись, чего именно собрался требовать от девчонки, Дамон отошел от нее на почтительное расстояние и только сейчас заметил, что в комнате кто-то побывал в его отсутствие. Коротко втянув в себя воздух, он без труда узнал противный мускусный запах лисицы и растянул губы в ликующей улыбке. Значит, Мисао правильно поняла происходящее, сделала парочку логичных выводов и решила играть по придуманным им правилам. Что ж, похвальное желание жить.
На прикроватной тумбочке поблескивал в тусклом свете занавешенных окон небольшой серебристый флакончик, наполненный отвратительно воняющей жидкостью. На секунду задумавшись над тем, что делает, юноша тут же схватил бутылек, удостоверился в безопасности его содержимого, а потом вновь вернулся к спящей красавице.
Изначально дурацкая затея стала казаться ему и вовсе придурковатой, но иного выбора просто не оставалось. Либо он и дальше потакает своим капризам, либо сейчас же разворачивается и уходит. Второе было невыполнимым действом, поэтому он присел на край постели, аккуратно сдвигая одеяло чуточку ниже.
Вампир лишний раз убедился в необходимости иногда держать себя в руках, особенно если рядом болезненно хрупкая девица. Обнаженное плечико с матовой оливковой кожей, покрытое чудовищно фиолетово-сине-черными кровоподтеками, отнюдь не услаждало воображение, скорее даже наоборот. И ей опять будет больно, снова и снова.
- Детка, давай будем просыпаться, - тихо шепнул он ей на ухо, почти касаясь губами волос. Как же от нее все-таки пахло!
Девушка сладко потянулась, нежась в теплой постели. Открывать глаза категорически не хотелось, тем более сегодня. Она так устала в последнее время, так плохо стала спать, что единственную спокойную ночь на этой неделе восприняла с огромным удовольствием.
Ее щеки коснулись мягкие пальцы, придавая сегодняшнему утру еще большую значимость. Оказывается, она устала еще и от отсутствия ласки. И сейчас с огромным удовольствием зажала теплую ладонь между плечом и щекой, с минуты на минуту ожидая услышать от себя довольное мурлыканье.
Дамон немного растерялся, потому что ожидал кое-чего другого: криков, истерики, слез, набора адресов, по которым она предложит наведаться ему в ближайшее время; а потом понял, что ему так нравится гораздо больше. Отставив в сторону пока ненужный флакончик, он наклонился к ее лицу и попытался заставить себя хотя бы подумать над тем, что делает, но не достиг особых результатов. Кэролайн была явно не против кое-каких невинных утренних развлечений, что разрушило последние жалкие попытки остановиться и держать себя в руках. Коснувшись губами уголка ее рта, он почувствовал странную тяжесть во всем теле и одновременно отметил про себя красоту ее улыбки.
- Доброе утро, любимый, - едва слышно произнесла она, притягивая его за шею ближе к себе. Кажется, мисс Форбс очень сильно забылась и плохо понимала действительность.
Юноша не обратил на ее оговорки никакого внимания, заворожено проследив за легким шевелением божественных ярко-алых губ. Ему вдруг стало дурно, как в тот самый раз, когда она сама полезла целоваться. Разница состояла лишь в том, что тогда это было запланированной частью игры, очередным капризом избалованного бессмертного. Он просто хотел проверить, далеко ли ей удастся убежать при первом же удобном случае, а в итоге все вышло совсем неинтересно. Она вдруг начала усиленно его жалеть, зачем-то взялась помогать, хотела напоить его своей кровью (последнее вообще не укладывалось в голове), чем разрушила все в одну секунду. Без того небольшого эксперимента ничего бы не было – ни симпатии, ни чертового желания. Ей как будто удалось сломать в нем что-то, испортить какую-то очень важную часть, и сейчас она лишь продолжала это делать.
Не в силах справиться с собой, он обхватил ее нижнюю губу своими и с наслаждением втянул в себя побольше воздуха. Сладко, даже приторно, и в то же время невыносимо приятно. Кровь не давала подобных ощущений.
Он вздрогнул, когда девушка перевернулась на спину и притянула его еще ближе к себе. Отвечающая за здравость мышления часть сознания покрылась густым туманом, едва теплое дыхание обожгло горло. «Прекратить это немедленно» - единственная мысль, которая сумела поместиться в голове. Но вампир только отмахнулся от нее, срывая с юной прелестницы одеяло. Ему уже было плевать, сделает он ей больно или нет.
Кэр усилием воли оторвалась от поцелуя, почувствовав отсутствие воздуха в легких, и наконец-то распахнула глаза. Слегка удивленный возглас: «Кайл…», почти целиком сорвался с языка, в то время как картинка перед глазами становилась все отчетливее. Это был нее ее мужчина, а…Дамон.
- Какого черта?! – заорала она прежде, чем сумела упорядочить мысли. Опустив глаза на свое тело девушка возмутилась (хотя какое там! Она просто озверела от всего происходящего) еще больше, быстро принимая сидячее положение. Уму непостижимо! Мало того, что он больной на всю голову, так еще и законченный извращенец, пользующийся сонным состоянием девиц на свое усмотрение. – Пошел вон, придурок! Глаза мы бы мои на тебя не смотрели! Выметайся! К дьяволу! А по дороге сдохни пару раз! Самым мучительным образом! Ненавижу-у! – перешла она от криков к активным действиям, всеми силами стараясь оттолкнуть от себя застывшего в недоумении мужчину. В итоге сильно отбила правую руку, но даже не сдвинула его на пару сантиметров.
- Заткнись, - очень быстро пришел в себя юноша, поднимаясь на ноги. Затем резко развернулся и швырнул в нее одеялом, лишая себя малейшей возможности вновь потерять контроль над ситуацией.
- Я сказала, убирайся! – продолжала неистовствовать девушка, лихорадочно наматывая на полностью обнаженное тело стеганое покрывало. – И даже близко не смей ко мне подходить! Никогда!
Пришлось повторить свой приказ с помощью Силы, воздействию которой ничуть не мешала вербена, все еще находящаяся в ее крови в достаточном количестве. Долгожданная тишина воцарилась в комнате, нарушаемая участившимся дыханием вампира и гулким биением сердца Кэролайн.
Значит, вот почему она была такой. Перепутала его со своим обожаемым кровососом. Что ж, эту ошибочку он очень скоро исправит. В голове уже созрел четкий план того, каким именно образом поставить зарвавшуюся дрянь на место. Он ведь предупреждал ее о необходимости держать нежный язычок за зубами? Верно, тогда ей не на что будет обижаться.
Подгоняемый в спину желанием отомстить всему белому свету, он дошел до двери, поднял с пола валяющуюся коробку, и четким движением отправил ее в полет до кровати, где она приземлилась возле стройных ножек.
- Это тебе, - буркнул Дамон. – Одевайся! Через пять минут жду тебя в машине.
И вышел за дверь, не забыв как следует хлопнуть ею напоследок. В крови все буквально кипело от огромного количества ярости, а выкрикиваемые слова эхом отдавались в ушах. Видит бог, он хотел добиться всего самым человечным образом, но не вышло. Девчонка попалась не из робкого десятка, о чем очень скоро пожалеет. С ним нельзя так поступать.
У машины он резко остановился, вспоминая о своем вчерашнем обещании отвезти ее к жалкой пиявке. А ведь точно! Он совсем забыл о данном слове, но сдержать его собирался в любом случае. Только на этот раз все будет идти по его сценарию.

Фрэнки с нескрываемым любопытством смотрела на неуверенные попытки Стефана применить Силу, чтобы сделать страдания своей жертвы настоящим наслаждением, и готова была покатиться со смеху по земле. Он выглядел таким забавным, точно маленький ребенок, сломавший дорогостоящую игрушку и теперь терпеливо дожидающийся заслуженного наказания суровых родителей. А его мысли по поводу всего происходящего запросто могли войти в сборник анекдотов о бессмертных.
Сама она уже вдоволь наигралась в архичеловечного вампира, взяв у четверых парней (их соблазнение оказалось простейшей задачей) достаточное количество крови для своего слегка избалованного организма. А Сальваторе все никак не мог осилить одну хрупкую особу, постоянно отвлекаясь на внимательное вслушивание в ее сердцебиение. Девушке казалось, что это приносит его раннему «завтраку» одни лишь неудобства, но она решила не огорчать и без того расстроенного юношу.
- Стефан, - лениво позвала она, спрыгивая с огромной ветки самого старого на вид дерева в центральном парке Феллс-Черча, где ранним утром посетителей найти было проблематично. – Ты долгоежка. Отпусти уже наконец несчастную и поехали дальше. У нас очень жесткий график развлечений, все буквально расписано по секундам!
Вампир бросил уточняющий взгляд на усыпанное веснушками лицо молодой девушки, растянутое в самой блаженной улыбке, и тихо спросил:
- Вы хорошо себя чувствуете?
- Да, - слабо отозвалась она, всем телом повиснув на его сильных руках. Ноги просто отказывались держать ее. – Даже очень хорошо.
- Еще бы, - фыркнула стоящая в стороне Франческа. – Он отдал тебе Силы гораздо больше, чем получил. Транжира ты, подросток.
Юноша осторожно подвел витающую где-то в облаках особу к ближайшей скамейке, бережно усадил ее, несколько раз поинтересовался не слишком ли ей холодно, не хочется ли пить и бла-бла-бла по списку. А затем, посчитав свою миссию выполненной, присоединился к одуревшей от томительного ожидания итальянке.
- Да уж, лучше тебе и вправду есть что-то неразумное, - буркнула она себе под нос. – Лично я, приди мне в голову идея обменяться с тобой кровью, трижды умерла со скуки. Не надоедает быть вечно правильным и заботливым? Чуточка эгоизма сделала бы тебя по-настоящему горячим мужчиной, - последнее предложение она добавила слегка задумчиво, точно оценивая реальные шансы на подобное развитие событий.
- Я просто не привык пить человеческую кровь, - извиняющимся тоном пояснил он, занимая пассажирское сиденье в Ауди. – И никак не могу поверить в то, что помню о последних двух месяцах своей жизни.
- Одержимость, сынок, снимает с тебя все грехи, - поучительно заявила Фрэнки, выезжая с парковки на главную улицу этого городка, которая даже утром в будний день представляла собой полное отсутствие машин и людей.
- Хотел бы я в это верить, - грустно возвестил Стефан, уделяя все свое внимание серому небу за окном. Он чувствовал себя таким же: хмурым, бескрайним и тоскливым.
- О-о, - простонала девушка. – Только не начинай! Я вытащила тебя из дома не затем, чтобы выслушивать философские вирши о бессмысленности бытия. Жизнь – дерьмо! Пора привыкнуть к этой простой истине и научиться получать удовольствие от дрянного существования. Мне тоже нечем похвастать перед окружающими. Цели нет, любви тоже, зачем живу – сама не знаю. Чего хочу? Понятия не имею. А ты плачешься о какой-то блондинке, - с ехидством заявила она, резко поворачивая вправо.
О целях поездки она распространяться не стала, хотя вампир несколько раз попытался проявить повышенный интерес к своей дальнейшей судьбе. Ответы чаще всего радовали наличием первоклассного цинизма, который всегда сопровождался ее коварной улыбкой целеустремленной хищницы. Думать она ему категорически запретила, каждый раз «напоминая» о жесткой необходимости держать мысли в тонусе сильным ударом по ноге. Через час подобных издевательств и подколок юноша вошел во вкус ребячества и легонько стал отвечать на ее выпады тем же способом, постепенно задерживая свою ладонь на ее коленке чуть дольше предыдущего.
И кое-какие соображения на этот счет у него имелись. С итальянкой он становился другим – медленно, неторопливо, дотошно возвращая себя в прежнее задумчивое состояние – но другим. Более открытым, чуть менее рассудительным и излишне восприимчивым к ее повышенной эмоциональности. Она будто специально отыскивала в нем все необходимое для своих развлечений и старалась сохранить на долгое время. Однозначно, ей совершенно не нравился Стефан Сальваторе, но впечатлял сам «материал», очень даже неплохо поддающийся последующей обработке.
- Да, тут ты прав, - все так же бесцеремонно вклинилась Фрэнки в цепочку его очередного ухода в себя. – Ты нудный и скучный, потому что забыл о смысле вечности. А чему нас учили на уроках бессмертия? – она вопросительно изогнула бровь, искоса поглядывая в сторону пассажира.
- Чему? – решил полюбопытствовать юноша.
- Вечность-де – самая преотвратная штука, - философски изрекла девушка, поднимая вверх указательный палец. – И суть ее сводится к умению веселиться. Умеешь? Добро пожаловать в стройные вампирские ряды. Не умеешь? Ступай к гоблинам, там твое законное место. Так что, дорогой мой, ты просто засиделся среди ушастых мохнатиков. Пора и к своей истинной сущности обратиться, - как бы невзначай заметила она, резко нажимая на педаль тормоза. – А вот теперь мы приехали.
Юноша не стал обращать внимание на сомнительный комплимент, столь ненавязчиво навешанный на него в дружеской обстановке, и вылез из машины, искренне недоумевая, куда и зачем они приехали.
- Фрэн, - наградил он девушку недоверчивым взглядом, как будто с минуты на минуту ожидал подвоха. – Что мы здесь делаем?
Стефан завертел головой, точно надеясь натолкнуться на очень много всего поясняющую табличку, но столкнулся лишь с обворожительной улыбкой своей знакомой. Хитрой улыбкой, надо сказать. Она явно была чрезмерно довольно собой и туго соображающим вампиром, который никак не мог привыкнуть к ее непредсказуемости.
- Стеф, - сжалилась она над ним, решив объяснить кое-какие моменты. – Перед твоими глазами открывается чудесный вид на природный заповедник в округе Нельсон, поэтому будь любезен, изобрази восторг! – девушка быстро обошла машину сзади, останавливаясь прямо перед в конец растерявшимся обладателем чудовищно наивных зеленых глаз. – Тебе ведь не понравилась моя охота? Будем пробовать поднять твое настроение привычным способом. Тем более я всегда мечтала посмотреть на нечто подобное!
Она мечтательно опустила веки, все же подглядывая за реакцией юноши из-под пушистых ресниц. «Младший Сальваторе идет на кабана» - забавная хохма, которую она просто обязана увидеть собственными глазами, а потом животрепещуще описывать ее своим внукам.
- Не будь ты девушкой…, - запальчиво пригрозил он, раздумывая произносить окончание фразы.
Только последней стадией удивления он мог объяснить неожиданно сорвавшееся с языка согласие, за которое тут же получил самую искреннюю награду в виде смачного поцелуя в щеку.
- Пошли, - потянула Франческа его за руку, направляясь к ближайшей табличке с надписью: «Заповедная зона». – Мне нужно набраться впечатлений за один раз, потому что второго такого подвига я совершить не сумею.
Вампир тяжело вздохнул, но покорно последовал за взбалмошной бессмертной. Настроение увеличилось с каждым глотком свежего лесного воздуха, а мягкая ладонь, зажатая между пальцами, заставляла сердце пропускать по несколько ударов в секунду.
- Физиология, - опередила она его еще не заданный самому себе вопрос, заливаясь громким хохотом. – Я реагирую на тебя точно также, поэтому не стоит удивляться.
Итальянка глянула на него через плечо, ловко перепрыгивая через ствол поваленного дерева. Хотелось бы ей верить подобным объяснениям…Влюбиться в Сальваторе – что может быть хуже?

Кэролайн схватила в руки коробку, едва за Дамоном закрылась дверь, и без всякого любопытства открыла ее, вытряхивая содержимое прямо на постель. К ее яростному негодованию внутри оказался не стандартный набор джинсы-кофточка, а шокирующий своей вульгарностью комплект нижнего белья, состоящий из одних чертовых кружев (на носовой платок ткани уходит на порядок больше, чем использовалось при пошиве этого варварского великолепия кричаще алого цвета) и легкое, почти невесомое, летнее платье из синего шифона с цветочным принтом небесно-голубого оттенка. В любой другой день она пришла бы в восторг от подобного подарка, а сейчас мечтала о джинсовом комбинезоне и семейной футболке унисекс. Одевать на себя всю эту «красоту» она не желала категорически, и ей даже на секунду захотелось вновь закутаться в полотенце, лишь бы не доставлять ненавистному кровопийце столь очевидного удовольствия. Но потом логика все же взяла верх над желанием насолить, поэтому девушка быстро обрядилась в предложенные «тряпки», наскоро расчесала волосы и вернулась обратно на кровать. Из отведенных ей на сборы пяти минут уже прошло четыре, а это значит, что ровно через шестьдесят секунд припадочный вампир влетит в комнату с назойливым желанием выяснить, что именно в его словах было ей непонятно.
А ведь ответ был более чем очевиден. Лучше умереть, чем потакать его капризам. Слушать его она не собиралась, идти на поводу отказывалась категорически.
Как и предполагалось, через минуту в дверном проеме замаячила стройная фигура утомившегося от бесконечного ожидания мужчины, а его выражение лица не предвещало девушке бесплатной раздачи рождественских подарков.
- Ты идешь? – нетерпеливо спросил он, с показным безразличием оглядывая повернутое к нему в полупрофиль лицо. Задним числом ему удалось отметить, что столь придирчиво отобранные вещи сидят действительно идеально, как и обещала продавщица.
Кэр не стала отвечать, уделяя все свое внимание занавескам на окнах. Краем глаза она зацепилась за стоящий на тумбочке серебристый флакончик, и уже протянула руку, чтобы разглядеть его более тщательно, когда ее ладонь оказалась перехвачена тонкими бледными пальцами.
- Так у нас ничего не получится, детка, - яростно выделяя каждое слово, заявил ей юноша.
- А ты на что-то надеешься? – ехидно поинтересовалась она, пытаясь высвободить руку. – Можешь сразу поставить себе в блокнотик пометочку, что спать с тобой по собственному желанию я не стану! Ты мне глубоко отвратителен!
Дамон хмыкнул, выражая тем самым свое искреннее недоверие.
- Да я сейчас не об этом, - очень спокойно пропустил он мимо ушей ее наглый тон. – Ты хочешь и дальше играть в эти скучные игры? Нравится бояться меня?
Он попытался заглянуть ей в глаза, которые она в приступе полнейшего идиотизма тут же зажмурила, с двояким ощущением внутри отмечая приятную теплоту его пальцев на своем запястье. С одной стороны, что-то глубоко в душе радостно откликалось на его присутствие, с другой – она ненавидела его каждой клеточкой своего истерзанного болью тела. Как ответить на дурацкие вопросы?
- Я не хочу больше никаких игр, - твердо заявила девушка. – И мне опротивела твоя физиономия. Что мы здесь делаем? Чего ты добиваешься от меня все эти дни?
- Понимаю, - неожиданно участливо произнес он, чуть приобнимая ее за плечи. – Но ты сама вынуждаешь меня быть таким. И я говорил, что в моих планах небольшие сдвиги, поэтому ближайшие пару недель мы проведем с тобой исключительно вместе. Какими они будут, решать тебе. Хочешь боли? Ты ее получишь. Нравится терзать свою прелестную шейку чужими зубами? Я помогу продолжить начатое твоим дружком. Но ведь все может быть иначе, - хитро улыбнулся вампир, кончиком пальца пройдясь вдоль ее позвоночника, тем самым невольно заставив вздрогнуть.
- Как? – слабо прошептала Кэр, искренне ненавидя себя за подобную реакцию. Ей ведь было неприятно! Должно было быть неприятно!
- По-другому, - уклончиво ответил мужчина. – Думаю, тебе понравится.
Девушка закатила глаза, в считанные секунды избавляясь от неуместных картинок в голове. Ну как можно назвать этого бессмертного вменяемым? Он же абсолютнейший псих, зацикленный на двух вещах: месть и секс. И если первому пунктику еще можно было дать логическое объяснение, то второй она отчаянно отказывалась понимать.
- Я что-то недопонимаю или тебе требуется мое согласие? – вновь разозлилась она, нещадно ругая себя за излишнюю глупость. Зачем вообще завела этот разговор?
- Все что мне требуется, я беру сам, - угрожающе прошипел Дамон, отходя от нее на несколько шагов. – А сейчас топай в машину. Желательно молча.
Кэролайн решила последовать его совету, только чтобы в очередной раз показать свой неукротимый нрав, а на выходе не смогла удержаться и громко расхохоталась. Все-таки он был милым и в какой-то степени даже обаятельным.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:21 | Сообщение # 39
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Алекс покинул дом Смолвудов, впервые за несколько сотен лет признавая свое поражение. Семейка потомственных оборотней не внесла в его размышления никакой ясности, а хоть какое-то подобие осмысленности напрочь пропало после разговора с Тайлером, который не видел девушку со дня ее спешного отъезда из Феллс-Черча. Тупик. Что делать дальше он понятия не имел, потому как буквально секунду назад оборвались последние тонкие ниточки, ведущие к сыну и Кэролайн.
Находясь в какой-то прострации, он все же сумел добраться до Мерседеса, сел за руль и обхватил голову руками. Никаких идей, догадок или соображений у него не имелось, помощи ждать было неоткуда, потому что Дамон уж слишком был занят решением собственных проблем и вовсе не собирался вытаскивать из неприятностей Кайлеба, на которого ему было глубоко наплевать, и его очаровательную пассию.
Ассасину оставалось надеяться лишь на собственные силы, коих явно было недостаточно.
Около сотни раз прокрутив в голове все известные ему факты, мужчина уверил самого себя, что стоит еще раз обыскать старое кладбище, а там может и получится составить хотя бы жалкое подобие плана дальнейших действий.
Дорога до погоста не заняла много времени, а вот терпения у хашишина заметно поубавилось. Больше всего раздражала сама мысль о том, что Мисао в одиночку сумела обвести вокруг пальца восьмисотлетнего вампира, забыв при этом даже поморщиться. И откуда в ней такое количество наглости, мастерски помешанной с хитростью?
Вопрос нес в себе исключительно риторические функции, но все же получил ответ.
- Я просто скромная, - донесся до острого слуха самодовольный смешок, заставляя мгновенно обернуться на знакомый звук голоса. – Добрый день, Алекс.
Лисица спрыгнула с ближайшего памятника, на ходу принимая человеческий облик, и глумливо склонила голову в приветственном жесте, коим пользовались в клане.
- Ты, - гневно выкрикнул мужчина, тут же собирая вокруг себя концентрированные волны Силы. – И как только посмела показаться мне на глаза?!
- Оу, - хохотнула она, глупо захлопав ресницами. – А разве мне не стоило этого делать? Ты так усиленно ищешь своих обожаемых детишек, что я просто не смогла пройти мимо, - она прижала ладони в груди, точно хотела показать, насколько растрогалась очевидной заботой Главного. – Твои милые ребятки так страдают и мучаются…
- Мисао! – угрожающе сверкнул он налитыми кровью глазами. – Где они? Это будет единственным моим вопросом, и если я не получу ответа… - он легко щелкнул пальцами, с удовольствием вслушиваясь в чудовищные раскаты грома, созданные его небольшим усилием.
- Знаешь, знавала я бессмертных и пострашнее, - искренне заявила китсунша, с отвращением вспоминая радушную встречу Дамона. – И если ты попробуешь сделать что-то со мной, то лишишься очередной доченьки. Сколько их было у твоего сына? Не опечалишься небось потерей сотой из них?
Корвинус зарычал от ярости, переполнившей собой чашу безграничного спокойствия и человечности, но все же поостерегся открыто выражать свои эмоции.
- Где они? – отчетливо повторил он свой вопрос.
- Кайл далековато будет, а вот девчонка в надежных руках, - охотно пояснила Мисао, неторопливо прохаживаясь вдоль полуразрушенных надгробий. – У меня есть к тебе одно очень выгодное предложение. Если согласишься, можешь получить назад своего сыночка. Уж извини, девку вернуть никак не могу.
- Что за предложение? – нервно спросил Александр, по-прежнему собирая вокруг себя расплавленные потоки мощи. С лисой всегда надо быть настороже.
- Мне нужна Елена, - прямо заявила она свои требования. – Достанешь ее в течение недели, успеешь вытащить Меченого из глубокой ямы с проблемами. Ну а если нет – оплакивай новую утрату, - безразлично дернула она плечиком, бесстрашно поворачиваясь к мужчине спиной.
Ассасин на секунду задумался над предложением, чтобы уже в следующее мгновение выдать лисице свое категоричное согласие. Да и был ли у него иной выбор? Что значит жизнь одной девчонки в сравнении с его сыном? Лично для него блондинка была пустым местом, как и все шесть миллиардов людей вместе взятых.
- Хорошо, я привезу ее, - немногословно подтвердил он надежды китсунши. – И ты прекрасно знаешь, что с тобой будет, если попробуешь меня обмануть.
- Знаешь, за последнее время я как-то разучилась тебя бояться, - хитро прищурилась девчушка. – У меня теперь новый круг знакомых, имя им Полувампиры. Кстати, не в курсе, как подобное возможно?
- Никак, - отрезал Корвинус, искренне уставший от неприятного разговора. – Полувампиров не существует, и тебе бы пора выучить эту простую мысль.
- Да я тоже так думала, - тряхнула она темноволосой головой. – Пока лично не познакомилась с одним из них. Вообще есть вероятность существования ребенка вампира и человека? – с надеждой спросила она, буквально мечтая о том светлом дне, когда избавиться от большей части загадок.
- Женщина не может выносить полубессмертное существо, - напомнил мужчина о наличии прописных истин, обдумывая тем временем возможность утащить Елену из-под самого носа очень сильного вампира.
- Я не о том, - отмахнулась Мисао, обхватывая подбородок двумя пальцами, точно крепко задумалась говорить о своих догадках вслух или промолчать. – Бессмертная может родить ребенка от человека?
- Это запрещено Законом, - холодно буркнул Алекс.
- Да к черту твой Закон! – внезапно разозлилась девушка. – Я спрашиваю тебя о вероятности появления на свет этого выродка. Может или нет?
- Помнится, году этак в 1205, клан как раз охотился за подобным существом, - блеснул эрудицией хашишин. – Сам я в этой забаве не участвовал, но ту тварь видел своими глазами. По Силе им нет равных, поэтому вампиры откровенно побаиваются таких экспериментов. В клане о них запретили даже упоминать еще до моего совершеннолетия, - добавил он, внезапно отвлекаясь на затихшую в отдалении лисицу.
- Чертова дрянь! – буркнула китсунша себе под нос, стараясь не слишком-то задумываться о личности, которую охарактеризовала столь нелицеприятным образом. Выходит, это и вправду ребенок Дамона. И вопрос: «Как?» наконец обрел ответ. – Через неделю здесь, на этом самом месте я буду ждать тебя с девкой. Не приедешь – получишь некролог на домашний адрес, - презрительно бросила она через плечо ассасину, возвращая себе привычный облик. И в следующую секунду пропала из поля зрения мужчины, точно растворившись в беспрерывно циркулирующем под действием Силы потоке по-летнему теплого воздуха.

За всю дорогу Дамон не удосужился наградить сидящую рядом девушку даже взглядом, не говоря уже о ее попытках заговорить, которые встречали на своем пути сложнейшее препятствие в виде хищного оскала. В итоге Кэролайн вынуждена была сдаться и уделить все свое внимание городскому пейзажу за окном.
- Выходи, - неохотно буркнул мужчина, занимая первое свободное место на практически незанятой парковке. Тон его ясно свидетельствовал только об одном: раздражен он до крайней степени. Поэтому и спорить не представлялось возможным.
Девушка послушно выбралась из автомобиля, пытаясь определить, куда занесла ее (явно не судьба, конечно) нелегкая на сей раз. Как оказалось, все не так уж и плохо. Они стояли у входа в ресторан, что само по себе был чем-то довольно новым. Она и подумать не могла, что вампиры ходят по подобным заведениям.
- Ну что ты встала?! – зло поинтересовался он, бесцеремонно хватая ее за локоть. А потом, словно собачку на привязи, повел к парадной двери. И говорить нечего, манерами он точно не был обременен, полностью соответствуя ее понятиям о «свинском поведении».
Метрдотель встретил их с распростертыми объятиями, что натолкнуло Кэр на мысль о том, что ее спутник (будь он четырежды проклят) считается здесь постоянным клиентом. Приятный мужчина чуть старше сорока лет знал не только о вкусовых предпочтениях бессмертного, любимом столике в зале, но и очень искренне восхитился красотой его очередной пассии. Сделано это было шепотом, но ей все равно удалось услышать часть произнесенных слов.
- И когда же ты успел стать вип-персоной? – вслух выразила свои мысли девушка, усаживаясь за стол. Стул, разумеется, ей никто отодвинуть не поспешил. – Мы ведь чуть больше недели здесь, а ты уже и девчонок успел наменять…
Сказано это было едва ли не с ревностью, что и заставило юношу довольно честно ответить.
- Люблю хорошо проводить время, - мило улыбнулся он, отыскивая глазами официантку.
К слову, в зале совсем не было народа, что и неудивительно. До обеденного перерыва было еще слишком далеко, а завтрак они уже умудрились пропустить, занимаясь ранним разбором полетов.
- Зачем тогда тебе я? – очень вежливо спросила Кэролайн, с самого начала настроившаяся на политкорректность. В конце концов, хотя бы иногда можно делать вид, что ей приятно его общество. – Девушек вокруг вроде вполне достаточно…
- Я потом объясню тебе, зачем прихожу сюда не один, - ушел от ответа Дамон, почему-то искоса поглядывающий на подошедшую официантку.
- Добрый день, мистер Сальваторе, - просияла одетая в униформу девушка, выжидательно поглядывая на во всех смыслах дорогого посетителя. – Вам как всегда?
Вампир коротко кивнул, дожидаясь пока его спутница решит внести свою лепту в составление заказа, но она даже не собиралась открывать меню. Просто потому что было совершенно неинтересно, а широкий жест юноши, пропитанный альтруизмом и человечностью, не вызывал в ее душе никаких содроганий.
- Добавьте еще пару овощных салатов и бутылку вина «Дом Периньон» семьдесят пятого года, - взял он на себя непосильную задачу «Угодить», обращаясь к служащей ресторации. – Десерт мы закажем чуть позже.
Официантка заученно улыбнулась, одаряя Кэр не слишком-то доброжелательным взглядом, и тихо удалилась.
- Скажи, пожалуйста, зачем ты это делаешь? – решила девушка нарушить пятиминутное молчание, разрывая на мелкие кусочки уже третью по счету салфетку. Благо, в этом заведении они были бумажными, а не тканевыми.
Ответа ей не удалось услышать, потому что к их столику уже подбежал слегка запыхавшийся юноша с початой бутылкой игристого шампанского в руке. Он попытался было заполнить бокалы самостоятельно, но вовремя наткнулся на холодный взор темно-карих глаз бессмертного и счел за благо скрыться в подсобных помещениях, оставив алкоголь на столе.
Дамон заботливо наплескал пенящийся жидкости в бокал девушки и очень настойчиво всучил ей его прямо в руку.
- Делаю что? – деланно удивился он, слегка пригубив вина прямо из горлышка. Кэролайн оказалась права насчет отсутствия у него должного воспитания.
- Не знаю, - неуверенно ответила она. – Пытаешься понравиться мне, что ли…
Ей не удалось четко сформулировать свои ощущения, поэтому пришлось резко замолчать.
- Я просто хочу тебя покормить, - хитро улыбнулся мужчина. – Может, сытая ты менее агрессивная и чуть более сговорчивая.
- Как и пьяная?! – буквально задохнулась от возмущения девушка, понимая его слова по-своему. Она тут же отставила почти опустевший бокал в сторону, зарекаясь идти на поводу у насквозь лживого кровопийцы. Неужели он все делает с подтекстом?
- Детка, если бы я захотел тебя по-настоящему, - лениво растягивая слова, вампир откинулся на спинку стула и засмеялся. – Вряд ли меня остановили твои «Я не хочу» и прочая. Мне просто нравится эта игра и твоя злость. И пока не надоест, мы будем развлекаться таким образом.
- А когда надоест? – похолодела Кэролайн, хватая лежащую неподалеку вилку, точно искала в ней защиту.
- Сменим тактику, - весело подмигнул ей мужчина, а потом резко перегнулся через стол и тихо, но очень разборчиво добавил, - Идею с изнасилованием я пока еще не сбрасывал со счетов, но она мне не слишком нравится.
Девушка подняла на него испуганный взгляд (хотя очень надеялась, что со стороны он выглядел немного иначе), с трудом проглотила вставший поперек горла огромный сухой ком, и нервно забарабанила пальцами по столешнице, с нетерпением дожидаясь возвращения официантки с заказом. Ей почему-то стало казаться, что ее кавалер (чертов придурок, если выражаться более емко) вовсе не прочь сделать это прямо здесь и сейчас. Как назло, способность хамить отказала ей в самый неподходящий момент, а самообладание на прощание больно сжало сердце, уходя на заслуженный отдых.
- Наконец-то хоть одна правильная реакция! – возвел Дамон глаза к потолку, бессовестно подслушивающий все ее мысли. – Ты умница, детка, и мы обязательно с тобой подружимся, может быть даже…
Он внезапно оборвал себя на полуслове, раздраженно оглядываясь через плечо. К их столику спешил сам шеф-повар ресторана, неся перед собой огромный поднос, тесно уставленный тарелками, салатниками и соусниками. Подойдя к столу, он попеременно наградил лучезарной улыбкой сначала горячо любимого здесь клиента, потом его очаровательную спутницу, слегка задержав взгляд на покрытых синяками плечах, а потом неторопливо стал расставлять блюда на столе.
- Ты предлагаешь мне все это съесть? – немного ошалело поинтересовалась Кэр, круглыми от удивления глазами оглядывая поданные угощения.
- Зачем же? – искренне развеселился вампир, с энтузиазмом накладывая на свою тарелку еду. – Я составлю тебе компанию, если ты не против.
- Что? Серьезно будешь есть? – скептически хмыкнула девушка, потянувшись к самому аппетитному на вид овощному салату. Почему-то только сейчас ей пришло в голову, что она уже очень давно по-человечески не ела, и аппетит разыгрался со страшной силой, а желудок болезненно сжался от умопомрачительных запахов.
- Вот за что ты мне нравишься, - вновь наградил он ее улыбкой. – Твоя наивность просто не укладывается в мои познания о людской сущности.
- Почему наивность? – неожиданно даже для самой себя разговорилась Кэролайн, делая торопливый глоток вина. – Я не замечала у других вампиров тяги к обычной еде. Их завтрак сводится к поглощению эритроцитов.
- А я предпочитаю немного другой образ жизни, - пояснил мужчина, с интересом наблюдая за разошедшейся спутницей, уже перепробовавшей практически все блюда. – Я ведь не умирал, чтобы обрести бессмертие, а родился таким.
- То есть, ты – ламия? – с удовольствием блеснула знаниями девушка.
- Нет, - рассмеялся он. – Я в какой-то степени всего лишь человек, обладающий бессмертием. На меня не действует вербена, да и к дереву полное равнодушие.
- А как же тебя убить? – задала она идиотский вопрос и тут же закашлялась, поняв, чем интересуется. Да-а, глупее ситуации не придумаешь…
- Хороший вопрос! – восхитился юноша, доливая ей в фужер очередную порцию вина, к которому сам больше не притронулся ни разу. – Но, боюсь, что не отвечу тебе на него.
Девушка понимающе кивнула, отодвигая от себя пустую тарелку. Удивительным образом вампиру все же удалось добиться поставленной цели: если она и испытывала к нему неприязнь, то в очень скромных количествах. Он действительно мог быть приятным и очень даже милым собеседником.
- Десерт будешь? – заботливо спросил он. – Или сразу кофе заказать?
- Лучше чай, - вежливо отказалась она и от сладкого, и от арабики.
- Хорошо, - кивнул он головой, Силой отправляя свой заказ на кухню. – А я пожалуй закажу себе еще кое-что, - задумчиво пробормотал он, жестом подзывая официантку, мгновенно материализовавшуюся возле их столика.
Кэролайн на секунду задумалась над недавно услышанной новостью. Он не ламия, но родился бессмертным, плюс ко всему еще каким-то образом умудряется называть себя человеком (речь явно идет не о его душевных качествах, коими он никогда не обладал)… Как же такое возможно? Хотя он мог банально солгать, с него не станется…
- Садись, - приказал он девушке, пододвигая ближе к себе рядом стоящий стул.
Официантка покорно опустилась на обитое велюром сиденье, недоуменно поднимая брови. Кэр полностью разделяла ее удивление, в который раз за день отмечая полную непредсказуемость действий мужчины.
Дамон не стал давать никому из них развернутых пояснений, резко притянул к себе шею молодой особы и впился в нее зубами, заставляя обеих девушек издать леденящий душу вопль. С одной из них ему удалось очень быстро справиться, заткнув рот мощной волной Силы, вторая замолкла по своей воле, накрывая губы похолодевшими ладонями.
Кэролайн вскочила из-за стола, содрогаясь всем телом, и постаралась не смотреть в сторону юноши и недавно живой официантки, руки которой безвольно повисли вдоль туловища. Она бледнела на глазах, но даже не пыталась сопротивляться, точно много раз репетировала сцену собственной смерти.
Мисс Форбс усилием воли заставила себя отвернуться, и еле переставляя ноги поплелась к выходу. Ни одной мысли в голове не было, только настойчивое желание заткнуть чем-нибудь уши, чтобы никогда больше не слышать этот противный клокочущий звук вытягиваемой из артерии крови.
Господи! Какой ужас! Он только что, на ее глазах, убил официантку. Зачем? Ради чего?
Она выбежала на улицу, прижалась спиной к стене и тяжело задышала, все еще не решаясь отвести от лица ладони.
Чудовище! Монстр! Подонок! Убийца! Какой у нее все-таки ограниченный запас слов, способных правильно охарактеризовать этого выродка.
- Ты испугалась что ли? – недоуменно спросил у нее вампир, вслед за девушкой покидая ресторан. – Я же предложил тебе десерт, ты отказалась. А мне как-то привычнее…
- Десерт? – посеревшими губами повторила Кэролайн, по щекам которой беспрерывным потоком неслись слезы. – Это был десерт?
- Ну да, - пожал он плечами, останавливаясь прямо перед рыдающей девицей. Его тон был таким спокойным, что оставалось только и дальше удивляться его пещерной кровожадности, дабы окончательно не сойти с ума. – Что с тобой?
Мужчина хотел было провести ладонью по мокрым щекам, когда получил звонкую пощечину в ответ, сопровождаемую нечеловеческими криками, к которым прислушивалась наверное вся улица.
- Даже не смей ко мне прикасаться, хренов ублюдок!
Лицо Дамона перекосилось от лютой ненависти, но он все же сумел взять себя в руки, обхватил беснующуюся девчонку за талию, легко оторвал от земли и понес к машине, не особо вслушиваясь в угрозы, которыми сыпала истеричка.
Засунув ее на заднее сиденье, он заблокировал двери и вернулся в ресторан, чтобы навести за собой порядок, а заодно как следует успокоиться. Не хотелось бы лишаться очаровашки так скоро, она только начала ему нравиться.

Глава 28

Девушка мирно спала на заднем сиденье машины, что лишний раз порадовало вампира, не желающего и дальше выслушивать ее вопли о собственной чудовищности. Он понятия не имел, что ее так сильно удивило (если можно было так выразиться) в обыденном утолении жажды, да и не особо хотел искать причины. Хорошему настроению окончательно пришел конец в тот момент, когда его щеки коснулась ладонь нахальной особы. Никакой боли она ему, разумеется, не причинила, но что-то внутри (не так уж и глубоко) зарычало в ответ на ее действия. Никто и никогда…
Дорога до гостиницы не заняла больше пяти минут, даже не смотря на то, что машина ему досталась, мягко говоря, не самая быстрая.
Не сбавляя скорости, Дамон занял первое свободное место у тротуара, но выходить наружу не спешил. Для этого необходимо было либо будить крикливую красотку, а это могло плохо сказаться на ее здоровье, либо тащить ее в номер на руках, что также не представлялось разумным. Прикасаться к ней отчаянно не хотелось, дабы не давать обиженному зверю внутри первоклассную возможность указать девчонке место и напомнить о четких поведенческих границах.
Решив оставаться человечным до вечера, юноша вынужден был терпеливо дожидаться самостоятельного пробуждения Кэролайн, обдумывая тем временем план дальнейших действий. Почему-то именно после слов Мисао о странных способностях Елены, ему отчаянно захотелось ее увидеть. Всего лишь посмотреть, так ли она похожа на Катрину. А может, попробовать заменить дорогого папашу на пару часов? Небольшой эксперимент, направленный на удовлетворение любопытства. Какая она вообще? Мягкая, нежная, безусловно вкусная…
Тихий стон прервал его размышления на самой приятной ноте, заставляя вновь вернуться в реальность. Девушка немного неловко тряхнула головой, заставляя свой запах циркулировать в машине с еще большей силой, и приподнялась на локтях. Быстрый взгляд в зеркало заднего вида заставил ее вновь содрогнуться от воспоминаний. «Он убил ее! Десерт!» - вновь ударилась она в панику, как можно сильнее вжимаясь в спинку сиденья. И неожиданно в мыслях сложилась очень четкая картинка. Слова метрдотеля об очередной прелестной спутнице, «я потом объясню тебе, почему прихожу сюда не один», «десерт мы закажем позже», сопровождаемое оценивающим взглядом свихнувшегося коллекционера. Это значит…
- Что тебя ждет та же участь, - холодно закончил за нее мужчина. – Если не заткнешь свои мысли, - почти ласково добавил он, растягивая губы в поистине звериной улыбке.
А кем он мог еще быть? Как назвать существо, лишающее других жизни с приторно-сладкой ухмылкой на лице? Что за тварь способна называть молодых девушек десертом, притом в прямом смысле этого слова? Лакомство…
Кэр передернулась от отвращения, мечтая только об одном – поскорее забыть. Выбросить из головы воспоминания о сегодняшнем дне, и всех тех выводах, к которым пришла. О его способности был милым и приятным (черта с два у него это получалось!), о жалости к убийце, о попытках понять его и оправдать. ТАКИЕ не заслуживают и намека на прощение.
Так прошло минут пять, за которые вампир окончательно потерял способность себя контролировать. Он повернул к девушке перекошенное злобой лицо, глазами указал на дверь, а затем сам вышел из машины, прижимая к ногам крепко сжатые кулаки.
- Слушай меня очень внимательно, сладкая, - процедил он сквозь зубы, резко выдергивая из салона только начавшую выбираться Кэролайн. Крепко сдавив ей плечи, он со всей силы прижал ее к автомобилю, одновременно заставляя смотреть себе в глаза. – Я не знаю, что за невинные ромашки тебя окружали до этого момента, но советую четко запомнить одну вещь. Я – ВАМПИР, - по буквам произнес он, выговаривая каждый звук с таким неистовством, будто тот нанес ему личную обиду. – Пью кровь, убиваю людей, развлекаюсь с девками. Во мне нет человечности, потому что я понятия не имею о значении этого слова. У меня имеется увесистый список таких определений, и если ты захочешь с ним ознакомиться, я с удовольствием тебе помогу. Пока ты мне нравишься, но обычно это очень быстро проходит. Так что, сделай одолжение, не ускоряй события. Поняла? – властно спросил он, крепче прижимая ее к кузову автомобиля.
Девушка кивнула, силясь отвести взгляд в сторону. Как же ей было противно на него смотреть! Вдыхать этот отвратительный запах дешевых женских духов, которыми он насквозь провонял. Видеть перед собой красивое лицо с дотошно правильным чертами и знать, каков он на самом деле. Гнилой…
- Тогда пошли, - более спокойно позвал мужчина, отходя на несколько шагов назад.
Все планы относительно этой девчонки можно было перечеркивать жирным красным крестом. Она медленно и верно превращалась в удивительно послушное существо, пропитанное страхом. В ней больше не было желания спорить, кричать, обвинять и добиваться уважения. Если он хотел ее напугать, то мог поздравлять себя с победой. Только этого ли он добивался на самом деле?
Кэр послушно переставляла ноги, находясь в каком-то состоянии шока. Подсознание отчаянно отказывалось верить в наличие столь жестокой реальности, отчего ее постоянно клонило в сон. Верно, нужно как можно больше поспать, чтобы проснуться на следующее утро другим человеком рядом с Кайлебом. Почему-то только сейчас она поняла, насколько хорошо и спокойно чувствовала себя с ним. Чем он лучше Дамона? Жестокости ему тоже нет нужды занимать, агрессивности и злости – выше крыши. Но он был родным и горячо любимым, а эта тварь жалкой пародией на бессмертного. «Я в какой-то степени человек» - вспомнилось ей. Да уж, только когда смотрится в зеркало! В любом другом отношении он зверь, хотя даже животные вызывают умиление, а он лишь ужас. Огромный липкий страх, обволакивающий тело и душу, мягко струящийся вдоль позвоночника, сковывающий движения… Хотя это было всего лишь платье, секунду назад свалившееся на пол.
Девушка подняла полные слез глаза вверх и со всей силы закусила верхнюю губу, только чтобы не заорать во весь голос. «Чудно» начавшийся день должен был закончиться не менее «волшебно». Она попыталась оглядеться по сторонам, когда почувствовала на своей талии до отвращения теплые ладони, разворачивающие ее лицом к себе.
- А сейчас ты почему ревешь? – тихо спросил он, с интересом поглядывая на кристально чистые соленые дорожки на ее щеках. Именно с любопытством, потому что ему не было ее жаль, да и сам факт развода «сырости» не раздражал, как это бывало раньше. В какой-то степени ему даже нравилась сложившаяся ситуация, потому что удалось сделать ее такой, какой он хотел ее видеть с самого начала. Послушной, кроткой, до смерти испуганной, готовой в любую секунду грохнуться в обморок. Это была безоговорочная победа – она сломалась. Окончательно ли? Скорее нет, чем да.
- Ты убил ее? – прошептала девушка, смотря куда-то далеко впереди себя. – Просто так, потому что захотелось. И те спутницы, что приходили с тобой в этот ресторан… Их ты тоже убивал? Ради крови?
Она никак не решалась посмотреть ему в глаза, чтобы получить самые честные ответы, которые уже и без того знала. Казалось, ей совершенно безразличен тот факт, что она стоит перед ним практически раздетая (не считать же за одежду те несколько полосок ткани, которые пошли на пошив самого вызывающего белья, подаренного вампиром). Холода она не чувствовала, потому что все тело горело жарким огнем, его изучающие прикосновения также оставались без внимания. Ей важна была лишь правда.
- Убил, - с вызовом бросил ей в лицо юноша, резким движением заставляя ее прижаться к себе. – И тех потаскух тоже убивал. Не ради крови, мне просто было скучно. Вечность, детка, никого не щадит. Убей ты или убьют тебя. Довольно простая истина, не находишь?
Кэролайн не понятно зачем кивнула, мечтая о глотке свежего воздуха. Ей было очень плохо, а настойчивый запах кожаной куртки, одеколона и примешивающийся к общему смраду душный воздух комнаты с полным отсутствием кондиционера сделал свое дело – ее сильно тошнило.
Мужчина пару мгновений «любовался» посеревшим лицом девушки, затем подвел ее к окну, которое тут же распахнул настежь, и заставил сделать несколько глубоких вдохов.
- Лучше? – коротко спросил он, глядя на побелевшие костяшки пальцев, судорожно вцепившиеся в подоконник.
Опять этот ничего не значащий кивок головой. Видимо, она решила хранить гробовое молчание до конца вечности, по нескольку раз прокручивая в мыслях все сказанное им до этого, будто пыталась отыскать в его словах тайный смысл.
- Помоги мне забыть, - неожиданно попросила она, поворачиваясь всем телом к нему. – Пожалуйста, - жалобно добавила девушка, тихо оседая на пол. – Я не могу сама.
Дамон поборол в себе желание своими методами привести ее в чувство и присел рядом, словно обдумывая какое-то очень заманчивое предложение.
- И какая же у меня в этом заинтересованность? – после долгих полутора минутных раздумий, спросил он.
- Не знаю, не знаю, не знаю! – взвыла Кэролайн, точно от невыносимой боли. – Делай что хочешь, мне плевать на все! Только убери это из меня, я не могу больше!
Она попыталась подняться на ноги, но не сумела даже пошевелиться. Спать хотелось с невероятной силой, а до кровати добраться не представлялось возможным.
Казалось странным, что ей до сих пор не удается уйти от действительности путем обморока. Ведь каждый справочник по психологии буквально пестрит описаниями того, как мозг просто отключался, встречая на своем пути сложнейшее препятствие. Почему же она тогда не может просто выкинуть из головы вмиг посиневшее лицо, обрамленное густыми каштановыми волосами? Почему до сих пор слышит тот дикий вопль ужаса, сковавший сердце в одну секунду? Почему видит перед собой остановившийся взгляд невыразительных серых глаз, окаймленных аккуратно завитыми пушистыми ресницами? Это больше не может продолжаться, не должно продолжаться, потому что она уже сходит с ума. Иначе как объяснить то, что она сделала в следующую секунду?
Всхлипнув, она кинулась на вампира, крепко сжимая в кулаках ворот его футболки, и энергично встряхнула несколько раз.
- Я не хочу помнить, слышишь ты меня или нет? – закричала она осипшим голосом.
- Слышу, - брезгливо отвернулся мужчина, быстро освобождаясь от ее цепких пальцев. – Но помочь ничем не могу. Решением чужих проблем я не занимаюсь, - холодно добавил он, поднимаясь на ноги. Ему отчаянно наскучила эта девчонка, поэтому долго задерживаться в комнате он не стал. Схватил Кэр за руку, грубо заставляя встать с пола, без труда довел до кровати и через мгновение просто исчез, воспользовавшись то ли дверью, то ли окном.
Ему уже было глубоко фиолетово – уйдет она или решит остаться, потому что бежать все равно некуда. Гораздо больше вампира интересовал тот факт, что он ничего не знает о местонахождении драгоценного папаши и его девки. Впрочем, найти их не составит никакого труда. У его тезки была слишком приметная машина, и вряд ли во всем штате Вирджиния она наличествует в двух экземплярах. А дальше дело техники. Выяснить, на каких заправках появлялась красотка Бугатти, и где ее видели в последний раз. Кому-то подобные поисковые методы могли показаться утомительными, но он знал, что справится с задачей в течение двух часов, и даже успеет смотаться за один день до таинственного «укрытия» сладкой парочки, чтобы разрушить их интимную идиллию. Уж слишком ему понравилась идея о небольшой замене «любимого» родителя своей персоной. Как быстро девчонка сумеет разобраться в происходящем? Жаль, ему не с кем было поспорить. Но юноша готов был поклясться, что этих нескольких десятков минут ему вполне хватит, чтобы затащить милашку в постель. Почему-то именно этот способ небольшой мести нравился ему больше всех остальных.

Как и предполагалось с самого начала, поиски уединившейся парочки не заняли большого количества времени. Пару звонков довольно нужным (по его понятиям) людям, и через час он уже знал о местонахождении миленького загородного коттеджа практически все, вплоть до планировки участка. Оставалось лишь найти себе хорошенькую спутницу, которая согласится скрасить собой десятичасовую поездку, а заодно поделится живительной красной жидкостью. Затем можно будет заменить ее кем-то более вкусным. Жаль, что убийство Елены не входило в планы знаменательного уикенда. Это сделало бы томительную поездку приятнее.
Уже сидя в машине, он неожиданно задумался над тем, что делать дальше с Кэролайн. Лишать жизни маленькую стервочку не хотелось, но и возвращать ее целой и невредимой (в крупномасштабном плане, разумеется) жалкому хашишину не «улыбалось». Воспитанник китсунов явно не дотягивал до уровня девчонки, поэтому вряд ли был серьезным претендентом на ее сердце. Хотя и ему оно было совершенно без надобности. Гораздо больше его прельщала сама возможность влюбить в себя красотку, а потом… Бросить? Как-то уж слишком банально. Может обратить ее? Но где гарантии, что через два часа после милых сексуальных утех она не надоест ему точно так же, как это случалось раньше? Что потом делать с новорожденной вампиршей?
Так и не решив, чего он хочет на самом деле, Дамон стал придирчивым взглядом рассматривать прохожих, медленно объезжая городок по кругу. Избалованному вкусу не подходила ни одна проходящая мимо особа, и он уже искренне начал расстраиваться, когда заметил на ближайшей автобусной остановке очаровательное существо. Короткая юбка не скрывала длинных стройных ножек, обутых в лаковые босоножки на чудовищной шпильке сантиметров эдак в пятнадцать, более чем обтягивающая маечка подчеркивала осиную талию и выставляла на показ большую часть прелестей, которые обладающие скромностью представительницы слабого пола предпочитают не демонстрировать. В целом смотрелась она дешевой шлюхой, что делало предстоящую игру еще «острее». С работницами в ночную смену ему еще не приходилось забавляться, а сейчас хотелось именно такую. Продажную. Сам факт того, что ей он платить не собирается, ничуть не расстраивал. Главное, весело провести время.
Мужчина остановил машину, опустил стекло пассажирского сиденья и весело окликнул съежившуюся на скамейке барышню.
- Детка, не желаешь прокатиться?
Девушка подняла на него отсутствующие глаза, придирчиво пробежалась ими по автомобилю и отрицательно покачала головой, явно не удовлетворившись стоимостью тачки.
К слову, вампир и сам не был бы рад ее согласию. Создатель щедрой рукой отсыпал красотке хорошенькую фигурку, наградил густыми вьющимися огненно-рыжими волосами (цвет их был природным, потому что у этой потаскушки вряд ли нашлись бы деньги на качественного парикмахера), и напрочь забыл о необходимости сделать ее мордашку хотя бы миловидной. Слишком большой рот (уж не отпечаток ли профессии?), чуть курносый нос устрашающей длинны, глазки-бусинки невыразительного грязно-голубого оттенка, белесые ресницы, покрытые пятисантиметровым слоем туши, отвратительно нарисованные брови (свои, видимо, еще не успели отрасти), острые скулы и бесформенный подбородок делали «картину» почти плачевной. Вряд ли существует в этом мире пластический хирург, готовый взяться за столь неликвидный материал. Девушка была из разряда, что называется, природа отдыхает.
- А я сказал, хочешь, - тяжело вздохнул юноша, с содроганием вспоминая очаровательную улыбку Кэр. Все-таки с ней стоит быть помягче, когда вернется. Девочка этого явно заслуживала.
Громкий хлопок дверцы возвестил о том, что длинноногая прелестница все-таки решилась на свое последнее в этой жизни путешествие. Оставалось только надеяться, что он сумеет хотя бы попробовать ее на вкус, прежде чем придушит. Плодотворный отдых на заднем сиденье потрепанного автомобиля отпал за ненадобностью. Она была слишком отвратительной во всех отношениях.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:22 | Сообщение # 40
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
- Как тебя зовут? – пробасило небесное создание, перекатывая во рту жвачку.
Мужчина смерил ее презрительным взглядом, вдавливая педаль газа в пол, и промолчал. Его как никогда порадовало наличие Силы, которая очень быстро помогла объяснить этой красотке парочку прописных истин. Всю дорогу ей следовало молчать, потому что у него слишком нежные уши, а прокуренные интонации, как известно, не щадят слух; и выбросить дрянь изо рта, потому что особам вроде нее это продляет жизнь до нескольких часов к ряду.
Наверное, ему стоило избавиться от нее на ближайшем перекрестке, но стало банально лень. В качестве третьесортного донора она сгодиться, а остальные его потребности удовлетворит Елена, которая станет истинным призом за все сегодняшние мучения.
После двух часов торопливой езды и выслушивания удивительно коротких, но безгранично тупых мыслей, вампир был вынужден устроить себе небольшой перекус, хоть и не планировал его так скоро. Горло у юной наркоманки (разве это его поразило?) оказалось противным до невозможности, поэтому пришлось довольствоваться запястьем с полным отсутствием вен. Четко уяснив для себя одно строжайшее правило: «Пробовать девицу перед тем как сажать ее в машину», он с отвращением отбросил в сторону искусанную руку и вновь уделил все внимание дороге.
Изворотливой змейкой в мысли закрался образ Кэролайн (в который раз за один день?!) – податливой, готовой на все, лишь бы он сделал с помощью Силы то, о чем она просила. Так зачем же он отказал? Ведь столько раз искал возможность стать ей чуточку ближе! Нет, это было не то. Она должна ненавидеть его, а не подчиняться. Только когда удастся добиться от нее смеси из желания-недоумения-сопротивления-отвращения, игра станет по-настоящему яркой, а маленькая месть, которую заслуживает строптивица, будет действительно сладкой на вкус. И только после этого феерического события он готов подумать над тем, что делать с ней дальше.
За всеми размышлениями, Дамон сам не заметил, как въехал на территорию штата Вирджиния. Данный факт его очень обрадовал, потому что теперь со спокойной душой можно избавляться от нестерпимо воняющей спутницы, которая большую часть пути провела в бессознательном состоянии (что делало ее чуть ли не милой).
Лишь поднеся перепачканное запекшейся кровью запястье ко рту, вампир раздумал еще хоть раз в жизни пробовать этот сомнительный коктейль из сигареты-водка-кокаин. Немного утешить сидящего внутри зверя капелькой садизма? Конечно, заманчивое предложение, вот только сможет ли «загашенный» мозг правильно реагировать на болевые ощущения? И если нет (проверять не хотелось), тогда толку тратить время? Можно ведь попридержать эту самую капельку «удовольствия» до встречи с Еленой.
Быстро остановив машину посреди трассы, окруженной со всех сторон лесом, мужчина лениво потянулся, разминая затекшие от продолжительного сидения на одном месте мышцы, и как бы между прочим, свернул наркоманке шею, носком дорогого ботинка выталкивая ее из автомобиля. Все-таки сегодня был явно не его день. Хотел как следует развлечься, а в итоге испортил себе настроение. Где же ты, справедливый Господь?
До пристанища сладкой парочки оставалось немногим больше пары сотни километров, поэтому уж сильно расстраиваться вампир не стал. Впереди ждет долгожданное знакомство с мачехой, ее вкусным горлышком и мягким телом – чем не повод взбодриться? Радовало еще и то, что это будет отнюдь не последняя их встреча.

Фрэнки с интересом наблюдала за мгновенно преобразившимся Стефаном. Он действительно чувствовал здесь себя уютно, а к охоте подошел самым серьезным образом. У девушки в голове даже промелькнула мысль о том, что надо бы содрать с этого Робин Гуда рубашку, дабы вдоволь налюбоваться игрой бугристых мышц, а потом в тысячный раз восхитилась воспитанностью вампира и его ярым нежеланием касаться ее размышлений. Все-таки ее стало носить…
- Слушай, а кто вкуснее? – вполне искренне полюбопытствовала итальянка, выглядывая из-за плеча принюхивающегося юноши. – Хищники или травоядные? И если я мясо не ем, тогда мне стоит одолеть суслика или попробовать оленя?
Она аккуратно положила голову ему на плечо, покорно дожидаясь ответа. Издевки в ее вопросе не было и грамма, просто хотелось чуточку развеселить как всегда серьезного Сальваторе. Не нравилась ей его угрюмость, прямо-таки категорически.
- Млекопитающие больше всего по вкусу напоминают человеческую кровь, - полушепотом произнес он, искоса поглядывая на подругу брата. – И если последний вопрос задан серьезно, то лучше взять кого-то покрупнее.
- Точно! – восхитилась Франческа его идеей. – Давай завалим медведя! Гризли же здесь водятся? Или махнем на северный полюс, а там обескровим полярного мишку с красивой белой шерсткой! Я всегда мечтала посмотреть на них вблизи, по телику они такие милашки! – задорно захлопала она в ладошки, подпрыгнув несколько раз вверх, точно резиновый мячик.
Детская непосредственность более чем трехсотлетней кровопийцы неожиданно стала веселить Стефана. С какой стороны не посмотри на ее ребячество – выглядело оно безумно забавным. Она и правда производила впечатление большого ребенка.
- Медведей в этой части штата нет, - не упустил мужчина случая блеснуть энциклопедическими знаниями, хотя вряд ли говорил девушке правду. Ему просто не удалось представить себе то, каким образом Фрэнки будет убивать свирепого хищника. А может наоборот, слишком ярко удалось. – А с полюсом, я надеюсь, ты пошутила.
- Вот! Вот главная ошибка человечества! – подняла она вверх указательный палец, по-прежнему очень умело мешая вампиру сосредоточиться на охоте. – Никто не воспринимает меня всерьез. Я так страдаю, ТАК СТРАДАЮ! – театрально стала заламывать она руки, изображая жертву вселенского недоверия.
Юноша повернул к ней немного озадаченное лицо, пытаясь понять, чего она добивается.
- Ладно уж, давай играть по твоим правилам, - решила она вовремя сдать «оружие». Жалеть ее никто не собирался, позволять себе некоторые вольности тоже. Вампир для этого оказался слишком наивным.
Следующие два часа девушка стойко пыталась привыкнуть к повышенной волосатости доноров, тошнотворной вони свалявшейся шкуры и к не очень-то приятному послевкусию на языке. Кровь зайчиков и кроликов не шла ни в какое сравнение с человеческой, а от хищников так нестерпимо воняло, что пробовать их во второй она не решилась. Мужчина же чувствовал себя в своей стихии, с явным наслаждением утоляя слишком уж разыгравшийся аппетит. В какой-то момент итальянка просто поймала себя на мысли, что очень внимательно следит за его действиями, и как-то уж чересчур безжалостно наблюдает за очередным убийством. Ей явно доставляло удовольствия видеть Сальваторе чуточку другим: слегка агрессивным, настроенным на инстинкты, с хищным оскалом на лице и засохшими капельками крови на губах, которые так и хотелось…
«Ох, Фрэнки!» - погрозил пальцем внутренний голос, знавший окончание недавно промелькнувшей мысли. «Уж не решилась ли ты в конец испортить святого мальчика?». Кстати, идея оказалась неплоха! Все-таки парочка одиноких бессмертных могут позволить себе раз в тысячелетие поддаться некоему психозу, тем более, что Дамон так расхвалил матрасный вид спорта.
Четко выяснив для себя, что в крови животных полно гормона идиотизма, девушка решила закончить отлов лисиц и белок, а затем стала дожидаться возвращения юноши, сидя у подножия огромной раскидистой ели. Изучив одежду на наличие следов так называемого веселья по-Стефански, и только сейчас заметив отсутствие туфель на ногах, она задумалась над тем, что делать с мирно спящей в пансионе девчонкой.
Уезжая, она оставила на подушке небольшую записку для Кэтти, в которой советовала чувствовать себя как дома, пользоваться всем без зазрения совести и постараться дождаться их возвращения с работы (ну они же вроде обычные люди, как никак). Напомнила о стоящем в кухне холодильнике с ломом продуктов (только ее предусмотрительный приятель мог позаботиться о таком количестве еды для одного разъединственного человека, находящегося в пансионе) и запретила даже близко подходить к входной двери и пользоваться телефоном.
Оставалось лишь надеяться на благоразумность девчонки и ее желание жить в дальнейшем нормальной жизнью. А вот сейчас Франческе предстояло решить, каким именно образом она будет вытаскивать из тягучего болота это несчастное создание. Вначале, конечно, неплохо было бы разобраться с семейной истории девицы, и ее роли в карточных играх. Потом можно попробовать отвезти ее в Италию… Нет, однозначно, роль заботливой наседки не для нее.
За спиной послышалось тяжелое дыхание, заставив резко обернуться. Шумно втягивая в себя воздух, к ней торопливой походкой приближался Стефан, но какой он был! Темные вьющиеся волосы спутанными прядями спадали на лицо, глаза светились, улыбка сияла, и выглядел он чуточку сумасшедшим. Эдакая приятная смесь из адреналина, гормона счастья и сытой удовлетворенности, сотворившая наконец свое правое дело – младший Сальваторе был неотразим.
- Отлично выглядишь, - отвесила ему комплимент Фрэнки, запрещая себе запоминать этот день в деталях. Совершенно незачем акцентировать внимание на подобных вещах. Она итак уже запуталась что и к кому чувствует.
- И как тебе? – спросил ликующий вампир, лениво прислоняясь плечом к соседней ели.
- Да как-то не особо, - многозначительно дернула она плечиком, хитро улыбаясь. – А тебе, я смотрю, понравилось, - она поднялась на ноги, так и этак разглядывая еще более похорошевшее лицо и умопомрачительные зеленые глаза с проблесками наглости (конечно, могло ведь и показаться, но он действительно смотрел на нее как-то странно).
- Да, - коротко подтвердил юноша, продолжая сверлить ее взглядом, причем смотрел в основном не в глаза. – Приятно чувствовать себя прежним. Без лисов в голове, без ненависти, которая душила мозг.
Он сделал два уверенных шага вперед, чем слегка удивил свою знакомую до состояния оцепенения. А все по причине мучительно-непрерывного контакта взглядов. Ей даже стало чуточку не по себе от столь внимательного изучения. Кажется, она оказалась права насчет наличия гормона идиотизма в животной крови. Стефан перепил… Или же решил отомстить ей за парочку неловких ситуаций, в которые попал благодаря ее неуемному темпераменту? В любом случае, ей безумно понравилась то состояние безграничной слабости, мгновенно обрушившееся на тело при осторожном прикосновении его пальцев к губам. Капля крови…какая безвкусица! Могла бы и догадаться стереть ее самостоятельно.
- Стеф, послушай, - начала вытаскивать себя из тягучих ощущений вампирша, толком не представляя, что именно собирается говорить.
- Тш-ш, - бесцеремонно остановил ее мужчина. – Мне нравится, как ты реагируешь на мое присутствие, - почти шепотом произнес он, внимательно вслушиваясь в гулкие удары ее сердца. Кажется, она назвала это физиологией. Скорее всего, просто слукавила, но да это было уже неважно. Почему-то именно в эту секунду из жизни вообще пропало любое понятие о важности, как, собственно, и все остальное. Последние двадцать четыре часа рядом была только она (не в мыслях, конечно, но все же).
Фрэнки не понимала ничего из творящейся вокруг реальности, да и не старалась особо интересоваться. Четко уяснив для себя, что в этот раз ни за что не станет навязываться, она просто стояла и ждала. Чуда, волшебства, другого Сальваторе, фейерверка в нем – чего-то действительно нереального и даже, быть может, неуместного. И на второй минуте приняла разочарование с должным объемом иронии. Пьедестал Елены Гилберт ей не занять ни за что на свете. Да не особо и хотелось стать чьей-то заменой.
- Это ель? – неожиданно спросил вампир, выпадая на секунду из таинственных размышлений на тему: делать/не делать.
Итальянка обернулась назад, с трудом осознавая суть вопроса, но все же кивнула головой в ответ и решила положить конец этим дурацким играм одним очень метким адресом, по которому собралась отправить зарвавшегося бессмертного.
- Короче так, - пламенно начала она привычные агрессивные нападки, одаряя юношу самым язвительным взглядом из всех возможных.
Но договорить так и не успела – помешали губы Стефана, с каким-то ярым неистовством впившиеся в ее. Девушка неловко покачнулась, делая ненужный шаг назад, а потом с легкостью запрыгнула на вампира, обвиваясь ногами вокруг его талии. И даже задумываться не хотела, что и как делает. Ей было глубоко плевать на моральные принципы, наличие у мужчины нерешенных сердечных вопросов и полную неразбериху в собственной душе. В кои-то веки просто захотелось побыть самой собой – бессмертной жительницей Апеннинского полуострова, в крови которой преобладает эгоизм.
Он растерялся лишь на долю секунды, неуверенно прижимая к себе шумно дышащую подругу брата, но очень быстро вернул самообладание на место. Ему и в голову не могло придти, что когда-нибудь придется быть настолько не похожим на себя, однако уже в следующее мгновение спина девушки неловко встретилась с деревом, чуть не повалив последнее на землю. Короткий истеричный хохот возвестил о целости костей Франчески, а ее глухой рык яро свидетельствовал о необходимости продолжения. Повышенная травмоопасность ситуации, похоже, никого из них не заботила.

Вот уже несколько часов подряд Дамон любовался отвратительной по своей природе идиллией, царящей в доме, и недоумевал все больше и больше. Этот тошнотворный вампир, таскающий в зубах тапочки для своей принцессы, его отец? Тот, кого любила Катрина сильнее собственного сына? Ему он обязан своим появлением на свет?
Какое счастье, что они похоже лишь внешне. У него просто в голове не укладывалось подобное поведение. Как можно позволять девке вертеть собой в разные стороны? Стоило блондинке только подумать о чем-то, моментально это что-то доставалось ей.
Сама девчонка не понравилась ему категорически. Капризная, избалованная, эгоистичная, совершенно недалекая особа, заглядывающая в рот своему драгоценному бессмертному. Она старалась дышать одновременно с ним, внимательно вглядывалась в каждое его движение, не спускала глаз с лица, отыскивая в выражениях даже намек на эмоцию, и все время старалась быть рядом, притом как-то уж слишком близко – либо не сходила с рук, предпочитая передвигаться усилиями папаши, либо сидела возле него, коли уж он был чем-то занят. И юноша с удовольствием бы обошелся без их манеры ежесекундно целоваться.
Говорили они в основном ни о чем, подкалывая друг друга странными на вид шуточками. А когда начало подниматься солнце, спустились в бильярдную, где блондинка тщетно пыталась отыграться за вчерашнее тотальное поражение.
Мужчину радовало уже то, что нет возможности пользоваться Силой, дабы своими глазами узреть очередную проигранную партию девки. Он не хотел так просто попадаться на глаза вампиру, сумевшему убить Клауса (в былые времена он ни за что не поверил бы в вероятность подобного развития событий). Древний считался одним из самых могущественных бессмертных на земле, о нем ходило бесчисленное множество легенд и мифов, а, по словам Мисао, тезке даже не пришлось прилагать особые усилия, чтобы проткнуть колом сердце очередного влюбленного в Катрину неудачника.
Поэтому он и стоял сейчас в трехстах метрах от дома, вынужденно полагаясь на острый слух и отличное зрение. И тем не менее, не сумел удержать себя в руках, когда услышал, каким именно образом свихнувшаяся на почве страсти парочка решила рассчитаться друг с другом за партию в бильярд.
Поддавшись какому-то мимолетному желанию, он отправил в сторону дома чудовищную волну Силы, которая тут же оказалась перехвачена.
- Совсем сдурел? – запищал тоненький голосок из соседних кустов. – Ты что творишь вообще? Он же порвет тебя как Тузик грелку!
Ближайшие заросли зашевелились, являя чуть прищуренному взору Дамона жалкое подобие семейства трусливых (иными словами, китсунша собственной персоной). На этот раз она не стала допускать столь уж очевидных проколов, поэтому предстала перед ним в своем человеческом облике коротконогой и кривоносой девицы с полным отсутствием первичных половых признаков.
- А ты знаешь, что сделаю сейчас с тобой я? – хищно оскалился юноша, делая один спокойный шаг вперед. Лиса выбрала самый неподходящий момент для появления.
- Знаю, - на всякий случай кивнула она, не слишком-то надеясь на хороший слух бессмертного, потому что он был по-настоящему зол в эту секунду. – Но ты и понятия не имеешь, какова Сила Дамона. Ты хоть подумал для начала, чью кровь он пьет всю неделю? У этой девки в жилах течет такая реактивная смесь, что тебе и не снилось нечто подобное. Видел когда-нибудь фокусы своего папаши? За последнюю неделю он научился не только тем приемам, которые демонстрировал мне ты, но и кое-чему покруче. Так что остынь. Потаскуху в личное пользование ты получишь в любом случае, но чуть позже. Какого черта ты хотел сейчас сделать? Заставить его почувствовать жажду? Разорвать горло блондинке? – усмехнулась она, с удовольствием наблюдая за медленно возвращающейся к вампиру способностью логично мыслить. – Он не сделает ей больно, даже если та сама попросит. Зато ты бы прокололся окончательно. Пойми, надо держать их в неведении до конца. Ты – наш главный козырь, а твоя Сила будет большой неожиданностью для всей семейки Сальваторе. Я бы посоветовала тебе, подчеркиваю это слово, всего лишь посоветовала, вернуться к хашишиновской подстилке и как следует разукрасить девочку. Оба ассасина уже настроены не так враждебно, как мне бы хотелось.
- Как ты ее назвала? – сухо спросил Дамон, старательно затыкая в себе все пять чувств, обостренные в эту секунду до предела.
- Кого? – в недоумении выпучила глаза Мисао, медленно прокручивая в голове все вышесказанное. Кажется, что-то в ее формулировках уж слишком его не устроило.
- Кэролайн, - зловеще прошипел вампир. – Как ты ее назвала?
Лиса тихо ойкнула, всеми способами проклиная бессмертного. И этот туда же! Они тут все помешались на благородстве?
Мужчина сжал один кулак и без всякого стеснения прошелся им по заискивающей улыбке рыжей гадины. К своему огромному сожалению, Силой он воспользоваться не мог, но хватило и парочки человеческих трюков, чтобы впредь подобного не повторялось.
- Еще раз распустишь свой мерзкий язык в ее сторону, - тихо пригрозил он. – Придется учиться общаться взмахами рук. И я сам буду решать, что и когда мне делать.
- Я поняла, поняла! – молитвенно сложила она тоненькие ладошки на груди, в душе ликуя над его невозможностью еще раз применить свои фирменные штучки. – Но тебе и вправду лучше уехать. Он ведь может учуять твой запах…
Юноша презрительно фыркнул. И что? От него пахнет практически так же, как от человека, поэтому ничего страшного не произойдет. Ему нужно было увидеть девчонку! Сегодня же! Он приехал сюда не любоваться слюнявостью дорогого отца, а поиграться с его девкой. И обязательно получит такую возможность.
- Дамон, - успокаивающе забормотала лиса, поглаживая его по руке. – В дом тебе не попасть, и ты это прекрасно понимаешь. Сюда посреди ночи она не выйдет, как и он ее не бросит. А днем они постоянно вместе, потому что эта красота спит беспробудно. Я уже почти все устроила, через неделю – максимум десять дней – она будет у тебя. А сейчас уезжай, пожалуйста. Мы с тобой столько ждали удобного случая отомстить, подготовили кольцо, - она внезапно замолчала, смерив вампира неодобрительным взором. – Ты ведь сохранил его милую безделушку?
Тот кивнул в ответ, продолжая всматриваться в занавешенные окна первого этажа, с трудом пропускающие горящий во всем доме свет. Почему не сейчас? Зачем еще ждать? Умом он понимал всю опасность своих внезапных желаний, но не мог от них отказаться. Он хотел ее крови, криков, стонов, болезненных всхлипываний, жаждал увидеть заплаканное лицо, с прилипшими к нему светлыми волосами. Почувствовать ее страх на себе. Эти аккуратные ладошки, тщетно отталкивающие от себя тело ненавистного монстра. Она должна была узнать, что у боли красный цвет. Когда все внутри горит огнем, каждая кость рушится самостоятельно, тысячи иголок впиваются под кожу, вгрызаясь в нервные окончания. Когда перед глазами вспыхивают и гаснут многоцветные круги, и ты понимаешь, что это один и тот же оттенок – черно-алый. Цвет твоей смерти, которая продлится не один день, цвет угасающей в адских муках надежды, когда ты точно знаешь, что абсолютно одинока. Вас всего двое в этом мире – палач и жертва. И от него не приходится ждать снисхождения, потому что он мечтал об этом дне пять столетий. Увидеть тебя – плачущую, истерзанную, униженную, беспомощную – и рассмеяться. Громким, заливистым смехом, какого лишен был в детстве. Так, чтобы ты поняла: это всего лишь начало конца.
- Так что? – нетерпеливо потрясла его за ладонь Мисао. – Ты согласен?
- С чем? – растеряно спросил он, вновь возвращаясь мыслями к разговору, большую часть которого пропустил. – С чем я согласен?
Лисица тяжело вздохнула, но повторила основную часть своих умозаключений.
- Возвращайся назад, наведайся по дороге к хашишину, напомни ему о наличии у тебя Кэролайн, - нехотя выдавила она из себя имя девушки. – Не надо больше глупос…Ну в смысле, что показываться на глаза Дамону, не самый лучший вариант. Я тебе обещала, что мы отомстим. Им всем, - она искоса глянула на симпатичный с виду особнячок, мечтая увидеть его полыхающим, а потом вышла из роли озлобленной местью особы.
По-другому добиться его расположения у нее просто не вышло. При одном упоминании треклятого чувства отмщения от становился разительно другим бессмертным: с горящими глазами, сцепленными зубами и красноречиво повествующим выражением лица. Он ненавидел весь белый свет и упивался жалостью к себе вплоть до того момента, когда не находил очередную жертву. Дальнейшей судьбе этой чаще всего молодой и красивой особы завидовать было глупо. Он питал к представительницам слабого пола какую-то необъяснимую обычными терминами неприязнь. Ему доставляло удовольствие их мучить, нравился вкус крови, которую переставало гонять по венам остановившееся сердце. В самой искренней степени этот вампир был прирожденным садистом, с неутолимой жаждой убивать. Лиса много чего узнала о нем за короткие две недели, которые пришлось провести рядом с ним в Европе, где и произошла судьбоносная встреча. Долгое время он жил в Германии, среди друзей Клауса, которые считали его если не приемником, то преуспевающим учеником точно. И его желание отомстить Дамону стало решающим козырем в уговорах, чью именно сторону следует занять. Сначала она и не догадывалась о наличии в нем такого огромного количества Силы, но постепенно все стало разбредаться по своим местам. Это был особый вампир. По многим признакам.
Его не пугал солнечный свет, что само по себе было уже чем-то новым. Вербена, розалия и другие ведьмовские штучки действовали на него, как на обычного человека – никак. И нет в мире такой породы дерева, которое способно было причинить ему малейший вред. Данный факт сыграл свою роль в расстановке приоритетов – он стал главной пешкой. В последствии, конечно, китсунше пришлось кое-что уяснить о его нежелании идти по чьим-то тропкам, но в общем и целом он был ей необходим. Особенно в свете последних событий, когда не удалось столкнуть между собой старшего Сальваторе и Корвинуса. Конечно, они по-прежнему действуют в одиночку, но рано или поздно все же окажутся по одну сторону баррикад, а это может очень печально закончится для нее. Хотя… Если Алексу удастся утащить блондинку из-под тотальной защиты итальянца, кто поручится за жизнь Главного ассасина? Кажется, желающих делать заведомо проигрышные ставки не найдется.
Юноша смотрел на невысокую девчушку в течение долгих двадцати секунд, а потом послушно пошел к машине, на ходу проклиная все на свете.
- Учти, рыжая, - буркнул он через плечо, выходя на проезжую часть, где и оставил многострадальный автомобиль тремя часами ранее. – Если я не получу Елену в течение недели, ты горько пожалеешь об этом.
- Я уверена, что получишь, - усиленно залебезила Мисао, стараясь держаться на как можно более дальнем расстоянии от вампира. – И по плану тебе необходимо будет отдать ее хашишину, помнишь? Хотя бы парочку ее частей…- неуверенно добавила она, слабо веря в его способность удержаться от излишнего насилия.
- Я помню об этом, - хищно оскалился он, скрываясь в душном салоне. – Проваливай давай, - напоследок крикнул Дамон, до предела опуская стекло.
Последней светлой мыслью за сегодняшнюю ночь стала одна короткая фраза, неоновым светом вспыхнувшая в голове: он соскучился по Кэролайн.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:25 | Сообщение # 41
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 29

Елена схватилась мокрой рукой за протянутую ладонь вампира и аккуратно вылезла из бассейна, в который раз за сегодняшний день сожалея о чрезмерной раздражительности бессмертных. Ей пришлось молча снести холодный взгляд, смотрящий в основном куда-то чуть выше макушки, робко поблагодарить за поданное полотенце и очень спокойно отнестись к показному безразличию. Она ведь сама виновата в отсутствии у Дамона хорошего настроения. Зачем нужно было заводить этот разговор, больше напоминающий очередной каприз избалованной постоянными потаканиями девицы? Лучше бы уж промолчала…
Она на носочках добралась по скользящему под босыми ступнями полу до стоящих неподалеку удобных пластиковых кресел, на ходу обматывая тело махровой тканью, и уселась. Сегодня был четвертый день их пребывания в новом доме, не заладившийся с самого утра (точнее вечера, потому что любимый был вынужден проводить все светлое время суток в четырех стенах, желательно без наличия окон, а ей хотелось составить компанию ночным прогулкам по бесконечному участку). Проснулась она с блаженной улыбкой конкретнейшей идиотки на лице, затем позволила себе несколько крайностей в отношении совращения лежащего рядом юноши, который – к ее огромному удивлению – крепко спал до этого момента, потом быстро умылась, в сотый раз за неделю поздравила свое отражение с очередным самым счастливым добрым утром, прижала к щеке «отработанное» кольцо и понеслась на поиски своего любимого. Найти его не составило никакого труда. Он занят был приготовлением завтрака для своей принцессы, и вот тогда-то и произошло то, о чем до сих пор приходится сожалеть, глядя на повернутую к ней спиной полураздетую фигуру.

- Почему ты не говорил мне, что иногда все же спишь? – строго спросила девушка, обвиваясь руками вокруг его талии. Безусловно, тон ее был едва ли обвинительным, но с кое-какими интонациями все же удалось справиться. Вопрос звучал немного укоризненно.
- Как-то за пять столетий ни разу не замечал у себя этой особенности, - неохотно буркнул Дамон, явно не слишком обрадованный неожиданным открытием блондинки. Хотя и знал причину появления столь нежелательной слабости. Ему не хватает крови.
Разумеется, он мог в любой момент взять совсем немного у своей очаровательной принцессы, которая уже и не надеется на подобное снисхождение, но делать этого не хотел. Последнее время он стал замечать в себе некоторые «отклонения» от нормы. Ее кровь и раньше сводила с ума, однако он всегда знал, когда должен остановиться. А сейчас все стало чуточку иначе – появился настоящий Голод, и от него не так-то просто отделаться легким укусом. Он заседает у тебя в голове и медленно порабощает, требуя больше и больше. Его уже не устраивало получаемое количество, он жаждал Жизни, которую никогда не получит. И вампир знал причины его появления. Так случалось всегда – это неотъемлемая часть отношений человека и бессмертного. Умел ли он бороться с чем-то подобным? Хотелось бы верить.
- Ты вообще слышишь меня? – немного обиделась девушка, впервые столкнувшаяся с тем, что мужчина ее совершенно не слушает. Он был чем-то действительно обеспокоен. Неужели сладкий сон рядом с ней такое трагедийное событие?
- Конечно слышу, моя девочка, - улыбнулся юноша, ласково целуя надутые губки. – Но сначала завтрак, а потом все остальное.
Елена искоса глянула на него, покорно занимая место за небольшим обеденным столом прямо в кухне, потому что не нашла в себе сил тащиться с тарелками в столовую, и быстро принялась расправляться с еще горячим омлетом и бесподобными тостами. Она не переставала сверлить изучающим взглядом отсутствующее выражение лица вампира, но не заговорила, пока не выпила залпом порядком поостывший кофе.
- Дамон, что-то случилось? – как можно более нежно спросила она, пересаживаясь к нему на колени. Выглядел он самым разнесчастным образом, что само по себе было плохим знаком. Вчерашний день закончился так хорошо! После двухчасовой прогулки вокруг озера, бессмысленной игры в догонялки (с неутомимым бессмертным забава превращалась в наискучнейшее занятие, однако приз победителя с лихвой окупал все затраченные силы и искупал недостатки), суицидальной попытки искупаться в ледяной воде, получасового выслушивания гневной тирады в исполнении вампира, призванной указать ей на полное отсутствие здравого смысла в организме, а потом спешно подписанного перемирия, она, полуживая от усталости, свалилась в кровать и мгновенно заснула, не удосужившись даже выслушать пожелание спокойной ночи. Однако сегодня не осталось и следа от былого веселья. Задумчивый, грустный, расстроенный – в общем, совершенно на себя не похожий старший Сальваторе, пугал ее своим нежеланием идти на откровенность. – Милый мой, что с тобой? Я что-то не так сделала? Сказала лишнего? Просто ты даже не догадываешься, как я мечтала иметь такую возможность: открывать глаза и видеть перед собой твою блаженную улыбку и опущенные веки. Если бы я только могла описать словами, насколько ты красив, когда спишь! – она со всей силы сжала юношу в объятиях, явно задаваясь целью задушить его при первом же удобном случае.
- Это тут ни при чем, - немного сдавленно ответил мужчина, неохотно отворачивая голову в сторону. Лучше уж сразу запретить себе смотреть на ее горло, чем заниматься потом отлавливанием отвратительных мыслей. – Мне нужно ненадолго уехать завтра утром, - немного нерешительно начал он, вполне осознанно ожидая очередную порцию из удивления, любопытства и желания составить ему компанию, ведь она всегда хотела быть рядом.
- Зачем? – полностью подтвердила девушка догадки вампира о формулировке первого вопроса. И уже через мгновение ей удалось разобраться в сути небольшой проблемки, правильно выявив все признаки. Она резко хлопнула себя ладонью по лбу и широко улыбнулась. – Верно говорят, что мужчины впадают в гнев, когда чувствуют голод. Дамон, - она дернула за руку смотрящего в другую сторону юношу и постаралась ничем не выказывать своего скептического отношения к так называемым проблемам. – Почему бы просто не сделать мне приятное?
- Елена, - предупреждающе заявил он, пытаясь подняться на ноги. – Мы уже сотню раз обсуждали это. Сто первого не будет.
- Хорошо, - покладисто согласилась блондинка, уловив в его голосе уж слишком категоричный отказ. – Тогда поехали. На дворе ночь и мы вполне можем позволить себе маленькую прогулку до ближайшего населенного пункта. Сколько нам топать? – она с воодушевлением слезла с коленей мужчины и бодро зашагала к лестнице, собираясь потратить на сборы немногим больше двух минут. Терпеть рядом с собой вновь всем недовольного бессмертного ей не хотелось. Временами он становился довольно-таки невыносимым, а уж если начинал называть ее по имени в подобном тоне – беды ждать следовало с минуты на минуту. Не самая многообещающая перспектива, по ее мнению.
- Что значит, «маленькая прогулка»? – будто слегка недопонял он, хотя на самом деле прекрасно догадывался о степи, в которую решила забрести их милая вечерняя беседа. Он уже несколько раз ловил свою принцессу на такого рода мыслях, но никак не решался откровенно поговорить с ней на эту тему. Слишком бредово выглядели ее доводы.
- Это значит, любимый, - снисходительно пробормотала она, почти бегом взлетая на второй этаж. – Что сегодня мы будем вместе от начала и до конца.
Вампир очень спокойно шел за ней до той самой секунды, пока не осознал суть озвученного вслух объяснения. Она хочет быть с ним? На импровизированной охоте за приятно пахнущей шейкой какой-нибудь очаровательной юной леди?
Ему не удалось правильно отреагировать, хотя беседа отнюдь не являлась откровением. Чудные «думы» давно бродили в этой милой головке, и каждый раз девушка умудрялась приходить к выводу о том, что ей действительно необходимо увидеть все своими глазами.
Елена быстро скинула на пол очередной подарок мужчины из множества кружев самого откровенного покроя, натянула более привычное белье, следом подходящие для лесных прогулок спортивные штаны, футболку, кроссовки, схватила куртку и встала у двери, поджидая замершего на месте юношу. С ним сегодня случилось что-то странное. Витающий в облаках Дамон – явление само по себе довольно забавное, хотя и чуточку тревожное. Она и не сомневалась, что ему удалось разобраться в ее желаниях и даже мотивации, но все же было бы правильнее выразить свои ощущения вслух. В первую очередь для самой себя – ей ведь действительно это необходимо?
- По-моему, нет, - категорично отозвался вампир на незаданный вопрос. – Ты понятия не имеешь, что собираешься увидеть. Это не игры, принцесса.
Он резко повернулся к ней спиной, словно пытался успокоиться прежде, чем сумеет наговорить грубостей. Только не сейчас, это будет неправильным. Мисс Гилберт в очередной раз заигралась в розовую действительность, где все вокруг любят друг друга, понимают и восхищаются. Ей кажется неправильным тот факт, что она не знает о жизни бессмертного достаточного количества подробностей, удивляет то, что до сих пор никто не удосужился объяснить ей прописные истины…
- Что в этом такого? – продолжала девушка наглядно демонстрировать природную непосредственность. – Кровь – твоя жизнь, и если уж я не могу дать ее тебе в достаточных количествах, то должна привыкнуть к некоторым нюансам в будущем. Я с самого начала знала, кто ты такой, и не могу сказать, что сильно пугалась. Тогда чего мне опасаться сейчас? Ты не убиваешь людей, так что, пожалуйста, прекрати подыскивать причины, согласно которым мне стоит остаться дома. Это все равно не работает, - натянула она на лицо ликующую улыбку, будто почувствовав в воздухе запах приближающейся победы.
Плечи мужчины заметно расслабились, что позволило ей несколько раз облегченно выдохнуть. Выходит, не так уж все и сложно. Поэтому она с удовольствием опустила ручку двери вниз и почти бегом кинулась к лестнице, ожидая присоединения вампира в кратчайшие сроки. И только чудовищный звук «ба-бах», донесшийся из спальни, привел ее в некоторое чувство, выбивая из груди слишком рано обосновавшееся там ощущения собственного превосходства. Как и следовало ожидать, Дамон Сальваторе вновь оказался на вершине горы Непредсказуемости, за что и поплатился один из огромных платяных шкафов, находящихся в спальне. К слову, забить его до отказа вещами блондинке так и не удалось – сказывалась катастрофическая нехватка времени.

И до настоящего момента ей так и не удалось услышать от него хоть слово, даже не смотря на бесконечное число попыток извиниться и клятвенных уверений в том, что она осознала свою неправоту и понимает, насколько ему должно быть неприятно слышать от нее нечто подобное. Хотя с последним все же возникали некоторые сложности. Разве так трудно смириться с мыслью о том, что она любит его настоящего, а не того, кем бы он хотел для нее быть? Разумеется, ее мужчина идеален во всех отношениях, и в самом деле умеет быть чьей-то мечтой, но прежде всего он – вампир. И именно этот факт нравился ей больше всего. Истинный бессмертный, пьющий человеческую кровь… Есть в данной формулировке что-то зловещее, заставляющее сердце неистово колотиться в груди от каких-то комканых переживаний. Страх, восхищение, желание прощупать реальность на наличие правдивости, мелкая дрожь в коленях от одного воспоминания о нежном прикосновении зубов к горлу. Все это было лишь малой толикой тех эмоций, которые она испытывала в его присутствии.
- Дамон, - почти беззвучно позвала Елена, уже отчаявшись добиться снисхождения до своей персоны. Может, он и умел быть ласковым, но вот играть роль обиженной добродетели у него получалось гораздо выразительнее. Невозможно придраться даже к взгляду: холодному, полному ненависти и искреннего отвращения, колкому взору хищника. – Мне не нравится, что ты злишься. Я правда не хотела…
Девушка замолчала, испытывая на себе все известные ей ругательства. Как вообще может нравиться чья-то злость? И чего же она не хотела? Наверное, просто не удосужилась представить себе реакцию юноши на вроде как невинное предложение, поэтому глупо говорить о каких-то случайностях. Этот разговор она планировала давно, однако умудрилась испортить настроение не только себе, но и ему, а заодно поставить под удар окончание незабываемого отдыха, который рушился прямо на глазах.
- Хорошо, - неожиданно произнес вампир, поворачивая-таки к ней слегка напряженное лицо. – Я не знаю, чего ты хочешь добиться этим своим очередным капризом, но увидишь все, на что рассчитываешь.
Она не стала спорить с довольно неприемлемой формулировкой насчет капризов, но и уж слишком бурно радоваться не спешила. Сначала необходимо исправить свои же ошибки, и лишь затем кидаться наверх, чтобы в который раз за день переодеться.
- Мне, правда, важно узнать об этой стороне твоей жизни, - очень мягко проговорила девушка, нерешительно останавливаясь за его спиной. Удивляло то, с каким поразительным упрямством ее мужчина не желает признавать очевидных вещей. Ей не просто интересно все, что с ним связано – кое-что просто обязано в недалеком будущем стать частью и ее образа жизни, а значит, лучше быть готовой ко всему заранее.
- Одевайся уже, - тяжело вздохнул вампир, не слишком-то охотно оборачиваясь.
Елене пришлось стойко выдержать неуместно несчастный взгляд черных глаз, и только потом медленно зашагать в сторону лестницы, ведущей на первый этаж здания. Затылком она ощущала неодобрение бессмертного, от чего и без того отвратительное настроение приобрело унылый серый оттенок катастрофической грусти.
Собираться ей пришлось на автопилоте, потому что голова была занята разительно другими вещами: а как, собственно, все происходит в реальной действительности? Какой он с другими девушками? Вряд ли столь же ласковый и обходительный, коим бывает с ней, но и бесчувственном монстром с набором условных рефлексов ей не удавалось его представить. Холодный, отстраненный, сосредоточенный – возможно… Хотя может быть и иначе. Увлеченный забавной игрой, пугающий и при этом безусловно привлекательный, он умел быть кем-то на грани, четко знал границу между жизнью и смертью, которой беззастенчиво пользовался. Использует ли он Силу, чтобы не доставлять боли?
Девушка крепко сжала кулаки, поймав себя на мысли о том, что его «жертвам» вовсе не обязательно получать удовольствие. И причиной тому послужила первобытная ревность. От одной сцены того, как ее любимый мужчина прикасается губами к чьему-то мерзкому (а оно просто обязано быть отвратительным!) горлу, ей захотелось выбросить бредовую идею из головы и постараться навсегда забыть сегодняшний день. Почему она раньше не подумала об этой составляющей «охоты»? Даже если Дамон не убивает ради крови, этим займется она, потому что никому не позволено…
«Умница, Елена» - стала ехидно нахваливать она саму себя. «Продолжай в том же духе и скоро будешь нежно обнимать руками мягкие стены. Уровень твоей кровожадности перестает иметь четкие границы». Конечно, ей стоило задуматься раньше о некоторых собственнических инстинктах, а не городить огород посреди густо засаженного леса, но отступать уже не представлялось возможным. Поэтому она с тяжелым грузом на шее поплелась к выходу, сохраняя в душе надежду о проницательности бессмертных. Быть может, он догадается о ее желании капитулировать?
К слову, она зря тешила себя бесплодными мечтами. Юноша настроен был очень решительно, и хотел доказать своей принцессе некоторые постулаты о смысле слов «нельзя» и «можно». Если уж она хочет идти до конца, он с удовольствием ее сопроводит.
На дорогу до Бугатти ушло гораздо больше времени, нежели в первый день их приезда в это райское местечко, а все потому что вампир ограничился человеческой скоростью и к безмерному удивлению девушки даже не попытался взять ее на руки, неспешно вышагивая впереди нее с гордо поднятым подбородком. Казалось, к ней опять вернулся прежний Дамон – высокомерный, самовлюбленный и бесконечно эгоцентричный тип, с которым не так-то просто найти общий язык, пусть и на отвлеченные темы. Вот только на этот раз в его появлении целиком и полностью была виновата мисс Гилберт, которая стала ходить по кругу в мысленных упреках самой себя. Слово «идиотка» использовалось ею по меньшей мере пару десятков раз. Легче, правда, от этого не становилось.
Уже сидя в салоне автомобиля и вдыхая бесподобный запах кожаных сидений, девушке пришлось прикусить верхнюю губу, чтобы заткнуть себе рот в прямом смысле, потому как ее мягкие и осторожные: «Милый, я…», и прочие шамкающие полупредложения лишь понапрасну сотрясали воздух. С Сальваторе-старшим, впавшим в бессознательную злобу на весь окружающий мир, невозможно было построить внятного диалога.
Весь путь до ближайшего населенного пункта (приблизительно около двадцати километров, если верить дорожным указателям) пролетел в атмосфере концентрированной задумчивости. Вампир изо всех сил старался выстроить в голове хотя бы одну мало-мальски человечную схему «укуса», которая бы включала в себя присутствие столь заинтересованного зрителя, как Елена. Своими «фирменными» штучками пользоваться было категорически запрещено. У него нет ни времени, ни желания обольщать какую-нибудь юную мисс, пренебрегающую родительскими советами о соблюдении комендантского часа. Флиртовать с девчонкой тоже не представлялось возможным, потому что в этом случае он рискует столкнуться с довольно ощутимым на вкус гневом своей принцессы, который вряд ли покажется ему скучным. Да и обижать ее не хотелось, впрочем, как и делать больно.
Воспользоваться Силой, а потом просто прильнуть болезненно покалывающими клыками к сочной шее, точно последний стервятник? Даже если опустить наличие отвращения к подобному способу выживания (а по-другому это просто не назовешь), то его аристократическая сущность просто не вынесет такого рода издевательств.
Так и не найдя достойного выхода из неприглядного на вид положения, мужчина остановил машину вблизи первого попавшегося придорожного мотеля с сомнительной репутацией, и после минутного колебания повернулся лицом к заметно разнервничавшейся спутнице.
- Ты точно этого хочешь? – с сарказмом спросил он, краем глаза наблюдая за крепко сцепленными в замок побелевшими пальцами.
- Да, - вновь подтвердила девушка, противореча самой себе. Даже стороннему наблюдателю становилось ясно, что она вовсе не в восторге от будущих перспектив.
- Тогда пойдем, - ослепительно улыбнулся вампир, собираясь играть по предложенным правилам. Разумеется, не составило никакого труда догадаться о причинах ее нежелания идти на попятную. Ревность – вот что громко вопило в светловолосой девушке. Она безумно боялась именно этого чувства, и в то же время буквально сгорала от нетерпения наконец-то ощутить его внутри себя в полной мере.
И будь в нем чуточку меньше злосчастной любви к собственной персоне, возможно, удалось бы с легкостью отказаться от дурацкой затеи. Но он слишком любил эту храбрую девочку, медленно вылезающую из Вейрона с видом приговоренной к смертной казни, а ее ревность до сих пор оставалась одной из самых ярких эмоций, нежно терзающих душу безграничной эйфорией переживаний.
- Дамон, - опять непонятно к чему пробормотала Елена, боковым зрением отмечая возникновение рядом с собой сияющего улыбкой лица. – Ты ведь…
- Я уговаривал тебя остаться, моя принцесса, - довольно вежливо перебил он любые предостерегающие речи, накрывая ладонью слишком говорливый рот. – Но ты не стала слушать. Тогда что мне мешает поступить также?
- Ничего, - невнятно буркнула девушка, опуская взгляд донельзя наивных голубых глаз вниз. – И ты прав во всем, просто…
- Что я слышу! – театрально всплеснул руками вампир. – В кои-то веки ты признаешь мою правоту. И знаешь, я ни за что не дам тебе об этом пожалеть, - заговорщически подмигнул он, медленно опуская ладонь вниз, позволяя пальцам скользнуть по ключице, зацепиться за собачку на молнии кофты и как бы невзначай опустить ее на несколько сантиметров ниже.
Елена невольно вздрогнула от его прикосновений, сильнее вжимаясь в кузов красотки Бугатти, и тут же расслабилась. Такая ее реакция была вполне оправданной вещью, потому как последнее предложение звучало по меньшей мере угрожающе. Ему по-прежнему нравилось пугать людей, а потом наслаждаться их страхом и чрезмерной покорностью. И с этим уже невозможно было спорить, особенно когда опасность нравилась ей чуть ли не в разы больше, нежели ему.
Девушка тихо выдохнула, с какой-то болезненной дрожью в ногах ощущая медленно скользящие по теплому телу относительно холодные руки, и попыталась обнять мужчину, когда он отрицательно покачал головой и плотоядно улыбнулся.
- Мне нужно гораздо больше, нежели обычный поцелуй на глазах у всей улицы, - шепнул он, касаясь губами мочки уха своей принцессы, задрожавшей на последних словах.
Она скорее интуитивно, нежели рефлекторно, огляделась по сторонам и выдавила из себя нервный смешок, быстро застегивая молнию до самого горла.
- Шутить изволите, мистер Сальваторе, - смерила его Елена гневным взором, хотя и понимала, что прав на это у нее не имеется вовсе.
- Строга, но справедлива, - хохотнул юноша, отодвигаясь назад, чтобы дать ей возможность отойти наконец от машины. Ему уже начинала нравиться спонтанная идея поохотиться «вместе» - было в ней что-то действительно сексуальное. – Мы пойдем или так и будем стоять, испытывая мое довольно ограниченное терпение? – учтиво спросил он, предлагая своей даме взять себя под руку.
Девушка милостиво кивнула, с легкостью подхватывая не только его локоть, но и игривое настроение. Относиться ко всему с юмором? Кажется, это наилучший вариант. Тем более, что их обоих, судя по всему, волнует реакция друг друга.
Как оказалось, первый признак взвинченного состояния бессмертного – чрезмерная говорливость и слегка неуместный черный юмор. Всю дорогу Дамон выдавал более чем странные шуточки, на которые ей, наверное, все же стоило реагировать.
- Будем считать, что это твоя первая охота, - несся он на волне излишней фантазии, с каждым шагом все крепче сжимая свободной рукой вцепившуюся в собственный локоть ладонь. – Вопросы, предложения и едва ли способная возникнуть критика приветствуется. Почему именно третьесортный мотель? – задал он вслух давно вертевшийся на языке блондинки вопрос. – Во-первых, он был ближе всего, а голод имеет свойство возрастать, когда рядом с тобой находится прелестная шея самой желанной девушки в мире. Во-вторых, вряд ли здесь найдется особа, страдающая от излишка интеллекта, а значит и сам процесс внушения сводится до пары-тройки простейших приемов. В-третьих, в это время на улице трудно встретить случайных прохожих, и все возможные «места обитания» предполагаемых доноров сводятся к круглосуточным заведениям, в которых не обойтись без алкоголя. А уж пить кровь со спиртом… - он картинно вздрогнул, очень ярко представляя все вкусовые качества подобного напитка. – В общем, я предпочитаю менее испорченные варианты. Почему же все-таки девушки? – вновь поинтересовался юноша у самого себя, останавливаясь в паре метров от припаркованной у административного корпуса (слишком гордое название для одной завалященькой комнатки площадью в два квадратных метра) старенькой машины докембрийского периода производства. – С ними намного проще. Шансов понравиться без Силы у меня предостаточно, что лишний раз гладит по голове мое внутреннее вампирское «я», а там уже и кровью обеспечат, и лаской, и вниманием, - на последних словах он крепко зажмурился, уклоняясь от удара сцепленной в кулачок ладошки. Гневный вопль: «Я покажу тебе сейчас внимание и ласку!», должно быть перебудил большую часть постояльцев невзрачной гостиницы, что увлекшаяся ребячеством парочка не удосужилась принять на заметку.
Елене удалось-таки несколько раз как следует приложиться ладошкой к спине ловко уворачивающегося мужчины, что только добавило обоим азарта. Схватив в охапку сопротивляющуюся изо всех сил девицу, Дамон с какой-то животной яростью впился ей в губы, посылая к чертовой матери и жажду, и осторожность, и весь белый свет в придачу. От былой злости на капризную мисс Гилберт не осталось и следа.
Поцелуй получился не совсем нежным, что сказалось буквально сразу же. Короткий выдох и вампиру пришлось спешно приходить в себя, едва ощутив на языке настойчивый металлический привкус крови.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:26 | Сообщение # 42
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
- Что-то не так? – тихо спросила девушка, словно почуяв неладное.
Он все также держал ее на руках, только теперь она вновь оказалась в роли беззащитного ребенка, с прижатой к приятно пахнущему плечу головой. По волосам медленно скользила чуть подрагивающая ладонь, точно он пытался успокоить ее, и уж только после этого взяться за собственное состояние.
Однако… Никогда прежде банальная капля человеческой крови не действовала на него подобным образом. Откуда во всем теле столь неистовая жажда? Неужели за пару месяцев он сумел настолько привыкнуть к ее «вкусу», что теперь не в состоянии управлять собой? Быть того не может! Это всего лишь легенды и сказки, придуманные ламиями для своих детишек. Мол, не надо путаться с людьми, вы все равно не в состоянии оставить их в живых. Хотя бы не сейчас! Ведь он не может превратить ее так скоро. Это же форменный сволочизм, ставить его перед выбором – она – бессмертная или мертвая! Да он никогда не позволит себе…
- Дамон! – уже громче взмолилась девушка, со страхом вслушиваясь в частое дыхание вампира. – Что произошло? Я что-то не так сделала?
«Возьми себя в руки, черт возьми!» - грозно велел беспринципный внутренний голос, заставляя отойти в сторону от ненужных акцентов на участившемся сердцебиении принцессы. Он ведь жил до сих пор только ради этого звука! Неужели сумеет лично заглушить бесподобную мелодию ее трепетного сердца? Да никогда в жизни!
- Все в порядке, моя девочка, - натянуто улыбнулся мужчина, опуская ее на изрытый ямками и трещинами асфальт. Видимо, она даже не заметила, что его чрезмерная страстность повредила ей нижнюю губу.
- Зачем ты обманываешь меня? – продолжала тревожиться Елена, бесплодно пытаясь рассмотреть его лицо во всех деталях. Какое-то шестое чувство подсказывало, что все вовсе не так радужно, как старательно преподносит вампир.
- И когда только ты научишься мне доверять? – со смехом поинтересовался юноша, очень правдоподобно изображая негодование. Радовало уже то, что он не растерял навыки залихватской лжи, иначе от допроса с пристрастием его не спасла бы даже вышедшая разобраться в причинах шума служащая мотеля.
- Почему вы мешаете моим постояльцам отдыхать? – грозно спросила полная женщина лет сорока пяти, упирая руки в те места, где у среднестатистических дам по идее находится талия. – Это форменное безобразие, молодые люди! Если вы решили остановиться здесь, тогда прошу за мной. Нет? Проваливайте! Здесь вам не бордель с красными фонарями, а приличное заведение! Без документов даже носа своего не показываете на пороге, в противном случае ночное свидание придется осуществлять в рамках закона в комнате с решетками на окнах! – единым духом пригрозила она, пристально разглядывая близко стоящих друг к другу «нарушителей покоя».
- Мы хотели бы снять комнату, - вежливо дождался Дамон окончания пламенной тирады, и только на последнем слове сделал несколько вполне спокойных шагов навстречу, жестом заставляя девушку на некоторое время оставаться на месте.
Гневливая администраторша явно не подходила на роль привлекательного донора, однако некоторые правила приличия все же никто не отменял, что и заставило его быть предельно корректным в не слишком приятном общении. Убедить кое в чем потрепанную временем тетку не составило труда, при этом даже не пришлось прибегать к действию Силы. Пара свежеотпечатанных ассигнаций нежно зеленого оттенка перекочевали из портмоне вампира в жадные ладошки с сарделькообразными пальцами, и в следующую секунду перед ним появилась совершенно другая женщина, имя которой начиналось со слов «Сама Заботливость». Бессмертному было предложено на выбор сразу несколько недавно отремонтированных номеров, два из которых носили гордое название «Люкс», а беспрерывно жалующиеся на шум во дворе постояльцы вынуждено отправились по известному адресу, столь любезно указанному явной грубиянкой.
К слову, мужчине все же удалось отыскать среди местного электората довольно прелестную особу немногим моложе двадцати пяти. Внешне она не представляла собой ничего выдающегося, но хотя бы не вызывала отвращения, а это уже огромный плюс. Дело оставалось за малым – как бы случайно ошибиться дверью и завести ничего не значащий разговор. Над тем, что Елена наплюет на его предостережение и, не выдержав, пойдет на поиски, даже не приходилось задумываться. Его принцесса была чрезмерно целеустремленной юной леди, что иногда капитально осложняло жизнь всем в радиусе двух километров.
Девушка, испытывая очень ограниченные запасы терпения, с самым невозмутимым видом дожидалась возвращения вампира, но после десяти минут отсутствия последнего решила махнуть рукой на любые разумные доводы противного внутреннего голоса. Они приехали сюда ради, собственно, одной единственной вещи – охота, в которой предстояло поучаствовать и ей. Тогда ему не на что обижаться. Ведь так?
Занимаясь какими-то бесполезными уговорами самой себя, она добралась до входной двери, быстро отыскала глазами разулыбавшуюся при ее появлении администраторшу, без всяких обиняков спросила номер комнаты и решительно стала подниматься наверх, с каждой преодоленной ступенькой замедляя шаг. Сердце неожиданно стало биться в тысячу раз сильнее, протяжным звуком «бух» отдаваясь в ушах, висках и затылке. Она и предположить не могла, что будет настолько не по себе. Это ведь глупо? Идти туда, где тебя ждет по меньшей мере глубокий шок. И лишь в последнюю очередь ее мог испугать тот факт, что Дамон пьет человеческую кровь прямо у нее на глазах. Этот кусочек сценария казался ей предельно простым, понятным и почти что обыденным. А вот увидеть его, прижимающего к себе кого бы то ни было…
Но делать нечего. Смертный приговор подписан, осталось только привести его в исполнение. Невеселый смех вырвался из груди девушки, когда она поняла, кто же исполняет роль палача – ее неуемная любовь вселенского масштаба. Так ли уж хотелось знать ВСЕ о его жизни? Безусловно. Иначе что толку кричать на каждом углу о бескрайней глубине чувств, если ты не в силах побороть некоторые свои предрассудки?
Бесшумно ступая по малоосвещенному коридору третьего этажа, покрытому местами вытертой до дыр красно-зеленой ковровой дорожкой, Елена добралась до нужной двери и замерла в оцепенении. Войти оказалось выше ее сил, а уж притронуться к двери и вовсе казалось невыполнимой задачей. Она ведь не станет вести себя, точно последняя идиотка? Заливаться слезами, топать ногами, швыряться предметами, визжать от ужаса, проклинать весь мир и кричать о великом предательстве?
Мысленно подобрав к этим вопросам категорические «нет», Елена судорожно сжала пальцы на пластмассовой ручке, а затем резко опустила ее вниз, легонько толкая дверь плечом. Должно было получиться тихо, но точно сказать ей бы ни за что не удалось, потому как медленно постукивающие по черепу молоточки забарабанили в полную мощь, лишая ее последних жалких остатков слуха.
Посреди комнаты стоял Он – ее смысл жизни и безраздельный обладатель болезненно пульсирующего внутри грудной клетки искалеченного сердца – и она. Стройная молодая девушка, с дурацкой ухмылкой на лице, блаженно опущенными веками и неровно подстриженной челкой, скрывающей за собой густые темные брови, никогда не знающие щипчиков. Это было первым, и пожалуй единственным, что бросилось в тот момент Елене в глаза. Однозначно, эталоном красоты эта особа не являлась. И уж как-то слишком откровенно прижималась к вампиру, что только подтверждало догадки блондинки о распутной манере поведения «донорши».
Елена постаралась отключить в себе все эгоистичные порывы, с трудом, но все же подавила желание оттаскать кое-кого за волосы, и попыталась уделить хотя бы немного внимания самому процессу укуса. К ее огромному сожалению, разглядеть что-то детально не представлялось возможным. Внимательному взгляду открывались лишь чуть подрагивающие пушистые черные ресницы обворожительной длинны, принадлежащие Дамону, и глубокий вырез v-образной формы на кофточке медленно теряющей кровь жертвы. Немного порадовало уже то, что он не прижимал ее к себе, а просто не давал возможности упасть, как-то слишком по-дружески приобняв за плечи.
И на второй минуте «любования» кошмаром наяву нервы девушки лопнули, словно чрезмерно натянутые струны. Она с усилием протолкнула вставший посреди горла комок слез, крепко сцепила зубы и заставила себя отвернуться, одаряя свою персону множеством комплиментов довольно содержательной формы, главным из которых оказалась справедливая оценка невысоких умственных способностей. Как она вообще могла подумать, что сможет безучастно смотреть? Нет, в принципе, все было очень даже правильно, ведь ей и в голову не пришла мысль о чудовищности юноши, его излишней кровожадности или чем-то подобном, но… В следующий раз предпочтительнее будет умереть, отдавая ему последнюю каплю крови, чем добровольно отпустить его «лакомиться» другими. Он не может быть чьим-то еще! Потому что принадлежит ей!
Последняя мысль сопровождалась упрямым топаньем ножки и глухим ударом кулачка в стену, однако легче отнюдь не стало. И только едва ощутимое дыхание на затылке заставило ее немедленно взять себя в руки, а уж затем неспешно обернуться.
- Ты сама хотела увидеть, - как бы извиняясь, произнес Дамон, разводя руки в сторону.
- Я знаю, - севшим от волнения голосом пролепетала девушка, старательно изучая носки безукоризненно вычищенных туфель вампира. Как же ей было гадко! По большей части исключительно от самой себя и той ситуации, в которую их обоих поставила ее глупость. Плюс ко всему дико раздражал тот факт, что она совершенно не знает, что делать и говорить. Какую часть ее размышлений он сумел подслушать? А уж о сделанных им выводах можно было только догадываться.
- Понравилось? – без всякого ехидства спросил он, по-прежнему соблюдая дистанцию в один шаг.
- Нет, - невнятно буркнула Елена, заливаясь багровым румянцем.
- А чего ты ждала? – слегка удивился мужчина, оглядываясь назад, где лежащая на кровати девица из гипнотического сна медленно «перетекала» в настоящее царство Морфея, плавно перетаскивая реальные ощущения в свои грезы.
- Не этого, - неуверенно подняла девушка взгляд на его грудь, все так же боясь посмотреть в глаза. – Думала, ревности уж точно не будет, а в итоге…
Она негромко всхлипнула и стремительно прижалась к нему всем телом, надежно обвиваясь руками вокруг талии.
- Пообещай мне, что никогда, слышишь, никогда не бросишь? – горячо зашептала блондинка, делая гигантские вдохи, в надежде успокоиться прежде, чем разведет вселенский потоп из слез. – Даже не так! Поклянись мне! Прямо здесь и сейчас!
- Елена, - мягко попытался урезонить он только набирающую обороты истерику, но не получил должного внимания.
- Дамон! – довольно внушительно тряхнула его Елена, запрокидывая голову вверх. – Просто скажи, что никогда больше не уйдешь!
- Обещаю, - криво ухмыльнулся юноша, совсем не ожидавший такого поворота событий, хотя и вынужден был признать, что безгранично доволен ее реакцией. – Никогда, моя маленькая капризная девочка. А сейчас поехали домой, - как бы спросил он, совершенно не задумываясь над постановкой фразы. И только задним числом в голову закрался вопрос о том, когда же за последние пять столетий он вкладывал в довольно обычное для простого человека слово «дом» тот самый смысл, о котором многие и не задумываются?
Девушка гораздо быстрее него сообразила, что услышала буквально секунду назад, и чуть не разрыдалась от счастья. Невероятно! Она и представить себе не могла, что донельзя банальное звукосочетание может растрогать ее до глубины души.
В самом деле, с самого дня знакомства со Стефаном она искала свое место в этом мире и человека, который сумел бы сделать ее жизнь чуточку легче и невесомее. И тогда казалось, что все цели выполнены. Был он, был дом, имелся намек на пусть и призрачное, но будущее. А после его исчезновения все рухнуло, исчезло под грудой осколков и облаков пыли. Она стала никем – ее считала мертвой даже родная тетя, поэтому вряд ли когда-нибудь приходилось надеяться на очередные подарки судьбы. Однако девушка все же получила их: в лице рядом стоящего вампира, тех чувств, которые она испытывает к нему, той взаимности, которую удалось заполучить практически без всяких усилий. И сейчас-то надежда есть!
Елена подняла на уровень глаз правую ладонь, чтобы с уже прирученной жаждой во взгляде полюбоваться игрой света на кристально чистом камне. Вот оно – ее будущее. Светлое, как безоблачное небо, чистое, точно слеза ребенка и безумно красивое.
- Поехали, - с готовностью отозвалась она, чувствуя, что через пару мгновений непременно разрыдается. А все почему? Потому что нет ответа на вопрос: за что ей все это? Ведь явно не заслужила…

Дамон со всей силы хлопнул дверцей дышащего на ладан автомобиля, откидывая голову назад. Словами невозможно было передать ту ненависть, которую он испытывал в этот момент. День явно не задался с самого начала, о чем свидетельствовало уж слишком огромное число фактов. Зачем вообще решил облегчить участь жалкой пиявки?
Он заглянул в зеркало заднего вида и заскрипел зубами от ярости. Разбитая губа практически зажила, и вряд ли доставляла ему какие-то неудобства, задевало само осознание того, что кто-то осмелился применить чертову силу! И ладно бы нематериальную – с этим еще можно было считаться – но банальную физическую, демонстрирующую навыки людского мордобоя! Это уже переходило все мыслимые границы. Да и что такого он, собственно, сделал? Шепнул Кайлебу по секрету пару слов о насыщенном вкусе чудесных губ Кэр, поделился парочкой фантазий относительно их веселого отдыха наедине друг с другом. Стоило ли так реагировать?
Вампир достал из бардачка пачку одноразовых влажных салфеток, наскоро привел лицо в более узнаваемый вид и расстался с последними мечтами о человечном отношении к девчонке. Видимо, эти двое недопонимают очевидных вещей. С ним лучше не играть в опасные игры, потому как проигравшие известны заранее.
И все-таки некоторые старания не прошли даром. Ему представилась исключительная возможность понаблюдать за стремительным падением почти трехсотлетнего аристократа до уровня оголодавшей пиявки, а это дорогого стоит. Как стойко он пытался сохранить жизнь этой болезненной восьмилетней девчонки, выбирая самое безопасное место для укуса. Сколько усилий потратил на холодный подсчет биений ее сердца, а потом все же сумел оторваться от притягательного горла ровно в нужный момент. Право слово, такая глупость пополам с альтруизмом и великодушием заслуживали высшей оценки! А злобное рычание, которого удостоился Дамон, решивший все же довести начатое до конца – оно было великолепным! Даже он, полностью настроенный на инстинкты бессмертный, не смог бы так изящно растянуть губы в оскале. И все же с ребенком пришлось попрощаться, потому что лишние свидетели доставляли некоторые хлопоты. Отвозить ее обратно, стирать память, вытирать сопли-слюни, убирать страх… Ей богу, сложный алгоритм действий ради дурацкой цели. Гораздо проще приложить одно невесомое усилие и навсегда выкинуть из головы ворох иллюзий. Люди – это всего лишь люди, и даже их дети, какими бы милыми и обаятельными они не казались, не в состоянии занять более высокую ступень в пищеварительной цепочке. Они всего-навсего корм, кстати, иногда отвратительного качества.
Наверное, ассасина огорчила смерть малютки, иначе с чего он вдруг набросился на него с кулаками, да еще с такой стремительностью? Парочку метких ударов в челюсть все же пришлось пропустить из-за предельной неожиданности, но потом он с легкостью ответил несколькими фирменными трюками, вряд ли способными прийтись по вкусу хашишиновской морде.
А уж как его позабавили «страшные» угрозы блондинчика! Он выглядел таким убедительным! Вот только не надо было упоминать слово «мать» в некоторых не очень лестных интерпретациях, что и стало роковой ошибкой зарвавшегося превращенного.
Неожиданно вампиру наскучила очередная шахматная партия с умопомрачительно скучными серыми фигурами вместо обыденных черно-белых. Хотелось уже чего-то более интересного, вроде той итальянской красотки со зверским темпераментом. Но, увы и ах, ее имя оказалось в списке приглашенных на игру последним по счету, поэтому «трогать руками» сей лот категорически запрещалось. А жаль, девчонка явно знала удушающее число способов развеять скуку.
Решив подумать о чем-то более радостном, вампир завел машину и ловко выкатил на пустующую в столь ранний час магистраль. Определенно, общение с хашишинами действовало на него самым гнетущим образом. Настроение было паршивым, что необходимо исправить в срочном порядке, потому как он не любил скучать. Вот только способа подходящего найти никак не удавалось. Крикливые девки с внушительным запасом крови надоели ему до зубного скрежета, да и перед встречей с Кэролайн лучше всего поиграть во что-нибудь другое, более человечное, что ли.
Однако сегодня был явно не его день. Ни одной мало-мальски привлекательной особы не попалось ему на протяжении доброй половины пути, и даже на заправке довольно известной нефтяной компании за кассой стояла женщина, что называется, не в его вкусе. Расплатившись за топливо, юноша собрался было вернуться в автомобиль, когда взгляд зацепился за дурацкое словосочетание «I Love You», витиеватыми буквами вычерченное на небольшом ярко-красном сердечке, которое держал в руках симпатичный на вид плюшевый медведь со слишком приплюснутой мордой, растянутой в чудовищной улыбке ребенка, страдающего болезнью Дауна. Воображение услужливо подсунуло не очень уместную на данный момент ехидную ухмылку Кэр, красивые ямочки на порозовевших щеках и чуть удивленные изумрудные глаза, отчего рука сама по себе схватила мохнатого зверя. Если он и хотел отомстить стервозной девчонке, то собирался сделать это красиво.
Бросив безделицу на переднее сиденье, Дамон выехал с территории АЗС, не переставая удивляться странным переменам в настроении. Почему его так цепляет мисс Форбс? Что в ней такого особенного? И если последнее в ней отсутствует, тогда откуда такой повышенный интерес к не обремененной воспитанием девице?
Вряд ли у него были к ней чувства, пусть и какие-то довольно ограниченные, вроде банальной страсти. Нет, ничего подобного он не испытывал. Жалость? Имелась, тут и скрывать нечего. Восхищение? Уважение? В небольших количествах, конечно, но да, были. А вот остальное находилось в густом тумане из недоумения, своими неясными очертаниями напоминая спутанный клубок ощущений, который вряд ли можно распустить на отдельные нити.
В конечном итоге, мужчину здорово утомила эта игра в угадайку, как и сам процесс психологического анализа происходящего. Пусть уж все идет своим чередом, а он постарается не допустить появления второго Дамона Сальваторе, нянькающегося с человеческой подружкой, точно квохчущая наседка.
Уже на подъезде к гостинице он почувствовал неладное. Карета скорой помощи, патрульный автомобиль шерифа городка и даже представители здешней газетенки на микроавтобусе заняли все свободные места на парковке, поэтому пришлось бросить дребезжащий всеми частями драндулет прямо на тротуаре, пообещав себе при этом с утра обзавестись более приличным транспортным средством. И только в этот момент ему удалось разобраться, что же на самом деле произошло в мотеле, и какое событие собрало здесь такое количество народа. Кэролайн.
Чертова девчонка! Она посмела-таки выйти из номера, добралась до администратора и попросила его вызвать врачей, потому что ей было плохо. Приехавшая бригада осмотрела ее, а потом вызвала полицию. Те в свою очередь сообщили некоторые подробности журналистам, и теперь вся честная компания собралась в их комнате, где с пристрастием допрашивают вяло ворочающую языком брюнетку. А завтра в местном бульварном листке появится слезливенькая статья о насилии над женщинами.
Громко зарычав от переполняющего душу негодования, вампир ловко раскидал руками столпившихся неподалеку от парадного входа зевак и вошел в здание, испытывая огромное желание порвать в клочья всех, кто хотя бы косо глянет в его сторону. Несколько ступенек вверх, попавшийся по дороге фотограф лишился старенькой камеры и внушительной части воспоминаний, широкие десять шагов по коридору второго этажа, милая медсестричка, щедро «поделившаяся» кровью. И вновь ярость – горящий адским пламенем костер гнева, стремительно вырывающийся наружу. Он ведь предупреждал! Просил быть умной и не расстраивать его по пустякам. Что ж, у всего в этом мире есть своя цена, а ее никчемная жизнь станет лишь малой частью от требующейся суммы. Аванс он решил взять сразу же, как только разберется со слишком осложнившейся ситуацией.
Казалось, никто не обратил внимания на вошедшего в комнату бессмертного. Все взгляды были прикованы к сидящей на кровати молодой девушке, заливающейся слезами на плече совсем недавно заимевшей диплом врача женщины. То и дело между всхлипами раздавались путаные обрывки фраз, спешно конспектируемые внимательными «слушателями».
- Уходите, пожалуйста, - попыталась закричать на них Кэр, однако сидящая рядом докторша не позволила ей сделать это достаточно громко, еще крепче прижимая к груди.
Девушка и подумать боялась, что будет, если Дамон вернется прямо сейчас. То, что он не раздумывая убьет добрую половину находящихся здесь людей, не подлежало сомнению. И только потом займется ей – медленно будет издеваться, растягивая удовольствие от каждого крика и стона боли.
- Все будет хорошо, моя дорогая, - убаюкивая произнесла женщина, плавно раскачиваясь из стороны в сторону. – Ты должна рассказать нам, что произошло с тобой на самом деле и где найти твоего мужа.
- Он мне не муж! – почти что спокойно выдавила она из себя. – Вы ничего не понимаете… Уходите, прошу вас. Вы не знаете, с чем имеете дело.
- Поверь, деточка, знаю, - ласково заворковала врачиха, на нагрудном кармане халата которой было аккуратно вышито имя «Одри». – Я не таких подонков отдавала в руки правосудия. Ничего не бойся и спокойно рассказывай. Он часто бьет тебя?
Юноша с интересом прислонился к стене, надеясь услышать ответ на вопрос. Выходит, девчонка сама не поняла, что натворила. Конечно, не так уж и важно отыскать виноватого, расплачиваться все равно придется ей, но пока можно ограничится стандартным набором нежность-кровь-ласка.
- Нет, - отрицательно помотала головой Форбс, бросая выразительный взгляд на стоящих в отдалении «писак», среди которых находился и один полицейский, столь же внимательно слушавший ее невнятную речь. – Это наше личное дело. А сейчас, прошу вас, выйдите. Я не хочу ничего рассказывать.
- Когда я только подошла к тебе, ты бормотала о том, что «он убил…убил ее», - решила немного надавить Одри. – Что ты имела в виду? Кого он убил?
Кэролайн тихо застонала, старательно отталкивая от себя прилипчивую женщину, но получалось плохо. За последние сутки ей так и не удалось подняться с кровати хотя бы для того, чтобы выпить воды, а теперь слабость усиливалась еще и наличием в крови сильнодействующего обезболивающего. Наверное, впервые за этот чудовищно длинный день она по-настоящему захотела увидеть Дамона. Чтобы он просто вошел в комнату, выставил за дверь беспрестанно жужжащих над ухом любителей новостей, сел рядом с ней и улыбнулся. Чтобы можно было прижаться щекой к его плечу и помолчать, наслаждаясь терпким ароматом кожаной куртки, а потом вновь попросить убрать все лишнее из своей головы, потому что это ее убивает. И неважно, что он откажет ей во всем, а может, наоборот согласится в обмен на что-либо за рамками обыденного. Главное, что все закончится.
- По-моему, ты меня с кем-то путаешь, - шутливо протянул вампир, тщательно следивший за размышлениями девушки.
Кэр встретилась с ним взглядами и неизвестно почему заулыбалась, чувствуя ожившее внутри облегчение, которому на смену тут же пришел панический страх. В комнате было слишком много народа, что вряд ли понравилось бессмертному. Она огляделась по сторонам, невольно отмечая исчезнувшее рядом с собой тепло все же приятной женщины, хоть и чересчур навязчивой. Все присутствующие по одному выходили в коридор, при этом на их лицах застыло настолько неестественно подобострастное выражение, что сомневаться в истинной силе внушения не приходилось. Способности Сальваторе поражали казалось бы сведущую в вампирских штучках девушку.
Последней в очереди на выход стояла гиперактивная Одри, и послужившая причиной появления в гостинице такого огромного количества заинтересованных личностей. Она спокойно прошла мимо мужчины, коротко кивнув ему в знак согласия, и скрылась за дверью, осторожно притворяя ее за собой.
Дамон несколько секунд сохранял сосредоточенность, зорко следя за выполнением вполне конкретных приказов, а потом позволил себе расслабиться и обратить наконец внимание на слишком бледную Кэролайн. Он только сейчас заметил, что чисто машинально прихватил с переднего сиденья забавную игрушку, и до сих пор держит ее в руке.
- Привет, - первой решилась нарушить она молчание, порядком натянувшее и без того оголенные нервы. Ее разрывало на части от противоречивых желаний, что мешало плавному течению мыслей в воспаленной голове. С одной стороны, она безумно рада была видеть его, потому что избавилась-таки от навязчивого внимания борзописцев и до невозможности сострадательной тетки. С другой, даже разговаривать с ним было противно, а уж смотреть и подавно. Еще никогда прежде один человек не вызывал в ней столько позитивных и одновременно с этим негативных ощущений, которые вряд ли можно было трактовать однозначно.
- Привет, сладкая, - расплылся вампир в улыбке от уха до уха, за одну секунду преодолевая расстояние от входной двери до кровати, на которой, съежившись, сидела девушка. – Скучала по мне? – скорее утвердительно спросил он, внимательно вглядываясь в неровные пятна румянца на еще недавно очень бледных щеках.
- Еще чего! – слишком бурно стала она выражать возмущение, чем только еще больше развеселила разом вышедшего из состояния повышенной агрессивности сознания мужчину. – Не ожидала так скоро встретиться с твоей мерзкой рожей, - буркнула Кэр, утыкаясь лицом в подобранные к груди колени.
Со стороны могло показаться, что юношу слегка огорчило такое нерадушное приветствие, однако он очень быстро сумел взять себя в руки и вновь настроиться на шутливо-пугливый лад, который лишний раз подталкивал девушку на громогласное выражение ярчайших эмоций. Авось кое-что удастся понять…
- А вот я наоборот, очень соскучился по тебе, - сказал он чистейшую правду, прижимаясь щекой к ее макушке. Один глубокий вдох наполнил легкие запахом ее волос. Как бы он не старался скрывать правду даже от самого себя, последнее время она все же просачивалась на поверхность. Он действительно начинал что-то чувствовать к этой девчонке, что-то очень живое и болезненно пульсирующее, можно даже сказать – настоящее.
- Не надо меня трогать, - тут же попыталась она отодвинуться, но повышенная слабость организма сыграла с ней злую шутку. Вместо короткой команды: отползти влево, девушка с неимоверной для себя скоростью оказалась на шее мужчины (не вся она, конечно, а только руки), и уткнулась носом в приятно пахнущее плечо.
- Так лучше, не находишь? – язвительно поинтересовался Дамон, с особо довольным видом накрывая ладонями шелковистую на ощупь кожу на ее спине. И плевать, что пришлось пользоваться внушением, дабы осуществить эту маленькую прихоть. Дальше банальных телячьих нежностей дело все равно не зайдет, потому что у него все же имелись смутные представления о приличиях.
- Чтобы ты знал, - тихо шепнула ему на ухо Кэр, ласково прижимаясь еще ближе, притом явно не по своей воле. – Я тебя ненавижу. Ты противен каждой клеточке моего тела.
- Я ведь могу доказать обратное, - немного зло отреагировал он, в глубине души восхищаясь ее самоконтролем. Редко кому удавалось настолько искусно сопротивляться его Силе, что уже заслуживало уважения – хотя бы за попытку.
Дожидаться того момента, пока до нее дойдет смысл фразы он не стал. Бросил на подушку сначала ставший ненужным подарок, а затем и послушную девчонку, словно она весила немногим больше плюшевого медвежонка. Следом на пол свалились его туфли, сверху на них приземлилась кожаная куртка и черная футболка, а довершить небольшую кучку посчастливилось ремню.
Кэролайн только успевала следить за стремительно развивающимися событиями глазами-блюдцами, судорожно проталкивая по горлу один комок за другим. Пошевелиться она, само собой, не могла, однако старалась изо всех сил, лихорадочно комкая между пальцев край накрахмаленной снежно-белой простыни.
- Ты же не…, - жалко выдавила она из себя некое подобие осмысленного предложения, разом отмечая страх и панический ужас, засквозившие в севшем голосе. – Не собираешься делать это?
- Что «это»? – многозначительно повел бровями вампир, нависая над ней. По его лицу было понятно, что это не просто какая-то очередная игра в пугалки, а реально существующая неприятность, в которую ей довелось угодить.
Он немного иначе представлял себе свое возвращение, но и этот сценарий нравился юноше чрезвычайно. В конце концов, не будет ничего страшного в том, что он зайдет чуточку дальше дозволенного. Возможность стирания памяти никто не отменял, ведь так?
Отбросив в сторону ненужные уговоры самого себя, мужчина почти вплотную приблизился к ароматной шейке, когда наконец услышал ее голос, наполненный бескрайним гневом.
- Неужели тебе нравится играть наперекор правилам? – зло спросила Кэролайн. – Это даже не тянет на изнасилование, ты, жалкий представитель отряда трусливых. Самому потом не противно будет в зеркало смотреться?
Она и сама не поняла, что заставило ее собраться, а потом еще и высказать слишком острые на поверку слова, но это был единственный выход. И они подействовали, потому что уже в следующую секунду сковывающая все тело Сила исчезла, дав ей исключительную возможность как следует отбить руку о ненавистную рожу, стирая с нее малейшие признаки недавнего превосходства. Девушка не вкладывала какого-то особого смысла в каждую пощечину, выводя из организма весь скопившийся негатив старым как мир способом. И даже не удосужилась подумать над тем, почему вампир настолько спокойно воспринимает ее агрессивные выпады.
Удалось остановиться ей еще довольно нескоро. Плавно переходя с лица на плечи, а затем и на грудь, она наконец стала реагировать на болезненное жжение в раскрасневшейся от смачных шлепков ладони, и спустя пять минут устало прислонилась к спинке кровати. Единственный вопрос, который уместился в воспаленном мозгу, был слишком предсказуем по своей природе. Почему он терпит?
Кэр недоуменно покосилась на замершего посреди кровати мужчину, задним числом отметила про себя разрывающую сердце на части жалость, которая возникала при взгляде на сгорбленные плечи и опущенную вниз голову, и чуть было не вскрикнула от удивления, когда заметила на его щеках две светящиеся в тусклом свете дорожки от… СЛЁЗ? Да быть того не может!
- Дамон? – неуверенно позвала она, не решаясь хотя бы просто придвинуться ближе. Знаем, проходили уже один раз! С его пещерной невоспитанностью она предпочитала не иметь никаких дел. – Все нормально?
Конечно, тупой получился вопрос, и выглядел он еще глупее в свете последних событий, но оставлять без внимания его очередной уход «на ту сторону» ей просто совесть не позволяла. Видимо, что-то в ее словах очень крепко его зацепило.
Так и не получив ни одного ответа, девушка, проклиная весь чертов мир, неохотно подползла ближе и осторожно подняла его лицо за подбородок, краем глаза любуясь рельефными буграми на широченных руках.
- Эй, ты как? – не без чувства вины спросила она, большим пальцем стирая с губ свежую каплю крови. Что ж, теперь они почти квиты. Ей тоже удалось покорежить симпатичную мордашку, пусть и в самой незначительной степени.
Он поднял на нее отсутствующий взгляд, коротко кивнул в ответ, вроде как: «Все в норме, детка», хотя это явно было не так, слепо нашарил на полу футболку и безразлично стал натягивать ее на себя, по-прежнему глядя куда-то вдаль.
Катрина всегда считала его полным ничтожеством, не способным ничего добиться самостоятельно, и в порыве злости задавала ему один и тот же вопрос, недавно прозвучавший из уст Кэр. «Разве тебе не противно смотреться в зеркало?» - злорадно интересовалась она, вынуждено выслушивая об очередной неудаче сына на охоте или в учебе (разумеется, речь шла не о общеизвестном образовании, а об изучении навыков Древних). Он всегда был лишь разочарованием для нее, гадкой чернильной кляксой на белоснежном листе дорогостоящей бумаги, и вряд ли сумел бы добиться чего-то в жизни. Даже исключительную схожесть с самым красивым вампиром Дамон умудрился подпортить своим полярно другим характером. В нем не было ни капли жестокости, которую так уважали Древние, необузданной ярости и насыщенного гнева. Да и жажда оказалась недостаточной. Его вполне удовлетворяла обычная еда, а кровь требовалась крайне редко.
Но он стал тем, кого мечтала видеть ОНА! Пусть и не сразу, но сумел добиться всего!
- Ты знаешь, что у таких, как я, Сила появляется лишь после совершеннолетия? – неожиданно спросил он у девушки, зачем-то поворачиваясь к ней спиной. Ответ ему не требовался, поэтому юноша тут же продолжил. – Клаус говорил, что это необходимо для лучшего развития. Сначала я привыкаю быть обычным человеком, и лишь потом обретаю сущность вампира. Смеясь, он называл это всесторонним развитием личности, - грустно добавил он, вновь отмечая в себе эту необъяснимую потребность в простой человеческой теплоте. Но на сегодня с бедной девочки явно достаточно.
- Почему ты всегда стараешься сделать как можно больнее? – помимо воли вырвался у нее давно вертевшийся на языке вопрос. Наверное, где-то глубоко в душе сидела частичка (очень неправильная, кстати), которой хотелось удержать его рядом еще хотя бы на пару минут.
- Потому что не умею по-другому, - последовал более чем холодный ответ, эхом разнесшийся по комнате. – Я уже объяснял это тебе.
Он оглянулся через плечо, собираясь одарить ее самой нахальной и одновременно очень лживой улыбкой из всех возможных, когда практически нос к носу столкнулся с изучающими глазами насыщенного зеленого оттенка.
Кэролайн уткнулась подбородком ему в плечо, крепко сцепляя руки вокруг казалось бы необъятной груди, и даже получила некоторое удовольствие, разглядывая темно-карие очи, на глубине которых плескался чуть ли не испуг.
- Не делай так больше, пожалуйста, - шепотом попросила она, закрывая защипавшие от отсутствия влаги глаза. Что подтолкнуло ее на подобного рода просьбу оставалось загадкой. Страх, ненависть, боль, непонимание и жалость смешались внутри нее в один огромный клубок из спутанных обрывков чувств. Он был чудовищем, но может есть хотя бы микроскопическая надежда на…
К ее губам прикоснулось что-то гладкое и даже слегка щекотное, заставляя вновь открыть глаза. Красивая улыбка, притом довольно естественная, а потом перед лицом возникла умильная мордочка плюшевого медведя, держащего в лапах неправдоподобно красное сердечко с незамысловатой надписью: «I Love You». Пластмассовый нос косолапого «проехался» по ее щеке, а тихий и какой-то неуверенной голос произнес:
- Это тебе.
- Спасибо, - пробормотала девушка, ожидавшая чего угодно, кроме этого.
От неожиданности она вдруг совершенно забыла и о том, где находится, и о том, кто рядом, поэтому не видела никакого смысла в последующих упреках самой себя на наличие кретинской реакции. Смачно чмокнув вампира в щеку, она вырвала из его руки свой необычный (а для нее он был именно таким) подарок, и улеглась прямо на середине кровати, спешно поворачиваясь к юноше спиной, дабы скрыть пламенный румянец на щеках. И дело было вовсе не в смущении, которого она отродясь не испытывала. Об истинной причине участившегося пульса не хотелось задумываться в его присутствии, поэтому пришлось приложить все усилия, чтобы уснуть в кратчайшие сроки. Авось утром, после чашечки крепкого кофе и холодного ду
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:27 | Сообщение # 43
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Авось утром, после чашечки крепкого кофе и холодного душа ее мозги встанут на место, а Дамон Сальваторе перестанет казаться таким уж хорошим только благодаря одному действительно приятному знаку внимания.

Фрэнки, находясь в состоянии блаженного сумасшествия, лихорадочно застегивала пуговицы на рубашке Стефана, которую тот столь галантно ей одолжил, и пыталась вычеркнуть из воспоминаний этот маленький сабантуйчик в лесу. Конечно жаль, что каким-то непостижимым образом ей удалось вовремя остановить и себя, и разошедшегося вампира, но так было гораздо правильнее. Даже после того, как она «познакомилась» с совершенно другим младшим Сальваторе, разглядела наконец все его скрытые (при этом довольно-таки впечатляющие) страсти, лишилась любимой блузки, в клочья изодранной зубами взбесившегося хищника, потеряла незначительную толику крови исключительно по собственному желанию, ее все еще не покидало ощущение нереальности происходящего. Не мог он так скоро забыть обожаемую миром Елену, хотя и очень старался. А выступать в роли мецената девушке вовсе не улыбалось, не смотря на всю красоту предстоящей благодарности.
Кажется, юноша полностью разделял ее тревоги и опасения, потому что тоже выглядел не лучшим образом (хотя отсутствие одежды на верхней части тела безусловно шло брату-близнецу самого Аполлона). То и дело затылку итальянки приходилось ощущать на себе внимательный взгляд, после которого незамедлительно следовал немного тяжеловатый вздох. Повернуться друг к другу лицом и самоотверженно встретиться взглядами им обоим явно не позволяла совесть.
- Глупо, да? – скорее у самой себя поинтересовалась Франческа, по-прежнему не желая оборачиваться. – Ведем себя, как дети малые, которые остались на некоторое время без бдительного присмотра взрослых, а потому и творят шалости.
- Было бы глупо, если бы мы делали это им назло, - не спешил согласиться с ее выводами Стефан, практически нащупавший во всем происходящем нить здравого смысла. Что и говорить, ему тоже не очень-то нравилось то, как быстро удалось придти в себя и даже больше, но позволять подобным мыслям вылезти на поверхность он не собирался.
- В принципе, - задумчиво протянула девушка, заставляя себя хотя бы оглянуться назад. – Ты прав, поэтому советую махнуть рукой на доводы разума. Вроде вторая часть развлекательной кампании подошла к концу? А посему переходим к пункту три моего крупномасштабного увеселительного проекта – интерактивные развлечения, - буквально за шкирку вытащила она себя из болота депрессивных сожалений и переживаний, наглядно демонстрируя вампиру всю силу и стойкость своего железобетонного характера. Унывать всегда было не в ее стиле.
Резко развернувшись на пятках, при этом в который раз мысленно сетуя на потерю изящных лодочек, она наградила мужчину сияющей улыбкой, плескавшейся даже на глубине светло-карих глаз, и залихватски подмигнула ему.
- Каких развлечений? – на всякий случай переспросил вампир, ловко копируя мастерки изображенную в его присутствии гримасу счастья.
- О, многоуважаемый товарищ Девелопер*, не гневайтесь на этого отставшего от жизни праведника, - возвела она руки к небу в театральной молитве. – Он слишком долго живет на этой земле, поэтому и покрылся пылью времен. Стефан, я говорю о компьютерных играх, неужели не слышал никогда? – ехидно спросила Фрэн, на этот раз обращаясь исключительно к бессмертному.
Тот закатил глаза, но не решился высказаться, исходя из разумных соображений безопасности себя и окружающего пространства. Действительно, что еще может предложить эта совершенно несерьезная во всех отношениях трехсотлетняя мисс? Только нечто, выходящее за рамки предсказуемого.
- То есть, мы сейчас отправляемся в Интернет-кафе? – попытался предугадать он свою дальнейшую судьбу, хотя и понимал, что в экстрасенсы ему путь заказан.
- Гамить в душном, пыльном, пропахшем сигаретным дымом помещении, сидя на жестком стуле, судорожно сжимая пальцами тупорылую мышь и пытаясь заставить пахать в нормальном режиме залитую кофе клаву? Однако здравствуй! Это слишком во всех отношениях для моих истерзанных нервов. Нет, мой дорогой, - ласково заворковала она, меняя насмешливый тон на приторно-нежный. – Мы поедем к доброму дяде хакеру и соберем у него парочку достойных машин премиум-класса, обзаведемся геймпадами* и будем проводить время в тихой домашней обстановке, прижимая мадам Сижу к мягкой диванной обивке. Кстати, какой жанр тебя больше всего интересует?
Девушка прервала на секунду пламенный поток несуразностей, чтобы внимательно вглядеться в ровным счетом ничего не выражающее лицо мужчины, следом сделала сразу несколько неутешительных для себя выводов и постаралась ввести горе-геймера в курс дела.
- Экшен, файтинг, варгейм, пошажка, RTS, гоночки, а может, квест**? Отстой, конечно, и никак не подходит для веселого времяпрепровождения на пару с любительницей забойных хоррор-экшенов, навроде красотки F.E.A.R. с Мертвыми Японскими Девочками, но я согласна и на них. Плюс, ты, как истинный джентельмен, должен развлекать меня, скажем, еще около недели, - решила она сразу пролить свет на дальнейшую участь вампира, чтобы не выслушивать потом всякие «За что?», «Почему?» и «Зачем?». По ее мироощущениям, некто слишком зарос плесенью аристократизма и давно уже выпал из реальной жизни, в которой так много все интересного.
Продолжая нести откровенную для повседневного обывателя чушь, Фрэнки чуть ли не насильно тянула за собой слабо сопротивляющегося юношу к машине, но на половине пути им все же пришлось остановиться, потому как в Стефане вновь дал о себе знать ботаник (в прямом смысле этого слова).
- Это ель? – задал он один и тот же вопрос уже во второй раз, сам того не замечая.
- Оставь шишки белочкам, - неожиданно обозлилась вампирша. Так было всегда, когда она чего-то недопонимала, а повышенный интерес к деревьям хвойных пород очень умело вписывался в ее представления об идиотизме.
- Подожди секунду, - пропустил он мимо ушей довольно агрессивный выпад, легко высвобождая свою ладонь из захвата цепких пальцев. Уже дважды за сегодняшний день его внимание привлекло одно и то же дерево, что автоматически возводило его в разряд «любопытное». Покопавшись в сознании буквально пару мгновений, он понял, чем именно его заинтересовал полутора вековой житель леса.
Очень удачная охота дала мужчине целый ряд практически позабытых способностей, что и позволило голыми руками отломить увесистую ветвь, а затем повернуть сияющее улыбкой лицо в сторону итальянки.

______________________
*Девелопер — в широком смысле: разработчик ПО (программного обеспечения), в данном случае подразумеваются разработчики компьютерных игр.

- Я вспомнил, - срывающимся от восторга голосом прошептал он себе под нос, радуясь удачному стечению обстоятельств. – Это же самое оно!
- Тебе в самом деле так уж фигово? – нахмурилась девушка, старательно переваривая увиденное. – Конечно, твое горе можно понять, и оно даже вызывает сострадание, но суицид… Ты перегибаешь, Стеф.
- Ель! – как бы напоминая, произнес он. – Только ей можно убить китсуна.
- Да? – мгновенно оживилась Франческа, ловко перехватывая у него ветвь, своими размерами больше напоминающую ствол молодого деревца около двух метров в длину. – Что же ты раньше не сказал нам об этом?! Я сплю и вижу, когда в моей ванной комнате появится чудовищно обаятельный рыжий половичок!
- Я и сам не знал, - все так же продолжал восхищаться собой Стефан, медленно вытягивающий из задворков подсознания обрывки путанных фраз и малозначительные кусочки разговоров. Больше всего все происходящее с ним напоминало яркую вспышку света в непроглядном тоннеле – никаких точных сведений, что-то на уровне интуиции.
- Тогда тащи эту штуковину в машину, сегодня будем готовить из нее первоклассные колья, - бодро посоветовала девушка, обеими руками поддерживая воодушевление младшего Сальваторе. Если уж ей (точнее им) удастся без привлечения Дамона решить еще одну наболевшую проблемку, то пожизненная благодарность приятеля будет обеспечена. Словами нельзя было передать, как она любила воплощать миротворческие миссии в жизнь, особенно в одной команде с таким очаровашкой.
Без всяких усилий они «поделили» на четыре идеально ровных части будущее орудие массового поражения хвостатых, наскоро запихали все в багажник не слишком-то вместительной Ауди, а затем отправились в путь, попеременно улыбаясь друг другу самым искренним образом. Сесть за руль на этот раз предстояло Стефану, и на то у девушки была одна действительно веская причина. Оторвать взгляд от рельефного торса, местами исцарапанного ее же коготками в немного диковатом порыве страсти, с каждой минутой становилось все сложнее. И дело было даже не во вполне очевидной красоте накачанных мышц или той самой одурманивающей стройности фигуры, которая вряд ли являлась для нее чем-то новым. Ей просто нравилось смотреть на него (хотя сюда как нельзя лучше подходит слово «любоваться»).
Первая остановка стала вынужденной, потому как продолжать и дальше щеголять голыми пятками и натянутой на кружевное белье светлой мужской сорочкой, местами изрядно разодранной, не представлялось возможным. Быстро стянув с вешалок средненького качества тряпки и стащив с обувной полки самую изящную пару туфель на средней длины каблуке, Фрэн скрылась в примерочной кабинке и буквально через пару минут выскользнула оттуда в совершенно другом виде. И ее сильно разозлил тот факт, что Сальваторе пришлось заталкивать туда чуть ли не пинками, а потом насильно напяливать на него заранее припасенные шмотки.
- Что, опять забыл кредитку дома? – веселилась девушка, неторопливо застегивая пуговицы на его рубашке. – Не волнуйся, моя платиновая Visa вряд ли сильно пострадает от пары тысяч долларов, которые мы сейчас потратим. А вечером ты мне все вернешь, я подскажу способ, - шепнула она ему на ухо, слегка подтягиваясь на носочках.
Небольшое двухметровое пространство явно не было рассчитано на двоих, отчего им обоим приходилось чуть ли не прижиматься друг к другу.
Юноша коротко кивнул в знак согласия, невольно выныривая из довольно неприятных ощущений. Не смотря на царившее в этой стране равноправие, он все же предпочитал платить не только за себя, но и за даму, а сейчас был лишен этой возможности.

________________________
*Геймпад (джойпад, игровой пульт, контроллер) – джойстик, если по-простому.
**Сумбурное перечисление некоторых жанровых делений компьютерных игр. Подробнее ознакомиться с некоторыми из них можно в приложении.

Итальянка, зорко следившая за уровнем его душевного подъема, моментально предприняла все необходимые меры, едва на горизонте замаячила пугающая отметка «ноль». Она буквально за шиворот выволокла мужчину в выставочный зал и злобным взглядом пригвоздила к стенду с аксессуарами, чтобы у него даже желания не возникло толкаться у кассы в момент расчета за покупки.
А вот следующий магазин, расположенный не так уж и далеко от пансионата, поразил девушку до глубины души. Чтобы в уважающем себя магазине компьютерной и оргтехники продавались уже собранные системные блоки, без возможности разборки-сборки? Такое она встречала впервые, не говоря уже о продавце-консультанте, относительно прыщавом студенте невзрачной наружности, который разбирался в «железе» так же, как она в детальной составляющей реактивного двигателя самолета (хотя по этой теме общий набор знаний у нее все же имелся, чем явно не мог похвастать здешний компьютерный гений – а если по-простому, то безусловный мастдайный ламер1).
Пребывая в тихом ужасе от творящегося в городке хаоса, девушка попросила «аудиенции» у главного администратора магазина, и пару минут о чем-то шепталась с улыбчивой женщиной в строгом офисном костюме. Стефан же отправился бродить по залу в надежде вылезти сухим из воды, когда боевой пыл подруги брата чуть поутихнет, и она вновь обратит на него внимание. По большому счету, ему тоже нечем было похвастать – компьютеры и все с ними связанное интересовали его в последнюю очередь, а следовательно и «фишку» он не рубил.
Бодро цокая каблучками, Франческа носилась от прилавка к прилавку, сжимая в руках шуроповерт, и напевала себе под нос что-то довольно жизнерадостное. В итоге, ее усилия не оказались напрасными и через два десятка минут любопытному носу того самого неумехи-консультанта посчастливилось заглянуть под крышку двух мощнейших «ящиков» с поэтичным названием «Мечта геймера».
- Стефан, выбор мониторов, акустики, мышей и прочих прибабахов на тебе, - ощутимо стукнула она по плечу юношу, замершего у стенда с видеокартами. – Я пойду пошарюсь по второму этажу, может и отыщу там что-нибудь стоящее.
- Вроде уже все купили, - решился он напомнить о разумности трат, с удовольствием разглядывая светящиеся безумным блеском золотистые глаза.
- А играть мы во что будем?! – притворно вознегодовала девушка. – Кстати, ты так и не сказал, что больше любишь? Думать, бегать и стрелять, а может, тебе придется по вкусу симулятор Бога? Я лет пять назад видела такую симпатяжку на прилавке, но реально прощупать ее руками мне так и не довелось. Дамону, видите ли, больше по вкусу глобальные стратегии, агрессор фигов.
- Что? – не поверил своим ушам вампир, делая бо-ольшие и очень удивленные глаза. – Дамон тоже играет в компьютерные игры?
- Ха! – согнулась Фрэн пополам от хохота. – Он самый что ни на есть мега рульный мочитель ботов2! Видел бы ты его в Battlefield 2! В мультиплеере3 ему нет равных! Я по сравнению с ним полнейший фраг4!
- А, ну да, - поспешно согласился мужчина, плохо понимающий суть сказанного. Казалось, итальянка перешла на какой-то доселе неизвестный миру суахили и теперь может изъясняться только косноязычным способом.
- Ладно, я пошла планировать нашу развлекуху, а ты поторопи этих тупоголовых, - напоследок пожелала она, скрываясь за ближайшим стендом.
Стефан тяжело вздохнул, слабо представляя себе последствия сегодняшнего вечера, и поплелся выбирать все недостающие части к «умной» машине. Оставалось надеяться, что ко дню возвращения старшего брата, в нем останется хоть одна неиспорченная частичка, которая сумеет отбиться от гиперактивной и чрезмерно жизнерадостной, но при этом неисправимо испорченной вампирши.

___________________
1Мастдайный ламер – пользователь ПК ниже уровня «чайника».
Классификация пользователей по уровню интеллекта гласит, что есть хакеры, которые все знают, все умеют. Есть «чайники», которые пока не очень умеют, но активно учатся, и есть ламеры, которые не умеют и не пытаются научиться.
2Роботы (сокращённо «боты») — программа или часть программы, имитирующая партнёров в многопользовательских компьютерных играх.
3Мультиплеер – многопользовательский режим игры.
4Фраг – сленговое словечко, которым обозначаются люди, практически не имеющие играть в игры. Есть еще казуалы (любители игр сугубо развлекательного характера – «тетрисоманы») и хардкорщики (продвинутые геймеры, иными словами).

Приложение

Экшен (Action) – дословно с англ. «боевик». Говоря простым языком – стрелялка, он же Шутер, он же 3D-шутер. Знатоки, конечно, поставят мне в вину подобное объединение, но по большому счету разницы нет никакой.
FPS (от англ. First-Person Shooter) - дословно Шутер от первого лица.
Survival Horror (дословный перевод с англ. - «ужас на выживание») – по идейной составляющей близок к жанру Экшен, но в отличие от последнего нагнетает некоторую атмосферу заправского ужастика.
Файтинг (от англ. Fighting — бой, драка, поединок, борьба) – название жанра говорит само за себя.
Ролевая игра (в простонародье - ролка) (англ. Role-playing game - RPG) – в этом жанре игрок управляет одним персонажем или группой персонажей, каждый из которых описан набором численных характеристик, отвечающих его свойствам и умениям; примерами таких характеристик могут быть хит-поинты (англ. hit points, HP), экспириенсы и уровни. Эти характеристики подвержены изменениям; одной из целей игрока является повышение возможностей игровых персонажей за счёт улучшения их числовых параметров, обычно называемое «прокачкой» и производимое чаще всего за счет набора специальных очков опыта. Игровой процесс, как правило, строится на обследовании игрового мира, боях с разного рода противниками и выполнении заданий-квестов, вознаграждающихся тем или иным образом. (своими словами, к сожалению, выразить суть мне не удалось – прим. автора).
Квест (Quest) - игра-повествование, в которой управляемый игроком герой продвигается по сюжету и взаимодействует с игровым миром посредством применения предметов, общения с другими персонажами и решения логических задач.
Пошаговая стратегия (в просторечье - пошажка) – один из подвидов жанра стратегии, где каждый игрок совершает свой ход по очереди, в отличие от стратегии в реальном времени.
Стратегия в реальном времени (англ. real-time strategy, RTS) – так же подвид жанра стратегии, в котором отсутствует «очередность ходов».
Варгейм (от англ. Wargame — военная игра) – еще один поджанр стратегии. Думаю, пояснения излишни.
Гонки – всенародно известный жанр, не требующий пояснений.

Проснулась Кэролайн сразу от нескольких довольно неприятных ощущений: первое – нестерпимо болела шея от долгого лежания в неудобной позе, второе – во рту все пересохло настолько, что казалось, будто язык увеличился как минимум вдвое, третье – болезненно пульсирует каждая клеточка измученного вчерашними уколами тела, и только в одном месте боль резко ограничивается чем-то безупречно теплым и предельно мягким. Слепо нашарив это самое таинственное нечто, девушка постаралась не издать и намека на звук, с содроганием вспоминая предыдущий вечер и наполненную странными эмоциями ночь.
Она аккуратно подняла голову с плеча вампира, мимоходом скидывая со своей талии его ладонь, несколько секунд разглядывала его безмятежно спящее лицо, а потом неожиданно для самой себя легла обратно, обвивая рукой мерно вздымающуюся от спокойных вдохов грудь. Почему ей так хорошо рядом с ним? Не вообще, а вот именно сейчас – тепло, уютно, расслабленно. Разве так бывает?
Ответ пришел буквально сразу же – бывает. И она, кажется, начинала догадываться, как будет звучать разъяснение ее первого вопроса. В первую очередь, дело было в том, что он человек (пусть и всего лишь наполовину). Он настоящий, если только можно так выразиться. Спит, ест, дышит и даже чувствует боль. Последняя мысль подтверждалась наличием на его нижней губе небольшой трещинки, с запекшейся по краям кровью – ее рук дело. Выходит, он мало чем отличается от обычного человека, за исключением целого вороха вампирских талантов, которые вряд ли под силу повторить другому вампиру. Скольких людей он вчера отправил погулять одним лишь взглядом? Вроде пятерых, хотя ручаться за свои воспоминания она бы не стала.
Но общая суть ее двоякого отношения к нему сводилась вовсе даже не к «человечности» бессмертного. Она вспомнила тот день, когда по глупости кинулась сначала целовать эту тварь, а потом усиленно его жалела и даже (вот уж действительно чистой воды идиотизм) хотела напоить его своей кровью. Или взять хотя бы вчерашнюю выходку этого эгоцентричного типа, лежащего рядом. Точно последний мерзавец он пытался затащить ее в кровать (в переносном смысле, разумеется) с помощью Силы, и только после довольно гневной тирады, пропитанной желчью, слез с нее, так ни разу и не прикоснувшись. И вроде бы, ей стоило действительно возненавидеть его в ту секунду, с чем она довольно легко справилась на первых парах, применяя все дозволенные методы рукоприкладства, а следом… Зачем сама обнимала его? Не позволила уйти…Да и, судя по всему, довольно радушно приняла его ночью, раз проснулась в подобном обществе.
Наверное, ей хотелось оправдать себя всеми способами, чтобы снять с плеч груз вины и продолжить потакать своей странной потребности в этом мужчине. Гораздо проще было бы признать наконец, что Дамон Сальваторе нравится ей куда больше, чем она способна признать. Однако Кэр решила идти более тернистой дорожкой и с упоением отыскивала будто бы реальную причину своей симпатии и ярого нежелания встать сейчас с кровати, чтобы объяснить наглому кровопийце пару прописных истин о рамках приличия и их соблюдении.
«Все дело в нем самом» - неслась она на волне надуманных размышлений. Это его выражение лица, когда речь заходила о матери, огромная зияющая дыра в сердце, которая находила отражение на глубине бескрайних темно-карих глаз, ломающийся голос, разом терявший свои надменные составляющие… Он был по сути большим ребенком, которого слишком часто обижали взрослые. Этакий пятисотлетний малыш, окончательно запутавшийся и в себе, и в окружающем мире. Он не признавал нежность, ласку и любовь, и все же отчаянно продолжал искать их, в надежде встретить хотя бы раз. И при этом злился на самого себя за слабохарактерность. А ярость у него принято было выражать на окружающих. И тому была масса доказательств, которыми могла «похвастать» девушка, с ужасом разглядывая в зеркале свое плохо узнаваемое отражение.
Видимо, ей очень нравилось его оправдывать, потому что пространственные думы заняли большую часть утра и носили довольно однообразный характер циклически повторяющихся выводов. О Кайлебе она почему-то категорически отказывалась вспоминать, и то и дело одергивала руку, которая вроде как самовольно бралась гладить все так же крепко спящего вампира.
Ближе к полудню блаженное бездельничество порядком надоело девушке, поэтому она попыталась выбраться из кровати, не разбудив при этом мужчину. К слову, это ей практически удалось – подвела нога, запутавшаяся в одеяле, которую пришлось высвобождать резким подергиванием, что и стало причиной роковой ошибкой.
- Далеко собралась, детка? – вяло полюбопытствовал Дамон, сладко потянувшись. Глаза он предпочел оставить закрытыми, вдоволь наслаждаясь дурманящим воздухом в комнате, насквозь пропитавшимся запахом девушки.
- Пить, - коротко и почти что грубо ответила Кэролайн, свешивая руку с кровати, чтобы найти хотя бы что-нибудь из одежды. К ее видимому недовольству (а на самом деле чуть ли не праздному восторгу) первой попавшейся вещью оказалась черная льняная футболка, которая практически сразу же оказалась на ней, скрывая от посторонних взглядов не только стройные изгибы красивого тела, но и чудовищные желто-зеленые синяки и ссадины.
- Может, сначала я? – все так же лениво спросил он, охотно возвращая уже ступившую на пол девицу назад. Одно резкое, но совершенно безболезненное для нее движение, и манящее горло оказалось в самых что ни на есть выгодных пределах досягаемости.
Как и следовало ожидать, Кэр лишний раз пожалела о своих скоропалительных выводах, да и вообще о том дне, когда родители решили обзавестись потомством.
- Как же ты мне надоел! – запальчиво воскликнула она, тщетно стараясь высвободиться из крепких объятий.
- Не могу сказать о тебе того же, - выдохнул ей в шею вампир, без труда отыскивая губами пульсирующую жилку.
Небольшая порция теплой крови по утрам была для него чем-то вроде чашки кофе для обычного человека – вполне естественно и даже скучно.
Девушка буквально задохнулась от возмущения, когда он, вместо того чтобы заткнуть свою чертову жажду, стал теснее прижимать ее к себе, дотошно покрывая легкими поцелуями кожу от кончика уха до основания плеча.
- Хватит, - строго приказала она, хотя на слух это прозвучало немного иначе. Голос отчего-то дрожал, а по телу пронеслась настолько жаркая волна удовольствия, что вряд ли осталось для него незамеченным.
- Мне слушать тебя или твой организм, настойчиво требующий продолжения? – со смехом спросил юноша, безбоязненно запуская руки под футболку.
- Меня, - на этот раз она сумела совладать с эмоциями и для наглядности посильнее уперлась ладошками в твердую грудь вампира.
- Вообще-то я просто из вежливости спросил, - засмеялся он, медленно добираясь губами до едва затронутых румянцем щек.
Легким касанием пальцев он обвел слегка выступающие скулы, спускаясь к чуть приоткрытому рту, и замер в ожидании хоть какой-то реакции, кроме как насквозь лживых восклицаний. Ему чрезвычайно нравилась ее титаническая борьба с самой собой. С одной стороны, Кэр злило все, что он делал, с другой – бесила его неторопливость. Девушка будто рвалась на части, до хрипоты споря со слишком правильной частичкой себя. И, видимо, сама не заметила, как поцеловала его первой. Робко, неуверенно и слишком резко прижалась к его губам своими, мысленно посылая весь мир к чертовой матери. Она никогда не была правильной девочкой и не видела смысла в освоении этой роли сейчас.
Он чуть приоткрыл рот и ловко поменялся местами с замершей в оцепенении девицей, мягко, но очень настойчиво закидывая ее руки к себе на плечи. Она попыталась было упереться ему в живот согнутыми коленями, чем только еще больше развеселила мужчину. Он любил, когда сопротивлялись, пусть и лишь для виду.
- Дамон, - слабо прошептала девушка, вертя головой в разные стороны, только чтобы не дать ему себя поцеловать. Почему? Да потому что дико боялась своей реакции.
- Угу, - отозвался юноша, отлавливая наконец ее лицо за подбородок. – Посмотри-ка на меня, - сурово велел он, внимательно наблюдая за опущенными веками с чуть подрагивающими темными ресницами.
Кэролайн тихо повиновалась, прекрасно понимая, что сейчас никакой Силы вокруг нет. Она делает все исключительно по своей воле, потакая капризам изголодавшегося по мужской ласке тела. Притом очень четко осознает, кто рядом, и именно это не позволяет ей остановиться. Выдержав его изучающий взгляд в течение одной минуты, она с распростертыми объятиями приняла собственное поражение и вновь закрыла глаза, на этот раз уже вполне сознательно подаваясь вперед для более удачного поцелуя.
Его губ коснулась легкая ухмылка, которой не суждено было засиять в полную силу. Девушка с тихим стоном прильнула к только того и дожидающемуся рту, обжигая его кожу горячим и частым дыханием. Ее мелко подрагивающие пальчики пробежались по спине, как бы щекоча кожу длинными ноготками.
Медленно и неторопливо, наслаждаясь каждым плавным движением, вызывающим болезненную слабость во всем теле, он целовал бархатные губы и старался как можно дольше держать ситуацию под контролем. Ласково приглаживая разметавшиеся по всей кровати темные волосы, юноша упивался сладостью ее учащенного дыхания и тем подарком судьбы, который так долго искал. Взаимность…
Кэр чуть приподняла спину, почувствовав малейший намек на желание вампира снять с нее лишнюю на данный момент футболку, и, неловко подавшись вперед, больно стукнулась верхней губой о его зубы.
- Ауч, - коротко выдохнула она, машинально прижимая ладонь к лицу. Вроде это не входило в их (оказывается, уже ИХ) планы. Кровь в сексе с вампиром бывает немного лишней – так ей всегда казалось.
- Сильно? – тут же спросил Дамон, отнимая ее руку от лица.
Внимательно осмотрев неглубокую кровоточащую ранку, он кончиком языка слизнул манящую каплю крови, блаженно опустил веки и широко улыбнулся, пробормотав нечто вроде: «Жить будешь».
Как поняла девушка, продолжения ждать не следовало. Мужчина, махнув всем на прощание рукой, бодро укатил на многострадальную «ту сторону», наверняка с удобством разлегшись у нее на груди.
- Эм-м, - нерешительно протянула она, стойко выждав минут двадцать полнейшей тишины и умиротворения. За это время ей удалось четырежды взлохматить темную шевелюру на его голове и вновь привести волосы в божеский вид. – Может, ты хотя бы дашь мне встать? Правда очень хочется пить…
Разумеется, ей и в голову бы не пришло попросить у него стаканчик воды – сама идея попахивала излишним оптимизмом, да и цена за услугу могла быть чуточку баснословной.
Казалось, Сальваторе ее совсем не слушал, в замедленной съемке прокручивая в голове все пьянящие кадры волшебного поцелуя. Он никогда не чувствовал ничего подобного: жар во всем теле, слабость, головокружение… Совсем как в дешевых розовых романах о Великой Страсти и Настоящей Любви. Эти два столпа мироздания для него вообще не могли существовать в принципе, но сейчас…
- Пить? – хрипло переспросил он, всего лишь слегка приподнимая голову.
- Ага, - тихо подтвердила Кэролайн. – Слезь с меня, пожалуйста. Ты довольно тяжелый.
Нельзя сказать, чтобы она уж совсем перестала его бояться, но какая-то надежда на улучшение доселе отвратительных отношений у нее все же присутствовала.
Юноша послушно поднялся с кровати, бегло отыскивая глазами свою одежду. Туфли, ремень и куртку он нашел сразу же, а вот футболка бодро затопала голыми пятками по ковровому покрытию, заставив его заниматься спешными догонялками.
Резко схватив девчонку за плечи, он развернул ее лицом к себе, молча схватился двумя руками за края льняного изделия и потянул вверх, со словами:
- Никогда не трогай мои вещи, сладкая.
Она оглядела его с ног до головы расширившимися от удивления и непонимания глазами, а потом испуганно кивнула, что-то уловив в не слишком доброжелательном взгляде.
- Вот и умница, - прошептал он, гладя ее по растрепанным волосам. – Теперь иди одевайся, а затем мы вместе где-нибудь поедим.
- Только не в ресторан, - мгновенно запротестовала девушка, еще не оправившаяся от прошлого обеда в милой обстановке.
- Хорошо, - немного зло согласился вампир. – Сама выберешь кафе.
Едва договорив, он быстро одел на себя футболку, накинул сверху куртку и с малой толикой отвращения набрал полные легкие воздуха. Разве ей недостаточно того, что все его мысли забиты исключительно персоной мисс Форбс? Зачем ему веcь день таскать на себе насквозь пропахнувшую ароматом ее кожи вещь?
Кэр напилась воды прямо из-под крана в ванной, потом быстро выкрутила краны на полную мощность и опустилась на выложенный кафельной плиткой пол, в надежде хотя бы на секунду избавиться от всех ощущений. Слов в свое оправдание она искать не стала, итак понятно, что ведет себя как последняя потаскуха. От одного вампира к другому, при всем этом не особо пользуясь логикой. Сначала ее мучил Кайлеб, свихнувшей на почве питания человеческими эмоциями, затем вдруг резко полюбил всей душой, а она вроде как ответила взаимностью. Следом ситуация повторяется с удивительной точностью, только на этот раз в роли вселенского подонка выступает еще более красивый бессмертный (да-да, Дамон был явно предпочтительнее, если исходить из каких-то чисто визуальных приоритетов), который – о боже милостивый – спит и видит, как бы поскорее затащить ее в постель. И когда получает две прекрасно выглядящих со стороны возможности (вчера-сегодня), неожиданно идет на попятную, что ее, к слову, очень сильно огорчает. Еще вчера она готова была до последнего брыкаться и кусаться, а сегодня чуть не разревелась, когда он вдруг успокоился. И о чем это говорит?
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:29 | Сообщение # 44
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
«Ты дура, Кэролайн» - отвесила она себе «лестный» комплимент. Кажется, бежать надо от них обоих, желательно без оглядки. Она уже не знает, что и к кому испытывает, да и вовсе не хочет узнавать. Сложности были ее самыми нелюбимыми вещами, и, как и большинство людей, обладающих разумом, она предпочитала их избегать.
Но разве может она бросить ассасина, с которым вообще непонятно что происходит. Где он? Как себя чувствует? Это ведь целиком и полностью ее вина.
Девушка тут же вспомнила о недавнем обещании Сальваторе. Он ведь дал ей слово, что отвезет повидать Кайла! Ну конечно! И почему она забыла об этом их уговоре? Чего он потребует взамен? Секса?! Да с дорогой душой, потому что ей самой уже впору накинуться на него с непристойными предложениями.
Она выпрямилась как раз перед тем, как дверь в ванную открылась без стука, являя перед ней обеспокоенное (?) лицо вампира.
- Я думал, ты утонула, - расплылся он в улыбке, по всей видимости расстраиваясь от того, что не увидел ничего интересного. – Спинку случаем потереть не требуется?
- А не погулять ли тебе по окрестностям? – ласково спросила девушка, взглядом указывая на выход. Ее уже начинала злить эта первобытная невоспитанность.
- Я как раз ищу спутницу, - лениво отбился от ее выпада Дамон, подходя ближе. Смотреть на нее полураздетую было истинным удовольствием, хотя общее впечатление портили синяки, мелкие царапины и порезы, как-то уж слишком медленно заживающие. Однако у него есть один способ «помочь» процессу регенерации. Правда, его лучше отложить до вечера, а то так и не удастся покормить красотку.
- Может, выйдешь и дашь мне привести себя в порядок? – напрямую поинтересовалась она, тщетно отыскивая возможность побыть наедине с собой и мыслями.
- Может, расслабишься и прекратишь строить из себя пай-девочку? – парировал юноша, блестяще подражая ее интонациям.
Легко приподняв ее на руки, он отрегулировал воду до терпимой температуры и ловко перебросил начавшую было сопротивляться девчонку через бортик ванны.
- Совсем офигел? – решила Кэр вслух выразить свое негодование, совершенно правильно понимая значение очередной бредовой идеи бессмертного.
- Не надо было трогать мои вещи, - вроде как не к месту произнес он, легкими касаниями ладоней лаская ее спину, в надежде хоть немного расслабить напряженное тело. – Сама разденешься или помочь? – с улыбкой спросил он, потянувшись к душу.
Девушка задумчиво прикусила внутреннюю сторону щеки, вновь ощущая в себе присутствие двух абсолютно противоположных желаний. Как же ей надоело быть крайней, притом всегда и во всем! Почему невозможно просто быть самой собой и делать то, что хочется? Кто сказал, что вести себя подобным образом аморально? Общество?! А этот самый социум был когда-нибудь на ее месте? Учувствовал в форменных издевательствах над слабой личностью, по-прежнему подчиняющейся действию целого вороха гормонов? Тогда нечего и осуждать.
Тяжело вздохнув, она завела руки за спину и трясущимися пальцами нащупала застежку бюстгальтера. Куда уж старику Гамлету, с его извечными «Быть или не быть», до ее ситуации?! Однозначное быть, раз уж так хочется…
- Молодец, сладкая, - прошептал мужчина, медленно стаскивая с ее плеч тоненькие бретельки. Ей показалось или голос у него действительно дрожит?
Она даже не успела как следует прислушаться к своим ощущениям, как на голову полилась теплая вода, заставляя вздрогнуть от неожиданности. И только после целой серии коротких вдохов-выдохов ей удалось немного расслабиться, на этот раз безбоязненно давая рукам вампира полную свободу действий. Кэролайн уже поняла, что делать больно он вовсе не собирается, а легкий массаж ее измученный бесконечной чередой боли организм воспринял с неимоверным удовольствием. Каждый раз, по-кошачьи выгибая спину навстречу упоительно приятной ладони, она ловила от всего происходящего какой-то особый кайф, все шире растягивая губы в улыбке.
Но, как и у всего в этом мире, у ее небольшого, но феерического праздника наслаждения имелся ограниченный запас времени, которое уж слишком быстро подошло к концу. Последние капли воды скатились по полыхающим румянцем щекам, а следом все тело окутала мягкая ткань безразмерного махрового халата.
- Спасибо, - от всей души поблагодарила она вампира, покорно подаваясь вперед, чтобы прижаться к самому настоящему чудовищу, который иногда мог быть и настоящим Человеком. С большой буквы этого слова.

Глава 30

Ополоснув лицо холодной водой, девушка оторвала пару кусков бумажного полотенца и принялась лихорадочно растирать щеки, в надежде прогнать ярко-алый румянец. Разумеется, бесполезное занятие, потому что ей все равно скоро придется вернуться назад, сесть рядом с вампиром и усиленно изображать до смерти надоевшее безразличие. Зачем она вообще согласилась на этот дурацкий поход в кино? Фильм (если только так можно было назвать трехчасовое действо заунывно-скучного характера) ее ничем не заинтересовал, а кое-каким фантазиям суждено было скончаться раньше, чем они заняли свои места в предпоследнем ряду злосчастного кинотеатра, со всех сторон окруженные целующимися парочками, которые и не пытались обращать внимание на тягомотное действие кинокартины. После тридцати минут выслушивания заунывных чмоканий, сопровождаемых хрустом ее пальцев, Кэролайн окончательно опротивела слишком жестокая действительность, а потому она решила, что вполне может оставить самовлюбленного бессмертного в одиночестве, и отправилась на поиски дамской комнаты, где сейчас предавалась мыслям о самоубийстве.
Не надо быть светилом психологии, чтобы понять, чего Дамон добивается. Он сводит ее с ума, притом во всех смыслах. Сначала непонятно что вытворял в мотеле, потом был прямо-таки сама любезность пополам с заботливостью в уличном кафе (наверное, глупо, но ей этот вариант показался наиболее безопасным – вокруг слишком много народа), затем таскал ее около двух часов по магазинам, чем взбесил до невозможности. И не своей очевидной любовью к шопингу, потому что эту его страсть она как раз разделяла, а приспособленческим отношением к жизни. Нигде он не удосужился расплатиться, полагая, будто его улыбка стоит как минимум раз в десять дороже (притом сказано это было с такой серьезностью, что в искренности его слов сомневаться не приходилось). Конечно, можно было подумать о жадности бессмертного, но ей почему-то казалось, что это лишь очередное доказательство его неравнодушия к собственной персоне. И если небольшую стычку с администратором гостиницы она посчитала банальной шуткой, то все остальное уже никак не могло вписываться в ее понятия о юморе.
…После «убийственного» для моральных принципов душа, девушка еще долго пыталась придти в себя, рачительно тратя время на то, чтобы хоть в какой-то незначительной степени разобраться в сущности Сальваторе. Ее пугали его многоликость, частая смена настроений и непонятно откуда берущийся в глазах кроваво-красный блеск. Хотелось понять, кто он на самом деле – вампир с искалеченной душой или просто свихнувшийся параноик – но как это сделать оставалось загадкой. Она попробовала было задать несколько совершенно на ее взгляд невинных вопросов, и получила такой предупреждающий рык в ответ, что надолго потеряла желание открывать рот в его присутствии. А минут через сорок он очень «вежливо» попросил ее быстро собраться и топать к машине, на что ехидный внутренний голосок посоветовал отреагировать самым наглым образом, однако так и остался без внимания. Каждый ее бунт обязательно заканчивался тем, что приходилось признавать одну предельно короткую мысль: Дамон ей нравится, а это уже порядком надоело.
На первом этаже их поджидала не слишком приятная встреча с улыбчивым лысоватым дядечкой, который очень ненавязчиво решил напомнить вампиру о необходимости заплатить наконец за постой, а затем шепотом добавил, что неплохо было бы рассчитаться и за вчерашнее появление полиции в доселе незапятнанном заведении.
- У тебя семья есть? – вкрадчиво поинтересовался вампир, спиной ощущая на себе внимательный взгляд Кэр, застывшей неподалеку.
- Дда, - немного заикаясь, ответил мужчина по имени Тед (насколько помнила девушка). Ему изначально не понравился постоялец, а сейчас стойкая неприязнь переросла в настоящую панику. Чем-то этот хорошо одетый, красивый и молодой человек напоминал зверя, притом дикого и безрассудного, живущего по самым строгим законам джунглей. – Жена и две дочки. Обе замужем за бездельниками, поэтому вся честная компания сидит на моей шее, - вроде как попытался он надавить на жалость, но интуиция подсказывала девушке, что лучше бы ему было промолчать.
- Тогда считай, что сегодня ты работал не на их благосостояние, - почти что по-отечески заботливо произнес юноша, хлопая невысокого роста администратора по плечу. – А спасал жизни. Удачного дня, Том, - напоследок пожелал он, вновь продолжив свой путь к выходу.
- И вам, сэр, - растеряно пробормотал дядечка, бросая вопросительный взор в сторону Кэролайн, которая предпочла последовать примеру бессмертного, и, смущенно опустив голову вниз, зашагала к двери…
Однако скрываться до бесконечности невозможно, поэтому, скрипя зубами, она вынуждена была все же вернуться в зал, чтобы лишний раз не нарываться на злость Сальваторе. И там ее поджидал сюрприз: его на месте не оказалось. Сделав удивленное лицо, девушка все же кое-как добралась до своего продавленного кресла, нарушив при этом покой одной из доброго десятка целующихся парочек, и с непроницаемым лицом уставилась в экран, где по совершенно безлюдным улицам с дробовиком наперевес носилась обезумевшая женщина самой непривлекательной наружности. Прилизанные неумело выкрашенные волосы обрамляли простоватое личико с мелкими чертами, грудь отсутствовала по природным показателям, а ноги выдавали в ней ярую фанатку конного спорта. Одежду главгероиня явно позаимствовала у соседки-бомжихи, и, судя по уже пятой перестрелке, у нее были огромные проблемы с законом. В общем, никакого содрогания от фильма у девушки не наблюдалось, и она уже десять раз пожалела, что согласилась убивать время подобным образом. Уж лучше пощекотать нервы себе и Дамону, занимаясь чем-то предосудительным в номере мотеля, чем умирать от скуки, сидя в катастрофически неудобной позе и придумывая, куда бы деть ноги и чем бы заткнуть уши. Ей порядком надоели слабые попытки ближайшей парочки съесть друг друга, при этом оглушительно чавкая, что делало томительное ожидание конца сеанса почти что невыносимым.
- Будешь? – неожиданно раздалось у самого уха, а перед лицом будто из воздуха возник большой картонный стаканчик с торчащей из него соломинкой.
Кэр зябко поежилась от звука его голоса и трясущимися руками схватила газировку, буркнув вежливое: «Спасибо». Эта дурацкая манера бессмертных бесшумно подкрадываться всегда злила ее больше всего.
- Тебе скучно? – вновь проявил чертову учтивость вампир, внимательно разглядывая ее сосредоточенное на экранном действии лицо и остановившийся взгляд.
- Мне офигительно весело, - раздраженно ответила она, не решаясь даже искоса глянуть на него. – Фильм забойный и гомерически тупой, что заставляет задуматься над многими вещами. Например, когда ты наконец выполнишь свое обещание? – слишком резко подошла девушка к своему главному вопросу, а когда замолкла в ожидании ответа, почти что на половину осушила пол литровую емкость с кока-колой.
- Какое обещание? – притворно удивился юноша, забирая у нее стакан.
- Отвезти меня к Кайлебу, - ехидно «напомнила» девушка, даже не стараясь говорить шепотом. Все равно окружающим до киноленты нет никакого дела.
- Завтра, - последовал лаконичный ответ, сопровождаемый звуком тянущейся по соломинке жидкости.
- Почему не сегодня? – продолжала нападать она на вампира, нервно выкручивая пальцы под неестественным углом. Ей вновь становилось не по себе от того, что он рядом: весь невозмутимо спокойный, в доску человечный и такой красивый, что мурашки бежали по телу с космической скоростью.
- Потому что у меня другие планы, - вновь отделался туманным разъяснением Дамон, с блаженной улыбкой на лице прижимая к губам соломинку.
- А отсюда мы можем наконец уйти? – решила она довести гестаповский допрос до логичного завершения, впиваясь ногтями во внутреннюю сторону ладоней, чтобы хоть на секунду отвлечься от все нарастающего во всем теле напряжения.
- Неа, - лениво протянул мужчина, удобнее устраиваясь в кресле. Как же ему нравилась эта игра, но одновременно бесили правила. Даже без неусыпного внимания к ее мыслям несложно было догадаться, о чем думает это милое создание в данный момент и чего хочет. – У нас в расписании стоит несколько невыполненных пунктов.
- И каких же? – все так же язвительно поинтересовалась девушка, нервно сжимая и разжимая пальцы на ногах. У нее было такое чувство, будто повсюду какая-то незадачливая уборщица рассыпала по меньшей мере килограмм микроскопических гвоздиков, которые то и дело впиваются ей под кожу, мешая сохранять невозмутимый вид.
- Досмотреть фильм, - неторопливо стал загибать пальцы вампир, неожиданно ставший очень разговорчивым и милым (опять это слово, уже практически ставшее ненавистным). – Избавиться от этого, - он лишь слегка прикоснулся ладонью к ее шее, отодвигая воротничок блузы в сторону, где под тканью скрывался отвратительный сине-фиолетовый след его же пальцев.
Кэр тихо заскрипела зубами, проклиная себя за дурацкую реакцию, и медленно опустила веки, точно молитву повторяя заученные фразы из курса самоконтроля.
- Не надо! – громче положенного выкрикнула она, резко отшвыривая его ладонь в сторону. – Не трогай меня! Я не… мне… Господи, ну почему ты такой? – истерично взвыла она, подскакивая на ноги. Кажется, аутотренинг дал кардинально другие результаты. Ее всю колотило от ненависти к самой себе и окружающей действительности, но больше всего бесила извиняющаяся улыбка вампира, и его якобы непонимающее выражение на лице. Сделав несколько глубоких вдохов, в надежде отыскать в кислороде спасительные нотки благоразумия, девушка поймала на себе сразу несколько заинтересованных взглядов и титаническим усилием воли заставила себя опуститься на место. – Доволен? – шепотом спросила она, зло покосившись на вальяжно развалившегося в кресле парня, сжимающего между зубов идиотскую соломинку.
- Чем? – прикинулся он белым ангелом с пушистыми крыльями.
- Короче так, - пропустила она ехидный вопрос мимо ушей, призывая на помощь все свои актерские таланты, чтобы казаться одновременно и решительной, и жесткой, и отстраненной. – Если ты задался целью вывести меня из себя, то можешь тут же обламываться, - вроде не совсем правильно начала излагать свое видение туманного будущего девушка, лихорадочно отыскивая в голове самую правильную модель поведения. Кажется, это единственный ее шанс раз и навсегда (хотя зачем так надолго?) положить конец их неуместной игре друг с другом.
Не слишком-то задумываясь над тем, что делает, Кэролайн схватила недавно отвергнутую ладонь вампира, крепко сжала ее в своей, мимоходом переплетая пальцы, и расслабленно выдохнула. Неожиданно из тела пропали терзающие иголки, а в груди образовалось огромная ничем не забитая ниша для спокойствия и умиротворения, которые не заставили себя долго ждать. Быстро определив по глазам, что Дамон вроде как не слишком против ее маленького эксперимента, она вновь уставилась в экран и улыбнулась, на этот раз очень искренне.
- Ты не договорил насчет планов на день, - плавно вернулась она к предыдущей теме разговора, с содроганием отмечая щекочущее тепло, которое уже добралось до самого локтя. – Что меня ждет после этой скукотищи?
- Неизвестность, - отделался юноша коротким ответом, прибегая к своим излюбленным опасливо-сексуальным интонациям. – И немного боли…
- …чтобы жизнь медом не казалась? – закончила за него Кэр, ничуть не расстроившись. И не потому что не поверила, просто успела привыкнуть.
У него было странное представление о мире: шахматная доска со стандартной клетчатой разметкой черного и белого тонов, которые уж слишком циклично чередовались между собой, а люди представлялись не более чем пешками в руках не самого умелого гроссмейстера. Скорее даже вообще отвратительно играющего – его фигуры сначала отчаянно не желали слушаться владельца, за что тут же расплачивались жизнью.
И эта схема, созданная в бреду воспаленного местью мозга, работала безотказно, потому как Сальваторе лично следил за четким исполнением каждого пункта звериных правил. У всего есть своя цена, необходимо лишь правильно научиться определять ее с ювелирной точностью.
- Почти угадала, сладкая, - довольно умело уходил Дамон от откровенности, вычерчивая большим пальцем на ее запястье какие-то кружевные знаки.
- Радует, что я хотя бы начинаю тебя понимать, - неизвестно зачем произнесла это вслух девушка, не успевшая вовремя укоротить длинный язык. – Объясни мне лучше одну вещь, - спешно попросила она, в тайне надеясь на его невнимательность. Порою ей лучше молчать, чем выражать мысли вслух.
- Какую? – без всякого интереса спросил вампир и как бы невзначай придвинулся ближе, прижимаясь к ней плечом. Видимо, не только мисс Форбс бесили излишние условности, а темнота и повышенная тоскливость фильма действовали на них обоих в равной степени.
- Твой отец – вампир, - стала объяснять свою логическую цепочку девушка, как-то особенно болезненно реагирующая на его близость. Сердце ее билось настолько часто и гулко, что вот-вот норовило выскочить из груди, дабы припасть к ногам вроде как ничего не замечающего бессмертного. – Это известный факт. Ты – наполовину человек. И это вроде тоже не требуется доказывать, потому что я и правда не видела тебе подобных раньше. Тогда что же получается – твоя мать человек? Но такого просто не может быть, если только ее не превратили во время беременности. Хотя Алекс говорил, что это не помогает, - она попыталась изложить свои домыслы более-менее складно, но четкой уверенности в том, что все получилось, у нее не имелось. Слишком плохо и одновременно очень хорошо ей сейчас было.
- Да, тут ты права, - неизвестно с чем согласился мужчина, хотя меньше всего на свете он хотел бы вести разговоры на эту тему. – Женщина-человек не может быть матерью полубессмертного ребенка, да это и не мой случай, если быть честным. Дамон тогда еще не был вампиром, - не очень охотно добавил он, нарочно сжимая ладонь Кэр как можно сильнее, то ли в надежде быстрее закончить неприятный разговор, то ли из желания ярче ощутить теплоту ее пальцев, к которым незамедлительно прилила кровь.
- Сколько же тебе лет? – восхищенно прошептала девушка, невольно поворачиваясь в его сторону. Интуиция подсказывала, что он гораздо старше Кайлеба (судя по тем штучкам, коими он балуется), но ей не слишком-то хотелось верить этому предательскому шестому чувству, благодаря которому она и оказалась в самом незавидном положении.
- Чуть больше пяти сотен, - хвастливо отозвался юноша, вновь растягивая губы в отвратительной улыбке, которая в свою очередь гулким эхом отдалась в груди Кэролайн, заставляя ее тут же отвернуться.
- Да уж, молодым тебя не назовешь, - буркнула она себе под нос. Нельзя сказать, чтобы ее уж очень удивил его ответ, но все же задуматься тут было над чем. Алекс был ламией, притом родился около восьми веков назад, но она никогда не видела в нем ничего из того, что умел сидящий рядом бессмертный. – А что тебе сделала Елена? – помимо воли вырвался у нее очередной вопрос из разряда «на грани», который, наверное, и вовсе не следовало никогда задавать.
- Это тебя не касается, - злобно прошипел вампир, мгновенно растерявший любые признаки присутствия хорошего (или хотя бы нормального) настроения.
- Хорошо, прости, - тут же попыталась она сгладить острые углы, плотнее вжимаясь в спинку сиденья. Вот уж чего она боялась по-настоящему, так это его ярости. А имя блондинки, судя по всему, вселяло в него настолько концентрированную гамму негативных эмоций, что они становились осязаемыми. Воздух вокруг налился агрессией и стал тихонечко потрескивать, словно замкнувшие провода.
- Пойдем, - резко поднялся он на ноги, потянув за собой немного растерявшуюся от подобной стремительности девушку. Отпускать ее руку, как и сбавлять скорость, юноша не спешил, ловко перешагивая через ноги воистину терпеливых зрителей, которые все же решились дождаться финальных титров трешевого фильма.
Кэр в свою очередь вынуждена была чуть ли не бегом следовать за вмиг озверевшим парнем (а со спины он выглядел именно таким) и молча сносить более чем отвратительное поведение. Ее порадовало уже то, что в магазине удалось спокойно пройти мимо умопомрачительной пары туфель на высоком каблуке и остановить свой выбор на практичных балетках, в противном случае пришлось бы сейчас на ходу разуваться.
- Мы на пожар спешим? – не сумела сдержать она излишнее ехидство, «ловко» подворачивая ногу на очень покатых ступеньках. Чертыхнувшись сквозь зубы, она резко остановилась посреди лестницы, всем своим видом демонстрируя стойкое нежелание сдвинуться хоть на миллиметр. – Да что с тобой опять происходит?
- Тебе же там было скучно, - презрительно сузил глаза Дамон, оборачиваясь назад.
- И поэтому я должна носиться на третьей космической скорости? – с легкостью вернула она ему пренебрежительный взгляд. – Между прочим, мне больно, - заявила девушка, глазами указывая на подвернутую ногу, которая и в самом деле начинала изредка саднить.
- Сладкая, по-моему, ты немного замечталась, - поравнялся с ней вампир только для того, чтобы усмехнуться прямо в лицо. – Думаешь, мне есть до тебя дело? Зря. Ты была игрушкой и ей же остаешься, а мне просто нравится играть с тобой в разные игры, - едва слышно шепнул он, недобро покосившись в сторону стайки весело щебечущих девчонок, которые секунду назад прошли мимо них.
Кэролайн хотела уже высказаться по полной программе, когда обнаружила, что язык отчаянно не слушается свою хозяйку, а к горлу медленно подкрадывается горький комок обиды. Вот только этого сейчас не хватало!
Простояв в полной тишине около двух минут, девушка наконец сумела отвести глаза в сторону, высвободила ладонь и с гордо поднятой головой зашагала к выходу, не переставая при этом нервно искусывать губы. А чего она ожидала? Цветов, признаний и подарков? Святые угодники, какой бред! Ему же просто нравится издеваться над ней.

Пинком открывая входную дверь, Франческа вихрем впорхнула в залитую ярким солнечным светом гостиную пансионата и ловко перехватила рукой начавшую стремительное приближение к полу коробку с монитором.
- Ну вот мы и дома, - вроде как для самой себя констатировала она, оглядываясь назад. – Стефан, чего копаемся? Живей тащи все наверх, у меня уже игроманская лихорадка начинается. А знаешь, что медиками доказано, будто нельзя отказывать себе в маленьких слабостях? Это очень отрицательно действует на нервную систему. О-о, привет, солнышко! – лучезарно улыбнулась вампирша, расслышав за спиной неуверенно крадущиеся шаги новой постоялицы.
- Здравствуйте, - вежливо, но очень тихо пробормотала Кэтти, заливаясь совершенно ангельским румянцем. Судя по всему, ей было глубоко непонятно все, происходящее вокруг, в том числе и то, как же она умудрилась оказаться в абсолютно незнакомом доме с капитально чуждыми ей людьми (которые на самом деле ими и не являлись).
- Хорошо выспалась? – по-будничному бодро спросила итальянка, бросая коробки и свертки прямо на пол. Пришлось напомнить Сальваторе с помощью Силы, что в доме находится человек и ему стоит играть заранее распланированные роли.
- Да, спасибо, - еще более смущенно ответила девчушка, как-то уж слишком болезненно жавшаяся к стене с таким видом, будто ее учили этому не один год. – Простите, что задаю этот вопрос, просто мне никогда не приходилось бывать в подобных ситуациях… - стала мямлить она, с неподдельным ужасом в глазах всматриваясь в дверной проем, в котором буквально секунду назад материализовалась внушительная фигура юноши, до самой макушки скрытая картонными упаковками с системными блоками.
- Во-первых, в этой стране свобода слова, которую еще никто не отменял, - решила Фрэнки немного подбодрить павшую духом девчушку, кидая выразительный взгляд в сторону замершего на пороге вампира. – Во-вторых, бояться тебе здесь нечего. Это мой брат, Стефан, который очень радушно отзывается и на Стефика, если хорошо попросить.
Мужчина выразительно помахал дамам рукой, не испытывая даже сотой доли того раздражения, на которое так искренне надеялась итальянка. Коробки он нарочито медленно стал опускать на пол, стараясь по возможности разглядеть неожиданное свалившееся на голову небесное человеческое создание, но при этом оставаться как бы «в тени», чтобы не ставить юную прелестницу в довольно неловкое положение.
- В-третьих, топаем на кухню, где за чашечкой чая и познакомимся ближе, - продолжала тем временем командовать парадом девушка, невольно ощущая повисшую в воздухе густую атмосферу излишнего стеснения.
Все послушно последовали ее совету, но отчего-то их гостья решила добраться до пищеблока быстрее всех.
- Почему брат? – тихо шепнул юноша на ухо подруге Дамона, заинтересовавшись странным выбором ролей.
- Привыкла относиться к тебе, как к кому-то мелкому и неразумному, - хихикнула Фрэнни, оглядывая с ног до головы впереди идущую девочку. – Мне кажется, или вчера она была брюнеткой, а сегодня вдруг превратилась в блондинку?
Он проследил за ее глазами и кивнул для виду, хотя не мог похвастать детальным знанием внешности новой знакомой. Вчера его «зацепил» лишь чрезмерно яркий макияж и чудовищно длинные кроваво-алые ногти, других подробностей он попросту не заметил.
Когда они вошли в кухню, Кэтти вовсю уже носилась по помещению, убирая со стола, и одновременно пыталась что-то слишком быстро говорить. Насколько поняла вампирша, это были слова извинений, какие-то довольно нелепые и путанные объяснения всему происходящему и прочий детский лепет, не заслуживающий должного внимания.
- Сядь, пожалуйста, и послушай, - попыталась она успокоить стеснительного ребенка, больше напоминающего несмышленого птенчика, совсем недавно появившегося на свет. Такая же встрепанная и до умиления обаятельная, с огромными наивно смотрящими на мир серо-голубыми глазами.
Девчушка послушно опустилась на стул, складывая руки на коленях.
- Простите, - должно быть в сотый раз за короткий промежуток времени извинилась она, урывками разглядывая чрезвычайно красивых молодых людей, которым была обязана если не жизнью, то внушительной ее частью точно.
Они действительно походили на брата с сестрой – идеальные черты лица из разряда, что называется, и придраться не к чему, красивые глаза, казалось, видящие тебя насквозь, темные волосы (в случае с юношей они были не угольно-черные, а скорее темно-каштановые), немного бледноватая кожа – все сочеталось с удивительной гармоничностью, вроде как фотографии в дорогих глянцевых изданиях. Вычурно, роскошно, богато, безусловно красиво, но… Нереально. Хотя девушка создавала впечатление очень даже живой и жизнерадостной особы, в которой эмоции переливали через край. А вот ее родственник показался Кэтти немного скучным (в хорошем смысле этого слова). Чем-то эти двое напоминали ей близнецов: удивительно похожие внешне, но разительно отличающиеся по внутреннему наполнению. И брюнетка была явно ей ближе, потому что внушала доверие.
- В общем так, - решила Фрэнки первой начать разъяснительную беседу. – Сначала я расскажу немного о нас с братом, чтобы ты перестала наконец шугаться нас обоих, а потом мы с удовольствием выслушаем все, что ты пожелаешь поведать о себе. Идет?
Девочка уверенно кивнула головой, вздрагивая при звуке заработавшей кофемашины.
Итальянка раздосадовано вздохнула, предвидя тонны лжи, которая достигнет ушей напуганного котенка, но все же принялась сочинять самую что ни на есть правдивую историю, достойную слезливого романа. Они-де бедные сиротки, потерявшие в раннем возрасте родителей, а посему держатся друг за друга, помогают в трудную минуту и всегда готовы протянуть спасательный круг утопающему. У них есть еще один брат, Дамон, который вынужденно отсутствует по причинам…(тут девушке пришлось надолго задуматься, взвешивая все за и против). В итоге, решив пощадить израненное сердце Стефана, она озвучила не свой первоначальный план о медовом месяце, в который укатила сладкая парочка, а банальные дела бизнеса в другом городе. По ее представлениям дружище конечно вряд ли тянул на зажиточного дядечку, способного воротить крупные дела, но надо же было как-то логично объяснить у него наличие самой дорогой машины в мире. О Елене она упомянула вскользь, надеясь пояснить некоторые нюансы при первом же удобном случае.
- И теперь о главном, - плавно перешла к истинной сути беседы вампирша, награждая Кэтти подбадривающей улыбкой.
Стефан тем временем сделал девушкам кофе, успевая при этом наведаться на все близлежащие облака, чтобы вдоволь подумать о жизни, судьбе, горьком прошлом, светлом будущем, хорошей погоде и прочей чепухе, которая в свою очередь здорово раздражала Франческу.
- Как видишь, дом у нас просторный, - продолжала она лучиться искренним гостеприимством, незаметно для посторонних глаз наступив на ногу мужчине. – Финансовых проблем не имеется, поэтому спокойно можешь выбирать любую понравившуюся комнату и жить столько, сколько вздумается.
«Может, хоть что-то добавишь?» - предприняла она попытку вытянуть из вампира хоть словечко, но, разумеется, потерпела сокрушительный проигрыш. Младший Сальваторе продолжал следовать своим неизменным принципам, и попросту терялся в женском обществе, тем более когда дело касалось личной жизни, которая по его мнению являлась чем-то неприкосновенным.
- Спасибо, но я все же… - замялся светловолосый ангелочек, задумчиво прикусывая верхнюю губу. Вот так вот ни с того ни с сего свалиться на голову совершенно посторонним людям, которые и без того уже слишком много сделали для нее, вытащив из самой глубокой и вонючей сточной канавы? Полноте! Какое право она имеет так злоупотреблять чьим бы то ни было радушием? – Наверное, мне стоит вернуться домой.
- А ты уверена, что это действительно необходимо? – итальянка осторожно прикоснулась к немного детской на вид ладошке, в надежде выстроить в комнате атмосферу откровенности и взаимопонимания. – У тебя ведь тоже нет родителей?
- Мама умерла, когда мне было три года, - невесело улыбнулась Кэт. – Я ее совсем не помню. А отец… - она опять умолкла, сжимая чуть подрагивающие пальцы на чайной ложке, которой тут же принялась размешивать давно уже остывший кофе. – Он в тюрьме, за изнасилование. Шестиклассницы, - шепотом добавила она, заливаясь густым румянцем пополам с подкатившими к глазам слезами.
Юноша сделал едва заметный выдох, пристально вглядываясь в заметное похорошевшее личико. Тоненькие светлые бровки изящно расходились к вискам, придавая каждому ее выражению некую степень комичности. Пушистые темные ресницы, что редко можно встретить у природных блондинок, красиво очерчивали и без того выразительные глаза. Миниатюрный носик, крылья которого чуть подрагивали от частых вдохов, с немного задранным вверх кончиком и вовсе заставил бы улыбаться любого. Чувственные пухлые губы столь любимого бессмертными маняще-алого оттенка дополняли идеалистическую картину – девчушка была безусловно хороша собой. Вот только никак не удавалось определиться с возрастом. Судя по ощущениям, ей было немногим больше пятнадцати-шестнадцати лет, а вот взгляд – печальный, грустный и притом удивительно проницательный – заставлял задуматься над другим рядом чисел. Чуть больше двадцати…
- Знаешь, солнышко, если тебе неприятно об этом говорить, то и не будем, - положила конец затянувшемуся молчанию Фрэнки, для виду делая небольшой глоток противного кофе. Все-таки правильно говорят, что арабику следует пить исключительно горячей. В холодном виде древнейший напиток терял всю привлекательность и яркие вкусовые составляющие, превращаясь в подкрашенную воду с примесью сахара.
 
miss_OdairДата: Воскресенье, 05.08.2012, 01:31 | Сообщение # 45
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
- Нет, все нормально, - храбро заявила девушка, следуя примеру итальянки. – Вы ведь были со мной откровенны, поэтому…
- Я тебя умоляю, - картинно сложила руки на груди девушка, до сих пор тщетно пытавшаяся добиться участия вампира в обсуждении, исподтишка награждая его смачными пинками. – Давай сразу перейдем на «ты». Сколько тебе лет? – исключительно ради Стефана поинтересовалась она, делая большие невинные глаза.
- Двадцать один, - просто ответила Кэтти, не найдя в вопросе ничего компрометирующего. Видимо, предрассудками и дурацким кокетством юная мисс явно не страдала. – Знаю, что не выгляжу на свой возраст. Меня многие считают школьницей.
Она обвела присутствующих робким взглядом, который поспешно спрятала «в колени», едва наткнувшись на немного удивленное лицо мужчины, не сумевшего вовремя отвернуться. Первое впечатление лишь подтвердилось – ей было как-то не совсем уютно рядом с «братом» улыбчивой и безусловно очень милой брюнетки.
- Ну так что ты решила? – вновь завладела итальянка браздами правления.
- Мне как-то неудобно, - откровенно призналась девушка, чувствуя, что основную причину отказа от радушного предложения все же не сумеет озвучить.
- Неудобно в танке в баскетбол играть, остальное мелочи - живо парировала вампирша, не сумев сдержать рвущийся наружу гнев. Конечно, куда уж в этой ситуации будет удобно! Как же ее порой бесили эти образы великомучениц, считающие себя виноватыми в крахе абсолютного большинства. Что делало в ночном клубе это ангельское создание? Кого пыталось спасти ценой чуть ли не собственной жизни? Любовь всей своей жизни – жалкого торчка, променявшего ее на очередной заветный пакетик с «живительным» порошком. Одно для нее оставалось непонятным: как девчонку вообще угораздило влюбиться в свинского подонка самой отвратительной наружности? Конечно, любовь зла и прочее, но у всего должны быть свои моральные границы…
- А почему ты не учишься? – решился наконец Стефан на участие в бурном обсуждении дальнейшей судьбы девочки. – Колледж и все такое… - смущенно добавил он, очень остро реагируя на неожиданное внимание со стороны прекрасного пола.
- Пришлось забрать документы из Беркли, - охотно ответила Кэтти, получившая возможность детальнее рассмотреть загадочного молчуна. В целом, угрюмость была наверное единственным его недостатком, потому что от его красоты перехватывало не только дыхание: мыслительная деятельность тоже заметно начинала прихрамывать на обе ноги. – Мне нечем было платить за обучение. Все деньги уходили на Майкла…
Фрэнки фыркнула, но не позволила себе выдать очередной неуместный комментарий по поводу всего услышанного. В конце концов каждый из нас делал когда-то и крупномасштабные глупости, о которых порой приходится сожалеть большую часть жизни. А эта девочка была мастером спорта по наступлению на одни и те же грабли, притом бессменным лидером на протяжении вот уже шести лет.
- Может, стоит еще раз попробовать? – заметно приободрился вампир, натягивая на лицо такую понимающую и участливую улыбку, что итальянке осталось лишь тихо покрываться ревностью, чем она не преминула воспользоваться.
- Не думаю, что меня примут назад с распростертыми объятиями, - грустно вздохнула Кэт. – Перед отчислением я…точнее Майкл…успел натворить… - окончательно замялась девушка, избегая смотреть кому-либо в глаза. Она никому прежде не рассказывала о том, почему вернулась назад в родной город, и сейчас никак не могла подобрать нужных слов. Наверное, потому что искренне не желала сваливать свои проблемы на чужие плечи.
- Это неважно, - оптимистично махнула на все рукой Франческа, допивая остатки гадкого кофе. – Если захочешь вернуться в Беркли, просто скажи об этом. До начала семестра не так уж много времени, поэтому советую не сильно-то задумываться. Поверь, для нас это вовсе не проблема, - предвидя дальнейшие споры и отнекивания, она встала из-за стола, быстро ополоснула чашку и выпорхнула в гостиную, чтобы начать предаваться любимой забаве: сбор игрового клуба на дому (выбор пал на комнату младшего брата, которая могла похвастать достаточным количеством розеток и свободной площадью), с последующим уходом от реального мира.
Стефан несколько раз поддакнул словам вампирши и стремительно покинул кухню, в которой уж слишком надолго поселилась неловкость. Он попытался было помочь Фрэнки в установке компьютеров, за что тут же получил смачный подзатыльник и злобный взгляд, без слов говорящий о срочной необходимости прогуляться по всем известным адресам.
- Что-то не так? – сокрушенно спросил он, наблюдая за ее резкими движениями.
- Все нормально, - по слогам процедила она сквозь зубы, насильно заталкивая в привод диск с операционной системой. Следом послышалось несколько агрессивных щелчков мыши, а затем той же процедуре подвергся и второй «ящик», которому так же не суждено было дождаться снисхождения. – Если только не считать моей иногда очень ненужной способности читать мысли. Понравилась, да? – ехидно поинтересовалась девушка, не отрывая застекленевшего взгляда от мелькающих по экрану монитора строчек с перечислением технических характеристик.
- Что? – сделал юноша удивленное лицо. – То есть… Фрэнни, ты ревнуешь?
Наверное, ему не стоило вкладывать в интонации такое огромное количество скептицизма и недоверия, а может, вообще разумнее было не подходить к ней ближайшие пару часов, однако Сальваторе сделал все с точностью до наоборот.
- Я? Ревную? – живо взъелась на него девушка, стремительно откатываясь на стуле от письменного стола, на котором и разместились системные блоки с мониторами. – Ты что-то путаешь, - уверенно покачала она головой, натягивая на лицо восковую маску из язвительности и высокомерия.
- Фрэн, - очень нежно улыбнулся мужчина, аккуратно присаживаясь рядом с ее ногами на корточки. – Вроде ты собиралась учить меня геймерскому искусству убивать с особой изящностью, может, этим и стоит заняться? – он огляделся по сторонам, отыскивая глазами хотя бы один действенный способ смены гнева на милость, и натолкнулся на довольно мрачноватую коробку с надписью S.T.A.L.K.E.R., большую часть обложки которой занимал странновато одетый мужчина в противогазе. – Например, это? – с воодушевлением продемонстрировал юноша свой выбор, искренне надеясь, что не попал пальцем в небо.
- Лесть – это у вас в крови, - хмуро констатировала итальянка и натянуто улыбнулась. Затем выхватила у него из рук заветную коробочку, перевернула ее обратной стороной и углубилась в чтение.
«2012 год. Шесть лет прошло с момента Второй катастрофы, затмившей события апреля 1986 года.
Действие игры происходит в Чернобыльской зоне отчуждения, превратившейся из места, где ломались судьбы, в угрозу всему человечеству. Свои тайны Зона раскрывает неохотно, через силу, и редкий герой сможет добраться до самого ее сердца и узнать – какая опасность поджидает его там?
Опасность, по сравнению с которой мародеры и вражеские группировки, все монстры и аномалии Зоны покажутся лишь подготовкой к встрече с чем-то более фатальным и пугающим.
А пока... Готовься, герой. Собирай артефакты и торгуй, прощупывай дорогу и проверяй тылы, хватай рентгены и сражайся – но только выживи! И тогда, быть может, если будешь настойчив и особо везуч, ты узнаешь – почему все это свалилось на тебя»*.
- Не очень многообещающее начало, но начнем, помолившись, - пробормотала она себе под нос, осознанно вычеркивая из реальности следующие земные сутки. Все-таки игромания – страшная болезнь, особенно для тех, кто ею не страдает.

___________________
*Описание взято с официального сайта игры http://soc.stalker-game.ru/?page=home.

Следующим пунктом в довольно насыщенной программе сегодняшнего вечера стало посещение какого-то сомнительного бара, весь путь до которого занял чуть больше десяти минут. Дамон даже не стал дожидаться, пока она вылезет из машины (кстати, на сей раз довольно приличной Тойоты), резонно полагая, что уже вдоволь насюсюкался с дерзкой девчонкой. И, как оказалось, это было только началом. Кэр предстояло двухчасовое понимание одной предельно короткой, но очень болезненной мысли, что-де ему она и правда безразлична.
Войти в заведение не составило никакого труда, охранников на входе тут не существовало в принципе, отыскать глазами вампира тоже было плевым занятием, а вот дальше все пошло совсем не так, как она планировала. Заботливо вручив ей в руки безалкогольный коктейль, мужчина скрылся в неизвестном направлении, оставив ее на попечение здешнему чрезмерно разговорчивому бармену. И уже через полчаса девушка готова была сгрызть ногти от раздражения, потому как вдоволь наслушалась тупых анекдотов и незатейливых историй из разряда «близко к кретинству». Спасало одно: улыбчивый дядечка не был сторонником закона, поэтому без лишних вопросов наливал ей все более и более крепкие напитки, которые здорово помогали расслабиться и трусливо спрятаться от реальности, вовсе переставшей радовать мисс Форбс, когда удалось-таки отыскать пропавшего из поля зрения вампира. Мило беседуя с какой-то размалеванной представительницей здешнего генофонда, он стоял метрах в пяти от Кэролайн и то и дело заразительно смеялся вместе со своей новой подружкой, чем бесил наблюдавшую за всем действом девушку до зубного скрежета. Ей никогда еще не приходилось слышать настолько искренний, глубокий и удивительно завораживающий хохот, от которого по телу вниз неслись мохнатые мурашки, а внутри все сжималось от несправедливости. Почему с ней он не может быть таким? Самым что ни на есть обычным, но при этом удивительно ни на кого не похожим.
Очередная порция алкоголя, лихо опрокинутого начинающей пьяницей, здорово ударила по голове. Казалось бы, должно стать чуточку легче, ведь реальность медленно, но верно покидала девушку, однако долгожданного облегчения не было и в помине.
Дамон тем времен повел глупо хихикающую особу танцевать, чем окончательно «добил» скучающую у барной стойки Кэр.
- Может, стоит вмешаться? – вклинился в ее размышления красивый грудной голос. Через секунду перед затуманенным взором появилось улыбающееся лицо, обрамленное лихо завитыми кудряшками невразумительного пепельно-серого оттенка.
- Что? – неохотно переспросила девушка, усиленно фокусируя взгляд на любопытной обладательнице насыщенного сопрано.
- Это ведь твой парень обжимается с местной леди легкого поведения? – утвердительно спросила она, ловко забираясь на высокий стул с уродливо изогнутыми ножками. – Такое чувство, что еще пара минут и он ее в кровать потащит.
- Никакой он мне не парень, - казалось, Кэролайн старается убедить скорее себя, что вроде как глупо ревновать совершенно постороннего тебе вампира, но получалось хуже обычного. Ей было далеко не безразлично.
- Я Дэнис, кстати, - представилась незнакомка, не спуская заинтересованного взгляда с ее лица. – И прости, что вмешиваюсь. Просто ты весь вечер только на него и смотришь.
- Ничего, - пофигистически махнула рукой она, делая очередной глоток приторно-сладкого ликера. Коктейли остались в далеком прошлом. – Кэр, - назвалась она в свою очередь, вытягивая вперед изящную ладонь.
- Очень приятно, - светски улыбнулась Дэнис, обменявшись с новой знакомой рукопожатием. – Кстати, он тоже очень внимательно за тобой смотрит. Я потому и решила, что вы вместе.
- Пусть смотрит, урод чертов, - просверлила она злобным взглядом повернутую к ней спину, в глубине души надеясь, что сумела глазами как следует зацепить этого пуленепробиваемого бессмертного с самооценкой выше Эйфелевой башни.
- Я бы не назвала его уродом, - задумчиво пробормотала девушка, разглядывая повернутое к ней в полупрофиль лицо вампира. – Красавчик и говорить нечего.
Форбс закатила глаза к потолку, отделавшись двусмысленным хмыканьем, но смогла удержаться от комментариев. Конечно, Сальваторе на мордочку и правда неотразим, вот только к явным плюсам в области внешности прилагаются устрашающие минусы в виде полного отсутствия души, повышенной кровожадности и чумовой нелогичности поступков. Неплохой набор для желающих жить пятой точкой на вулкане?!
- Объясни мне, пожалуйста, - вклинился в ее размышления плавный голос Дэнис, которая, как и здешний бармен, болела чрезмерной разговорчивостью. – Чего ты сидишь? Надавала стерве по морде, схватила красавчика за руку, отходила гада по щекам и увезла домой. Думаю, с такой-то внешностью у тебя никаких проблем не возникнет.
- Да, пожалуй ты права, - ради приличия поддакнула Кэролайн, не без труда спуская подкашивающиеся ноги на пол. Наверное, не стоило ей так увлекаться алкоголем.
Секунду подумав над тем, что делает, она все-таки поборола в себе желание послушать «умный» совет и, благоразумно глядя под ноги, направилась к выходу в поисках свежего воздуха, способного привести ее вдребезги разбитое сознание в чуть более собранное состояние. Уже у входа какая-то бестелесная рука толкнула ее в плечо, заставив резко обернуться, чтобы вдоволь насладиться последствиями чудовищного вечера. Дамон, самым откровенным образом прижимающий к себе повисшую на шее девицу, с упоением целовал ее губы, при этом не переставая вроде как продолжать танцевать.
Девушка громко скрипнула зубами от злости и выбежала на улицу, лихорадочно оглядываясь по сторонам в поисках такси. Она даже не удосужилась подумать над тем, что платить ей совершенно нечем, как взмахом руки остановила первую попавшуюся машину и почти бегом кинулась к дверце заднего сиденья, в который раз за день радуясь удачному выбору обуви.
Она скороговоркой выпалила название гостиницы, мимоходом со всей дури хлопая дверцей, и лишь потом сумела разглядеть в толпе у входных дверей бара перекошенное яростью бледное лицо, на котором ужасно недобро сверкнули поразительной глубины темно-карие глаза. Пришлось признать, что в мотеле ее ожидает очень много всего неприятного, но это уже мало кого заботило. Кэр до смерти надоели его нелепые игры с ее же чувствами (а они несомненно были, вот только какого характера?), наскучило ежесекундное напряжение и просто опротивела жизнь «пленницы». Впервые за бесконечно долгий вечер она могла позволить себе такую маленькую прихоть, как искренняя улыбка, что само по себе было радостным событием.
Однако трудности не заставили себя поджидать слишком долго и свалились на ее голову уже на подъезде к третьесортному отелю, выраженные холодными показаниями счетчика. Как и предполагалось с самого начала, рассчитаться за поездку было действительно нечем, и она совсем уже собралась подключать все свои актерские таланты, когда неожиданно на помощь пришел тот самый улыбчивый администратор гостиницы, утренняя встреча с которым оставила после себя неприятный осадок.
- Могу я чем-то помочь вам, миссис? – учтиво спросил он, выбегая только ради того, чтобы распахнуть перед девушкой дверцу автомобиля.
- Не могли бы вы расплатиться с водителем? – неловко попросила она, глупо потупив глаза в землю. С ее стороны это выглядело как минимум подло, а как максимум – вопиюще меркантильно, но иного выхода не наблюдалось.
Тед спокойно кивнул, протягивая таксисту двадцать долларов, а потом столь же галантно подал ей руку, вызвавшись сопровождать до самой двери в номер.
- Мой…муж, - точно ругательство выдавила она из себя ненавистное слово, содрогаясь всем телом только при одной мысли о подобном выборе второй половинки. – Он уже вернулся?
- Да, - отделался коротким ответом мужчина, неотрывно следующий за ней по пятам до двери с цифрой 114. – Может быть, вызвать полицию? Я же вижу, что происходит вокруг. Вы только намекните, я постараюсь помочь, - полушепотом выложил он свои догадки, придерживая Кэролайн за руку чуть повыше локтя. От одного его участливого взгляда девушке захотелось тут же расплакаться и рассказать все-все, прижавшись щекой к задорно поблескивающей в тусклом свете настенных бра лысине, но разве она могла позволить себе такую несусветную роскошь? У него ведь была семья: дети, жена, возможно внуки…А ей даже не с кем поговорить по-человечески.
- Благодарю вас, Тед, - печально улыбнулась брюнетка. – У нас все действительно не так гладко, как хотелось бы, но он хороший человек, уж поверьте мне на слово. В любом случае, спасибо за беспокойство. Доброй ночи, сэр, - через силу заткнула она столь некстати возникшую потребность в душевной теплоте, титаническим усилием воли заставляя дрожащие пальцы сомкнуться на дверной ручке.
- И вам, моя дорогая, - ничуть не поверил администратор неумелому вранью, поворачиваясь к ней немного сутулиной спиной.
Девушка в последний раз глубоко вздохнула, задним умом отмечая абсолютную трезвость сознания, и толкнула дверь плечом.

Елена аккуратно стерла со щеки вот-вот грозящую свалиться слезу, прикрывая за собой дверь только что убранной спальни. Разумеется, теперь ей все было понятно. И то, почему возникла необходимость покупать дом, и то, отчего вдруг сильнее забилось сердце при одном взгляде на разом ставшие восковыми идеальные черты лица вампира. Сегодня тот самый день. Они не разговаривали об этом, не делились мнениями относительно жесточайшего графика пребывания в новом (и уже таком родном) доме, не строили планы на будущее – просто почувствовали. Притом как-то слишком синхронно, точно у одного из них внутри что-то щелкнуло, а второй лишь остро ощутил этот странный по своей природе звук.
И вот теперь девушка старательно делала вид достопочтенной хозяйственной леди, которой предстоит «законсервировать» коттедж до следующей и куда более счастливой части их жизни, когда подвернется еще одна прекрасная возможность распрощаться с действительностью и укатить в их собственный мир, выстроенный исключительно на любви и нежности.
Погода за окном очень хорошо отражала внутреннее состояние блондинки – серо, тоскливо и пасмурно, будто с минуты на минуту ожидается если не снег, то проливной тропический дождь точно. Впрочем, ее сейчас это почти радовало, потому что Дамон наконец может спокойно выходить на улицу, не опасаясь столкнуться с коварными лучами солнца.
- Грустим? – бодро спросил вампир, неожиданно появляясь у нее из-за спины.
- Почти нет, - с улыбкой ответила Елена, давно уже привыкшая к его не слишком-то приятной привычке ходить абсолютно бесшумно. – А ты?
- Я почему-то вообще не хочу увозить тебя отсюда, - вполне искренне поделился он, с неохотой вспоминая тот день в Италии, когда его с самого утра не покидало странное и необъяснимое чувство опасности. Сегодня все было с устрашающей точностью: та же резкая боль в груди, то же колюще-режущее ощущение близкой трагедии, тот же тихий голосок внутри, молящий оставить все как есть. – Может…
- Дамон, нет, - молитвенно сложила руки девушка, резко поворачиваясь на сто восемьдесят градусов. – Я не смогу без тебя. И ты обещал, помнишь? Ты обещал мне, что никогда не уйдешь. Больше никогда! – немного истерично произнесла она, крепко прижимаясь к мужчине.
- Елена, хотя бы просто послушай, - попытался выстроить вампир осмысленный диалог, видимо, позабыв о некоторых особенностях своей принцессы.
- Я понимаю, милый, - тихо шептала она, с остервенением впиваясь ногтями в воротник его куртки. – Ты переживаешь за меня, хочешь оградить от любых опасностей, и я правда это ценю. Но не проси сделать то, что мне не по силам. Неужели одна я буду в большей безопасности, нежели с тремя вампирами? – использовала Елена свой главный аргумент в борьбе с бессмертным упрямством, в тайне надеясь, что ее не ожидает очередная порция ревности к младшему Сальваторе.
- Не знаю, моя девочка, - печально вздохнул юноша, которого слегка позабавили ее тщательные старания добиться своего любыми способами. Себе лгать было бесполезным занятием, ведь он действительно не хотел оставлять ее здесь. Только не сейчас, когда отчаянно разучился жить без ее ежесекундной близости. К хорошему привыкаешь быстро, а в их случае привычка очень быстро трансформировалась в зависимость. – Кстати, ты придумала, что будем дарить Фрэнки?
Девушка невольно вздрогнула от неожиданности вопроса, а затем лихорадочно стала шарить по задворкам памяти, отыскивая там все возможные варианты, до которых сумела додуматься. Последние два дня скорый отъезд и подарок для Франчески были ее главной головной болью, о которой отчаянно не хотелось думать. У первого пунктика имелись вполне весомые основания, а вот второй пугал своей невыполнимостью. Ну что можно подарить женщине на триста шестьдесят какой-то юбилей? Да и существует ли такой сувенир в природе? Как угодить бессмертной, у которой есть абсолютно все?
- Честно, Дамон, я не знаю, - вынуждена была признать Елена всю скудость своего воображения. – Не машину же ей дарить…
- Нет, конечно, - улыбнулся вампир, легко отрывая ее от пола, только ради нежнейшего поцелуя. – А еще ты утром пробормотала что-то вроде: «Теперь я знаю, зачем надо было его покупать». Поделишься выводами?
- Вообще-то это ты должен был мне объяснить, - не захотела откровенничать девушка, стараясь избегать слишком внимательного взгляда черных глаз, которые мгновенно загорелись самым искренним любопытством. – Ладно-ладно, - спешно пресекла она вероятность использования Силы, решив выложить все как на духу. – Ты ведь знал, что мне здесь понравится, а значит я если и не попрошу купить этот дом, то хотя бы раз над этим задумаюсь. Потому что вряд ли на свете есть еще одно такое место, где мне было бы так хорошо, как здесь.
- Я думал, тебе было хорошо со мной, а не с домом, - немного переиначил мужчина ее слова, умильно надувая губы в притворной обиде.
- Ну-у, - задумчиво протянула блондинка, усиленно пряча улыбку за серьезной «миной». – Наверное, даже тебе свойственно иногда ошибаться, - шутливо добавила она, как бы на всякий случай отодвигаясь дальше, хотя это сделать было довольно проблематично, учитывая всю силу объятий старшего Сальваторе. – А если серьезно, то эта неделя стала лучшей в моей жизни, хоть и самой короткой.
- Даже не смотря на «охоту»? – впервые за несколько дней вернулся он к щекотливой теме, внимательно наблюдая за реакцией своей принцессы.
- Если честно, то мне понравилось, - после минутного копания в подсознании произнесла Елена, вспоминая то безграничное чувство ревности, которое грозило разодрать ее сердце на части. – Впервые я поняла, какое важное место в моей жизни ты занимаешь. Ты слышал когда-нибудь, как нас называет Мэтт?
Юноша неуверенно кивнул головой, верно отыскивая не слишком-то благозвучное словосочетание, которое вряд ли придется по вкусу его принцессе.
- Сладкая парочка, - со смехом пробормотала девушка. – По-моему, это самое то про нас.
- Да уж, липнешь ты ко мне самым бессовестным образом, - театрально вознегодовал Дамон, сердито поглядывая на мгновенно вспыхнувшие румянцем щеки.
- Я липну? – негодующе переспросила она, легко подхватывая игривое настроение любимого мужчины. – А кто сутки напролет разгуливает по дому в полуголом виде? Думаешь, у меня стальная воля или железные нервы?
- Вроде наоборот должно быть, - не упустил вампир случая сумничать. – Железная воля и стальные нервы. И ты действительно ко мне неравнодушна, - как бы пожурил он девушку, всего на секунду выпуская ее из объятий, чтобы скинуть немного ненужную на данный момент куртку на пол.
- Я этого уже давно не скрываю, - захохотала она, вновь нащупывая в себе признаки замечательного настроения. Ее мужчина очень даже хорошо умел отвлекать от любых грустных мыслей, от чего болезненное нежелание уезжать плавно переросло в искреннюю потребность попрощаться со спальней самым разрушительным образом. Ведь это же их репетиция медового месяца!

К огромному удивлению Кэролайн номер оказался пуст, однако чрезмерно радоваться неожиданному подарку судьбы она не стала, потому как входная дверь все-таки была отперта, а значит, он где-то поблизости. Небось в очередной раз подыскивает действенную пугалку или корректирует свои болезненно-садисткие планы относительно мести всем окружающим.
Чувствуя, как внутри расползается огромное кипящее нечто, способное поглотить ее изнутри, Кэр осторожно присела на краешек кровати и почти бесшумно всхлипнула. Конечно, ей и раньше приходилось сталкиваться с безразличием, которое временами ранило гораздо сильнее, чем просто отсутствие взаимности, но чтобы так демонстративно и открыто… Самолюбию девушки еще не скоро удастся оправиться от сегодняшнего вечера. Она не привыкла быть в числе последних, что и делало дальнейшее «общение» с вампиром довольно трудновыполнимым пунктиком.
Нарочно сидя в неудобной позе, дабы ненароком не уснуть от количества выпитого, она пыталась выстроить в голове хотя бы одну логическую цепочку, согласно которой ее реакция на поведение Дамона являлась правильной. Почему бы ей не переживать так же за Кайлеба? С чего вдруг его жизнь стала чем-то далеким и нереальным, а эта кровососущая тварь занимает все ее мысли?
Ответов в разом опустевшей голове найти так и не удалось – дико клонило в сон. Девушка поднялась на ноги и медленно поплелась в ванную, проклиная свою никчемную жизнь, дрянной мир, устроенный самым извращенным образом, вампиров, оборотней и всех, кого только сумела припомнить. Ей хотелось реветь в голос и в то же время хохотать во все горло, а еще хорошо было бы найти придурковатого бессмертного и как следует отходить его по щекам, чтобы никогда больше не смел делать больно.
Теплая вода и легкий аромат шоколада, коим производители напичкали гель для душа, подействовали на нее расслабляющим образом, и уже через полчаса бездумного разглядывания силиконовой занавески душа стало гораздо легче.
Тоненький писк вывел ее из блаженного состояния, заставив тут же схватиться за полотенце. Звук определенно доносился из комнаты. Кэролайн на крейсерской скорости нацепила на себя заранее приготовленную сорочку, мгновенно прилипшую к влажному телу, и вылетела из ванной в поисках источника истошного писка.
- А-а, это ты, - обиженно пробормотала она, завидев темный силуэт, маячивший в паре метров от окна. Узнать мужчину не составило никакого труда.
- Разве я разрешал тебе уходить? – начал он «концерт по заявкам и без», злобно сверкнув глазами в ее сторону.
- Тебя забыла спросить, - съязвила девушка, которую уже очень трудно было чем-то напугать. – Захотела и ушла, по-моему, все довольно просто.
- А мне так не кажется, - продолжал юноша буравить ее лицо яростным взглядом. – Ты представить себе не можешь, насколько все сложно.
На последнем слове он сделал изящный акцент, в долю секунды преодолевая разделяющее их расстояние.
- Сложно? – недоверчиво фыркнула она. – Слушай, почему ты меня не убьешь? Кайл ведь не узнает, если ты сам ему об этом не скажешь. Зачем нужен весь этот цирк?
- Именно это я и называю «просто», - неожиданно подобрел вампир, растягивая губы в довольно милой улыбке. – Убить тебя – куда уж проще? Но я никогда не даю людям то, чего они хотят. И это не цирк, сладкая, а наша с тобой игра в прятки.
- Ты – больной во всю голову, - отвесила ему «комплимент» девушка, собираясь отвернуться, когда вновь услышала жалобный писк. На этот раз он был совсем рядом, и, как показалось ей с начала, пищала кожаная куртка. Но уже через мгновение ей стало понятно, что тоненький звук издает вовсе не дизайнерская шмотка, а умильная мордочка с розовым носиком и длинным язычком, которая показалась в прорези расстегнутой до середины молнии.
- Мя-я-а, - протяжно взвыл крохотный котенок, острыми коготками пройдясь по груди Дамона.
- Господи, какая прелесть, - тут же протянула Кэр руки к зверенышу, осторожно обхватывая пальцами хрупкое тельце. Аккуратно вытащив его наружу, она прижала трясущийся комочек к шее, а затем подняла растерянный взгляд на мужчину. – Разве животные тебя не боятся?
Ей однажды уже приходилось видеть, с какой скоростью уносилась от Кайлеба самая обычная на вид бродячая собака, поэтому сомнений быть не могло – фауна на дух не переносила бессмертных, а Сальваторе как раз относился к разряду самых опасных их представителей, от которых рвать когти следует не только животным.
- Как видишь, - развел он руками.
Пушистый клубочек тем временем усиленно обнюхивал горло девушки, щекотно тычась мокрым носиком всюду, куда только мог дотянуться, а потом разинул пасть и истошно завопил.
- Голодный, наверное, - сквозь улыбку пробормотала она, продолжая вглядываться самым внимательным образом в выражение лица мужчины. – Где ты его взял?
- Где взял, там больше нет, - отшутился он и вытянул руку, чтобы забрать у нее снежно-белый комочек шерсти с поразительно глубокими голубыми глазками. А затем как будто растворился в воздухе, оставив девушку на съедение множеству вопросов и явному недопониманию. С каждым днем этот клинический психопат удивлял ее все больше и больше, лишая любых иллюзий относительно того, что когда-нибудь удастся узнать его настоящего, понять, разобраться, прочувствовать…Вампир и котенок…
- Сумасшедший дом, - буркнула она, залезая под одеяло.
Однако уснуть не удалось. Перед глазами заплясали красочные картинки уходящего дня: удивительно нежный поцелуй, от которого по телу вниз сбегали сочные мурашки. Казалось, такое чудовище не способно заставить что-то почувствовать, но ему это удавалось. Реактивный коктейль из страсти, опасности, необузданности и полнейшей непредсказуемости по своей действенности мог соперничать с чем угодно.
Пару раз повернувшись с боку на бок, девушка со всего размаха ударила кулаком подушку, столь некстати ставшую абсолютно твердой, и, разумеется, отбила руку.
- Не боишься, что я отвечу тем же? – вкрадчиво поинтересовался вампир, которого она по незнанию приняла за перьевую думку.
- Почему только мои кошмары ходят, пьют кровь и без умолку тараторят угрозы? – словно у самой себя спросила Кэр, лениво прищуривая один глаз. В длинном списке раздражающих вещей появилась еще одна пометочка, гласящая: «Наглые представители племени бессмертных». – Неужели тебе так трудно снять себе отдельный номер?
- Первый вопрос, - охотно принялся отвечать мужчина, вновь пребывающий в благодушном настроении. – Исключительно ради тебя стараюсь, детка. Ты ведь любишь эти кошки-мышки с криками и истерикой.
- С чего ты взял? – не дала она ему развить мысль до конца. – Секунду назад я мечтала о спокойном сне в гордом одиночестве, а не бесполезной трепотне с тобой.
- Лгунья, - безапелляционно заявил юноша. – Глупо врать тому, кто видит тебя насквозь. Сказать, чего ты на самом деле хочешь?
- Спасибо, не надо, - вытянула она руку вперед, как бы прекращая переполненный вопросами диалог. На сегодня достаточно безрассудства. Хоть иногда ей все же стоит вспоминать об обязательствах перед Кайлебом, который мучается. Кстати, отнюдь не по своей вине. – Выходит, уходить ты не собираешься?
Интересовалась она исключительно ради смены темы, и в глубине души все же надеялась на положительный ответ, потому что в противном случае придется подыскивать хотя бы одну правдоподобную причину, согласно которой ему стоит задержаться до утра.
- Не собираюсь, сладкая, - полностью оправдал ее ожидания вампир. – Ты ведь так этого не хочешь, - самодовольно протянул он, без всякого стеснения обвиваясь рукой вокруг ее талии, чтобы притянуть ближе к себе.
- Черт бы тебя побрал, - бездарно изобразила она гнев, жадно вдыхая уже ставший привычным аромат его кожи и волос. – Котенка куда дел? Сожрал небось, чудовище.
 
Форум » Ваши произведения » Фанфикшен » Дневники вампира 7: Холодный почерк души (фф по Дневникам вампира)
Страница 3 из 5«12345»
Поиск:


Бесплатный хостинг uCoz
Design by Stuff Studio