[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 4 из 5«12345»
Модератор форума: demonessa666 
Форум » Ваши произведения » Собственные произведения » Антон Вильгоцкий.Некромант из провинции (Шериф для мертве
Антон Вильгоцкий.Некромант из провинции (Шериф для мертве
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:21 | Сообщение # 46
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Но было что-то еще. Гораздо более явное, нежели плод его умозаключений. Совсем рядом. Что… Что? Что, черт возьми?!
В следующий миг Артур почувствовал себя так, будто в потолке открылось отверстие, из которого хлынул на Завулона поток холодной воды. Он понял, что происходит. Точнее – что должно происходить, но отсутствует…
Размышляя о причинах творящегося с Алисой безобразия, Зед не убирал левой руки с девичьей груди. Именно поэтому он смог, наконец, догадаться, что же его так взволновало.
Биение сердца человека, с которым делишь постель – настолько привычная вещь, что ее, как правило, и не вовсе не замечаешь. А потому – можешь пропустить и момент, когда пульсация эта вдруг прекратится.
Именно это, как только что понял Завулон, и произошло с Алисой!
«Я знаю точно – невозможное возможно» , – сами собой зазвучали в голове строчки из ненавистной попсовой песни.
Невозможное произошло во второй раз за день. На этот раз – совсем близко. В его собственной постели.
Несмотря на то, что разум делал попытки проигнорировать происходящее, Завулон прекрасно понимал – случилось как раз то, о чем он подумал. Артур был достаточно образован, чтобы осознавать – человеческое неверие в существование каких-либо вещей вовсе не отменяет их существования. И то, что ты ни разу прежде не сталкивался с живыми мертвецами, не означает, что этого не произойдет и впредь…
«Что за времена настали! – вспомнил он свои вчерашние слова. – Колдуны спокойно разгуливают по городским улицам, угощая пивом панков» .
«Эти времена не то что бы настали, – сказал в ответ новый друг Гарика. – Скорее, они вернулись» .
«Вот, значит, какие мрази живут по соседству с нами, – подумал Зед, мгновенно припомнив все, что было ему известно о черной магии – все, что он раньше считал байками и фантастикой. – Некромант, говоришь? Ну, погоди, падла, найду – в жопу тебе засуну твою некромантию! Но сначала…» .
Сначала нужно было позаботиться о собственной безопасности. Как там она только что сказала?
«И чувствую – вроде, что-то может мне помочь. Но не пойму, что именно» .
– А вот я, кажется, догадался, – вслух произнес Завулон.
– Правда? – Алиса посмотрела на него. – Ты знаешь, как сделать, чтобы мне стало легче?
– Знаю, – Артур встал, надел брюки, подошел к окну и открыл его. – Иди сюда.
– Зачем?
– Свежим воздухом подышать. В городе загазовано все, а тут, наверху, почище.
– Хорошо. Сейчас, – Алиса слезла с кровати и двинулась к нему. В ее глазах Артур заметил нездоровый блеск.
«Главное – успеть раньше, чем ее прорвет. Иначе придется убить. Черт, как же я не хочу этого делать! Ее же ведь можно как-то вылечить… хотя, наверное, это не слишком подходящее слово. С ума сойти» .
– Вот, постой так минут десять, и тебе полегчает, – сказал Зед, когда девчонка приблизилась к подоконнику. – Смотри вперед и дыши как можно глубже. А я пока еще таблеток каких-нибудь тебе поищу.
– Какой же ты молодец, – благодарно произнесла Алиса.
– Для тебя – все, что угодно, – стараясь не терять девчонку из виду, Артур подошел к тумбочке, на которой было укреплено трехстворчатое зеркало. Присев на корточки, он отворил дверцу и принялся одной рукой шарить внутри. Искал Завулон, впрочем, совсем не лекарство. Здесь у него хранились аксессуары для занятий сексом с «особо одаренными» девицами из готической тусовки: наручники, цепь с ошейником, плетка, кляп… а также дилдо, чтоб можно было удовлетворять двух любовниц одновременно.
– Там какие-то чудики приехали, – хихикнув, произнесла Алиса.
«Отлично, – подумал Зед. – Отвлекись, посмотри на «чудиков» , а главное – ни в коем случае не фокусируйся на мысли, что тебе неплохо бы покушать «. Достав все необходимое, Зед затаил дыхание и начал медленно приближаться к стоявшей перед открытым окном обнаженной девушке.
Первым делом нужно было нейтрализовать угрозу, исходящую от ее зубов.
– Ай! Что ты де… – только и успела вскрикнуть Алиса, когда он набросился на нее, чтоб запихнуть в рот прославивший Квентина Тарантино резиновый красный мячик. Застегнув ремешок на затылке девушки, Завулон достал из кармана стальные браслеты и сковал Алисе руки за спиной. Цепь была обмотана у него вокруг талии. В следующий миг Артур привязал Алису к батарее и отступил к кровати.
Как оказалось, он все провернул очень вовремя. Еще буквально секунда-другая – и ситуация могла завершиться совершенно иначе…
Теперь перед ним стояла уже не голая молоденькая неформалка, а кошмарная тварь, словно бы вылезшая из телевизора, по которому транслировали фильм ужасов. Лишенные зрачков глаза навыкате. Впалые щеки. Омерзительные складки, образовавшиеся вдруг под глазами и вокруг рта. И дикие, яростные звуки, прорывающиеся из глотки даже сквозь резиновую заглушку. Совсем не такие, что мог бы издавать обычный человек, которому засунули в рот кляп. Тварь хотела жрать. И, несмотря на то, что была лишена возможности свободно передвигаться, она пыталась дотянуться до того, в ком видела теперь не больше, чем кусок мяса…
Зеда едва не стошнило. Он обошел кровать и остановился, продолжая глядеть на девушку-зомби, что с бульканьем и хрипением бесновалась на цепи у окна.
Жизнь изменилась. Окончательно и бесповоротно. Вчерашний день, как оказалось, таил в себе множество гнойных гибельных тайн. Раз уж возможно такое – то почему бы не поверить и в старого хрыча, что силой взгляда наполняет опустевшую пивную бутылку? И сколько таких «Мерлинов» бродит еще по ростовским улицам?
Стоп. Раз существуют они, то, должно быть, есть и…
Зед рефлекторно посмотрел вверх.
В последний раз он был в церкви в возрасте пяти лет, вместе с покойной бабкой Алиной Тимофеевной. Артур мало что помнил о тех давних посещениях святого места. Кроме того, что чувствовал он там себя весьма неуютно. Впрочем, наверное, все же, более комфортно, чем здесь и сейчас…
«Нет, – Завулон мотнул головой. – Если Бог существует, то как Он может допустить присутствие в мире такого зла? – взгляд вернулся к рычащей на привязи покойнице. – Стало быть, Его все-таки нет? Но в этом случае придется поверить в реальность с Дьяволом… и без Бога» .
От философских размышлений Богданова отвлек звонок в дверь.
– Какого лешего?! – выругался Артур, вздрогнув от неожиданности. Он никого не ждал. А те, кто вообще был в курсе существования этой квартиры – были то исключительно девушки из «яичной» тусовки – ни за что не посмели бы явиться сюда, не позвонив сперва Зеду на сотовый.
«Менты, – пронеслось в голове. – Или, что несколько хуже, люди из клана Газизова» .
Как ни странно, Богданов не ощущал ни тени страха от перспективы столкнуться с теми или другими. А впрочем, что же тут странного? Случившееся несколько минут назад очень серьезно изменило его взгляды на то, чего на самом деле стоит бояться…
Если за дверью стражи порядка, он просто не пустит их – благо изменения в законодательстве, произведенные государством за последние десять лет, дают полное на то право даже закоренелым преступникам.
А если явились азербайджанские мстители – Артур убьет их, сложит трупы в спальне, подожжет квартиру и уйдет. Тусовочный парень Завулон в этот день перестанет существовать. Скорее всего, навсегда.
Зед нагнулся, чтобы достать спрятанный под матрасом пистолет. Сунул оружие сзади за пояс, бесшумной кошачьей походкой вышел в коридор и приблизился к входной двери.
Сидя за столиком в закусочной с иноземным названием, Платон Ивлев размышлял о своей вновь обретенной жизни.
Нужна ли она ему?
Возможно, при других обстоятельствах старый колдун был бы рад возвращению в мир живых. А так… Он, во-первых, являлся теперь рабом молодого наглеца, что никак нельзя было назвать приятным обстоятельством. А во-вторых – не тот это был мир, в котором Ивлев хотел бы жить. Он, считай, только что вернувшийся с того света, еще не утратил способностей, свойственных отлетевшим душам. А потому – прекрасно улавливал чувства и настроения окружавших его людей. Мысли ста пятидесяти человек нестройным хором звучали в голове Платона Ивлева.
И не было в них ни толики, ни малейшей искры той энергии, что наполняла городское пространство сто с лишним лет назад. В жизни людей нового века почти не было места истинной радости.
Лихорадочная погоня за иллюзорным, несуществующим счастьем. Вечная жажда наживы – даже если для этого придется перерезать горло собственной матери. Грязнейшие, чудовищные плотские помыслы, которых во времена Платона Ивлева не допустил бы и беглый каторжанин…
А в центре всего – зияющая пустота, в которую, как в гигантскую скважину, стекались со всех сторон никчемные жизни этих людей.
– Нет, – неодобрительно покачав головой, сказал сам себе старик. – Это не для меня.
Так и не притронувшись к упаковкам с едой, Ивлев встал и направился в туалет.
Обратно он уже не выходил.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:22 | Сообщение # 47
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 19

«Чудики приехали»
Человек, которого Артур увидел, когда, подкравшись на цыпочках к двери, посмотрел в глазок, не был похож ни на ростовского мента, ни на закавказского кунака. Более всего он походил на одного из тусовщиков – длинноволосый парень в черной шипованной «косухе» . На вид – ровесник Богданова. Волосы нежданного визитера были собраны в хвост.
– Кто там? Чего надо? – спросил Артур через дверь.
– Вам пришло письмо, – раздалось в ответ.
– В почтовый ящик бросьте.
– Я бы с радостью, но у вашей квартиры ящик отсутствует. Хулиганы сломали, наверное.
– Тогда под дверь засуньте.
Договариваясь с хозяевами об аренде этой квартиры, Завулон не обратил внимания, цел ли почтовый ящик. Да и после ни разу не обращал. Он ведь не собирался вести отсюда переписку с друзьями, живущими в других городах.
– Вы должны расписаться в получении, – упорствовал почтальон.
– Расписаться? За обычное письмо? – насторожился Зед.
– Раз ящик сломан, то да. Иначе мне на работе по шапке дадут. Скажут, поленился на пятый этаж подниматься, а письмо выкинул. У нас теперь с этим строго.
– Да это ведь и не мне письмо. Я тут снимаю только.
– Ну, передайте потом хозяевам, – уже почти умоляющим голосом произнес парень. – Кто-нибудь должен расписаться. А то мне влетит.
Краем уха Богданов слышал, что организация, известная как «Почта России» , уже давно разделила судьбу множества других государственных учреждений, перекочевав в частные руки. Ну а новые хозяева вполне могли установить свои идиотские правила, наподобие того, о котором поведал сейчас этот волосатик.
«Ладно, выручу тебя, так уж и быть, – подумал Завулон. – Но исключительно из уважения к твоему хаеру и прикиду» .
Однако ж, когда Артур отпер дверь, визитер даже не подумал протянуть ему письмо или документ, в котором надлежало расписаться.
Вместо этого он бесцеремонно отодвинул Зеда в сторону и попытался пройти в квартиру.
– Эй, ты чего?! – Завулон схватил наглеца за плечо и развернул к себе лицом. – Совсем охренел?! Ты же сказал, что письмо принес!
– А я вас обманул, уважаемый, – как ни в чем не бывало, сказал парень. – Мне просто нужно было попасть в квартиру. Или вам больше нравится, когда вашу дверь разносят вдребезги? Хорошо, на будущее я это учту.
– Нет у тебя никакого будущего, сынок, – молниеносно выхватив оружие, Завулон снял его с предохранителя и направил ствол в переносицу охамевшему гостю. – Говори, на кого работаешь! Быстро!
– Не вопрос, – кивнул волосатик. – Ковен Малаха. Ты удовлетворен?
– Понятно, – непривычные слова вызвали у Богданова вполне определенные ассоциации. – Хачи-трюкачи.
– Не думал, что похож на кого-то из них, – ощупав свое лицо, насмешливо произнес пришелец.
Парню как будто было побоку, что ему в любую секунду могут снести полбашки.
– Кстати, я порекомендовал бы тебе спрятать эту игрушку, – сказал «почтальон» . – Неосторожное обращение с оружием может привести к поистине фатальным последствиям.
– Да пошел ты, – сквозь зубы процедил Зед и опустил руку, целясь теперь незнакомцу в пах. – Посмотрим, как ты запоешь, когда я нажму на крючок.
– Не нажмешь, – покачал головой незваный гость, внимательно глядя на оружие в руке Богданова. Артур почувствовал, как рукоять пистолета начинает нагреваться…
Мгновением позже она обожгла его ладонь, как если бы Зед оперся о включенную электрическую конфорку.
– Ай, блядь! – Завулон разжал пальцы. Раскаленный пистолет шмякнулся на ковровую дорожку. Ворс в месте его падения слегка оплавился. Вверх поднялась тонкая струйка дыма.
Кто-то набросился на Артура сзади и скрутил ему за спиной руки. «Черт, я ведь даже не закрыл дверь! – успел подумать бандит. – Как же глупо все заканчивается…» .
Напавший давил на запястья с такой чудовищной силой, что у Зеда глаза полезли на лоб. Артур заскрипел зубами, чтобы не закричать. Богданову доводилось несколько раз «примерять» милицейские браслеты, но то, что происходило с его руками сейчас, было гораздо круче.
Зед уже понял, кто пришел его навестить. Это было хуже, чем целый взвод ОМОНа, или даже толпа вооруженных до зубов азербайджанцев. И те и другие в самом худшем случае убили бы его, а вот у нынешних гостей список брутальных «развлечений» наверняка шире в несколько сотен раз…
За спиной щелкнул замок. Стало быть, их как минимум трое…
– Отпусти его, Горри, – промолвил «почтальон» . – Иначе он от болевого шока откинется.
Тиски исчезли. Вращая кистями, чтобы облегчить боль, Артур обернулся посмотреть, кто же это так ловко его обработал. Он ожидал увидеть здоровенного амбала, но взгляд натолкнулся на мужичка средней комплекции. Коричневая замшевая жилетка на голое тело, и кожаные штаны. Густые черные брови, хитроватый прищур, бородка клинышком. Этот вполне мог быть и азербайджанцем, но больше, все-таки, походил на цыгана или еврея. «И откуда столько силы в нем? Ах, ну да, они ведь колдуны» .
– Привет, – улыбнулся силач. – Меня зовут Горри.
– Это я уже понял, – буркнул Артур, мельком взглянув на покрасневшую ладонь своей правой руки. К счастью, она была обожжена не слишком сильно. – А это кто с вами? – спросил Богданов, кивнув на стоявшую у двери третью участницу сверхъестественной делегации. Надо полагать, он видел перед собой тех самых «чудиков» , которых Алиса заметила, глядя в окно.
– Я Олеся, – девочка сделала книксен. – И если ты будешь себя плохо вести, я тебя съем.
– Ясно, – поняв, что ему едва ли удастся оказать успешное сопротивление, Артур опустился на корточки у стены и обхватил руками голову. – Убивать будете? Валяйте. Только не больно, если в вас есть хоть капля человечности.
– Во мне уж точно нет, – хохотнул человек в жилетке. «Горри, – подумал Зед. – Странное имя. Цыган, наверное. Слыхал я, что они мастера по части шарлатанства и шулерства, а кое-кто из них даже гипнозом владеет, но чтобы настоящая магия… Будь оно все неладно, почему же именно я?!» .
– Убивать? – длинноволосый на всякий случай наступил на пистолет. – В этом пока нет необходимости. Что там происходит? – «почтальон» указал на закрытую дверь спальни, из-за которой продолжало доноситься урчание Алисы.
Богданов нервно рассмеялся.
– Телевизор люблю смотреть! – ернически выкрикнул он. – По-моему, это я должен задать вам такой вопрос. Что, черт возьми, здесь происходит?!
– Ты бы поосторожнее с выражением «черт возьми» , – усмехнулся «цыган» .
– В комнате зомби, да? – спросил «почтальон» .
– Да, – Артур уже ничему не удивлялся. – Наверное, стоило бы спросить, откуда тебе это известно. Но мне почему-то кажется, что я и так догадываюсь.
– Кстати, было бы интересно выслушать твою догадку, – склонился над ним патлатый.
– Ты некромант, верно?
– Верно, – незваный гость выглядел слегка удивленным. – И у меня возникает встречный вопрос: откуда ты это знаешь?
Горри тронул мага за плечо.
– Помнишь, ты говорил, что у Яна есть помощники среди людей? – промолвил черт. – Так может, это – один из них?
– Эй! – поднял голову Завулон. – Я не понимаю, о чем вы говорите, но сразу могу сказать – впервые слышу про этого вашего Яна! Откуда я знаю, что ты некромант? – Артур посмотрел на волосатого. – Мне про тебя рассказала та самая девочка, что сейчас находится в спальне. Когда с ней еще все было в порядке. Это ведь ты сделал ее такой, сукин сын! – Зед пришел в ярость и попытался сбить незнакомца подсечкой.
Обычно от таких ударов уходят, подпрыгнув, но из опаски, что в типовой городской квартире это может привести к столкновению головы с потолком, Егор активировал заклинание левитации и просто поднялся на полметра в воздух. Жилец «нехорошей квартиры» в нелепой позе растянулся на полу. Горри тут же с размаху пнул его под ребра. Человек взвыл.
– Остынь, – Киреев плавно опустился на пол. Призыв его был обращен одновременно и к странноватому обитателю квартиры, и к рогатому напарнику. – Это сделал не я. Другой маг превратил ее в зомби.
– Что?! – Артур понял, что еще не разучился удивляться. – Значит, вас таких в городе много?
«А если рассуждать логически, так ничего странного в происходящем нет, – внутренне усмехнулся он при этом. – Раз уж я назвался Завулоном, стоило, наверное, предвидеть, что однажды встречу ребят, которые умеют все то, что делал он» .
– О, да! – первым на вопрос ответил Горри. – Представь себе, дорогой – помимо некромантов по ростовским улицам гуляют еще и самые настоящие черти!
– Не паясничай, – укоризненно посмотрел на него Егор. – Как тебя зовут? – спросил он, помогая Артуру встать.
– Завулон, – по привычке ответил тот.
– Завулон? – усмехнулся Киреев. – Знаешь, я знаком с одним человеком, который, в принципе, достоин носить такое имя. Только он уж точно не схватится за пистолет в момент опасности. Как тебя зовут на самом деле?
– Артур.
– Что ж, прекрасно. А я Егор. Теперь скажи мне, Артур – как здесь оказалась некросомнамбула?
– Кто?!
– Ну, зомби, – поправился Киреев, вспомнив, что стоящий перед ним человек вряд ли знает разницу.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:22 | Сообщение # 48
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Так вы, стало быть, из «Ночного дозора» ? – спросил Богданов прежде, чем начать рассказ. – Значит, все это правда?
– В глобальном смысле – да, – кивнул Егор. – Но информация, которую ты мог почерпнуть из художественной литературы, очень поверхностна. И еще – мы, скорее, из «Дневного дозора» , если уж проводить такие параллели. А теперь – не тяни. Рассказывай.
– Давайте присядем, – Завулон указал на дверь кухни. – Пиво будет кто?
– Ты, стало быть, у нас тоже не совсем простой гражданин, – произнес Егор, выслушав историю Завулона. – Гостей встречаешь со стволом в руке. Принимаешь участие в раскладах, которые заканчиваются большой кровью… Ну, положим, про то, что этот Гарик вчера превратился в зомби, ты не знал. Но ведь и сама история с запашком. Наверняка все было не совсем так, как ты рассказал.
Богданов промолчал. Говоря о том, каким образом панк оказался связан с погибшим Газизовым, он озвучил те же самые подробности, что и в беседе с самим Гариком: наказание насильника. Несмотря на экстремальность сложившегося положения, Артур не собирался выкладывать непрошеным гостям всю свою подноготную.
– Ну, да это уже не мое дело, – продолжил некромант. – Главное, что перед нами ты чист. Для тебя главное, – подчеркнул Егор. – Надеюсь, девчонка сможет поведать больше.
– И как же ты намерен с ней разговаривать? – недоверчиво поинтересовался Артур. – Она же мертвая! Только «гры» и «хры» .
– Будь она обычным живым мертвецом, – сказал Егор, и эти слова уже не показались Богданову бредом безумца, – ее пришлось бы уничтожить. Но речь идет о некросомнамбуле. Алиса не переживала физической гибели, она лишь обращена в зомби. Так что, вернуть ее в прежнее состояние будет довольно легко, я думаю.
– Ты серьезно? Ее действительно можно спасти? – Артур даже привстал.
– Мастер Егор еще и не такое может, – улыбнувшись, посмотрела на Богданова девочка.
«Так, эти двое – маги, а она кто? – поежившись от ее взгляда, подумал Завулон. – Демон? Оборотень? Вампир? Да, скорее всего, последнее. Бессмертная порочная тварь в теле невинного ребенка… Я видел такое в кино» .
– Егор, тебе понадобится помощь? – поинтересовался Горри.
– Сейчас – нет, – некромант встал, расстегнул «косуху» и вытащил из-за пояса магический жезл. – Тут, насколько я понимаю, работы на пять минут.
Открыв дверь Артуровой спальни, некромант сразу встретился взглядом с девушкой-зомби. Зрелище было не из приятных – пожалуй, даже похуже воскресших «гавриков» с кладбища.
Человеку, далекому от хитросплетений Темной волшебной науки, разница между простым зомби и некросомнамбулой может показаться не принципиальной – особенно, разумеется, в момент «близкого знакомства» с одним из этих существ. На самом же деле она достаточно велика.
«Созревший» в земле кладбищенский кадавр являет собой, по сути, слепок с личности человека, которым когда-то был. Но слепок этот вбирает в себя лишь негативные стороны характера, которые, в общем-то, и приводят к периодическому беспокойству на погостах. Встретившись с зомби, которого ты, возможно, знал при жизни, не стоит думать, что перед тобой все тот же старый знакомый, разве только мертвый. Нет, он давным-давно блуждает по тропкам иных миров или развеян на атомы в холодном вакууме. Мертвец же – всего лишь «пиратская копия» былого хозяина физической оболочки. Он обладает частично сохранившимися разумом, памятью, эмоциями, волей (правда, только в том случае, если «дозрел» до воскрешения самостоятельно, а не был поднят некромантом). Но это не значит, что зомби можно упросить не отгрызать тебе руку лишь потому, что некогда он был твоим другом или компаньоном по бизнесу.
Егор нисколько не сомневался, к примеру, в том, что куренной атаман Кирилл Анатский был при жизни добрым и благородным человеком. Но скверные стороны его натуры, которые длинноусый казак, быть может, и не проявлял никогда, сделали свое дело, превратив Уманский погост в омерзительный некропритон.
Сомнамбула же создается из живого человека, при помощи одного из самых жутких заклятий, запрещенных к использованию даже некромантам. Она ведет себя как своеобразный гибрид зомби и вампира. Большую часть времени сомнамбула остается с виду простым человеком – но человеком с очень большими «странностями» . Отсутствие дыхания и сердцебиения, полная неспособность воспринимать обычную пищу (которую без проблем могут есть те же вампиры) – вот по каким признакам можно вычислить того, кто подвергся действию заклятия. Время от времени его начинают мучить приступы дикого голода, утолить который нельзя ничем, кроме человеческой плоти. В такие моменты сомнамбула полностью теряет контроль над собой – как и большую часть сходства с разумным существом. Но, в отличие от все того же беспокойного мертвеца, она не терпит урона от солнечных лучей. И, если обитателю кладбища человеческое мясо помогает развивать скорость, ловкость и сообразительность, то некросомнамбула испытывает в нем регулярную потребность…
Насытившись, она вновь начинает выглядеть как один из тысяч спешащих по своим делам граждан. А без еды – попросту сгниет, превратившись через некоторое время в осклизлый ползучий комок плоти, который будет еще какое-то время скитаться по сточным канавам, а после окончательно канет в небытие.
Обнаженная девушка с неестественно бледной кожей и жутко изменившимся лицом, металась на цепи у окна. Рядом с ней, конечно же, находился красноватый призрак Грушницкого.
«А молодец Артур, не растерялся» , – подумал Егор, с ходу сообразив, откуда взялась сковывающая сомнамбулу «сбруя» .
Поскольку в данном случае речь не шла о физической смерти, от некроманта не требовалось особенных усилий по исправлению ситуации. Достаточно было простого заклятия воскрешения – но без сложных ритуалов, что сопутствуют ему, когда речь идет о возвращении к жизни настоящих мертвецов.
Й'АИ'НГ'НГАХ!
ЙОГ-СОТОТ!
Х'ИИ – Л'ГЕБ!
УАААХ!
Егор произнес волшебные слова, направив жезл девушке в грудь. Яркий зеленый луч устремился по направлению к телу Алисы. Когда заряд соприкоснулся с кожей, сомнамбула перестала дергаться и замерла, словно парализованная. В следующий миг она начала заваливаться вперед. Цепь натянулась. Егор поспешил к окну, чтоб расстегнуть ошейник – иначе потерявшая сознание девушка могла, сама того не осознавая, удавиться.
Если судить «по гамбургскому счету» , он тоже только что нарушил законы своего мира, обратившись к той ветви Темного мастерства, на которой лежала печать запрета. Егор, конечно, надеялся, что судить его никто и никак не будет. Но даже если до этого и дойдет – иерархи непременно учтут тот факт, что запрещенное заклинание было применено с целью спасения человеческой жизни. Сущности из Ковена Малаха – не чета российским государственным чиновникам, которые могут, к примеру, одним махом поставить вне закона всю пиротехнику в стране лишь потому, что какой-то долбоклюй выстрелил фейерверком в потолок во время вечеринки в ночном клубе.
Киреев расстегнул ошейник, вытащил изо рта девушки кляп. Оставались наручники. Можно было поискать ключ в комнате или спросить о нем у «Завулона» , но куда быстрее – открыть замок, воспользовавшись магией. Именно так Егор и поступил.
После, взяв бесчувственную Алису на руки, перенес ее на кровать и накрыл одеялом. Требовалось еще некоторое время, чтобы шок, вызванный заклятием воскрешения, прошел окончательно.
– Раз уж пошла такая пьянка, – сказал Завулон, обращаясь к Горри, – может, расскажешь мне побольше о том, кто вы такие? Я всегда думал, что владею достаточным количеством информации, чтобы спокойно жить на этом свете. Как оказалось, я ошибался.
«Цыган» был единственным, кто согласился составить ему компанию в распитии «Амстердама» . Олеся увлеклась изучением коллекции магнитиков, висящих на дверце холодильника.
– Это ты точно подметил, – усмехнулся черт. – А у тебя самого есть какие-нибудь предположения?
Зед уже не испытывал злобы по отношению к вторгшимся в его дом чужакам. Во-первых, они помогли ему решить невероятно сложную проблему, с которой Артур, вернее всего, никак не смог бы справиться самостоятельно. А во-вторых – это ведь, все-таки, были не менты и не какие-нибудь отморозки с «волынами» , а самые настоящие сверхусущества, о встрече с которыми каждый житель планеты Земля мечтает хотя бы в детстве. И разве не здорово, если спустя много лет к тебе, наконец, заглянет на огонек Росомаха или Человек-Паук?
«Значит, он не цыган, а еврей, – подумал Артур. – Это их излюбленная привычка – отвечать вопросом на вопрос» .
– Ну, как я понял, суть состоит в том, – прокашлявшись, сказал Артур, – что рядом с миром людей существует другой, населенный сверхъестественными созданиями, знакомыми нам по мифам и сказкам. И враждебный человеку.
– Насчет последнего ты не совсем прав, – покачал головой собеседник. – Мы не враги вам. Не ставим своей целью истребить или замучить как можно больше. Просто живем своей жизнью, а люди… Лично я уже привык не обращать на вас особого внимания. Кроме тех случаев, когда мне это бывает необходимо…
Последняя фраза прозвучала несколько зловеще. Зед не стал интересоваться, о какой же это «необходимости» идет речь.
– Мы не воюем с миром людей, – продолжил Горри. – И не прячемся от него, как об этом часто пишут в книгах, которые ты, как я понял, очень любишь читать.
– Не прячетесь? – Богданов приподнял бровь. – То-то я раньше о вас ничего не слышал.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:22 | Сообщение # 49
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Скрытность и осторожность вовсе не означают трусости, – промолвил Горри. – К тому же, попытки сближения были. Очень давно. Они закончились очень плачевно для тех, кто их предпринимал, – черт пожевал нижнюю губу. – Отношения между нашими сообществами не раз претерпевали серьезные изменения. На данный момент ситуация такова: мы, хоть и живем, фактически, среди людей, стараемся по возможности вас не трогать.
– Я заметил, – буркнул Завулон, потирая ушибленный бок.
– Не обижайся только, это непроизвольно вышло, – Горри состроил такую мину, точно и впрямь сожалел о случившемся. – Понимаешь, это моя первая боевая вылазка. Так-то я – обычный бармен.
«Ничего себе, бармены пошли» , – мрачно усмехнулся про себя Артур.
– Стало быть, ты – стажер в этой вашей «магической бригаде» ?
– Нет-нет-нет, – замотал головой Горри. – Я не стажер. Бригады никакой нет. Да я, в общем-то, и не маг. Мы – просто трое друзей, которые пытаются решить одну довольно неприятную проблемку. Потому с тобой у нас и получилось так… сумбурно. Работай здесь опергруппа Ковена – ты бы, наверное, и не заметил ничего. Просто – была девчонка, и нет ее. Рассказать кому – дебилом обзовут. Проще подумать – привиделось, поди.
– Погоди, но если ты не маг, то кто? – Зед вперил в лицо сидящего напротив пристальный взгляд. – Вервольф? Вурдалак? Или, может быть, демон?
– Демон? – переспросил Горри. – Тепло, я бы даже сказал, горячо. Как в Аду просто. Я черт.
– Никогда бы не подумал, что черти выглядят именно так, – ухмыльнулся Артур.
– И правильно. Ибо на самом деле мы выглядим вот так, – Горри сбросил личину, представ перед человеком в своем настоящем облике.
Пальцы правой руки атеиста Артура Богданова рефлекторно сложились в щепоть. Но креститься он все же не стал.
– Мать моя женщина, – только и смог произнести Зед.
– Все гораздо сложнее того, что можно найти в популярной литературе, – сказал рогатый. – Дело не ограничивается оборотнями, вампирами, и магами, способными перекидываться в демонов и драконов. Последние два вида прекрасно существуют сами по себе. Также у нас есть домовые, лешие, кикиморы, тролли, горгульи, циклопы, и много кто еще.
– Упырей забыл, – сказала Олеся, оторвавшись от созерцания разноцветных фигурок на белой поверхности.
– Да-да, конечно, – спохватился Горри. – И упыри.
– А чем упыри от вампиров отличаются? – ляпнул Артур.
– Ты действительно хочешь познать эту разницу? – улыбнулась девочка. Во рту у нее сверкнули остренькие клыки.
– Вы не враждебны людям, – поспешил напомнить Богданов.
– Ни в коем разе, – заверила малявка. – Я просто пью вашу кровь.
– Мы не враждуем с людьми, – промолвил Горри, – но это вовсе не означает обратного. Мы смогли подчинить себе наши инстинкты и перестали проявлять агрессию. Люди – нет. При встрече нас, как правило, стараются уничтожить. Но это мало кому из людей под силу. Скрываясь, мы не себя оберегаем от вас – скорее, наоборот. Кстати, кое-кто из ваших правителей – президенты, губернаторы и даже некоторые мэры – довольно много знают о нашем мире. Порой они даже сотрудничают с нами, чтобы получить голоса на выборах, или замять последствия какого-нибудь неприятного инцидента, – рогач прервался, чтобы выпить пива.
– Стоит упомянуть еще кое о чем, – сказал он через минуту. – Мы, Темные Сущности – не единственные обитатели волшебного мира. В нем и без нас найдется, кому доставить проблемы человечеству. Темные и Светлые соблюдают нейтралитет в отношениях с вашей цивилизацией. О Черных и Белых того же сказать нельзя…
– Но разве это не одно и то же? – удивился Артур. – Если брать, например, все те же книги – там рассказывается либо о Темных и Светлых, либо о Белых с Черными. Я всегда думал, что это лишь приоритеты конкретных авторов, а по сути все едино. Разве не так?
– Ты ошибался, – коротко и ясно ответил Горри. – И писатели-фантасты тоже. Существует четыре «цветовых» принадлежности. И разница между теми из них, что кажутся тебе идентичными, на самом деле огромна. Приняв Белого мага за Светлого, можно крупно пожалеть об этом. Если, конечно, будет кому жалеть…
– А Сатана существует? – Артур сменил тему. Различия между кастами волшебников не показались ему чем-то, заслуживающим внимания.
– Ну да, о чем же еще можно спросить у черта, как не о делах на работе? – усмехнулся Горри. – Сатана… Если говорить о владыке Ада, восседающем на троне из человеческих черепов, в окружении языков пламени – то такого Сатаны, конечно, не существует. Но есть Сат-тана Ис'харинн, – в миг, когда Горри произнес эти слова, глаза его подернулись странной пеленой, будто черт погрузился в мечты. – Земля обетованная для всех инфернальных Сущностей. Мир первородной, изначальной Тьмы. Правда, находится он очень далеко отсюда, и даже никто из моих знакомых демонов не был там. Скорее всего, имя Божьего супостата, используемое в самых древних фантастических книгах, произошло именно от этого названия. Им часто ошибочно называют Люцифера. Вот он-то как раз и есть – владыка Ада, восседающий на троне из человеческих черепов, в окружении языков пламени.
– Но если существует Люцифер, – перейдя на полушепот, вымолвил Артур, – то, значит, есть и… – взгляд Завулона устремился к потолку.
– Давай не будем сейчас о Нем, – вздохнул рогатый собеседник. – Не потому, что я черт. Просто это очень уж серьезная тема. Не хватит и целого дня трепотни, чтобы приблизиться к ее сути.
– Пьете, да? – на пороге кухни возник Егор. – Все пьете и пьете. Пьете и пьете. Пьете и пьете. Думаете, может – кончилась Россия? Нет, ребята. Все только начинается…
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:23 | Сообщение # 50
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 20

Цейтнот?
Девушка задрожала всем телом и открыла глаза. Увидев рядом незнакомого мужчину, она вскочила, но тут же, осознав, что на ней нет ни ниточки одежды, снова запрыгнула на кровать и закуталась в одеяло?
– Кто ты? – спросила Алиса, испуганно глядя на Киреева. Ответить он не успел – из девчонки мгновенно посыпались новые вопросы: – Что со мной было? Где Зед?
– Завулон, что ли? Он на кухне, – сказал некромант. – Меня зовут Егор. А что с тобой произошло – об этом ты должна помнить.
– Я… помню, – произнесла Алиса, помолчав с полминуты. – Но… разве это был не сон?
– К сожалению, нет. Вспомни о том, где ты побывала вчера.
– У некроманта. Господи… Так значит, он… – девушка вдруг резко замолчала.
– Да, – кивнул Егор. – Он тебя заколдовал. Ты превратилась в зомби.
– Поверить не могу, – потрясенно прошептала Алиса. – А ты, выходит, расколдовал меня, так? Ты добрый волшебник, да?
– Добрый волшебник… – Киреев встал и подошел к окну. – Вот уж не думал, что меня когда-нибудь станут так называть. Вообще, зачем все эти ярлыки? Добрый, злой, Светлый, Темный… Я честный, вот что главное-то. Перед тобой, если хочешь знать, стоит еще один некромант, – Егор повернулся к кровати.
– Значит, среди вас есть «хорошие парни» ? – хихикнула девчонка. Ну да, после шока, который она только что пережила, поведение Алисы никак не могло быть полностью адекватным.
– Наоборот. Среди нас есть «плохие парни» . Как раз с одним из них ты вчера и повстречалась. Тебе, наверное, еще повезло. Думаю, все могло закончиться гораздо хуже. Но это уже не имеет значения. Мне нужно поговорить с тобой о вчерашних событиях.
– Можно я хотя бы оденусь? – она, похоже, начала понемногу приходить в себя. Ну а что ей, всю жизнь теперь всплескивать руками и причитать: «Ой, да как же это? Да не может такого быть!» . – Отвернись, ладно?
На лежавшую подле кровати одежду девчонки Егор, войдя, не обратил внимания. Теперь же, когда Алиса, облачившись, сказала, что он может повернуться, некромант увидел перед собой типичную представительницу новомодного молодежного движения «эмо» . Свитер в черно-розовую полоску и покрытые множеством нашивок джинсы, которым искусственно был придан вид изодранных и поношенных. А также милые носочки-перчатки, выдержанные в той же цветовой гамме, что и свитер.
«Странно, – подумал Егор, – вроде, среди неформалов магией и мистикой интересуются преимущественно готы. Как же ее к Яну-то занесло?» .
– Итак, – сказал Киреев, присев на подоконник, – что конкретно происходило вчера в доме на улице Нансена?
– Все только начинается, – промолвил он пятнадцатью минутами позже, вернувшись на кухню. – Горри, Олеся, идемте. Нам нужно ехать дальше.
– А как же хумансы? – повернулся к некроманту черт.
Тут только Егор заметил, что его рогатый товарищ сидит за столом в своем исконном облике. Сперва маг даже не придал этому значения, ведь для него-то во внешнем виде черта уже давно не было ничего необычного.
– А, ты раскрылся, – Егор почесал в затылке. – Да, пожалуй…
– Ой, кто это?! – пискнула сзади вышедшая из спальни Алиса. Егор развернулся, взял девушку за руку и завел на кухню.
– Это Хеллбой, – сказал он. – Мы же команда суперменов, не забывай.
– А я – девочка-нетопырь, – улыбнулась Олеся.
– Пожалуй, нам стоит что-нибудь с ними сделать, – закончил свою мысль Киреев.
Повисла пауза.
– Братан, а может, ну его, а? – вяло запротестовал Завулон. – Может, не надо, а? Как-то еще пожить хочется, да и потом – мы же вам ничего плохого не сделали. Или вы настолько уж Темные, что и за просто так укокошить можете? Получается, ты мне врал? – Зед укоризненно взглянул на Горри.
– Нет! – возмутился черт. – Вот те кре… мое честное слово.
– Успокойся, Артур, – Егор покачал в воздухе ладонью. – Речь идет не о физическом устранении. Но лишние разговоры – они нам совершенно ни к чему. Сам должен понимать.
– Да не вопрос, – у Богданова отлегло от сердца. – Буду нем, как рыба. Немее рыбы даже. И Алиска не разболтает. За этим я прослежу.
– Эх, если бы все было так просто, – покачал головой Егор. – Слова всегда остаются не более чем словами. Нужны гарантии, но как я могу их получить? Думаю, проще будет стереть вам память.
– Не надо! – Алиса вдруг упала перед некромантом на колени. – Пожалуйста, дядя Егор, не надо!
– Так, это еще что за цирк? – нахмурился Киреев. – А ну-ка встань! И попрошу без «дяди Егора» .
– Я не хочу об этом забывать, – сказала эмо-девушка, поднявшись. – Это… Это ведь самое яркое впечатление всей моей жизни! Такое может больше никогда не повториться. То есть, я и не хочу, чтобы это повторялось, но… после того, что было, так не хочется, чтобы жизнь снова стала обычной… как у всех, – под конец она даже всхлипнула.
– Знаешь, а я ведь с ней согласен, – сказал Артур. – Жить, зная, что менты и прокуроры – не самые опасные ребята, было бы куда удобнее.
– Ох, непростой ты все-таки товарищ, – произнес Егор, сделав определенный вывод из последней фразы Завулона. – Колись, под кем ходишь? Так, для общего развития. В прокуратуру я тебя не потащу.
– «Барсы» , – неохотно признался Зед. Алиса бросила на него полный изумления взгляд. Вот, оказывается, какой «гуру» посвящал ее в готы…
– Понятно, – кивнул Егор. – Самая крутая бригада в городе.
– Как я теперь понимаю – нет, – усмехнулся Богданов.
– Ладно, сейчас подумаю, как с вами быть, – Киреев обхватил ладонью подбородок.
– Кажется, я знаю, – кашлянув, сказал Горри.
– И? – Егор вопросительно воззрился на него.
– Некоторые особенности моей натуры, – вкрадчиво заговорил черт, – позволяют мне заставить людей молчать, не прибегая к насилию. Так что, я мог бы, наверное, воспользоваться сейчас этим способом.
– Ну, давай попробуем, – пожал плечами Егор.
– Отлично, – Горри щелкнул пальцами, и в воздухе над столом возникли два густо исписанных пергаментных листа. Егор мгновенно догадался, что это. Ну а чего ж еще можно было ожидать от черта?
Горри взял листы и протянул один из них Артуру, а второй – Алисе.
– Это – слегка видоизмененная форма договора о сделке купли-продажи души, – сказал черт. – Согласно документам, которые вы держите в руках, ваши души перейдут в мою полную собственность, если вы расскажете кому-нибудь, не принадлежащему к волшебному миру, о том, что узнали сегодня.
Отбарабанив условия, Горри по очереди хитровато взглянул на каждого из людей.
– Ну что, согласны?
– Так-так-так, подожди, – Завулон пробежался взглядом по пергаменту. – А друг с другом мы разговаривать об этом можем? Что-то я не вижу здесь такого пункта.
– Рогатого ничто не исправит, – вздохнул Егор.
– Я забыл, – осклабился черт. – Спасибо, что напомнили.
Еще один щелчок пальцев, и в договорах появились нужные строчки.
– Подписать нужно кровью, – сказал рогатый.
– Руки резать, что ли? – возмутилась Алиса. – Как… как… даже слова-то подходящего не подберешь!
– Забудь об этом мракобесии, – отмахнулся Горри. – Такое теперь только в средневековых легендах и встретишь. А уж с тех-то пор инфернальные технологии сделали поистине гигантский шаг вперед. Вот! – черт извлек из кармана жилетки толстую черную ручку с золотым пером. – «Гарри Поттера» смотрели? Так вот, у этих фильмов довольно много общего с реальностью.
– Это уж точно, – усмехнулся Завулон. – Не удивлюсь, если окажется, что реальность даже более зрелищна, чем фильмы про мальчика Гарри.
При звуке имени «Гарри» Егор подумал, что уходить отсюда пока рановато. Нужно было попробовать выяснить, где может находиться еще одна некросомнамбула, созданная из панка Гарика… Он, наверное, и так смог бы это определить – ведь именно к омертвленному панку, скорее всего, и была привязана третья часть расщепленной ауры Яна.
– Так что делать с ручкой? – спросил Завулон.
– Просто бери и подписывай, – пожал плечами Горри. – Должен сразу предупредить – будет немножко больно.
– Девок будешь предупреждать, – буркнул Артур.
Положив лист пергамента перед собой на стол, он взял ручку. В тот момент, когда Артур принялся выводить на документе свою подпись, лицо его исказила гримаса боли. А на левом предплечье мужчины проступил кровоподтек, имевший очертания миниатюрной фигурки кривляющегося черта.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:23 | Сообщение # 51
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Ну а это можно считать моей подписью, – сказал Горри.
Вслед за Артуром расписалась в бесовской бумаге и Алиса. Тоже поморщилась от боли, а после закатала рукав свитера, чтоб посмотреть на руку. На коже девушки также алел рогатый силуэт.
– Voilas, – удовлетворенно произнес Горри. – Все, Егор, от этих двоих подвоха можно больше не ждать. Теперь можем ехать.
– Подожди, – промолвил Киреев. – Нужно еще кое-что разузнать.
Через полчаса Темный «отряд превентивного реагирования» вновь находился в доме Киреева. Перед тем, как остановиться во дворе, Горри по просьбе Егора несколько раз объехал вокруг квартала. Стычка с кубанскими мстителями в планы некроманта пока что не входила. Он понимал, что рано или поздно ему придется встретиться с ними на «узкой тропинке» , и уже прикидывал, как будет решать эту проблему. Но не сейчас, ради всего проклятого, не сейчас!
Рейд, из которого они сейчас вернулись, можно было назвать удачным. Во-первых, превращена обратно в человека одна из некросомнамбул. Во-вторых – получена информация об еще одной созданной Яном твари. В мобильнике Алисы нашлись несколько сделанных на сходке фотографий Гарика, которые девушка через Bluetooth перекинула на телефон Егора. Осталось распечатать их и задать полученному от Мальгедорна гаджету новый поиск, с целью определить точное местонахождение живого трупа с ирокезом на голове.
Но… еще по пути домой Егор почувствовал – что-то очень важное все-таки ускользнуло от его внимания. Связано это было все с теми же точками на электронной карте Ростова. Четыре части расколотой ауры Яна Грушницкого находятся в четырех разных районах города. Одна из них все еще привязана к Алисе, другая – закреплена за мертвым панком, третьей же владеет сам мятежный некромант. Ну а четвертая? Та, которую Киреев видел в «Макдоналдсе» …
Неужели она функционирует сама по себе?
Сейчас, занимаясь распечаткой фотографий, Егор снова размышлял над этим. Довольно скоро ему удалось нащупать верное направление…
– Черт! – Киреев хлопнул себя по коленке.
– Чего? – откликнулся из гостиной Горри.
– Это я в общем, – Егор взял снимки и вышел к друзьям. – Мы, похоже, кое-что упустили. Точнее, не мы – лично я упустил.
– И что же? – полюбопытствовал рогатый.
– Астральный двойник Яна в «Макдоналдсе» , – Киреев присел на стоявший посреди комнаты стул. – Он был там не один. То есть, двойник-то как раз был один. Но – привязанный к какому-то человеку. Вот человека этого я как раз и проглядел…
– Еще одна сомнамбула? – подал голос домовой?
– Не думаю, – покачал головой некромант. – Вспомните, мы с самого начала сфокусировались на Яне Грушницком как на центральной фигуре ситуации. Ну, в целом-то, он и является такой фигурой. Но ведь Ян – не единственный ее участник. Есть еще старый колдун, которого он воскресил.
– Думаешь, это он был в закусочной? – спросила Олеся.
– Да. Я даже видел его. Но не смог распознать. А это значит, что он сильнее меня.
– И как мы должны теперь действовать? – поинтересовался черт.
– Весьма вероятно, Ян как раз и поручил осуществление своего плана этому колдуну, – проговорил Егор. – И если это так, то… раунд в «Макдоналдсе» нами проигран. Зелье подмешано в пищу.
«Вот, стало быть, почему он ничего не ел. Купил еду специально для того, чтобы добавить туда смертоносную дрянь. В «Макдоналдс» часто заходят голодные попрошайки… Да мало ли кто может взять с незанятого стола халявный чизбургер или стакан с колой? После этого колдуну останется лишь прочесть заклинание, стоя рядом с любителем бесплатного сыра. Блин, прямо фантастический роман писать можно – «Чизбургер чернокнижника» . Хотя, почему фантастический?«.
– Но почему проигран?! – привстав, возмущенно воскликнул Горри. – Мы можем вернуться туда и положить этому конец!
– Увы, не можем, – покачал головой Егор. – Если кто-то принял зачарованную пищу, эти люди уже давно разошлись по своим делам. И определить их местоположение мы не сможем, даже будь у нас два десятка адских машинок. Без объявления тревоги не обойтись. Чтобы Ковен пошел на это, придется тщательно все разъяснить. А в этом случае… я умру, – подытожил Киреев.
– Так что же нам делать? – впервые за все время их операции лицо черта приобрело довольно кислое выражение.
– Остался только один вариант, – а лицо Егора казалось сейчас высеченным из камня. – Видит Тьма, я этого не хотел. Если город действительно наводнен замаскированными мертвецами, нам нужно найти и убить Яна Грушницкого. После этого все чары, осуществленные им, либо с его подачи, исчезнут сами собой.
Никто из троих нелюдей не проронил ни слова. Все понимали, как нелегко приходится сейчас некроманту. Даже самые искренние и теплые слова поддержки не помогли бы ему, а лишь сделали больнее.
– Подожди, – на лице черта появилось вдруг выражение счастливого озарения. – Мне кажется, что можно обойтись и без лишних убийств. Ведь если ритуал превращения выполнял воскрешенный колдун, то нам достаточно будет уничтожить его, чтобы развеять чары.
– Возможно, – проговорил Киреев. – Да, наверное, стоит попробовать. Только сначала нужно его найти, – Егор достал гаджет и принялся изучать карту. – Проклятье! – вырвалось у некроманта через несколько минут.
– Что такое? – насторожился Горри.
– Одна из точек исчезла, – оторвавшись от экрана, недоуменно произнес Егор. – Их осталось три. Одна – по-прежнему в доме Яна. Вторая – в квартире Артура. Ну, с ней понятно – это Алиса. А третья проекция почему-то находится в… морге на улице Евдокимова.
– Что могло случиться? – спросила Олеся.
– Один из носителей ауры спрятался в под-реальности, – сказал Киреев. – Вариантов только два – это либо сам Грушницкий, либо колдун. Сомнамбулы на такое просто не способны. Так-так-так, – спрятав прибор, некромант положил руки на колени и сцепил пальцы в замок. – Давайте обратимся к голой логике. Точка, что находится в доме Яна, так и не сдвинулась с места. Это не может быть и колдун – его я видел в «Макдоналдсе» . Значит, именно Ян все еще спокойно сидит дома, надеясь исполнить свою задумку чужими руками. Итак – колдун ушел в под-реальность, а где находятся девушка и Грушницкий, мы знаем. Остается панк. Стало быть, в морге именно он. Но почему? Присутствие там некроманта можно обосновать – поперся воскрешать трупы. А этот… Его-то за каким хреном к жмурикам понесло?
– Я, кажется, догадываюсь, – пощипывая себя за бороду, сказал Горри. – Его ведь могли убить. Представь себе – парень обезумел и стал бросаться на людей прямо на улице. Тут-то его и подстрелили доблестные служители закона.
– Что ж, такое вполне возможно, – кивнул Егор. – И, если ему попали в голову, то мы, можно считать, избавлены еще от одной лишней проблемы. Тут уж все как в кино – смерть мозга означает конец существования некросомнамбулы. Так, – некромант вновь достал гаджет Мальгедорна, – начинаем работать. Дормидонт, выйди, пожалуйста, в Интернет и посмотри все криминальные сводки за день. А я на всякий случай проверю, где сейчас Гарик.
– Есть! – домовой спрыгнул с дивана и побежал в кабинет. Егору же, чтоб осуществить задуманное, понадобилась помощь Горри – тот уже показал, что умеет хорошо ориентироваться в технических возможностях приборчика. Как оказалось, гаджет вполне способен функционировать в нескольких режимах, одновременно отслеживая перемещения нескольких людей или Сущностей. Произведя ритуал, направленный на обнаружение Гарика, Егор убедился – именно панк-убийца находится в данный момент на территории городского бюро судебно-медицинских экспертиз.
А буквально минутой позже подтвердилась еще одна догадка. Правда, того, что случилось с Гариком на самом деле, ни маг, ни черт не ожидали…
– Есть новости, хозяин, – вышел из кабинета Дормидонт. – Несколько часов назад молодой ростовчанин покончил с собой, бросившись под поезд. Опознан как Игорь Баринов. В новостях сказано, что погибший принадлежал к неформальному движению панков. Останки доставлены в морг на улице Евдокимова.
– Игорь, значит, – промолвил некромант. – Ну да, Гариками чаще всего как раз Игорей и называют. Панк, Евдокимова… Все сходится, ребятки. Этот пункт можно смело вычеркивать.
– Значит, наконец, будет драка? – Горри заметно повеселел.
– Да, – кивнул Егор. – Вероятнее всего – да.
– Горри, а почему, собственно, ты так рвешься в бой? – поинтересовалась Олеся. – Вроде бы, ты не производишь впечатления агрессивного черта.
– От своих секретов не держу, – широко улыбнулся рогатый. – Я надеюсь заполучить душу Яна Грушницкого. Раз уж он пошел по Черному пути, то я имею на это право. Не знаю, конечно, удастся ли, но если выгорит… ого-го! Душа волшебника – очень существенный вклад в чертову копилку. Это, считай, сотня обыкновенных.
– А зачем вообще чертям нужны человеческие души? – задала упырица следующий вопрос.
– Для того чтоб попасть в заветный край Сат-тана Ис'харинн, – пояснил Горри. – Собранные души – своего рода вступительный взнос.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:23 | Сообщение # 52
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 21

Житие несвятого
В однокомнатной квартире многоэтажного дома на улице Еременко сидел перед экраном компьютера донельзя невзрачный человек. Даже после десяти подряд встреч на улице его физиономия вряд ли запомнилась бы кому-либо. Людей, принадлежащих к такому типажу, часто называют «идеальными шпионами» .
Однако при более пристальном взгляде на лицо обитателя квартиры становилось ясно – он, все же, не простой человек.
А очень и очень злой.
Но злость, изменившая бывшую некогда вполне безобидной наружность, не бросалась в глаза, как, например, у поднявшегося на ринг бойца из подпольного чемпионата. Она была затаенной, словно бы замаскированной. Более всего человек походил на подвальную серую крысу, которую хозяева дома поймали и заперли в клетку, пытаясь перевоспитать. Животное охотно принимает от них еду, но готово в любой момент вцепиться зубами и в саму кормящую руку…
Звали его Илья Шелудько. В возрасте двадцати девяти лет он выглядел на все сорок пять. Во-первых, в силу давнишней дружбы с бутылкой, а во-вторых – из-за терзавшей душу ненависти ко всем вокруг. Если бы Илья хоть раз поведал людям, с которыми более-менее регулярно общался, что он на самом деле о них думает, и чего им желает… его, вероятно, утопили бы в Дону. В лучшем случае пришлось бы здорово потратиться на оплату медицинских услуг.
Но Шелудько прекрасно понимал, что ему – тщедушному, робкому, попортившему и без того не слишком крепкое здоровье в заведомо проигрышной схватке с «зеленым змием» – не выстоять против мира, полного врагов. Поэтому еще в подростковом возрасте Илья выработал для себя подходящую стратегию выживания. Заключалась она в том, чтобы любыми средствами добиться расположения тех, в чьей тени можно будет спокойно грызть свой подножный корм. А во-вторых – даже намеком не выдавать своего истинного отношения к обществу. Первое удавалось ему очень успешно. Но вот второе – не всегда.
Время от времени Шелудько срывался, демонстрируя свой тайный крысиный оскал людям, которые, как ему казалось, находятся в безвыходном положении, а потому не смогут отомстить. В такие моменты он «оттягивался» по полной программе, нанося жертвам гнуснейшие оскорбления. Но и при этом Илья не забывал подстраховаться – мерзкие эскапады происходили, только если рядом с ним находились двое-трое приятелей с мускулами покрепче.
Но далеко не все в этой жизни складывается так, как люди того хотели бы. Некоторые из оплеванных Шелудько и впрямь оказались в итоге на самом дне жизни, а кое-кто и вовсе ее покинул. Но несколько человек, которым Илья нанес когда-то обиду, сумели выкарабкаться из житейского болота и добились довольно высокого положения в обществе. Каждый из них при желании мог разыскать подлеца и раздавить его, как клопа.
В день, когда Шелудько узнал об этом, у него начало дергаться левое веко. Он-то, привыкший плыть по течению и всех судить по себе (именно поэтому Илья был твердо уверен в том, что окружающие ненавидят его так же, как он – их), даже представить себе не мог, что другие люди способны прикладывать множество усилий для того, чтобы чего-то добиться в жизни.
Осознание того факта, что сразу несколько влиятельных персон способны осуществить в отношении него весьма неприятные действия, на некоторое время превратило жизнь Ильи в настоящий кошмар. Он даже уволился с работы, поскольку сведения о его причастности к вполне конкретной организации можно было с легкостью найти в Интернете.
По профессии Шелудько был журналистом. Следующие несколько месяцев он работал только внештатно, подписываясь псевдонимом. В результате, из-за постоянной нехватки денег, от Ильи со скандалом ушла жена.
Спустя еще пару месяцев, убедившись, что его, похоже, никто не ищет, Шелудько вновь устроился на постоянную работу. Правда, его настоящая фамилия на газетных страницах больше не появлялась. А в память о пережитом стрессе остался не проходящий нервный тик, из-за которого Илья в конце концов получил прозвище «Мигалка» .
Хоть Шелудько и стал после этого осторожнее во сто крат, его желание делать гадости никуда не делось. Напротив, оно усилилось. И настоящим спасением для Ильи стал в этом деле Интернет. Накопив денег на подключение, он погрузился в виртуальный мир настолько, что первые несколько недель даже забывал прикладываться к бутылке. Разумеется, Шелудько занимался здесь своим излюбленным делом – причинением зла.
Зарегистрировавшись на более чем пяти сотнях сайтов, он тысячами строчил ядовитые комментарии в адрес других пользователей и плодов их деятельности.
Илья и сейчас был занят именно этим, ожидая, когда в комнате появится единственный человек, к которому он не испытывал ненависти.
Правда – лишь потому, что слишком силен был страх, который тот внушал Шелудько.
Именно этот человек не так давно подарил Илье надежду на избавление от тесных оков прежней гнусненькой крысиной жизни.
Ведь тщательно скрываемая ненависть к окружающему миру была не единственной тайной, которую носил под сердцем Мигалка.
Несмотря на свою внешнюю серость и общую «обычность» , Илья сумел в определенный момент понять: мир не совсем таков, как можно думать, ориентируясь на знания, полученные в школе или в семье.
Не поддающиеся логическому анализу надписи на стенах. Загадочные фразы, произносимые случайными собеседниками в барах. Невероятные совпадения, происходившие с ним самим или с другими людьми. Сны, толкования которых Илья не смог обнаружить ни в одном соннике. И донельзя странное поведение некоторых людей, в особенности – высокопоставленных чиновников, у которых Шелудько доводилось иногда брать интервью. Более странное, чем если бы они скрывали некие личные тайны, или же были сумасшедшими…
Все это, в конце концов, убедило парня: существует нечто, надежно скрытое от огромного большинства людей. И оное «нечто» занимает довольно-таки обширный пласт реальности – ведь обрывки информации о нем поступают из множества разных источников, значительно удаленных друг от друга во времени и пространстве. Данных, которые Шелудько успел собрать, хватило, чтобы понять, в каком направлении нужно двигаться. Невзрачный низкорослый человечек, приехавший в южную столицу из глухого деревенского захолустья, совершил открытие, к которому ни на шаг не приблизился великий академик Лихачев.
Мир магов, вампиров, демонов, и прочих сверхъестественных существ точно так же реален, как пустой холодильник под конец месяца. Несмотря на то, что своими глазами он никогда не видал ни одного настоящего волшебника или кровососа, Илья отчетливо понимал в тот миг – они есть. И гораздо ближе, чем можно себе представить.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:23 | Сообщение # 53
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Как еще объяснить жуткие убийства, настолько кровавые, что их не спишешь ни на маньяков, ни на самых отмороженных сектантов? Или исчезновения людей с последующим их возвращением через несколько лет, но уже… без памяти? И многое, многое другое из того, что он успел узнать, побывав сотрудником нескольких городских газет…
Итак, о существовании тайного мира он теперь знал, хоть знание его и не было проверено опытом. Оставалось найти дорогу в этот волшебный мир.
Зачем? О, в мыслях своих Илья не раз вел на эту тему диалоги с самим собой. Долгие часы уходили на перечисление того, что он сделает, когда получит силу, как у невидимых ходоков по тайным тропам. Или – если очень уж повезет – получит в услужение кого-то из них самих.
Это будет потрясающая возможность отомстить за собственную ущербность всякому, кто осмелится косо посмотреть в его сторону…
За время, проведенное в Ростове, Шелудько обзавелся множеством знакомых, так или иначе связанных с миром магии. Но не той, высшей, до которой он стремился добраться, а гораздо более приземленной, но как раз в силу этого – доступной почти что каждому человеку. Биоэнергетика, экстрасенсорика, гадания, ритуалы… Стоит лишь начать искать в себе такие способности, развивать их – и ты сделаешь первый шаг к заветной двери, о существовании которой покамест лишь догадываешься…
Нужно было найти учителя.
И среди тех, кого Илья Шелудько знал лично, подходящий человек был.
Прочие «адепты» по разным причинам не устраивали Илью. В ком-то из них Шелудько сразу распознавал шарлатанов или же просто неадекватных личностей, обманывающих, в первую очередь, себя самих. Иных же он отвергал потому, что они подходили к предмету исключительно с позиций добра и справедливости, в то время как сам Илья был готов добиться своего любыми способами.
Идеальным вариантом стал «вечный студент» исторического факультета РГУ, Алексей Лисовский, с которым Илья познакомился еще в общежитии, до своего первого отчисления из университета. В определенных кругах Ростова Алексей был известен под кличкой «Гэндальф» …
Там, в общежитии, с Лисовским приключилась пренеприятнейшая история, после которой Алексей приобрел в городе весьма зловещую славу. Отголоски ее докатились до самой Москвы, где отозвались скандальной публикацией в желтой газетенке. «Спалить весь Ростов к чертовой матери!» , – звалась та статья. А началось все с пожаров в ряде комнат кампуса. Они случались с периодичностью раз в неделю, а под конец в одном из крыльев выгорела целая секция.
Главным подозреваемым по «жаркому» делу проходил как раз Гэндальф, к тому моменту уже имевший репутацию социопата и сатаниста. Доказать его вину не удалось, но из общежития Лисовского на всякий случай выгнали. С тех пор он жил в съемной комнате на извилистом переулке близ побережья Дона.
Следователям стоило копнуть поглубже, ведь повинен в поджогах был, все же, не кто иной, как Гэндальф. Правда, творил он мерзости чужими руками – комнаты поджигал загипнотизированный Лисовским студент-лингвист Сурен. Он проходил по делу в качестве свидетеля, но никто даже мысли не мог допустить о том, чтобы подозревать молодого армянина – ведь самой первой сгорела комната, в которой проживал он…
Эту тайну Лисовский открыл Илье значительно позже. Откровению предшествовали несколько месяцев, прошедших в атмосфере, напоминавшей, должно быть, ту, что царила в домах Елены Блаватской и Алистера Кроули.
С поправкой на современные российские реалии, конечно.
Именно в Гэндальфе Шелудько сумел увидеть человека, очень близко подошедшего к границе, отделяющей область низшей магии от пропитанного сочными флюидами тайного мира, попасть в который так мечтал Илья.
Впрочем, эпитет «низшая» в отношении магии никогда не означал чего-то презренного или скверного. Слово это являлось не более чем обозначением ступени развития. Никому ведь не придет в голову ругать и порицать новорожденного младенца только за то, что он появился на свет несколько минут назад.
Наиболее «продвинутых» экстрасенсов и колдунов-ритуальщиков вполне уже можно записать в одну категорию с некоторыми героями фантастических фильмов. Овладев умением внутренней концентрации, да используя кое-какие вспомогательные средства, человек приобретает способность становиться незаметным на улице, двигаться сверхъестественно быстро, гипнотизировать собеседников, и делать еще много вещей, недоступных большинству окружающих. Немало таких «суперменов» среди мастеров восточных единоборств. Некоторые из них могут даже подниматься ненадолго в воздух, или исчезнуть вдруг, чтоб тут же появиться за спиной у противника.
Но все это – еще не магия, а лишь предел человеческих возможностей. Даже сами асы каратэ и кунг-фу, или прославленные экстрасенсы, не относятся к тому, что умеют, как к чему-то очень уж сверхъестественному.
Однако именно для таких, как они, бывает, приоткрываются двери, ведущие дальше, на совершенно новый уровень развития. Правда, чтобы попасть туда, одних лишь способностей мало. Требуются, во-первых, страстное желание и умение грамотно заявить о нем. А во-вторых – и тут уж как повезет – нужно, чтобы там, на другой стороне, тебя сочли достойным…
И если умениям Шелудько рассчитывал научиться у Гэндальфа, а желание его было, считай что осязаемым, то по последнему пункту наличествовали серьезные проблемы. Ведь сам Илья, в отличие от многих подобных ему желчных натур, все прекрасно о себе понимал. Он не был тщеславен – и как раз поэтому крайне редко изливал наружу потоки переполнявшей его душу ядовитой скверны.
Но способ обойти законы существовал. Шелудько смутно представлял себе структуру той области мироздания, в которую стремился, но догадывался при этом – среди ее обитателей есть и те, с кем вовсе не обязательно разговаривать с позиций благородства и чести. Отъявленные злодеи с прокаженными черными душами – уж в этом-то Илья кое-что понимал.
Именно по этой причине он выбрал себе в наставники Лешку-Гэндальфа. Тот, хоть и заявлял во всеуслышание о своей нереальной верности идеалам всепобеждающего добра и любви к ближнему, не был на деле чужд использования самых жестоких методов, на которые только был способен. Платная порча «на заказ» являлась одной из самых невинных шалостей, которыми промышлял Гэндальф…
Ну а еще одной – не столь существенной, правда, причиной, по которой Илья избрал именно Лисовского, был рост Алексея. Меньше даже, чем у самого Шелудько.
Проблем с «поступлением в ученики» не возникло – Лисовский ведь давно знал Илью и, разумеется, видел в нем родственную натуру. Как оказалось, к тому моменту вокруг Алексея уже сформировалась «группа товарищей» , желавших возвыситься над окружающими при помощи магии. Правда, никто из членов этого крохотного эзотерического кружка – кроме Ильи и, конечно, самого Гэндальфа – не подозревал даже о том, что «магия» , которую они знают, подобна дуновению легкого ветерка в сравнении с тем ураганом, что клубится за пределом…
И, самое главное, Лисовский тоже был осведомлен о таинственных процессах, творящихся далеко в стороне от телеэкранов и газетных полос. В прежние времена Илья, случалось, принимал некоторые его фразы за бред сумасшедшего. Но, узнав о жизни побольше, понял: кто-кто, а Лешка-Гэндальф – не шизофреник.
Объединение, которое возглавлял Гэндальф, носило название «Гаруда» . В честь одного из божеств древнеиндийской мифологии – к ней Лисовский питал необъяснимую слабость. Довольно скоро Илья Шелудько понял – все здесь очень серьезно, и платой за малейшую оплошность может стать репутация, здоровье, а то и жизнь. Те же самые люди, что приветливо улыбались друг другу на общих собраниях, за глаза поливали товарищей отборнейшими помоями. А уж при встрече ночью в безлюдной местности, один на один… ох, об этом лучше было даже не думать. Ну как же – ведь на кону, как им казалось, стояла великая запретная власть. Для Шелудько же ставка была несравнимо выше. Поэтому в змеином клубке под названием «Гаруда» он избрал для себя роль самого тихого, неприметного и безобидного ужика. Тем более что и внешность его к тому вполне располагала…
Через некоторое время Гэндальф начал проводить более углубленные занятия, избрав для этого лишь двоих учеников. Одним из них стал Илья, как единственный среди последователей Лисовского человек, знавший о главной тайне. Вторым – парень по прозвищу Витторио, к которому Алексей больше всего благоволил. Витторио был уникальным случаем для «Гаруды» – его душу не проели насквозь слепые черви зависти и ненависти.
За это ему не преминул отомстить морально прокаженный Шелудько.
Он страшно завидовал этому высокому длинноволосому красавцу, который сумел пробиться в «любимые ученики» , не проявляя особого рвения или прилежности. Причина, в принципе, лежала на поверхности. Гэндальф был гомосексуалистом. Но об этом даже в «Гаруде» знали далеко не все.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:24 | Сообщение # 54
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Так что, корни симпатии Алексея к Витторио таились вовсе не в неких оккультных глубинах – они, скорее, росли из глубин его… мировосприятия. Однако желание не было взаимным, от чего Лисовский невероятно страдал и даже порой срывался в запои.
Вот как раз на этом несоответствии между реальностью жизни Гэндальфа и благородными порывами его… души сыграл Шелудько, чтоб устранить с дороги единственного конкурента. Стал часто набиваться к Лисовскому в собутыльники, дабы в процессе возлияний нашептывать, что Витторио презирает Гэндальфа и распространяет грязные сплетни о нем. Даже спровоцировал как-то соперника на резкие высказывания об учителе – тот разговор, конечно, был записан на диктофон. Прослушивание записи стало последней каплей – Гэндальф прогнал Витторио из «Гаруды» .
Так Илья Шелудько стал единственным из участников кружка, кто вместе с Лисовским начал приближаться к заветному порогу…
Происходящее во время «спецзанятий» еще сильнее изменило его представление об окружающем мире. То были уже не попытки зажечь свечу силой взгляда, и не клоунада над дощечкой с буквами (в процессе последнего занятия, кстати, однажды выяснилось, что в состав «Гаруды» входят сразу две реинкарнации Рамзеса Второго). Нет, теперь все было в десятки, если не в сотни раз серьезнее…
Стоя за спиной Гэндальфа, Илья видел настоящие души мертвых людей в зачарованных зеркалах. Научился устанавливать с учителем телепатическую связь – теперь они могли обсуждать свои дела, даже находясь на значительном расстоянии друг от друга. Шелудько узнавал и видел все больше и больше – скоро он уже мог различить среди носящихся в вечерних небесах летучих мышей не совсем обычных особей. А дальше были ночные встречи с призванными элементерами на берегу Дона, и астральные сны, очнувшись от которых, Илья обнаруживал, что сжимает в руках траву и камни иных миров…
Потом все пошло наперекосяк. Причиной стала душевная драма Лисовского. Он ведь давно ненавидел себя, этот маленький человечек с глазами извращенного демона. За гомосексуализм – такая черта вообще свойственна очень многим геям, выросшим в семьях, где исповедуются традиционные ценности. За склонность к творению зла. И самое главное – за то, что так и не смог сказать себе «Стоп» прежде, чем впервые совершил что-то по-настоящему непоправимое.
«Я стал тонкий и какой-то прозрачный, – часто, напившись, жаловался Гэндальф Илье в последние недели их общения. – Как масло на хлебе у скупердяя. И ведь то, что происходит с нами сейчас – еще только самое начало. Мне становится страшно при мысли о том, что может ждать дальше…» . Во время одного из таких словоизлияний он рассказал Шелудько и о том, что на самом деле происходило годы назад в общежитии.
Илья очень быстро смекнул, чем это пахнет. Лисовский мог в любой момент остановиться. Сжечь свои магические инструменты и книги, раскаяться в многочисленных грехах, и даже – чем черт не шутит – уйти в монастырь. Обидно было бы потерять наставника, стоя у самой границы вожделенных краев.
Тут-то Илья и совершил фатальную ошибку.
Прежде хитрый, расчетливый и сверхосторожный, теперь он принялся давить на Лисовского, растеряв всякую тактичность. Без Гэндальфа Шелудько не смог бы завершить начатое – так и остался топтаться в тамбуре вместо того, чтобы занять купе, или хотя бы боковое место в поезде новой жизни.
Но эти действия привели к прямо противоположному результату.
Гэндальф однажды вспылил так, что не только указал на дверь своему приближенному ученику, но и разогнал всех остальных. Эзотерический кружок «Гаруда» прекратил свое существование.
А вскоре то же самое случилось и самим Лисовским…
Подробности его ухода из жизни до сих пор оставались большой загадкой для всех, кто знал Алексея. Достоверно было известно только одно: летней ночью 2002 года его жестоко избили, а затем утопили в Дону двое приблатненных молодчиков. Но только с чего вдруг этот отрешенный от общества человек оказался в поздний час в такой компании? Большинство знакомых Гэндальфа сходились во мнении, что Алексей попросту достиг пределов морального падения.
Илья Шелудько так не думал. Он был склонен подозревать, что встреча Гэндальфа с гопниками совсем не была случайной. А сами убийцы могли и не понимать, что творят. Ведь если Лисовского захотел устранить другой маг – пусть даже не высший, а всего лишь равный ему – он вполне мог загипнотизировать хулиганов или даже управлять ими на расстоянии.
Но по большому счету Илья не слишком-то интересовался причиной смерти бывшего учителя. Придя на поминки, которые проходили в доме, где снимал комнату Алексей, Шелудько выкрал записную книжку Гэндальфа. Илья догадывался, что Алексей поддерживал связь с кем-то из настоящих волшебников. На пожелтевших страницах старого блокнота он надеялся найти необходимую контактную информацию.
В книжке нашлось целых пять записей, которые могли иметь отношение к тайному миру магии. Правда, четыре из пяти номеров были заблокированы. Но единственного, который подавал признаки жизни, Илье оказалось больше чем достаточно. Это было именно то, что он искал.
Но Шелудько понял это лишь через несколько лет…
Тогда, в год смерти Гэндальфа, он много раз набирал номер, но не слышал в ответ ничего, кроме серии длинных гудков. Они могли продолжаться часами. Хозяин телефона либо был глух, либо лежал в могиле, погребенный вместе с аппаратом. Илья от злости на стенку лез. Внутреннее чутье подсказывало ему – именно эти одиннадцать цифр являются ключом к «запрещенной реальности» . «Проклятье, ну почему они не отвечают?» , – скрипя зубами, думал Шелудько.
Ответный звонок раздался спустя годы, когда погрязший в бытовых и семейных проблемах Илья – теперь уже Мигалка – начал постепенно забывать о том, что некогда стремился стать волшебником. Как оказалось, все эти несколько лет владелец таинственного номера наблюдал за Шелудько из тени, накапливая информацию о нем. Короткий разговор, состоявшийся в начале 2008 года, обернулся для Ильи новым приступом панического страха. Мигалка понял – все гораздо более серьезно, чем он мог даже предполагать.
Вскоре он обрел нового наставника – в тысячи раз более могущественного, чем безвременно почивший Гэндальф. Настоящего Темного мага. Только вот, сам Шелудько в их тандеме не был больше учеником.
В лучшем случае – помощником.
Но если называть вещи своими именами – не более чем слугой…
Мастер Карнагор находился сейчас в квартире Ильи. Из ванной комнаты доносилось журчание воды – маг совершал омовение перед ритуалом, за который ему предстояло взяться уже через несколько часов. Шелудько нервничал. Пожалуй, что так же сильно, как и в тот вечер, когда впервые услышал по телефону голос Мастера. Или когда узнал, что его враги добились высокого положения в обществе. Из-под пальцев его сегодня вылетали особенно мерзкие слова, способные ранить душу даже тому, кто прекрасно знает, чем является русскоязычный Интернет.
Еще бы – вскоре он должен был впервые увидеть силу тайного мира в действии. Собственными глазами, а не сквозь обычный многослойный камуфляж.
Звуки в ванной стихли. Шелудько вышел из Интернета и бросил горестный взгляд на свой домашний бар. Илье очень хотелось выпить, но делать этого было нельзя – скоро ему надлежало сесть за руль, чтобы доставить Мастера к месту, где предполагалось совершить ритуал…
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:24 | Сообщение # 55
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 22

«Да что же это такое?!»
– Надо же, как скромно он живет, – промолвил Горри, глядя из окна «Паджеро» на дом Грушницкого. – Егор, твое жилище в сравнении с этим выглядит настоящим дворцом.
– Мой дом родителями был построен, – сказал Киреев. – Еще в девяностые – да это и по стилю заметно. Тогда все так строили, модно было.
– А кто у тебя родители? – поинтересовался черт. – Тоже волшебники?
– Нет, бизнесмены. Я не чистокровный маг, у меня рецессивные гены.
Вопреки теориям, частенько всплывающим в художественной литературе, реальность вовсе не таит в себе каких-то особенных подвохов для магов-полукровок, квартеронов, или же тех, в ком способности вдруг проснулись через добрый десяток поколений. Это как в большом бизнесе – если у тебя есть миллиард, ты с нами, но если нет – ты даже не узнаешь о существовании нашего клуба. Сможешь только догадываться, периодически находя на свалке объедки с наших столов…
Впрочем, так повезло только магам. Жизнь рецессивного вампира, к примеру, сказкой не назовешь. Древние гены не всегда сохраняют искусственно приобретенный кровососами иммунитет к дневному свету. Гемофилия, солнцебоязнь, и, зачастую, серьезные отклонения в психике – вот какой невеселый набор подарила судьба «узаконенным» праправнукам Тьмы.
– Что касается Янова домика, – продолжил Егор, – так внешнее впечатление обманчиво. Внутри он отделан так, что хоть стой, хоть падай. Ручки на двери туалета – и те из чистого золота.
– Красиво жить не запретишь, – усмехнулся рогатый.
– Ну да, – кивнул Егор. – И, тем не менее, все ему мало.
Некогда Ян именно из уважения к своему другу Егору пообещал, что не будет выполнять крупные заказы на Юге России. Слово Грушницкий держал исправно, но это не помешало ему добиться в профессии большего, чем Киреев. Заказы, часто поступавшие из Европы – как раз в силу тамошней «практики подзахоронений в могилы родственников» – быстро сделали Яна весьма и весьма небедным человеком. Профессиональные некроманты западных стран не успевали вовремя заткнуть все бреши в тамошней некросфере. Как ни крути, специальность, все же, достаточно редкая. Так что, в Европе оставался довольно широкий простор для русского «гастарбайтера» . Который, к тому же, брал за свои услуги на пятнадцать процентов меньше. Разумеется, держа эту информацию в большом секрете от зарубежных коллег…
А тратить заработанные деньги Грушницкий умел с поистине королевским блеском. Его роскошные приобретения нельзя было назвать совсем уж безумными: все же, золотая фурнитура в туалете – это еще не золотой унитаз. Но и особо практичным Ян тоже не был: например, однажды он купил на закрытом аукционе коллекцию акварелей кисти Адольфа Гитлера.
Теперь-то Егор понимал, откуда взялась в Грушницком тяга к аристократическому размаху, и почему им были куплены именно работы Гитлера, а не, к примеру, американского писателя Генри Миллера. Мечты о троне «черного властелина» стали созревать в душе Грушницкого задолго до того, как можно было предположить подобное. Жаль, что по таким признакам этого не вычислишь заранее – ведь стремление к роскоши в той или иной степени присуще многим Темным. Вон, и сам Киреев превратил свой магазинчик в миниатюрный музей антикварной мебели.
– Ну, что будем делать? – поинтересовался черт, барабаня пальцами по изгибам рулевого колеса. – Каков, так сказать, план захвата?
– Могу тебя обрадовать, – сказал Егор. – Первый ход как раз за тобой. Нужно пробраться в дом и разведать обстановку.
– Оля-ля! – обрадовано воскликнул Горри. – Спасибо, шеф, я не подведу! Только один вопрос – что делать, если он меня засечет?
– Нейтрализовать, – лаконично ответил Киреев. – Но с минимальными повреждениями. А лучше, конечно, вовсе без них обойтись. Подумаем еще, как с ним быть.
– Понятно, – черт вышел из машины и направился к росшим близ обочины густым кустам. Скрылся в них и присел…
– Что он делает? – спросила Олеся. – Облегчиться, что ли, надумал перед миссией?
– Фу, как тебе не стыдно! – усмехнулся Егор. – Смотри внимательнее на кусты. Не ты одна у нас метаморф.
Через несколько секунд после того, как Горри скрылся в зарослях, из них выбежал маленький хвостатый зверек. Черная крыса. Сверкнув красными бусинкакми глаз в сторону машины, она юркнула в щель под воротами.
– А, теперь понятно, – улыбнулась упырица. – Надеюсь, у Яна нет кота.
– Насколько помню, нет, сказал Егор. – Но даже если и завел, это ничему не помешает. При встрече с такой крысой не поздоровится даже манулу.
«И человеку, конечно, тоже. Даже могучему некроманту. Как бы ни был силен сейчас Ян, с чертом ему не совладать. Особенно, если тот нападет внезапно – я ведь не знаю, сможет ли Горри от этого удержаться. Итак, допустим, рогатый сейчас скрутит Грушницкого. Что дальше? Вытягивать из Яна признание, чтоб было, с чем потом явиться в Ковен? Но как? Грушницкий изворотлив, как змея, и хитер, как лис. Мы уже не раз в этом убедились. Наверняка он подстраховался и на случай допроса с применением магии. К тому же, к нему на выручку в любой момент может явиться «дед Платон» . Куда ни кинь – всюду клин «.
Размышления Егора прервал скрип калитки, раздавшийся со стороны дома Грушницкого. Киреев вздрогнул и потянул из-за пояса магический жезл. Олеся на заднем сидении тоже напряглась. Но, как оказалось, тревога их была совершенно напрасной. Ибо во дворе стоял не Ян Грушницкий, а… черт Горри собственной персоной. Рогатый несколько раз призывно махнул рукой – идите, мол, сюда.
– Интересно, – произнес Егор, открывая дверь. – Тебе лучше остаться здесь, – сказал он, повернувшись к Олесе. – На двор и дом наложены охранные заклинания против нежити.
Цепочка таких заклинаний опоясывала и собственные владения Егора, но клыкастую помощницу он в свое время внес в «список исключений» .
– Да без проблем, – кивнула упырица. – Надеюсь, кто-нибудь за это время попытается угнать машину…
– Ты его хоть не убил? – спросил Егор у черта, шагнув во двор и закрыв за собой калитку. Пока он шел от машины к забору, Горри успел принять свой истинный облик.
Некромант сразу увидел широкую сеть охранных заклятий, но быстро понял, что для него они не представляют ровным счетом никакой угрозы. Ян, как оказалось, не стал удалять Киреева из доверенного списка. Ну да, конечно, ведь он абсолютно уверен в том, что Егор до сих пор лежит у себя на кухне, распятый уроборосами между стулом и столом.
– Уж не знаю, как оно все могло обернуться, – почесывая между рогами, молвил Горри. – Но, понимаешь, его здесь просто нет…
– Что?! – вытаращился на него Киреев. – А как же показания прибора?
– А показания верны, – сказал рогатый. – Гаджет указывает на местонахождение одной из частей ауры Яна. Только она, как и все остальные три, оторвана от Грушницкого и привязана к другому существу. В данном случае – к домовому Проклу…
– Да что же это такое?! – Киреев прислонился спиной к забору. – Каков хитрец, а! Неужели он знает, что я свободен? И ведет со мной какую-то дьявольскую игру?
– Насколько я знаю дьяволов, они несколько более прямолинейны, – кашлянув, сказал Горри. – Знаешь, честно сказать, я в растерянности. Что нам теперь делать?
– Не знаю, – так же честно признался некромант. – Пока не знаю. Давай для начала расспросим Прокла.
Через несколько минут маг и черт вошли в гостиную дома Грушницкого. В одном из пышных меховых кресел сидел, поджидая их, апатичного вида домовой.
– Он был подвешен за ноги к потолку, когда я вошел, – сказал Горри. – Извини, конечно, но, по-моему, Ян Грушницкий – чистейшее животное.
– Не за что извиняться, дружище, – вздохнул Егор. – Мое отношение к нему серьезно изменилось за последние сутки. Здравствуй, Прокл, – маг приблизился к домовому. – С тобой все в порядке?
– Да, – «хозяюшко» поднял на него грустный взгляд. – Он почти не сделал мне больно.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:24 | Сообщение # 56
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Дормидонт передает тебе привет, – Егор присел на корточки напротив кресла с домовым. – Прости, что тормошим тебя в такой момент, но… ты не мог бы помочь нам разыскать твоего… – подумав, Егор решил, что слово «хозяин» в отношениях Яна и Прокла больше не является уместным, – разыскать человека, которому принадлежит этот дом?
– Спасибо, – со свойственной домовым педантичностью, Прокл отвечал в той же последовательности, в которой были произнесены фразы Егора. – Ничего, я вполне прилично себя чувствую. Конечно, я помогу вам.
Внешний вид Прокла был, пожалуй, даже более устрашающим, чем у Дормидонта. Нижняя часть его серо-зеленого конусовидного тела напоминала паучью. Разве что, лапы, числом ровно восемь, заканчивались сморщенными человеческими ладонями. Еще две конечности росли в верхней части туловища «хозяюшки» . Скорее всего, Прокл был способен задействовать в качестве руки и любую из своих «ножек» .
«И вот такого уникального помощника, которому нет цены на кухне или во время уборки, Ян держал в черном теле!» , – подумал Егор.
Лицо же Прокла, узкое, вытянутое, с заостренными ушами и крючковатым носом, вызывало в памяти образы инфернальных чудовищ, созданных великим испанцем Франциско Гойей в серии офортов «Каприччос» . Вероятнее всего, художник имел возможность увидеть воочию некоторых созданий Тьмы.
– Я знаю, где сейчас находится Ян Грушницкий, – проскрипел домовой.
– Отлично! – Егор затаил дыхание. Горри, разглядывавший резвившихся в аквариуме пираний, подпрыгнул и развернулся всем телом.
И снова – совет в доме Киреева. Точнее уж – тягостные раздумья. Назвать «советом» полтора часа измысливания бесполезных предположений, мгновенно угасающих, будучи произнесенными вслух – это было бы чересчур нагло. Происходящее казалось некроманту какой-то дурной клоунадой. Егор не знал, что делать. И, уж конечно, не знали этого Олеся, Горри и Дормидонт.
Последний был очень рад тому, что с его собратом Проклом не произошло ничего фатального. Прочие участники совещания разделяли его чувства, но… информация, полученная от Прокла, хоть и была новой, не несла в себе никакой практической пользы.
В предшествующие текущим событиям несколько дней Грушницкий много говорил о каком-то «логове» : сам с собой, с воскрешенным чернокнижником, и еще – со своим помощником из людей. Именно в это «логово» Ян и отправился сегодня, но вот о том, что же это за место, домовой ничего не знал!
Ритуал расщепления ауры был, как оказалось, совершен еще накануне вечером. Последняя часть ментальной оболочки оставалась у самого некроманта, но сегодня, перед тем, как покинуть дом, он перенес ее на Прокла. Теперь, что называется, ищи-свищи…
Маг с чертом тщательно обыскали дом, надеясь обнаружить какие-нибудь дневниковые записи, из которых можно было почерпнуть нужную информацию. Тщетно. Ян либо не доверял своих тайных мыслей бумаге, либо забрал документы с собой.
Егор предложил Проклу отправиться с ними, но домовой отказался. «Все-таки, это мой дом, – сказал паукообразный «хозяюшко» . – Я жил в нем задолго до того, как здесь появился Ян. Спрячусь получше, и пусть он, когда вернется, думает, что я освободился сам «.
После этого «спасители домовых» уничтожили следы своего пребывания – от отпечатков пальцев до ментальных нитей, оставшихся в Плероме – и ушли.
Перед тем, как начать разговор, Киреев проверил городские информационные сайты, на предмет возможной активизации некросомнамбул. Ничего нового. Жуткое убийство Газизова с секретаршей, не менее жуткое самоубийство «автора» этого эпизода, да еще избиение какого-то журналиста, которому пострадавший постарался придать характер заказного. Значит, кроме Алисы с Гариком сомнамбул в Ростове не было – хоть одна да проявила бы себя. Все-таки, планируется подъем…
Среди новостей попалась и такая, которая в другое время преизрядно позабавила бы Егора. Весь день по центру Ростова слонялся изрядно подвыпивший юноша в черном плаще старинного покроя. Заходя в рестораны и алко-маркеты, он начинал рассказывать покупателям и персоналу занятные байки из истории мирового виноделия. И делал это столь интересно и живо, что ему под конец наливали бесплатно выпить, или дарили бутылочку-другую. Киреев был готов побиться об заклад, что таинственным алкоголиком являлся один из вампиров, гулявших накануне ночью в «Крыльях ужаса» .
– Нет, так нельзя! – воскликнул Егор после очередной фразы Горри, заметив, что обсуждение пошло уже по третьему кругу. – Похоже, теперь нам остается только ждать.
– Ждать? – переспросил рогатый. – Но чего?
– Когда Грушницкий выведет на улицы свою орду, – мрачно произнес некромант. – Быть готовыми вовремя оказаться в месте, где это произойдет. Вот тогда, Горри, ты спокойно сможешь донести до руководства Ковена информацию о том, что увидел собственными глазами, а не узнал от меня.
– А ведь ты прав, – молвил черт, помолчав немного. – Но в таком случае он успеет наворотить разных дерьмовых дел.
– Что ж, во всяком деле есть доля риска.
– Кстати, Егор, – сказала упырица, – а почему обязательно так? Почему мы должны оказаться там первыми? У Темных мозги на месте. Любой, кто увидит это, посчитает своим долгом помешать безумцу.
Киреев вспомнил о вчерашней беседе с Дорогой и Орвиландом. «Светлые готовят провокацию» , – сказал тогда хранитель границ мироздания. «Выходит, их главный козырь – вовсе не Морлок Хнарт, а Ян? – пронзило мозг запоздалое озарение. – Или… Геката, или Ян – и есть Морлок?!» .
О последней своей догадке Егор товарищам решил покамест не сообщать.
– Вчера ко мне заходил Орвиланд, – проговорил он. – Сказал, что Светлые только и ждут чего-нибудь наподобие. Для них это будет шансом развязать новую войну. Поймите, все это – не только мое личное дело. Суть уже не в проклятии, и не в моих отношениях с Яном. На карту поставлено равновесие. А оно в последние годы и так достаточно шатко.
– Получается, что в Ростове решается судьба всего мира? – произнес Горри с интонацией персонажа эпической киноленты. – Подумать только. Кто бы мог представить…
– Да, похоже, все именно так и есть, – кивнул Егор. – Поэтому остаться в стороне мы не можем.
– Постой-ка! – щелкнув длинными пальцами, воскликнул черт. – Кое-что меня здорово смущает.
– Так? – Егор приготовился слушать.
– Смотри, – начал рогатый, – Хранители городских кладбищ принесли тебе клятву, что не позволят Грушницкому осуществить подъем. Да и не готовил он ничего такого – мы это сами видели.
– Ну?
– Потом ты начал думать, что Ян превращает горожан в некросомнамбулы, но их, как оказалось, было только двое… Из этого следует, что…
– Проклятье! – Киреев и сам уже понял, что из этого следует. – Ну, гад! – Егор вскочил, схватил стул и поднял его над головой, чтобы разбить об пол. Но в последний миг удержался.
– Тысяча мертвецов! – отбросив стул в соседнюю комнату, некромант уселся прямо на ковер. – Он будет делать это не в Ростове. Он по-прежнему на десять шагов впереди!
– Мы можем прочесать города-сателлиты и ближайшие деревни… – вскинулся было Горри, но тут же сник, поняв, что сморозил глупость.
– Не можем, – покачал головой Егор. – Их слишком много.
– Так что же нам делать? – в который раз уже прозвучало в комнате.
– Лично я сейчас пойду спать, – сказал, вставая, Киреев. – Возможно, после этого смогу соображать получше. Кто не отрубится вслед за мной, растолкайте через полчаса. Будильник вряд ли услышу.
– Я разбужу, – сказал Горри. – Мне много спать не нужно. Того, что утром перехватил, еще суток на трое хватит.
На этот раз, к счастью, обошлось без мудреных снов, над которыми пришлось бы потом ломать голову. Самая обычная мешанина из обрывков повседневных событий. Правда, под конец перед глазами снова возникла картина, за которую некромант был готов «сломать голову» самому богу Морфею. Все тот же проклятый холм и наседающие со всех сторон мертвецы. Кажется, на этот раз Егор сражался не один – но кто составил ему компанию, маг разглядеть не успел. Запомнилось ему другое – в нынешнем сне зомби почему-то были голыми…
Обычно ведь даже на трупе, пролежавшем в земле несколько сотен лет, сохраняются истлевшие обрывки одежды. «Это что же получается, меня в прошлое занесло, в те времена, когда все люди голышом щеголяли?» , – успел подумать Егор, прежде чем почувствовал на плече пальцы черта.
– Вставай, – сказал Горри. – Как раз полтора часа прошло.
– Спасибо, – Егор поднялся, набросил на плечи «косуху» . – Новости есть?
– Откуда? – развел руками рогатый. – Хотя… Мне Мальгедорн звонил. Интересовался, как у нас дела. Такая новость сойдет?
– Не совсем, – буркнул Киреев. – Пойдем перекусим, что ли?
– Давай, – черт двинулся к выходу. – Там Дормидонт как раз подсуетился.
На ужин домовой нажарил картошки и запек в микроволновке несколько сосисок. Трапеза проходила почти что в полной тишине – никому не хотелось заниматься бессмысленным сотрясением воздуха. Происходящее походило на обычные дружеские посиделки, но витавшая где-то поблизости мрачная тень Яна Грушницкого мешала самим четверым Темным Сущностям воспринимать это так…
– Егор, – сказала Олеся, – ты сможешь определить, где и когда начнется прорыв?
Есть упырица на этот раз не стала. Простая человеческая еда была для нее что секс для фригидной женщины – можно иногда, но смысла особого нет. Олеся ограничилась чашкой крепкого ароматного кофе.
– Если это произойдет достаточно близко – смогу, – кивнул некромант. – Для того, чтобы поднять большое количество мертвецов, Яну придется задействовать очень много энергии. Я должен это почувствовать. Возможно, мне станет дурно в этот момент, или возникнут какие-нибудь… видения, – Егор вдруг резко замолчал и сглотнул подступивший к горлу комок.
– Что такое? – насторожился Горри. – Уже?!
Тихо звякнула выпавшая из пальцев черта вилка.
– Ой, беда, беда, огорчение! – пролопотал Дормидонт.
– Нет, все нормально, – покачал головой Егор. Но по лицу некроманта было заметно – сам он здорово сомневается в достоверности собственных слов.
– Больше меня беспокоит другое, – сказал, облизнув губы, Киреев. – Зачем он затеял все это, если, во-первых, был уверен, что я в плену, а во-вторых – собирался действовать в пределах Ростова? За время, что Ян отсутствует дома, он мог успеть добраться уже до самого Воронежа. Но из его слов абсолютно точно вытекало – Грушницкому нужен именно этот город. Какие будут соображения?
– Ох, честно – никаких, – Горри поднял с пола оброненную вилку, обтер ее салфеткой и положил рядом с собой на стол. – В голове настоящая свалка.
Свалка… свалка… свалка…
– Да уж, – произнесла упырица, отхлебнув кофе. – Ян оказался хитер, как змей.
Змей… змей… змей…
«Логово» !
Лицо Киреева прояснилось.
– Ребята, – сказал Егор, одним глотком допив остатки кофе, – я знаю, где Ян Грушницкий!
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:24 | Сообщение # 57
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 23

Вниз, к богам
Можно было, наверное, догадаться и раньше. Да что уж теперь корить себя… Пара самых обычных слов, произнесенных сейчас друзьями, послужила толчком к полному пониманию Егором сути происходящего. Змей! Свалка! Прозвучав почти одновременно, эти слова вызвали в сознании некроманта ассоциацию с местом, которое как нельзя лучше подходило Грушницкому для выполнения зловещего плана. С местом, где более полувека назад развернулась одна из самых горестных сцен в истории города. С местом, которое маги и нелюди, общаясь промеж собой, называли не иначе как Логовом.
«Мировая змея» , Ермунганд, которая, если верить легендам, опоясывает собой всю планету, обитает именно там. Это ее Логово расположено глубоко под Ростовом и опутано мощной сетью защитных чар, не позволяющих чудовищу прорваться на поверхность.
Миф о невероятной длине Ермунганд родился вследствие того, что монстр, пользуясь разветвленной системой подземных тоннелей, способен добраться в любую точку планеты. Но существует только один проход, размер которого позволил бы Ермунганд выползти на поверхность. И змея периодически предпринимает такие попытки. Это происходит в месте, известном как…
Змиевская балка.
Гигантская ложбина в западной части Ростова. Что главное – земля там буквально нафарширована мертвецами…
В августе 1942 года германские оккупанты убили в Змиевской балке около двадцати семи тысяч военнопленных, а также проживавших в Ростове евреев. Тела остались лежать там же, на месте гибели этих людей.
В ходе Великой Отечественной войны германские войска захватывали Ростов-на-Дону дважды. Осенняя оккупация 1941 года была кратковременной, и организовать истребление населения немцы тогда не успели. Во второй раз Ростов был взят 24 июля 1942 года. Вскоре после этого были изданы указы о поголовной регистрации евреев в возрасте с четырнадцати лет, и о ношении ими специальных опознавательных знаков.
Общее руководство уничтожением евреев, военнопленных и других лиц в этом регионе осуществлялось айнзатцгруппой «D» , командующим которой был Вальтер Биркамп. Непосредственным организатором расстрела являлся начальник зондеркоманды СС 10-а, оберштурмбанфюрер Курт Кристманн.
Пятого и шестого августа 1942 года советские военнопленные под дулами автоматов вырыли в Змиевской балке большие ямы и рвы, после чего были расстреляны.
Девятого же августа был опубликован приказ, предписывающий еврейскому населению Ростова через два дня явиться к восьми утра на сборные пункты для «переселения» . Оттуда людей группами по 200-300 человек перевозили и перегоняли к месту казни, где взрослых расстреливали, а детей убивали, смазывая им губы сильнодействующим ядом. Вместе с евреями в балке погибло и некоторое число представлявших другие национальности членов их семей. Впоследствии там же казнили подпольщиков, душевнобольных, военнопленных, и прочих людей, неугодных национал-социалистам…
Так что, зациклившись на мысли о Северном кладбище, Егор, можно сказать, «заглотнул наживку» .Ян, как теперь выяснилось, не доверял ему настолько, чтобы поведать сразу все детали своей задумки. Говоря о высокой концентрации мертвецов в Ростове, Грушницкий имел в виду вовсе не Северное или какое-либо еще из городских кладбищ. Яну даже не обязательно было серьезно готовиться – ведь почти тридцать тысяч бесконтрольных, «бесхозных» мертвецов лежали в неосвященной земле практически у него под боком!
Только две вещи удерживали их от самостоятельного подъема. Во-первых, будучи невинно убиенными, эти люди получили право на такую благодать, в которой полностью растворился весь негатив, способный вытолкнуть из-под земли их мертвые тела. А во-вторых – за гибель их уже давно отомстили другие.
Теперь Кирееву была стала понятна и причина наготы зомби в последнем сне. Подсказка от Провидения! Нацисты ведь почти всегда заставляли приговоренных к смерти снять всю одежду.
Егор бросил взгляд на часы. Половина одиннадцатого вечера. Водить воскрешенных во улицам Ян смог бы и средь бела дня, но вот осуществить ритуал – не раньше полуночи. Значит, у них есть целых полтора часа, чтоб вмешаться.
Или – всего полтора часа?
– Вот оно, значит, как, – произнес Горри, когда Егор озвучил свою догадку. – Стало быть, едем туда?
– Подожди, – сказал Киреев. – Времени мало, но мне все-таки нужно сделать еще кое-что.
Весь этот проклятый день некроманта терзали мысли не только о том, где и как искать Яна. Что делать, когда он будет, наконец, найден? Вот какой вопрос беспокоил Егора сильнее всего. Фразу «Надо его убить» произнести гораздо легче, чем даже задуматься о том, чтобы сделать это на самом деле. Хотя, какое там… Даже просто сказать это было вовсе не так легко.
«Он был моим лучшим другом. Считай, почти что братом, – думал Киреев. – И даже после того, что я узнал о нем, после того, что он сделал, я все равно не смогу заставить себя произнести одно из убивающих заклятий, направив жезл ему в грудь. И все-таки, я должен его устранить» .
Проще всего, конечно, было бы стянуть в Змиевскую балку всех, до кого он был в состоянии достучаться. Но сделать это мешало все то же осточертевшее проклятие Истинного Горя, которое вполне могло сработать, даже если бы Егор просто подал сигнал тревоги, не разглашая основной сути. Лишний раз рисковать жизнью некромант не хотел…
Был и другой способ решить эту проблему.
Обряд воззвания к Темным богам, с целью заручиться их поддержкой в предстоящей схватке с Грушницким.
В случае если он получит согласие, Кирееву не придется брать на душу лишний грех.
Боги сами покарают Яна. Так, как сочтут нужным.
– Мне нужно спуститься в подвал, – сказал Егор, вставая из-за стола.
– А можно, я пойду с тобой? – глаза черта полыхнули огнем задорного любопытства.
– Извини, на этот раз – нет, – покачал головой Киреев. – Я иду не просто «выбирать подходящий меч» . Если выживем, я тебе как-нибудь потом обязательно покажу свою лабораторию.
– Не вопрос, понял, – черт, решив, должно быть, подсобить дальнему родственнику Дормидонту, собрал со стола опустевшие тарелки и понес их к раковине. – Ты надолго?
– Надеюсь управиться минут за пятнадцать-двадцать, – сказал Егор, выходя из кухни.
«И еще, конечно, надеюсь, что у Яна нет расписания, согласно которому воскрешение должно стартовать ровно в двенадцать ночи» .
Ян Грушницкий в этот момент смотрел на городские улицы из окна старенькой «шестерки» , что несла его по направлению к Змиевской балке. Ян думал о своем друге Егоре Кирееве.
«Да, ему, конечно, несладко сейчас приходится. Руки и ноги наверняка затекли так, что мама не горюй. Но Егорка сам виноват. Должно быть, водка в голову ударила. Не ожидал я от него такой принципиальности. Надо же – некромант, а повел себя как самый настоящий паладин! Ну да ладно. Всем свойственно ошибаться. А в порядке компенсации за причиненные неудобства подарю Кирееву третью часть Ростова. Пусть владеет» .
Ян ни секунды не сомневался в том, что смотрители из числа Высших Сущностей поддержат его идею, когда узнают о том, что произойдет сегодня ночью в Змиевке. «Ростов станет лишь первым камнем в основании пирамиды, что будет установлена во славу торжества Темной власти по всей Земле. Конечно, на самой вершине сидеть не мне, но… я все равно войду в историю как человек, сделавший в этом направлении первый шаг. Человек, известный как Ян Предтеча» .
То, что он вознамерился совершить, грозило еще и серьезным пересмотром отношений с силами Света. Но этот момент беспокоил Грушницкого в последнюю очередь – даже меньше, чем возможная судьба телевизионной версии «Терминатора» . Если уж Темная братия действительно выйдет из существующих соглашений, Светлым крепко не поздоровится, ибо на стороне Тьмы – гораздо больше могущественных Сущностей, а также скрытых резервов, о которых враги даже не подозревают. По большому счету говоря, так на стороне Тьмы – сама историческая правда…
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:25 | Сообщение # 58
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Что же до Мрака и Белой Мглы… Их приспешники, как были, так и останутся генетическим мусором, с которым мало кому хочется иметь дело. Часть Черных еще, возможно, перейдет на сторону Тьмы. Но вот чтобы Белые приняли чью-то сторону, кроме своей… Как представители некоторых национальностей первыми терпят бедствие во время масштабных человеческих войн, так Белые мрази будут сметены с лица Земли, если начнется серьезная заваруха с участием Света и Тьмы. Только вот, в данном случае – совершенно заслуженно.
Но, несмотря на свой оптимистичный настрой, Ян счел за лучшее, все же, подстраховаться. Воскресив старого чернокнижника Платона Ивлева, он поручил тому отправиться в центр города и доставить оттуда пару-тройку молодых неформалов. Грушницкий знал – многие из опьяненных ритмами рока бунтарей увлекаются всевозможными мистическими течениями. Перспектива знакомства с настоящим некромантом должна была стать для них очень аппетитной приманкой…
Так оно и вышло. Тех двоих, которых привел Ивлев, Ян быстренько обратил в некросомнамбулы и отправил восвояси. Они были нужны ему для того, чтобы посеять в городе панику, на которую, несомненно, отвлеклись бы и те, кто мог помешать Грушницкому.
Судя по новостям, это уже началось. И непременно продолжится – прибыв на место, Ян отдаст своим новым слугам приказ учинить еще один кровавый кошмар…
Также был учтен и Киреевский фактор. Вчерашним вечером Грушницкий прикрепил к двум юным ростовчанам части своей ауры – для того, чтобы можно было следить за перемещениями сомнамбул. Но после инцидента с Егором решил – на случай, если Киреев каким-то чудесным образом сумеет освободиться, следует исключить возможность успешной слежки за ним самим. Третья часть ауры Яна досталась Платону Евгеньевичу. А немногим позже подоспел и «мутный расклад» в исполнении мерзкой домашней твари, терпеть которую Грушницкому приходилось только из уважения к Темным традициям. Выведать, на кого работал Прокл, так и не удалось. Ян пару раз приложил домового волшебным электричеством, но тот стерпел, не проронив ни слова.
Времени дальше возиться с тварью у Яна не было. Некромант перенес на Прокла оставшийся кусок своего ментального ореола и покинул дом, отправившись в квартиру своего помощника. Он был теперь абсолютно недосягаем для возможных преследователей.
Автомобиль свернул на обочину и остановился. Ян так увлекся мыслями о недавнем прошлом и ближайшем будущем, что даже не заметил, как его «экипаж» прибыл на место назначения.
– Все, ты мне пока не нужен, – сказал он водителю, открывая дверь. – Отправляйся домой и не выходи никуда до тех пор, покуда я тебя не позову. Этой ночью всякое может случиться.
– Да, Мастер. Я буду ждать, – человек хотел просто кивнуть, но сделал это так, будто его стукнули по затылку палкой. Подобострастный жест позабавил Яна.
Некромант с удовольствием выбрался из отвратительного ржавого корыта и побрел к подножию монумента, установленного в Змиевской балке в память о жертвах военных лет.
Центральное место в лаборатории некроманта занимает алтарь. Обычно представляет собой каменную плиту. В крайнем случае алтарь может быть сделан из бетона, но это – только при условии, что его будет создавать сам хозяин лаборатории.
Натуральный камень, конечно предпочтительнее. Заказать плиту нужного размера и надлежащей формы в наши дни – не проблема, были бы деньги. Такие заказы легко выполняются в похоронных мастерских.
Алтарная плита устанавливается на небольшом, но достаточно высоком столике с массивными ножками. Стоит обратить особое внимание на фиксацию, чтобы алтарь не раскачивался во время работы и стоял строго горизонтально.
В процессе выполнения ритуалов некромант должен стоять лицом на Север, ибо именно там расположены Миры Смерти.
У большинства современных людей, начитавшихся фэнтези или наслушавшихся религиозной пропаганды, складывается твердое убеждение, что некромантия – это сплошное разорение могил и насылание смерти, сопровождающееся жуткими завываниями легионов теней, не нашедших упокоения и вечно ищущих, кого бы погубить. В общем, та самая «черная магия» , от которой остерегают своих прихожан служители Церкви.
Надо ли говорить, что это не так?
Сказав Никанору Смагину, что он – Черный маг, Егор Киреев цинично пошутил. В глазах провинциального коммерсанта он не мог быть кем-нибудь иным. Потому-то Смагин и понял шутку.
Но некромант не бывает добрым или злым, Черным или Белым.
Некромант всегда Темный.
И в работе своей он использует силы, которые принято называть Силами Тьмы.
Покровительство деятельности некромантов осуществляют Темные боги. В первую очередь – Геката и Аид. Но существует и множество других высочайших персон, к которым может в трудную минуту обратиться маг, чья деятельность тесно связана со смертью.
Геката – покровительница различной нечисти, колдовства, ворожбы. Ее называют змеевласой повелительницей псов и изображают трехликой, а иногда и трехтелой, с факелами и кнутами в руках.
Гекате приносят в жертву черных собак. Возжигают ей черные же свечи или чадящие факелы на рукоятях того же цвета. Угодные богине благовония – белена или могильный барвинок, лучше всего – смешанные с кровью жертвы.
Время ритуалов Гекаты – первый и третий часы после полуночи, предпочтительно первые два и последние два дня Луны.
Место ритуала – перекрестки заброшенных или безлюдных дорог и троп, кучи камней, острова на болотах. При необходимости проведения срочного, или же небольшого ритуала, вполне подойдет и лаборатория некроманта.
Мужским божеством-покровителем некромантии считают Аида, или Гадеса. Аиду приносят в жертву черных быков, сбрасывая их в шахты и пропасти. Наилучшим благовонием для ритуалов, связанных с Аидом, является сера.
Время этих ритуалов – третий час ночи, при мертвой луне, либо же в полнолуние. Места – пещеры, склепы, гробницы, ущелья, заброшенные шахты.
Время для обращения к основным богам Темного пантеона стояло сейчас не слишком подходящее. Поэтому Егор держал про запас еще несколько вариантов – вплоть до японской богини смерти Идзанами, и Самэди из гаитянского культа Вуду.
Но до воззваний к столь экзотическим покровителям было еще далеко. Первым в списке после Гекаты и Аида стояло имя, прекрасно известное не только тем, кто особо увлечен эстетикой смерти и посмертия.
«Он мог также словом потушить огонь, или утихомирить море, или повернуть ветер в любую сторону, если хотел. И у него был корабль, на котором он переплывал через большие моря, и который можно было свернуть, как платок. Он брал с собой голову Мимира, и она рассказывала ему многие вести из других миров, а иногда он вызывал мертвецов или сидел над повешенными. Потому его называли владыкой мертвецов» .
Так говорится в преданиях о боге Одине, более всего известном по скандинавскому эпосу, куда этот персонаж, в свою очередь, пришел из древнегерманских легенд, где его звали Водан. Обычно некроманты к Одину не обращаются – все же, основные функции этого божества лежат в совсем иной плоскости. Один может просто не захотеть помогать кому-то в делах, связанных с мертвецами, сославшись на некие более важные заботы.
Чтобы облегчить себе задачу, Егор решил произвести обряды для обращения к десяти богам смерти разом. Надлежащих подношений у него сейчас не имелось – откуда ж было заранее знать, что придется делать это? Киреев рассчитывал обойтись благовониями, да собственной кровью, принесенной в жертву Гекате. Тут главным было – не уронить даже крошечной капли на поднос, предназначенный Аиду. В противном случае повелитель мертвых мог запросто утащить некроманта в свой подземный мир.
Откликнулись четверо: Геката, Один, Самэди и Осирис. Как и предполагал Киреев, Аид, которому интереснее было общаться с мертвыми, чем с живыми, остался глух к столь слабому воззванию, каким являлось сжигание щепотки серы.
Изображения богов возникли перед ним в воздухе – будто четыре окна, ведущих в иные миры, открылись перед Киреевым. Это здорово напоминало сетевую видеоконференцию. Когда Егор, обучаясь в Академии, впервые налаживал связь с покровителями, он едва удержался от улыбки, увидев, как это выглядит.
– Приветствую вас, Владыки, – склонив голову, произнес Егор.
– Здравствуй, Грегориус, – сказала Геката.
– Привет, – помахал рукой Один.
– Приветствую тебя, сын Северной земли, – пафосно произнес Осирис.
– А, это ты, – буркнул Самэди. – Чего надо?
Егор только усмехнулся про себя. Гаитянский властитель теней был известен своим скверным характером. В особенно дурное расположение духа он приходил, когда его вызывали люди, не входившие в «подведомственную группу» . В большинстве случаев Самэди, конечно, поможет и белокожему некроманту. Но нервы в процессе потреплет здорово.
– Должно быть, происходит нечто чрезвычайное, раз уж ты счел необходимым одновременно обратиться к такому количеству покровителей? – произнесла Геката, окинув взглядом стоявшие на алтаре перед Егором подносы.
– Это так, Владычица, – кивнул некромант. – Дело мое серьезно и неотложно. Очень надеюсь на вашу поддержку в нем.
– Не тяни, – рявкнул Самэди. – Рассказывай.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:25 | Сообщение # 59
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Очухавшись, вампир Ринальдо обнаружил, что лежит, закутавшись в плащ, на обшарпанной скамейке, в каком-то темном дворе. Если не считать света, падавшего из окон образовывавших двор блоков многоэтажного дома. Ну, в темноте ничего удивительного кровосос не нашел – в городе стоял поздний вечер. Но как он очутился здесь? И что вообще вчера было? Да, кстати, сегодня-то какое число?
Разогнув затекшие ноги, Ринальдо сел, извлек из кармана мобильник и посмотрел последние звонки. «Альмаксис… Ох, ну да, ему ж вчера четверть века стукнуло» . Голова стремительно наполнялась воспоминаниями о безумной вечеринке в «Крыльях ужаса» . «Да, там еще была потрясающая маленькая упырица. Правда, вдвое старше меня. Так, но почему же я здесь? И где оно – это «здесь» ?«.
Вот этих подробностей Ринальдо припомнить не смог. Пришлось звонить друзьям.
Сам Альмаксис трубку так и не взял – учитывая то, сколько именинник выпил накануне, сей факт тоже ничуть не удивил Ринальдо. Поняв, что до Альмаксиса не дозвониться, он набрал номер Крагера – еще одного вампира из числа присутствовавших вчера – или еще сегодня? – в клубе.
– Алло? – раздалось в трубке. По звучавшей на фоне голоса Крагера танцевальной мелодии Ринальдо понял, что веселье продолжается. – Ринальдо, ты?
– Ага, я. Что происходит, можешь мне объяснить?
– Нет, это ты мне объясни, что происходит, – оборвал его Крагер. – Под утро ты сказал, что хочешь пойти подышать свежим воздухом. И с тех пор как сквозь землю провалился. А мы продолжаем гулять. Ты где вообще?
– Не знаю, – признался Ринальдо. – А вы где? В «Крыльях ужаса» ?
– Нет, перебрались к Альмаксису домой. Веселуха мировая просто. Так что давай, подтягивайся. И поживее. Мышью, мышью, – Крагер отключился.
«Надеюсь, я за день ничего дурного не натворил» , – подумал Ринальдо, вставая.
За спиной загрохотала дверь подъезда.
– Нет, Колян, ну ты посмотри, какое чмо! – раздалось через несколько секунд. Ринальдо подумал, что эта оскорбительная фраза, вероятнее всего, относится к нему – больше ведь во дворе никого не было. Несоответствие прозвучавших слов реальному положению дел возмутило вампира до глубины его мертвой души. Ринальдо решил разобраться в ситуации и расставить точки над «i» .
Развернувшись, он увидел стоявших на бетонном крыльце двоих парней характерной «приблатненной» наружности. Один – среднего роста, плечистый, с расплющенным носом, в кепке – «еноте» на бритой наголо голове. Второй – долговязый и лопоухий, с ежиком черных волос. Одеты были оба в синие спортивные костюмы, разнящиеся только покроем.
– Иди сюда, придурок, – сплюнув, произнес лысый.
– Сами сюда идите, – Ринальдо обошел скамейку и остановился. Скрестив руки на груди, он с вызовом посмотрел на гопников. Вампир заметил, что во многих окнах вдруг начал гаснуть свет. «Вряд ли они ложатся спать секунда в секунду, будто в казарме, – усмехнувшись, подумал Ринальдо. – Это чтобы удобнее было наблюдать за происходящим во дворе. И снимать на мобильные телефоны…
– Что?! – должно быть, факт любого несогласия с его «гражданской» позицией действовал на лысого не хуже, чем красная тряпка на быка. – Ах ты, сука! – хулиганье сбежало с крыльца и рванулось к жертве.
Если кто и подсматривал сейчас из-за шторок за тем, что творилось внизу, сейчас эти люди наверняка отпрянули от окон, выронив свои телефоны. Ринальдо хлопнул в ладоши, активировав заклинание, действие которого было идентично разрыву светошумовой гранаты. Мощная сиреневая вспышка и резкий полувой-полусвист, от которого должно было заложить уши даже у тех, кто обретался на самых верхних этажах. Это – чтобы скрыть от местных жителей, что на самом деле происходит во дворе. А уж для гопничков кровосос припас кое-что другое…
Оба они в нелепых позах застыли на полпути к нему. Ребят попросту парализовало – еще не успело угаснуть наполнившее двор сияние, а вампир уже послал в каждого из нападавших по соответствующему заклинанию. Они и пальцем не могли теперь пошевелить. И произнести что-либо в свою защиту – тоже. Да и не стал бы Ринальдо выслушивать их возможные оправдания.
Где расположен дом Альмаксиса, он знал с точностью до миллиметра, а потому создать наведенный портал прямо в центр банкетного зала не составляло никакого труда. Шагнув к гопникам, Ринальдо одного за другим впихнул их в переливающуюся всеми цветами радуги воронку, за которой маячили смутные тени танцующих вампиров.
– Ненавижу, когда приходится заявляться в гости с пустыми руками, – пробормотал Ринальдо прежде, чем самому шагнуть в портал. – Повезло мне, парни, что я вас встретил.
После того, как Егор закончил излагать суть своего дела, боги несколько минут хранили молчание.
Первым его нарушил Самэди.
– Нет, мне это неинтересно, – хрипло расхохотавшись, промолвил скелетообразный человек в черном цилиндре. – Подумаешь, кровавая резня в европейском городе! Сделай для меня видеозапись, если останешься в живых.
Экран, отображавший Самэди, свернулся в тонкую линию, а в следующий миг и вовсе исчез. Киреев безразлично пожал плечами. Он и не рассчитывал особо на помощь этого бога. Самэди ведь представлял ультраправый фланг Темных Сущностей, на котором Тьма почти сливалась с мраком. Он, как и вполне однозначно озвучивший свою позицию Мальгедорн, скорее порадовался бы ужасу и смятению, воцарившимся в городе белых людей. Самэди, чье имя, к слову сказать, носил клан наиболее отвратительных с виду вампиров, считал зомби более перспективной ступенью эволюции, нежели человек.
Чего следует ожидать в такой ситуации от Осириса, Егор Киреев не знал. Главным для него было то, что на зов откликнулась Геката. Ее голос в таком совещании имел бы решающее значение. А в том, что богиня не станет пренебрегать справедливостью, некромант почти не сомневался.
Следующим высказался Осирис.
– Правда на твоей стороне, Грегориус, – сказал египетский бог. – Я готов оказать содействие. Но… мое влияние не слишком значительно на твоей родине. Так что, боюсь, от моего вмешательства проку будет совсем немного…
– Это не страшно, – раздался мелодичный голос Гекаты. – Мое влияние одинаково сильно во всех уголках Земли – даже там, где обо мне давно забыли или же никогда не слышали. И я тоже считаю, что некромант Грегориус абсолютно прав. А ты что скажешь, Водан?
– Поддерживаю, – промолвил одноглазый бородач. – Ростов… это ведь когда-то были мои владения. Я и сейчас не могу допустить, чтобы там творились бесчинства, да еще и по воле моих последователей!
Егор припомнил, что именно этот длиннобородый бог является основателем научной некромантии. Один разработал немалую часть входящих в ее состав ритуалов и заклинаний. Да что там – первым, в чей адрес прозвучало само слово «некромант» , был как раз царь Асгарда и властитель Валгаллы.
– Осталось решить, что именно мы могли бы сделать, – сказала Геката.
«Ох, как здорово все складывается-то, а! – подумал Киреев. – Теперь главное – вовремя добраться до балки» .
– Я займусь этим, – пробасил Один. – Донская земля очень много значит для меня, да и… – ас подмигнул Егору своим единственным глазом, – давненько я там не был. Будь спокоен, Грегориус. Все, что от тебя теперь требуется – позвать меня в нужный момент. Если сам не справишься, конечно.
– Без ритуала? – уточнил Киреев.
– Даже без намека на ритуал, – подтвердил бог. – Считай, что я уже приоткрыл дверь, ведущую из моих покоев в твой мир. Просто позовешь меня по любому из моих имен.
– Благодарю вас, Владыки, – низко поклонившись, сказал Егор. – До новой встречи.
Экраны с ликами покровителей начали, один за другим, сворачиваться. Когда погас последний из них, Киреев отошел от алтаря и шагнул к полкам, на которых у него хранились средства для ведения магической войны. В бою, который, вполне возможно, вскоре предстоял Егору, не следовало полагаться на один только жезл.
Первым делом Киреев повесил на пояс заговоренный меч. Магия магией, но иногда бывает так, что воспользоваться ею просто не успеваешь.
Потом некромант сдул пыль с ряда волшебных бомб. Изготовлять такие устройства он научился еще в Академии, но вот воспользоваться ими Кирееву не доводилось еще ни разу. Нынешней ночью они вполне могли ему пригодиться.
Подумав, Егор решил, что ради такого дела можно дать небольшую встряску своей нервной системе, приняв несколько доз различных волшебных стимуляторов. Это позволило бы ему не тратить время на произнесение заклинаний всякий раз, как в том возникнет необходимость. Направлять энергетические импульсы из мозга прямо в жезл, по нервам, пронизывающим руку волшебника.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:26 | Сообщение # 60
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 25

Сход
Плерома…
Волшебный мир, рождающий объективную реальность и пронизывающий ее, но в то же время являющийся ее частью и порождением. Основа жизни для всех, чье существование базируется на магии, либо же связано с ней более-менее плотно. Место, где сходятся, начинаются и заканчиваются все пути.
Сила, разлитая в воздухе… Истинный мир.
Сотни, если не тысячи красивых фраз можно использовать для описания этого явления, но, чтоб постичь его суть, нужно хотя бы раз соприкоснуться с ним воочию. Впрочем, одного раза навряд ли хватит, чтобы понять, чем же является Плерома.
Субстанция, скрепляющая между собой основные детали мироздания? Спрятанная от посторонних глаз подлинная реальность? Или же параллельное измерение, посещать которое могут лишь монстры, сказочные создания, и люди, в совершенстве владеющие магией? Определенная местность во времени и пространстве? Или, возможно, весь пространственно-временной континуум в целом?
Пожалуй, наиболее полным ответом мог бы стать следующий: все вышеперечисленное, и еще многое, многое другое…
Пересекая ее пределы, маги и волшебные существа не погружаются в некий «иной слой» , неподвластный органам чувств обычного человека. Напротив – они воссоздают вокруг себя доступную им истинную реальность, являющуюся куда как более живой, чем серая повседневность, наполняющая существование большинства живущих на планете людей.
Но, вместе с тем, выражение «погрузиться в Плерому» тоже соответствует реальности и очень часто употребляется.
Все обитатели Плеромы являются жителями Земли. Но не наоборот. Сотни миллиардов людей прожили отпущенное им время и скончались, так и не узнав, что совсем рядом бушует океан магических страстей.
Как не каждому человеку под силу выразить в словах свое понимание окружающего мира, так и не всякий маг способен – даже осознавая – объяснить собеседнику, что же такое Плерома. Спроси кто-нибудь Егора Киреева о ее сути – некромант, скорее всего, не смог бы дать исчерпывающего ответа. Как можно в двух словах объяснить, что такое жизнь? Или – что такое магия?
Впервые очутившись в Плероме, Егор понял – привычный мир, со всеми его красками и радостями, будет отныне казаться ему не больше, чем суррогатом истинной жизни. Только там, где ты дышишь тем же самым воздухом, которым дышали Одиссей и король Артур, где высятся прямо на городских улицах величественные и грозные замки, а в небесах кружатся тени драконов… В общем, лишь там, где все обретает свой истинный облик, можно чувствовать себя абсолютно комфортно и легко.
Киреев не раз пытался дать определение чувствам, охватывавшим его всякий раз при входе в Плерому. И пришел, в конце концов, к выводу, что больше всего это похоже на ощущения человека, к которому после долгих лет одиночества пришла взаимная любовь…
Именно там, в скрытой от глаз обывателей, пронизанной призрачным волшебным электричеством вселенной всеобъемлющей любви, предстояло свершиться последнему акту драмы под названием «Ян и Егор, или дуэль некромантов» .
«Все слишком далеко зашло, – думал Киреев, прислонившись щекой к прохладному тонированному стеклу. – Подумать только: еду на битву, но до сих пор не знаю, как поступить с врагом» .
Егор по-прежнему надеялся, что проблему удастся решить бескровно.
Но, прислушиваясь к голосу рассудка, понимал – он и сам практически не верит в это.
Если бы Ян в последний момент вдруг пошел на попятную и сдался Ковену, дальнейшая его участь была несколько мягче. В этом случае Грушницкого не станут уничтожать. Скорее всего, он получит пожизненный срок и будет отправлен в Германию, в мрачную темницу Иммертраум.
Вот только едва ли честолюбивый некромант так легко откажется от своих намерений. Его придется разубеждать. Силой, а не словами, к которым Ян, вероятнее всего, останется глух. И Егор Киреев вовсе не собирался играть со своим другом-противником в поддавки. Если придется драться, то драка будет жестокой и беспощадной.
«Ты сам поставил меня в такие условия, Ян, – подумал Мастер Грегориус. – Можно сказать, в угол загнал. А загнанные звери – они-то как раз и есть самые опасные» .
Начав размышлять о допущенных Яном просчетах, Егор пришел к выводу, что для столь умного и коварного злодея, каким казался ему Грушницкий на протяжении всего этого адского дня, их было на удивление много.
Первое.
Домовые.
Грушницкий, уж верно, презирал «хозяюшек» настолько, что и вовсе не помнил об их существовании, когда атаковал Егора на кухне. А если и помнил – даже в мыслях не допускал, что домовой способен предпринять серьезные действия, дабы выручить попавшего в беду хозяина дома.
Конечно, освободила-то Егора Олеся, о существовании которой Ян не подозревал. Но ведь, не будь Дормидонта, Киреев мог и не докричаться до нее, погруженной в бронзовый сон.
И после седовласый некромант спокойно обсуждал с чернокнижником Ивлевым свои планы в присутствии Прокла. Даже не думая о том, что домовой может поделиться с кем-нибудь тем, что слышал. Будучи целиком уверенным, что «хозяюшко» – его безответный прислужник, собственность, раб. «Глупец, начать стоило хотя бы с того, что Прокл старше тебя раз в десять!» .
Второе.
Ян не предусмотрел того, что Егор может обратиться за помощью к кому-то, кроме людей. И не стал включать этот пункт в текст проклятия. Получается, он даже не предполагал, что такое может произойти? Полностью игнорировал громаднейшую систему взаимоотношений между Темными Сущностями? Или не допускал мысли о том, что черти, демоны, вампиры и прочие нелюди согласятся помочь предотвратить трагедию человеческого города? Егор усмехнулся даже: «Как вообще можно было рассчитывать на такое?» .
И третье.
Разделив свою ауру на четыре части, что были потом распределены между двумя сомнамбулами, Платоном Ивлевым и Проклом, Ян совершил, пожалуй, самый серьезный промах. Этот поступок сделал его слабее. Грушницкий больше не мог обратиться за советом к ветру, дереву, птице или зверю. До тех пор, пока к нему не вернется хотя бы одна часть энергетического ореола, Ян не сможет даже почувствовать присутствия поблизости другого мага. «На этом можно сыграть, и очень здорово, – подумал Егор. – Главное – обнаружить Грушницкого раньше, чем он начнет ритуал. Тут уж и гаджет не нужен. Мы совсем близко, хватит и моих собственных способностей» .
Но почему, во имя всего проклятого, дело обстоит именно так? Неужели Ян действительно считает, что Силы Тьмы – маги, вампиры, демоны, оборотни и прочие – горячо поддержат его идею ввергнуть Ростов в пучину кровавого хаоса? Как бы кто из них ни относился к людям, подобная заваруха – это же фактически демаскировка всего Тайного мира! Кому это нужно, если даже самого гнусного тролля-людоеда гораздо больше устраивает текущее положение дел?
«Они приложили слишком много времени и сил, убеждая мир в том, что их не существует. И им вовсе не улыбается вновь оказаться в свете софитов на открытой для всеобщего обозрения арене. Грушницкий, глупец, да тебя свои же и разорвали бы в клочья за твой загон! Так что, я тебе, можно сказать, жизнь сейчас спасаю. Если, конечно, мне самому не придется тебя убить» .
В нагрудном кармане загудел мобильник. Первые три звонка шли на беззвучном режиме. «Наверное, это София» , – подумал Егор, доставая аппарат. В следующий миг из динамиков телефона полилась мелодия, и некромант понял, что ошибся. Такой звонок – припев из песни «Paradigma» немецкой группы Das Ich – был установлен в его сотовом для вызовов из городского штаба Ковена! «Ну надо же, какая удача!» , – пронеслось в голове у Егора. Он мигом придумал, как заручиться поддержкой Высших, избежав при этом активации проклятия.
– Алло?
– Здравствуй, Егор. Это Дженнар Лагваль.
– Приветствую, князь. Да пребудет с вами Тьма.
– И тебе того же. Кажется, я слышу шум мотора. Ты куда-тто едешь? Где ты, Егор?
– Вы правы, князь, я сейчас в пути. Направляюсь в Змиевскую балку.
Трехсекундная пауза.
– Но… зачем?
– Мне нужно туда. Простите, князь, но я не могу сказать большего.
– Не юли, Грегориус! – Лагваль, похоже, начал выходить из себя. – В городе творится что-то скверное. И это связано с твоим ремеслом. Может быть, объяснишь мне, откуда в центре Ростова взялась некросомнамбула?
– Что? – делано удивился Киреев. – Сомнамбула? Я впервые слышу об этом. Позвоните Яну Грушницкому. Быть может, он в курсе…
Бабах!
Некромант выронил телефон.
– Несвятые негодники! – воскликнул за рулем черт.
Меньше, чем в километре от цели, черный джип с пошловатым названием сбил вышедшего на проезжую часть человека.
Жертва столкновения перелетела через автомобиль и шлепнулась на дорогу сзади.
Киреев, развернувшись, с ужасом наблюдал сквозь заднее стекло, как тело, разбрызгивая темные капли, катится по асфальту.
– Черт бы побрал это все! – Горри ударил по тормозам. Машина завизжала, завиляла и остановилась.
 
Форум » Ваши произведения » Собственные произведения » Антон Вильгоцкий.Некромант из провинции (Шериф для мертве
Страница 4 из 5«12345»
Поиск:


Бесплатный хостинг uCoz
Design by Stuff Studio