[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 2 из 5«12345»
Модератор форума: demonessa666 
Форум » Ваши произведения » Собственные произведения » Антон Вильгоцкий.Некромант из провинции (Шериф для мертве
Антон Вильгоцкий.Некромант из провинции (Шериф для мертве
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:10 | Сообщение # 16
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Что-то в лице пенсионера мешало молодому неформалу посчитать нежданного собеседника простым городским сумасшедшим…
– Ой, а зачем раздеваться? – Алиса лупоглазым изваянием застыла рядом с будущим «алтарем» , на котором Зед предполагал совершить «посвящение» . Она уже успела восхититься гравюрами, красочными постерами рок-музыкантов и мрачноватыми деревянными статуэтками. Здесь было очень красиво и готично – примерно такие же интерьеры Алиса видела в глянцевом журнале, который недавно привез из Питера парень подруги ее двоюродной сестры. Но предложение хозяина этого великолепия застало девушку врасплох. Алиса несколько иначе представляла себе процесс посвящения в готы.
– Нет, ну правда, зачем? – повторила она. – Я читала в Интернете, что ведьмы раздеваются во время шабашей. Но ты же меня не в ведьмы будешь посвящать, а в готы. Там, – девчонка сделала неопределенный жест рукой, но Завулон понял, что она имеет в виду, опять-таки, Интернет, – написано, что для этого нужно пойти на кладбище и соприкоснуться с духами умерших. Или – пить вино из одного бокала, добавив туда по капле собственной крови. Я думала, раз мы не пошли на кладбище, то будем как раз пить вино…
– Выпить и правда не помешает, – Зед подумал, что поспешил, наверное, но – больно уж девица хороша. – Только не вина. У меня есть кое-что получше. Сейчас, – Артур вышел из комнаты и через несколько минут вернулся с бутылкой виски «Jack Daniels» и двумя стаканами.
– Ого! – изумилась Алиса. – Слушай, а это… готично?
– Конечно, – кивнул Завулон. – Американские готы, к примеру, только его и пьют.
– Здорово, – улыбнулась школьница. – Зед, как я рада, что с тобой познакомилась!
– Это только начало, – произнес Артур. – Дальше будет еще круче.
Поставив бутылку и стаканы на журнальный столик, он подошел к резному комоду и достал оттуда несколько отпечатанных на принтере листов. – Вот, почитай пока, – протянув бумаги своей гостье, Завулон открыл виски. Алиса присела на диван.
«Посвящение в готы» , – прочла она вычурный заголовок на первой странице.
– Нравится тебе в Ростове жить? – спросил пенсионер.
– Да не очень, – признался Гарик. – Скучно здесь, душно пыльно. И быдла полно кругом.
– Раньше здесь хорошо было, – мечтательно произнес старик. – Этот город когда-то звали «русским Чикаго» . А еще – «азовским Ливерпулем» и «донским Вавилоном» . Вон та улица, – собеседник панка махнул рукой в сторону Ворошиловского, – Большим проспектом звалась, а эта – сперва Загородней, а после уж – Большой Садовой.
«Странно, – подумал Гарик. – Вроде, до того, как Садовой стать, она улицей Энгельса называлась. Совки везде имена своих святош лепили» .
Но дед, как тут же выяснилось, рассказывал ему не о советских, а о куда как более давних временах…
– Город наш быстро развивался, – говорил он. – В шестьдесят пятом году тут уже водопровод работал, а в первом – уж и трамвай электрический прошел.
Такого исторического мракобесия Гарик стерпеть не мог. Первый ростовский трамвай в две тысячи первом году? Ну ладно, водопровод в шестьдесят пятом, фиг его знает, как оно там, при совке на самом деле было – хотя тоже сомнительно. Но трамвай!
– Слушай, дед, ну что за пургу ты несешь? – от переизбытка чувств панк даже назвал почтенного собеседника на «вы» , но тут же опомнился. – Ой, извините, я хотел сказать…
– Ничего, ничего, – улыбнулся старик. – Продолжай. Ты меня не обидел. Да что там – польстил даже.
– Я хотел сказать – с датами вы путаете что-то. Какой трамвай в первом году, когда эти трамваи уж лет сто, как по Ростову ползают?
– Давно здесь не был, – произнес старик. – Из эмигрантов я. Взял однажды и у… уехал. А теперь вот вернулся. Но насчет трамвая все верно я говорю – в тысяча девятьсот первом году он в Ростове и появился. Бельгийское акционерное общество учредило.
– А, в девятьсот первом! Ну, тогда понятно, – панк собрался сделать очередной глоток.
– Как сейчас помню, – сказал в этот миг сосед.
Гарик чуть было не выронил бутылку.
– Что?! – теперь-то он смотрел на деда как на сумасшедшего. – Что помнишь? – остатки вежливости покинули неформала. – Окстись, батька, тебе лет-то сколько?
– Много, сынок, – в тон ему произнес старик. – Очень много.
– Но не больше сотни же!
– И снова верно. Намного больше сотни. Вспомни, с чего мы начали разговор…
– С сатанизма. То есть, наоборот – с Христа. «Так вот, к чему он клонит, – сообразил Гарик. – Неужели правда?» .
– Вот ты сказал мне сейчас – «окстись» . А сам-то знаешь, хоть, что это значит?
– Не знаю, – признался панк. – Но так все говорят. А, нет, знаю! «Успокойся» , вроде.
– А вот теперь не совсем верно. Слово это происходит от «окрестись» , то есть – «крестным знамением осени себя» . Как ты думаешь, станет такой человек, как я, это делать?
«Ну ни фига себе! – пронеслось в голове у Гарика. – Он или чокнутый на всю голову, или… А вдруг?» .
Увлечение всевозможными оккультными и эзотерическими учениями в среде маргинальной молодежи – явление ничуть не менее распространенное, чем любовь к тяжелой музыке. Имена Алистера Кроули, Антона Шандора Ла Вэя и доктора Папюса можно услышать на тусовках почти столь же часто, что и названия наиболее популярных зарубежных рок-групп. Подавляющее большинство бульварных «магов» и «сатанистов» являются в этом смысле такими же позерами, как и в отношении собственно к субкультурам. «Это круто!» , – взревел однажды со сцены волосатый дядька в кожаной сбруе, и готово – тысячи «ведьм» , «колдунов» и «астральных путешественников» навечно влились в ряды бездольных рок-бродяг.
Истинные маги не говорят о своих способностях с простыми людьми почти никогда. Люди, стремящиеся стать магами (такое ведь возможно) или добившиеся серьезных результатов в ритуальном волшебстве, делают это крайне редко и осмотрительно. Ну а среди многочисленных тусовочных клоунов разговоры о «главных секретах мироздания» за бутылкой паленой водки – вполне обычное дело.
Как раз к таким «астральным» личностям принадлежал и Гарик. Но суть намечавшейся беседы он все-таки уловил. За похожими на бредни шизофреника речами старика скрывалась тайна невероятного долголетия, а возможно, что и бессмертия. И собеседник, кажется, намекал, что готов ею поделиться…
– Слушай, ну это стремно как-то, – сказала Алиса, отложив в сторону листки. – Я не готова.
– Почему? – приподнял бровь Завулон. – Что тебя смущает?
– Я… ну, это, – личико школьницы вновь сроднилось цветом с грудкой снегиря. – Я… девственница.
Зеда, в отличие от нее, данное обстоятельство нисколечко не смущало. Даже наоборот – воодушевляло. Свобода нравов, резко распространившаяся по России за последние пятнадцать лет, при всех ее преимуществах, существенно уменьшила чьи-либо шансы на встречу с девственницей даже четырнадцати лет, не говоря уже об Алисиных шестнадцати. «Такой кусочек упускать нельзя ни в коем случае» , – подумал Завулон.
– Так это же замечательно! – он сел рядом с девушкой и положил руку ей на плечо. – Это значит, что посвящение при помощи секса будет усилено магией крови. Ты станешь готом в квадрате, Алиса, и ни одна тварь не посмеет уже усомниться в твоей избранности для этого высокого звания.
– Ой! – пискнула Алиса. – Я что, должна буду всем об этом рассказывать?
– Да нет, конечно, – махнул рукой Завулон. – Просто, если вдруг потом кто-то даже лишь косо посмотрит в твою сторону – скажи мне, и я разберусь с любым засранцем, – Зед тщательно запутывал собеседницу, уводя тему разговора от его истинной сути. – Давай-ка выпьем для начала, – Зед плеснул немного виски в каждый стакан.
Алиса слегка расслабилась. «В конце концов, раз это действительно нужно для посвящения, – подумала она, – то почему бы и нет? Все равно ведь у меня нет сейчас парня. А Зед – красивый и умный. И к тому же, он гот» .
– Давай выпьем за то, – сказал Завулон, протягивая ей стакан, – чтобы твое посвящение в готы прошло без всяких помех…
– Слушай, Зед! – Алиса повисла на руке Артура, так, что ему пришлось остановиться. – Мы же теперь с тобой прямо как та пара из «Ночного Дозора» . Алиса и Завулон. Клево, правда?
– Правда, – кивнул Зед. – Пойдем.
«Дурацкие эмо-привычки, – подумал он при этом. – Пара, говоришь? Нет, деточка, если ты пожелаешь продолжить отношения, тебе придется привыкнуть к тому, что где-нибудь поблизости будут находиться мои «старшие жены» . Я, знаешь ли, люблю разнообразие «.
– Ребят, идите сюда скорее! – замахал руками Гарик. Зед заметил, что рядом с панком сидит незнакомый старый мужик. «Неужели сам Игги Поп решил почтить нас своим присутствием?» , – усмехнувшись, подумал бандит. Он, как и все уголовники, очень негативно относился к появлению в компании непроверенных, «левых» людей. Большинство тусовщиков тоже не одобряло разговоров с незнакомцами, несмотря на то, что суть «тусовки» отчасти в том и состоит, что ты общаешься и выпиваешь с людьми, о которых не знаешь ничего, кроме прозвищ, названных самими этими людьми.
– День добрый, – сказал Завулон, приблизившись к Гарику и его соседу. – Вы, уважаемый, кто, и какими судьбами здесь?
– Это колдун, Зед! – сверкая глазами, воскликнул Гарик. – Самый настоящий колдун!
– Платон Евгеньевич меня зовут, – глухо промолвил дед.
– Колдун, да? – Артур мигом потерял к пенсионеру всякий интерес. – Гарри, а кто тебе разрешил новую бутылку брать? Я посторожить просил, а не попользоваться.
– Так я и не брал, – просиял панк. – Дед Платон при помощи магии снова ее наполнил.
Старик молча наблюдал за происходящим.
– Не брал, говоришь? – за такую наглость Гарик вполне мог оказаться под лавкой в нокауте в течение двух минут. – Магия, говоришь? Ладно, сейчас проверим, – Зед заглянул в рюкзак. – Хм, и правда, все на месте.
Этого, конечно, было недостаточно, чтобы заставить прожженного бандюгу поверить в исполненные старым хреном волшебные фокусы. Мысль Зеда была такая – того времени, что он развлекался с Алисой, Гарику вполне хватило, чтоб настрелять у прохожих денег на полторашку пива. А может, сам «старый хрен» ее и купил. Главным для Завулона в данной ситуации являлось то, что его собственный авторитет не был попран.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:10 | Сообщение # 17
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Магия, значит, – Артур поставил рюкзак под лавку и сел. Алиса тут же удобно устроилась у него на коленях. Зед не стал против этого возражать – разбивание девичьих сердец сразу после первого полового контакта не входило в число его излюбленных привычек.
– Что за времена настали! – с сарказмом произнес Завулон. – Колдуны спокойно разгуливают по городским улицам, угощая пивом панков.
– Эти времена не то что бы настали, – промолвил тот, кого назвали колдуном. – Скорее, они вернулись.
– А, ерунда это все, – отмахнулся Завулон и открыл одну из своих бутылок. В другой раз он, может, и прогнал бы «мутного кадра» с площади, но сейчас Артур, по вполне понятной причине, пребывал в приподнятом настроении.
– Нет, Зед, это не ерунда! – горячо возразил Гарик. – Дед Платон, ты можешь ему показать что-нибудь, чтобы он поверил?
– Могу, конечно, – пожал плечами тот. – Если он того пожелает.
– Не пожелаю, – сказал Завулон, оторвавшись от бутылки с пивом. – Мне и так хорошо.
– Ну что ж, я не буду настаивать, – развел руками старый колдун Платон Ивлев. – Гарик, я тебе вот что скажу. Есть в Ростове маги и посильнее меня. Вот, например, один мой знакомый – самый настоящий некромант.
Алиса заинтересованно взглянула на пенсионера. Гарик вытаращил глаза. Завулон едва не поперхнулся пивом от смеха.
– Настоящий некромант?! – изумленно переспросил Гарик. – Так это правда? Они существуют?
– Да, – кивнул Ивлев. – Существуют.
– А познакомиться с ним можно? – азартно спросил панк.
– Конечно, – сказал колдун. – Он, кстати, просил подыскать ему учеников. Сам занят очень, некогда ему по городу гулять.
– Я готов, – не раздумывая, выпалил Гарик. – Слушай, дед Платон, клево, что мы с тобой познакомились. Какой сегодня день удачный!
«Удачный день, это точно» , – хмыкнув, подумал Зед и приобнял Алису за талию.
– Я тоже хочу с некромантом познакомиться, – сказала девушка.
– Без проблем, – тут же отозвался старик. – Мы можем прямо сейчас к нему поехать.
– Зед, можно? – новоявленная готесса посмотрела на своего «наставника» .
«Отпускать ее или нет? – подумал тот. – Вдруг там банда извращенцев каких-нибудь окопалась, а этот хрыч им новые жертвы заманивает? Можно, конечно, с ними съездить, да жалко время на всякую фигню тратить. Ладно, если что – Гарри у нас чертила здоровый, и сам отобьется, и девку в обиду не даст» .
– А почему ты спрашиваешь? – усмехнулся Артур. – Ты не моя собственность, а я – не твой отец. Если хочешь – можно.
Чмокнув его в щеку, Алиса встала и взяла с лавки свой розовый рюкзачок. «Надо будет новый купить, черный, с перевернутым крестом, – подумала она при этом. – И вообще гардероб сменить – я же, все-таки, теперь гот, а не эмо» .
– Ну что, ребятки, вы готовы? – дед Платон, на удивление легко для своего возраста, поднялся со скамейки. Впрочем, для Гарика, который был уже в курсе истинной сущности этого человека, ничего удивительного в произошедшем не было.
– Да, – практически синхронно ответили панк и выглядящая как эмо «готесса» .
– Тогда идем, – Платон неторопливо пошел в сторону Ворошиловского. Неформалы двинулись за ним.
– Гарри, не задерживайтесь только, – крикнул им вслед Завулон. – У меня к тебе базар есть. Деловой.
– Да конечно, через час-полтора вернемся, – полуобернувшись, пообещал панк.
– В машине особенно не болтайте, – предупредил неформалов старик, когда рядом с троицей притормозила желтобокая «Нексия» . – Ни к чему нам лишние свидетели.
– Да это и так понятно, – Гарик провел ребром ладони по горлу. – Могила.
В глазах Платона при этих словах сверкнул мрачноватый огонек. Но Гарик с Алисой его не заметили…
С поправкой на пробки и светофоры они прибыли на место через сорок минут – будь улицы посвободнее, добрались бы и за двадцать. Как оказалось, «настоящий некромант» проживал на улице Нансена, неподалеку от стадиона «Труд» .
– Двести рублей, – буркнул хмурый небритый водитель в широченной кепке.
– Ты чего, мужик, какие двести? – возмутился Гарик. – Я сюда и за полтинник из центра доезжал.
– То ты на частнике за полтинник ехал, да?! – став вдруг очень эмоциональным, воскликнул шофер. – А я, все-таки, таксист, слушай, да?!
– Успокойся, – сидевший на переднем сидении дед Платон укоризненно посмотрел на панка. – Все равно не тебе платить.
Гарик, чутка перебравший дармового пива, пребывал сейчас не в самом адекватном состоянии, а потому был готов сорваться в демарш, посвященный прижимистости одного отдельно взятого таксиста и кавказской экспансии в России, как таковой. Вплоть до извлечения водилы из автомобиля с последующим рукоприкладством. Такое уже случалось. Но уважение, которым Гарик проникся к деду Платону после фокуса с пивом, помешало наци-панку позволить себе озвереть.
«Ничего, хач, я тебя запомнил. Как-нибудь еще пересечемся, земля-то круглая» , – подумал Гарик, с нескрываемой неприязнью глядя на шофера. Дед Платон тем временем выудил из внутреннего кармана пиджака внушительных размеров портмоне и, достав оттуда купюру номиналом в пятьсот рублей, протянул ее кавказцу. Панк успел приметить, что таких лиловых бумажек в кошельке у старичка больше, чем зарабатывают в месяц оба его, Гарика, родителя. Что-то в этом факте шло вразрез с объективной действительностью. «Хм, а еще говорят, что пенсионеры в России плохо живут, – подумал панк. – А впрочем, он же колдун, ему, наверное, ничего не стоит прямо из воздуха деньги делать. Глядишь, и меня научит. Нет, ну надо же, с каким клеевым чуваком познакомился!» .
– Идемте, ребятки, – молвил старик, выходя из машины.
Перед тем, как перейти дорогу вслед за колдуном, Гарик, не сдержавшись, плюнул на капот такси. Кавказец за рулем посмотрел на него полным ненависти взглядом, но ничего не сделал и не сказал. В данной ситуации он отвечал не только за себя, но и за машину, с которой пьяный нацист мог сотворить и что-нибудь посерьезнее плевка.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:11 | Сообщение # 18
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 9

Неожиданный удар
Очередной звонок (на этот раз – в дверь дома), хоть он и заставил Киреева проснуться, раздался очень своевременно. Ибо снился некроманту все тот же гадкий сон, что и минувшим утром в квартире Софии. Бой, где он из последних сил в одиночку отражал натиск легиона мертвецов, стоя на вершине холма… «Кто бы ты ни был, случайный путник, – подумал, улыбнувшись, Егор, – ты меня просто спас» .
Но путник на пороге стоял не случайный, и явился он сюда, будучи ведомым вполне определенными намерениями. Был то Ян Грушницкий – Егоров однокашник по Академии и коллега по «трупогонскому» ремеслу. Судя по звону стекла в наплечной сумке, пришел он вовсе не для того, чтобы порубиться по домашней сети в трехмерные стрелялки.
«Опять пить, – подумалось Егору. – Ну сколько можно?» .
– Здравствуй, брат, – молвил Егор, – хлопая Яна по спине. – Давно не виделись.
– Привет. А ведь и правда – очень давно. Весомый повод появился. Даже два…
– Заинтриговал, – усмехнулся Киреев. – Проходи.
Через несколько минут некроманты были уже на кухне. Ян, сидя за столом, доставал из сумки бутылки с пивом и водкой, а Егор извлекал из недр холодильника упаковки и банки с холодными закусками.
– Так что там за поводы у тебя? – поинтересовался Егор, расставляя на столе маринованные огурцы и кукурузу, тарелки с хлебом, копченым салом и ветчиной.
– Уманск ты зачищал? – вопросом на вопрос ответил Ян.
– Ага, – кивнул Егор, присовокупив к натюрморту на столе двухлитровую коробку томатного сока. – А ты как про то прознал?
– Слухом земля полнится, – тряхнул седыми прядями Грушницкий. – Ты наследил там, Егор. Нехорошо наследил…
– Пришлось, – вздохнул Киреев, присаживаясь за стол напротив Яна. – Гнилой там народец, вконец оборзевший.
– Это не только там, – пристально глядя на него, промолвил друг. – Но таких вещей лучше не делать. У Тьмы и без того хватает врагов. Если кто-нибудь из Светлых затеет расследование… – Ян многозначительно замолчал.
«А вот об этом я как раз и не подумал, – пронеслось в голове у Киреева. – Ну да ладно, всякие бывают в жизни передряги. Выкарабкаюсь, если что» .
– Ничего, отбояримся, – махнул рукой хозяин дома. – С нами Тьма.
– Именно это в глазах врагов является нашим тягчайшим грехом, – невесело усмехнулся Ян. – Чем ты, кстати, того барыгу припечатал?
– «Поцелуем вампира» , – ответил Егор. О существовании Олеси Ян не знал. Да и не должен был он об этом знать. Никто не должен был.
– Этим бы тоже нежелательно против хомячков пользоваться, – сказал Ян. – Большая вонь подняться может, ох, большая. Ну да ладно. Что сделано, то сделано. Не воротишь. Смотри, если вдруг прижмут – я всегда помогу.
– Спасибо, друг, – улыбнулся Киреев. – Что, по пиву сначала?
– Ага.
Егор взял консервный нож и открыл две из принесенных Яном бутылок «Stella Artois» .
Ян Грушницкий выглядел, пожалуй, даже более мрачно, чем «полагается» человеку его профессии. Одевался он по европейской моде средних веков, что делало его похожим на члена клуба ролевиков-реконструкторов или же на представителя одного из многочисленных направлений готической субкультуры. Таким приемом, к слову сказать, пользуются многие адепты и порождения Тьмы – вы вполне сможете увидеть кого-нибудь из них на тех же готических вечеринках, где маги, вампиры, оборотни и даже демоны подыскивают себе жертвы, либо учеников. Да, увидеть-то вы их сможете, но вот распознать, а тем более противостоять им, когда они сами откроются – вряд ли.
Еще одной деталью, усугублявшей сходство Грушницкого с «темными романтиками» новой волны, были длинные шелковистые седые волосы. Но если кое-кто из готов специально красит шевелюру под седину, дабы выглядеть мудрее и старше, то Яну заморачиваться с краской не приходилось. Он поседел во время выполнения своего первого контракта, когда увидел, как мертвецы разрывают на части живого человека. Ян пошел на дело вместе с помощником, завербованным среди обычных людей, и тот оказался недостаточно ловок. Оцепеневший от ужаса молодой некромант и сам едва не погиб тогда. Но все ж, нашел в себе силы довести начатое до конца. Позже Ян счел, что новый облик ему к лицу – ведь седина придавала Грушницкому сходство с отважным истребителем нечисти Геральтом из книг Янова брата по польской крови, Анджея Сапковского.
Около полутора часов друзья выпивали, беседуя о жизни, магии и планах на будущее. В дело пошла уже вторая бутылка водки, когда Ян, наконец, коснулся второго повода своего визита.
– Скажи, Егор, – молвил он, вращая меж тонких пальцев серебряную ложку, которой только что намазывал на хлеб черную икру, – тебе не надоело так жить?
– Что ты имеешь в виду? – удивился Киреев. – Вроде, я неплохо живу. Сам, что ли, не видишь? – усмехнувшись, Егор провел ладонью над ломившимся от разносолов столом. – Так что, извини, брат, но твой вопрос мне слегка… точнее – совершенно непонятен, – тряхнув отяжелевшей от хмеля головой, закончил Егор.
– Сейчас объясню, – Ян воткнул ложку в лежавшую перед ним на блюдце горку икры. – Ты никогда не задумывался о том, чтобы использовать великую Силу, которой владеешь, во благо для себя самого?
– Ну, тут, опять же – а я что делаю? – улыбнулся Егор. – Вот это все, – он указал на стол, – оттуда, от ремесла. Живи я одними книгами, фиг бы пошиковали так.
– Я не о том, – покачал головой Грушницкий. – Деньги, сколько бы их ни было, рано или поздно заканчиваются. Вот сколько ты за Уманск получил?
– Сто пятьдесят «косарей» .
– И надолго ли тебе этого хватит?
– Ну, в лучшем случае – на полгода, в худшем – месяца на четыре. Что-то я не пойму, к чему ты клонишь, собственно…
– Сейчас поймешь. Позволь задать еще один вопрос: а до того, как за Уманск взяться, ты сколько времени домовых гонял?
«Гонять домовых» на профессиональном сленге некромантов означало браться за мелкую и, по большей части, легкую работу с соответствующей оплатой. Ну а сколько, в самом деле, возьмешь ты с бабушки, у которой завелся в квартире низший бес, непроизвольно (не всегда, впрочем) вызванный проклятиями нетерпеливых наследников? Или с окраинного крестьянина, в чьем огороде поселился гадкий тролль, промышляющий курами, но уже поглядывающий и на малых детей?
– Погоди, припомнить надо, – Киреев наморщил лоб. – Месяцев восемь где-то.
– Вот! – Ян торжественно выставил вверх указательный палец. – Восемь месяцев ты, грубо говоря, перебивался с хрена на редьку, и только сейчас снова зажил по-человечески. Но, как ты сам только что сказал, продлится это не слишком долго. Вот, к чему я веду, Егор. Думал ли ты когда-нибудь о том, чтоб привнести элемент стабильности в собственную жизнь?
– Знаешь, я постоянно об этом думаю, – помрачнев, произнес Киреев. – Только как быть, если серьезных заказов реально мало? Самому, что ли, их себе организовывать? Поднять мертвяков, к примеру, на Братском или на Северном, да позволить им растерзать десятка три ростовчан, а после мэру звякнуть и свои услуги предложить? Так прикинь – я ведь и об этом думал. Один раз всего, правда – когда совсем уж невмоготу было.
– Так, – Грушницкий вперил в него пристальный взгляд. – А почему же не сделал?
– То есть, как это – «почему» ? – искренне удивился Егор. – Это же черт знает, что было бы. Есть определенные законы, которые следует соблюдать. Я же не Черный какой-нибудь! Что отличает Темного мага от Черного? – Киреева понесло в пьяные разглагольствования. – А вот что: Темный может, в принципе, сделать подлость, но не сделает. Черный же сотворит ее даже в том случае, когда без этого можно, в общем-то. Обойтись. Просто ради самой подлости сотворит. Да и потом – вздумай я поступить так, меня б свои же с потрохами съели. И ты в том числе наверняка принял бы участие в расправе надо мной, провокатор хренов.
– Я бы не стал, – покачал головой Ян.
– Так ты серьезно, что ли? – изумленно воззрился на него Киреев. – Думаешь, я на такое способен?
– Успокойся, брат, – улыбнулся гость. – Я пошутил.
– А. Ну тогда ладно. Давай-ка вот что – еще по маленькой накатим.
– Деньги, несмотря на все блага, которые можно приобрести с их помощью, – сказал Ян после того, как «маленькие» были выпиты, – являются далеко не главной ценностью, о которой может мечтать человек… или маг.
Егор подметил, что для употребленного в течение вечера количества алкоголя его друг держится на удивление стойко. Самого Киреева уже слегка покачивало, язык его при разговоре чуть заплетался, а Ян жонглировал словами, как подавшийся в политику молодой выпускник юрфака.
– Единственным по-настоящему ценным ресурсом в нашем многострадальном мире является власть, – сказал Грушницкий и умолк, будто предлагая Егору оценить прозвучавшую сентенцию.
– Допустим, – кивнул Киреев. – И что?


Сообщение отредактировал miss_Odair - Пятница, 17.08.2012, 20:11
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:11 | Сообщение # 19
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Ну как это, что? – рассмеялся гость. – Раз это так – к этому следует стремиться… Знаешь, что меня больше всего удручает, Егор? – спросил Ян и, не дожидаясь киреевских предположений, продолжил: – То, что такие люди, как мы с тобой, являются фактически бессильными, несмотря на то, что обладают грандиозной властью. Вот она! Здесь! – вытянув правую руку вперед и вверх, Ян растопырил пальцы, между которыми тотчас заплясали голубоватые искорки. – Только взмахни рукой – и мертвые встанут из могил, чтобы служить тебе! И не будет надежнее этих слуг, и не будет вернее. Трупы не могут ни умереть, ни предать, – усмехнулся Грушницкий. – Вот тогда разные уроды наподобие уманцев сидели бы в страхе по своим норам и очень долго думали перед тем, как разевать лишний раз свои поганые пасти. Разве я не прав, Егор? Разве это не так?
Киреев ответил не сразу. После того, что случилось в Уманске, подобные мысли несколько раз посещали его самого. Сколотить войско из мертвецов и брать один за другим унылые города, населенные черствым и наглым жлобьем. Не довольствоваться более наградой за свое дело. Взять все. Сразу. И навсегда.
И такой расклад, в общем-то, был возможен. Но только в том случае, если бы не существовало сложной системы сдержек и противовесов, на которой базировалась земная магия. А Темные при этом были бы теми самыми кошмарными злодеями, которыми выставляют их Светлые – аморальными, деструктивными и беспринципными личностями, готовыми на все ради собственной выгоды.
Они же такими не были. И уж конечно, не был таким ростовский некромант Егор Киреев.
– Нет, брат, так нельзя, – сказал он, накалывая на вилку корнишон. – Это же просто детская ситуация. Любой, кто владеет Силой, сталкивается с таким выбором. Но не в твои годы. Кто совладал с собой – идет в Темные… если уже по рождению таковым не является. Это, я считаю, оптимальный вариант. Чуть похуже – Свет. Хотя, на самом деле, намного хуже. Ну а дальше – сам знаешь, что. Черные с Белыми, да не уподобимся мы им вовек. Вообще, Ян, такой выбор обычно в довольно раннем возрасте делается. Почему же с тобой только сейчас это происходит?
– Ты ошибаешься, я давно сделал свой выбор, – глухо промолвил Ян. – А все остальное время – просто ждал удачного дня. И, знаешь, что я сумел понять, Егор?
– Что? – ход мыслей друга нравился Кирееву все меньше.
– Нет никакого смысла в том, чтобы продолжать ждать, если ты давно накопил достаточно умений и сил для решающего броска. В последние годы жизнь на Земле становится только хуже, и тот «удачный день» , к которому я готовился, может и вовсе никогда не наступить. Я понял, что нужно выйти однажды из дома и начать действовать, не оглядываясь на обстоятельства и законы. Иначе можно просто сгнить заживо, став похожим на тех, над кем мы имеем власть!
– Ни фига я не понимаю, о чем ты говоришь, – сказал Егор, хотя уже прекрасно все понимал. Беседа принимала опасный оборот. Вольнодумство, которое демонстрировал сейчас Ян, не довело до добра еще ни одного мага. Киреев решил, что другу его стоит как следует «промыть мозги» , напомнив о преимуществах Темного пути и о тех печальных последствиях, что ждут свернувших с него. Но следующая реплика Грушницкого сбила его с этой мысли.
– Да что же тут непонятного?! – не выдержав, Ян вскочил и уперся кулаками в столешницу. – Я говорю о том, чтобы изменить привычное течение событий, повернув его русло в нужную нам сторону. Сломать существующий миропорядок и подчинить его себе. Хотя бы в одном отдельно взятом городе. Для начала.
– Есть уже в Ростове один парень с подобными мыслями, – произнес Егор. – Морлоком звать.
– Морлок, – губы Яна на мгновение искривились в презрительной усмешке. – Нет, я не такой, зря ты меня с ним сравниваешь. Хнарт стремится получить желаемое любыми средствами, независимо от того, как это повлияет на окружающих. У меня совсем другая цель. Я хочу показать миру всю ошибочность пути, по которому он движется! Открыть людям глаза и повести за собой тех, кто сможет меня понять.
– А остальных – вырезать под корень? – усмехнулся Егор.
– Тех, кто будет пытаться помешать мне – да, – на полном серьезе ответил Ян. – Любые враги должны быть безжалостно уничтожены. Во имя высшего блага.
«Пошутил, значит, да? Ну-ну» .
– Каждый кровавый диктатор начинает свой путь с рассуждений о «высшем благе» , – вздохнул Киреев, в результате этого напряженного диалога почувствовавший себя чуть отрезвевшим. – Ты тоже хочешь пополнить их ряды? Это, друг мой, логика уже даже не Черных, а Белых. «Мы лучше знаем, что и как для вас будет лучше» . Успокойся, Ян. Существующее положение дел – далеко не сахар, конечно. Но лучше уж так, чем топить города в крови, насаждая жестокие законы безумных богов, как это делали когда-то Белые, или тянуть из мира все соки, ничуть не заботясь о завтрашнем дне, как поступают Черные. Лучше тебе отказаться от мыслей об этих «грандиозных» свершениях.
– Я не могу отказаться, – упорствовал Ян. Сев на стул, он налил водки себе и Егору. – Я слишком много времени и сил потратил. Если я остановлюсь сейчас, то просто развалюсь на части, понимаешь? Я… Давай выпьем за торжество Тьмы, – сказал он, резко прервав себя.
– Давай. Но торжество Тьмы и то, о чем ты сейчас говорил – далеко не одно и то же, – Егор подумал, что всплеск эмоций товарища сам собой сошел на нет.
– Слушай, ты вот сейчас сказал, что много времени и сил потратил, – молвил Егор после того, как они выпили. – А на что? Неужели подготовил-таки свой путч?
– О! – обрадовано воскликнул Ян. – Мне, наверное, с этого и следовало начать. Ты прав, Егор, у меня уже практически все готово. Ну, почти все, но остались сущие мелочи. Ты про могилу колдуна слышал?
– Кто ж в Ростове про нее не слышал? – усмехнулся Киреев. – Сам не дошел туда, правда, но рассказывали много раз. По-моему, так сказки это все.
Кладбищенские прогулки и посиделки – особый пункт в жизни некромантов. Каждый, кто встал на этот путь, должен хорошо изучить среду, с которой ему предстоит работать. Войти в контакт и наладить мирные отношения с Сущностью древнего бога Некроса, чье тело соткано из праха первых жителей планеты Земля. Поэтому некроманты часто бывают на кладбищах даже в свободное от работы время.
Но далеко не всегда Ян и Егор посещали погосты с целью заняться там астральными медитациями…
Десять лет назад они, будучи тогда второкурсниками Академии Тьмы, приехали в родной Ростов на каникулы. Тогда и состоялась памятная попойка на Братском кладбище, участие в которой, помимо самих Грушницкого и Киреева, принимал их общий друг Андрей – обычный парень, не подозревавший даже, с кем он делит водку, сало и хлеб.
Выпивали «как белые люди» – на обихоженной площадке рядом с чьей-то могилой, за столом, при свете принесенных с собой свечей. На надгробной плите стоял обязательный в таких случаях ритуальный стакан с водкой, предназначенной хозяину «поляны» . Спокойствие собутыльников внезапно нарушил шум, донесшийся с одной из кладбищенских аллей. Матерные выкрики и треск ломаемых досок. Посмотрев в ту сторону, парни увидели, как четверо молодчиков крушат ветхие кресты на нескольких старых могилах.
– Вот уроды, а, – сказал, приподнявшись, Андрюха. – Что, братцы, разомнем косточки? Наваляем этим козлам?
– Сидите, – улыбнулся Грушницкий. – Их гораздо проще можно спугнуть. Дай-ка мне твой балахон.
– Зачем? – удивился Андрей, щеголявший в редкой для тех времен толстовке с портретом Мэрилина Мэнсона.
– Увидишь. Давай.
Через несколько минут Ян, скрыв лицо под Андрюхиным капюшоном, приближался к компании вандалов. В руках он держал одну из свечек. Егор догадывался, что одним лишь зловещим обликом ночного странника дело не ограничится. И он был прав: свое лицо Грушницкий не только прикрыл капюшоном, но и укутал мороком, делавшим Яна похожим на полуразложившегося мертвеца. И это было еще не все, что некромант приготовил в «подарок» распоясавшимся мерзавцам…
– Вы почто, греховодники, кощунство здесь устроили? – ледяным голосом произнес Ян, подойдя к хулиганам достаточно близко, чтобы те могли его увидеть. Вандалы оторвались от своего занятия и, сжав кулаки, шагнули к незнакомцу. В этот миг Грушницкий поднял голову и, мотнув ею, сбросил капюшон. Огонек свечи озарил синюшную морду трупа.
Ужас, охвативший гопников, невозможно было передать словами. Егор по сей день жалел о том, что выражения их лиц видел только Ян (тот потом рассказывал, что пацаны сами стали похожи на мертвецов). Меньше, чем за секунду, должно быть, осквернители могил развернулись (один из них даже сделал это в прыжке) и бросились наутек. А Ян щелкнул пальцами, и из-под земли высунулась костяная рука, дернувшая за штанину последнего убегавшего. Тот взвыл, как получивший пинка под ребра шакал, и мигом обогнал своих подельников. Брюки ночного хулигана были теперь безнадежно испорчены – но вовсе не потому, что пальцы скелета порвали ткань…
Трюк с рукой мертвеца мог и не состояться, если бы Яну не удалось заранее нащупать ментальным взором тело, лежавшее очень близко к поверхности. То, вероятно, был труп, нелегально зарытый местным начальством по заказу укокошившей бедолагу лютой ростовской братвы – ведь для новых захоронений Братское кладбище было давно закрыто. Грушницкий не стал оживлять покойника, а просто на расстоянии управлял им, как марионеткой. Только ниточки здесь были невидимые, магические.
Андрей и Егор не могли видеть высунувшейся из-под слоя сухой листвы мертвой руки, но Егор, почувствовав энергетические колебания, догадался, что именно проделал Ян.
– Как же ты их спугнул? – спросил Андрей, когда Грушницкий вернулся за стол.
– Нож показал, – усмехнулся Ян. И в подтверждение своих слов показал нож. Обычную выкидуху, которую за смешные деньги можно приобрести в любом подземном переходе. Такой игрушки вряд ли испугались бы четверо перебравших пива с димедролом здоровенных жлобов.
– Ну, лохи, а, – рассмеялся Андрей, который именно так и подумал.
«Вот каким ты был когда-то, Ян, – грустно подумал Киреев. – В одиночку против четверых шел отстаивать христианские символы – это при нашем-то к ним отношении! Сделал бы ты то же самое сейчас? Я очень сильно в этом сомневаюсь» .
– Нет, Егор, – глаза сидевшего напротив человека загорелись огнем азарта. – Не сказки это.
– Да ладно.
– Не сказки, – повторил Ян. – Я знаю это наверняка. Я был там. Я раскопал могилу и забрал тело колдуна. Представляешь – тление даже одежду его не тронуло.
– Да что с тобой, Ян?! – Киреев мигом посерьезнел. – Ты не рассудком ли часом повредился? Зачем ты это сделал?
– Старый чернокнижник нужен мне для исполнения моих планов, – теперь Грушницкий выглядел отрешенным, а голос его был лишен каких-либо эмоций. – Я сделал его своим слугой. Он будет убивать для меня – и даст мне знания, которыми владеет сам. Когда я все узнаю, то отпущу его. Душа старика и так уже настрадалась.
Брови Егора поползли вверх.
– Ты воскресил его?!
– Не далее, как вчерашней ночью, – кивнул Грушницкий. – Время пришло, Егор. Я просто не мог больше ждать.
– Слушай, Ян, – Егор автоматически сунул в рот ломтик ветчины – исключительно от волнения, есть ему уже совершенно не хотелось, как и выпивать. – А мне ты зачем обо всем этом рассказываешь?
– Как это – зачем? – искренне удивился Ян. – Ты же мой друг, Егор, самый мой близкий друг. Мы вместе должны сделать это. Я очень рассчитываю на твою поддержку. У нас все получится – ведь в Ростове концентрация мертвецов выше, чем в любом другом городе Европы. Это будет прекрасное войско. С ним мы быстро прижмем людишек, прихлопнем Хнарта, и будем править городом, поделив его на две части.
«Людишек. Вот ты и выдал себя, Грушницкий. Твоя гордыня возобладала над здравым смыслом. Ты больше не Темный маг. Ты – самый настоящий Черный» .
– Ага, и сотрем в порошок всю репутацию Темного дела, – хмыкнул Киреев. – Ты не подумал о том, что скажут Высшие?
– Не сомневайся, я все предусмотрел, – глаза Грушницкого вновь заблестели, как у исследователя, приблизившегося к разгадке сокровенной тайны мироздания. – Сначала, конечно, кое-кто из них возмутится нашим самоуправством – но не все, далеко не все. А по некотором размышлении они поймут, что я был прав, и одобрят наши действия. Ведь это нужно не только нам с тобой, Егор. Это нужно Тьме…
– А я вот склонен думать, что это нужно только тебе, – покачал головой Егор. – Извини, дружище, но я – пас. И тебе не советую с этим связываться.
– Что значит – «пас» ? – вскинулся Ян. – Ты отказываешься мне помогать?
– Если ты так ставишь вопрос, то да – отказываюсь. Ты же фактически суешь голову в петлю.
– Да как ты можешь?! – Ян вскочил, едва не опрокинув стул. – Я пришел к тебе специально для того, чтоб поделиться своими планами. Я так рассчитывал на тебя, так надеялся. А ты… Да ты же просто плюнул мне в душу!
– Странно мне такие речи слышать, – сказал Егор. – Смотри – ты с чего этот разговор начал? С того, что меня за Уманского торгаша корил. А теперь сам такие вещи предлагаешь, что на пятьсот Умансков потянут. Где логика, Ян?
– Так потому и корил, что очень уж несвоевременно ты это сделал, – отбросив наползшую на глаза прядь, молвил Грушницкий. – Считай, в тот самый день, когда я начал действовать. Я беспокоился просто – вдруг теперь шухер какой поднимется. Что ж, Егор, раз ты свой выбор сделал, то я, пожалуй, пойду. Но я не отказываюсь от нашей дружбы. Для тебя всегда найдется место в моей команде, – Ян поднял с пола сумку, развернулся и шагнул к выходу.
– Думаешь, я смогу так просто отпустить тебя после того, что ты мне поведал? – сказал ему вслед Егор.
– Гадес Великий! – вырвалось у Грушницкого. В устах Темного мага это означало примерно то же самое, что «О, Господи!» для человека христианской традиции. Мгновенно сбросив мешавшую правой руке сумку, Ян развернулся к Кирееву. – Я же все тебе рассказал! – молниеносным движением кисти некромант послал в не оправдавшего доверия друга магический заряд. – И о том, что уже сделал, и о том, что еще предстоит! – еще одна серебряная молния слетела с пальцев его левой руки.
– Прости, Егор, – сказал Ян, стоя над распростертым на полу телом Киреева. – Так было нужно. Я не мог допустить утечки.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:12 | Сообщение # 20
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 10

Маленькие помощники папы
Гопник-алкаш Толян Подселенов сидел в засаде. То есть, стоял, конечно – торчал столбом на углу двух околоцентральных улиц, одну за другой куря дешевые папиросы. Но именно, что в засаде – Толян поджидал прохожего потщедушней, который не смог бы оказать ему сопротивления.
Последние десять лет – с момента возвращения из армии – жизнь Подселенова была тесно связана с крепкими напитками. Поиск денег на выпивку, сам процесс употребления спиртного, жесточайший отходняк, а после – поиск денег на опохмелку, и она, родимая, когда плавно, когда – не очень, перетекающая в новую пьянку. Эти компоненты и составляли круговорот существования тридцатилетнего ростовчанина Анатолия Подселенова.
Да, ему было тридцать. Но выглядел Толян на пятьдесят – причем, пятьдесят не самых удачных лет. Но самого Подселенова собственный внешний вид нисколько не заботил. Заботило его лишь то, удастся ли хорошо выпить (в понимании Толяна «хорошо» означало количественный, а не качественный аспект) сегодня, завтра и послезавтра.
Первые пять лет после армии Подселенов был алкоголиком тихим и безобидным – закона он не нарушал, и даже время от времени устраивался на работу, откуда, впрочем, вылетал после первой же получки и неизбежно следовавшего за ней запоя. Но с течением времени Анатолий опускался все ниже и постепенно дошел до нынешнего своего состояния – человека, который ради лишнего стакана самогона или портвейна не побрезговал бы даже убийством. Правда, чтобы осуществить такое, у Подселенова, что называется, кишка была тонка. Но мысли подобного толка посещали его неоднократно.
Менее тяжкими видами криминала Толик давно не гнушался. Не раз и не два опустошал он карманы случайных ночных собутыльников, тянул алюминиевые ведра и тазы из соседских дворов, а также отбирал телефоны и деньги у одиноких школьников. Несмотря на свой достаточно грозный вид – набранная в молодые годы комплекция каким-то чудом сохранилась за десять лет беспробудного пьянства – в душе Подселенов был донельзя труслив. Он никогда не пристал бы к тому, в ком чувствовал хотя бы равного по силам.
Чутье обмануло Подселенова лишь однажды. Он уже не помнил точно, когда именно это случилось – сегодня? Вчера? Позавчера? Но образ длинноволосого парня, с которого Толян рассчитывал сбить пару червонцев на опохмел, но крепко при этом обломался, до сих пор периодически вставал перед глазами.
– У, гнида, – сквозь зубы процедил Подселенов и сжал кулаки. – Тюкнуть бы тебя сзади ломиком в темечко.
Из дальнего конца квартала послышались чьи-то шаги. Толян напрягся. Через мгновение в освещенную зону ступил какой-то человек. Длинноволосый человек…
– Опаньки, – выдохнул Толян. – Неужто он самый? Ну надо ж, на ловца и зверь бежит, – Подселенов погладил в кармане рукоять выкидного ножа, который всегда брал с собой на дело, но ни разу не пустил в ход. – На этот раз ты у меня не побыкуешь.
Ночной прохожий приблизился, и гопник с разочарованием отметил, что это – не тот, кого он хотел бы сейчас увидеть. Но от своей основной цели – ограбить незнакомца – Подселенов отказываться не стал. Тем более, что тот совершенно не производил впечатления человека, способного постоять за себя. По типажу он чем-то походил на того, давешнего – разве только чуток подолговязее. А так – черная одежда, почти такая же сумка, такие же отросшие патлы… Хотя нет – не такие же. В тусклом свете фонаря волосы парня засеребрились, и Толян Подселенов принял их за мелированные.
«Тьфу, пидор, блядь, – подумал грабитель. – Ладно, с кем ты там пихаешься – это мне по хрену, а вот багаж твой я, так и так, прихватизирую» . Выступив из тени, Подселенов загородил мужчине дорогу, сплюнул на асфальт окурок и выдал свое коронное:
– Слышь, ты!
С годами это получалось у него все лучше и лучше.
Длинноволосый субъект остановился и поднял на Подселенова совершенно безумный взгляд. Толяну на мгновение даже стало страшно. Но в следующий миг он успокоился, увидев, что запястья собеседника чересчур уж тонки, чтоб нанести нормальный удар.
– Что тебе нужно? – не слишком уверенно произнес парень. Толян посчитал его интонацию результатом испуга, который, понятное дело, поспешил записать на свой счет.
– Закурить не найдется? – просипел алкаш.
– Так ты ж, вроде, только что покурил, – сказал длинноволосый, бросив взгляд на дымящийся в сторонке бычок.
– А я еще хочу, – осклабился гопник.
– Много хочешь, – неожиданно жестко ответил потенциальный «лох» . Но Толян уже слишком завелся, чтобы расслышать стальные нотки в его голосе.
– Так, я не понял! – Подселенов толкнул незнакомца в грудь – тот отступил на шаг, но равновесия не потерял. – Ты че такой борзый, сука? Ты кто такой вообще, блядь?
– Я-то? – парень совсем не выглядел испуганным. Но, сообразно логике уличного грабителя, человек, пытающийся вести с агрессором мирный диалог, является тряпкой, об которую можно вытирать ноги.
– Я некромант, – сказал длинноволосый. – Темный маг.
Первое слово ничего не говорило Подселенову, но все та же низовая логика не позволила Толяну истолковать его как-то иначе, нежели…
– Да, я как тебя увидел, сразу понял, что ты пидор, – заухмылялся гопник, раскрывая нож. – А ты, оказывается, этого и не скрываешь. Отдавай-ка сумочку, «петушок» . И карманы выворачивай. В магию я не верю. Боженька не велит, – Подселенов выудил из-за пазухи золоченый крест на цепочке.
«И это называется – славянин, христианин, – думал Ян, презрительно разглядывая хорохорившегося перед ним жалкого человечка. – Вот из кого, по большей части состоит народ, к которому мы почему-то должны относиться бережно. Мой лучший друг готов был жизнь за них отдать… За них он и пострадал. Одно меня утешает – в конечном итоге я оказался прав. Жаль, что Егор не может этого увидеть» .
– Не веришь в магию, да? – цинично усмехнувшись, произнес Ян.
– Не верю, – продемонстрировав редкие желтые зубы, гоготнул мужик. – Ты, давай, базар-то в сторону не уводи. Бабки гони, пидор!
– Кому? – Грушницкий картинно посмотрел по сторонам. – Тебе, что ли? Так я ведь в тебя не верю. Нет тебя, и в помине не было!
– Э, ты что такое говоришь?! – последняя фраза некроманта почему-то задела Подселенова даже сильнее, чем если бы его самого назвали «пидором» . Но возмутиться, как следует, Толян уже не успел. Что-то обожгло грудь. Опустив взгляд, Подселенов увидел, что крест его раскалился докрасна, а олимпийка занялась пламенем.
Дикий вопль прорезал тишину над улицей Станиславского. Звякнул об асфальт выпавший из руки грабителя нож. Забыв и о «петушке» , и о терзавшей его изнутри жажде, Толян отчаянно пытался сбить огонь, кусавший его снаружи.
Но не простое то было пламя. Подселенов не замечал, как тот, кого он собирался ограбить, одно за другим произносит какие-то слова, смысла которых Толян не понял бы, даже если расслышал. Вытянув левую руку вперед и растопырив пальцы, Ян медленно поворачивал кисть слева направо, читая заклинание, делавшее огонь яростнее и жарче. Через мгновение вся верхняя часть тела разбойника была охвачена волнистыми оранжевыми языками.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:12 | Сообщение # 21
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Помогите! Убивают! – рухнув на колени, что было сил заверещал Толян. В этих местах такие крики были обычным делом и служили верным сигналом для редких ночных прохожих – настало время резко изменить маршрут. Да только не было никого поблизости в этот, ставший роковым для Анатолия Подселенова час.
– Аааааааааа! – алкаш в отчаянии повалился на тротуар, извиваясь всем телом в тщетных попытках погасить огонь. Но ненасытный рыжий зверь даже не думал отступать, ведь его подпитывала волшебная энергия, текшая из кончиков пальцев Грушницкого. Плоть человека начала отслаиваться от костей, а еще через мгновение огонь стал таким жарким, что она уже плавилась, как тающий воск. Сквозь спину проступили очертания ребер и позвоночника. Послышались отвратительные звуки лопающихся кишок. Крики умирающего грабителя стихли до нечленораздельных хрипов и бульканья. Уже не человек – а полуживое костно-мясное месиво копошилось на асфальте у ног Яна Грушницкого.
Крышка черепа Подселенова взорвалась, и на асфальт выскользнул дымящийся мозг. Ян с наслаждением впечатал в него подошву своего сапога.
Заклятие, действию которого он подверг уличного негодяя, звалось «Адские муки» в переводе на русский, и – «Тор-мен-Гадес» на древнем Наречии. Отличительной особенностью этого процесса являлся тот факт, что человек был жив все время, пока горел – вплоть до того момента, когда расколовшийся череп исторг наружу свое содержимое.
Грабитель перестал существовать, но огонь продолжал свое дело, пожирая уже сгоревшие кости и комки плоти. Через несколько минут от Толика Подселенова не осталось даже пепла. Лишь здоровенное черное пятно на асфальте напоминало о полыхавшем здесь только что живом факеле.
«Вторая блистательная победа всего за одну ночь, – с удовольствием подумал Ян, переступая через него. – И так будет с каждым, кто встанет у меня на пути» .
Все-таки, пьянство до добра не доводит. Как оказалось, даже вполне умеренное употребление спиртного способно сыграть с человеком весьма и весьма дурную шутку…
Именно это нынешней ночью приключилось с Егором Киреевым.
Должно быть, Грушницкий заранее подготовился к такому развитию событий. Воспользовался каким-либо отваром, заклинанием или артефактом – да теперь уже неважно, чем конкретно – чтобы не пьянеть. Егор заметил это, за несколько минут до того, как Ян на него напал. Но выводов никаких не сделал. Дружба, мать ее так…
Хотя, если разобраться, то именно их дружба помешала Яну убить Киреева. Седой некромант лишь обездвижил его: серебряные молнии, которые Егор в первую секунду принял за составляющие некоего смертоносного заклятия, оказались цепями-уроборосами. Они сбили Киреева с ног и приковали его руки к ножкам стула, а ноги – стола. Защититься Егор элементарно не успел. По банальной, в общем-то, причине.
Он был слишком пьян для этого.
– Прости, Егор, – печально сказал Ян, стоя над распростертым на полу телом друга. – Так было нужно. Я не мог допустить утечки.
Киреев был чересчур нетрезв, чтобы сопротивляться, но недостаточно – чтобы не понимать безнадежности своего положения. Поэтому Егор не стал ерепениться.
– И этот человек только что напоминал мне о ценностях дружбы, – усмехнулся он. – А теперь ты убьешь меня…
– Нет, – возразил Ян. – Не убью. Именно потому, что ты – мой друг.
– Тогда, может, и змеек уберешь? – улыбнулся Егор. – Тесновато.
– Я не настолько наивен, – покачал головой Грушницкий. – Ты знаешь о моих планах. Ты заявил, что хочешь мне помешать. Я не хочу убивать тебя, поскольку для этого ты мне слишком дорог. Но и позволить тебе воспрепятствовать моим действиям тоже не могу, – Ян развел руками. – Поэтому до тех пор, пока я не закончу, ты должен будешь находиться здесь. Связанный.
– А с голоду не помру? – осведомился Егор. – Все-таки, собрать армию мертвых – не одного дня дела. Если, конечно, они не связаны какой-нибудь древней клятвой, исполнение которой ты вправе с них стребовать…
– Но и не месяца, – отрезал Ян, то ли проигнорировав шутку, то ли просто не поняв ее. – А мне, к тому же, придется теперь поторопиться. К тому моменту, как все будет готово, ты, конечно, изрядно проголодаешься, но не умрешь.
– И на том спасибо, – невесело улыбнулся Егор. – Не ожидал я от тебя такого, друг.
– Все меняется, – пожал плечами Ян. – В том числе и характер некоторых некромантов. Ладно. Мне нужно идти. Но прежде стоит, наверное, еще немного подстраховаться.
«Подстраховка» , о которой говорил Ян, заключалась в наложении на Егора временного проклятия под названием «Истинное Горе» , на несколько дней лишавшего Киреева возможности получить помощь от какого-либо человека или мага. Даже если б Егор смог вдруг освободиться и дозвониться, скажем, до Орвиланда, обстоятельства все равно сложились бы так, что тот не смог поучаствовать в этом деле. И это в самом лучшем случае…
Киреев, правда, сразу приметил слабину в наговоре Яна. Но сообщать тому, конечно, не стал – авось, это преимущество ему еще пригодится.
Грушницкий не ограничился «Истинным Горем» . Он предупредил Егора, что запечатает двери и окна его дома непроходимым магическим экраном. То есть, если б Егору-таки удалось совладать со змеями, единственной дорогой на свободу оставалась для него каминная труба…
«Что ж, ты хорошо подготовился, как я погляжу, – подумал Егор. – Все эти навыки были далеко не основными у нас на факультете, а ты используешь их с ловкостью заправского мага-доминатора» .
– Когда я закончу, то вернусь за тобой, – стоя на пороге кухни, пообещал Ян. – Ты станешь моей правой рукой, независимо от того, хочешь или нет.
«Да что с ним? – изумленно подумал Киреев. – Ты же не был таким, Ян! Даже намеком не позволял заподозрить в тебе что-то подобное. Или просто… настолько хорошо маскировался?» .
Грушницкий вышел. До Егора донесся грохот входной двери. Через некоторое время с улицы послышались новые звуки – Ян, как и собирался, начал накладывать защитные экраны. Даже сквозь занавески было видно, как на окна ложится бордовая пелена, отбрасывающая тусклые отсветы на все помещение. Судя по цвету, преграды то были не простые, а смертельно опасные. Они не только мешали пройти, но и испепелили бы любого, кто осмелился к ним прикоснуться.
– Ну что ж, – вслух произнес Егор минут через десять. – Хренов диктатор, должно быть, уже удаляется. Настало время освобождаться.
Заклятие Истинного Горя не позволяло ему воспользоваться человеческой помощью. Но в окружающем мире и без людей достаточно помощников, к которым может в трудную минуту обратиться некромант…
Жители русских, белорусских и восточно-украинских деревень до сих пор верят в то, что каждый дом и каждая семья имеет домашнего духа-покровителя – домового – который обеспечивает нормальную жизнь семьи, здоровье людей и плодовитость животных. Домовой, называемый также «хозяюшко» – это умерший предок, глава рода и его хозяин. Хотя само название этого существа распространилось достаточно поздно – не раньше XVII века – образ, связанный с культом предков, начал формироваться на Руси еще в стародавние языческие времена.
О развитом культе предков у древних славян свидетельствуют раннехристианские поучения, порицающие людей, молящихся Роду и Рожаницам. Исследователи предполагают, что под этими именами подразумевались души первых предков – основателей рода, ставшие его покровителями, а значит – прямые предшественники домовых. Роду и Рожаницам готовили такие же трапезы, как и душам умерших. Из древнерусских текстов известно, что им приносили хлеб, сыр и мед, проводили в их честь возлияния, веря в то, что духи охраняют и оберегают своих живых потомков.
Некоторые описания бесов, встречающиеся в старинных книгах, сильно напоминают поздние народные поверья о домовых. Так, в датированном двенадцатым веком «Житии Феодосия Печерского» можно прочесть: «В один из дней пришел монастырский монах к блаженному отцу нашему Феодосию и рассказал ему, что в хлеву, где скот затворяют, жилище бесов есть. Они многую пакость творят там, не давая скоту есть. Много раз пресвитер молитву творил и водою святой окроплял, но, несмотря на это, остались злые те бесы, творя муку и досель скоту» .
В другой книге говорится о каком-то бесе-хороможителе, и ученые предполагают, что так христианский автор назвал домашнего духа, который позже получит в народе имя домового.
Ну а на самом деле…
На самом деле все, конечно же, не совсем так, как можно подумать, почитав общедоступные книги.
Домовые действительно являются душами умерших патриархов – умерших так давно, что о них уж и памяти никакой не осталось. Не каждый, впрочем, человек, становится в посмертии домовым – а только те, в ком хозяйственность и тяга к земле пересиливают желание увидеть любую из альтернатив прежней жизни.
Домовые могут быть опасны для людей, а их внешний вид вполне способен внушить страх, а иногда – и панический ужас. Но эти скромные и трудолюбивые духи никогда не посмеют нарушить спокойствие человека. Изводить и тиранить они могут лишь тех, кого не считают достойными жить на земле, где обитают сами. Если уж хороший хозяин будет когда напуган домовым, следует знать – тот лишь предупреждает о грозящей этому человеку опасности.
Но это лишь простому обывателю потаенный мир домовых может казаться загадочным и грозным.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:12 | Сообщение # 22
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Маги не испытывают затруднений в общении с мохнатыми обитателями подвалов и чердаков. Могут подолгу общаться с ними – ведь мало кто из домовых имеет возраст меньше трех веков, и все они являются почти неиссякаемыми источниками знаний по истории родных мест. Волшебники также могут давать домовым различные мелкие поручения. В некоторых делах трудно сыскать более надежных помощников – ведь кроме принадлежности к сверхъестественному миру, у домового есть еще и незаурядная смекалка, которой не может похвастать, к примеру, зомби или мелкий бес.
Некоторые из магов, правда, относятся к «хозяюшкам» с нескрываемым презрением, считая их существами низшего порядка. С точки зрения иерархии оно, в общем-то, так и было, да только ведь, низший рангом – не значит нищий духом…
Ян Грушницкий – тот домовых не жаловал. Даже своего не привечал, не задабривал, а при встрече – мог и пинком наградить.
Киреев же с «хозяюшкой» не конфликтовал. Наоборот – дружил. Все повадки домашнего духа знал и угостить в праздник не забывал никогда.
«Тот, кто делит мир на «высших» и «низших» , не оглядываясь на реальные факты, вряд ли сумеет стать этому миру хорошим правителем, – подумал Егор. – Хотя бы потому, что «низшие» могут однажды обидеться и выставить тирана клоуном, подложив кнопку ему на трон. Согласен, мерзких рыбохвостых козлов, что населяют болота Ленинградской области, не отнесешь к благородным и высокодуховным созданиям. Но вот ровнять с ними домовых – серьезный промах «.
– Дормидонт! – крикнул Киреев, чуть приподняв голову. – Где ты там? Выходи!
– Ой, беда, беда, огорчение! – раздалось с кухонных антресолей. – Обожди, хозяин, сейчас помогу!
Каким-то образом создателям старого советского мультфильма о приключениях Кузи и Нафани удалось отобразить на экране одну из наиболее характерных особенностей настоящих домовых. Фраза, которую произнес Дормидонт, увидев, что произошло с Егором, была у этого маленького народца едва ли не самой распространенной. Она звучала всякий раз, как домовые видели что-нибудь, не соответствующее их представлению о порядке. От обычной горы невымытой посуды в раковине, до…
До без движения лежащего на полу хозяина, как сейчас.
– Сейчас, сейчас! – домовой обхватил лапами занавеску и соскользнул по ней вниз, как Индиана Джонс по лиане. В следующий миг он подбежал к Егору и протянул длинные когтистые пальцы к змее, обвившей его правую руку.
– Не надо! – спохватившись, воскликнул Киреев. – Не трогай их! Это убьет тебя.
– Что же нам делать тогда? – отдернув лапы и убрав их за спину, вопросил Дормидонт.
– Олесю позови. Она в гостиной, на шкафу.
– Ох, не люблю я ее! – мордочка домового, и без того сморщенная, скривилась еще больше. – Но раз уж надо… – Дормидонт развернулся и затопал к выходу из кухни. Со стороны его можно было даже принять за крупного ручного ежа. Правда, при ближайшем рассмотрении некоторые детали облика домового помешали бы это сделать.
Оковы, удерживавшие Егора, были далеко не просты. Являйся они обычными сгустками волшебной энергии, Киреев и сам без труда сумел бы их развеять. Но цепи-уроборосы представляли собой значительно более серьезную магическую конструкцию, входившую в арсенал магов-доминаторов – особой школы, приемы которой использовались во время проведения допросов или для прикрытия отступления. В принципе, спектр операций, в которых можно было задействовать доминаторов, простирался гораздо шире. Но факт оставался фактом – навыкам, блестящее владение которыми продемонстрировал сейчас Ян, в Академии его не учили. Стало быть, Грушницкий самостоятельно освоил их за годы, прошедшие после окончания студенческой жизни. Вопрос весь в том, что он освоил помимо этого? С чем предстоит столкнуться Егору, кроме этих зубастых змеек и огненных экранов, которые, по сути дела, не являлись сейчас столь уж серьезной проблемой?
Соприкоснувшись с человеческой кожей, серебристые молнии, которые метал в Егора Ян, мгновенно обращались в покрытых лиловой чешуей змей, которые сначала повалили Киреева на пол, а после, вцепившись зубами в собственные хвосты, приковали его руки и ноги к мебели. Избавиться от них самостоятельно Киреев не мог: уроборосы были наделены повышенным иммунитетом к магии и без ущерба для себя снесли бы те заклинания, которые он был способен применить, не пользуясь руками.
Домовой, который, все-таки, в большей степени являлся живым существом, нежели духом, очень серьезно пострадал бы прикоснувшись к змеям – дом Егора мог и вовсе недосчитаться своего «хозяюшки» . Оставалось надеяться на помощь создания, которое уроборосы не могли убить.
По той, правда, только причине, что оно и так было давным-давно мертво.
Грушницкий не знал о существовании Олеси. Да и не нужно было ему про нее знать…
Комок жесткой шерсти, пыхтя, взобрался на шкаф и приблизился к бронзовой статуэтке летучей мыши.
– Эй! – Дормидонт постучал когтем по ее плечу. – Олеся!
На металлической мордочке открылся желтый глаз.
– Чего тебе, Дормидонт? – спросило изваяние. – Покататься хочешь? Ну что ж, давай полетаем.
– Да ну тебя, нечистая, с полетами твоими! – отскочил в сторону домовой. Как-то Олеся подшутила над ним, подняв в воздух и потаскав несколько минут по комнатам. Дормидонт вопил тогда, как взобравшийся на вершину высокого дерева неуклюжий кот, не могущий спуститься обратно.
– Нечистая? Кто бы говорил? – осклабился бронзовый нетопырь. – Зачем приполз тогда?
– Хозяин в беде! – подскочил на месте Дормидонт. – Сказал, только ты сумеешь помочь.
– Где он? – Олеся мигом сбросила бронзовый покров, и теперь на шкафу перед домовым сидела уже самая настоящая, живая летучая мышь.
– На кухне.
Олеся вспорхнула с лакированной деревянной поверхности и полетела к двери. Дормидонт начал осторожно спускаться вниз.
– Что случилось, Егор? – спросила упырица, приняв свой исконный облик.
Цвет одежды, которая появлялась на ней в момент превращения в девочку, Олеся могла изменять по своему усмотрению. На Уманском кладбище, где от нее требовалось сыграть роль невинной жертвы, как нельзя более кстати пришлось белое платьице. Сейчас оно было черным.
– Не видишь, разве? – приподнял голову Киреев. – Скрутили меня.
– В собственном доме? – изумилась Олеся. – Кто?
– Ян.
– Ян? Но он же твой друг! А, я поняла – вы с ним поспорили, кто круче колдует, так?
– Эх, если бы, – печально вздохнул Егор. – Ладно, ты не гадай, а помоги-ка лучше мне.
– Как?
– Змей видишь?
– Ага, – Олеся с любопытством взглянула на уроборосов. – И что с ними надо сделать?
– Убрать.
– А как?
Киреев понял – его маленькая древняя помощница начала, что называется, «тупить» . Это со всеми порой случается. А на Олесю, должно быть, еще и выпитая днем водка подействовала.
– Они живые, – отогнав возникшее было раздражение, спокойно произнес некромант. – Выпей из них кровь.
– Понятно. Это я мигом, – обнажив клыки, девочка опустилась на четвереньки у ног Киреева.
«Со стороны это, наверное, смотрится весьма пикантно, – подумал Егор, наблюдая за движениями ее головы. – Да только со стороны-то ведь и взглянуть некому. Разве что Дормидонт…» .
– Тьфу! – раздался от двери сердитый возглас последнего. Возмущался домовой по другому поводу – тому, что на подведомственной ему территории занимается своим мерзким промыслом кровососущая бестия. Но характер ситуации, в которой «застал» их Дормидонт, все равно заставил Егора улыбнуться.
– Ххххх… – первая змея с яростным шипением издохла и тут же рассыпалась кучкой черного праха. Егор с наслаждением подвигал начавшей затекать левой ногой. Олеся тем временем уже перебралась к правой.
– Тьфу! – еще раз воскликнул Дормидонт и, развернувшись, потопал прочь – дожидаться, пока гнусная, с его точки зрения, сцена, подойдет к концу.
Минут через пятнадцать некромант был полностью свободен.
– Спасибо, подруга, – сказал он, встав и вращая кистями рук, чтобы размять суставы.
– Дурная… кровь, – скривившись, через силу произнесла Олеся. – Извини… я сейчас.
Метнувшись к раковине, девочка открыла воду и тут же извергла изо рта тугой черно-красный поток. Использовать кровь уроборосов в качестве пищи было для нее тем же самым, что человеку наесться обрезков автомобильной шины.
– Тьфу ты! – брезгливо выкрикнул сунувшийся в кухню Дормидонт.
– Так, Дорми, ты, давай, не тьфукай тут, а порядок лучше наведи, – Егор указал на оставшиеся от уроборосов четыре горстки черной пыли.
Домовой бросился к стоявшим в углу венику и совку.
– Так что у вас тут произошло? – прополоскав рот, Олеся повернулась к патрону.
– Долго рассказывать, – Егор сел за стол. – Но время еще есть.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:13 | Сообщение # 23
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 11

Штурм Черного бастиона
Ничем не примечательный бар… Да какой там, к чертям собачьим, бар? Гнусная наливайка, расположенная через дорогу от стадиона «Труд» , принимала этой ночью не вполне обычных гостей…
Сразу стоит сказать, однако, что необычными эти люди казались лишь нескольким завсегдатаям, да хозяину заведения – сорокапятилетнему армянину с криминальным прошлым. Впрочем, Спартак Галстян не только прекрасно понимал, что молодежь хочет и любит самовыражаться, но и признавал за ней на то полное право. Он лишь удивлялся оригинальным нарядам визитеров, да еще тому, что ребята рискнули заявиться в подобном виде в такое место и задержаться в нем допоздна. Ведь уровень своего «бара» и повадки привычного контингента Спартак знал лучше, чем кто-либо другой.
Сейчас помимо людей, которые сумели удивить бывалого армянина, здесь находились четверо личностей, чья внешность могла бы показаться оригинальной разве что на саммите лидеров Большой Восьмерки или на съемочной площадке фильма «Звездный путь» . Два запыленных работяги, пробавлявшихся портвейном. Здоровенный гопник, в одиночку давивший бутылку дешевой водки. И неопрятно одетый пенсионер, потягивавший «ерш» из казавшегося бездонным – так долго старик его мусолил – пол-литрового стакана. Каждый из четверых время от времени косо посматривал на троицу экстравагантно одетых ребят.
Сами «возмутители спокойствия» пили простое пиво. Хотя, конечно, не совсем простое – от цепкого взора Галстяна не ускользнуло то, как они время от времени подсыпают в кружки какой-то порошок. Данный факт Спартака нисколько не удивлял.
Сегодня заведение работало как всегда – до последнего клиента. Галстян в третий раз за последние полтора часа пересчитывал сегодняшнюю выручку: в промежутках между заказами ему просто нечем больше было себя занять. Спартак занимал место за стойкой в вечернюю смену, когда иссякал запас моральных сил барменши Люси. «С наступлением темноты эти гаврики почему-то начинают думать, что теперь им все позволено, – владелец наливайки часто размышлял о поведении своей клиентуры. – Будто они вампиры какие-то, или черти» .
Обычно присутствие мрачного армянина, который и сам в случае чего мог приложить любого буяна башкой об стол, да еще имел неплохие связи в уголовном мире, удерживало алкоголиков от чересчур уж бравых эскапад. Но сегодня все могло пойти иначе даже несмотря на то, что Спартак и не думал покидать свой пост.
Перекладывая с места на место мятые купюры, Галстян заранее прикидывал – кто из таких же мятых жизнью хлыщей раньше «докопается» к странноватой троице. Вряд ли дедок учудит – он здесь часто бывает, вроде, спокойный. Вероятнее всего, первым пробьет на «бычку» одинокого любителя «беленькой» . Потом, возможно, и трудяги подтянутся. Они такую братию однозначно считают за извращенцев. Хоть настоящих «голубых» и лесбиянок в своей жизни едва ли где-то, кроме телевизора видели…
«Что ж, если это случится здесь, – нужно будет вмешаться, – подумал армянин. – Если на улице – мне на то уже наплевать» .
– Слушай, Гарт, может, зря мы сюда зашли, – вполголоса спросил Азнур, поймав на себе очередной недобрый взгляд высокого парня в кепке – «еноте» . – Сейчас еще, чего доброго, в драку ввязываться придется.
– Ну и что? – собеседник смерил его насмешливым взглядом. – Думаешь, не справимся?
– Своими силами можем и не справиться. Погляди, какие лоси здоровые. Придется магию применять.
– А и применим, ну так и что? – пожал плечами Гарт. – Без палева. Свои удары усилим только, и все. Обломаем твоим лосям рога, если сунутся.
– А вдруг этот гад почувствует? – Азнур вперил в лицо друга пристальный взгляд.
– Не почувствует, – усмехнулся тот. – У него интересы куда как шире. Чего ему за пьяными драками по всем окрестным гадюшникам наблюдать?
– Вот именно, что гадюшник, – вмешалась Леандра. – Лучше места не мог найти? Ты знаешь, Гарт, по-моему, Азнур прав. Если сейчас на нас нападут, и мы не применим магию, то просто получим по головам. А если применим – объект, как пить дать, нас засечет. И операция будет сорвана. Так что, лучше нам поскорее уйти отсюда.
– Не дрейфьте, – гарт отхлебнул пива. – Нормально все будет.
– Надеюсь, – вздохнул Азнур.
– Молодые люди, я дико извиняюсь, – раздалось у него за спиной. «Ну вот, началось» , – подумал юный волшебник. Но беспокоил их, как оказалось, не потенциальный агрессор, а вполне безобидный на вид старик в мятом коричневом плаще. В руке он держал пустой пластиковый стакан.
– На сто грамм деньжат не подбросите? – жалостливо протянул пенсионер. – Пятнадцать рублей не хватает. Я в пятьдесят восьмом году подводником был, – эту фразу дедок произнес с такой интонацией, словно быть подводником означало иметь крылья за спиной и нимб над теменем. – А теперь мне такую пенсию платят, что хоть вешайся. Вот я здесь и…
– Держите, дедушка, – Гарт прервал поток старческого сознания, вытащив из кармана деньги – ровно пятнадцать рублей. – И не подходите к нашему столику больше, ладно? Нам про ваши подвиги подводные совсем не интересно слушать.
– Ладно, – кивнул пенсионер. – Не буду. Спасибо, – взяв деньги, он нетвердой походкой двинулся к стойке бара.
Азнур, Гарт и Леандра были молодыми магами из Ковена Матаха – организации Светлых сил, которая противостояла аналогичной структуре Тьмы, носившей название Ковен Малаха. Операция, о которой они говорили, попивая пиво в забегаловке Галстяна, не была санкционирована свыше. О ней вообще не знал никто из ростовского Светлого начальства. Все происходило исключительно по инициативе Гарта, бывшего в этой тройке старшим.
Ребята являлись студентами Ростовского Университета Светлой Магии. Гарт заканчивал четвертый курс, Азнур – второй, а Леандра – первый. Накануне решающего испытания, закрывающего сессию, Гарт решил отличиться и с этой целью спланировал текущую операцию. Задача перед сформированной им группой стояла следующая: убить или захватить одного из самых опасных негодяев города. Его местонахождение недавно стало известно Гарту – совершенно случайно. Чем молодой амбициозный волшебник не преминул воспользоваться.
Стоило бы ему, конечно, подготовиться поосновательнее. Учитывая уровень выбранного врага, Гарт допустил уже три довольно крупных просчета, а прямо сейчас был готов совершить четвертый.
Во-первых, он, разумеется, должен был поделиться добытой информацией с преподавателями. Те донесли бы ее до надлежащих органов, после чего за дело взялись настоящие профессионалы.
Во-вторых, раз уж Гарт твердо решил взяться за дело самостоятельно, лучше б ему и тем, кого он повел за собой, не слоняться по городским улицам в боевых костюмах, да не привлекать к себе внимания в злачных местах, расположенных поблизости от логова злодея.
Ну а в-третьих – не нужно было ребятам называть друг друга тайными магическими именами. В человеческой жизни Гарта звали Геннадий, Азнура – Анзор, Леандру – Елена. Каждое же произнесение вслух тайного имени было равносильно маленькому акту волшебства и, разумеется, вызывало пресловутое «колебание энергетических потоков на астральном уровне» . Только студенты, в чьих венах кипел вспененный предвкушением битвы адреналин, как-то забыли об этом…
Здесь, в омерзительном по меркам цивилизованного общества местечке, они пили пиво, подмешивая в него волшебные снадобья – чтобы усилить свои способности перед боем.
Парни были одеты в просторные брюки и зеленые плащи с капюшонами – подпоясанные широкими кушаками из черной кожи, за которые были заткнуты магические жезлы. Плащи были покрыты множеством разноцветных нашивок, каждая из которых несла в себе защитное или атакующее заклинание.
Одежда девушки несколько отличалась. Ее плащ был очень коротким – можно сказать, даже не плащ то был, а блуза, открывавшая для всеобщего обозрения длинные стройные ноги. Голову Леандры венчал изящный золотой обруч, в который были вправлены несколько зеленых камней. В общем-то, именно украшение девушки, а не странноватая внешность всей их компании, было объектом столь пристального внимания хмурого типа за столиком напротив. Но маги этого, конечно же, не знали.
С одной стороны, Гарт рассудил здраво, не став выделять дополнительного времени на переодевание. Правда, при таком раскладе им следовало до последнего момента отсиживаться в машине где-нибудь неподалеку от дома злодея. А не слоняться полдня по городу, привлекая к себе внимание множества лишних глаз.
Да только не было ни у кого из ребят машины. И рассудительности особой тоже не было – даже у того из них, кто считал себя достойным места лидера.
Гарт рассчитывал, что особого переполоха их внешний вид не вызовет, поскольку троицу примут за ролевиков или реконструкторов. Действительно, летом в Ростове не столь уж редко можно увидеть людей в средневековых нарядах, или даже облаченных в полный рыцарский доспех. Да только это обычно происходит на центральных улицах, в светлое время суток. А поздней ночью, да в таком местечке, как заведение Галстяна, даже простой «металлист» может получить хук справа за свой нестандартный «прикид» .
Сюда магам заходить уж точно не стоило. В этом Азнур и Леандра были правы.
Да только сделанного, как говорится, не воротишь…
– Ну ладно, пойдем уже, – молвил гарт, когда все заготовленные запасы волшебных порошков были пущены в дело. Первой к выходу направилась Леандра. Снаружи, на двустороннем крыльце, дорогу ей преградил тот самый пенсионер, которому не так давно подбросил денег на выпивку Гарт. Должно быть, успел уже «догнаться» и вышел подышать свежим воздухом.
– Ребятки, – с ходу начал канючить он, хоть перед ним сейчас стояла всего одна девушка. – Дайте еще, а? Я в пятьдесят восьмом…
– Дед, ну ты и наглый, оказывается, – сказал вышедший вслед за Леандрой Гарт. – Тебе ведь дали уже денег. И сказали больше к нам не подходить. Чего непонятного?
– Я в пятьдесят восьмом году подводником был! – потрясая пустым стаканом, прокричал старик. Геннадий цинично усмехнулся и схватил пенсионера за грудки.
– Мудила старый, ты у меня сейчас опять подводником станешь – я тебя в канализации утоплю! – сквозь зубы процедил он. – Канай отсюда, редиска! – гарт развернул мужика лицом к правому ряду ведущих вниз ступеней.
– Козлы… – пробормотал тот и, всхлипывая, начал спускаться.
– Пойдем, – взяв Леандру под руку, Гарт двинулся в противоположном направлении.
– Слышь, педрила, ты не охерел? – раздалось от дверей наливайки. Конечно же, то был поддатый парень в черном спортивном костюме и фирменной хулиганской кепке. Инцидент с пенсионером, который гопник наблюдал сквозь стеклянную дверь, стал для него прекрасным поводом наехать на этих непонятных ребят. – Перед девкой своей понтуешься? – отодвинув в сторону замешкавшегося Азнура, жлоб быстро сбежал по ступеням вниз. Гарт развернулся, заслонив собой Леандру.
– Так, ты вон там, – лидер тройки указал на вход в бар, – что делал? Бухал? Так давай, иди дальше бухай, а то сейчас тебе придется выбитые зубы сломанными руками собирать!
– Ты че, бля, а? – оскорбленный в лучших чувствах гопник попер на гарта, спьяну не слишком четко размахивая руками. – Ты че, крутой типа, да?!
Взять рассчитывал, как обычно – на испуг, да перевесом в физической силе.
И облажался.
Ибо на стороне тепершнего противника этой самой физической силы было в десятки раз больше. Хоть и заполучил он ее только что и во временное пользование.
– Типа крутой, да, – усмехнулся Гарт, нанося прямой удар в челюсть. Гопник охнул и отлетел назад к ступеням, прямо под ноги спускавшемуся Анзору. Маг брезгливо переступил через бесчувственное тело.
– Не слишком ты его? – спросил он, подойдя к Гарту.
– До утра проваляется, это уж точно, – довольный собой, ухмыльнулся Геннадий. – Если менты не заберут.
Маги перешли через пустынное шоссе и двинулись в сторону железной дороги.
– Опять Светлые дебоширят, – усмехнулся сидевший на высоком вязе за оградой стадиона парковый демон.
– Совсем зарвались, – пискнул пролетавший мимо вампир в облике летучей мыши. – Ноденса на них нет.
Студенты стояли у железнодорожной насыпи, внимательно разглядывая конечную точку своего маршрута.
Дом будто бы ждал их. Леандре это сразу не понравилось – расчет-то был как раз на внезапность. А чувство сейчас было такое, как если бы не хозяин – но сам дом прекрасно видел их и знал, зачем они пришли сюда. Это было очень неприятно.
– Вот оно, его тайное логово, – вполголоса промолвил Гарт. – И сегодня оно будет разгромлено.
Улица Нансена, разделенная надвое железнодорожным полотном, является одной из главных транспортных магистралей Ростова-на-Дону. Живущие здесь люди давно привыкли к почти постоянному грохоту поездов и реву проносящихся, считай, под самыми окнами автомобилей. Не так давно улица ненадолго обрела дурную славу – после того, как молодой работник автосервиса Вартан Манасян насмерть сбил, находясь за рулем чужой машины, группу молодых людей, стоявших достаточно далеко от проезжей части. Но с тех пор прошло уже несколько лет, и, кроме родственников погибших, о том инциденте мало кто помнит…


Сообщение отредактировал miss_Odair - Пятница, 17.08.2012, 20:15
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:13 | Сообщение # 24
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Высокий деревянный дом, на который смотрели маги, казался темным даже на фоне лилового ночного неба. «Возможно, собственная фантазия подстегивает меня, заставляя думать так, – поежившись, подумал Азнур. – А может быть, этот дом настолько пропитался дурной энергией своего владельца, что уже не может не выдавать гнилостной сути происходящего здесь? Но если это так… значит, гад пользуется им уже давно. А стало быть, это его основная база, а вовсе не потайное логово. Странно, почему же его раньше не прижали? В городе ведь полно куда как более опытных магов, чем Гарт» .
– Готовы? – осведомился Геннадий, бросив взгляд на напряженные лица друзей.
– Да, – кивнула Леандра.
– Готов, – проглотив подступивший вдруг к горлу комок, молвил Азнур.
– Пошли, – Гарт решительно двинулся к забору. Лена и Анзор поспешили за ним.
Не доходя до цели нескольких шагов, все трое высоко подпрыгнули и, перекувыркнувшись в воздухе, бесшумно приземлились по ту сторону ограды.
Чтобы воочию встретиться с воплощенным кошмаром преисподней…
– Как мило, друзья мои, – ворковал колдун, прохаживаясь взад-вперед неподалеку от лежащих в неестественных позах тел студентов и перебирая костяные четки. – Я только начал подумывать о том, чтоб пригласить кого-нибудь из вас в гости, а вы и сами пожаловали. Ваше внимание очень ценно для меня, – приложив правую руку к области сердца, Черный маг отвесил сломленной троице издевательский поклон.
Мысль о том, что их добровольная миссия непременно окончится провалом, возникла у Азнура не в тот момент, когда он увидел за оградой оскаленные пасти охранных големов. За секунду до этого, в миг, когда студенты совершали свой эффектный синхронный прыжок, со стороны черного дома раздался мерзкий зловещий смех. Так мог бы смеяться Дьявол, прочитав в свежем номере «Жизни» грязную, лживую и скандальную статью о скандале с участием Иисуса Христа.
Именно тогда Азнур и понял – враг знает, что они пришли. И он прекрасно готов к их появлению.
– Азнур, Гарт и Леандра, – продолжил колдун, перебирая замысловатого вида костяные четки. Геннадий вздрогнул, подняв на хозяина гиблого места предельно испуганный взгляд. «Откуда он может знать имена?!» .
– Молодые цыплята прилетели потягаться с вороном, – ухмыльнулся колдун. – Не думайте, впрочем, что меня радует конкретно ваше присутствие. Мог ведь прийти кто угодно. Так уж случилось, что здесь оказались именно вы.
– О чем ты говоришь? – приподняв голову, прохрипел Гарт. – Что ты можешь об этом знать?
Колдун с размаху пнул его сапогом в лоб. Но не слишком сильно – целью удара было причинить боль, а не лишить сознания.
– С недавних пор я знаю об этом все, – сказал он, отступив на шаг. – Повторяю – я ждал кого-то навроде вас.
– Это с самого начала была его игра, Гарт! – догадавшись, закричала Леандра. – Он все спланировал, понимаешь? Он заманил нас сюда!
– Ну вот, девчонка-то оказалась куда смышленее своих друзей, – Черный приподнял бровь, словно что-то отмечая про себя. – Возможно, я награжу тебя за твою сообразительность, – сказал он, подойдя к Леандре. Девушка разглядела, из чего сделаны четки колдуна. Маленькие продолговатые косточки, бывшие некогда… суставами пальцев человеческих детей.
– Лучше убей, – выдохнула поверженная волшебница.
– Как скажешь, – мгновенно отреагировал колдун и отошел. – Что ж, цыплятки мои, прямо сейчас я огромным удовольствием расскажу вам, как, почему, а главное – зачем вы здесь оказались. – Но не надейтесь – ваше плачевное состояние во время моего рассказа никоим образом не изменится.
Гарт, больше всех ерепенившийся в день, предшествовавший атаке, серьезней всех пострадал, когда она началась. Но не в бою – с этим он мог бы еще смириться. Едва опустившись на землю, Геннадий угодил в здоровенный костяной капкан. Створки, сделанные из четырех челюстей каких-то диковинных адских созданий, сомкнулись вокруг его правой голени, проткнув мышцы, разрубив сухожилия и раздробив кость. Жуткий капкан, как оказалось, был, к тому же, заряжен заклинанием, направленным на высасывание из жертвы магических сил. В считанные секунды Гарт, и так уже выведенный из строя, ослабел настолько, что и светлячка не смог бы запустить, не говоря о полноценном волшебном ударе. Последние силы, оставшиеся лишь благодаря тому, что капкан, как и человек, имел предельный резерв, маг вынужден был потратить на нейтрализацию боли. В противном случае ему пришлось бы долго и громко кричать…
Азнур оказался не готов к тому, что ждало их во дворе колдуна. А были то два здоровенных костяных голема. Один – с длинной крокодильей мордой, второй – похожий на германского рыцаря в шлеме-ведре с рогами. До поры до времени стражи сидели на корточках, чтоб их нельзя было увидеть из-за ограды. Теперь, когда твари выпрямились, любое существо, обладающее магическим зрением, смогло бы разглядеть их с насыпи, на которой не так давно побывали студенты. Но шанс, что поблизости окажется достаточно сильный маг, настроенный на оказание помощи попавшим в беду коллегам, был ничтожен. Да и черная пелена, сгустившаяся вдруг вдоль границ двора, свидетельствовала – там, на улице, никто ничего не видит и не слышит.
Что-то в момент приземления показалось Азнуру очень странным. Но лишь получив первый удар гигантским костяным кулаком по лицу, он понял, что именно. Черный маг просто не смог бы создать себе таких могущественных помощников! Конструирование костяных големов – элемент из школы Темной магии! Этим занимаются некроманты, а не лиходеи-колдуны!
От удара голема Азнур не потерял сознания, но отлетел почти к самому забору, еще в полете осознав, что нос его, в лучшем случае, свернут на сторону, а в худшем – превращен в кровавое месиво. Парень еще упасть не успел, а монстр уже топал к нему.
Волшебные нашивки на плаще Азнура среагировали быстрее, чем сам студент. Над пребывающим в нокдауне второкурсником возник зеленоватый защитный купол. В голема полетели разноцветные лучи, огненные шары, сгустки холода… Да только все без толку – во-первых, страж, как и капкан, пленивший Гарта, был настроен на поглощение магической энергии, и выстрелы из плаща лишь делали голема сильнее. А во-вторых – все эти «финтифлюшки» были предназначены для борьбы с самим колдуном, а не его невероятно сильными слугами.
С легкостью преодолев барьер – от его прикосновения тот лопнул, что твой мыльный пузырь – голем оторвал Азнура от земли и скрутил ему за спиной руки, сломав при этом одну из них.
Леандра продержалась чуть дольше обоих парней. Золотой обруч девушка позаимствовала у своей матери, являвшейся волшебницей весьма высокого уровня. Врезанные в диадему изумруды генерировали заряды куда большей силы, нежели нашивки на плащах. Обруч, как и одежда, сработал автоматически, нанеся второму голему удар такой силы, что тот даже припал на одно колено. Леандра успела выхватить из-за пояса магический жезл, но не более того. В глаза девушке бросился огненный бес. То был морок, наведенный колдуном, который, как выяснилось, спокойно наблюдал за происходящим во дворе, стоя на крыльце. Леандра отшатнулась, выронила жезл, и тут же была схвачена успевшим очухаться големом, который первым делом сорвал с нее диадему. Повалив девушку на землю, монстр надавил коленом на ее ноги, вмяв их в землю и переломив бедренные кости.
Через пару минут големы бросили искалеченных Азнура и Леандру рядом с истекающим кровью Гартом, а сами ушли под землю, которая сомкнулась над их головами с тихим чавканьем. Колдун сошел с крыльца и приблизился к сокрушенным «штурмовикам» .
– Так-так-так, – произнес он, тряхнув своей роскошной шевелюрой. – И кто же это тут у нас?
– Итак, – говорил он теперь, – вам наверняка не терпится узнать, как я понял, что вы идете, и кто вы такие. Охотно разъясню вам это. Первое – ваше присутствие я почувствовал, еще когда вы пьянствовали возле стадиона, почем зря сотрясая воздух своими тайными именами.
Стон отчаяния одновременно сорвался с уст всех троих студентов. Об этой детали ведь не подумал никто из них. Колдун захохотал.
– Второе, – всласть посмеявшись над их болью, продолжил он. – Приблизительный уровень ваших способностей стал мне известен в тот миг, когда один из вас применил магию. Усиленный в десять раз удар рукой. Кто это был?
– Я, – выдохнул Гарт.
– Молодец, – улыбнулся, возвышаясь над ним, Черный. – Именно ты и дал мне точные инструкции по поводу того, какого уровня защиту следует подготовить. Но я на всякий случай подстраховался, усилив ее еще разиков в пять. Думаю, вы это хорошо прочувствовали. Ну а теперь – третье. То, что волшебники-дебоширы направляются именно сюда, стало мне известно, благодаря… – колдун выдержал эффектную паузу, – качественной системе оповещения. Надумали взять авторитета у него же на районе? – чернокнижник перешел на полублатную манеру изъясняться. – А хрен вам в зубы! У меня тут повсюду глаза и уши. Надо же, огоньками они пуляться умеют, а добрых сказок не читали. Птица в небе – и та ваш враг, герои! – колдун сильно пнул Азнура в скулу.
«Это не больше, чем тренировка, – подумал тот. – Да-да, просто тренировка в универе. Мастера внушили нам, что все происходит на самом деле. Да, мы провалили задание, и нас накажут за это. Возможно, даже исключат, но главное – скоро мы очнемся, и всего этого дерьма больше не будет» .
Во всяком случае, Анзор очень хотел, чтобы это было так.
– И самое главное, – остановившись, Черный скрестил руки на груди – четки свисали теперь, подобно ручной змее. – Вы, должно быть, думаете сейчас, что пали жертвами собственной недальновидности? Нет! Как справедливо подметила юная леди, – следующий удар ногой по голове достался Леандре, – я все это спланировал. Ну что? Пораскинете мозгами, если я вам их не все еще отбил? – довольный своей циничной шуткой, колдун снова затрясся от смеха.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:14 | Сообщение # 25
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Мысли Азнура вернулись на несколько суток назад – в день, когда Гарт впервые заговорил о возможности напасть на колдуна.
– Знаете, как я его вычислил? – хвастался тогда Геннадий. – Думаю, вы в курсе, что у колдунов, как и у Светлых магов, довольно много помощников среди людей. С нашими работают экстрасенсы и христианские мистики, а с Черными ошиваются сатанисты и всякие шарлатаны-ритуальщики. Так вот, я и решил – если понаблюдать за дьяволопоклонниками, рано или поздно они приведут меня к ставке нашего «друга» . И знаете, что? – Гарт победным взором обвел лица собеседников. – Мне с ходу повезло! В первый же день, представляете?
Как только эта мысль пришла ему в голову – а дело было в автобусе – Гарт огляделся по сторонам и сразу приметил среди пассажиров длинноволосого брюнета с перевернутым крестом. «А почему бы и нет?» , – подумал Гена и пустил в ход заклинание, которым, в общем, без особого на то разрешения права пользоваться не имел. Чтение мыслей. Не сканирование ауры, а именно изучение содержимого извилин. Имевшихся познаний в телепатии Гарту хватило, чтоб ухватить мысль, пульсирующую на самой поверхности сознания парня.
«Мастер ждет меня. Я должен спешить. Он рассердится, если я опоздаю» .
«Вот это удача» , – восхищенно подумал Гарт. Он запомнил, на какой остановке сошел сатанист. Времени, что автобус простоял, принимая новых пассажиров, Геннадию хватило, чтобы проследить, куда именно направит свои стопы обладатель перевернутого креста. И понять – дом этот не вполне обычный. Там действительно мог проживать тот самый «мастер» , изничтожить которого так мечтали Светлые маги.
Несколько дней наблюдений за подозрительным местом укрепили Гарта в этой мысли. Парни и девушки вполне однозначной наружности захаживали туда столь часто, что сомневаться было очень сложно.
Стоило бы усомниться, пожалуй, лишь в той легкости, с которой Гарту удалось выйти на след колдуна…
– Я понял! – превозмогая боль, воскликнул Азнур. – Ты все это подстроил! Это была ловушка! Все эти сатанисты – они служили приманкой!
– Ты удивительно догадлив, мой мальчик, – за догадливость колдун «наградил» Азнура очередным пинком – на этот раз в челюсть. – За мной уже давно ведут охоту все, кому не лень. И с некоторых пор я начал воспринимать все это, как своего рода игру. А первый ход в очередной партии решил сделать самостоятельно. Вы, цыплятки, и стали моим дебютом. Как я уже говорил, явиться мог кто угодно. Только приманочка-то была рассчитана как раз на ваш примитивный уровень интеллекта, искатели приключений хреновы! – колдун подцепил четки на указательный палец и принялся их вращать. – Вопросы есть?
– Есть, – поднял голову Гарт. – То, чем ты нас встретил… это ведь не может быть тебе подвластно. Ты – Черный маг, полагающийся на дохлых кошек и вареных жаб. Костяные големы, тем более, такие сильные – не ваш профиль. Как же ты это сделал? Тебе помогают Темные?
– Ты думаешь, они стали бы оказывать содействие такому типу, как я? – искренне удивился колдун. И это его удивление заставило ребят усомниться в привычной картине реальности.
– А почему бы и нет? – поинтересовался Геннадий. – Вы же одного поля ягоды. Злобные твари…
– Молчал бы ты начет тварей, мудилка картонная, – колдун на несколько секунд наступил ему на ухо. Гарт почувствовал, что действие обезболивающего заклятия заканчивается. Друзья тоже получили страшные повреждения, но ему-то пришлось хуже всех. Через некоторое время на Геннадия должна была обрушиться невероятная боль, и вряд ли он сможет при этом удержаться от крика. «Какой позор» .
– К вопросу о Темных, – продолжил супостат. – Не знаю уж, чему вас учат в этом вашем Университете, но Темные ненавидят Черных не меньше вашего. Даже, пожалуй, больше. Впрочем, невежество ваше мне только на руку. Да, цыпленок, не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что я – Черный маг. Но я, знаешь ли, сумел преодолеть границы этой самой Черной магии. Вареные жабы теперь могут разве что потешить меня за обедом, танцуя канкан на разделочной доске. У меня есть доступ к таким источникам магической силы, о которых знает даже не каждый Темный! – колдун раскинул руки в стороны и, запрокинув голову, рассмеялся своим ужасающим смехом. Ну а куда ж без этого пафосного жеста?
Азнур вспомнил про свой пострадавший нос и осторожно дотронулся до него уцелевшей рукой. Как оказалось, тот всего лишь свернут набок. Облегченно вздохнув, волшебник вернул его на место. «Стоит ли гибнуть так бестолково? – пронеслось в голове. – Не стоит. Но как же выкрутиться?» .
– Я на ваш вопрос ответил, – колдун и скрестил руки на груди. – А пока отвечал, у меня созрел встречный. Кто из вас троих является автором этой затеи? По чьей инициативе три цыпленка залетели в мой огород? Тому, кто на него укажет, я сохраню жизнь, – присев на корточки, ехидно протянул колдун. – Вылечу и сделаю своим учеником. А если сам зачинщик сознается – подарю ему быструю и безболезненную смерть. Ваше барахтанье здорово позабавило меня, но все же… я, черт возьми расходую сейчас время, которое мог потратить на какие-нибудь черные дела!
«Вот он, мой шанс!» , – подумал Анзор.
– Это он! – здоровой рукой второкурсник указал на Гарта.
– Мерзкий предатель! – вскинулся тот.
«Зато я буду жить» , – с долей ехидства, сказал сам себе Азнур.
– Отлично! – воскликнул, вставая, колдун. – Я, в общем, догадывался, – он подошел поближе к Гарту. – Самый старший и, как тебе самому кажется, самый опытный из троих. Но, будь ты действительно самым опытным, провал был бы не столь позорным. Умри же!
«Как хорошо, что он убьет меня прежде, чем я начну чувствовать боль» , – подумал Геннадий. Умирать ему, конечно же, не хотелось. Но умирать слабаком на глазах у девушки – втройне.
Черный протянул к Гарту растопыренные пальцы левой руки. Извилистые потоки дурной энергии устремились к телу волшебника. Костяные челюсти капкана разомкнулись, а в следующий миг с Гартом начало происходить такое, что предавший друга Азнур счел за лучшее отвернуться, дабы не видеть этого. Леандра примеру отступника не последовала. Она увидела все…
Выглядело это так, будто бы несколько десятков невидимых рук приподняли Геннадия над землей и принялись сдавливать торс и выкручивать конечности. Двор наполнился хрустом костей, журчанием крови и страшными звуками разрываемой плоти. Незримые пальцы содрали с Гарта одежду, кожу и мышцы, а после схлопнулись, превратив несчастного студента в бесформенный красный комок, из которого кое-где торчали белые осколки костей.
Азнур изумился тому, что за все время, пока умирал Гарт – не так уж и быстро весь этот ад закончился – лидер тройки не издал ни единого крика и даже тихого стона. «Ну и выдержка у него, – подумал второкурсник. – Была» .
– Теперь займемся тобой дружок, – раздалось сверху. В поле зрения возникли носки тяжелых сапог колдуна. – Что бы мне такое для тебя придумать?
– Ты же сказал, что оставишь меня в живых и сделаешь своим учеником! – опершись на здоровую руку, Анзор попытался привстать. Колдун наступил ему сапогом на горло.
– И ты поверил слову Черного мага? – спросил он. – Вас точно обучают полные идиоты. Хотя, возможно, идиотом являешься ты сам. Так-так-так, – колдун убрал ногу с шеи юноши и начал размышлять над способом его уничтожения. – Если вспомнить опыт старших товарищей, в Аду предателям назначен девятый круг, преисполненный, простите за тавтологию, адского холода. Решено! Генерал Карбышев, вы разжалованы в рядовые! Вашими сослуживцами станут Брут, Кассий и Иуда Искариот! – две струи морозных искр ударили из ладоней колдуна, превращая Азнура в ледяную глыбу.
«Это не тренировка, – успел подумать тот, прежде чем сознание его угасло. – На тренировках так не бывает» .
– Ну а тебя, милая, я… – колдун, усмехаясь, склонился над Леной, – убивать не стану. Зачем же? Ты столь юна и красива. Мне это очень нравится. Достойная награда за эту досадную проволочку. – Черный легко поднял Леандру с земли и взвалил себе на плечо. – Кажется, у тебя сломаны ноги? Я сращу их. Так будет гораздо удобнее. Да и морбидофилией я никогда не страдал.
– Убей меня, – простонала Леандра, поняв, что ждет ее впереди.
– Даже и не надейся, – рассмеялся колдун.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:14 | Сообщение # 26
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 12

В гости к демонам
Увидев эту сцену со стороны, неискушенный наблюдатель подумал бы, вероятно, что его каким-то образом угораздило попасть в американский фантастический фильм. Причем – в стереоскопический, поскольку картинка была трехмерной и имела объемное звуковое сопровождение.
В принципе, центральные персонажи мизансцены вид имели вполне обычный. Длинноволосый парень в возрасте под тридцать и десятилетняя девочка в черном платье. Фантастичность происходящему придавал третий участник разговора, посмотрев на которого не всякий сумел бы без запинки выговорить слово «электрокардиография» .
Шарообразное тело, покрытое густой черной шерстью. Короткие ножки в деревянных ботинках и устрашающие руки-лапы с длинными розовыми пальцами, увенчанными черными когтями. Дормидонту б еще желтые или красные глаза, да острые зубы – и был бы он самым настоящим монстром. Но нет – большие круглые глаза с длинными ресницами делали его похожим как раз на персонажа доброй детской сказки. А зубы домовой имел вполне обычные, человеческие. И показывал он их крайне редко.
– Ой, беда, беда, огорчение! – запричитал сидевший на подоконнике Дормидонт, выслушав подробный рассказ Киреева о случившемся.
– Да успокойся ты! – Олеся бросила на мохнатого сердитый взгляд. – Могло и хуже быть.
– Это уж точно, – невесело усмехнулся Егор. – Гораздо хуже могло получиться. Так, что я не беседовал бы с вами сейчас, а валялся под столом хладным покойником. Ну да ладно. Вы меня выручили, так что давайте теперь решать, как нам дальше быть.
– Я так поняла, Ян хочет поднять Северное кладбище, – задумчиво произнесла Олеся. – Идеальным вариантом будет прямо сейчас отправиться туда и встретить его, чтобы все предотвратить.
– Так ведь не факт, что именно Северное, – Егор убрал подальше с глаз недопитую бутылку водки. – Да, он упомянул, что в Ростове трупов – воз и маленькая тележка. А такую статистику как раз Северный погост и делает. Но Ян же не сказал, что первым делом отправится именно туда. А предположения – они предположения и есть. Да и потом, что мы трое… хотя, нет, двое, Дормидонт не в счет – можем ему противопоставить.
– Ну, не знаю, – пожала плечами упырица. – Я могла бы наброситься на него сзади и прокусить шею.
– Его не нужно убивать, – покачал головой Егор. – Его нужно остановить и образумить. Это во-первых. А во-вторых – Ян ведь действует не один. У него в подчинении колдун-мертвец. И вот этот факт, – Егор помолчал немного, – напрягает меня сильнее всего остального.
– Я, пожалуй, мог бы все-таки пригодиться, – подал голос Дормидонт.
– Это как же? – насмешливо взглянула на него Олеся. – Пробраться к Яну домой и, пока он будет спать, волосы ему в косички заплести? Чтоб он утром, посмотрев в зеркало, от удивления умер?
– Олеся, – укоризненно произнес Егор, – давай выслушаем его. У нас критическое положение, все варианты следует рассматривать.
– Вот-вот, – Дормидонт поднял вверх длинный, похожий на птичий, указательный палец. – Даже советы домовых. Тем более, что о домовых-то речь и пойдет.
– Хочешь поведать нам подробности своей биографии? – язвительно хмыкнула Олеся. Егор направил на нее неодобрительный взгляд. Девчонка делано сникла.
– В общем, так, – прокашлявшись, начал Дормидонт. – У Яна ведь тоже есть домовой. Проклом зовут, я с ним знаком немного. Ян его совсем зашугал. Так вот, может, мне связаться с Проклом, да и разузнать, чего там, да как? С хозяином он не в ладах, так что, думаю, вопрос профессиональной этики отпадает сам собой…
– Хорошая идея, – кивнул Егор. – А как ты с ним свяжешься. У вас какие-то свои каналы есть?
– Да через Интернет же! Только у Прокла модем старой модели, да он и такой у Яна еле-еле выпросил. Не исключены обрывы связи. Но я со своей стороны сделаю, что смогу. Аппаратура хорошая – тебе спасибо, Егор.
В гнездившейся где-то в недрах особняка каморке домового стоял один из прежних компьютеров Киреева – некромант подарил его Дормидонту после того, как обзавелся двумя современными агрегатами и установил домашнюю сеть.
– Не думаю, что этого достаточно, – с сомнением произнесла Олеся. – Можно хоть всю подноготную Яна выяснить, но что это даст, если мы не будем действовать?
– А мы будем действовать, – сказал Егор. – И уже очень скоро.
– Но как? – бессильно развела руками упырица. – Он же все выходы наглухо замуровал. Через такой барьер ни тебе, ни мне не пройти.
– Думаю, не все, – хитровато улыбнулся Киреев. – Ян не знает про ход из дома в магазин. Очень надеюсь, что у него не возникло мысли запечатывать и дверь лавки тоже. К чему бы?
– Хозяин мудр и прозорлив! – восторженно воскликнул Дормидонт. От переизбытка чувств домовой даже подпрыгнул на месте.
– Плохой из Яна получился бы диктатор, – подытожила Олеся. – Твой друг, видимо, считает, что он единственный в этом мире способен строить планы на будущее и принимать решения. А кто так думает – многого не добьется.
– Верно, – согласился некромант. – А друг ли он мне – это тоже теперь только предстоит выяснить.
– Так куда мы отправимся, если с дверью все в порядке? – спросила упырица. – Без посторонней помощи нам, все-таки, не обойтись.
– В «Крылья ужаса» , – улыбнулся Егор. – Те, кто там собирается, под действие Янова проклятия не подпадают.
– Ого-го, – облизнув губы, произнесла девочка. – Серьезную же ты затеял игру.
– Не я ее затеял, – пожал плечами Киреев. – Это всего лишь мой ответный ход.
«А здорово, что я поспал хоть немного вечером, – подумалось ему. – Ночь, похоже, предстоит весьма оживленная» .
Через пять минут Дормидонт отправился к себе, налаживать связь с коллегой Проклом, а некромант с упырицей пошли через холл в помещение магазина – по пути Егор надел свою «косуху» . Как и предполагал Киреев, дверь «Погребка» не была заблокирована снаружи.
– Свобода! – пафосно произнес некромант, с наслаждением вдохнув бесподобный воздух летней ростовской ночи. – Айда по клубам? – повернулся он к своей невысокой спутнице.
– Как мы туда попадем? – вслед за Егором Олеся вышла из лавки.
– Да на такси, – сказал Киреев, запирая дверь.
– А проклятие не сработает? – она, несомненно, беспокоилась о жизни Егора чуть в большей степени, чем даже он сам.
– Не должно. Хотя, ты молодец, что вспомнила. Надо сперва подумать.
Действительно, опрометчивые поступки могли сейчас быть чреваты для Киреева фатальными последствиями. По большому счету, до истечения срока проклятия – который, кстати, был не вполне ясен – Егору следовало тщательно взвешивать каждый свой шаг в общении с окружающим миром.
– Если рассуждать логически, – произнес Киреев, стоя на забетонированной площадке перед магазином, – не должно случиться ничего страшного, если я просто остановлю такси. Ян ведь очень четко обрисовал границы действия проклятия. Отказ в помощи и наказание за просьбу будут только в случае, если речь пойдет о замыслах Грушницкого. Но я же не собираюсь каждому встречному таксисту рассказывать о том, что пытаюсь сорвать планы мятежного некроманта. В этом случае меня и за сто баксов никто не повезет, а если и повезут, то сразу в Ковалевку, – хохотнул Егор. – А простая поездка до нужного мне места не в счет. Как думаешь, верно я рассуждаю? – Киреев взглянул на Олесю.
– Скорее всего, да, – кивнула девочка. – Если рамки наговора такие узкие, ты многое можешь делать. Главное – не забывай, что в разговорах с людьми и магами нельзя про Яна упоминать.
– Не забуду. Да, вот еще что – тебе, наверное, лучше следом за мной лететь. Ночью мы вместе странновато будем на улице смотреться.
– Как скажешь, – Олеся подпрыгнула, чтоб перекинуться в летучую мышь.
Ночной клуб «Крылья ужаса» был расположен не столь уж далеко от дома Киреева, но в эту ночь некроманту была дорога буквально каждая секунда. Выйдя на Большую Садовую, Егор затормозил первую же проезжавшую мимо машину и, не торгуясь, согласился на условия водителя. Тот даже сам удивился – сумма, которую он назвал, была явно не соразмерна расстоянию.
«А ты, дружок, с Кубани, наверное, – подумал Киреев, садясь в авто. – Знаю я вас» .
Заведение, в которое он направлялся, находилось близ перекрестка улиц Соколова и Пушкинской. Пластиковая дверь в невысоком сером здании, примостившемся аккурат между двумя бизнес-центрами, не вызывала у проходящих мимо людей абсолютно никакого желания в нее войти. Табличка, висевшая рядом на стене, сообщала, что за дверью расположен филиал Берлинского института исследований общественного мнения, попасть в который можно, только имея при себе пропуск. Тех немногих любопытных личностей, что пытались, все же, игнорируя предупреждение, попасть внутрь, выпроваживал охранник, столь же вежливый, сколь и внешне внушительный. Проникновение посторонних в это здание было полностью исключено.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:15 | Сообщение # 27
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Причиной же такой осторожности был тот факт, что за непритязательным фасадом скрывалось шикарное увеселительное заведение, предназначенное для самой грозной прослойки жителей Темной стороны. В «Крыльях ужаса» традиционно собирались вампиры, оборотни, циклопы и представители еще более сумрачных рас. В том числе, разумеется, демоны – одному из них, собственно говоря, и принадлежал клуб.
Только здесь в своей нынешней ситуации мог найти поддержку Егор Киреев.
Но обратиться за помощью к монстрам было мало. Следовало еще убедить их оказать помощь. В том, что это будет легко, некромант здорово сомневался.
– Сдачи не нужно, – сказал Егор, протягивая шоферу пятьсот рублей вместо запрошенных трехсот. Сотенных купюр просто не нашлось в карманах. Хозяин машины сразу начал смотреть на пассажира с гораздо большим уважением, чем прежде. «Точно, с Кубани» , – внутренне усмехнулся Егор.
– Итак, я приехал в гости к демонам, – пробормотал некромант, стоя напротив двери «Крыльев ужаса» , которая была на самом деле не пластиковой, а каменной и напоминала вход в древнюю гробницу. – Вот уж не думал, что мне когда-нибудь придется навещать это место по делу, а не развлечения ради.
– Все когда-нибудь случается в первый раз, – раздался рядом милый детский голосок.
– Ага, – вздохнул Киреев. – В том числе и предательство лучших друзей. – Пойдем.
Охранник, который посетителю, не обладающему магическим зрением, показался бы просто физиологическим близнецом Николая Валуева, являлся на деле циклопом. Киреев и Олеся его истинную сущность прекрасно видели.
Егор несколько раз бывал в «Крыльях ужаса» прежде. Но это место он никак не мог причислить к разряду своих любимых. Не то что бы здесь не жаловали представителей человеческой расы – просто в окружении клыкастых и рогатых завсегдатаев те невольно начинали чувствовать себя не в своей тарелке. Да и сложно это – сохранять спокойствие, когда ты точно знаешь, что налито в бокалы у компании, расслабляющейся за соседним столом…
Печать Тьмы, лежавшая на Егоре, автоматически давала ему право входа в подобные заведения. Ну а об Олесе и говорить нечего. Поэтому здоровенный охранник удостоил новых гостей лишь нескольких секунд внимания, после чего вернулся к своему занятию – заключалось оно в чтении свежей книги из серии «Тайный Город» . Взгляд единственного глаза секьюрити заскользил по строчкам, а Егор и Олеся пошли по узкому коридору в главный зал «Крыльев ужаса» , со стороны которого доносилась ритмичная танцевальная музыка.
Как только они вошли туда, стало ясно – сегодня здесь вампирская вечеринка. Иссиня-бледные мужчины в черных костюмах и дамы в изысканных вечерних платьях – тоже черных, разумеется – составляли большинство пришедших нынешней ночью в клуб. Да и бодрая композиция, под которую лихо отплясывали на танцполе несколько кровососов, была не чем иным, как главной музыкальной темой из киносериала «Блэйд» . В фильмах под нее вампиров обычно истребляли. Такая вот своеобразная ирония…
«Должно быть, суммарный возраст собравшихся сегодня тут вампиров зашкаливает за десять тысяч лет» , – подумал Егор. Олеся с любопытством озиралась по сторонам – прежде упырица только слышала об этом месте, но никогда не бывала здесь лично. Она вообще предпочитала ночным тусовкам, которые иногда посещал Егор, тихую и размеренную жизнь в его доме. Да и непросто было бы ей вести эту самую клубную жизнь, учитывая то, как она выглядела, и то, что Егор считал необходимым скрывать от окружающих ее существование. Днем они иногда обедали вместе в кафе – в светлое время суток их еще могли принять за отца и дочь. Но быть застуканным ночью в злачном месте в обществе маленькой девочки – с учетом нравов современного общества, такое могло принести Егору неприятности покруче, нежели то, что происходило сейчас.
Поэтому все здесь было для маленькой упырицы новым, необычным и до безумия интересным…
Убранство главного, самого просторного зала «Крыльев ужаса» тяготело к эклектике. Но работавшие над ним дизайнеры все же смогли придать композиции единообразный вид. Разница в оформлении становилась заметной при более пристальном взгляде на отдельные уголки клуба. А со стороны входной двери помещение казалось довольно-таки цельным в плане стилистики.
В той его части, где куролесили веселые вампиры, было много красного и черного: классический вампирский стиль, удовлетворявший эстетическим запросам представителей практически любого клана. Кроме, разве что, Самэди, но этих страхолюдных созданий в Ростове отродясь не видали.
«Вампирский уголок» (это слово, впрочем, было не вполне подходящим, ибо зона, где отдыхали кровососы, располагалась недалеко от центра зала), был стилизован под аристократическую гостиную эпохи позднего Средневековья. Высокие, обтянутые черным бархатом стулья из темного дерева, литые или кованые ножки столов и спинки диванов, на стенах – холсты и гравюры, изображающие, разумеется, сцены из вампирской жизни – веселые и трагические.
Под потолком над приютившими вампирскую братию столами висели сизые клочья декоративной паутины. Но впрочем, нет, она наверняка была настоящей, сплетенной разумными пауками. Обстановка, приближенная к атмосфере, царившей некогда в мрачных замках населяющих древние сказания князей-кровопийц, ублаготворяла вампиров, так же как алая жидкость, что плескалась у них в бокалах. Но если кровь являлась их телесной пищей, то удовольствие от созерцания предметов старины и мистической атрибутики – духовной. Хотя, конечно, слово «мистика» в ходу только у людей. Вампиры же, сами являющиеся частью того, что оно обозначает, прекрасно знают подлинную цену каждому лунному отблеску на боку серебряной чаши. К слову сказать, вопреки общеизвестному мифу, серебра они нисколько не боятся. Ведь само название этого благородного металла восходит к ассирийскому слову «сарпу» , которое переводится как «серп» , но очень часто обозначает Луну…
Чуть поодаль был расположен отдел для троллей, циклопов, горгулий и прочих камнекожих созданий. В нем царил почти абсолютный минимализм – каменные столы и сидения, слегка украшенные атрибутами повседневной жизни представителей этих рас: например, болотные кочки для троллей, или готические барельефы для горгулий.
Тролли, как и большинство обитателей Темной стороны, делятся на множество разновидностей. Встречаются среди них как враждебные человеку, так и нейтралы. Большие, надо сказать, оригиналы. Несколько лет назад один из живущих в Европе троллей начал музыкальную карьеру, даже не пытаясь скрывать свой истинный облик. Организаторы концертов и публика искренне полагали, что жутковатая внешность артиста – не более чем результат стараний профессиональных гримеров. Они лишь убедились в этом, когда Мортиис начал выступать без крючковатого носа, бородавок и оттопыренных заостренных ушей. Тогда как на самом деле его приструнили свои же – дескать, так и до демаскировки недалеко. После этого музыкант стал пользоваться во время концертов мороком.
В отделе для камнекожих не было сейчас ни циклопов, ни троллей. Лишь одинокая горгулья сидела там, выделяясь серой глыбой на фоне темноты, скрывавшей самые дальние уголки зала, где был расположен чил-аут. На столе перед монстром стоял высокий стакан с чем-то красным – вероятнее всего, мясным коктейлем.
Егор смотрел в ту сторону с не меньшим удивлением, чем Олеся. Но если упырица видела живую горгулью впервые в жизни, то Киреев – впервые встретил ее в родном городе. Прежде на его памяти каменные летуны в Ростове не появлялись.
Слева от входа раскинулась зона, оформленная во вкусе демонов. Изящные столики из красного дерева, стильные кожаные диваны, много черного цвета и серебра. Этот угол тоже был сегодня заполнен довольно густо – там сидело около двадцати существ весьма причудливого вида, а также несколько демонов, предпочетших сохранить маскировочный человеческий облик. Должно быть, их истинный был столь ужасающ, что мог напугать даже пировавших по соседству вампиров.
– Пойдем, – взяв Олесю за руку, Егор двинулся к барной стойке, что маячила прямо по курсу – нужно было лишь миновать танцпол. Несколько любопытных взглядов устремились к парочке из толпы вампиров. Кровососы, несомненно, почувствовали в девочке свою близкую родственницу, и кое-кто из них начал гадать – а что может связывать ее с человеческим магом?
За стойкой бара в «Крыльях ужаса» хозяйничал самый настоящий черт. Уж кого-кого, а представителей данной расы в Ростове, в отличие от горгулий, было полным-полно. Черти являлись одним из немногих спорных вопросов во внутренней жизни Темной стороны.
Черт – самый загадочный среди всех «мифологических» персонажей. Необходимо заметить, что в народных поверьях он – самостоятельный герой, не имеющий отношения к дьяволам или Сатане – образами, пришедшими в славянскую культуру лишь после принятия христианства. Можно сказать, что черти – персонажи сугубо славянские. Общественное представление об этих существах некоторым образом видоизменилось под воздействием все того же христианства. Но основные характерные особенности перетекли в фольклор прямиком из объективной действительности.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:15 | Сообщение # 28
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
В народной культуре черта представляют по-разному. Чаще всего это человек с хвостом и конскими копытами, которые он тщательно прячет. Иногда этот образ дополняется железными зубами или полыхающим изо рта огнем. На голове у фольклорного черта всегда красуется шляпа, скрывающая от посторонних взглядов рожки. Одет он в черный кафтан или в солдатский мундир. Черт может превратиться в любого человека, зверя или предмет. Он способен принять вид знакомого или родственника, любит оборачиваться кошкой или собакой, а также свиньей, бараном, вороном или филином, причем зверь или птица всегда будет иметь черный цвет. Но не всегда облик, принятый чертом, имеет конкретную физическую форму. Одно из самых любимых его воплощений – вихрь. В виде вихрей черти летают, танцуют, женятся. Чтобы увидеть в мчащемся вихре черта, нужно, нагнувшись, посмотреть на него между ног, или, плюнув три раза на землю, сказать: «Черт, черт, покажи хвост!» . Тогда в вихре можно будет разглядеть темную фигуру с рогами, хвостом и копытами. Считалось также, что если бросить в вихрь освященный нож, то он упадет на землю окровавленным, ранив черта. Человек, попавший в вихрь, может тяжело заболеть и умереть, поэтому при встрече с вихрем ему показывали кукиш, читали молитвы и произносили отгонные присловья типа «А чур тебя!» .
Чем же отличен черт от прочих героев восточно-славянских мифов? Во-первых, он всегда делает только зло, он в принципе не оказывает помощи человеку по доброй воле. Например, леший может завести путника в чащу, но он же и поможет набрать ягод, найти дорогу домой. Водяной, несмотря на все его коварство, способен иногда пригнать солидный улов в сети рыболовов, или помочь мукомолу следить за мельницей. Даже злобный банник, если его вежливо попросить, разрешит человеку переночевать в бане и защитит от других банников. У черта же одна задача – как можно быстрее погубить человека, довести до смерти и завладеть его душой. Чтобы достичь этой цели, он способен на любую хитрость, на любой обман. Черта принято считать олицетворением абсолютного зла.
Вот как раз такое отношение чертей к людям и сделало эту расу предметом острой дискуссии, длившейся уже на протяжении нескольких тысячелетий. Такая модель поведения автоматически заносила рогатых в разряд Черных Сущностей, но сами черти даже слышать не хотели о том, чтоб быть изгнанными за пределы Тьмы. Однако, в конце концов они поняли, что стандартная для них практика сильно дискредитирует Темную сторону в целом и ставит под удар с большим трудом достигнутые договоренности со Светом. Тысячу лет назад на Темной стороне было принято внутреннее соглашение, обязавшее чертей не строить козни против максимально возможного количества людей, как они делали раньше. Теперь целью губителей душ стали те, кто сам целенаправленно искал контакта с ними – то есть, в первую очередь, Черные маги и дьяволопоклонники. Постепенно у чертей вошла в обиход также охота за душами человеческих злодеев – маньяков, разбойников, педофилов и прочих гнусных личностей.
Но дурная репутация, сформировавшаяся за много тысяч лет до заключения договора, не спешила покидать чертей. Многие по сей день относились к ним с крайней степенью осторожности – примерно так же, как в современном российском обществе принято относиться к цыганам или кавказцам. «Поверил черту – сам виноват» , – такая поговорка до сих пор была в ходу, хотя в большинстве ситуаций верить чертям уже давно было можно.
Черта, что работал барменом в «Крыльях ужаса» , звали Горри. Был он, разумеется, черным (хоть это, в общем-то, не единственный цвет, который может иметь чертова кожа, а лишь наиболее распространенный) и рогатым. В клубе, где не было лишних глаз, черт не испытывал потребности в маскировке.
На Горри не было ни кафтана, ни мундира, ни шляпы. Только кожаные штаны с дырочкой для хвоста, и несколько золотых браслетов на руках (среди Темных черти были немногими, кто по-настоящему любил золото). В левом ухе бармена висела на цепочке причудливая серьга – крупная голубая жемчужина, на которую при помощи позолоты была нанесена географическая карта Земли.
– Привет, – сказал Егор, опершись локтями на стойку. – Смотрю, жарко у вас сегодня.
Возле самого бара посетителей не было – все кучковались в своих компаниях по залу.
– Какие люди! – Горри протянул черную, как смоль, руку. – Да, жарковато. Как в Аду просто! Вампиры отмечают день рождения Альмаксиса. Двести пятьдесят ему стукнуло. Дочка твоя? – черт кивнул на Олесю, которая уже успела взгромоздиться на высокий барный стул.
– Шутишь? – усмехнулся Егор. Некромант прекрасно знал, что рогатый способен сразу почувствовать, с кем имеет дело.
– Шучу, – подтвердил Горри. – Привет, малышка, – помахал он Олесе. Та мило улыбнулась в ответ.
Из кухни вышла и направилась к столам демонов официантка-суккуб, несшая два серебряных подноса, уставленных изысканной снедью. При взгляде на роскошное тело девушки, затянутое в эффектный костюм из черного латекса, Олеся грустно вздохнула. Ей, заключенной в теле ребенка, никогда не стать обольстительной женщиной. Никогда не познать таинства настоящей любви…
– Так ты, стало быть, подружку решил вывести в свет? – полюбопытствовал черт. – Или, точнее уж – вывести в Тьму, – бармен сверкнул белоснежными зубами – на одном из них маг заметил золотую фиксу в виде перевернутой пентаграммы.
– Нет, Горри, – покачал головой Егор. – Меня привело сюда другое дело. Я желаю видеть Мальгедорна.
Повисла пауза. Несколько секунд черт внимательно смотрел на Киреева.
– Не многого ли ты желаешь? – спросил он, наконец.
– Нет, – Егор забарабанил пальцами по стойке. – Это действительно очень важно. То, с чем я пришел, грозит срывом покровов.
– А подробнее можно? – осведомился бармен. – Я не рискнул бы беспокоить босса, не будучи уверенным, что дело и впрямь горячее.
– Оно, прямо скажем, раскаленное, – заверил его Киреев. – Суть заключается в следующем: один мой знакомый некромант решил наплевать на все законы и договоренности и, возможно, прямо сейчас поднимает какое-то из ростовских кладбищ, чтоб захватить в этом городе власть.
– Ого-го! – черт почесал в затылке. – И правда, происшествие не из приятных. Можно сказать, чрезвычайное. Слушай, а почему ты сюда пришел? Штаб Ковена, вроде бы, работает круглосуточно.
– Охотно разъясню, – невесело усмехнулся Егор. – Меня наградили проклятием «Истинного Горя» . Если я расскажу о том, что знаю, какому-нибудь человеку или магу, мне кирпич на голову упадет. Или самолет. Если дело будет происходить в чистом поле.
– Я знаю, что такое «Истинное Горе» , – кивнул рогатый бармен. – Погоди-ка… В городе ведь всего два серьезных некроманта, и одного из них я вижу перед собой. Стало быть, речь идет о…
– О Яне, – закончил вместо него Егор. – О Яне Грушницком. Это сделал именно он.
– Ну надо же, а? – черт выглядел ошарашенным. – Никогда б не подумал, что Ян на такое способен.
– Вот-вот, и я до поры не думал, – кивнул Киреев. – А стоило бы, наверное. Ну так что, Горри, можно мне к Мальгедорну?
– Да, – черт достал из кармана своих кожаных брюк мобильный телефон. – Только вот что, Егор, – сказал он перед тем, как набрать номер хозяина клуба. – Замолви за меня словечко перед шефом. Пусть разрешит тебе взять меня с собой на дело. Мне, знаешь ли, чертовски надоело торчать ночами за этой стойкой, как черт знает кто!
– Он согласен тебя принять, – сказал Горри через три минуты, коротко переговорив по телефону. – Но только тебя одного, – черт бросил быстрый взгляд на Олесю.
– Без проблем, – отреагировала та. – Я посижу здесь. Выпью чего-нибудь, музыку послушаю. Егор, оставишь мне денег? Своих-то у меня никогда не было.
– Конечно, – некромант вытащил из кармана несколько фиолетовых купюр и протянул их девочке. – Только поосторожнее тут, ладно? В клубе, вроде, и свои все, но, как недавно выяснилось, даже среди своих не всем можно доверять.
– Я пригляжу за ней, – пообещал Горри. – Мне доверять можно.
Егор хотел было пошутить по поводу общеизвестной ситуации с доверием к рогатым, но удержался от этого. В конце концов, в своем, Темном кругу, черт действительно был более надежным товарищем, чем иной человек.
– Идем, – Горри вышел из-за стойки и направился к двери, расположенной справа от нее. Набрав код, он отворил дверь, пропуская Егора. – Все время прямо. В конце коридора будет лифт. Спустишься на нем вниз и потом опять все время прямо. Это, в сущности, главное – никуда не сворачивать.
– Понятно, – Егор не стал уточнять, что ждет его в случае, если он проигнорирует это предупреждение. – А на какой этаж спускаться?
– Там всего одна кнопка, – усмехнулся Горри. – Не перепутаешь.
– Удачи, Егор, – сказала Олеся, взволнованно глядя ему вслед.
– Спасибо, – Киреев отсалютовал и шагнул в слабо освещенный длинный коридор. В спину ему устремились несколько десятков заинтересованных взглядов – вампирских и демонических. У гостей клуба имелись довольно веские причины для любопытства – люди крайне редко входили в эту дверь иначе, как в кандалах. И очень мало кто из побывавших за ней вновь появлялся потом снаружи…
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:16 | Сообщение # 29
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 13

Властелин боли
Свет в предбаннике «ростовского Ада» имел красноватый оттенок. Он был тусклым и словно бы размытым, размазанным по плоским поверхностям коридора. Источником света являлись круглые лампы, вмонтированные в потолок.
Все вокруг шуршало, скрипело, стонало, ухало, шелестело. Как только стихал один звук, вслед за ним тотчас раздавался другой, а иногда шумы накладывались друг на друга, и это превращалось в своеобразную гармонию. Звуки, хоть и не сливались в ужасающую какофонию, все равно несколько давили на психику осторожно идущего вперед человека.
Слева и справа от себя Егор видел ряды одинаковых черных дверей, из-за которых и раздавалось большинство звуков, включавших в себя, в том числе и отчаянные крики боли. Некромант старался не думать о том, что там происходит, как и о том, откуда взялись бурые потеки, покрывавшие стены наряду с пятнами сажи.
Временами ему попадались также открытые входы в боковые коридоры. Памятуя о предупреждении черта, Егор старался даже не приближаться к ним, но… заглядывать-то туда ему никто не запрещал. Что он пару раз и сделал. В узких тоннелях клубился сизый туман, за которым можно было разглядеть неясные, но грозные силуэты. Странной формы головы, шипы, торчащие из плеч, крючья вместо кистей рук. «Должно быть, это местная охрана» , – подумал Егор и больше в боковые проходы не смотрел. От греха подальше…
Наконец он добрался до лифта. Тот резко контрастировал с убранством основного помещения клуба – и даже с довольно-таки запущенным коридором – представляя собой древнюю кабину, которая наиболее уместно смотрелась бы в американском отеле двадцатых годов прошлого века. Дело обстояло так не потому, что хозяин «Крыльев ужаса» решил сэкономить на обстановке подсобных помещений. Просто демонам той породы, к которой принадлежал Мальгедорн, упадок и разрушение были гораздо милее комфорта и возвышенной стильности. Впрочем, среди демонов встречались и куда большие декаденты – Егор мог только порадоваться, что не пришлось еще пробираться к лифту сквозь кишащие омерзительными червями завалы гниющего мяса.
Кабина лифта была собрана из металлических решеток – так, чтобы в процессе движения пассажир мог видеть все происходящее вокруг. Непрозрачным был только пол – да и то, наверное, только для того, чтоб пощадить нервы посетителей, не принадлежащих к расе демонов. Егор понял это вскоре после начала спуска.
Несколько минут он не видел вокруг ничего, кроме толстых бетонных плит, украшенных орнаментом путаницы труб и кабелей – так, должно быть, выглядят недра любого большого здания. Потом серые шероховатые поверхности вдруг резко оборвались, и перед взором Егора предстала абсолютная черная пустота…
Киреев даже слегка пошатнулся, когда это произошло.
Некромант знал, что под Ростовом находится разветвленная сеть пещер и тоннелей – он даже бывал в некоторых катакомбах. Но даже представить себе не мог, что в их число входят такие громадные пространства.
Пустота простиралась на километры вокруг – в пределах видимости не было ни единого физического объекта. Фантастическое зрелище – пугающее, но вместе с тем – притягательное и завораживающее.
Минуты спуска казались Егору нескончаемо долгими. Посмотрев на часы, он отметил, что их прошло уже целых пятнадцать. «Это насколько же глубоко под землю забрался Мальгедорн?» , – некромант почесал в затылке. Приблизившись к решетчатой двери лифта, он посмотрел вниз и увидел, что кабина приближается к твердой поверхности. Длинному мосту, уводящему вдаль, к стене темноты. Мост был виден лишь благодаря тому, что по краям его стояли ряды больших бронзовых ваз, в которых бесновалось оранжевое пламя.
– И потом опять все время прямо, – выйдя из лифта, Егор посмотрел по сторонам. – Чертов шутник, – пробормотал некромант.
Других вариантов здесь просто не было. Разве что – вниз, в гулкую мрачную бездну. Она не спешила заканчиваться с появлением моста. Взгляд Егора так и не смог добраться до дна окружавшей мага пустоты. Передернув плечами, Киреев пошел вперед.
Тот, к кому он сейчас направлялся, был одной из самых загадочных и устрашающих Сущностей в городе. Мальгедорн принадлежал к зловещему клану демонов-сенобитов, известному также как Орден Гэша. То были особые, куда более отчужденные и опасные создания, нежели черти, дьяволы или обычные демоны. Несмотря даже на то, что сенобиты имели человеческое происхождение. А может быть, как раз благодаря этому…
Лишь основатель Ордена, Левиафан, имел полностью демоничскую природу. А вот его последователи являлись некогда обычными людьми. Некоторые, впрочем, не вполне обычными – а влиятельными и известными. К таковым, к примеру, относился Мальгедорн. Егор не знал, кем именно был владелец «Крыльев ужаса» в своей человеческой ипостаси, но слышал, что о человеке том по сей день слагают стихи и пишут романы.
Несколько тысячелетий назад в Аду случилось что-то вроде восстания, которое возглавил Левиафан. Подробности той истории были скрыты от мира смертных, так что о целях бунта Егор и большинство других магов могли только догадываться. Доподлинно известно было лишь то, что воинами армии мятежного демона стали сенобиты – ужасные гибриды, созданные Левиафаном из обычных людей, при помощи жутких ритуалов, которые можно было бы назвать дьявольскими… если только они не являлись таковыми на самом деле. Мятеж был подавлен, но наказывать зачинщика не стали. Напротив, ему даже позволили организовать нечто вроде маленького персонального Ада («маленького» , разумеется, лишь в сравнении с масштабами первоисточника), в котором Левиафан продолжил свои эксперименты. Создание новых сенобитов было поставлено на поток. Довольно скоро они овладели техникой самовоспроизводства – и это при том, что абсолютно все сенобиты были бесплодны. Новые демоны получались из людей, заблудившихся в лабиринтах духовных практик – начинающих магов и эзотериков, что постучались однажды не в ту дверь. Или же пресыщенных гедонистов, рыщущих по миру в поисках новых, ранее не изведанных, все более острых ощущений. Для последних у сенобитов имелись в запасе особые приманки…
Впрочем, шанс пополнить собой ряды сенобитов (или, что гораздо вероятнее, их жертв) был практически у любого жителя планеты Земля. Многие попали в эту систему лишь потому, что связались не с той компанией, либо же оказались в неподходящее время в опасном месте. Этих бедолаг ждало наибольшее потрясение, ведь, в отличие о тех, кто сам искал встречи с демонами, они не имели ни малейшего представления о том, с чем им пришлось столкнуться…
Сенобиты же исповедовали феноменально жестокий культ боли, которая, по их утверждениям, способна на определенном этапе перерасти в наслаждение. Не так, как это происходит у мазохистов. А оставаясь все той же невыносимой болью – далеко не той интенсивности, что возникает, когда ты случайно уколешь палец…
Люди, которым было назначено стать сенобитами, подвергались причудливым деформациям – зачастую с добавлением множества «деталей» , изначально в человеческом организме не присутствующих. Но киборгами они после этого не становились – ведь инородные элементы были призваны не модифицировать тело, а причинять постоянную боль.
Порой эксперименты сенобитов приводили к совершенно уж невообразимым последствиям.
Как, например, в случае Мальгедорна.
Идти по мосту Егору пришлось очень долго. И вот, некромант остановился перед дверью в странного вида конструкцию, более всего напоминавшую увеличенную в несколько раз трансформаторную будку. То был рабочий кабинет хозяина «Крыльев ужаса» , демона-сенобита Мальгедорна. Мост обрывался сразу за ним.
«Нужно соблюдать крайнюю осторожность, общаясь с ним, – напомнил себе Егор прежде чем позвонить. – Никто не может предугадать, что творится в башке, пробитой стальным штырем» .
– Вот так я и оказалась в Ростове, – покуда Егор совершал путешествие к недрам квартала, Олеся рассказывала увенчанному рогами бармену историю своей жизни, изредка прерываясь, когда кто-нибудь подходил заказать выпивку.
– Интересно, – кивнул, выслушав ее, черт. – Каких только дорог не найдешь в нашем Темном мире. А по национальности ты кто?
– Упырь, – усмехнулась девочка. – А в человеческой жизни, кажется, была полькой. Не помню уже.
– Привет, милашка, – на соседний стул присел парень в характерном черном плаще с красным подбоем и с не менее характерным синюшным оттенком кожи. – Как настроение?
– Дружище, не стоит тебе к ней подкатывать, – нахмурился черт за стойкой.
– Почему? – удивился вампир. – С каких это пор я потерял право общаться с себе подобными в месте, которое как раз для этого и предназначено?
– Не нужно контролировать меня столь строго, Горри, – улыбнулась маленькая упырица. – Пообщаться я и впрямь не прочь.
– Хорошо, – кивнул черт и достал из-под стойки портативную игровую консоль. – Только не уходи с ним никуда. Я в ответе за тебя перед Егором, – Горри погрузился в игру.
– Меня зовут Ринальдо, – представился новый знакомый. – А тебя?
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:16 | Сообщение # 30
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Олеся. Ринальдо – это итальянское имя или испанское?
– Оно много где используется. Преимущественно, конечно, на юге Европы – в Италии, Испании, Португалии. Но на самом деле это вампирское имя, просочившееся в человеческий мир. Жизнь строится на взаимообмене между разными культурами, – улыбнулся Ринальдо, продемонстрировав дивной красоты клыки.
– А я из Польши, – девочка принялась рассказывать ростовскому вампиру основные пункты своей биографии, которые уже успела поведать Горри. Правда, о своих деловых отношениях с Егором, как и о том, что привело их с некромантом сюда, она решила на этот раз умолчать. Все же, Ринальдо вряд ли входил в ближний круг знакомых Киреева.
– Угостить тебя чем-нибудь? – спросил вампир чуть погодя, извлекая из-под плаща объемистый кожаный кошелек. Олеся, хоть и выпила уже несколько порций крови с коньяком, была совсем не прочь еще слегка добавить. Себе Ринальдо взял какой-то мудреный коктейль под названием «Нефертити» .
За выпивкой новый знакомый рассказывал девочке о жизни городских вампиров, об истории своего клана, и о происходящем сегодня в клубе. Именинник, проживший четверть тысячелетия вампир по имени Альмаксис, был, как оказалось, одним из самых известных светских персонажей города, а имя его не сходило с первых полос печатных изданий. Причем – по обе стороны барьера – как в человеческих газетах и журналах, так и в тех, что были предназначены исключительно для персон причастных. У Альмаксиса была своя поп-группа, где он играл на клавишах и пел. Поклонники из числа людей даже не подозревали, что замысловатое название коллектива является на самом деле скрытым вампирским именем вокалиста, которым он представлялся в местах, где присутствие простых смертных было исключено…
Рассказывая о клубе, Ринальдо несколько раз упомянул о том, какой в «Крыльях ужаса» красивый и уютный чил-аут. В конце концов, вампир прямым текстом озвучил намерения, с которыми, вернее всего, и подошел к девочке с самого начала:
– Олеся, может быть, нам с тобой лучше перебраться туда?
– Эй! – поднял голову Горри, оторвавшись от нажимания кнопок на корпусе консоли.
– Все нормально, – успокоила его Олеся. – Я сама разберусь. Ай-ай-ай, – произнесла она, глядя в глаза Ринальдо. – Неужели ты – педофил?
– Да ну, какой же я педофил? – рассмеялся импозантный кровосос. – Я же чувствую твой истинный возраст. – Тебе ведь лет триста, не меньше.
Тут Ринальдо слегка слукавил. С девочками человеческого племени многие вампиры были не прочь порезвиться – не обязательно даже пробуя на вкус их кровь. Но не с десятилетними, разумеется. Олеся же казалась клыкастому франту уникальным шансом вкусить запретного удовольствия – ведь в ее детском теле жила более чем взрослая, умудренная опытом Сущность. Тот факт, что сам он младше ее почти в два раза, Ринальдо озвучивать не стал.
– Ты прав, в сентябре мне как раз исполнится триста, – кивнула упырица. – Но при этом я все еще девственница. И пока что меня устраивает такое положение дел.
– Ну что ж, дело твое, – развел руками Ринальдо. Выглядел он при этом слегка раздосадованным. – Тогда давай просто выпьем еще немного?
– Вот от этого не откажусь, – хихикнула Олеся.
– Отлично, – вампир снова полез за своим портмоне. – Горри! Повтори.
– Входи! – хриплый, и будто бы расщепленный голос раздался из укрепленного над входом репродуктора. Некромант вздрогнул, но тут же, собравшись, одернул себя. «Нельзя показывать ему своего волнения. Чего угодно можно ожидать. Это ведь даже не черт, это гораздо… гораздо… блин, даже слова не подберешь» .
– Входи, – повторил изнутри Мальгедорн. Повернув ручку, Егор отворил дверь. В лицо ему ударил яркий свет. Маг инстинктивно прикрыл глаза ладонью.
– Не стой на пороге, входи, – молвил хозяин кабинета. Часто моргая, Егор шагнул вперед и закрыл за собой дверь.
Он ожидал столкнуться с чем-то, подобным увиденному в коридоре наверху – полутьмой или приглушенным жидким освещением. Но света в кабинете Мальгедорна было больше чем достаточно. Исходил он от длинных плафонов, в несколько рядов укрепленных на стенах и потолке. Лишь задняя стенка помещения была свободна от осветительных приборов.
В центре стоял массивный письменный стол черного цвета. За ним восседал сенобит Мальгедорн. Возле стола примостились несколько черных офисных стульев.
– Доброй ночи, – по привычке сказал Егор и тут же запоздало подумал, что этому существу такое приветствие может и не понравиться.
– Здравствуй, – Мальгедорн слегка наклонил голову. – Присаживайся, – демон обвел рукой окружающее пространство, предлагая Егору выбрать любой из свободных стульев. Некромант предпочел сесть прямо напротив демона – подальше от длинных рук со стальными когтями на пальцах.
– Горри сказал, что ты знаешь что-то важное, – без обиняков начал Мальгедорн. – Нечто такое, что, возможно, способно заинтересовать меня. Говори же.
Даже в сидячем положении сенобит выглядел очень внушительно. Его мускулистое тело обтягивал черный латексный комбинезон с симметричными прорехами на животе и груди – были видны пронзившие кожу демона металлические стержни. Егор поежился, увидев, что места проколов у Мальгедорна продолжают сочиться кровью, хоть раны и были нанесены немыслимо давно.
Гантельки под кожей торса были во внешности сенобита далеко не единственным, что могло заставить поежиться даже очень хладнокровного человека. Наиболее жуткой частью тела Мальгедорна являлась его голова. А в особенности – лицо. Щеки и подбородок были покрыты толстыми шрамами, образующими причудливый орнамент. В промежутках между этими рубцами, а кое-где – и прямо из них – торчало несметное множество лабретов, гвоздиков, колец, шипов, крючков и прочих аксессуаров для пирсинга. С тем отличием от имиджа простых любителей выделиться из толпы, что большинство из них были продеты сквозь плоть, а не кожу…
В сочетании с бритым наголо черепом торчащие отовсюду железки придавали Мальгедорну сходство с Ксерксом из фильма «300» . Но это, разумеется, были не украшения. Егор прекрасно понимал, какую функцию они на самом деле выполняют.
Ну а самой шокирующей деталью в облике владельца «Крыльев ужаса» был продолговатый кусок металла – длиной примерно с предплечье взрослого мужчины – пронзающий голову Мальгедорна насквозь, аккурат через оба виска. Как в такой ситуации мог функционировать мозг, оставалось для Киреева полнейшей загадкой. А впрочем, демоны – они демоны и есть…
– Мой коллега, некромант Ян, решил устроить в городе переворот, – быстро проговорил Егор. – Он собирается поднять одно из ростовских кладбищ и натравить мертвецов на горожан. В одиночку я не смогу ему противостоять. Поэтому и пришел за помощью к вам.
– А почему ты решил, что я захочу помогать тебе? – металлический голос демона не выражал ни неприязни, ни удивления – совершенно ничего.
– Но… как же? – Егор слегка растерялся. – Это грозит разоблачением всему Темному миру, да и не только Темному. Всей Плероме в целом. Может начаться большая война, и не только с миром людей, а тотальная. Затрагивающая абсолютно всех! Тихо тлевшие костры взаимной ненависти вспыхнут с новой силой. Каждый будет стараться перекроить окружающее пространство под себя. В конце концов весь мир превратится в кромешный ад, в котором не будет ни малейшего просвета…
Егор осекся, заметив, что глаза Мальгедорна вдруг как-то странно заблестели. Руки сенобита сжались в кулаки, когти вонзились в ладони. Потекла кровь.
«Кажется, я сморозил что-то не то, – сообразил Киреев. – Весь мир превратится в Ад… Владычица Геката, но это ведь как раз то, к чему стремятся сенобиты!» .
– Кровопролитие, – прокаркал демон. – Реки, озера, моря, океаны крови. Груды мертвых тел под черными небесами. Запах тлена и порохового дыма. Стаи ворон, клюющих мертвую плоть. Что ж, мне такая перспектива кажется вполне приемлемой…
– Но ведь это затронет и вас! – в отчаянии воскликнул Егор. – Далеко не каждого демона невозможно убить.
– Без жертв не обойдется, это верно, – пожал плечами Мальгедорн. – Но результат того стоит. Давай посмотрим правде в глаза: мы никогда не сможем добиться такого сами – нам просто не позволят. А тут – столь щедрый подарок судьбы. Нам не придется даже ничего планировать – все произойдет спонтанно.
«Ого! Он в запале сболтнул кое-что такое, на чем я смогу сыграть» , – азартно подумал Егор. Сердце некроманта колотилось сейчас со скоростью отбойного молотка.
– Вы верно сейчас сказали – Ордену Гэша никогда не позволят превратить планету в филиал Преисподней, – с расстановкой произнес Киреев. – Этого не хотят даже высшие иерархи Ада – кроме Левиафана, может быть. Так что уж и говорить обо всех остальных? Не далее как вчера в гости ко мне заходил Вадим Дорога… – Егор сделал паузу, чтоб оценить реакцию собеседника.
– Что? – усыпанное железками лицо изумленно вытянулось. – Он в Ростове?
– Да, – кивнул некромант, отметив про себя, что ход его оказался удачным. – Глава Ковена Малаха прибыл сюда как раз из-за эскалации напряженности в нашем регионе. Он будет очень недоволен, если узнает, что кто-то отказался принять участие в общем деле. Левиафан Левиафаном, но ведь Вадим вхож в гораздо более глубокие чертоги вашего ведомства…
– Он приходил к тебе домой? – уточнил сенобит. Если б не этот факт, он мог и не придать упоминанию о Дороге чересчур уж большого значения. Теперь же статус Егора в глазах Мальгедорна мгновенно вырос в сотни раз. Если у демона и были мысли о том, чтоб разделаться с некромантом, теперь он наверняка задвинул их в самый дальний угол своего травмированного мозга.
– Ну да. Мы ведь с ним старые друзья. Очень мило пообщались. Распили бутылочку «Ягермайстера» , вспоминая прежние деньки. Так что? Могу я рассчитывать на вашу поддержку? Или мне лучше обратиться к вампирам, что развлекаются сейчас наверху? Они уже пьяные, с радостью возьмутся за это дело. Оно покажется им не более чем веселой авантюрой.
– Почему маги не могут сами решить возникшую у них проблему? – разумеется, признать свою неправоту так быстро и просто сенобит не мог.
 
Форум » Ваши произведения » Собственные произведения » Антон Вильгоцкий.Некромант из провинции (Шериф для мертве
Страница 2 из 5«12345»
Поиск:


Бесплатный хостинг uCoz
Design by Stuff Studio