[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 5«12345»
Модератор форума: demonessa666 
Форум » Ваши произведения » Собственные произведения » Антон Вильгоцкий.Некромант из провинции (Шериф для мертве
Антон Вильгоцкий.Некромант из провинции (Шериф для мертве
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:16 | Сообщение # 31
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Во-первых, это не только наша проблема, – подчеркнул Егор. – А во-вторых… – некромант пересказал Мальгедорну то, о чем уже поставил в известность Горри.
– А почему ты сразу не обратился с этим делом к Старшему? – продолжал упорствовать Мальгедорн. Сенобит искал для себя любую лазейку – выступать на стороне людей ему, по понятным причинам, совершенно не хотелось.
Он был прав – Дорога не был человеком, и общение с ним не привело бы к срабатыванию проклятия. Но честно признавшись, что он элементарно не знает, как связаться с Вадимом, Егор потерял бы с таким трудом обретенное преимущество.
– Он занят решением еще более важной проблемы, – сказал некромант. – То, о чем рассказал я – не единственная неприятность.
– Понятно, – кивнул демон. – Хорошо. Я помогу тебе, – опершись ладонями о столешницу, Мальгедорн начал приподниматься. Киреев понял, что сейчас ему предстоит увидеть еще одну весьма неприятную для человеческих глаз особенность инфернального собеседника…
В процессе превращения в сенобита Мальгедорн – тогда он, разумеется, носил другое имя – был разрублен пополам по линии поясницы. После ему сделали специальный костюм, позволяющий сохранять цельное состояние. Однако верхняя часть туловища демона могла в любой момент подняться в воздух и отправиться в самостоятельное путешествие. Именно это сейчас и происходило.
Ноги и таз Мальгедорна остались сидеть на стуле. А торс, голова и руки поднялись над столом. При этом Мальгедорн пристально смотрел на сидящего напротив человека – будто оценивал произведенное впечатление. Егор, хоть ему и остро захотелось в этот миг поскорее уйти отсюда, никак своих мыслей не выдал.
– Наверное, это больно? – спокойно произнес он, глядя на подрагивающий окровавленный «хвост» позвоночника.
– Да, – осклабился сенобит. – Это очень больно. Но ведь именно в боли и заключается главная суть нашего Пути. – Кстати, не хочешь ли стать одним из нас? Это сделает тебя гораздо сильнее. Больше не придется просить кого-то о помощи…
– Благодарю покорно, – сказал Егор, – но у меня, все же, несколько иной путь.
Шестое чувство подсказало некроманту, что фразы «Как-нибудь в другой раз» в данном случае лучше не произносить…
Ни слова не сказав в ответ, Мальгедорн развернулся и плавно двинулся по воздуху к дальней стене кабинета. Егор увидел, что в спину демона вживлено что-то вроде длинного стального гребня. «Извращенцы» , – промелькнуло в голове.
Мальгедорн несколько раз коснулся стены когтистыми пальцами – будто набирал код на домофоне или сейфе. Тут же выяснилось, что так оно и было – в белой поверхности открылась панель, за которой скрывалась ниша, наполненная какими-то странными предметами. Взяв один из них, «располовиненный» демон вернулся к столу. На этот раз он приблизился к Егору почти вплотную.
Некромант, предполагавший, что вблизи сенобит должен источать поистине адское зловоние, был удивлен – от Мальгедорна исходил запах, напоминавший, скорее, о жженой резине, а не гниющей плоти.
– Держи, – демон протянул магу нечто, напоминавшее один из модных карманных гаджетов – экран и несколько кнопок на эргономичном пластиковом корпусе. Но пластиковом ли? Взяв предмет, Егор увидел, что тот покрыт зеленоватой чешуей, которая время от времени подрагивала, словно машинка была живой!
– Что это? – спросил некромант.
– Устройство для поиска людей и Сущностей, – сказал Мальгедорн. – Если ты умеешь разыскивать человека по ауре, то разберешься, как этим пользоваться. Или мне объяснить?
– Я знаю.
– Молодец. Еще, как я понимаю, тебе понадобится сверхъестественный помощник. Я готов предоставить любого из своих подчиненных. Только не проси сенобитов, – тут же уточнил Мальгедорн. – Их ты вряд ли сумеешь остановить, когда начнется заваруха.
– Я уже решил, кого возьму, – кивнул Егор. – Бармен «Крыльев ужаса» , черт Горри.
– Горри? – удивился сенобит. – Странный выбор, если честно. От черта в такой ситуации будет не так уж много пользы. А впрочем, дело твое. Поставлю в бар кого-нибудь другого, пока Горри будет отсутствовать.
– Да, и вот еще что, – сказал Киреев, обернувшись на пороге. – Пусть этот разговор пока останется между нами.
Так было нужно.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:17 | Сообщение # 32
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 14
Кладбищенский рейд
Двери зала распахнулись, впуская новых гостей. Троих вампиров – но лишь на одном из них – худощавом и седовласом – был традиционный плащ. С первого взгляда становилось ясно, что во вновь прибывшей троице этот персонаж занимает лидирующую позицию. Еще двое, одетые в классические черные деловые костюмы, были, скорее всего, телохранителями или еще какими-нибудь помощниками.
– Ну надо же, кто к нам пожаловал, – удивленно произнес Ринальдо. – Однако, Альмаксис настоящий счастливчик, раз на его вечеринки захаживают такие гости.
– А кто это? – полюбопытствовала Олеся.
– Его зовут Ампир. Он – главный и самый старший вампир всего Южного региона. Альмаксис пригласил всех высокородных – так предписывает традиция. Но никто не думал, что Ампир сам придет сюда сегодня ночью. Обычно он ограничивается поздравительными записками.
Седой вампир и его приближенные тем временем направились к столу, за которым чествовали Альмакиса.
– Ладно, – Ринальдо бодро соскочил со стула. – Пойду к своим. Рад был познакомиться.
– Взаимно, – улыбнулась Олеся. – Может, еще увидимся.
– Было бы здорово, – вампир улыбнулся в ответ.
– Горри, – повернулась к бармену упырица, когда Ринальдо ушел. – А откуда берутся напитки в вашем баре? Со спиртным-то понятно, а вот кровь… Неужели для этого убивают людей? Егор говорил мне, что в городах такое не принято…
– Я тебе так скажу, – молвил черт, отложив свою игрушку и почесывая бородку. – Чем клиенты занимаются за пределами клуба – то сугубо их личное дело. Но у нас, в системе общепита, все абсолютно легально. Убийства не нужны. Кровь в бары и рестораны для монстров поступает из донорских центров. Телевизор смотришь?
– Иногда.
– Так почему, думаешь, в последние годы на телевидении так много социальной рекламы, поощряющей донорство? – усмехнулся рогатый. – Вампиры любят жить на широкую ногу. Были, конечно, времена, когда в заведения для кровопийц и людоедов мясо живьем сгоняли. Из горлышка пили, так сказать. Но это, по-моему, беспредел полный. И не только по-моему – Высшие в таких делах побольше соображают. В общем, резни той давно уж нет. Ну, почти нет – в Тайланде, в Индии, на Ямайке и в прочих диких местах такие пиршества и в наши дни порой проходят. Тайно, разумеется, всякий раз на новом месте.
– Донорские центры? – с сомнением произнесла Олеся. – По-моему, их деятельности для такого размаха не хватило бы. Взять хотя бы эту вечеринку – кровь рекой льется, и конца-края той реке не видно…
– Сметлива ты девочка, ох, как сметлива, – хитро прищурился черт. – Повезло Егору с помощницей. Верно, одним лишь добровольным донорством дело не ограничивается. Есть еще некоторые схемы. Например, хозяева наших клубов вступают в контакт с начальниками тюрем и колоний. Приплачивают администрации, чтобы та заставляла зеков в принудительном порядке кровь сдавать. При этом «кумовья» думают, что кровушка арестантская на опыты идет, и они таким образом не только собственный карман набивают, но и отечественную науку помогают развивать. Да много есть вариантов разных. И почти все – законные. Человечину – так ту по моргам скупают, или с мест крупных катастроф воруют. Ну а в исключительных случаях нам все же разрешено стариной тряхнуть. То бишь, задрать кого-нибудь прямо в стенах заведения. Берем, конечно, только таких, от кого человеческому роду больше вреда, чем пользы.
– Маньяков, извращенцев всяких? – предположила Олеся.
– Не обязательно, – покачал головой Горри. – Вот, месяц назад, на пятнадцатилетие нашего клуба, выпотрошили здесь журналистишку одного. Бред всякий писал, понимаешь, в статьях своих, засорял мозги согражданам. Ох, и верещал же он!
– Так его, что, сырым ели? – Олеся распахнула глаза от изумления.
– Ха-ха, сырым. Живым! Мы, черти, хоть и не людоеды, но я тогда не удержался – тоже кусочек попробовал.
– Ну и как оно?
– Не знаю уж, откуда писателям про это известно, – пожал плечами бармен, – но и правда на свинину похоже.
Дверь, за которой полтора часа назад скрылся Егор, отворилась, и на пороге возник некромант собственной персоной.
– А вот и я, – сказал Киреев. – Соскучились?
– Еще как! – Олеся спрыгнула со стула, подбежала к Егору и обняла его ноги. К лицу некроманта прихлынула краска – такого всплеска эмоций он от упырицы не ожидал.
– Что сказал шеф? – Горри тактично сделал вид, что ничего не заметил.
– Все нормально, – Егор слегка отодвинул от себя девочку. – Считай, что ты в команде.
– Отлично. Давненько не принимал участия в крутых разборках.
В кармане у черта запищал мобильник. Взяв трубку, бармен несколько минут молча выслушивал говорившего. О том, кто именно ему звонил, догадаться было нетрудно…
– Да, босс, – сказал он в конце разговора, выключил телефон и поднял взгляд на Киреева. – В общем-то, я, можно сказать, уже свободен. Осталось дождаться голема-сменщика.
– Голема? Разве ты здесь единственный, кто может работать за стойкой? – удивилась Олеся.
– Представь себе, да, – улыбнулся Горри. – Никто лучше чертей не умеет смешивать коктейли. Но большинство моих соплеменников ужасно не любят, когда их постоянно теребят. Даже поговорка об этом есть: «Не дергай черта за хвост, не то получишь в глаз» . Во всем Ростове я – единственный черт, согласившийся на работу бармена.
– Горри, а у тебя машины часом нет? – поинтересовался Егор. – Нам, вероятно, придется вскорости изрядно помотаться по городу.
– Есть. Стоит снаружи. Куда скажешь – туда и отвезу.
Перед тем, как выйти из клуба, Горри окутал себя мороком. Выглядел он теперь как типичный гражданин южной наружности – таких в Ростове живет великое множество.
Первым делом они отправились к Егору домой. Некромант хотел узнать, что удалось выяснить Дормидонту, и, если обстоятельства позволят, хоть немного передохнуть. Машина у Горри оказалась что надо – черный джип «Мицубиси-Паджеро» . По дороге, которая заняла всего несколько минут, черт успел рассказать забавный случай из истории этого бренда.
– Трудно представить, что такой замечательный зверь может потерпеть сокрушительное поражение на рынке, – рассуждал он, неторопливо покручивая руль. – Тем не менее, однажды это произошло. Когда японцы пришли с этой моделью в автосалоны Испании и Латинской Амиерики, выяснилось, что на одном из испанских диалектов слово «паджеро» означает «онанист» . Мало кому захотелось ездить на машинах с таким названием… хех, я догадываюсь, кому, все-таки, захотелось. Пришлось в срочном порядке его сменить.
– А какой смысл закладывался в него изначально? – поинтересовался Егор.
– А черт его знает! – рассмеялся рогатый водитель.
– Все тормози, мы приехали, – сказал Киреев, увидев справа от себя стены родного дома, на которых все еще горели яркие пятна Яновых защитных экранов.
– Вот это да! – прищелкнув языком, воскликнул Горри, когда вышел из автомобиля и посмотрел на фасад Киреевского особняка. – Впечатление такое, будто здесь не некромант поработал, а целый отряд доминаторов.
– Это еще цветочки, – буркнул Егор. – Признаюсь честно, Ян меня здорово удивил. Я бы не смог так же ловко этими заклятиями оперировать. Идемте, – маг направился к входу в «Погребок Аль-Хазреда» .
Небо над городом уже посветлело. Егор чувствовал себя совершенно измотанным. «Еще немного – и меня начнет швырять из стороны в сторону при ходьбе» , – подумал он. Но о том, чтобы незамедлительно рухнуть на кровать и отрубиться, не могло быть и речи.
– Дормидонт! – крикнул Егор, входя в гостиную. – Ты где?
Черт с любопытством осматривался. Горри, конечно, наверняка бывал и в более интересных местах, но вот в жилище некроманта он оказался впервые.
– Послушай, – новый напарник тронул Егора за локоть, – а где у тебя магическая лаборатория? Кадильница, круг для вызова, пузырьки с зельями… Мне не терпится на все это взглянуть.
– Она в подвале, – сказал Егор. – Мы зайдем туда, когда будем собираться. Только сразу предупреждаю – давай обойдемся без лишних расспросов. Времени нет.
– Я здесь, хозяин! – из-под дивана выкатился мохнатый шарик – Дормидонт. При виде черта он ахнул и вытаращил глаза.
«Забавно, – подумал Киреев. – Дормидонт сам давным-давно является частью этого мира, но по-прежнему пугается чертей и с недоверием относится к упырице. Все же, наверное, домовые – самые близкие родственники простых людей в этой братии» .
– Не беспокойся, Дорми, – молвил некромант. – Это хороший черт. Его зовут Горри. Тебе удалось что-нибудь выяснить?
– Здравствуй, Горри, – сглотнув, произнес домовой. – Да, Егор, я связался с Проклом. Он долго упирался прежде чем согласиться на сотрудничество, но в конце концов понял, чем все может закончиться. Кстати, я не сказал ему, что ты освободился. На всякий случай.
– Молодец, – похвалил помощника Егор. – А что же он тебе поведал?
– Кое-что из рассказанного им нам уже известно, – Дормидонт сменил тон на сухой и официальный, как будто читал доклад в штаб-квартире какой-нибудь международной военной организации. – Позавчера в дом Яна доставили мертвеца. Но не совсем обычного мертвеца…
– Подожди, – прервал его некромант. – А кто доставил-то? Сфера обслуживания, конечно, не стоит на месте и динамично развивается, но чтобы до такой степени…
– Это сделал какой-то человек, – сказал домовой. – Прокл говорит, что он часто бывает у Яна и помогает ему.
– Понятно, – кивнул Егор. – Значит, Грушницкий возобновил свою практику привлечения к делам не-магов. Продолжай.
– Тело, которое привезли в дом Яна, не было до конца мертвым, – сказал домовой. – Душа была словно бы заточена в нем, и человек не мог ни уйти за пределы нашего мира, ни продолжать существование в нем.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:17 | Сообщение # 33
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Тут тоже ничего нового. Легендарный ростовский чернокнижник. Что было дальше?
– Ян воскресил его. Прокл наблюдал за происходящим от начала до конца. Грушницкий сказал оживленному колдуну, что тот отныне – его слуга. Потом оба мага ушли и вернулись через несколько часов.
– Пока что почти ничего такого, чего я не знал бы от самого Яна, – промолвил маг. – Похоже, ты зря потратил время, мой маленький друг.
– Но это еще не все! – победно воскликнул Дормидонт. – Утром воскресший покинул дом и через несколько часов вернулся с двумя молодыми людьми очень странного вида. Парнем и девушкой. Хозяин Прокла что-то сделал с ними. Что-то не очень хорошее. Потом они ушли, а ближе к ночи ушел и Ян. Самое главное, – домовой обвел присутствующих взглядом триумфатора, – то, что Прокл сказал мне, где его хозяин сейчас.
– Отлично! – для Егора то и впрямь была шикарная новость. – И где же?
– Дома. Спит.
– Что-то я не пойму, – удивленно произнес Горри. – Как он может спокойно спать накануне того, за что решил взяться?
– А я его прекрасно понимаю, – усмехнулся Егор. – Яна охватила эйфория. Головокружение от успехов началось. Подумать только – хитрый план разработал, колдуна старого воскресил, да еще и с другом, который поперек осмелился встать, так лихо управился. Я давно Грушницкого знаю, вот в чем все дело. Мы с ним даже чем-то похожи. Будь я на его месте, тоже, ни о чем не беспокоясь, завалился бы спать. И, кстати, – Егор широко зевнул, – мне это действительно необходимо. Хотя бы часика три.
– Вот тебе на, – развел руками Горри. – Я-то думал, будет крутая драка, а тут такое…
– Без драки нам бы вовсе лучше обойтись, – сказал Киреев. – Я кое-что другое придумал. Будем работать на опережение. Ладно. Я сейчас покемарю, а вы, если не спится, уж развлекитесь как-нибудь.
– А как тут у тебя можно развлечься? – поинтересовался Горри. – Мой любимый способ убийства… времени – компьютерные игры. Только вот незадача – свою игрушку на работе оставил.
– Ну, с этим здесь проблем нет, – улыбнулся Егор. В кабинете компьютеры, объединенные в сеть. Можешь с Дормидонтом во что-нибудь порубиться – он у нас тоже завзятый геймер. А приставка – вот она, – некромант указал на стоявший в нише под телевизором неприметный серый корпус PlayStation 2.
– Старовата, – заметил черт.
– Не гоняюсь за модой. Так, все, я пошел. Разбудите меня через три часа, – Киреев скрылся в соседней комнате.
– Я, пожалуй, тоже отдохну, – перекинувшись в нетопыря, Олеся заняла свое привычное место на шкафу.
– Ну что, мохнатый, сыграем? – Горри потянулся, сложив пальцы рук в замок.
– Ага. А во что?
– Ну, давай в драчку какую-нибудь для начала.
– Это можно, – домовой зашуршал в тумбочке, разыскивая нужный диск. – Я тебя всухую сделаю.
– Черта два ты меня сделаешь, – усмехнулся рогатый. – Запускай.
Проснувшись, Егор увидел, что солнце уже выбралось из-за горизонта и начало осваиваться в бирюзовых небесах. «О боги, я, кажется, проспал!» , – пронеслась в голове стыдливая мысль.
– Прости меня, – Егор отбросил покрывало и, скрестив ноги, сел рядом с дотлевающим костром. – Я пропустил свой черед нести караул.
– Ничего, – обронил Вадим. – Ты же видишь, я сам не стал тебя будить. Стало быть, в том не было особой необходимости.
Дорога стоял к Егору спиной, глядя на казавшуюся непроходимой поросль высоких черных деревьев, войти под полог которой путникам предстояло уже совсем скоро. Лес окружал со всех сторон высокую скалистую гору и забирался на ее склоны. Отсюда, с низины, прекрасно была видна конечная цель их похода – массивная каменная дверь в серой скальной породе. Казалось, протяни руку – и можно будет попробовать открыть. Но впечатление это, разумеется, было ложным – впереди магов ждал долгий и опасный путь.
– С дверью, чувствую, нам придется повозиться, – посетовал Вадим, повернувшись к Егору. – Она наверняка не так проста, как кажется. Да что это я – она и отсюда вовсе не кажется простой. Нужна сила Баргельна, чтобы сдвинуть с места такую махину.
Баргельн. Киреев слышал это имя впервые в жизни, но в сознании почему-то сам собой всплыл образ улыбающегося краснолицего бородача огромного роста.
– Это да, уж он-то ее, наверное, одним ударом кулака разнес бы, – сказал, вставая, Егор. – Только, сдается мне, как раз этого и нельзя делать.
– Верно мыслишь, парень, – кивнул Дорога. – Будь все так просто, лишние раздумья нам не понадобились бы. Ну да ладно. О том, как разобраться с дверью, будем думать, когда остановимся перед ней. Пойдем, – глава Ковена нагнулся за своим дорожным мешком.
Затушив костер водой из бочонка, они вошли в лес. Путь к заветной двери, как и ожидали маги, оказался весьма нелегким. Не раз и не два глава Ковена и его спутник преодолевали овраги и болота, нейтрализовали смертоносные ловушки и сражались с чудовищами. В кратких промежутках между этими занятиями Вадим рассказывал истории из своего прошлого, упоминая множество имен и географический названий, которые ничего не говорили Егору, но почему-то казались смутно знакомыми. Самым же странным было то, что и его, Киреева, Дорога называл чужим, в отличие от прочих – совершенно неизвестным именем…
Наконец, они добрались до плато, на котором находилась дверь, и, после нескольких часов разнообразных попыток, сумели ее открыть. Величественный и грозный Вадим Дорога при этом радовался как ребенок.
– Ну что же, идем, – он первым вошел под темные своды пещеры. Егор шагнул следом и… с криком полетел вниз. «Так и знал, что сюрпризы еще не закончились» , – успел подумать некромант.
Падение продолжалось нескончаемо долго. Должно быть, маг из «Властелина Колец» – и тот быстрее достиг недр Средиземья после того, как рухнул с Морийского моста. В определенный момент Егору показалось, что он не падает даже, а висит в воздухе посреди громадного пустого пространства. А в следующий миг некромант понял, что ему знакомо это место. То самое подземное царство ростовских демонов, в которое Егор, ища поддержки, спускался совсем недавно… или, напротив, очень давно? Но как он мог оказаться здесь, если провалился в замаскированную у порога яму на какой-то скале, каких и в кавказских хребтах не сыскать?
Через некоторое время мимо начали проноситься висящие в воздухе фигуры сенобитов. Благодаря этому Киреев понял, что он все-таки падает. Демоны, одетые кто в красные балахоны, кто в «навороченные» мазохистские костюмы, провожали его, как успел заметить Егор, сочувственными взглядами. Это, конечно, касалось лишь тех из них, у кого не были выколоты глаза. «Что же ждет меня впереди, если мне сочувствуют даже сенобиты?» , – содрогнувшись, подумал некромант.
Внизу сквозь тьму проступила длинная желтая полоска с фиолетовыми точками по краям. То, как догадался Киреев, был мост, по которому посетители шли в кабинет Мальгедорна. Только он почему-то стал намного длиннее, чем в прошлый раз – уходил бесконечно далеко в обе стороны. Не было даже намека ни на шахту лифта, ни на «трансформаторную будку» , в которой заседал хозяин «Крыльев ужаса» .
Подлетев к мосту поближе, Киреев увидел, что там стоит сам Мальгедорн. В тот миг, когда человек со свистом пронесся мимо, демон поднял когтистую лапу и приветственно помахал Егору.
– Помоги мне! – подняв голову, закричал некромант. – Ты же можешь остановить это!
И верно, способная к левитации верхняя часть разрубленного тела сенобита вполне смогла бы, ринувшись вслед за летящим в бездну магом, подхватить его под руки.
Но этого не произошло. А в следующую секунду тело Егора соприкоснулось с твердой поверхностью. Продолжая глядеть вверх, некромант не заметил, как его полет подошел к концу.
«И жизнь, наверное, тоже, – успел подумать Егор. – Сейчас я оторвусь от земли и отправлюсь в обратный путь. Только уже будучи бесплотным и невесомым. Странно, по идее, это должно бы уже произойти…» .
Сердце его продолжало биться, а в правом предплечье поселилась ноющая боль. «Ну надо же, уцелел, – подумал Киреев. – Упал с такой высоты – и мало того, что выжил, так еще и ни единой косточки не сломал. Должно быть, общаясь с Вадимом, я заразился от него бессмертием» . Усмехнувшись, Егор оттолкнулся руками от земли, присел на корточки, огляделся, и…
– О, нет! – простонал некромант, поняв, куда он попал.
Снова все тот же проклятый холм в окружении тысяч живых покойников. Только на этот раз они не пытались атаковать застывшего на вершине некроманта, а просто стояли вокруг, слегка покачиваясь – точно чего-то ждали.
Да, именно так. Они действительно ждали. Скоро сюда должен был явиться их хозяин… Хозяин… Хозяин…
– Хозяин! – сидя на прикроватной тумбочке, Дормидонт осторожно постукивал пальцем по плечу Егора. – Хозяин, вставать пора! Восемь утра уже. Ты просил через три часа тебя разбудить.
«Так это был всего-навсего сон, – распахнув глаза, подумал Киреев. – Какое облегчение. Но эпизод с мертвецами повторяется уже в третий раз. Плохо. Очень плохо» .
– Спасибо, Дорми, – Егор бодро вскочил с кровати, оделся и шагнул к выходу из спальни. – Ну что, как поиграли? Кто кого?
– С переменным успехом, – ответствовал домовой. – В файтингах я черта всякий раз укладывал, потом Return Fire запустили. Тут-то и выяснилось, что в тактических построениях я ему в подметки не гожусь.
– По Яну что-нибудь новое есть?
– И да, и нет.
– Это как?
– Ну, полчаса назад я еще раз выходил на связь с Проклом и получил новую информацию. Только она заключалась в повторении того, что мы уже знаем. Грушницкий по-прежнему дома. Он даже не просыпался.
– А колдун?
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:17 | Сообщение # 34
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
– Тоже никуда не уходил. Читает книги по истории. Должно быть, хочет знать, как изменился мир за то время, что он лежал в земле.
– Что ж, похоже, все не так страшно, как я предполагал, – весело промолвил Егор. – Ян уверен в своей полной безопасности и безнаказанности. Раз уж он ничего не сделал минувшей ночью, то в нашем распоряжении весь сегодняшний день. Ведь только дурак станет проводить ритуалы некромантии при солнечном свете. А Ян Грушницкий – далеко не дурак.
– Думаешь, мы и впрямь можем позволить себе промедлить? – с сомнением вопросил домовой.
– По крайней мере, для завтрака время есть, – сказал Киреев и пошел в гостиную.
Горри, запрокинув голову, дремал, сидя на диване. Олеся изваянием стояла на шкафу.
– Подъем, братва! – хлопнув в ладоши, воскликнул некромант. – Сейчас позавтракаем – и в путь!
– А, черт! – рогатый, вздрогнув, открыл глаза. – Егор, ну и напугал же ты меня!
– А не надо бдительность терять, – поддел черта маг. – Представь, что в комнату вошел бы не я, а православный священник…
– Ну, во-первых, откуда бы он здесь взялся? – пробурчал Горри. – А во-вторых – я б ему с легкостью заморочил голову. Да и вообще – не так страшен поп, как его малюют. Они почти не опасны. Разве только когда святой водой начинают брызгаться. Если в глаз попадет – ослепнуть можно.
– Ну и разговорчики у вас, – Олеся нетопырем спорхнула со шкафа и, приняв облик девочки, присела на противоположный от Горри край дивана. – Я, хоть и двести девяносто лет уже, как нечисть, а все ж не привыкла над верой подшучивать.
– Социально-психологические установки, полученные в детстве, оказались сильнее смерти и даже посмертия, – улыбнулся Киреев. – На самом деле нет ничего плохого в том, чтобы пошутить по поводу религии. Многие священники сами такой юмор очень ценят и даже коллекционируют. Но меру знать, конечно, нужно. Те, кто, скажем, Иисуса Христа в песнях извращенцем выставляет, не заслуживают ничего, кроме плевка в разбитую морду.
– А ты, кстати, не нечисть, а нежить, – поправил девчонку черт. – Нечисть – это мы, черти. А также дьяволы, демоны, бесы и кое-кто еще. Да, и домовые нам тоже каким-то боком родичи, как ни странно, – добавил Горри, заметив вползшего в гостиную Домидонта. – А нежить – вампиры, упыри, вурдалаки, призраки, и…
– И зомби, к сожалению, тоже, – подытожил Киреев. – Давайте не будем забывать о том, что нам предстоит сделать. Но сначала предлагаю все-таки позавтракать.
– Я, к слову сказать, уже приготовил для этого все необходимое, – вступил в разговор Дормидонт.
– Так быстро? – удивился Егор. – Ну ты, брат, шустрый. Как волчок, наверное, вертелся?
– Я заранее все сделал, – улыбнулся «хозяюшко» . – Накрыл стол еще до того, как тебя разбудить.
– Вот это и называется – настоящий домовой, – некромант выставил перед собой руку с оттопыренным большим пальцем. – Так держать, Дорми!
– План у меня такой, – увлеченно рассказывал Егор десятью минутами позже, за обе щеки уплетая приготовленную домовым яичницу с ветчиной. – Самого Грушницкого трогать пока не будем. Нет в этом необходимости. Вот покушаем сейчас – и объедем все городские кладбища. Есть один ритуал, который позволит поставить на пути Яна непрошибаемый заслон. Вот его-то я и проверну. Главное – раньше Яна везде успеть.
– А в чем ритуал-то заключается? – полюбопытствовал Горри. – Неужели совсем драться не придется?
– Может быть, и придется, – пожал плечами Киреев. – Но не хотелось бы, если честно. А ритуал состоит в следующем…
Хозяин Кладбища, или Костяной Хозяин, – это соединенные в одно целое обрывки сознаний покоящихся на кладбище людей. Фактически, он являет собой нематериальную сущность, которая обеспечивает «нормальное существование» всем захороненным.
Чаще всего Хозяин выглядит как темно-серый сгусток энергии, похожий на комок ваты. У подошедшего слишком близко человека он способен вызвать ощущение дуновения холодного ветерка, сильного озноба и общей физической слабости. Контакт неподготовленного человека с Хозяином вполне может привести к обмороку, причину которого пострадавший сам себе объяснить, как правило, не в состоянии.
Обычно Хозяин Кладбища находится в окрестностях самой древней из могил или блуждает по наиболее старой части погоста.
Чтобы успешно действовать в местах спокойных захоронений, некроманту следует первым делом разыскать Хозяина и вступить с ним в контакт. Поиск Хозяина начинается с «подключения» к кладбищу, которое для некроманта происходит при пересечении границы погоста. Переход границы на тактильном уровне воспринимается как погружение в приятную прохладу после жары. Тут же появляется и ощущение множества взглядов, направленных на вошедшего со стороны крестов и надгробных плит… Тут нужно остановиться, разобраться в охвативших тебя ощущениях, и лишь потом, сделав выводы, двигаться дальше.
Перейдя границу, некромант начинает визуализировать перед собой карту кладбища. Перед его взором предстают нити, что тянутся от каждой могилы и сходятся в одной точке. В целом схема напоминает паутину с центром, смещенным от геометрической середины и представляющим собой темно-серое облако. «Облако» это – и есть Хозяин. Если магу удается пройти к той могиле, рядом с которой находится Хозяин, и подключиться к нему, станет возможной существенно менее энергозатратная корректировка процессов, происходящих на кладбище.
При визуализации паутины некоторые могилы могут быть лишены нитей и выглядеть темными пятнами на общей карте. Или же обладать пульсирующей аурой красного цвета. Это беспокойные, «нехорошие» могилы…
С них-то и начинается «разложение» кладбища, ведущее к превращению последнего пристанища горожан в мерзкий притон плотоядных кадавров. Люди, что лежат в таких могилах, были похоронены с нарушением обряда, либо являлись при жизни отпетыми негодяями, не расставшимися со своей злостью и в посмертии. Бывает, впрочем, и так, что у возмутителя кладбищенского спокойствия просто осталось на Земле неоконченное дело – под эту «статью» , к примеру, подпадают жертвы убийц, не понесших наказания, а также люди, погибшие в результате предательства.
Но результат в любом случае одинаков. Напряжение нарастает. Волны черной ненависти передаются от беспокойных могил к соседним, и далее – по цепочке. Все большее количество захоронений теряет связь с Хозяином Кладбища, и в определенный момент тот остается вовсе без «подчиненных» . В таких случаях он обычно погибает, но иногда превращается в Черного Хозяина – злобную опасную тварь, способную довести человека уже не до обморока, а до смерти. Черный Хозяин продолжает покровительствовать мертвецам, но только уже в творении всевозможных мерзостей.
На Уманском кладбище, когда там появился Егор, Костяного Хозяина не было – ненависть, источаемая могилами, достигла таких масштабов, что покровитель погоста просто аннигилировал. Киреев тогда порадовался, что не было там и Черного Хозяина – в противном случае трюк с Олесей в качестве приманки не сработал бы, поскольку монстр сразу направил зомби по верному пути.
– Каждое кладбище имеет своего покровителя, – вытирая тарелку ломтиком хлеба, сказал Егор. – Так называемого Костяного Хозяина. Так вот – я договорюсь с Хозяевами всех городских погостов, чтобы те ни в коем случае не позволяли Яну поднимать трупы. Возьму с них клятву.
– А это возможно? – поинтересовался Горри.
– Если мы всюду успеем первыми – да. Понимаешь, ремесло некроманта – оно ведь не в том состоит, чтоб мертвецами улицы наводнять. Наоборот все. То, что задумал Ян – это, по сути, профессия, вывернутая наизнанку. Как если бы часовой в военном лагере вдруг развернулся и по товарищам своим стрелять начал. В общем, душа кладбища – она совсем не заинтересована в том, чтобы зомби появились. И когда некромант поднимает погост – это не что иное, как акт насилия. А будучи предупрежденными, Хозяева кладбищ смогут этому насилию воспротивиться. Сыграть на внезапности Грушницкий уже не сможет.
– А ведь хороший план, – Горри одобрительно качнул своей рогатой головой. – Ну а в подвал мы, значит, не пойдем?
– Думаю, пока в том нет нужды, – сказал Егор.
– Жаль. А еще жальче – что мне не придется пустить в ход свои боевые навыки. Но, в конце концов… я и машину вожу неплохо, так что в любом случае пригожусь, – черт весело рассмеялся.
– Ну все, – Егор встал, взял со стола опустевшие тарелки и поставил их в раковину. – Можно ехать. Дормидонт, ты, пожалуйста, продолжай поддерживать связь с Проклом. Будет что-то интересное – звони мне на сотовый.
Первым пунктом намеченного маршрута стало, разумеется, самое крупное в городе (и не только в нем) кладбище – Северное. Ведь именно на него намекал Ян, упомянув о запредельно высокой численности мертвецов в Ростове. По дороге на объект Киреев перечитывал данные о нем – несколько отпечатанных на принтере листков с материалами из Интернета.
Ростовское Северное кладбище – самое большое по занимаемой площади в Европе. Этот факт даже занесен в Книгу рекордов Гиннеса. Площадь кладбища составляет более 360 гектаров, а количество произведенных здесь захоронений давно превысило цифру в триста двадцать тысяч. Довольно-таки зловещие данные, учитывая тот факт, что открыто кладбище было всего лишь в 1972 году.
На Северном функционирует крематорий, однако большинство родственников умерших предпочитает ритуал традиционного захоронения…
«Эх, вот лучше б как раз в крематорий покойничков своих определяли, – подумал Киреев. – Все бы нашему брату-некроманту меньше заботы было» .
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:18 | Сообщение # 35
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Несмотря на столь огромную площадь «царства мертвых» , места все равно не хватает. В 1998 году администрация Ростова-на-Дону была вынуждена купить для Северного кладбища еще 24,5 га земли у соседнего района. Приобретение обошлось в десять миллионов рублей. Но и этих территорий хватит лишь года на три-четыре. Поэтому очевидно, что рано или поздно Северное кладбище должно закрыться, а его расширение – явно не выход из ситуации. С увеличением и без того немалой территории потребуются весьма серьезные затраты на покупку новой земли, строительство дорог, и пополнение кладбищенского «автопарка» катафалков. А также возникнут проблемы с соседними колхозами, на плодородные земли которых уже наступает кладбище…
…Властями Ростова-на-Дону разрабатываются планы открытия старых кладбищ и организации подзахоронений в могилы родственников. На Западе, где достаточно экономно подходят к земельным вопросам, практика подзахоронений в уже существующие могилы применяется испокон веков. В России она впервые была опробована в Ростове. Причем это сразу же привело к конфликтам. Поскольку большинство ростовских кладбищ имеет учетные книги с 1943-1947 годов (более ранние записи были уничтожены во время войны), определить принадлежность некоторых могил очень трудно…
«Братцы-кролики, да ваша практика еще и не к таким «конфликтам» может привести, – Киреев отложил листки. – Ведь это прямая дорога к подъему – новых покойников в старые ямы класть. Тут и маг-ренегат не потребуется – трупы сами попрут на поверхность. Подзахоронения к родственникам! Да вы пройдитесь по квартирам, поглядите, как люди при жизни промеж собой «ладят» ! Вон, Софе родная тетка какие козни строила…«.
Подумав о своей новой подруге, Егор ненадолго отвлекся от текущих задач. Но уже очень скоро мысли некроманта невольно вернулись к ним: «Эх, не вовремя ж Ян устроил эту подлянку. Так славно можно было время провести…» .
Потом Киреев стал размышлять о смысле странного сна, что посетил его под утро. Особенно – о первой его части – ведь эпизод с пропастью сенобитов был, скорее всего, просто отображением наиболее яркого впечатления предшествовавшей сновидению ночи, а столпившихся у холма зомби Егор уже видел прежде.
Совместный поход с Вадимом Дорогой… Куда? Абсолютно незнакомая местность – та поросшая лесом гора могла находиться как на необъятных просторах России, так и где-нибудь в Восточной или Западной Европе. А то и вовсе за океаном.
Егор сумел припомнить некоторые подробности сна. В финальной его части он был одет в свой повседневный городской наряд – джинсы и черную «косуху» (последняя, впрочем, являлась на деле заговоренным защитным панцирем). А вот во время падения в бездну и раньше, в процессе лесных приключений, на Егоре было надето нечто, напоминавшее классический колдовской балахон. Но ведь такие костюмы обычно носят адепты ранних ступеней… Да, у Киреева тоже был когда-то «капюшон волшебника» , но только предназначенный для некромантов – черный, а не бордово-желтый, как во сне. И еще кое-что… Имя. Вадим называл своего спутника не Егором, и даже не Грегориусом, как полагалось при общении на уровне магических имен. Как-то совершенно иначе. Но точного звучания того имени Киреев, к сожалению, вспомнить не мог…
Так что же то был за сон? О чем предупреждал он мага, каким событиям служил предтечей? Непохоже было, что Кирееву, как это часто случается, приснились несколько видоизмененные картины из прошлого. Уж очень сильно должны они были измениться, чтоб организовать такой событийный ряд…
«Возможно, это был какой-то эпизод из его – Вадима – прошлого, – решил в конце концов некромант. – Ну да, точно, мы ведь, кажется, перепутали рюмки вчера, когда пили «Ягермайстер» . Часть воспоминаний, которые Вадим ни от кого не скрывает, могла передаться мне вместе с каплями напитка. В жизни магов такое может случиться «.
– Приехали, – Горри чертовски ловко вписался в брешь между двумя автомобилями на стоянке близ кладбища.
Ступив на землю Северного погоста, Киреев мгновенно понял – никаких злокозненных ритуалов, способных серьезно подорвать стабильность местной некросферы, здесь не производилось. Присутствовало множество следов деятельности одиноких Черных магов, да групп малолетних оболтусов, мнящих себя крутыми сатанистами. Но эти-то приходили сюда не за тем, чтоб разворошить могилы…
Довольно скоро Егор обнаружил отпечаток ауры Яна Грушницкого. Но – очень старый, более чем годичной давности. «Странно, – подумал Киреев, – если Ян замыслил поднять именно это кладбище, он должен был часто приходить сюда – прощупывать атмосферу, пытаться влиять на Хозяина, нагнетать напряженность. Такие вещи не делаются в последний момент. Или Грушницкий теперь настолько силен?» .
– Я пойду поищу Хозяина Кладбища, – молвил Егор, повернувшись к спутникам.
– А мы пока посмотрим могилы, – прощебетала Олеся. – Они такие красивые…
Клыкастая кроха была права – давние и глубокие традиции ростовского похоронного дела привели к появлению целых кланов невероятно искусных мастеров, способных сотворить настоящие шедевры. Так исторически сложилось, что именно Северное кладбище стало своеобразной «выставкой» работ этих умельцев…
Чего стоит хотя бы этот маленький домик, что венчает могилу девочки, прожившей на свете всего-навсего девять лет! Черепичная крыша с чердачным окошком и печной трубой, миниатюрные колонны возле входа… Складывается полное впечатление, что его проектировал не гробовых дел мастер, а профессиональный архитектор.
А вот – могила, расположенная внутри самой настоящей часовни с небольшим куполом на вершине. Рядом с надгробной плитой, окруженной изящными литыми решетками, установлены массивная скамейка и стол для тех, кто придет сюда почтить память умершего.
Иные надгробия здесь прямо-таки просятся в художественную галерею. Как, например, памятник на могиле некоего Федора Дейнеги – черная плита, на которой изображен сам погребенный. С бокалом в руке он произносит тост, стоя над столиком, приютившим восемь бутылок с изысканными напитками. Возможно, при жизни этот человек был дегустатором спиртного или директором соответствующего производства…
Или же памятник на могиле, в которой покоится пожилая семейная пара – выполнен он в форме короны, разделенной надвое крестом с изображением распятого Спасителя. На каждой половине плиты – портрет одного из почивших супругов.
Много их – надгробных монументов, поражающих воображение, способных послужить объектом восхищения, и, как бы нелепо это ни звучало, радующих глаз – даже в таком невеселом месте, как кладбище. Плачущие ангелы, массивные высокие каменные кресты, дорогие мраморные мавзолеи… Мрачное величие посмертной тишины привлекает многих. В том числе и неформальную молодежь – двигаясь по погосту в поисках Хозяина, Егор приметил группу молодых парней и девушек, одетых так, словно они явились сюда после бессонной ночи в рок-клубе.
– О, смотрите, наш человек пошел! – донеслось с их стороны. Егор усмехнулся – ну да, конечно, «косуха» . «Но знали бы вы, ребятки, что это такое на самом деле» .
Человек, одетый в «косуху» , где бы он ни появился, всегда привлекает к себе пристальное внимание окружающих. Явление это можно назвать своеобразной «загадкой металла» , ведь казалось бы – а что особенного в проклепанных кожаных куртках, которые так любят носить поклонники тяжелой музыки? Одна из самых распространенных версий гласит, что наибольшие усилия в деле популяризации этого предмета одежды были приложены американскими байкерами. Но очень у многих людей «косуха» ассоциируется также со средневековым кожаным доспехом, то есть – атрибутом войны. И оба этих направления человеческой мысли целиком и полностью соответствуют действительности…
В наши дни «косуха» является одним из непременных атрибутов металлистов, панков, некоторых готов (большинство последних предпочитает, все же, кожаные плащи и костюмы из латекса). Но прежде чем она таковым стала, ей пришлось пройти довольно-таки долгий путь. А начался он…
Правильно. На войне.
Правда, различные источники говорят о разных войнах. Больше всего упоминаний об американо-корейской (1950-1953), но существуют и отсылки к временам Второй мировой. Ну а нестандартная застежка от левого бедра к правому плечу (благодаря которой куртка и получила свое имя) – та и вовсе заставляет вспомнить об американских же военных мундирах времен разборок между Севером и Югом.
В двадцатом же веке «косухи» первым делом вошли в обиход штатовских летчиков, для которых, собственно, и изготавливались. В летательных аппаратах того времени кабину пилота мало что защищало от холода – спасала только плотная кожа. На спине куртки была размещена специальная «гармошка» , чтобы одежда не сковывала движения солдат. С тех пор, конечно, внешний вид «косухи» претерпел значительные изменения, но базовая дизайнерская идея по сути осталась прежней.
Чуть позже одетые в «косухи» летчики-ветераны вернулись в родные города. Привыкшие к скорости и бьющему в лицо ветру, они купили себе мотоциклы и создали байкерские клубы – либо же влились в уже существующие. Именно так «косуха» стала намертво связана с гордым и своенравным племенем байкеров. Лишь знаменитые «мотоциклисты-уголовники» , Ангелы Ада, предпочитали нашивать «цвета» своего клуба на кожаные жилеты (но и среди Ангелов встречались обладатели «косух» ).
Байкеры всея Америки стали перенимать новую моду, подражая суровым парням, прошедшим через военный ад. Весьма кстати пришлись и такие свойства «косухи» , как непродуваемость и немаркость (для человека, постоянно имеющего дела с высокими скоростями и горюче-смазочными материалами – настоящий подарок судьбы). Да и внешний вид, всячески подчеркивавший нереальную «крутизну» хозяина «косухи» , сыграл свою роль.
Мотоциклисты на достигнутом не остановились. Позднее в их среде стали модными кожаные штаны и даже кожаные банданы. Но качественная, добротная, прочная «косуха» и по сей день остается наиважнейшим аксессуаром падких на стильную атрибутику байкеров всего мира.
И не только байкеров, конечно. Сегодня «косухи» выше всего котируются у неформалов – на любом рок-концерте зрители сливаются в единый черный монолит из-за обилия кожаных курток. Но представители разных субкультур привносят что-то свое. Панки, например, придают своим «косухам» как можно более экстравагантный вид, добавляя множество ярких заплаток, нашивок и рисунков. А металлисты зачастую прошивают края куртки заклепками, но в целом относятся к одежде довольно бережно. Кроме того, все чаще можно встретить людей, которые не имеют отношения к субкультурам, но все равно носят «косухи» – просто для того, чтобы выглядеть стильно и красиво…
Как же этот предмет, бывший сначала униформой, а после – просто удобной одеждой для дороги или автомастерской, стал одним из главных символов металлической сцены? Да очень просто. Стоит лишь вспомнить, с чего, а точнее – с кого начинался мировой рок-н-ролл, официально считающийся предтечей всех возникших впоследствии направлений рок-музыки. Конечно, с Элвиса Пресли! Этот парень из Мемфиса имел не последнее отношение к дальним переездам – в молодости он вкалывал водителем грузовика. Прославившись, Пресли частенько выходил на сцену в своей рабочей одежде. Естественно, модифицированной сообразно его «королевскому» имиджу – заклепки, к примеру, использовались не простые, а сделанные из драгоценных камней…
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:18 | Сообщение # 36
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Куртка Егора Киреева не могла похвастаться монархическим блеском, но имела куда более весомое преимущество перед концертным нарядом покойного Короля. Если бы на сцену во время выступления Пресли вскарабкалась пара-тройка зомби – несладко пришлось бы Элвису. Его-то «косуха» не являлась замаскированной кирасой с наложенным на нее заклинанием защиты от мертвецов.
Маскировка в данном случае была максимальной – «косуха» некроманта представляла собой не морок, скрывающий кирасу, а сам доспех, превращенный в современную неформальную одежду. Свой истинный облик броня могла обрести лишь при погружении в Плерому. По такому же принципу был сделан и кожаный плащ Яна Грушницкого.
Следуя за направлением энергетических нитей, Егор уходил все дальше в глубь Северного погоста, разыскивая Костяного Хозяина. Тот обнаружился в дальнем сегменте – паря в воздухе на высоте двух с половиной метров, он медленно перемещался от могилы к могиле, как будто врач, совершающий утренний обход. Киреев остановился, сложил ладони на уровне груди и устремил взор к подрагивавшему над крестами темно-серому облачку Сущности.
Он, обладавший магическим зрением, был способен увидеть больше, чем, например, оставшиеся позади рокеры – а уж они-то наверняка достигли невероятных высот хвастовства, рассказывая друг другу о фантастических видениях, что посетили их здесь. На деле, встретившись с Хозяином Кладбища, не-маг увидел бы в лучшем случае все то же неясное серое облачко, плывущее над могилами. Или совсем ничего не увидел. Лишь почувствовал бы дуновение ветерка на лице…
За струйками тумана, образующими общедоступный облик Хозяина Кладбища, Киреев видел шагающую между надгробиями высокую костяную фигуру со множеством рук. На черепе скелета поблескивал самоцветами железный венец. Время от времени Костяной Хозяин протягивал одну из своих конечностей к какой-нибудь из могил и начинал поглаживать пространство над ней – словно бы убаюкивал лежавшего внизу мертвеца.
Почувствовав присутствие некроманта, хранитель кладбища оторвался от своего занятия и уставился на Егора. В пустых глазницах плясали бледные огоньки, напоминающие пламя церковных свечей.
– Приветствую тебя, Мастер, – глухо промолвил скелет. В данном случае слово «мастер» имело иной смысл, нежели в отношениях учителя и ученика. То был официальный титул, которым принято величать некромантов, достигших надлежащей ступени владения ремеслом.
– Здравствуй, Хранитель, – кивнул Киреев. В отличие от слов «Костяной Хозяин» , выражавших Сущность стоявшего перед ним создания, такое обращение подчеркивало своеобразную «должность» многорукого скелета.
– Можешь называть меня по имени, – молвил Хозяин.
– Спасибо, Северкласт. В последние дни у тебя спокойно?
– Более чем. От повседневных хлопот никуда не деться, но я справляюсь с ними очень оперативно. Уже и не припомню, когда здесь в последний раз происходило что-либо, требующее визита Мастера. Так что, признаться, я удивлен…
– У меня был весомый повод прийти сюда сегодня, – сказал Егор. – Возможно, скоро один мой коллега явится на твой погост с дурными намерениями.
– Что?! – глаза-свечки заполыхали факелами. – В городе объявился некромант-отступник? Кто-то из молодых, наверное?
– Хотел бы я, чтоб это было так, – вздохнул Егор. – Но увы. Это Ян, Северкласт. Ян Грушницкий.
Если бы скелеты умели нахмуриваться, сдвигая надбровные дуги, именно это и сделал бы сейчас Северкласт. По колебанию энергетического поля Киреев понял – настроение хранителя кладбища, еще секунду назад благодушное, стремительно ухудшается. Но внешняя реакция Костяного Хозяина на услышанное была не столь уж бурной.
– Ян, – задумчиво произнес скелет. – Он был здесь недавно…
«Что?! Значит, все-таки, был. И сумел замаскировать следы своего пребывания? Похоже, я сильно недооцениваю своего противника» .
– Когда именно? И что делал?
– Примерно полтора года назад. Ничего особенного не делал. Просто прохаживался по аллеям, что-то напевая себе под нос. Даже со мной не удосужился пообщаться.
«Отбой тревоги. Конечно же, для того, чей возраст сочетает в себе лета всех похороненных здесь, полтора года – это как для меня несколько дней» .
– На этот раз он придет с другими «песнями» . Я очень прошу тебя, Северкласт – пообещай мне, что ты не позволишь Яну воскресить покоящихся здесь.
– Ты хочешь, чтобы я поклялся? – уточнил Хранитель.
– Да.
– Что ж, хотя особой нужды и нет, я сделаю это, – молвил Северкласт. – Подъем погоста совсем не в моих интересах – это ведь чревато для меня смертью или потерей контроля над собой. Клянусь тебе, Мастер Грегориус, что я не допущу ничего подобного.
– Я принимаю твою клятву, Хранитель Северкласт, – сказал Киреев.
Крошечный вихрь возник на земле между ними, унесся в небеса и там растаял. Клятва, принесенная покровителем Северного кладбища, только что стала частью Плеромы. Одной из невидимых нитей, скрепляющих ткань мироздания.
– Больше тебе ничего не нужно? – спросил костяной великан.
– Пока что нет.
– Тогда позволь мне вернуться к моим обязанностям. Работы еще на несколько часов.
– Конечно. До встречи, Северкласт, – Егор развернулся и пошел к выходу с кладбища.
Компаньоны его, видимо, вдосталь налюбовались шедеврами похоронных дел мастеров – и черт, и упырица уже сидели в машине.
– Ну как? – поинтересовался Горри. – Получилось?
– Конечно, получилось, – сказал Егор, присаживаясь на пассажирское сидение рядом с рогатым. – Но все могло сложиться иначе, если бы Грушницкий нас опередил. В любом случае, расслабляться рано – впереди ещё восемь кладбищ.
– Так чего же мы ждем? – черт повернул ключ в замке зажигания. – Поехали.
В течение следующих нескольких часов их «отряд превентивного реагирования» побывал на остальных ростовских кладбищах: Александровском, Армянском, Братском, Еврейском, Ливенцовском, Магометанском, Верхнегниловском и Нижнегниловском. И раз за разом Костяные Хозяева, носившие причудливые древние имена: Кольмендорф, Арменгвальд, Барагрим – говорили одно и то же. Ян Грушницкий не появлялся на погостах уже очень давно – но в понимании Хранителей, разумеется, недавно. А на мусульманском кладбище о нем и вовсе никогда не слыхивали.
Заручившись клятвами всех девяти Костяных Хозяев, Егор принял решение ехать домой. Теперь можно было заняться слежкой за непосредственным виновником нынешней суматохи. Дормидонт покамест не позвонил. Стало быть, Ян еще не предпринял никаких серьезных действий.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:19 | Сообщение # 37
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 15

И льется кровь…
Площадка близ Центрального рынка, расположенная аккурат напротив Ростовского кафедрального собора, видела многое. Бывали здесь пьяные драки, милицейские облавы, разборки скинхедов с кавказцами, и массовые танцы опьяненных отчаянием бомжей. Но того, что произошло здесь в десять часов утра шестнадцатого июня две тысячи восьмого года, не видели ни серые бетонные плиты, ни чугунные столбики с цепями, ни купола и кресты устремленного к небесам храма, ни памятник религиозному деятелю Димитрию Ростовскому. И никто из случившихся там в то утро людей – даже пара бравых парней, проходивших срочную службу в Чеченской республике в самые горячие ее годы…
Откуда она взялась, так никто и не понял. Словно сама собой возникла из ниоткуда посреди толпы спешащих по своим делам граждан. Абсолютно голая девушка, лет шестнадцати-семнадцати на вид. Что ж, такое порой случается – слишком много алкогольных напитков с не изученными до конца свойствами поступает в последние годы на прилавки торговых точек нашей страны. Да и сумасшедших тоже хватает. Но… кое-какие признаки мешали воспринимать ситуацию как, пусть и неприятный, но все же рядовой эпизод повседневной действительности.
– Господи, Боже мой! – произнесла абсолютно неверующая продавщица солнечных очков, когда увидела, что творится в паре десятков метров от нее.
Виновница переполоха двигалась, покачиваясь из стороны в сторону и выставив руки перед собой, словно глаза ей застил туман. Время от времени она натыкалась на кого-нибудь из прохожих, хватала этого человека за одежду и пыталась что-то сказать. Но изо рта девушки вырывалось только бессвязное бормотание. Люди брезгливо отшатывались от нее, или отталкивали несчастную, привычно принимая ее за пьяную. В адрес девушки звучали при этом весьма нелестные эпитеты. Не имело никакого значения, что от нее совсем не пахло спиртным – сформировавшийся на протяжении десятилетий общественный стереотип был куда сильнее живого человеческого интереса к творящемуся вокруг, и сострадания к ближним. Последние два качества, впрочем, давно покинули души огромной части населения России.
Те, кто наблюдал за происходящим с противоположной стороны – то есть, видел спину девушки – реагировали несколько иначе. Зрачки их расширялись, как у только что уколовшегося наркомана, а рты непроизвольно раскрывались. Кое-кто даже коротко вскрикивал и тут же стыдливо зажимал рот ладонью.
Первыми, кто воздержался от ругани и пассивно-идиотского созерцания, были двое крепких мужчин военной выправки, стоявшие близ автобусной остановки. Бойцы ВДВ Алексей Орлов и Сергей Кузнецов выбрали этот день, чтобы встретиться и поговорить о делах минувших. Эти двое были единственными, кто выжил из всего их отряда, воевавшего в Чечне.
– Леха, смотри, – Кузнецов кивнул на площадку за памятником Димитрию. – Девку-то конкретно колбасит.
– Вижу, – кивнул Орлов. – Как думаешь, что с ней?
– Да понятно, что, – лицо Сергея исказила болезненная гримаса. – Какие-нибудь ублюдки напоили, оттрахали, да и выбросили на улицу. Куда страна катится! – Кузнецов смачно сплюнул на проезжую часть.
– А народ-то, народ! – презрительно произнес Алексей. – Ты только погляди на них! У каждого на морде написано: «Хорошо, что у меня все в порядке» . Блядь, и это за их безопасность мы с тобой в горах свою кровь проливали? Да я Шамиля Басаева уважаю больше, чем это быдло!
– Так, а мы какого члена стоим? – рыкнул Сергей. – Пойдем, поможем девчонке.
Бесцеремонно расталкивая собравшихся вокруг бедолажки зевак, бойцы приблизились к девушке, взяли ее под руки и отвели в сторону.
– Ну ни хрена себе! – воскликнул Орлов, когда взгляд его упал на спину пострадавшей.
– Да, брат, – мрачно сказал кузнецов. – А мы с тобой думали, что на войне побывали. Вот она где, война-то…
Спина девушки – от лопаток и до самых ягодиц – была испещрена надписями, нанесенными при помощи какого-то острого предмета. Вероятнее всего, ножа или даже скальпеля – образующие текст надрезы были ровными, четкими и глубокими. Но разобрать надписи возможным не представлялось – сделаны они были не русскими буквами и даже не латиницей. Какие-то странные символы, отдаленно напоминавшие древние иероглифы мертвых языков Азии. Лишь то, что многие из них повторялись, перемежаясь привычными знаками препинания, позволяло сделать вывод об осмысленном тексте.
– Маньяк поработал, – со знанием дела произнес Орлов.
– Скорее уж, сатанисты, – на это мысль его сослуживца натолкнули кровавые литеры.
Согнав продавщицу очков с ее раздвижного стула, десантники усадили туда несчастную девушку. Сергей присел перед ней на корточки и попытался выяснить, что произошло. Но в ответ слышался лишь бессмысленный набор звуков. Как если бы изуродованная собеседница Кузнецова не просто была пьяна, а… вовсе не умела говорить.
– Слушай, Серый, да она, по-моему, не видит и не слышит ни черта, – предположил Орлов.
– Да что это такое?! Уйдите отсюда! – заверещала опомнившаяся торговка.
– Заткнись, мразь! – рявкнул Алексей, посмотрев на толстую тетку так, что та на некоторое время тоже потеряла способность произносить слова.
– Слушай, Лех, по-моему, от нас тут толку мало, – сказал, выпрямляясь, Кузнецов. – Значит, так – сейчас я Витьке Ляхову позвоню – пусть к себе заберет ее.
– А это кто такой?
– Кореш мой один. В уголовном розыске работает. Нормальный парень, не успел еще прогнить. Так что должен помочь.
– И то верно, – согласился Орлов. – Мы с тобой простые граждане, а это, все-таки – дело для милиции.
– Милиция уже здесь, – раздалось у них за спинами. Развернувшись, бойцы увидели высокого мужчину в форме. На плечах его мундира красовались майорские погоны. За спиной старшего офицера маячили фигуры двух сержантов.
– Что здесь произошло? – спросил майор.
– Вот эти вот… – попыталась встрять торговка, но тут уже страж порядка подарил ей полный холодного яда взгляд.
– Я не у вас спрашиваю, – сказал он таким голосом, что у толстухи заныл подгнивший коренной зуб.
– Вот, девчонку кто-то искалечил, – кивком головы Кузнецов указал на жертву. – Еще и изнасиловали, похоже.
– Вот суки! – вырвалось у майора. Такая реакция показалась десантникам странноватой. Все-таки, милиционеры – неважно даже, «хорошие» или «плохие» – в таких ситуациях ведут себя равнодушно. Просто потому, что насмотрелись на работе такого, в сравнении с чем изнасилование, членовредительство и беготня голышом по базарной площади – не семечки даже, а сладкие кукурузные палочки…
– Вы молодцы, ребята, – майор пожал бывшим солдатам руки. – Родина вас не забудет. А с этим мы разберемся, – служитель закона шагнул к пострадавшей, чтобы помочь ей встать.
В этот миг девчонка вдруг странно преобразилась. Своим невидящим взором она уставилась на майора – так, будто от него исходили волны некоей энергии, которую эта несчастная могла чувствовать. Из уст девушки снова хлынул поток неразборчивых звуков – но на этот раз они уже сливались во что-то более-менее осмысленное. Алексею Орлову почудилось даже, что жертва маньяка признала в честном майоре старого приятеля, которому и жалуется теперь на случившуюся с ней беду…
– Ну тихо, тихо, милая, вставай, пойдем, – тут милиционер совершил поступок, которого от работников его ведомства не ждут, должно быть, со времен михалковского дяди Степы. Подхватил потерпевшую на руки и понес к пыхтевшему у обочины УАЗу.
– Ну надо же, – несмотря на общую остроту ситуации, Орлов заулыбался. – Герой прямо.
– Вы уйдете, наконец, отсюда, а? – осмелев, напомнила о себе продавщица очков. – Торговать мешаете!
– Главную сделку в своей жизни вы, я вижу, уже совершили, – обернувшись на полпути, произнес майор. Десантники не успели, как собирались, обложить торговку отборным матом.
– Это какую же? – опешила толстуха.
– Да душу Дьяволу продали, – спокойно ответил страж порядка и продолжил свой путь к машине. Эта фраза окончательно уверила двух бойцов – не все еще прогнило в российском государстве. Сергей даже отказался от возникшего было намерения перевернуть стеллаж с очками. «Бог еще накажет эту гадину» .
– Что-то я разнервничался, Леха, – сказал он другу. – Пойдем в «Фанагорию» , накатим вина, грамм по двести. Чтобы ублюдка этого поскорее нашли и кастрировали. По пояс.
– Лучше по шею.
– Нет, по пояс. Чтоб остаток жизни промучился.
Гарик проснулся от телефонного звонка. А еще – от того, что организм его был одновременно атакован сразу несколькими симптомами похмелья. Сушняк, дикая головная боль и мерзостный вкус во рту. За свои девятнадцать лет панк переживал все это не раз. Но никогда прежде гнусные ощущения не наваливались на него всем скопом и настолько резко. А тут еще и этот хренов телефон…
Открыв глаза, Гарик обнаружил себя лежащим в мусорной куче, примостившейся в углу какого-то дворика. Для русских панков такое положение дел является вполне естественным, можно даже сказать – привычным. Да только Гарик-то себя всегда считал панком умеренным, как он сам любил говорить – «вменяемым» . Следил за одеждой и обувью, а ночевок на помойках, или кормежки там же, был чужд.
«Бля, сколько же я вчера выпил? – не обращая внимания на разливавшийся соловьем мобильник, подумал парень. – Где? С кем? По какому поводу?» , – последний вопрос он, впрочем, задал себе исключительно для проформы.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:19 | Сообщение # 38
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Постепенно тяжелая голова начала наполняться обрывками воспоминаний о прошедшем дне. Вскоре Гарику удалось сложить из них цельную и более-менее четкую картину. Сперва он пил пиво на «Яйцах» с Алисой и Завулоном. Потом эти двое ушли проводить какое-то дурацкое «посвящение в готы» , а к Гарику подсел старый дед, назвавшийся колдуном… Колдун тот умел делать пиво прямо из воздуха. Ну да, теперь понятно, откуда этот шум в голове… Хотя… Нет, пивом вчера дело не ограничилось. Колдун зазвал в гости к своему приятелю-некроманту. Алиска тоже напросилась, и там, в гостях, они снова пили… Какую-то дрянь зеленую. Абсент, что ли? Да, тот парень – некромант который – сказал, что это абсент. И что пили его не просто так, а это вроде как ритуал какой-то. Посвящение в ученики некроманта… Повезло, значит, Алиске. Два «посвящения» в один день. А этот абсент, кстати, фигня полная. Невкусно, да еще и не торкает ни разу…
Ну и с чего ж тогда такие «дрова» ? Блин. Поскрипев извилинами, Гарик сумел припомнить еще одну подробность. Покинув дом «некроманта» , они с девчонкой поехали в центр. Да, Зед ведь просил вернуться по какому-то важному делу. Но на Садовой парочка встретила еще одного персонажа из «светской» тусовки ростовских неформалов. Отмороженного на всю голову панка Мюллера. В отличие от Гарика, за своим внешним видом тот не следил, да и экстремальных приключений, тесно связанных с мусором, не чурался…
Мюллер где-то разжился сразу тремя бутылками портвейна, который и предложил распить коллегам-неформалам. Новоиспеченная готесса от неблагородного напитка гордо отказалась, а вот Гарик… а что Гарик? За милую душу пошел с Мюллером пьянствовать в какой-то дворик на улице Чехова… Так, стоп. С местоположением в пространстве, кажется, теперь все ясно. С причиной столь неприятного самочувствия – тоже. Да, точно – вот и бутылки из-под портвейна, стоят на врытом в землю деревянном столике. Выпитые досуха…
А Мюллера в пределах видимости нет. Ну да, он же, вроде, где-то поблизости обитает. Хотя, в общем, странно, что Мюллер спать домой пошел. Обычно за этим кадром такого не водится – может прямо на «Яйцах» под памятником прикорнуть.
Вроде, все вспомнил. Ан, нет – не все… Зед же еще просил на «Яйца» подойти. А не он ли это сейчас звонит, не переставая?
Трясущейся рукой Гарик полез в карман «косухи» за аппаратом.
Точно. Экран высвечивал номер Завулона. «Какого хрена ему от меня нужно в такую рань? Какого хрена вообще им всем нужно, когда я в таком состоянии?» . Кого именно он подразумевает под «всеми» , Гарик и сам затруднился бы сказать.
– Алло, – разлепив пересохшие губы, произнес панк.
– Привет, – интонация, с которой собеседник произнес это невинное слово, не сулила ничего хорошего. Гарик знал – за Зедом не заржавеет поддеть кулачищем челюсть или расквасить нос. «А ведь я, по ходу, перед ним слегка провинился, – подумал парень. – Обещал прийти на встречу, а сам…» .
– Ты где пропадаешь? – поинтересовался гот. – Мы же с тобой вчера договорились, нет? Нехорошо так с друзьями поступать.
– Зед, извини, я…
– Знаю. Нажрался ты. С Мюллером. Если уж хочешь от кого-то что-то скрыть – не стесняйся общаться с окружающими. Мог бы Алиску попросит, чтобы она мне ничего не говорила. Ума не хватило, да? На будущее запомни – пригодится.
– Извини, – повторил Гарик. – Я не думал, что так получится.
– С Мюллером по-другому не может получиться, – хохотнул Завулон. – Плавали, знаем. Ладно. За то, что ты меня вчера продинамил, твой гонорар будет снижен с трехсот баксов до двухсот пятидесяти.
– За что гонорар-то? – процентов пятьдесят Гарикова похмелья улетучились, как по мановению волшебной палочки. По одному на каждый упущенный доллар.
– Это не телефонный разговор, дружище. Ты от «яиц» далеко?
– Нет. Совсем рядом. На Чехова.
– Отлично. Тогда подтягивайся через полчаса к памятнику, и мы с тобой все предметно обсудим.
Как вскоре выяснилось, дело, которое собирался поручить панку гот, заключалось в тяжелом «прессинге» в отношении одного из представителей азербайджанской диаспоры. Владелец пары рядов в мясном павильоне Центрального рынка почувствовал себя настолько вольготно, что посмел… снизить цены. Это довольно-таки ощутимо ударило по его соседям – а их «крышевали» парни из бригады, в которую входил Завулон. Попытки договориться по-хорошему ни к чему не привели. Ахмед Газизов считал, что поступая так, как поступает, он является кем-то вроде филантропа, благоволящего к обездоленным студентам и пенсионерам. Законы рынка и здоровой конкуренции бизнесмен опрометчиво решил «пустить по бороде» .
И нездоровой конкуренции тоже – опираясь на связи в милиции и городской администрации, Газизов забыл о том, что схемы, по которым делался русский бизнес десятилетие назад, были не уничтожены, а всего лишь законсервированы. И могли быть в любой момент снова пущены в ход. Когда угодно и где угодно.
Но не кем угодно, разумеется…
Всех карт Завулон, конечно, раскрывать перед панком не стал. Сказал лишь, что встретил неких «суровых ребят» , ищущих исполнителя для «острой» акции. Согласно придуманной Зедом легенде, азербайджанец надругался над сестрой одного из упомянутых ребят. Лично они устраивать разборки не хотят, деловая репутация не позволяет. Сам же Артур в данном раскладе фигурировал исключительно в роли посредника.
– А что с ним сделать-то надо, с хачиком этим? – поинтересовался Гарик, уже предвкушавший, как в пальцах его захрустят зеленые портреты американских лидеров.
– Ну как это, что? – удивился Завулон. – Отмудохать как можно сильнее. Но не до смерти, конечно – по сумме, что ли, не догадался? И сказать, чтоб впредь не борзел. Больше ничего не надо, он поймет. Да, самое главное чуть не забыл. Когда зайдешь к Ахмеду этому, скажи, что ты от Марата.
– А у него охраны нет?
– Нет. Этот жук на ментов во всем полагается. И на то, что его земляки потом за него отомстят. Сам посуди – кто в здравом уме станет такого бояться? Ну а в милицию позвонить, я надеюсь, ты ему не позволишь.
– Слушай, как-то стремно мне… – упоминание о грозных земляках, к плечистым фигурам которых воображение мигом дорисовало стволы и кинжалы, несколько охладило пыл начинающего наемника.
– Обратку включать поздно, друг, – злобно прищурился Завулон. – Я ведь тебе уже все рассказал…
По выражению глаз собеседника Гарик понял – идти на попятный действительно поздно. Он помнил, как однажды вечером на тусовке Зед одним ударом отправил в нокаут разбушевавшегося по пьянке здоровенного байкера. И вовсе не хотел испытать этот чудовищный панч на собственной физиономии…
– Да я не в том смысле, – поспешил «съехать с гнилого базара» панк. – Меня колотит после вчерашнего. Похмелиться бы. А денег нет ни копейки…
– Ну, за этим дело не станет, – из кармана кожаного плаща Артура появились несколько бумажных червонцев. – На, пивка возьми себе. Только долго с ним не засиживайся, а то Газизов по делам куда-нибудь смотается. Офис его находится недалеко от Центрального рынка. Вот точный адрес, – гот протянул Гарику сложенный вдвое листок, вырванный из записной книжки. – Там только он и секретарша, больше никого.
Пиво помогло Гарику окончательно прийти в себя и собраться с мыслями. Правда, вкус напитка почему-то показался ему отвратительно горьким. «Меньше надо было вчера бурды всякой глотать» , – мрачно укорил сам себя наци-панк. Он был склонен думать, что причиной неприятности с пивом является выпитый дома у «некроманта» абсент.
«А пивка не мешало бы и еще хлопнуть, для гарантии, – подумалось Гарику. – Эх, где же ты, дед Платон, со своей практической магией?» .
А и правда – где? Связи со старым колдуном не было никакой. Да, «некромант» , кажется, сказал, что когда они с Алисой будут нужны – маги сами с ними свяжутся. Только как, интересно? Телепатически, что ли? Или из телевизора вылезут?
– Так, ладно, – отбросив ненужные в данный момент мысли, Гарик шагнул в подъезд указанного в «сопроводительной» записке здания. Старенький вахтер даже не оторвался от изучения свежего выпуска «Футбольного курьера» .
В нужный офис наемник вошел без стука. В «предбаннике» сидела анонсированная Зедом секретарша – коротко стриженая рыжеволосая девушка в очках. На вид – вполне славянской внешности.
«Помощницу, стало быть, русскую держит хач, – внутренне усмехнулся Гарик. – И потрахивает ее, небось, угрожая увольнением» .
– Здравствуйте, я к Ахмеду Рустамовичу, – скороговоркой выпалил панк, закрывая за собой дверь.
Красный сполох мелькнул перед глазами. Парня качнуло. «Да что это за херня?! Я же похмелился!» .
– А он не принимает, – привстав, сказала девушка. Она приготовила эту фразу еще как только увидела на пороге молодого человека с варварской прической на голове, да еще, судя по всему, и пьяного.
– Я от Марата. Меня он должен принять, – головокружение прошло, и Гарик отнял руку от дверного косяка, за который было схватился.
Выражение лица секретарши Газизова переменилось, став брезгливо-испуганным. Должно быть, «от Марата» сюда приходили часто и вели себя при этом не самым вежливым образом. «Ну, оно и понятно, раз хозяин офиса на досуге изнасилованиями балуется» .
Девчонка сняла трубку телефона, соединявшего ее с начальником:
– Ахмед Рустамович, к вам человек от Марата.
«Плоть… плоть… плоть…» , – мелькнуло тем временем в голове у гостя, где-то на границе между сознанием и подсознанием.
«Да, герла-то ничего себе так, – ухмыльнувшись, подумал Гарик. – Я б такой тоже засадил. Решено – как только бабки от Зеда получу, пойду сниму себе кого-нибудь на Красноармейской» .
Через несколько секунд открылась дверь рабочего кабинета Газизова. За ней стоял сам бизнесмен – элегантный, аккуратно подстриженный, облаченный в пепельный деловой костюм.
– Это вы от Марата? – спросил он, смерив Гарика взглядом. – Ну что ж, идемте, поговорим.
Ахмед Рустамович скрылся в глубине кабинета. Панк, подмигнув секретарше, проследовал за ним. И закрыл за собой дверь.
– Вижу, у Маратика дела совсем плохи стали, – Газизов, улыбаясь, стоял у окна. – Уже не серьезных ребят, а клоунов всяких присылает…
– Кто клоун, ты клоун, епт! – панк незаметно протянул руку к двери и защелкнул шпингалет.
– Так, пошел вон, щенок! – Газизов несколько раз махнул ладонью в направлении выхода. Несмотря на внушительные габариты и явно агрессивные намерения вошедшего, хозяин кабинета не сомневался в своей абсолютной безопасности. Он просто не был способен воспринимать всерьез парнишку, на голове у которого красовался петушиный гребень из волос.
– Нэ магу, дарагой, – издевательски произнес Гарик.
– Почему? – удивленно вскинул брови Газизов. Он еще ничего не понял.
– Дверь закрыта! – молниеносно приблизившись к азербайджанцу, нацист изо всех сил ударил его правой рукой под дых. Ахмед согнулся пополам, и голова его мгновенно превратилась в очень удобную мишень для локтей и кулаков Гарика.
– Получай, сука! – орал вошедший в раж громила, нанося удар за ударом. Один из них пришелся по брови и рассек ее. На белоснежный подоконник брызнула кровь…
– Совсем оборзел, гнида! – Гарик чуть отступил назад, чтобы ударить поверженного коммерсанта ногой.
– Уйди! Успокойся! Я все понял! Я подниму цены! – закричал Газизов, закрывая руками лицо.
– Какие цены?! – взревел парень, впечатав носок своего «Гриндерса» в грудь жертвы. Ахмед поперхнулся и затих.
– Это только начало, черножопый, – довольно заулыбался Гарик. – Сейчас ты за все заплатишь, – взгляд панка скользнул по аппетитным алым брызгам на подоконнике. – Будешь знать, падла, как русских девок пороть… плоть… Плоть! Плоть!!!
Сзади раздался стук в дверь, а вслед за ним – взволнованные крики секретарши. Но опьяненному насилием верзиле было уже все равно…
Растерянно озираясь по сторонам, секретарша Газизова Людмила стояла перед дверью в кабинет шефа. Оттуда явно доносился шум драки, но надежная звукоизоляция мешала понять, что же именно происходит. Только глухие звуки ударов и невнятные выкрики. Но кого бьют? Кто кричит? Звонить в милицию, или подождать, пока Ахмед сам разберется? Девушка знала – когда в этих стенах звучало имя Марата, всякие шутки заканчивались…
– Неееееееееет! – очередной вопль был настолько громким, что Людмила не только услышала его, но и поняла, что голос принадлежит Газизову. А следом из кабинета раздался звон разбитого стекла. Шеф почему-то не любил прочных пластиковых офисных окон…
Еще через мгновение дверь распахнулась, и прямо перед собой секретарша увидела человека с гребнем на голове. Его перекошенное лицо было испачкано кровью. Алая жидкость стекала и с его пальцев.
– Плоооть! – взревел псих и бросился на девушку. Измазанные красным оскаленные зубы стремительно приближались.
К счастью для Людмилы, сердце ее не выдержало секундой раньше, чем они вонзились в беззащитное горло.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:20 | Сообщение # 39
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 16

Нехорошие новости
«Так, а это еще что такое?» , – Егор, нахмурившись, глядел на кучку черного пепла, громоздившуюся у порога.
– Должно быть, пока нас не было, кто-то попытался проникнуть в дом, – предположил Горри.
– Ну, это понятно. Только вот, кто бы это мог быть? Маг или нелюдь увидел бы барьер. Значит, здесь погиб человек. Сегодня рабочий день, и ко мне вполне мог прийти покупатель. Увидел, что магазин закрыт, и зачем-то поперся ко входу в дом. Тут его и шарахнуло. Плохо, друзья. Очень плохо. Яну все-таки удалось кого-то убить, пускай и косвенным образом.
– Кстати, я, вот, хотел спросить, – кашлянув, молвил черт. – Как твой коллега собирается захватывать город? Ведь зомби – они же могут действовать только ночью. А днем им должно отлеживаться в могилах, как киношным вампирам.
– Все не так просто, Горри, – покачал головой Киреев. – Солнечный свет губителен лишь для тех покойников, что восстали сами по себе. Но если кладбище поднимает некромант – он отдает кадаврам часть своей силы, и мертвые слуги не боятся больше солнца, как и хозяин.
– Ну, думаю, сильно беспокоиться теперь все равно не стоит, – сказал рогатый. – Ты ведь сделал, что собирался. Ян не сможет взбаламутить ни одно из ростовских кладбищ.
– Ну да, – кивнул Егор. – Но расслабляться нам пока рано. Посмотрим, каким будет его ответный ход.
– Хозяин! – Дормидонт, выглядевший очень взволнованным, встретил их у тайного хода. – Тут такое было!
– Рассказывай, – Киреев посадил домового себе на плечо и перенес на диван. Сам сел на стул напротив. Черт и упырица заняли места по обе стороны от «хозяюшки» .
– Часа полтора назад глянул я на мониторы, – начал Дормидонт, – и обомлел: вокруг дома шныряют восемь каких-то мужиков. У двоих в руках – пистолеты, у остальных – дубинки или ножи. Лазили они, значит, по двору, лазили, в окна заглядывали, а потом один из них попытался дверь открыть. Ну, тут понятное дело, что с ним случилось. Прочие, как увидели то – заматерились, прыгнули в машину и уехали.
– Всемером в одну машину? – усомнился Горри.
– У них минивэн был, – пояснил домовой.
– Больше никто не видел, как он сгорел, – деловито уточнил Егор.
– Наверное, нет. Иначе тут быстро толпа собралась бы. Но ведь могли увидеть! Я тебе давно говорил, Егор, – надо забор повыше сделать.
– Видимо, придется, – вздохнул некромант. – Что же это за гости были?
– Может быть, Ян кого-то подослал? – предположила Олеся.
– Не его стиль. Да и зачем бы? Нет, тут другое что-то. Стоп! Дорми, как они выглядели, мужички те? Такие кряжистые и бородатые? И взгляды, как у волков?
– Да, – сказал изумленный хозяйской прозорливостью домовой, – большинство из них как раз такими и были.
– Тогда я знаю, кто это, – некромант повернулся к упырице. – И ты, Олеся, кстати, тоже.
– Уманцы? – догадалась девочка.
– Они самые.
– В расклад вписались ваши старые враги? – полюбопытствовал Горри.
– Нет, относительно новые, – мрачно усмехнулся Киреев.
– Но как они нас нашли? – Олеся выглядела прямо-таки обиженной.
– А вот тут я не исключаю участия Грушницкого, – Егор задумчиво почесал подбородок. – Он ведь пытался у меня подробности уманского рейда выведать. Вот только, зачем ему эту шушеру на меня наводить? Нет, наверное, сами нашли, без Яна. Кстати, что-то мы отвлеклись от основной темы. Есть что-нибудь новое о господине Грушницком, а, Дорми?
– Вы не поверите, – сказал домовой, – но он все еще дома. Правда, уже не спит. Смотрит по видео фильмы про мертвецов.
– Мне это кажется все более странным, – Горри взял себя за рога. – Егор, прости, конечно, но… ты ничего не напутал с этой историей?
– Если честно, я уже начинаю сомневаться. Но не приснилось же мне все это, черт побери! Ой, извини, Горри.
– Ничего, ничего. Мне даже приятно.
– Я включу телевизор? – Олеся встала с дивана и сцапала пульт дистанционного управления.
– Давай, – апатично кивнул Егор. – Глядишь, поможет сосредоточиться. Хотя, когда такое бывало?
Упырица нажала на кнопку. Экран вспыхнул и развернулся, демонстрируя собравшимся в комнате студию городских новостей.
– И мы возвращаемся к главной теме первой половины сегодняшнего дня, – произнес подтянутый диктор. – Поистине жуткое двойное убийство произошло сегодня утром в самом центре Ростова. Подробности – в материале наших корреспондентов.
Видеоряд сменился – теперь на экране возникло накрытое куском белой ткани тело, лежащее на асфальте. Часть покрывала, скрывающая голову, была пропитана кровью. Рядом с трупом переминались с ноги на ногу двое мужчин в милицейской форме.
– Трагедия разыгралась в двенадцатом часу дня в офисе бизнесмена Ахмеда Газизова, – начал вещать закадровый голос. – Неизвестный преступник проник помещение, где сначала напал на господина Газизова, а после зверски расправился с его секретаршей. Спасая свою жизнь, коммерсант был вынужден выпрыгнуть из окна. Тем не менее, Ахмед Газизов погиб. Но не от удара о землю – ведь он упал всего лишь со второго этажа – а от ужасной раны, нанесенной ему убийцей. По этическим соображениям мы не можем показать вам, как все это выглядит. Ограничимся комментариями сотрудников правоохранительных органов.
Следующим кадром стал крупный план лица одного из милиционеров.
– По предварительной версии, потерпевший скончался от несовместимой с жизнью травмы дыхательных путей, – сказал тот. – А проще говоря – шея у него была… выгрызена.
– Так, так, так, а ну-ка дай мне пульт, – взяв у Олеси приборчик, Егор прибавил звук и сел, скрестив ноги, почти у самого экрана.
– Еще более страшная смерть настигла девушку, работавшую здесь секретаршей, – продолжил корреспондент. Картинка снова сменилась – теперь это был коридор со множеством однотипных дверей. Возле одной из них стоял вальяжный милицейский полковник.
– Мы успели снять последствия случившегося в офисе еще до появления милиции, – в кадре возник сам корреспондент. – Но, скажу вам честно – это зрелище не просто не для слабонервных, оно вообще ни для кого, – Егор подметил, что у журналиста подрагивают губы. – Несчастная женщина была в буквальном смысле разорвана на куски и… частично съедена, – последние слова корреспондент произносил уже через силу.
– А ведь похоже, мы что-то упустили, – протянул Горри.
– Зомби уже в городе, – поежилась Олеся. – Но, во имя всего проклятого, как?
– Да ничего мы не упустили, – Егор встал и щелчком пульта стер с экрана лоснящуюся физиономию полковника, который как раз излагал свою версию случившегося. – Лично меня больше всего удивляет тот факт, что такой материал вообще попал на телевидение. Обычно менты тщательно все скрывают. Но для нас он – как подарок судьбы. Теперь-то я точно знаю, что происходит.
– А вот я по-прежнему ничего не понимаю, – затряс рогатой башкой Горри. – Объясни, пожалуйста.
– Охотно. Помнишь, домовой Яна рассказывал Дормидонту, как вчера старый колдун привел к Грушницкому двух молодых людей? И Ян сделал с ними «что-то не очень хорошее» ? Так вот – посмотрев этот сюжет, я понял, что именно. Он превратил их в некросомнамбулы. Не воскресил мертвых – а омертвил живых!
– Некросомнамбулы, – пробормотал черт. – Ну да, я слышал об этом. Мальгедорн занимается чем-то подобным. Только у него все гораздо сложнее.
– Конечно, он ведь делает из людей демонов, а не зомби. А ритуал создания сомнамбул – он очень простой. Человеку дают выпить зелье, в состав которого входят измельченные органы мертвеца. Потом некромант читает заклинание, завершающее процесс превращения человека в ходячий труп. Да только обряд этот давным-давно запретили. Так что, Ян теперь полностью вне закона. Воскрешение чернокнижника, нападение на меня, дурные намерения – все это детские шалости в сравнении с тем, что он сделал вчера. Грушницкого уже не спасти. Нужно успеть помочь городу.
– Сочувствую по поводу твоего друга, – почесав бородку, промолвил Горри, – но общую степень угрозы ты, по-моему, преувеличиваешь. От кого спасать Ростов? Всего-то две некросомнамбулы! Да мы их с легкостью вычислим, поймаем и уничтожим. Или «вирус смерти» передается через укусы, как в голливудских фильмах про мертвецов?
– Не передается. Но если у Яна есть запас зелья, он сможет очень быстро создать себе целую армию таких сомнамбул. Только представь себе, что начнется, если Грушницкий сумеет проникнуть на кухню любого кафе или ресторана – да хоть в тот же «Макдоналдс» на Пушкинской. Ян подмешает зелье в еду и напитки, после чего все посетители заведения станут зачарованными! Понимаешь, Грушницкому останется лишь прочесть заклинание, и боевой отряд будет в его распоряжении!
– Значит, таков и был его замысел?
– Ну да. Он пустил меня по ложному следу, заговорив о городских кладбищах. А сам и не собирался их посещать, вот в чем все дело! Итак, друзья, – подытожил Киреев, – нам с вами нужно срочно разработать новую стратегию действий…
Есть в славном городе Ростове одно местечко, о существовании которого знает даже не всякий местный житель. Тихий укромный уголок близ набережной Дона.
Экспортно-зерновые склады знаменитого ростовского купца Парамонова были возведены в середине девятнадцатого столетия. Славились они не столько исками зодчества, сколько необыкновенной добротностью и прочностью кладки. Мастеров, умевших так выложить камень и кирпич, давно уже не сыскать. Постройке идет вторая сотня лет, но, несмотря на все усилия современных варваров – одних лишь пожаров склады выдержали не меньше пяти – стены все еще сохранились…
А примечательны эти развалины вот чем: прямо из полуразрушенных стен бьют ключи с чистейшей родниковой водой.
Покойный владелец зданий в свое время использовал эти родники с утилитарной точки зрения – пустив по трубам, охлаждал складские помещения.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:20 | Сообщение # 40
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Спустя полтора столетия, местный люд подошел к редчайшему источнику с не меньшей долей прагматизма: двери были завалены камнями, а окна заколочены досками. Таким образом внутри образовался импровизированный бассейн.
Благодаря проточности и чистоте воды, уникальное произведение народного зодчества обрело широкую популярность в кругах посвященных ростовчан.
Некоторый шарм и загадочность придает складским развалинам их месторасположение. Несмотря на то, что находятся они почти прямо на набережной (весьма популярном у ростовчан и приезжих месте), сами строения скрыты на крутом берегу реки густыми зарослями, и различными более современными зданиями.
Именно сюда, на легендарные «Парамоны» , явился в поисках убежища наци-панк Гарик после того, как сотворил в офисе Ахмеда Газизова такое, что до глубины ужаснуло его самого…
Убийце невероятно повезло – там, на Соборном, его никто не заприметил. Вахтер был так увлечен чтением спортивных новостей, что просто не обратил внимания на панка, когда тот входил и выходил – иначе бы, наверное, запомнил столь экстравагантного визитера. А того времени, что прошло, пока в офис Газизова заглянул кто-то еще, Гарику хватило, чтоб смыть с себя человеческую кровь и «смыться» самому.
Человеческая кровь… Человеческая плоть… Избивая азербайджанца, нацист вдруг ощутил резкую, непреодолимую потребность откусить от жертвы кусочек мяса. Настолько сильную, что организм воспринял ее как вполне естественный позыв, а суперэго даже не попыталось воспротивиться. Оторвав бизнесмена от пола, Гарик развернул его к себе спиной и вцепился зубами в шею. Обезумевший от боли и ужаса Газизов вырвался и, разбив своим телом стекло, полетел вниз. Плоть ускользнула. А дальше глаза наци-панка застил алый туман…
Он пришел в себя лишь через несколько минут и обнаружил, что сидит на полу «предбанника» , набивая живот мясом растерзанной секретарши. Зажав себе рукой рот, чтобы не заорать, Гарик поднялся и вышел. Увиденное и осознанное им только что, было слишком страшным, чтоб размышлять об этом.
Шок мобилизовал дремавшие доселе способности юношеского мозга. «Соображалка» у Гарика в тот момент работала, как никогда прежде. Первым делом он зашел в общий для всего этажа туалет, где тщательно смыл кровь со своих рук, лица и одежды. В коридоре никого не было.
Потом панку повезло во второй раз. Впрочем, механизм этого везения был заложен в прошлом и только сейчас сработал – здесь от парня уже ничего не зависело.
Соседи по этажу были в курсе проблем, которые не так давно возникли у Ахмеда Газизова в «общении» с организованной преступной группировкой под названием «Барсы» . Услышав шум и крики из его секции, они вполне логично предположили, что пикировка с бандитами достигла своего апогея. Никто из плававших в окрестностях особей офисного планктона не устремился на помощь. Зато сразу несколько человек позвонили в милицию. В том, правда, уже не было нужды, ибо окровавленный труп Ахмеда, лежавший, раскинув руки, под окнами комплекса, сам по себе являлся весьма недвусмысленным сигналом…
Гарику подфартило еще раз – он успел покинуть здание прежде того, как внутрь вошел первый человек в серой форме. Держась абсолютно спокойно, убийца вышел на Большую Садовую, смешавшись с толпой, добрел до Буденовского проспекта и начал спускаться вниз, к набережной Дона. Панку было уже наплевать, что случится дальше в офисе Газизова. Он постепенно постигал суть происходящего с ним самим…
Страшной и мерзкой была она, эта суть. Обычно людей, попавших в экстремальную ситуацию, бросает то в жар, то в холод. Но Гарик почему-то этих ощущений не испытывал. Он чувствовал себя так, как если бы его время от времени приподнимала в воздух огромная невидимая рука. И тотчас же прикладывала об асфальт…
Только сейчас юный неформал в полной мере осознал тайный смысл избитого выражения «Никогда не пей с незнакомцами» .
«Так вот, что это был за «абсент» . Как же я вляпался, охренеть просто! – думал он, проходя мимо Дома обуви. – И ведь никому не расскажешь, никто не поможет… Не Завулон же. У него только погоняло такое, а сам-то… Урла обычная, хоть в гота и рядится. Надо же, твари, что со мной сделали…«.
– Гребаные колдуны! – несколько раз громко произнес Гарик. Шедший навстречу бородатый мужичок глянул на него искоса, усмехнулся и покрутил пальцем у виска. Мощным ударом кулака в челюсть панк отправил его в глубокий нокаут и ускорил шаг…
Вот уже несколько часов он лежал без движения на высоте двух метров, на поперечной балке в одном из самых темных и захламленных помещений Парамоновских складов. Последние тридцать минут в кармане «косухи» надрывался мобильник. Звонил, вероятнее всего, Зед, но панк не спешил отвечать. Сперва нужно было разобраться с тем, как ему жить дальше.
Жить? Да какое там! Гарик прекрасно понимал – то, что с ним случилось, не укладывается в рамки стандартной человеческой логики. От окончательной потери рассудка спасал лишь тот факт, что вчера он своими глазами видел настоящую уличную магию. Случившееся с ним – из той же области. Причину несомненно следует искать в совсем недалеком прошлом – там, где загадочно мерцал в изящных бокалах зеленоватый напиток.
Через некоторое время после расправы над уличным насмешником Гарик почувствовал – что-то идет не так, как всегда. А достигнув набережной, он понял, что не дышит уже пятнадцать минут. Еще через десять шагов в груди перестало биться сердце. На территорию «Парамонов» Гарик вошел, тихонько скуля – но не роняя слез, которых попросту больше не было.
«Что делать с этим? Можно ли тут вообще что-нибудь сделать? Кто-нибудь способен помочь? – эти и многие другие вопросы он уже задал себе не одну сотню раз. – Лучше бы педерастом сделали, чем такое!» .
Постепенно в потоке отчаянных мыслей стала все чаще всплывать одна – преисполненная фатальной обреченности, страшная… но вряд ли более страшная, чем то, что уже стало явью. «Убить себя» . Нет, в данном случае это будет не самоубийством даже, а прекращением существования мерзкой твари, в которую он был превращен. Минут через пятнадцать таких раздумий Гарик был уже полностью уверен в том, что другого выхода просто нет…
Да, он мог бы, конечно, попытаться упросить или заставить колдунов вернуть отобранное. Но в том-то все и дело, что лишь попытаться, а чем закончились бы эти потуги, можно было сказать наперед.
«Выхода нет, – пронеслись в голове строчки из старенькой рок-песни. – Выхода нет» .
В той же самой песне пелось и про метрополитен. «У жителей городов, где он имеется, всегда есть под рукой удобный способ решить сразу все свои проблемы, – подумал парень, приняв окончательное решение. – А мне придется еще минут сорок тащиться к железной дороге» .
Повешение, отравление, вскрытие вен – все это вряд ли могло его уничтожить. А будучи размолотым в фарш колесами поезда, живой мертвец Гарик уж точно перестанет существовать.
Очень важно было сделать это до того, как начнется очередной приступ, и уж конечно – прежде чем он окончательно потеряет контроль над собой.
– Похоже, мы начинаем терять нити управления ситуацией, – Горри, сложив пальцы рук в замок, похрустывал суставами. – Может, нам лучше, что называется, «сдать дела» ? Рассказать обо всем более опытным Сущностям? Лагвалю, например?
– Ты не забыл о проклятии? – недоуменно взглянул на него Киреев. – Не будь его, я бы первым делом позвонил Лагвалю, а сам и не пырхался даже. Разве что, постарался облегчить Янову участь после ареста.
– Но ведь тебе и не обязательно самому ехать или звонить в штаб, – не унимался черт. – Это могу сделать я.
– Проклятие сработает и в этом случае, – сказал Егор, покачивая в воздухе указательным пальцем. – Но жертвой его по-прежнему буду я. Ты же ведь от меня получил эту информацию.
– А что, если тебе на это время создать условия, исключающие какую-либо опасность? – предложил рогатый. – Например, запереться в подвале?
– Случится землетрясение, – отрезал Егор. – Или же я скончаюсь от внезапного приступа недуга, которым никогда не страдал. С проклятиями не шутят, Горри, тебе ли этого не знать? На помощь магов рассчитывать не стоит. Придется разбираться самостоятельно.
– И какие будут предложения? – поинтересовался Горри. – Лично я не представляю, что можно сделать, кроме как настучать Яну по рогам. Но ты, наверное, этого не захочешь?
– Не захочу, ты прав. Но ситуация такова, что выбора у меня нет. Если дело дойдет до открытого столкновения, я буду вынужден сражаться до конца. Вплоть до гибели одного из нас.
– Но почему? – потрясенно выдохнула Олеся.
– Да, почему? – поддержал ее Горри. – Не проще ли скрутить его и доставить в штаб Ковена, а там…
– А там обо всем рассказать, – закончил фразу Егор. – Не думаю, что если мы поймаем Яна, он согласится снять с меня проклятие. Чем можно ему угрожать? Смертью? Он и так уже подписал себе приговор. Пытками? Грушницкий знает, что я никогда до такого не опущусь. Представляешь, что будет, если мы притащим Яна в штаб, не имея на руках никаких доказательств его вины? Сами же и схлопочем нагоняй за клевету. А Ян заляжет на дно или сбежит из города. Чтобы потом осуществить задуманное в другом месте, с учетом прежних ошибок. Поэтому, – Егор тяжело вздохнул, – убийство Яна Грушницкого больше не является для нас чем-то запретным.
– Представляю, каково тебе сейчас, – сочувственно произнес Горри.
– Не представляешь, дружище, – покачал головой Киреев. – Не представляешь.
Проснувшись, девушка поняла, что лучше б ей этого не делать. Голова болела, гудела и кружилась одновременно. Во рту же будто кошки нагадили. «Интересно, – подумала Алиса, – тот, кто придумал это выражение, основывался на личном опыте, или как?» .
Плюс ко всему – легкая боль в промежности и… еще кое-где. Ну, это как раз понятно – все-таки, вчера лишилась всех видов девственности. Но в остальном собственное самочувствие слегка удивляло школьницу. Вроде бы, выпила она накануне не так много, чтобы страдать от столь жестокого похмелья. Вот Гарик – тот наверняка наклюкался до поросячьего визга – с Мюллером по-другому не бывает. Интересно, как они сейчас. А впрочем… совсем это неинтересно.
– Алиса, ты уже встала? – раздался из-за двери голос матери.
«Хм, странно, почему она дома? Или…»
– Время – час дня, – мама подтвердила догадку. – Вставай, пообедаем.
С родителями Алисе, учитывая ее образ жизни, капитально повезло. Отец, ученый-физик, трудившийся в закрытом институте, был настолько погружен в свою науку, что, должно быть, даже не все время помнил о существовании дочери. Мать же старательно закрывала глаза на то, что шестнадцатилетняя девчонка выпивает неизвестно где и с кем, и может порой не прийти домой ночевать. Ей проще было убедить саму себя, что ничего не происходит, нежели пытаться подыскать нужные слова для конструктивного диалога с дочерью.
Вот и сейчас…
– Можно войти? – мать постучала в дверь.
– Да, – негромко произнесла Алиса.
– Здравствуй, дочка. Что-то ты сегодня долго нежишься, – оказавшись внутри, мама первым делом проследовала к окну и открыла форточку. Алиса этого не любила, но сейчас мысленно поблагодарила родительницу – свежий воздух в ее состоянии был как нельзя кстати.
– Пойдем кушать, я суп сварила, – сказала мама.
– Суп? – почему-то при мысли об этом блюде Алису посетил зачаток рвотного спазма. – А какой?
– С горошком.
– Ууу. Мне бы мяска.
– Времени нет с ним возиться. Пойдем.
Несколькими минутами позже, взглянув на себя в зеркало в процессе умывания, Алиса подумала, что уж сегодня-то мама, пожалуй, поинтересуется причинами столь непрезентабельного вида ее дитяти. На какое-то мгновение девушка показалась самой себе отвратительной сорокалетней алкоголичкой. Но все же, воспоминания о вчерашних приключениях носили в целом положительный оттенок.
«Теперь я женщина, готесса, да еще и ученица некроманта» , – подумала Алиса, вытирая лицо. – Здорово, все-таки, начинается лето.
Когда Алиса пришла на кухню, там ее уже ждала тарелка с дымящимся супом. Мать успела съесть половину своей порции, а стало быть, утолила голод и была готова задать дочери несколько будничных, ни к чему не обязывающих вопросов. Обычно Алису такие беседы не напрягали. Но сегодня… Ох, лучше б ей поваляться еще минут сорок в постели, и поесть, когда мама уйдет…
– Как у тебя дела? – спросила мать незамедлительно после того, как девочка заняла место напротив нее.
– Да нормально все, – Алиса опустила ложку в суп. Хоть тот и выглядел довольно аппетитно, есть его девчонке почему-то совершенно не хотелось.
– Не хочешь работу какую-нибудь подыскать на лето? К осени, вон, финансовый кризис обещают.
– Не знаю еще, – пожала плечами Алиса, поднося ложку ко рту. – Надо будет подумать.
Проглотив еду, она поняла – суп ей сегодня явно не друг. Глаза девочки расширились, к горлу подступил комок.
– Мам, извини, я доедать не буду, – через силу произнесла Алиса. – Мне… плохо, – и, соскочив с табуретки, ринулась в туалет.
– Да что с тобой? – только и успела спросить мать.
Ответила Алиса, уже вернувшись.
– Мне очень плохо, мама. Не знаю, почему, – последнее утверждение, разумеется, было неправдой.
– Дочка, а ты часом не заболела? – забеспокоилась женщина. – По телевизору рассказывают, сейчас вирусы гриппа так мутируют, что и летом можно подхватить. Свиной грипп, птичий… Тараканьего еще вот только нет.
– Не знаю, может и заболела, – Алиса поняла, что появилась превосходная возможность «съехать» с грозящего разоблачением разговора. – Я выпью таблетку на всякий случай. И полежу еще.
– Конечно, доченька, полежи, – кивнула мама. – Не буду больше тебя дергать. Есть захочешь – в холодильнике сосиски, сваришь себе. Хотя нет – я сама сейчас заранее сварю, это недолго.
Мать покинула квартиру минут через двадцать пять. Алиса в это время лежала у себя в комнате, бессмысленно таращась в потолок.
«Да что же это со мной творится? – думала она. – Блин, даже после шести банок «Ягуара» такого не было. Наверное, не стоило после пива и виски еще и абсент пить. Но ведь без этого посвящение в ученики не состоялось бы…«.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:20 | Сообщение # 41
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Повалявшись еще немного, она прислушалась к своим ощущениям и решила, что неплохо было бы все же поесть. «Мама, вроде, говорила, что сосиски сварит. Это получше, чем гороховый суп» .
Но вскоре выяснилось, что желудок ее так не считает. Ему, похоже, было сегодня все равно, какие именно подношения будет делать хозяйка. Алиса успела съесть всего полторы из четырех сосисок, как ее снова начало рвать. На этот раз даже до туалета добежать не успела – пришлось воспользоваться кухонной раковиной.
«Черт, да что же это такое? – отдышавшись, подумала Алиса. – Алкогольное отравление, что ли? Может, пива выпить, тогда пройдет? Вот же ж гадство…» , – девочка вспомнила, что не удосужилась попросить у матери ежедневные пятьдесят рублей «на мороженое» .
«Что же делать? А впрочем, как это, что? Нужно позвонить Завулону» , – Алиса вернулась в свою комнату, взяла мобильник и набрала номер Зеда. Было занято. Девушка проявила настойчивость и с пятой попытки все-таки дозвонилась.
– Да. Приходи, – голос любовника почему-то был предельно усталым – как если бы Завулон всю прошедшую ночь разгружал вагоны и до сих пор не сомкнул глаз. – Можешь сразу на квартиру, если адрес помнишь. Ну, давай, до встречи, – Зед выключил телефон.
«Отлично, – подумала Алиса, натягивая джинсы. – Надо будет, наверное, еще и на готические шмотки у него денег попросить» .
В корреспондентском отделе редакции ежедневной газеты «Ростов сегодня» царила скука. Стрелки часов только что отщелкали пятнадцать ноль-ноль. В это время большинство сотрудников уже сдавали дневную норму материалов и в большей степени «отбывали» рабочее время, нежели делали что-то полезное для издания.
В настоящее время в отделе присутствовали всего три журналиста: спортивный обозреватель Константин Поваренко, специалист по культурным мероприятиям Андрей Простецкий, и Герман Вольф, не имевший жесткой привязки к конкретной теме. Впрочем, своя определенная «изюминка» у Вольфа все же была. Но для того, чтобы открыть в свое газете «отдел эзотерических расследований» , главный редактор «Ростова сегодня» , Владислав Русаков, был слишком прагматичным человеком.
Практически вся женская часть коллектива пятнадцать минут назад удалилась на традиционные чайные посиделки в редакционном кафе. Еще несколько журналистов отправились на задания. Скорее всего, они уже не вернутся сегодня в редакцию – до конца рабочего дня осталось два часа, и особого смысла в том, чтобы сдавать руководству новые статьи, нет. Время для них настанет завтрашним утром.
Мысли троих мужчин, находившихся сейчас в отделе, были, в основном, устремлены именно в завтрашний день. Обмениваясь шутками и прибаутками, Поваренко, Простецкий и Вольф периодически делали пометки и наброски, посвященные тому, чем эта троица будет заниматься во вторник.
Так продолжалось до тех пор, пока дверь отдела не распахнулась, пропуская внутрь внушительную фигуру главного редактора. Журналисты мгновенно убрали с лиц улыбки, вызванные анекдотом, который только что рассказал Константин. С шефом шутки, как правило, были плохи.
– Я вас приветствую, – пробасил Владислав Григорьевич. – Новость слышали? Бертынского избили. Прямо в центре города. Сегодня утром.
Сотрудникам стало ясно – теперь можно расслабиться. Весть о неприятности, случившейся с конкурентом, несомненно привела шефа в благодушное расположение. «Новая областная газета» , которую возглавлял Александр Бертынский, выходила хоть и не каждый день, но нишу на рынке городской прессы занимала ту же, что и «Ростов сегодня» .
– И кто его приложил? – поинтересовался Поваренко.
– Молодежь буйствует, – шеф присел в одно из свободных кресел. – В общем, там было даже не избиение, а нападение. Одного удара Александру Иосифовичу хватило, чтобы уснуть. Проснувшись, подал заявление в милицию, а уж оттуда информация приплыла ко мне. Теперь Бертынский наверняка устроит пресс-конференцию, чтоб попытаться привлечь внимание к своей газетенке. Андрей, – всегда, вне зависимости от настроения, тяжелый взгляд Русакова остановился на Простецком, – я хочу, чтобы ты написал серию заметок, в которых данный инцидент будет преподан с альтернативной точки зрения. Якобы Алексашка был пьян, упал и ударился головой. Или же начал драку первым – но, опять-таки, потому, что был пьян.
– Владислав Григорьевич, я не смогу, – развел руками журналист. – Завтра с утра в город приезжают Uriah Heep, и я договорился с организаторами концерта об эксклюзиве. Так что, если мы хотим, чтобы послезавтра у нас было горячее интервью суперзвёзд рок-музыки, тему Бертынского лучше поручить кому-нибудь другому. Вот, Драпеко, например, отлично справится с этой задачей.
Светлана Драпеко из отдела новостей имела в редакции «Ростова сегодня» самую дурную репутацию. Подсиживание коллег, доносы, и грязные заказные материалы, которые Светлана выдавала за собственные журналистские расследования – вот каковы были «три кита» , на которых зиждилась ее карьера.
– Не сможешь? – нахмурился Русаков. Он очень не любил, когда обстоятельства – пускай даже вполне объективные – шли вразрез с его волей. – Ладно, поговорю об этом с Драпеко. Но смотри, чтоб по Uriah Heep все было идеально. Даю тебе полосу под них.
С одной стороны, шеф сейчас облагодетельствовал Простецкого – ведь премии в редакции начислялись, исходя из объема проделанной за месяц работы. А с другой – поставил в не слишком легкое положение, ибо набрать достаточно материала для громадной офсетной полосы «Ростова сегодня» было проблематично даже после часовой беседы с легендарной британской группой.
Но озадачить Простецкого было не так-то просто. Огромный опыт позволил бы ему выжать половину затребованного объема уже из церемонии приветствия.
– Сделаю, – невозмутимо ответствовал Андрей.
Ни слова больше не говоря, шеф поднялся и направился к выходу из отдела.
– Герман, – сказал он, развернувшись на пороге, – зайди ко мне через десять минут.
– Хорошо, Владислав Григорьевич, – кивнул Вольф, хоть этого, в принципе, и не требовалось – попробовал бы он не зайти…
О том, что ожидает его в кабинете главного, Герман догадывался, а потому на пути туда особо не нервничал. Работа Вольфа в последние года три никаких нареканий не вызывала, и разноса журналист не опасался. Скорее всего, речь пойдет о новом особом задании – связанном с миром сверхъестественного. Говорить на такие темы в присутствии Поваренко и Простецкого Владислав Григорьевич ни за что не стал бы – он дорожил своей репутацией абсолютного агностика.
Но именно Вольф несколько лет назад сумел поколебать его неверие, предоставив неопровержимые доказательства потустороннего мира. Простой репортаж об аварии на угольной шахте обернулся тогда для Германа чередой фантастических приключений, подробный рассказ о которых мог бы перевернуть представления горожан о мире, в котором они живут. Увы, Русаков тогда счел за лучшее не публиковать всего, что сумел раскопать Герман. Но даже будучи адаптированным для обывательского сознания, тот текст все равно стал сенсацией, о которой весь город говорил несколько месяцев – огромное достижение для журналиста, работающего в ежедневной газете.
– Присаживайся, – сказал Русаков, когда Вольф вошел.
Герман заметил, что на столе перед Владиславом Григорьевичем лежат несколько глянцевых фотоснимков. Они изображали человеческое тело, накрытое окровавленной простыней. По всей видимости, труп.
– Центральный рынок, – промолвил Русаков, кивнув на фотографии. – Сегодня это место стало центром не только городской торговли, но и всевозможных загадочных событий. На снимках – ростовский бизнесмен Ахмед Газизов. Он был хозяином двух рядов в мясном павильоне. Сегодня утром Газизова убили.
Герман молчал. Пока что шеф не сказал ничего такого, что могло бы всерьез его заинтересовать.
– Я знаю, о чем ты думаешь, – произнес Владислав Григорьевич одну из своих коронных фраз. – Тема для отдела криминальной хроники. Но я не просто так вызвал именно тебя, а не Кабаргина. Понимаешь ли, Газизов не был застрелен, зарезан или даже взорван. Его загрызли насмерть.
Вольф начал смотреть на снимки с гораздо большим интересом. Это не ускользнуло от внимания шефа.
– А секретаршу его – ту и вовсе разорвали на части, – подлил он масла в огонь своим следующим высказыванием. – Причем без применения какого-либо оружия. То есть – голыми руками и зубами. Да, чуть не забыл – тот, кто это сделал, он там еще и покушал немножко. Улавливаешь?
– Да, – кивнул Герман. «Как уж тут не уловить?» . – Что от меня требуется?
– Ну как это, что? – слегка удивленно произнес Русаков. – Подготовь материал в своей обычной манере. Лучше даже ряд материалов. Я где-то читал, что места постоянного скопления народа аккумулируют отрицательную энергию. И рано или поздно прорываются, как гнойники на человеческой коже. Эту теорию можно сделать лейтмотивом твоей работы. Газизов и его помощница – это ведь еще не все. Примерно в то же время, как их убили, возле памятника Димитрию Ростовскому видели абсолютно голую девицу, на спине у которой были вырезаны некие странные знаки. Вполне возможно, такие же, как те, что ты видел три года назад в шахте.
– Мне понадобятся ваши источники информации, – произнес Вольф. – Не в пресс-службу же звонить. И разрешение ссылаться на вас, а то ведь и на пушечный выстрел не подпустят.
– Об этом можешь не беспокоиться, – сказал шеф. – Я уже предупредил насчет тебя, – Владислав Григорьевич протянул Герману листок бумаги, на котором были записаны несколько телефонных номеров. – Вот контакты человека, который будет консультировать тебя по делу Газизова.
– А по голой девке?
– Ну, тут все на уровне слухов, – развел руками редактор. – Ее, вроде бы, тоже милиция увезла, но пока оттуда никаких новостей на этот счет не поступало. Могли, в общем-то, и засекретить, если там и впрямь твои сектанты замешаны. Я постараюсь нарыть побольше, но и ты без дела не сиди. Прогуляйся по месту событий, опроси свидетелей. Торгаши-то наверняка и завтра на своих местах будут. Когда примерно можно материалы ждать?
– Через несколько дней, – Вольф знал, что шеф не любит расплывчатых формулировок, но коли уж дело коснулось такой щекотливой темы, Герман мог позволить себе не ограничивать собственную деятельность дополнительными рамками.
– Отлично, – Русаков потер ладонь о ладонь. – Все-таки, мы – лучшая газета в этом городе. А секрет прост – в то время как другие ввязываются в пьяные драки, мы работаем. Ладно, все, можешь идти.
Вольф встал, вышел из редакторского кабинета и направился в общий отдел, размышляя о последних словах Русакова. С одной стороны, он не одобрял намерения шефа выставить Бертынского алкоголиком-дебоширом. Но с другой… До того, как устроиться в «Ростов сегодня» , Герман трудился как раз в «Новой областной газете» . Он прекрасно знал, что тамошний начальник – тот еще «думозвон» .
Работая с Русаковым, можно было порой услышать в свой адрес множество нелестных эпитетов, но… Владислав Григорьевич, по крайней мере, никогда не использовал для разносов надуманные предлоги. Бертынский же в общении с подчиненными всегда исповедовал только одну формулу: «Я здесь главный, а ты – дерьмо собачье» .
А стало быть – поделом ему!
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:20 | Сообщение # 42
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 17

Гамбургер с мертвечиной?
– Дормидонт, свяжись-ка, пожалуйста, еще разок с Проклом, – попросил Егор. – Грушницкий, возможно, уже начал действовать. Может быть, обронил, куда направляется. Да, можешь выйти в Сеть с одного из моих компьютеров. Времени в обрез.
Домовой соскочил с дивана и засеменил к дверям хозяйского кабинета. Вернулся он уже через пять минут – и вид имел весьма опечаленный.
– Что случилось? – в один голос произнесли маг, упырица и черт, не дожидаясь, пока мохнатый что-нибудь скажет.
– Прокла нет на связи, – пустым голосом сообщил Дормидонт. – И, возможно, уже не будет. Ян засек его переговоры со мной. Об этом Прокл успел написать, но дальше – тишина.
– То есть, Грушницкий теперь знает, что я свободен? – уточнил Егор.
– Нет. Я предупредил Прокла, чтобы тот удалял архив переписки после каждого сеанса. Ян знает лишь то, что его домовой шпионил, но на кого – нет.
– Если судить по тому, что я узнал о Яне за последние сутки, – сказал Киреев, – этот кретин вполне способен начать пытать Прокла, чтобы все выяснить.
– Пытки бесполезны против домовых, – невесело улыбнулся Дормидонт. – Если боль становится слишком сильной, каждый из нас способен добровольно прервать свое существование на Земле… Но Прокл пока что жив. Я бы почувствовал, будь это не так.
– Значит, лазутчика во вражеском стане мы потеряли, – произнес некромант. – Что ж, будем надеяться, с ним все будет хорошо. А нам теперь нужно разыскать Яна.
– Но это ведь просто, правда? – спросил Горри. – Ритуал сканирования ауры и все такое…
– Даже проще, – сказал Егор. – И, надеюсь, быстрее. Твой шеф дал мне во временное пользование кое-какое снаряжение, – Киреев достал из кармана устройство, полученное от сенобита.
– Ух ты! – черт с интересом уставился на приборчик. – А что это?
– Ты не знаешь? – удивился некромант. – Странно. Ты же работаешь у Мальгедорна.
– С сенобитом можно три года прожить на одной лестничной площадке и все равно ничего о нем не узнать, – отмахнулся черт. – Так что за машинка-то?
– Прибор для дистанционного поиска людей и Сущностей, – пояснил Егор. – Я так понял, он осуществляет все тот же ритуал с аурой, только во много раз быстрее.
– Офигеть! – рассмеялся Горри. – Так вот, значит, каким образом сенобиты мгновенно вычисляют, где находятся их жертвы. А я-то думал, они настолько круты по части магии. Нет, ну надо же, а!
– Егор, а ты знаешь, как им пользоваться? – полюбопытствовала Олеся.
– Догадываюсь, – некромант подошел к шкафу и, открыв один из отсеков, достал пухлый альбом с фотографиями. – Чтобы исполнить ритуал поиска по ауре, нужно для начала сжечь в волшебной кадильнице портрет или фотографию объекта. А для гарантии успеха стоит добавить какой-нибудь биологический материал – волосы, там, или ногти. Думаю, методика демонов представляет собой упрощенную версию этого процесса. Надо полагать, вот эта щель предназначена для ввода данных.
Отверстие на корпусе устройства действительно походило на прорезь для перфокарт в компьютерах давно минувших лет.
– Дормидонт, – сказал Егор, – сбегай-ка на кухню и посмотри, нет ли там Яновых волос.
– Будет сделано, – домовой исчез в дверях. Киреев тем временем вынул из альбома один из снимков. Одиночных портретов Грушницкого в его архиве не имелось. Пришлось взять фотографию, на которой два некроманта были запечатлены вместе.
Вернувшись к шкафу, Егор взял ножницы и разрезал карточку надвое. В гостиную вернулся Дормидонт. В одной из розовых лап домовой держал несколько длинных седых волос.
– Отлично, давай их сюда, – Егор наклонился, чтобы взять у помощника «биологический материал» . – Надо было чаще мыть голову, Ян, – произнес он, глядя на портрет впавшего в безрассудство друга. – Глядишь, и волосы не стали бы выпадать. Вот так бытовые мелочи, о которых мы имеем склонность забывать, могут в один прекрасный миг поставить под удар самые грандиозные наши планы.
Приговаривая так, Егор обмотал кусок фотоснимка волосами Грушницкого и вставил карточку в прорезь. Глянцевый прямоугольник полностью погрузился в корпус гаджета. Киреев нажал на самую большую из кнопок, предположив, что она активирует устройство.
Приборчик в его руке начал нагреваться.
«Ну точно, – подумал некромант, – ритуал, впаянный в кибернетическую «примочку» . Надо полагать, пока что это – экспериментальная модель, доступная лишь демонам, да, может быть, еще высшим магам. А лет через десять, глядишь, вокруг будет полным-полно механических артефактов «.
Портрет и волосы Яна сгорели внутри устройства – из входного отверстия пыхнуло сизым дымом. Спустя секунду ожил экран: на нем возникла схема центральных кварталов Ростова. Понажимав кнопки со стрелками, Егор убедился, что прибор охватывает практически всю карту города. Как и в аналогичном сервисе Интернета, здесь можно было двигаться в любую сторону и масштабировать изображение.
– Ну что, где он? – нетерпеливо произнес Горри. От нечего делать черт взял в руку кончик своего длинного хвоста и теперь помахивал им, словно веером.
– Погоди, сейчас, – первым делом Киреев повел курсор к улице Нансена, на которой стоял дом Грушницкого. – Хм, странно. Он как будто никуда и не собирался. Может быть, занят разговором с Проклом?
Дормидонт поежился.
– А давайте поедем выручать домового? – предложил черт. – Проклятие проклятием, но оно ведь распространяется лишь на твои слова, Егор. Действия не заставят его исполниться.
– Надо подумать, – Егор приложил два пальца к виску. – Нет. Нельзя. Мне очень не хочется, чтобы Прокл погиб, но… если мы сейчас отправимся туда, случится то, о чем я уже говорил. Нам придется пленить Яна или убить его – без всяких видимых причин. В случае смерти Грушницкого проклятие будет, конечно, автоматически снято, но… оправдаться перед Ковеном я уже не смогу.
– Но ведь мы поддержим тебя, Егор! – воскликнул рогатый. – Целых три Темных Сущности будут свидетельствовать в твою пользу.
– И все, что эти три Сущности знают о ситуации, известно им только с моих слов, – вздохнул Киреев. – Нет никаких улик – он ведь даже не ходил на кладбища. И Костяные Хозяева это подтвердят.
– А как же ритуал проверки? – Горри отчаянно пытался найти лазейку. – Тебя могут подвергнуть действию заклинания «Поиски правды» , и всем сразу станет ясно, что ты не лжешь.
– К сожалению, такая проверка обычно проводится лишь в отношении тех, чья персона имеет исключительную важность для Темного дела, – покачал головой Егор. – Сомневаюсь, что у вашего покорного слуги достаточно заслуг. Есть, конечно, один крутой парень, который мог бы за меня поручиться. Да только он живет далеко отсюда, а путешествовать предпочитает в запряженной лошадьми карете. Так что, боюсь, меня успеют трижды казнить прежде, чем освободитель прибудет в Ростов. Увы, друзья, мы с вами в полном цейтноте. Единственное, что нам остается – так это ждать, когда начнет действовать Ян, – взгляд некроманта скользнул по экранчику гаджета. – Что?!
Как оказалось, во время беседы он забыл убрать палец с кнопки перемещения курсора. Крестик дополз до края карты и выскочил с обратной стороны, вновь начав движение от южной части города к северной по улице Нансена. В тот миг, когда Егор опять посмотрел на экран, курсор проходил в районе старого мясокомбината. И там тоже мигала точка, свидетельствовавшая о том, что Ян Грушницкий в данный момент находится именно в этом месте!
– Да не может быть, – пробормотал Киреев. – Нет, это просто глюк какой-то…
– Что такое? – насторожился черт.
– Прибор показывает присутствие Яна одновременно в двух местах, – сказал Егор.
– Может, он просто телепортировался?
– Хм, об этом я не подумал. Сейчас проверю, – Киреев снова навел курсор на дом Грушницкого. Но издевательски подмигивающая точка была и там…
– Нет, это невозможно, – произнес некромант, потерев кончиками пальцев лоб. – Хотя… Дьявол, я знал, что так просто это кончиться не может!
– Ты что-то знаешь? – спросила Олеся.
– Догадываюсь. Должно быть, Ян создал себе астральных двойников. Знаете, есть такие баллистические ракеты, которые в определенный момент выпускают из себя сотни теннисных мячиков. И на вражеских радарах каждый мячик отображается как отдельная ракета – чтоб дезориентировать систему ПВО. Грушницкий провернул то же самое. Он показан на карте несколько раз, и определить, где настоящий Ян – невозможно! Сейчас погляжу, сколько их тут всего, – Егор принялся нажимать на кнопки, вращая карту.
Еще один «Ян» обнаружился на Октябрьской площади. А четвертая точка горела на Буденовском проспекте, рядом…
Рядом с заведением быстрого питания, чьи название и логотип были, пожалуй, известны даже дикарям-людоедам с островов Океании.
– Я как в воду глядел, – глухо промолвил Егор. – Только с местом чуть-чуть ошибся. «Макдоналдс» на Буденновском. Все в машину! Кроме тебя, Дорми, – тут же уточнил некромант.
– Эх, – печально вздохнул домовой, хоть и совершенно не рвался принять участие в магической разборке.
Если бы бравые вояки имели возможность проследить за милицейским экипажем, забравшим несчастную девушку, происходящее могло здорово их удивить. Машина двинулась вовсе не к ближайшему отделению, и не к расположенной поблизости ведомственной больнице, а дальше, гораздо дальше…
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:21 | Сообщение # 43
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Тысячи людей ежедневно проходят мимо этих построек, но очень редко кто-нибудь остановится, чтобы сказать самому себе: «Ба! Да как это может быть?» . В наше-то время, когда не только старый театр или библиотеку, но даже храм могут переоборудовать в казино или бордель – и вдруг какой-то «Институт исследований проблем партеногенеза» получает роскошное здание с прилегающим к нему солидным участком земли.
Большинство прохожих, конечно, просто не обратит на это внимания. Прожженный коммерсант, возможно, попытается найти подступы к этим чудесным помещениям и территориям. «Молодец, все-таки, Президент, – подумает гражданин старой закалки. – Не забывает отечественную науку» .
А представитель Тайного мира, ни минуты не колеблясь, войдет во двор и направится к узорчатой деревянной двери. Ведь под вывеской с малопонятным обывательскому глазу названием, скрывается не что иное, как городской штаб Ковена. И очень для многих это место является более родным, чем собственный дом.
Если речь идет об организации Темных сил, Ковене Малаха – то состав посетителей здесь куда как более разнообразен, нежели в форпостах Ковена Матаха. Много кто может заглянуть сюда – иной раз случаются такие занятные персонажи, которых нет ни в одном бестиарии мира.
Ростовское представительство Ковена Малаха находилось на улице Ленина, недалеко от ее пересечения с Ашхабадским переулком. Табличка на воротах извещала о том, что за забором находится «Институт исследования солнечных затмений» . В названии этом содержались и замаскированная правда, и тонкая ирония над оппонентами.
Но именно сюда, в один из оплотов Тьмы, привезли сегодня пострадавшую Светлую волшебницу. Просто экипаж Темных магов наткнулся на нее первым.
Сегодня патрулирование центра Ростова проводил сам руководитель городского подразделения Ковена, князь Дженнар Лагваль. Около десяти часов утра он ощутил, что в районе Центрального рынка было совершено серьезное преступление с применением магии. Прибыв на место, князь обнаружил изуродованную девушку – вероятнее всего, тоже волшебницу. Такой вывод Лагваль сделал после того, как потерпевшая почувствовала его собственный энергетический ореол. Она пыталась что-то сказать, но не могла. Видеть и слышать, что происходит вокруг, несчастная тоже не была способна. Мерзавец, изувечивший ее, использовал заклятия, чтобы отключить основные органы чувств.
Девушку повезли в штаб Ковена, чтобы оказать первую помощь и определить личность, или хотя бы силовую принадлежность. Бедняжка была слишком молода, чтобы сразу понять, к Свету она относится или же к Тьме: ей еще не поставили Печать. Но сам Дженнар, располагавший информацией практически обо всех постоянно проживавших в городе Темных Сущностях, был склонен полагать, что девушка принадлежит к Светлым.
По прибытии на место его догадка подтвердилась. Защитные чары штаба отреагировали на девушку предупредительным сигналом третьего уровня – на территории Тьмы появился Светлый маг без агрессивных намерений. Сигнал был очень слабым, и это означало, что девушка крайне истощена… или же вовсе лишена своих магических способностей.
Жуткие раны на спине пострадавшей являли собой не что иное, как буквы древнего алфавита, составлявшие Наречие, на котором общались между собой сверхъестественные Сущности – как Темные, так и Светлые. Лагваль не стал сразу вчитываться в кровавую надпись – это выглядело бы не слишком этично. Князь лишь успел заметить, что слова, вырезанные на девичьей коже, являют собой нечто вроде послания обоим Ковенам сразу…
В настоящий момент раненая находилась в санитарной зоне, а Дженнар Лагваль – в элитных апартаментах, которые в настоящий момент занимал самый высокий гость, которого эти стены могли принять за всю свою историю. Лидер Ковена Малаха, сильнейший из Темных магов Земли, Вадим Дорога.
Именно с ним и совещался сейчас князь. Предметом обсуждения была, разумеется, дальнейшая судьба Светлой девчонки.
– Не похоже на провокацию, – молвил Дорога, выслушав рассказ о случившемся и собственные предположения Лагваля. – Светлые, конечно, мастера всевозможных гнусных интриг, но… так далеко, чтоб пустить в расход кого-то из своей же молодежи, они никогда не зайдут. Просто не способны на такое. Белые… От них всего можно ожидать, но все же, членовредительство не в их стиле. Скорее всего, юную барышню обработал Черный. Ты сказал, у нее на спине что-то вырезали. Я, пожалуй, взгляну, – Дорога сделал шаг к двери.
– В этом нет необходимости, милорд, – покачал головой Лагваль. – Я дал распоряжение сфотографировать надпись и выложить снимок в локальную сеть штаба.
– Что ж, прекрасно, – Вадим сел в кресло перед столом, на ктором стоял его ноутбук. – Так-так-так, – произнес глава Ковена, взглянув на документ. – Дженнар, ты сам-то ее читал?
– Самое начало, краем глаза, – молвил Лагваль. – Кажется, тот, кто это сделал, затеял с Ковенами какую-то игру.
– Он давно затеял эту игру, – Дорога повернулся к князю. – Знаешь, что это? Послание от Морлока Хнарта. Того самого, по чью душу я прибыл в город. Он пишет, что отныне происходящее выйдет за рамки попыток двух Ковенов найти и покарать его. Иными словами – Морлок объявляет нам войну.
– Каков наглец, а, – выдохнул Дженнар. – Какие будут распоряжения, милорд? Что делать со Светлой волшебницей?
– Она должна остаться у нас, – сказал Дорога. – Девчонка – ключ к тайне Морлока. Говоришь, она не может ни видеть, ни слышать, ни разговаривать?
– Да, – кивнул Лагваль. – Мерзавец основательно над ней поглумился. Изнасиловал, лишил способности использовать магию и общаться с миром. Значит, Светлых в известность ставить не нужно?
– Нет, – подтвердил Вадим. – И вот почему: как только они узнают, что кто-то из них находится в Ковене Малаха в таком состоянии, начнется заваруха. Мы-то, конечно, сможем доказать свою непричастность к произошедшему с ней, да только… нас ведь и спрашивать никто не станет. Ты и сам это прекрасно знаешь. Так что девчонка пока пускай остается здесь. Разумеется, ей нужно будет обеспечить наилучшие условия… хотел бы я сказать «проживания» , но ее ситуацию иначе, как существованием, не назовешь.
– Понятно, – кивнул князь. – Сделаем.
– Раны на спине следует полностью зарастить, – добавил Вадим. – Однажды она все равно вернется к своим, и я не хочу, чтобы они тоже располагали этой информацией. Я должен первым добраться до Морлока. Чтобы узнать, кто за ним стоит.
– Думаете, его деятельность, все же, является провокацией Ковена Матаха? – поинтересовался Лагваль.
– Это был бы еще не самый плохой вариант, – Вадим тяжело вздохнул. По тону руководителя Дженнар догадался, что подоплека последней фразы Дороги сегодня ему не откроется.
– Я могу идти? – спросил князь.
– Да, Дженнар, пока ты свободен, – кивнул Вадим. – Займись тем, о чем я говорил чуть раньше. Вечером устроим общее совещание по вопросу Морлока. Пускай соберутся все, кто располагает хоть какой-то информацией о нем.
– Хорошо, милорд, – Лагваль развернулся и вышел из покоев Дороги. Вадим перебрался из-за стола на диван. Вытянув руки перед собой, он материализовал в воздухе посреди комнаты голубой шар Сферы Бытия – одной из гадательных систем высшей магии. В который раз сильнейший маг Темной стороны пытался определить точное местонахождение Морлока Хнарта. Но даже его невероятных способностей почему-то никогда не хватало для этого…
«Хочешь научиться успевать и там и тут? Поработай здесь!» , – возвещала табличка на двери ресторана быстрого питания. Скользнув по ней взглядом, Киреев мрачно усмехнулся. К качеству продукции «Макдоналдса» претензий у него никогда не было. Но вот сказать того же об уровне работы обслуживающего персонала некромант не мог. «Пожалуй, пообщавшись с этими ребятами подольше, можно поверить в то, что Франц Кафка был писателем-реалистом» , – подумал Егор, входя в помещение.
Многочисленные нападки на этот «храм рыжего клоуна» Киреев всегда считал происками конкурентов и вконец исписавшихся журналистов. Продукты, подаваемые здесь, вовсе не казались ему воплощением некоего «мирового гастрономического зла» – да хотя бы потому, что Егору случалось наблюдать трапезы, которые вполне подошли бы под такое определение. Подумаешь, жирная пища с высоким содержанием белка! Если поковыряться в том же «Биг Маке» , выяснится, что в нем нет ничего такого, чего не было бы на каждой российской кухне. Жарим же мы себе на обед картошку и котлеты, делаем салаты из лука и огурцов, закусываем все это белым хлебом, смазав его майонезом. Так в чем же разница?
Совсем другое дело – то, как вам подают эти продукты. Егор до сих пор не мог забыть идиотский эпизод, случившийся с ним в «Макдоналдсе» несколько лет назад. Киреев спокойно делал заказ, но к обслуживавшему его операционисту внезапно подошел парень со значком менеджера и принялся… дублировать действия кассира, задавая Егору те же самые вопросы. Кассир при этом продолжал оформлять заказ, и никакой нужды в присутствии поблизости еще одного сотрудника не было. В первую секунду Егор просто остолбенел от происходящего, а во вторую – с трудом подавил в себе желание столкнуть оболтусов лбами.
И таких моментов из истории отношений «продавец-покупатель» он мог припомнить множество – не только из собственной жизни. И не только применительно к «Макдоналдсу» , конечно – но в контексте того, что было написано на двери заведения, сцены из прошлого вставали перед глазами в особенно ярких красках.
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:21 | Сообщение # 44
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Сейчас Киреев ничего покупать не собирался, так что очередное столкновение с гибридом «американской мечты» и русской реальности ему не грозило. Но дело пахло гораздо более серьезным столкновением…
Горри и Олеся покамест оставались в машине. Егор вообще был против того, чтобы девчонка принимала участие в боевых действиях. Если учесть насколько выросли способности Яна, Грушницкий смог бы с легкостью развоплотить упырицу. А вот на пару с чертом у Киреева пожалуй, был шанс одолеть мятежного некроманта. Да вот только…
Только не было этого некроманта в «Макдоналдсе» на Буденовском проспекте. Егор несколько раз внимательно осмотрел помещение, приглядываясь к каждому посетителю. Вряд ли, конечно, Грушницкий стал бы использовать личину – хотя, прознав, что за ним шпионит собственный домовой, Ян мог и начать вести себя осторожнее. Но даже если бы он воспользовался чьим-то чужим обликом, Егор все равно сумел почувствовать его присутствие.
Но сейчас единственным источником волшебной энергии в закусочной была компания молодых и слабеньких Светлых магов, весело гомонивших в дальнем углу. Никого более сильного, чем Егор.
И никого Темного.
А точка на экране гаджета Мальгедорна продолжала мигать, указывая на то, что Ян Грушницкий находится в данное время именно здесь. Внутренним взором Киреев просканировал кухню и подсобные помещения. Но и там не обнаружил коварного супостат с пузырьком гибельного зелья наготове.
Это могло означать лишь одно – Ян отправил сюда своего астрального двойника, а сам пребывает сейчас в совершенно другом месте. Чтобы удостовериться в этом, Егор воссоздал вокруг себя Плерому.
И сразу увидел Яна Грушницкого.
Нет, не его самого, конечно, а ту самую астральную проекцию, что выполняла функции отвлекающего «маячка» . Фигура некроманта неподвижно стояла рядом с одним из столиков, за которым сидел мужчина пенсионного возраста. «Ян» казался сотканным из полупрозрачного красноватого тумана.
Проекция была очень слабой. Еще бы – их ведь существовало целых три, и каждая, по сути, являлась частью ауры Грушницкого… почти что частью его души.
– Ну что ж, здравствуй, Ян, – прошептал Киреев, глядя в пустые глаза призрака. – Вот и свиделись.
На мгновение некромант задержал взгляд на человеке, рядом с которым находилась проекция. Поведение старика показалось Кирееву немного странным. Тот, как оказалось, не ел, а просто разглядывал продукты на стоящем перед ним подносе: чизбургер, пакетик с картофелем-фри, стакан «Кока-Колы» и коробку «Чикен Макнаггетс» . Время от времени мужчина перекладывал упаковки с места на место и что-то тихонько бормотал.
«Должно быть, дедушка случайно сюда забрел» , – усмехнулся Киреев. Выскочив во всеобщую реальность, он развернулся, вышел и направился к припаркованному неподалеку джипу Горри.
– Как я понял, господина Грушницкого там нет, – промолвил черт, когда Егор уселся на пассажирское сидение рядом с ним.
Маг только молча кивнул.
– Куда теперь? – полюбопытствовал рогатый. – Может быть, пора, наконец, вломиться к Яну домой? Думаю, пока он еще не ждет такого.
– Скорее всего, придется, – сказал Егор. – Но не сей момент. Нужно проверить еще одно место в центре. Вторая точка была на Октябрьской площади, – Киреев взглянул на гаджет. – Черт! – вырвалось у некроманта в следующий миг.
– Что?! – мгновенно отреагировал Горри. – Не надо звать меня так громко, когда я и так рядом.
– Да я не тебе, привычка просто, – увлеченный происходящим на экране, Егор не расслышал иронии в словах напарника. – Думал, точка исчезла. А она просто переместилась. Но совсем недалеко. Ворошиловский – Шаумяна. Едем туда.
Через пять минут черный джип инфернального бармена притормозил в месте, на которое указывал гаджет.
– Кажется, это здесь, – выйдя из машины, Егор озирался по сторонам. – Если верить технике – прямо вон в том доме, – некромант махнул рукой на противоположную сторону улицы. – Блин, неужели придется во все квартиры подряд ломиться?
– Да зачем же? – улыбнулся Горри. – дай-ка мне машинку на пару секунд. Насколько я знаю сенобитов, местонахождение своих жертв они определяют с точностью до квадратного сантиметра, а уж потом с треском и блеском появляются там из порталов. Раз уж это делается с помощью таких вот приборчиков, значит, они же способны определить и нужную квартиру. Ну точно! – понажимав наугад кнопки, черт вернул гаджет Кирееву. – Гляди. Здесь есть дополнительный режим слежения.
Режим этот представлял собой объемное изображение здания, напротив которого они стояли. Такая панорама была хорошо знакома Егору по компьютерным играм и дизайнерским программам. Картинку можно было приближать, отдалять, перемещать вверх или вниз, а также вращать в любом направлении, что позволяло даже заглянуть на крышу. «Действительно, очень удобная штучка для того, кто хочет показаться окружающим всесильным демоном» , – усмехнувшись, подумал Егор. Зловещий ореол, окружавший фигуру Мальгедорна, таял на глазах.
– Третий подъезд, пятый этаж, – промолвил Киреев, посмотрев наверх – не следит ли за ними кто из окон. – Ну что, братец Горри, двинули?
– Я с вами! – безапелляционно заявила Олеся.
– Ладно, давай, – неохотно согласился Егор. – Только, если дело дойдет до драки – постарайся держаться за нашими спинами.
Лишних объяснений трехсотлетней девочке не понадобилось.
Еще на четвертом этаже Егор понял – Грушницкого на пятом нет. Но это не означало, что они могут разворачиваться и спускаться вниз…
 
miss_OdairДата: Пятница, 17.08.2012, 20:21 | Сообщение # 45
Лектор
Группа: Модераторы
Сообщений: 1513
Награды: 14
Репутация: 12
Смайл настроения:

Клуб:


Статус: :-(
Глава 18
Моя подружка – зомби
За свои двадцать семь лет Артур Богданов по прозвищу Завулон навидался всякого. Его суммарный жизненный опыт был, пожалуй, побольше, чем у иного среднего гражданина накапливается к пятидесяти. Но события сегодняшнего дня потрясли до глубины души даже этого тертого парня, не раз присутствовавшего при пытках и убийствах, а иногда самолично их осуществлявшего.
И ведь все, вроде, начиналось здорово. Оболтус Гарик, хоть он и «продинамил» Зеда минувшим вечером, сегодня явился вовремя и без проблем согласился исполнить заказ. Ну, тут-то понятно все – такие кадры, как этот, двести пятьдесят долларов, поди, и во сне никогда не видели. Знал бы он только, какая сумма была положена за это дело самому Артуру – состриг бы, наверное, свой ирокез, и съел без кетчупа.
Завулон остался поджидать облапошенного громилу все там же, на Октябрьской площади. Через пару часов Артур начал нервничать – больно уж долго отсутствовал панк. Попался, что ли? Или не смог справиться с поручением и побоялся вернуться? Еще неизвестно, что хуже… Может, стоило, все-таки, самому наведаться в гости к несговорчивому Газизову?
А еще минут через сорок Богданову позвонил лично главарь группировки – легендарный и грозный бандит Марат Файзуллин. После того, что он рассказал, Артур долго не мог прийти в себя. Он подумал, что теперь ему, скорее всего, придется красить волосы не только для того, чтобы продолжать успешно прикидываться «своим парнем» среди неформалов…
Гарик, можно сказать, выполнил свою миссию. Но то, как он это сделал, во-первых, ставило под удар дела группировки, и в первую очередь – судьбу самого Артура. А во-вторых… это противоречило всем представлениям о реальности, которые только могли сформироваться в сознании молодого циничного уголовника. Противоречило самой природе Бытия.
«Это уже не пьянка, – подумал Зед, выслушав пересыпанную множеством матерных специй тираду босса. – Это уже наркота. Когда вот, только, Гарри успел на нее подсесть?» .
О том, что случилось с Газизовым, главарь банды узнал из выпуска новостей. Там, конечно, не показали всего – после такого мэру пришлось бы, пожалуй, запретить в городе телевидение. Азербайджанец был не просто избит и запуган – он умер. По той причине, что кто-то выгрыз у него из шеи здоровенный кусок мяса.
После убийца, будто бы за компанию, разделался и с секретаршей Ахмеда. Точнее, не «разделался» даже, а «разделал» . А разделав, он ее… ел.
Артур догадывался, кем был этот «некто» . Но как подобное могло произойти – это просто не укладывалось у него в голове.
Способность здраво рассуждать вернулась к Зеду далеко не сразу. После разговора с Маратом прошло еще полчаса. Потом Артур достал из кармана мобильник и принялся названивать Гарику.
– Сукина сына нужно убирать, – приговаривал он при этом. – Если его повяжут менты, провал ждет и меня. Так что, Гарри, твоя песенка спета. «Авада Кедавра!» , как сказал бы Волан-де-Морт. Ну же! Бери трубку, козел!
Если бы Артур обладал теми же способностями, что и литературный персонаж, чьим именем он пользовался в тусовке, то знал бы – мысль о спетой песенке одолевает в эти минуты и виновника его стресса. Но телепатией Богданов не владел. Он и собой-то сейчас владел не слишком хорошо.
«Ладно. Пусть будет, как будет» , – подумал Завулон, отчаявшись дозвониться. Устранение Гарика стало бы, конечно, наилучшим способом избежать опасности, но и в случае, если это не выйдет, Богданов мог с легкостью затеряться в городе. Ему достаточно было постричься, снять темные очки да кожаную одежду, и – voilas – никто из людей, знающих Артура как «гота Завулона» , не поздоровается с ним, даже нос к носу столкнувшись на улице. Где он живет, никто из них не знает, а известный тусовщикам мобильный номер оформлен на «лоха» , утопленного бандой в Соленом озере несколько лет назад.
Единственной ниточкой оставалась квартира на Шаумяна… но и ее ведь снимал по поддельному паспорту длинноволосый брюнет в кожаном плаще, а вовсе не тот респектабельный коротко стриженный русый господин, что уже завтра будет прогуливаться по аллеям парка имени Горького.
В тот момент, когда Завулон начал понемногу успокаиваться, ему позвонила Алиса. «А ведь, пожалуй, стресс надо как-нибудь снять, – подумал Артур, взглянув на табло телефона. – Так что, подруга, ты очень вовремя появилась на горизонте» .
Коротко поговорив с девушкой, Богданов встал и двинулся по направлению к своему «любовному лежбищу» . Возможно, сегодня состоится последний романтический вечер в этой квартире.
Да и черт бы с ней.
Главное – остаться в живых и на свободе, а остальное приложится.
– Привет, Алиса, – сказал Артур, открыв дверь. – Извини, конечно, но… что-то ты хреново выглядишь.
– Знаю, – девушка вошла, сбросила с плеч рюкзачок и начала стаскивать ботинки. – Это после вчерашнего. А у тебя что с голосом?
– Перенервничал, – честно признался Зед. – Бабушка умерла, – объяснение было уже не столь правдивым.
– Ой! – Алиса испуганно взглянула на него и втянула голову в плечи. – Прими мои соболезнования.
– Спасибо, милая, – Завулон приобнял ее за талию и повел в спальню.
– Можно сначала выпить чего-нибудь? – спросила девушка, когда они вошли в комнату.
– Конечно, – Артур кивнул на недопитую бутылку виски, стоявшую на подоконнике со вчерашнего утра. – Думаю, тебе это сейчас даже необходимо. Да, забыл сразу спросить – как съездили-то вчера? – Зед подумал, что неплохо было бы выведать у нее – не наблюдалось ли каких-нибудь странностей в поведении гребаного панка.
– Да ничего особенного, если честно, – пожала плечами Алиса. – Приехали мы туда, пообщались немножко с некромантом, да и вернулись. Он нас в свои ученики посвятил, – похвасталась девчонка.
– Это как же? – усмехнулся Завулон. – Вены резали и кровь друг у друга пили?
– Нет, пили мы абсент, – принялась рассказывать школьница, – а некромант в это время читал какие-то заклинания. Мне показалось, что в этот миг я слышу, как вокруг что-то шепчут голоса мертвых…
– Ну, после абсента и не такое еще почудиться может, – улыбнулся Зед, свинчивая с горлышка пробку. – У некоторых вообще зеленые драконы из камина выползают. Другое дело – старый добрый вискарь. Уж чтобы от него галюников словить, не меньше литра выпить придется, – Завулон наполнил стаканы и протянул один из них Алисе. – Ну, давай. За упокой души Алины Тимофеевны.
По большому счету, сказав, что его бабушка умерла, Артур не солгал. Только вот, покинула она этот мир уж года четыре тому как.
Пригубив виски, девушка нахмурилась. Вкус у напитка был совершенно иной, нежели вчера. Сейчас он вовсе не доставлял Алисе удовольствия. Наоборот даже – казался резким и неприятным. Тем не менее, девчонка заставила себя допить стакан до дна. Провести остаток дня все в том же расклеенном состоянии ей вовсе не улыбалось.
Потом они с Зедом занимались любовью, но и это не смогло обрадовать девушку. Завулон старался изо всех сил, и сам уже практически «спекся» , а пассия его продолжала лежать как бревно. Она совсем ничего не чувствовала. «Неужели все это – от вчерашней пьянки? – думала Алиса, вяло реагируя на движения Завулона. – Вот черт. Рановато я допилась» .
– Скоро ты там? – прохрипел обессилевший любовник.
– Не знаю, – отозвалась девушка. – Может, хватит уже? По ходу, у меня сейчас ничего не получится.
– Ну, как знаешь, – Артур вытащил из нее свой «инструмент» и тотчас разрядился девушке на живот. – Ух! Совсем ты меня измочалила.
– А сама как тряпка половая, – пожаловалась Алиса.
– Ничего, это пройдет, – Завулон улегся рядом и обнял юную любовницу. – Все когда-нибудь проходит.
– И чувствую – вроде, что-то может мне помочь, – произнесла девушка. – Но не пойму, что именно…
Неприятный холодок пробежал у Зеда по спине.
Что-то было не так. Всерьез. Шестое чувство принялось отчаянно сигнализировать о том, что вот-вот может приключиться полный ахтунг. Но угадать причину вдруг охватившей его нервозности, постепенно перераставшей в панику, Богданов пока не мог.
Так бывает, когда подсознание уже сопоставило факты и сделало выводы, но поток информации все никак не может прорваться в сознание сквозь лабиринты нейронов. Некоторые люди, говоря о таких ситуациях, используют выражение «больно думать» – что-то довольно явное носится вокруг тебя в воздухе, но ты все никак не можешь это ухватить. Возможно, потому, что…
в это слишком трудно поверить.
Так же трудно, как, к примеру, и в то, что простой оболтус из неформальной тусовки может однажды вдруг обернуться кровожадным каннибалом.
«Так» .
Вчера Алиса и Гарик вместе ездили к какому-то шарлатану. Пили абсент, в который хозяин дома запросто мог подмешать какой-нибудь химической дряни. Зачем? Это уже другой вопрос. Главное – чем все закончилось. Гарик сошел с ума, у Алисы, похоже, отключились нервные окончания. «Найти бы эту суку, из-за которой у меня теперь столько проблем, – пронеслось в голове у Богданова. – Хотя, зачем искать? Алиска же знает, где он живет» .
 
Форум » Ваши произведения » Собственные произведения » Антон Вильгоцкий.Некромант из провинции (Шериф для мертве
Страница 3 из 5«12345»
Поиск:


Бесплатный хостинг uCoz
Design by Stuff Studio